Дело № 2-4728/2017

З А О Ч Н О Е 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

29 декабря 2017 года город Омск

Центральный районный суд г. Омска в составе председательствующего судьи Марченко Е.С. при секретаре судебного заседания Котовой Н.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л :

ФИО1 обратилась с названным исковым заявлением к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование требований указала, что ДД.ММ.ГГГГ около 20 час. 20 мин. водитель ФИО3, управляя технически исправным автомобилем «ВАЗ – 21099», гос.рег.знак № следовал по 

<

адрес> со стороны ул. 

<

адрес> в направлении ул. 

<

адрес> В районе дома № допустил наезд на пешехода БНИ, которая приходилась матерью истцу. В результате данного ДТП пешеходу БНИ были причинены телесные повреждения, от которых она умерла ДД.ММ.ГГГГ. 

ДД.ММ.ГГГГ по факту ДТП в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО3 было отказано в связи с отсутствием состава преступления, предусмотренного ч.3 ст. 264 УК РФ. 

В связи с гибелью дорогого и близкого человека ей причинены нравственные страдания, моральный вред она оценивает в 2 000 000 руб. Просит взыскать с ответчика ФИО3 2 000 000 руб. 

От привлеченного к участию в деле в качестве третьего лица ФИО2 поступило исковое заявление о компенсации морального вреда.

ФИО2 был привлечен к участию в деле в качестве соистца.

Исковые требования ФИО2 мотивированы тем, что в связи с гибелью его матери - БНИ в результате ДТП ему причинены нравственные страдания, которые он также оценивает в 2000000 руб.

Просит взыскать с ответчика ФИО3 в свою пользу 2 000 000 руб. 

В судебном заседании ФИО1 и ФИО2 поддержали исковые требования по основаниям изложенным в иске. Пояснили, что в результате дорожно-транспортного происшествия они лишились дорогого и любимого человека. Потеря матери для них невосполнима и причинила им тяжелые нравственные страдания. На момент смерти ФИО2 проживал с матерью, которая заботилась о нем, ФИО1 проживала отдельно, но почти каждый день виделась и общалась со своей мамой. Дети поддерживали теплые отношения с матерью. После дорожно-транспортного происшествия ответчик не извинился, не навестил их, не принес соболезнования. Просили иск удовлетворить в полном объеме. 

В судебном заседании ответчик ФИО3 участия не принимал, о дате заседания извещен надлежаще.

С учетом мнения истцов, в соответствии со ст. 233 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчика в порядке заочного судопроизводства.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы гражданского дела и материалы проверки по факту дорожно-транспортного происшествия, оценив совокупность представленных доказательств с позиции относимости, допустимости и достаточности, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Статьей 1079 ГК РФ предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании.

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ около 20 час.20 мин водитель ФИО3, управляя технически исправным автомобилем «ВАЗ – 21099», гос.рег.знак № следовал по 

<

адрес> со стороны 

<

адрес> в направлении 

<

адрес>. В районе дома № № допустил наезд на пешехода БНИ, пересекавшую проезжую часть слева направо относительно движения автомобиля. В результате дорожно-транспортного происшествия пешеходу БНИ причинены телесные повреждения, от которых она умерла ДД.ММ.ГГГГ в ОГКБ-1. 

Постановлением следователя ССО УМВД России по Омской области от ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО3 по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 264 УК РФ, отказано по п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления (л.д. 11-14). 

В соответствии с материалом проверки по факту дорожно-транспортного происшествия, были опрошены СТА, КАА, ШЕН, ПЕС, осмотрено место происшествия, проведены многочисленные исследования, в том числе судебно-медицинские, автотехнические. 

Из протокола осмотра места дорожно-транспортного происшествия, схемы и фототаблицы к нему следует, что объектом осмотра является участок проезжей части 

<

адрес>, в районе 

<

адрес>. Осмотр производился со стороны 

<

адрес> в направлении ул. 

<

адрес>. Проезжая часть в районе места ДТП горизонтального профиля для движения в двух направлениях. Покрытие проезжей части - асфальт, сухое, шириной 16.5 м. Состояние видимости с рабочего места водителя с включенным ближним светом фар 38,0 метров. На проезжей части нанесена дорожная разметка 1.3, 1.5 ПДД РФ. Дорожные знаки отсутствуют. Справа и слева проезжей части установлено металлическое ограждение. Место наезда на пешехода определено со слов водителя ФИО3, расположено на проезжей части 

<

адрес> в 3.7 м до правого края проезжей части, в 21.5 м до угла дома 

<

адрес>. Пешеход пересекала проезжую часть слева направо относительно движения автомобиля. На проезжей части обнаружены: следы торможения передних колес автомобиля длиной 22.0 м, с началом правого следа в 2.4 м до правого края проезжей части, оканчиваются под передними колесами автомобиля; пятно крови диаметром 0.2 м, в 4.0 м до правого края проезжей части, в 2.5 м до угла дома №; пятно разлитого молока (3.0 х 1.0 м) с началом в 3.5 м до правого края проезжей части, в 17.5 м до угла 

<

адрес>, оканчивается в 3.4 м до правого края проезжей части, в 14.5 м до угла 

<

адрес>; пакет из под молока в 4.0 м до правого края проезжей части, в 2.5 м до угла дома 

<

адрес>. Автомобиль «ВАЗ-21099», государственный регистрационный знак №, после ДТП расположен на проезжей части 

<

адрес> в 0.0 м от оси правого переднего и в 0.4 м от оси правого заднего колес до правого края проезжей части, в 2.0 м от оси правого переднего колеса до угла дома 

<

адрес>. Механические повреждения на транспортном средстве: деформация левого зеркала заднего вида, переднего бампера слева, лакокрасочного покрытия крышки капота слева, разбито переднее ветровое стекло слева. Рулевое управление и тормозная система автомобиля технически исправны, шины колес имеют пригодный для эксплуатации рисунок протектора.

Из показаний ФИО3, данных им в ходе предварительной проверки, следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 21 час. 10 мин. он, управляя технически исправным автомобилем ВАЗ 21099 без груза и пассажиров следовал по 

<

адрес> со стороны ул. 

<

адрес> в направлении ул. 

<

адрес> в правом ряду со скоростью около 60 км/ч с включенным ближним светом фар. Запрещающих движение знаков не было. Городское электроосвещение не работало. Проезжая часть была сухой, осадков не было. В пути следования в районе 

<

адрес> его ослепил встречный автомобиль светом фар и в следующий момент перед своим автомобилем он увидел пешехода женщину, которая пересекала проезжую часть слева направо относительно его направления движения. ФИО3 применил экстренное торможение, но из-за незначительного расстояния допустил наезд на нее, от удара ее забросило на капот, после чего она упала перед автомобилем. Пешеход была госпитализирована. 

Согласно заключению автотехнического исследования № от ДД.ММ.ГГГГ, в рассматриваемом случае скорость движения автомобиля «ВАЗ-21099» перед применением его водителем экстренного торможения, определяется равной около 66.6 км/ч. В рассматриваемой дорожной ситуации по исходным данным водитель автомобиля «ВАЗ-21099» не располагал технической возможностью избежать наезда на пешехода путем применения экстренного торможения управляемого им транспортного средства, как при движении со скоростью 66.6 км/ч, так и при скорости 60 км/ч - разрешенной в населенном пункте.

Согласно справке об автотехническом исследовании № от ДД.ММ.ГГГГ, при заданных исходных данных безопасная скорость движения автомобиля «ВАЗ-21099» в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации при видимости дороги 38,0 м при включенном ближнем свете фар могла составлять не более 69,0 км/ч.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, у БНИ обнаружен комплекс повреждений в виде 

<

данные изъяты>. Все эти повреждения причинили вред здоровью, который является опасным для жизни (пункты 6.1.2, 6.1.3. приложения к Приказу №н от ДД.ММ.ГГГГ), поэтому квалифицируется, как тяжкий, они повлекли за собой смерть. Все эти повреждения образовались практически одномоментно за 1-1.5 месяца до наступления смерти от ударных воздействий тупыми твердыми предметами.

В ходе предварительной проверки было установлено, что в действиях водителя ФИО3 усматривается нарушение требований п.10.2 Правил дорожного движения РФ (согласно заключению автотехнического исследования № от ДД.ММ.ГГГГ, скорость движения автомобиля «ВАЗ 21099» перед применением его водителем экстренного торможения, определяется равной около 66,6 км.ч), однако данное нарушение не находится в причинной связи с данным ДТП и наступившими последствиями, поскольку и при движении с разрешенной в населенном пункте скоростью в 60 км./ч, водитель ФИО3 не располагал бы технической возможностью избежать наезда на пешехода путем применения экстренного торможения, других нарушений требований Правил дорожного движения РФ в ходе проверки в его действиях не усмотрено. 

В соответствии с материалом проверки по факту дорожно-транспортного происшествия, при любой версии развития событий данного ДТП (наличие или отсутствие дорожных знаков) в действиях водителя ФИО3 отсутствуют признаки состава преступления, предусмотренного ч.3 ст. 264 УК РФ. 

При изложенных обстоятельствах суд не усматривает в действиях водителя ФИО3 прямых и непосредственных виновных действий в рассматриваемом дорожно-транспортном происшествии, которые находились бы в прямой причинно-следственной связи с наездом на пешехода и наступившими последствиями. 

Доказательств обратному выводу суда в соответствии со ст. 56 ГПК РФ не представлено.

Между тем, ст. 1079 ГК РФ предусматривает, что граждане, которые используют транспортные средства, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, законодатель относит к особой или к специальной в силу происхождения вреда, который обусловлен воздействием источника повышенной опасности. Особая природа вреда объективно требует применения специального состава, поскольку общие условия объективно возлагали бы риск такого вреда на потерпевшего, что вряд ли отвечает принципам гуманности и справедливости. Специальный характер ответственности обусловливает также и особый субъектный состав в обязательстве. В качестве обязанного лица по общему правилу выступает лицо, владеющее источником повышенной опасности на любом законном основании. При этом, владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности в двух случаях: если он докажет, что вред причинен вследствие обстоятельств непреодолимой силы или умысла самого потерпевшего. В первом случае следует доказать: а) наличие обстоятельства; б) его чрезвычайность, т.е. крайне редкий характер и неожиданный характер; в) невозможность его предотвращения в данных обстоятельствах, в частности имеющимися в наличии средствами или ввиду состояния ответчика; г) причинную связь между этими обстоятельствами и причинением вреда. В этих случаях риск невозмещения вреда несет сам потерпевший. 

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В рассматриваемом случае установлено, что в момент дорожно-транспортного происшествия ДД.ММ.ГГГГ управлял транспортным средством ВАЗ 21099 ФИО3, что следует из справки о дорожно-транспортном происшествии, подтверждено совокупностью иных доказательств, исследованных в судебном заседании. 

С учетом действующих правовых норм, при установленных судом обстоятельствах, ответчик, являясь владельцем источника повышенной опасности, от воздействия которого наступила смерть БНИ, несет ответственность за вред, причиненный таким источником, независимо от вины.

Согласно свидетельствам о рождении детьми умершей БНИ являются ФИО2, ФИО2 (л.д. 15).

Из справки о заключении брака № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ДД.ММ.ГГГГ заключен брак между ЛАЕ и ФИО2 После заключения брака присвоены фамилии ФИО1. 

Определяя размер морального вреда, подлежащий взысканию с ответчика в пользу истцов, суд исходит из следующего. 

Согласно разъяснениям Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», изложенным в п. 32, при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

По правилам п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом. Например, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Принимая во внимание выше изложенные правовые позиции, суд считает установленным факт причинения истцам морального вреда в виде нравственных страданий вследствие смерти близкого родственника, наступившей в результате использования ответчиком источника повышенной опасности.

На ответчика, как на лицо, управляющее транспортным средством в момент дорожно-транспортного происшествия на законном основании, от воздействия которого наступила смерть БНИ, возлагается обязанность по возмещению истцам компенсации морального вреда.

При определении размера подлежащего взысканию компенсации морального вреда суд учитывает, что дорожно-транспортное происшествие произошло в темное время суток, при ограниченной видимости.

Вместе с тем, суд учитывает, что истцы – дети умершей, тяжело перенесли смерть близкого человека, с которым поддерживали тесные, родственные отношения, безусловно, испытали нравственные страдания.

Допрошенная в судебном заседании свидетель КНН пояснила суду, что она является другом семьи ФИО2. Указала, что семья ФИО2 дружная, все поддерживали близкие родственные отношения друг с другом, смерть БНИ ее дети ФИО1 и ФИО2 очень тяжело переживают и страдают из-за потери матери. 

При таких обстоятельствах, с учетом требований разумности и справедливости, принимая во внимание, что в действиях ФИО3 не установлено виновных действий, приведших к причинению вреда здоровью человека, повлекшего смерть, суд полагает обоснованным удовлетворить требования истцов о компенсации морального вреда в части и взыскать пользу ФИО1 – 70 000 руб., в пользу ФИО2 – 70 000 руб.

В удовлетворении остальной части заявленных требований надлежит отказать.

В соответствие с положениями ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета надлежит взыскать госпошлину в сумме 600 руб., от уплаты которой истцы при подаче иска были освобождены. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л :

Исковые требования ФИО1, ФИО2 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 70 000 (семьдесят тысяч) рублей 00 копеек. 

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 70 000 (семьдесят тысяч) рублей 00 копеек. 

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать. 

Взыскать с ФИО3 в доход бюджета города Омска государственную пошлину в размере 600 (шестьсот) рублей 00 копеек. 

Ответчик вправе подать в Центральный районный суд г. Омска заявление об отмене данного заочного решения в течение семи дней со дня получения копии решения.

Заочное решение суда может быть обжаловано также в апелляционном порядке в Омский областной суд через Центральный районный суд города Омска в течение месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене заочного решения суда, а в случае, если такое заявление подано, - в течение месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

Судья Е.С.Марченко

В окончательной форме решение изготовлено 9 января 2018 года.