Дело № 2-957/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

«16» декабря 2019 год г. Орел

Железнодорожный районный суд г. Орла в составе:

председательствующего судьи Лихачева В.И.

при секретаре Якуниной Е.А.

помощникеСидорине А.И.

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении районного суда гражданское дело по иску ФИО1, МузалевскойМаргариты Ивановны к ФИО2 о расторжении договора дарения и признания его недействительным.

установил:

ФИО1, ФИО3 обратились в суд с иском к ФИО2 о расторжении договора дарения доли жилого дома и земельного участка и признании его недействительным.

В обоснование требований указали, что на момент совершения сделки в силу возраста и состояния физического и психического здоровья, находясь в конфликте со старшим сыном и его женой, проживающими в одном доме с ними, были лишены возможности самостоятельно себя обслуживать, выполнять элементарную работу по дому, составляющую быт престарелых людей: готовить еду, убираться в доме, делать покупки в магазинах, посещать поликлинику и другие инстанции, стирать, чистить снег, обеспечивая проход к дому, оплачивать коммунальные и иные платежи. При таком положении вещей ФИО1 вынужден был пойти на уговоры младшего сына, ответчика по делу, подарить ему спорное имущество. Ответчик, проживающий отдельно от родителей и брата, обещал взамен за подаренное ему имущество, достойный уход, помощь по хозяйству, решение различных бытовых проблем, с которыми престарелые родители уже не справлялись.Истцы считают, что оспариваемый ими договор дарения был совершен ими на крайне невыгодных условиях, вследствие стечения тяжелых обстоятельств, т.е. была совершена кабальная сделка. Просили признать недействительным договор дарения доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с долей в праве общей долевой собственности на жилой дом, расположенные по адресу: 

<

адрес>, от 18 января 2018 года, заключенный ФИО1 и ФИО2 по мотивам отсутствия согласия второго супруга на распоряжение совместным имуществом, а также в виду заблуждения истцов относительно природы сделки, а также кабальности совершенной ими сделки.

В судебном заседании ФИО1 и его представитель Карачун И.В., действующая на основании доверенности, после неоднократных уточнений, иск поддержали по изложенным в нем обстоятельствам. 

Истец ФИО3 в судебное заседание не явилась в связи с болезненным состоянием. 

Представитель ФИО2 по доверенности ФИО4 требования не признала, полагала, что при заключении договора дарения истцы не требовали никаких дополнительных условий об их содержании, и содержании дома с земельным участком. Достаточных доказательств с достоверностью подтверждающих, что истец заблуждался относительно правовой природы сделки, стороной истца не представлено. Доводы о том, что истец остается проживать в спорном доме и несет расходы по содержанию жилого помещения, не свидетельствуют о наличии обстоятельств, предусмотренных ст.178 ГК РФ. Договор не является кабальной сделкой.

Представитель третьего лица по делу – Управления Росреестра по Орловской области и ФИО5 в судебное заседание не явились, о причинах неявки суду не сообщили, об отложении судебного заседании не просили.

Выслушав стороны, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему. 

В соответствии с п. 2 ст. 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 167 Гражданского кодекса РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу статьи 178 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если: сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Согласно п. 3 данной нормы, заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

Заблуждение должно иметь место на момент совершения сделки и быть существенным.

Под заблуждением по смыслу приведенной нормы права понимается неправильное, ошибочное, не соответствующее действительности представление лица об элементах совершаемой им сделки. Внешнее выражение воли в таких случаях не соответствует ее подлинному содержанию. 

В силу закона указанная сделка является оспоримой, в связи с чем лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям ст. 178 ГК РФ в силу ст. 56 ГПК РФ в контексте с п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации, ст. 12 ГПК РФ, обязано доказать наличие оснований недействительности сделки.

Судом установлено и не оспаривалось сторонами, что истцам на праве собственности принадлежали - 63/156 доли в праве общей долевой собственности на дом расположенный по адресу 

<

адрес>. Земельный участок, общей площадью 1064 кв.м. принадлежал до 2018 года М.А.ФБ.,ФИО5 и ФИО2 в равных долях, по 1/3 доле каждому.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 и ФИО2 заключили договор дарения поименованных жилого дома и земельного участка.

В пунктах 1 и 2 договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ стороны прямо предусмотрели, что даритель безвозмездно передал одаряемому в собственность,а одаряемый принял в дар долю жилого дома и долю земельного участка по адресу: 

<

адрес> При этом иных условий договор не содержит, что исключает какое-либо иное толкование приведенных условий и свидетельствует о том, что ФИО1 заблуждался относительного того, что подписываемый договор не является договором дарения.

Как следует из пояснений сторон истцы присутствовали при заключении сделки, лично подписали соответствующие документы. 

В ходе рассмотрения дела истец неоднократно утверждал, что желал подарить принадлежащую долю в доме сыну ФИО6 Также не отрицал того обстоятельства, что решение принимал заблаговременно. Считал правильным деньги подарить одному сыну, а долю в доме другому. Однако,осенью 2019 года отношения с сыном ФИО2 испортились по причине отсутствия должного внимания с его стороны и не достижения между сыновьями соглашения по земельному участку. В настоящее время он намерен вернуть подаренное имущество.

Судом установлено, что переход права на имущество фактически не произведен, истцы продолжают проживать в спорной части дома, не снималась с регистрационного учета, оплачивают коммунальные услуги, несут бремя содержания дома. 

В ходе рассмотрения дела, судом установлено, что в момент заключения договора дарения ни даритель ни его супруга какими-либо заболеваниями, ухудшающими их умственные способности не страдали, на каком-либо учете не состояли.

Кроме того, инициатива заключения договора дарения недвижимого имущества исходила от истца, о чем он указал как в заявлении при обращении к нотариусу, так и неоднократно в ходе судебных заседаний. Волеизъявление истцов было подтверждено как документально,так и допрошенным в судебном заседании нотариусом ФИО7 

Подписывая договор, истец знал его содержание, условия, суть сделки. Согласился со всеми условиями.

Оспаривая сделку представить истцов сослался на ст. 179 ГК РФ. 

Для признания приведенного основания необходимо доказать два условия заключение сделки под влиянием обстоятельств на крайне невыгодных условиях и наличие действий другой стороны, свидетельствующих о том, что она такими тяжелыми обстоятельствами воспользовалась. Отличительным признаком недействительной сделки по мотиву кабальности является отсутствие у лица, заключающего сделку, свободной воли на её совершение. 

Между тем, исходя из оценки собранных по делу доказательств, указанная в законе совокупность признаков, предусмотренных положениями ст. 179 ГК РФ, в данном случае отсутствует. В ходе рассмотрения дела было установлено, что при заключении сделки порока воли истцов не было. Истец утверждал, что в результате заключенной сделки он с женой остался без жилья. При этом, как указывалось выше и не отрицается истцами, они зарегистрированы и проживают по прежнему месту жительства. Претензий или препятствий со стороны сына относительно проживания родителей в доме не заявлялось. Изменений в материальном положении истцов судом установлено не было, что подтвердил сам М.А.ФВ. Кроме того, в силу п. 2.5 указанного договора, даритель (истец) гарантирует, что он заключает настоящий договор не вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях и настоящий договор не является для него кабальной сделкой. Представитель третьего лица сообщила, что причиной заключения договора явилась ссора невестки с истцом. О каких-либо обстоятельствах, понуждающих к совершению в иске не сообщалось. Таким образом, приведенные выше доказательства свидетельствуют о том, что поводом к обращению в суд являются не приведенные в иске обстоятельства, а желание истца изменить площадь принадлежащих сыновьям земельных участков в пользу старшего сына. Безосновательными являются и доводы искового заявления о неосведомленности истца об одновременном дарении доли жилого дома с земельным участком. Как следует из текста оспариваемого договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, предмет договора, подлежащие дарению, выделены в тексте и указаны в самом начале документа, что исключает неосведомленность дарителя о предмете и условиях сделки.Допрошенный судом нотариус Свидетель №1 сообщил суду, что в процессе удостоверения сделки им проверялась принадлежность имущества, дееспособность, а также все документы, необходимые для совершения сделки, с Музалевским проводилась беседа, разъяснялись права и последствия совершения сделки, выяснялась воля сторон, согласие супруги на совершение сделки. Беседа проводилась им лично, договор дарения зачитывался вслух, разъяснялось, что одаряемому переходит право на долю в домовладении и земельном участке. В случае, если бы Музалевский высказывал намерения совершить данную сделку под условием получения ухода за ним и его супругой со стороны одаряемого, в её удостоверении было бы отказано. Истец в момент заключения договора дарения выразил свою волю на переход права собственности на доли в домовладении и земельном участке к ответчику, относительно природы данной сделки не заблуждался. Кроме того, истец – даритель – совершил все требуемые законом действия: лично принимал участие в заключении сделки, подписал документы, связанные с ней. Доказательств, которые в силу ст. 48 «Основ законодательства Российской Федерации о нотариате» являлись бы основанием для отказа в совершении нотариусом нотариального действия, суду не представлено. Кроме того, позиция истца о неосведомленности о том, что вместе с долей в праве жилого дома его сыну переходит доля в праве на земельный участок противоречит закрепленному в подпункте 5 пункта 1 статьи 1 ЗК РФ принципу единства судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов. Наряду с этим, ранее, истец уже совершал договор дарения доли в праве в жилом 

<

адрес> в 

<

адрес> в пользу невестки – ФИО3, где как и в рассматриваемом судом случае, одаряемому отошла и доля в праве на земельный участок, что также опровергает довод истца о неосведомленности в указанном вопросе. По аналогичному основанию в собственность сыновей истца ранее перешли доли в спорном домовладении.

-- руб

В силу п.1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находящимся в момент её совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате её совершения. Приведенные истцом доказательства не свидетельствуют о наличии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной в соответствии с требованиями п.1 ст. 177 ГК РФ, поскольку истцом не было представлено объективных и достаточных доказательств того, что согласие на совершение сделки оформлялось в момент, когда ФИО8 не была способна понимать значение своих действий или руководить ими. Само по себе наличие у истца заболевания не может свидетельствовать о недействительности оспариваемого договора, поскольку для признания сделки недействительной по основаниям, установленным ч.1 ст. 177 ГК РФ, необходимо доказать наличие заболеваний в такой степени выраженности, когда они лишают способности понимать значение своих действий или руководить ими. Таких доказательств суду не представлено. Кроме того, несмотря на утверждение в суде истцами и их представителем наличия заболевания у Музалевской, которая не могла понимать значение осуществляемой сделки на апрель 2018года, однако при обращении в суд с настоящим иском лично оформила доверенность на осуществление полномочий в суде в присутствии адвоката Карачун И.В. 04.06.2019г.(л.д.24)Сомнений о ее вменяемости не возникало.Показания свидетелей со стороны истца в части наличия у ФИО3 психического расстройства противоречат материалам дела и не подтверждены иными средствами доказывания.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что доводы представителя истцов о том, что истцы были введены в заблуждение ихсыном относительно сделки и помимо их воли был заключен договор дарения несостоятельны.

Истцами не представлено доказательств в обоснование заявленных требований, а именно, что в период заключения с сыном договора дарения они действовали под влиянием заблуждения, так как доказательств преднамеренного создания у истцов не соответствующего действительности представления о характере сделки, ее условиях, предмете, других обстоятельствах, влияющих на их (истцов) решение, не представлено.

Истицы на момент заключения договора дарения не были лишены либо ограничены в дееспособности по основаниям и в порядке, предусмотренном действующим законодательством. Данная сделка совершена сторонами с соблюдением требований закона, стороны достигли правового результата, к которому стремились при его заключении, произвели его государственную регистрацию.

Оценив представленные по делу доказательства в совокупности, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания договора дарения недействительным по основаниям, заявленным истцами.

То обстоятельство, что после совершения сделки между истцом и ответчиком сложились неприязненные отношения,а также изменилось мнение,относительно пользования земельным участком сыновьями, не может служить основанием для признания договора дарения недействительным.

Судом также не принимается во внимание довод представителя истцов о том, что ответчик не несет бремя содержания жилого помещения, поскольку данные обстоятельства при наличии доказательств исполнения сторонами сделки в полном объеме и наступлении правовых последствий, предусмотренных договором дарения, сами по себе не свидетельствуют о заблуждении при совершении дарения со стороны истца. Кроме того, сторона истца не отрицала оплату налога на имущество ответчиком.

Доказательств наличия по указанному договору встречных обязательств ответчика истцом не представлено.

Что касается утверждения о том, что спорный жилой дом является единственным местом жительства, то оно не может являться основанием для признания договора дарения недействительным.

С учетом вышеизложенного, оценив все представленные доказательства, включая показания свидетелей, в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований о признании договора дарения недействительным.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, 

решил:

ФИО1, МузалевскойМаргарите Ивановне в удовлетворении иска к ФИО2 о признании недействительным договора дарения 1/3 доли в праве на земельный участок площадью 1094 м.кв., кадастровый номер № и 63/156 доли в праве на дом пл.180,5 м.кв., кадастровый №, расположенные по адресу: 

<

адрес> -отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Железнодорожный районный суд г. Орла.

Мотивированный текст решения будет изготовлен 20 декабря 2019 г.

Судья Лихачев В.И.