Дело № 22-899/2020 

Председательствующий Асеева Ю.Н. 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Абакан 5 августа 2020 г.

Верховный Суд Республики Хакасия в составе: 

председательствующего судьи Нуртынова В.Н.

при секретаре Гомоновой И.А. 

с участием прокурора Кандрашовой Т.А.

адвоката Степанова В.В.

осужденного ФИО1

рассмотрел уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Степанова В.В. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Боградского районного суда Республики Хакасия от 01.06.2020, с возражениями государственного обвинителя – прокурора Боградского района Сычева А.С. на апелляционную жалобу адвоката, которым 

ФИО1 несудимый, 

осужден к лишению свободы по ч. 3 ст. 264 УК РФ на срок 2 года с отбыванием наказания в колонии-поселении с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года, с исчислением срока отбывания наказания со дня его прибытия в колонию-поселение. 

Разъяснено ФИО1 содержание ст. 751 УИК РФ, а также то, что по вступлению приговора в законную силу, ему надлежит самостоятельно явиться в уголовно-исполнительную инспекцию по месту жительства для получения предписания о направлении к месту отбывания наказания самостоятельно.

Мера пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до его прибытия в колонию-поселение для отбытия наказания.

Взыскано с ФИО1 в пользу:

- Потерпевший №1 в счет компенсации морального вреда ( ) рублей,

- Потерпевший №2 в счет компенсации морального вреда ( ) рублей – за причинение смерти ФИО7 и ( ) тысяч – в счет причинения ей тяжкого вреда здоровью, всего взыскано ( ) рублей, 

- ФИО27 в счет компенсации морального вреда ФИО32 ( ) рублей,

- ФИО4 в счет компенсации морального вреда ( ) рублей. 

Признано за потерпевшими Потерпевший №1, ФИО8 право на удовлетворение гражданских исков, связанных с причинением им материального ущерба, с передачей вопроса о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Также приговором определена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Нуртынова В.Н., выслушав осужденного ФИО1, адвоката Степанова В.В., поддержавших доводы жалобы, мнение прокурора Кандрашовой Т.А. об оставлении приговора без изменения, суд апелляционной инстанции 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 осужден за нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека и повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью двум лицам. 

Преступление совершено 05.07.2018 в период с 16 часов 30 минут до 17 часов 36 минут на проезжей части автодороги 

В судебном заседании ФИО1 17.02.2020 и 20.05.2020 вину признавал частично, в последующем, 01.06.2020 вину не признал полностью. 

В апелляционной жалобе адвокат Степанов В.В. в интересах осужденного ФИО1 просит приговор отменить, как незаконный и необоснованный, дело направить на новое судебное разбирательство. Отменить постановление суда от 20.05.2020 об отказе в удовлетворении его ходатайств о назначении и проведении металловедческой и автотехнических экспертиз, как незаконных. 

Приводит в жалобе положения ст. 1 постановления Пленума ВС РФ от 29.11.2016 № 55, ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах от 16.12.1966, ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Считает, что предварительное расследование уголовного дела и судебное следствие было проведено с обвинительным уклоном, поскольку все заявленные ходатайства защиты о проведении дополнительных экспертиз, следственных действий, направленных на объективное расследование и рассмотрение уголовного дела, отклонялись как следователем, так и судом без законных на то оснований и мотиваций, несмотря на то, что имелись все правовые и фактические основания.

Отмечает, что в суде первой инстанции стороной защиты были заявлены ходатайства о проведении металловедческой экспертизы и автотехнической экспертизы. Данные ходатайства судом первой инстанции были отклонены, что является нарушением ч. 2 ст. 16 УПК РФ - не обеспечение подсудимому возможности защищаться, нарушением ч. 1 ст. 11 УК РФ - не обеспечении участникам процесса возможности осуществления их прав.

Заявляет, что отказ в удовлетворении судом первой инстанции заявленных стороной защиты ходатайств, следует рассматривать, как нарушение принципа состязательности сторон, так как сторона защиты вообще не могла реализовать свои права на предоставление доказательств, свидетельствующих о невиновности подсудимого ФИО1

Обращает внимание, что судом первой инстанции не устранены сомнения относительно места совершения преступления, которое в разных процессуальных документах уголовного дела названо по-разному, что является нарушением ч. 1 ст. 73 УПК РФ, в соответствии с которой при производстве по уголовному делу подлежит доказыванию событие преступления (место, время, способ и другие обстоятельства совершенного преступления). 

Оспаривает вывод суда относительно того, что по мнению защиты не установление места совершения преступления, является несостоятельной версией, поскольку это одна и та же дорога, а не указание направления « » не свидетельствует о том, что в материалах уголовного дела установлены два места совершения преступления. 

Указывает, что данный вывод суда не основан на исследованных у судебном заседании доказательствах, а основан лишь на предположениях, что является нарушением действующего законодательства, в частности ч. 4 ст. 14 УПК РФ, в соответствии с которой обвинительный приговор не может быть основан на предположениях. 

Ссылается на то, что суд первой инстанции в приговоре основывается на ряд автотехнических экспертиз, в частности, на автотехническую экспертизу от 15.05.2019, которая дает ответ о том, что решить вопрос о предотвращении столкновения путем применения экстренного торможения экспертным путем не представляется возможным. Автотехнической экспертизой от 17.09.2018 установлено, что ответить на вопрос, является ли использование проставки единственной и достаточной причиной для ослабления затяжки колеса или разрушение резьбовых соединений, не представляется возможным.

Заявляет, что все проведенные автотехнические экспертизы, с их выводами, ставят под сомнение виновность подсудимого ФИО1 В соответствии с ч. 3 ст. 14 УПК РФ, все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном настоящим Кодексом, толкуются в пользу обвиняемого. 

Считает, что выводы суда первой инстанции о непризнании доводов защиты относительно того, что вмененные осужденному ФИО1 нарушения п. 9.1 и 9.7 Правил дорожного движения совершены им по обстоятельствам от него независящим, не мотивированы.

Отмечает, что не мотивировано решение суда первой инстанции относительно несостоятельности приведенных стороной защиты расчетов о том, что водитель ФИО7 имел возможность остановить автомобиль до места ДТП.

По мнению адвоката, постановленный судом первой инстанции обвинительный приговор в отношении ФИО1 основан только на предположениях, следовательно, является незаконным и необоснованным.

Ссылается на то, что в силу принципа презумпции невиновности обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, а все неустранимые сомнения в доказанности обвинения, в том числе отдельных его составляющих (формы вины, степени и характера участия в совершении преступления, смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств и т.д.), толкуются в пользу подсудимого.

Считает постановление от 20.05.2020 об отказе в удовлетворении ходатайства защиты о назначении по делу металловедческой экспертизы незаконным и необоснованным. Мотивация постановления не основана на исследованных в судебном заседании доказательствах. Суд первой инстанции свой отказ мотивировал тем, что в материалах уголовного дела имеется заключение эксперта от 17.09.2018, которое разрешило вопросы, поставленные в ходатайстве защитника, а в судебном заседании был допрошен эксперт JФИО10

Заявляет, что суд первой инстанции в своем постановлении ссылается на несуществующее заключение эксперта. В материалах уголовного дела имеется заключение эксперта от 17.12.2018, а не от 17.12.2018. Экспертом ФИО10 давалось заключение в области автотехники, а не в области металловедения. В судебном заседании эксперт ФИО10 пояснил, что он не является экспертом в области металловедения и не может пояснить о том, возможно ли раскручивание болтов крепления колеса в связи с «усталостью» металла.

Указывает, что суд первой инстанции, не имея заключения металловедческой экспертизы, уже высказался о том, что вопросы, поставленные на решение экспертам не предрекают выводы о виновности либо о невиновности ФИО1 в совершенном ДТП., что является нарушением ч. 2 ст. 17 УПК РФ, так как никакие доказательства не имеют заранее установленной силы.

Считает постановление от 20.05.2020 об отказе в удовлетворении ходатайства защиты о назначении по делу автотехнической экспертизы незаконным и необоснованным, так как мотивация постановления не основана на исследованных в судебном заседании доказательствах. Судом первой инстанции указано, что в материалах уголовного дела имеются заключения экспертов, которые высказались о том, что ответить на поставленный защитником вопрос не представляется возможным. По мнению апеллятора, вопрос о возможности предотвращения столкновения путем торможения, остался неразрешенным, имеются не устраненные сомнения в виновности подсудимого ФИО1

Отмечает, что суд первой инстанции, не имея заключения автотехнической экспертизы, уже высказался о том, что вопросы, поставленные на решение экспертам не предрекают выводы о виновности либо о невиновности ФИО1 в совершенном ДТП., что является нарушением ч. 2 ст. 17 УПК РФ, поскольку никакие доказательства не имеют заранее установленной силы.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель – прокурор Боградского района Сычев А.С. считает приговор в отношении ФИО1 законным, обоснованным и справедливым, вынесенным в соответствии с нормами уголовно-процессуального закона, просит отказать в удовлетворении жалобы. 

В суде апелляционной инстанции осужденный ФИО1, адвокат Степанов В.В. просили приговор отменить. 

Прокурор Кандрашова Т.А. просила приговор оставить без изменения. 

Суд апелляционной инстанции, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражения на нее, заслушав выступления стороны защиты, возражение прокурора, находит приговор законным и обоснованным по следующим основаниям. 

Согласно ст. 3899 УПК РФ, суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам законность, обоснованность и справедливость приговора.

В соответствии с ч. 2 ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Суд, правильно оценив и тщательно исследовав представленные сторонами доказательства, привел в приговоре их анализ и дал им оценку, в том числе показаниям потерпевших, осужденного, свидетелей, заключениям экспертиз, протоколам следственных действий и с учетом требований ст. 17, 75, 87, 88 УПК РФ, с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности и достаточности для правильного рассмотрения уголовного дела, сделал обоснованные и мотивированные выводы о виновности осужденного в предъявленном обвинении.

Выводы суда о виновности ФИО1 в инкриминированных ему деяний основаны на совокупности полно, всесторонне и объективно исследованных в судебном заседании доказательств.

Допрошенный в судебном заседании осужденный ФИО1 показал, что автомобиль ВАЗ у него в собственности с ноября 2017 года, за техническим состоянием автомашины следил сам. Ремонт ступицы передних колес не проводился. Проставка металлическая прилегает к ступице плотно, диск также притягивается ровно, плотно прижимается, влияния на крепеж колес не оказывает. В период эксплуатации автомобиля каких-либо проблем с передними колесами в области крепления колеса не было. 05.07.2018 в 13-14 часов ему позвонил Д., попросил помочь привезти материал – доски. Он согласился помочь. Вместе с ним поехал ФИО13 Перед тем как осуществить поездку он осматривал техническое состоянии автомашины - визуальный осмотр колес, состояние автомобиля, фары. Все болты крепления колес были на месте. на пилораме загрузили в прицеп доски и поехали в . Перед тем как ехать , техническое состояние автомашины не проверял. В пути автомобиль ехал ровно, вибрации либо посторонних звуков не было. Когда подъезжали к подъему, он сбросил скорость. Сзади ехала темная «девятка». После начала подъема начало разбалтывать прицеп. На дороге имеется дефект, который автомобиль не ощущает, но ощущает прицеп, его немного качает и на машине он ощущается сильно. После этого момента началось разбалтывание прицепа, он почувствовал, что зад у автомобиля начал «вилять», прицеп выезжал, задергался. Их начало постепенно все сильнее и сильнее разбалтывать. Он педалью тормоза тормозить не стал, стал пускать ее в накат, тормозить двигателем. Немного он один раз выехал на полосу встречного движения, старался держать автомобиль на своей полосе, так как на горе увидел автомобиль LAND CRUISER, который ехал во встречном направлении. Когда он проехал еще примерно 100 метров, он прицепом задел обочину, автомобиль резко развернуло в сторону встречного движения, он попытался вывернуть руль в сторону, чтобы попытаться уйти от столкновения, но сделать ничего не мог. Скорость в момент столкновения была не больше 30 км/ч. Он не осуществлял торможение путем нажатия на педаль тормоза, так как сзади очень близко ехал автомобиль «девятка», который не увеличивал дистанцию. У автомобиля «Жигули» если резко нажать на педаль тормоза в первую очередь срабатывают передние тормоза колес, а затем задние. Учитывая, что прицеп не оборудован тормозной системой, то прицеп наехал бы на сам автомобиль. С того момента когда он начали «вилять» и первый раз выехал на полосу встречного движения, расстояние до автомобиля LAND CRUISER было 200-250 метров. После того как автомобиль заехал на обочину, и его резко выкинуло на встречную полосу движения, он ничего не мог сделать. Встречный автомобиль, по его мнению, не принимал попытки затормозить, и не смещался к обочине, ехал посреди своей полосы. Удар произошел передней частью его автомобиля в левый бок, ближе к заднему колесу автомобиля потерпевших. После удара его автомобиль развернуло в обратном направлении. В результате ДТП ни он, ни его пассажир травм не получили. Сотрудники полиции не осматривали автомобиль на признаки технического состояния. Признает вину в том, что выезжал не провел осмотр автомобиля, в частности колес. Движение по дороге совершал, руководствуясь правилами дорожного движения, которые не нарушал.

Дав оценку показаниям осужденного ФИО1 в судебном заседании, суд расценил их как реализованное право на защиту с целью избежать уголовной ответственности за содеянное, поскольку данные им показания опровергаются представленной стороной обвинения совокупностью доказательств.

Оценив показания осужденного ФИО1 с точки зрения допустимости и достоверности, суд первой инстанции признал их достоверными только в той части, которая не противоречит показаниям потерпевших, свидетелей и экспертов, а также иным исследованным в судебном заседании доказательствам. 

Показания осужденного о том, что он не нарушал Правила дорожного движения Российской Федерации, суд признал недостоверными, поскольку они опровергнуты показаниями свидетелей, экспертов и письменными доказательствами, исследованными в судебном заседании. Показания осужденного в указанной части суд расценил как реализованное право на защиту. 

Суд первой инстанции тщательно исследовал и другие представленные сторонами доказательства и дал им в приговоре правильную оценку с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела с соблюдением требований ст. 17, 87, 88 УПК РФ.

В судебном заседании были исследованы показания потерпевших и свидетелей, в том числе их досудебные показания.

Потерпевшая Потерпевший №1 пояснила, что 05.07.2018 она, супруг ФИО7, сын ФИО4, дочь Потерпевший №2, ФИО8 направлялись в сторону . Выехали где-то около 10 часов, остановка была , минут на 30. Двигались со скоростью 90 км/ч, погода была ясная, дорога была прямая, сухая, погода была хорошая. Около 17 часов, в районе , после подъема на пригорок, чуть-чуть спустившись, она увидела, что встречная машина «Жигули» на расстоянии 20-30 метров «виляет», начала говорить мужу: «стой, стой», чтобы он останавливался. Сначала его отклонения были незначительные, но затем начали увеличиваться. Муж предпринял меры, он начал тормозить и уходить на обочину, они почти стояли половиной автомобиля на обочине, когда встречный автомобиль прибавил скорость, резко развернулся и ударил в левую часть автомобиля. Все произошло в течение десятков секунд. Их автомобиль перевернуло, они оказались на противоположной стороне кювета. Когда она вышла из автомобиля, увидела, что дочь лежит в кювете около машины справа, ФИО8 рядом лежала, сын бегал, кричал. Начала искать мужа, он лежал на дороге, на обочине. Затем она стала звонить знакомым, подъехала скорая помощь, дочь погрузили в скорую, санавиацией увезли . В результате ДТП у нее были ссадины, ушибы.

Из показания потерпевшей ФИО14 следует, что 05.07.2018 около 10 часов она, мама, папа, ФИО4, и ФИО8 на автомобиле TOYOTA LAND CRUISER направлялись . По пути остановились приблизительно на 30 минут затем поехали , она засыпала, когда мама закричала: «Стой, остановись!», отец начал притормаживать, она это поняла, поскольку почувствовала, что тело перемещается вперед, на них со встречной полосы наехал автомобиль с прицепом груженный досками, она потеряла сознание, очнулась, лежа на земле. ФИО8 лежала рядом. В результате ДТП у нее был перелом левой бедренной кости, пневмоторакс, кровоизлияние глаз, черепно-мозговая травма, ссадины. До настоящего времени находится на лечении.

Согласно показаниям потерпевшей ФИО8 05.07.2018 она, ФИО7, Потерпевший №1, ФИО4 на автомобиле TOYOTA CRUISER PRADO поехали . Примерно через час, как они выехали , в степной местности она увидела прицеп, который находился по полосе их движения, потом удар и она потеряла сознание, очнулась уже на земле. Встречный автомобиль увидела непосредственно перед ударом. Слышала как Потерпевший №1 крикнула о том, что машина едет. Помнит, что было торможение, так как тело занесло вперед. Считает, что у водителя ФИО7 предотвратить столкновение с прицепом никакой возможности не было, потому что прицеп полностью перекрывал их полосу движения, на встречной полосе движения двигался автомобиль «Жигули». Если бы, во избежание столкновения с прицепом, водитель ФИО7 вырулил направо по ходу их движения, то из-за крутого кювета, могло произойти опрокидывание их автомобиля. Кроме этого, прицеп приближался в их сторону стремительно и очень быстро и поэтому у водителя ФИО15 не было времени среагировать каким-либо образом на данную дорожно-транспортную ситуацию.

Из показаний свидетеля ФИО4 следует, что 05.07.2018 он, Потерпевший №1, Потерпевший №2, ФИО8 на автомобиле TOYOTA LAND CRUISER под управлением ФИО7 ехали в сторону . произошло ДТП. Он находился сзади, лежал, дремал в момент ДТП, слышал как мама сказала, что машина близко, и сразу произошло столкновение, начали крутиться. Автомобиль оказался в кювете слева от дороги по направлению , на крыше. Когда он вышел из автомобиля, Потерпевший №2 и ФИО8 лежали рядом с машиной, затем он поднялся к дороге, где лежал отец. Издалека он видел автомобиль «Жигули» зеленого цвета с прицепом, с которым произошло столкновение. Удар был в левую часть автомобиля. В результате ДТП у него были ушибы, ссадины на ногах. 

Из показаний свидетеля ФИО13 следует, что 05.07.2018 он вместе с ФИО1 около 17 часов выехал . В пути следования каких-либо неисправностей с автомобилем не было. В районе , когда прошли поворот, начали подниматься в горку, автомобиль начал вилять по дороге. В это время он увидел, что сверху спускается автомобиль TOYOTA LAND CRUISER, расстояние до которого было метров 500-400. Сначала виляния были на их полосе движения незначительные. ФИО1 пытался выровнять автомобиль, стабилизировать его. Автомобиль TOYOTA LAND CRUISER не тормозил. ФИО1 сбрасывал у автомобиля обороты, но на педаль тормоза не нажимал. На дороге имеется дефект, виляние началось когда автомобиль по нему проехал. Когда их автомобиль потянуло на встречную полосу движения, автомобиль TOYOTA LAND CRUISER практически проехал, удар пришелся левым углом капота автомобиля ФИО1 в заднее колесо автомобиля TOYOTA LAND CRUISER. Автомобиль ФИО1 развернуло в сторону на полосу встречного движения. Автомобиль TOYOTA LAND CRUISER взлетел в воздух и упал в кювет слева по направлению движения в сторону на крышу. Мужчина лежал около обочины, хрипел. Девочка лежала около машины, была без сознания. Женщина с молодым парнем передвигались, плакали. У него телесных повреждений не было. Он вызвал МЧС, скорую помощь. Мужчина умер на трассе, затем прилетела санавиация. В момент столкновения автомобиль TOYOTA LAND CRUISER находился на полосе своего движения ближе к обочине. 

Согласно показаниям свидетеля ФИО16 05.07.2018 он ехал после пересечения границы Республики Хакасия через несколько километров догнал автомобиль «Жигули» с прицепом, в прицепе были доски. Через некоторое время автомобиль «Жигули» начало мотать из стороны в сторону, он зацепил обочину, затем выехал на встречную полосу, потом вернулся на свою полосу, когда второй раз выехал на встречную, то произошло столкновение. Каких-либо неровностей на дороге не заметил. До момента столкновения автомобиль «Жигули» вилял в пределах своей полосы, чуть выехал вправо, потом выехал на встречную, потом вернулся в свою, потом уже произошел удар. Стоп сигналов у впереди идущего автомобиля не видел. Автомобиль TOYOTA LAND CRUISER увидел за секунды до столкновения. Удар был передней левой стороной автомобиля «Жигули» в заднюю левую часть автомобиля TOYOTA LAND CRUISER. Столкновение произошло на встречной полосе, близко к разделительной линии. После ДТП автомобиль TOYOTA LAND CRUISER развернуло на 90 градусов и «покувыркался» в его сторону, он ушел вправо на обочину, а автомобиль улетел в кювет дальше, упал на крышу. Пострадали две девочки, у них что-то было с позвоночником, лежали без движения их не перемещали. Водитель выпал на обочину в окно, умер через час или 40 минут. У автомобиля «Жигули» была сильно повреждена левая передняя часть, вывернуто левое переднее колесо.

Из показаний свидетеля ФИО17 следует, что он выезжал на место ДТП, видел, что автомобиль ВАЗ находился на полосе движения передней частью в сторону . На автомобиле ВАЗ была повреждена левая часть, на одном из колес не было «шпилек». Водитель автомобиля «Жигули» ФИО1 говорил, что прицеп «закидало», он не удержал автомобиль на дороге, выехал на встречную полосу и допустил столкновение с автомобилем TOYOTA LAND CRUISER. Место столкновения определял следователь по осыпи осколков мелких частиц, лакокрасочного покрытия, следы какого-либо волочения, в асфальте выбитые. Место столкновения на полосе движения Абакан-Красноярск, на полосе движения по которой двигался автомобиль TOYOTA LAND CRUISER, то есть ВАЗ выехал на встречную полосу.

Допрошенные в суде первой инстанции свидетели ФИО18, ФИО19, ФИО20 показали, что они выезжали на место ДТП, причем последняя дополнила, что со слов жены погибшего ей известно, что прицеп «завилял» у машины, которой управлял ФИО1, это повлияло на ее управление. 

Из показаний свидетеля ФИО21 следует, что у него в собственности был автомобиль ВАЗ , который он продал парню в 2013 году. Когда пользовался автомобилем, в ходовой части каких-либо нарушений не было. Проставки в ступицу колеса не вставлял. Каких-то конструктивных изменений в крепление колес не вносил. При производстве предварительного расследования ему показывали колесо, на котором была проставка в ступице, он ее не устанавливал.

Свидетель ФИО22 в судебном заседании также показал, что у него в собственности был автомобиль ВАЗ , который он впоследствии продал ФИО1 Проставки в ступицу колеса не делал. По поводу ДТП брат ему пояснял, что при движении машину из-за чего заболтало, он сам не понял как все произошло и как врезались.

Как видно из показаний ФИО23, у автомобиля «Жигули», 4 болта крепления диска колеса к ступице. Если эти два болта были в нормальном натяжении, то это не могло повлиять, а в случае если прослабло крепление болтов оставшихся двух из четырех, то колесо могло начать вибрировать, сопротивление качения начинает возрастать, и второе колесо, которое не имеет дополнительного сопротивления качения, начинает забегать. При вибрации сопротивление качения возрастает, одно скорость притормаживает, второе забегает колесо. Конструктивно в отдельных автомобилях предусмотрено наличие проставок между болтом и диском, на автомобилях ВАЗ такая конструкция, не предусмотрена. Проставки ставятся для центровки болта относительно резьбового отверстия, чтобы отцентровать, как направляющие эти проставки. Если крепление самого болта ослабевает, тогда ослабевает само по себе крепление, плоскость прилегания диска колеса к ступице нарушается и отклонение от плоскости возможно, и при движении возможна вибрация этого колеса, что сопровождается дополнительным возросшим сопротивлением качения колеса. Второе колесо с меньшем сопротивлением качения может забегать. Длительность использования автомобиля с креплением колеса на двух болтах, зависит от степени усталости металла. В процессе эксплуатации резьбовые соединения подвергаются износу, в процессе длительной эксплуатации степень эффективности затяжки прослабевает, если затянуть болт, то он быстрее ослабевает, по причине того, что зазор между болтом и резьбовым отверстием увеличен, будет в местах сопряжения, и он способствует быстрейшему ослаблению колеса. При отсутствии болтов или если болты ненадежно затянуты эксплуатация автомобиля запрещается. С такой технической неисправностью, прекращается всякое дальнейшее самостоятельное движение. Если не удалось устранить неисправность на месте то с данной неисправностью до ближайшего пункта ремонта, места стоянки с соблюдением норм предосторожности: занять крайнее правое положение на дороге, снизить скорость до безопасного предела. В данной ситуации при вилянии автомобиля с прицепом, водитель должен был руководствоваться п. 10.1 абз. 2 ПДД РФ. Под понятием возможные меры к снижению скорости, понимается не максимально эффективное торможение, а максимально безопасное в сложившейся ситуации, если водитель почувствовал что из-за технической неисправности, то резкое снижение скорости могло вообще способствовать обрыву колеса, при блокировке колес, за счет возникшего разворачивающего момента, или интенсивный занос из-за разной степени сцепления, когда колесо ненадежно закреплено, оно начинает вибрировать относительно посадочной плоскости прилегания, то есть относительно ступице колеса. Это приводит к возрастанию сопротивления качения второе колеса, при блокировке, при торможении этот эффект еще усилится. В данном случае торможение двигателем, это при включенном сцеплении, при включенной передаче – это первая фаза торможения. В рассматриваемом случае необходимо было еще притормаживать рабочим, но не эффективно, то есть не значительно притормаживать рабочим тормозом, контролируя эффект отклонения от курсовой устойчивости. Выезд на обочину возможен был вследствие возросшего сопротивления качения, когда частичность управляемость автомобиля утрачивается. За счет возросшего сопротивления качения могло вытянуть на обочину, в том числе на правую. Поэтому обочина по своему функциональному значению и является элементом дороги, предназначенной для остановки, стоянки транспортного средства, то выезжать на нее для этой цели нужно предварительно снизив скорость на основной проезжей части, выезд на обочину должен быть на относительно не высокой скорости.

Позиция осужденного ФИО1 о том, что он не нарушал Правил дорожного движения была в полном объеме проверена судом первой инстанции и отвергнута как несостоятельная после исследования всех юридически значимых обстоятельств с приведением выводов, опровергающих доводы осужденного.

По мнению суда апелляционной инстанции, подвергать сомнению доказательства виновности осужденного, в том числе приведенные выше показания потерпевших и свидетелей, у суда оснований не имелось, данные показания правильно положены в основу приговора.

Каких-либо противоречий в показаниях потерпевших и свидетелей, которые бы поставили под сомнение достоверность изложенной ими информации по имевшему место событию, судом при постановлении приговора не выявлено.

Оценив показания потерпевших и свидетелей, судом не установлено данных, указывающих на их стремление оговорить осужденного, либо исказить известную им информацию, а напротив, их показания указывают на события, установленные на стадии предварительного расследования, в связи с чем судом первой инстанции обоснованно сделан вывод о достоверности их показаний.

В обоснование виновности ФИО1 суд в приговоре сослался на письменные доказательства, исследованные в судебном заседании, в порядке, предусмотренном ст. 285 УПК РФ.

Из сведений, содержащихся в протоколе осмотра места происшествия, а также приложенных к нему схем и фототаблицы, следует, что место дорожно-транспортного происшествия находится вне населенного пункта, расположено на 268 км автодороги Р-257 «Енисей» Красноярск-Абакан в границах .

Проезжая часть имеет продольный уклон на спуск и на подъем, вид покрытия асфальтобетонное, состояние покрытия сухое, дефекты дороги отсутствуют.

Проезжая часть предназначена для движения в двух направлениях, общая ширина проезжей части 7 м, ширина каждой полосы, предназначенной для движения в одном направлении – 3,5 м. К проезжей части примыкают: справа обочина шириной 2,5 м, слева обочина 2,1 м, обочины имеют грунтовое покрытие с элементами гравия.

На расстоянии 208 м от дорожного знака « » в сторону и на расстоянии 4,90 м от края линии горизонтальной разметки 1.2.1 ПДД, расположенной справа по ходу движении в сторону , на полосе встреченного движения расположено место столкновения двух транспортных средств автомобиля TOYOTA LAND CRUISER и автомобиля ВАЗ . Место столкновения определено на полосе движения в сторону и отмечено наибольшим количеством расположенной на проезжей части осыпи мелких частиц грунта, лакокрасочного покрытия, мелких стекол внешних световых приборов.

На расстоянии 156,90 м от дорожного знака « » автодороги в кювете с левой стороны (по ходу движения в сторону ) находится автомобиль TOYOTA LAND CRUISER , в кузове белого цвета, в положении лежа на крыше. Передняя часть автомобиля, обращена в сторону . Расстояние от правого заднего угла крыши автомобиля до края проезжей части 10,40 м, от правого переднего угла крыши автомобиля до края проезжей части 12,40 м.

Автомобиль TOYOTA LAND CRUISER имеет следующие повреждения: замятие крыши кузова, деформированы задний бампер, заднее левое крыло, левые передняя и задняя дверцы, левое переднее крыло, передний бампер, переднее правое крыло, передняя правая и задняя дверь, заднее правое крыло, правые и левые боковые зеркала заднего вида, передние правая и левая блок фара, правый передний диск колеса, задние правые и левые диски колес. Задняя часть автомобиля повреждений не имеет. На заднем бампере с левой стороны автомобиля имеется след наслоения лакокрасочного покрытия зеленого цвета с царапинами на бампере. На задней левой двери автомобиля имеется след наслоения лакокрасочного покрытия зеленого цвета с царапинами на двери. На передней левой двери автомобиля от центра двери имеется след наслоения лакокрасочного покрытия зеленого цвета с царапинами на двери. Указанные следы наслоения зеленого цвета расположены на одном уровне между собой, представляют параллельные линии относительно днища кузова.

На расстоянии 50 м в северо-западном направлении от автомобиля TOYOTA LAND CRUISER в поле обнаружено: 1-е колесо вышеуказанного автомобиля. Около автомобиля TOYOTA LAND CRUISER на расстоянии 11,60 м от края проезжей части и на расстоянии 1,40 м от дорожного знака 3.20 ПДД в северном направлении обнаружено: 2-е колесо указанного автомобиля. На расстоянии 6.0 м от края проезжей части и на расстоянии 6,40 м от правого переднего угла крыши автомобиля около края обочины находится место опрокидывания автомобиля (№4), представляющее собой выбоину в грунте, около места опрокидывания на обочине расположены отделившиеся от автомобиля TOYOTA LAND CRUISER детали (осколки стекол, предметы, вещи). Далее, от указанного места опрокидывания в юго-восточном направлении на расстоянии 7,10 м и на расстоянии 6,90 м в западном направлении от края проезжей части на поверхности проезжей части (по ходу движения в сторону ), находится место опрокидывания (№3), представляющее собой выбоину в асфальтобетонном покрытии, около которого расположены отделившиеся от автомобиля TOYOTA LAND CRUISER детали (осколки стекол, предметы, вещи). Далее, от указанного места опрокидывания на расстоянии 7,0 м в южном направлении и на расстоянии 2,0 м в восточном направлении от края проезжей части на поверхности проезжей части дороги имеется место опрокидывания (№2), представляющее собой выбоину в асфальтобетонном покрытии, около которого расположены отделившиеся от автомобиля TOYOTA LAND CRUISER детали (осколки стекол, предметы, вещи). Далее, от указанного места опрокидывания, на расстоянии 3,20 м в южном направлении и на расстоянии 3,45 м в восточном направлении от края проезжей части (по ходу движения в сторону ) на поверхности проезжей части дороги имеется место опрокидывания (№1), представляющее собой выбоину в асфальтобетонном покрытии, около которого расположены отделившиеся от автомобиля TOYOTA LAND CRUISER детали (осколки стекол, предметы, вещи). Далее, от указанного места опрокидывания, на расстоянии 10,0 м в южном направлении, на полосе движения в сторону расположены два следа шин, оставленные транспортным средством TOYOTA LAND CRUISER, и отобразившиеся в виде следов скольжения (юза) дугообразной формы, черного цвета, рисунок протектора не виден (предположительно следы заноса транспортного средства). Первый след скольжения расположен слева (со стороны ), конец следа на расстоянии 0,80 м от края линии горизонтальной дорожной разметки 1.1. ПДД, начало следа на расстоянии 2,0 м от края линии горизонтальной дорожной разметки 1.1. ПДД, длина следа скольжения (юза) 11,40 м. Второй след скольжения расположен параллельно первому, конец следа на расстоянии 1,20 м от линии горизонтальной разметки 1.2.1 ПДД, и на расстоянии 3,40 м от линии горизонтальной дорожной разметки: 1.1. ПДД, длина следа скольжения 13,0 м.

На обочине дороги и на проезжей части по направлению движения в сторону на расстоянии 222,4 м от километрового знака « » под углом расположен автомобиль ВАЗ в кузове зеленого цвета, автомобиль стоит передним правым и задним правым колесом на обочине дороги, левым передним и задним колесом на проезжей части около линии горизонтальной разметки 1.2.1 ПДД. Передняя часть кузова автомобиля ВАЗ , обращена в сторону . Левая передняя часть кузова деформирована, помят бампер, крыло, капот, разбита блок-фара, деформировано переднее левое колесо.

Расстояние между передней левой осью автомобиля ВАЗ от линии горизонтальной разметки 1.2.1 ПДД, расположенной с левой стороны по направлению движения в сторону 6,70 м, расстояние между задней левой осью автомобиля ВАЗ от линии горизонтальной разметки 1.2.1 ПДД, расположенной с левой стороны по направлению движения в сторону 6,40 м. На проезжей части автодороги « » имеются три следа, скольжения (юза) черного цвета, в виде полос черного цвета. Начало левого следа скольжения (юза), с левой стороны по ходу движения в сторону , расположено на расстоянии 3,50 м от линии горизонтальной дорожной разметки 2.1 ПДД, заканчивается след скольжения (юза) на расстоянии 6,40 м от линии горизонтальной разметки 1.2.1 ПДД, расположенной с левой стороны по ходу движения в сторону , длина полосы (следа) скольжения (юза) 4,80 м.

Второй след и третий следы скольжения (юза) начинаются в одной точке, расположенной на расстоянии 208 м от километрового знака « » и на расстоянии 3,90 м от линии горизонтальной разметки 1.2.1 ПДД, расположенной с левой стороны движения в сторону . Второй след скольжения (юза) заканчивается на расстоянии 6,7 м от линии горизонтальной разметки 1.2.1 ПДД, расположенной с левой стороны движения в сторону , его длина составляет 4,8 м. Третий след скольжения (юза) заканчивается на расстоянии 6,4 м от линии горизонтальной разметки 2.1 ПДД, расположенной с левой стороны движения в сторону , длина полосы (следа) скольжения (юза) 4,8 м.

К автомобилю ВАЗ присоединен прицеп для легковых автомобилей прямоугольной формы , размеры кузова 2100 х 1230 х 500 мм., кузов синего цвета. Подвеска - рессорная. Борта и дно прицепа выполнены из металла. Прицеп двух колесный. В прицепе находятся доски (груз) размерами 4x10x400 м - 19 шт., 4x10x100 м - 9 шт., 4x5x300 м 14 шт., указанный груз выступает за габариты прицепа на 1,35 м сзади и на 0,55 м спереди, на краю одной из длинных досок закреплен отрезок красной ткани. Доски крепятся к прицепу при помощи веревки. Прицеп расположен под углом на проезжей части автодороги « » по направлению в . Расстояние от левого колеса прицепа составляет 5,10 м от линии горизонтальной разметки 1.2.1 ПДД, расположенной по направлению движения в сторону . От левого колеса прицепа на дороге имеется один след скольжения (юза) в виде дугообразной полосы черного цвета. Начало следа расположено на обочине с левой стороны по ходу движения в сторону , около края проезжей части, на расстоянии 188,9 м от километрового знака « » в сторону . Протяженность следа скольжения (юза) 27,80 м.

Расстояние между первым следом скольжения транспортного средства TOYOTA LAND CRUISER и местом столкновения 7,30 м, расстояние между вторым следом скольжения транспортного средства и местом столкновения 2,0 м. Расстояние между первым следом опрокидывания и местом столкновения - 28,70 м. Расстояние между автомобилем TOYOTA LAND CRUISER и местом столкновения - 48,47 м. Расстояние между автомобилем ВАЗ и местом столкновения - 4,8 м. Расстояние между автомобилем TOYOTA LAND CRUISER и автомобилем ВАЗ - 53,5 м.

Около обочины автодороги « » с правой стороны по ходу движения в направлении в на расстоянии 5,30 м от правого переднего угла крыши автомобиля TOYOTA LAND CRUISER в юго-восточном направлении обнаружен труп мужчины в положении лежа на спине. Расстояние между краем проезжей части и головой трупа 3,60 м, расстояние между краем проезжей части и правой ногой трупа 4,10 м. На момент осмотра труп одет в футболку серого цвета, в брюки спортивные темного цвета, в черные носки, на левой ноге сандалия. Ноги выпрямлены, руки разведены в стороны. На расстоянии 1,20 м от головы трупа мужчины на обочине по направлению в сторону и на расстоянии 3,60 м от кромки асфальта расположено 3-е колесо от автомобиля TOYOTA LAND CRUISER (т. 1 л.д. 54-78).

При дополнительном осмотре места происшествия 09.05.2019 с участием осужденного ФИО1 установлено, что объектом осмотра является проезжая часть автодороги на 268 км в границах , где 05.07.2018 произошло столкновение автомобилей TOYOTA LAND CRUISER под управлением ФИО7 и автомобиля ВАЗ под управлением ФИО1 Осмотр производился со стороны в сторону . Участвующее лицо в ходе осмотра ФИО1 указал на место столкновения указанных транспортных средств, согласно схеме проведенного ранее 05.07.2018 осмотра места совершения ДТП. На осматриваемом участке местности проезжая часть имеет ширину 7 м, дорога двухполосная, по одной полосе движения в каждую сторону. Имеется сплошная линия дорожной разметки, разделяющая полосы движения. Место столкновения автомобилей находится на полосе, указанной ФИО1, как полоса движения автомобиля TOYOTA LAND CRUISER. Далее, с указанного места был произведен размер расстояния в подъем, с которого на спуск двигался в направлении автомобиль TOYOTA LAND CRUISER. Проведенными замерами установлено, что расстояние видимости с указанного места составляет 255 м. Далее, ФИО1 указал на место, с которого его автомобиль ВАЗ начал вилять по проезжей части автодороги Затем был произведен замер расстояния с места, с которого автомобиль ВАЗ со слов ФИО1, начал вилять по проезжей части автодороги до места столкновения с автомобилем TOYOTA LAND CRUISER, установлено расстояние 210 м (т. 1 л.д. 164-169).

Указание стороны защиты в жалобе на то, что не определено место совершения ДТП опровергается данными, содержащимися в приведенном протоколе осмотра места происшествия. 

Суд апелляционной инстанции соглашается с упомянутыми выше выводами суда первой инстанции относительно протокола осмотра места происшествия, составленного в соответствии с требованиями уголовно- процессуального закона и считает необоснованными доводы апелляционной жалобы стороны защиты в этой части.

В связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием осмотрено транспортное средство ВАЗ , государственный регистрационный знак и легковой прицеп. На осматриваемом автомобиле передняя часть кузова деформирована, помят бампер, крыло, капот, разбита блок фара, деформировано переднее левое колесо (т. 1 л.д. 146-152).

Согласно свидетельствам о регистрации транспортного средства собственником автомобиля ВАЗ является ФИО1, собственником прицепа к легковым транспортным средствам является ФИО24 (т. 1 л.д. 87, 88).

Осмотренные автомобиль и прицеп признаны и приобщены к материалам дела в качестве вещественных доказательств (т. 1 л.д. 153).

Согласно протоколу осмотра транспортного средства автомобиля TOYOTA LAND CRUISER у автомобиля кузов имеет деформацию крыши, заднего бампера, заднего левого крыла, задней и левой двери, левого переднего крыла, переднего бампера, переднего левого крыла, передней правой и передней правой двери, заднего правого крыла, передняя правая и левая блок фары. Два задних и переднее колеса отсутствуют (повреждены) (т. 1 л.д. 156-160).

Согласно свидетельству о регистрации транспортного средства собственником автомобиля TOYOTA LAND CRUISER является Потерпевший №1 (т. 1 л.д. 97).

Осмотренный автомобиль признан и приобщен к материалам дела в качестве вещественного доказательства (т. 1 л.д. 161).

Из протокола осмотра предметов следует, что осмотрено переднее левое колесо автомобиля ВАЗ- ступица левого переднего колеса, 2 болта (т. 1 л.д. 170-173).

Осмотренное признано и приобщено к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств (т. 1 л.д. 174).

Согласно выводам заключения автотехнической экспертизы от 17.09.2018 рулевое управление автомобиля ВАЗ на момент, предшествующий ДТП, находилось в действующем состоянии, позволяющем контролировать направление движения транспортного средства. Тормозная система автомобиля ВАЗ на момент предшествующий ДТП, находилось в действующем состоянии. В процессе проведения исследования выявлено нарушение крепления левого переднего колеса. Указанное колесо должно крепиться к ступице посредством четырех болтовых соединений. По факту на момент осмотра в наличии имелось два болта, не полностью ввинченные в ступицу. Остальные два болта отсутствовали. Указанная неисправность образована на момент предшествующий ДТП, что привело к ухудшению управляемости и вероятно к потере курсовой устойчивости автомобиля. В процессе проведения исследования выявлено, что на ступицах передних колес установлены проставки, не предусмотренные конструкцией транспортного средства и ухудшающие прочностные характеристики болтовых соединений по причине не полного ввинчивания штатных болтов в ступицу. Установить, является ли использование проставок единственной и достаточной причиной для ослабления затяжки колеса или разрушения резьбовых соединений, не представляется возможным. Сопутствующими причинами также могли явиться недостаточная затяжка или использование коротких болтов крепления колеса (т. 2 л.д. 98-103). 

Из показаний допрошенного в судебном заседании эксперта ФИО10 следует, что на ухудшение управляемости курсовой устойчивости могли повлиять ненадлежащим образом закрепленное переднее левое колесо автомобиля. Это выразилось в том, что два крепежных болта отсутствовали и два были частично выкручены на момент исследования, как по факту установлено в ходе исследования и на момент ДТП то же самое было. Во время исследования два болта были частично выкручены, то есть резьба была в них вывернута и повреждена, если были бы они частично вывернуты в результате ДТП, то была бы другая следовая картина, была бы полная деформация резьбы в данных болтах на том участке, на котором они были выкручены. Можно было бы судить, что в результате ДТП. Но, поскольку резьба была замята в сторону выкручивания, то есть она выполняла свою функцию вкручиваться, выкручиваться, и сцепные качества его при этом сохранялись, болт не был вырван в результате ДТП, а был выкручен в процессе движения транспортного средства. По резьбовым соединениям на выходе на последних витках было наличие металла, не исключает, что они были частично выкручены и до конца вылетели в момент ДТП или выбиты. Крайние три витка повреждены на выкручивание отсутствующих болтов крепления, но при исследовании проводилось пробное вкручивание болтов и резьбовое соединение полностью вкрученного болта осуществлялось при шести оборотах. Повреждение трех витков свидетельствует о том, что на момент вырова болт был частично выкручен. Либо болты были короткие всего на три витка. Повреждение резьбы трех витков было только в отверстиях присутствующих болтов, там где не было болтов три витка наружных повреждены. Если болты закручены полностью, на все шесть витков, то были бы повреждены шесть витков. Они были выкручены до ДТП, поскольку на колесе имелись следы движения на ослабленных креплениях колеса, на шпильках и на отверстиях посадочных шпилек на ободе диска колеса, шпильки имели деформацию по окружности, и посадочное отверстие шпильки на диске колеса была деформация, что свидетельствует о движении с ослабленным креплением. Наличие проставки между ступицей и диском колеса может влечь ослабление крепежного соединения болтов, уменьшается количество витков. 

Из заключения автотехнической экспертизы от 18.10.2019 следует, что постановленный вопрос: какими пунктами ПДД должны были руководствоваться участники (водитель автомобиля ВАЗ ФИО1 и водитель автомобиля TOYOTA LАND CRUISER ФИО7) в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, носит неконкретный характер, так как не указано, какой момент в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации необходим для исследования поставленного вопроса. Возможно лишь указать, что для предотвращения ДТП при движении на 268 км автодороги водители автомобилей ВАЗ и TOYOTA LАND CRUISER , должны были руководствоваться требованиями п. 10.1 ПДД. Кроме того, из заключения эксперта от 17.09.2018 следует, что автомобиль ВАЗ имел неисправность, которая ухудшала управляемость автомобиля и могла привести к потере его курсовой устойчивости, и которая возникла на момент, предшествовавший ДТП. Согласно п. 2.3.1 Правил дорожного движения: «Водитель обязан перед выездом проверить и в пути обеспечить исправное техническое состояние транспортного средства…». Также установлено, что автомобиль ВАЗ на момент ДТП был оборудован легковым одноосным прицепом с перевозимым грузом. В данном случае водитель должен руководствоваться п. 23.1-23.4 Правил дорожного движения (т. 4 л.д. 46-48). 

Как следует из показаний эксперта ФИО25, водитель в случае возникновения опасности должен принять все меры к экстренному торможению, остановки транспортного средства. В данном случае нет никаких следов торможения на стадии сближения, поэтому, когда именно возник момент опасности не известно, протоколы допросов содержат субъективное мнение. Согласно методике техническая возможность решается для транспортного средства обладающего преимуществом при движении, в данном случае это TOYOTA LAND CRUISER. Нет сведений о моменте возникновения опасности объективного, объективно неизвестна скорость движения, так же они двигались во встречном направлении, что не исключало их столкновение. Согласно методик, при встречном движении техническая возможность решается только в случае если одно из транспортных средств осуществляло экстренное торможение. Факт нахождения прицепа вместе с автомобилем в сцепке препятствовать не будет торможению, только увеличению тормозного пути. Факт виляния автомобиля по своей полосе не является основанием для возникновения момента опасности для двигающегося навстречу автомобиля, может повлиять на сокращение времени реакции водителя, то есть в данном случае TOYOTA LAND CRUISER, его никто не заставляет тормозить не важно, по какой причине тот виляет, это не опасно, до момента выезда на встречную полосу.

Согласно заключению заключение эксперта от 03.08.2018, у ФИО7 имелись телесные повреждения в виде закрытой черепно-мозговой травмы: кровоизлияния в мягкие ткани лобной, височной, теменной и затылочной областях слева. Лобной области справа и слева, кровоизлияние в левую височную мышцу, линейный перелом чешуи затылочной кости слева, ограниченно-диффузные субарахноидальные кровоизлияния на наружной поверхности лобной, теменной и височной долей слева, на полюсе, на наружной и внутренней поверхности левой лобной, на полюсе, на наружной и внутренней поверхности правой лобной доли, на наружной поверхности лобной, теменной и височной долей справа, на верхней поверхности полушарий мозжечка, ушиб правой височной доли, кровоизлияния в желудочки головного мозга (в боковых и 4-м желудочках мозга по 1 мл. жидкой крови), ушибленные раны теменной области слева, кровоподтек в затылочной области слева, кровоподтек, ушибленные раны и ссадины в лобной области справа и слева, на правой брови. Закрытая тупая травма грудной клетки: кровоизлияния в мышцы грудной клетки справа и слева, разрывы реберно-хрящевых суставов 3,4 правых ребер, неполные поперечные разгибательные переломы по околопозвоночной линии 1-6 правых ребер, полные поперечные разгибательные переломы с повреждением пристеночной плевры 1,5,6,7,8,9 левых ребер по околопозвоночной линии, 2,3,4,5,8 левых ребер по лопаточной линии, 6,7,8,9, 10,1 левых ребер по задней подмышечной линии, кровоизлияния и разрывы паренхимы легких, разрыв правого купола диафрагмы, кровоизлияние в поясничной части левого купола диафрагмы, гемоторакс справа (675 мл жидкой крови), кровоизлияние на средостении, ушиб сердца, кровоподтеки на передней поверхности грудной клетки слева, ссадины на задней и боковой поверхности грудной клетки слева с переходом на ягодичную область. Закрытая тупая травма таза: кровоизлияние в поясничные мышцы слева, полный сгибательный перелом левой подвздошной кости. Закрытый полный поперечный перелом средней трети диафиза левой локтевой кости, полный вывих лучевой кости с кровоизлиянием в мягкие ткани. Ссадина в височной области справа. Кровоподтек, поверхностная ушибленная рана, ссадины на верхнем веке правого глаза, кровоизлияние в конъюнктиву и белочную оболочку правого глаза. Ссадины в скуловой и околоушной областях справа. Кровоподтеки в щечной области справа, на нижнем веке правого глаза, на спинке носа справа. Ушибленная рана в щечной области справа. Кровоподтек и ссадины на правой ушной раковине. Ссадина на предплечье слева. Кровоподтек и ссадины в области левого локтевого сустава с переходом на предплечье. Ссадины на левом плече. Ссадины в области правого локтевого сустава с переходом на кисть. Кровоподтек на правом предплечье. Ссадины на боковой поверхности брюшной стенки справа. Кровоподтеки и ссадины в области правого коленного сустава и правой голени. Ссадины на правой стопе. Кровоподтек и ссадины на левом бедре. Ссадины в области левого коленного сустава. Кровоподтек, ушибленная рана на левой голени. Ссадины на левом бедре. Все вышеперечисленные повреждения образованы в быстрой последовательности друг за другом, в результате ударного или ударно-сдавливающего воздействия тупыми твердыми предметами, в условиях дорожно-транспортного происшествия, квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку вреда, опасного для жизни и состоят в прямой причинной связи с наступлением смерти (т. 2 л.д. 32-36).

Согласно заключению эксперта от 28.09.2018, у Потерпевший №2 при обращении за медицинской помощью имелись следующие телесные повреждения: множественных ссадин тела, закрытого перелома средней трети левой бедренной кости со смещением, ушиба обоих легких, левостороннего травматического пневмоторакса, контузии обоих глаз, после проведения инструментальной диагностики, данных характерной клинической картины, а также оперативного вмешательства были классифицированы как диагноз «Автодорожная сочетанная травма: закрытый оскольчатый перелом средней трети левой бедренной кости со смещением, левосторонний травматический пневмоторакс, ушиб обоих легких, контузия обоих глаз 1ст., субконьюнктивальное кровоизлияние обоих глаз, множественные ушибы и ссадины тела, которые возникли в результате воздействия тупого твердого предмета, свойствами которого обладают и выступающие части салона автомобиля, составляют единую автодорожную травму и оцениваются в совокупности как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, создающий непосредственно угрозу для жизни и по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности (т. 2 л.д. 72-74).

Из заключения эксперта от 28.09.2018 следует, что у ФИО8 при обращении за медицинской помощью имелись следующие телесные повреждения: множественных ушибов и ссадин лица и тела, компрессионного перелома тела L1 позвонка, перелома тела правой лопатки со смещением, перелома тела L5 позвонка со смещением костных фрагментов в просвет позвоночного канала, перелома левой дужки L5 позвонка без смещения, ушиба правого легкого, впоследствии, после проведения инструментальной диагностики, на основании характерной клинической картины и данных оперативного вмешательства были классифицированы как диагноз: автодорожная сочетанная политравма. Компрессионный перелом L1 позвонка, 1 степени. Взрывной оскольчатый перелом тела L5 позвонка, со стенозом спинномозгового канала. Закрытый оскольчатый перелом правой лопатки со смещением. Малый правосторонний пневмоторакс. Ушиб правого легкого. Ушибы и ссадины лица и тела. Указанные выше телесные повреждения возникли в результате воздействия тупого твердого предмета, свойствами которого обладают и выступающие части внутри салона автомобиля, данные телесные повреждения составляют единую автодорожную травму и оцениваются в совокупности как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, создающий непосредственно угрозу для жизни (т. 2 л.д. 85-87).

Суд первой инстанции указал, что исследованные в судебном заседании письменные материалы уголовного дела собраны и получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, оснований для признания их недопустимыми доказательствами, по основаниям, предусмотренным ст. 75 УПК РФ не имеется, в связи с чем верно признал их допустимыми, достоверными и достаточными, положив их в основу приговора.

Нарушений правовых норм, регулирующих основания и порядок производства экспертиз по уголовному делу, а также правила проверки и оценки экспертиз, которые бы могли повлечь недопустимость заключений экспертов, не допущено.

Суд обоснованно учел, что экспертизы проведены на основании постановлений следователя, вынесенных в соответствии с положениями УПК РФ.

В производстве экспертиз участвовали эксперты, имеющие соответствующее образование и определенный стаж экспертной деятельности по различным специальностям.

Проведение исследований с привлечением этих экспертов, компетентность которых не вызывает сомнений, соответствует положениям ч. 2 ст. 195, п. 60 ст. 5 УПК РФ. В деле отсутствуют какие-либо основанные на фактических данных сведения о наличии предусмотренных ст. 70 УПК РФ обстоятельств для отвода экспертов, участвующих в производстве экспертиз. 

Заключения экспертов отвечают требованиям ст. 204 УПК РФ, содержат полные ответы на все поставленные вопросы, ссылки на примененные методики и другие необходимые данные, в том числе заверенные подписями экспертов записи, удостоверяющие то, что им разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 57 УПК РФ, и они предупреждены об уголовной ответственности за дачу ложных заключений. Представленные на исследование материалы дела были достаточны для ответов на поставленные перед экспертами вопросы. Поэтому доводы жалобы стороны защиты в этой части являются необоснованными. 

Предложенные в жалобе суждения относительно оценки доказательств, являются собственным мнением стороны защиты, противоречащим представленным доказательствам, не могут рассматриваться как основание к отмене приговора, поскольку выводы суда первой инстанции не вызывают сомнений, оценка доказательств дана судом в соответствии с требованиям закона, каждое доказательство оценено с точки зрения допустимости и достоверности, а все имеющиеся доказательства в совокупности.

Суд первой инстанции правильно установил, что ФИО1, управляя автомобилем ВАЗ с технической неисправностью(ненадлежащее крепление переднего левого колеса, с болтами, не полностью ввинченными в ступицу колеса, а также с установленными на ступицах передних колес проставками, не предусмотренными конструкцией транспортного средства, ухудшающими при этом прочностные характеристики болтовых соединений), повлекшее ухудшение управляемости автомобилем и потерю курсовой устойчивости, с груженным прицепом, не принял мер к снижению скорости, остановке автомобиля при возникновении опасности -(«виляние» автомобиля с прицепом), выехал на полосу встречного движения, допустил наезд на автомобиль TOYOTA LAND CRUISER под управлением ФИО15, двигавшегося по своей полосе. 

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о нарушении ФИО1, управляющим источником повышенной опасности, требований п. 2.3.1, 1.5, 9.1, 9.7, 10.1 Правил дорожного движения РФ, которые состоят в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями, в совокупности привели к дорожно-транспортному происшествию смерти потерпевшего ФИО15, причинению тяжкого вреда здоровью потерпевшим ФИО26 и ФИО27 

Ссылки стороны защиты в жалобе и суде первой и апелляционной инстанции о том, что потерпевший ФИО7, управлявший автомобилем TOYOTA LAND CRUISER не принял мер к остановке автомобиля, были тщательно исследованы в суде первой инстанции и приведены в приговоре. При этом, сославшись на Правила дорожного движения и исследованные доказательства, суд пришел к правильному выводу, что причиной ДТП явилось то, что автомобиль ВАЗ под управлением ФИО1 выехал на полосу встречного движения, допустил столкновение с автомобилем TOYOTA LAND CRUISER , водитель которого предпринимал попытки этого избежать.

Других доводов в суде апелляционной инстанции в этой части не было приведено, поэтому суд апелляционной инстанции находит их не основанными на законе и материалах дела. 

Исследованными доказательствами суд достоверно установлено, что за рулем автомобиля находился водитель именно ФИО1, а не иное лицо.

Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции относительно оценки исследованных доказательств не имеется, а потому доводы апелляционной жалобы в данной части удовлетворению не подлежат.

Приведенные в апелляционной жалобе стороны защиты доводы о несогласии с оценкой доказательств, данной судом первой инстанции, не могут являться основанием для отмены или изменения приговора.

Суд апелляционной инстанции по материалам уголовного дела проверил доводы апелляционной жалобы о недопустимости положенных в основу приговора доказательств, и не усматривает оснований для удовлетворения жалобы, поскольку нарушений уголовно-процессуального закона при собирании доказательства, указанных в апелляционной жалобе, допущено не было. 

Вопреки доводам жалобы стороны защиты, принцип презумпции невиновности обвиняемого судом не нарушен.

Все заявленные стороной защиты ходатайства, в том числе о назначении металловедческой и автотехнической экспертиз, судом первой инстанции разрешены правильно, с вынесением отдельного процессуального решения, с приведением мотивов. 

Вынесенные по ходатайству стороны защиты судебные решения являются законными, обоснованными и мотивированными. В приговоре суд дал надлежащую оценку другим заявленным стороной защиты в ходе судебного следствия ходатайствам, относящимся к вопросам допустимости доказательств, в том числе проведением осмотра места происшествия с участием свидетеля ФИО16, заключению эксперта от 15.05.2019.

Содержащиеся в жалобе утверждения о нарушении судом принципов состязательности сторон, объективности суда и обвинительном уклоне являются неосновательными.

Как видно из протокола судебного заседания, дело было рассмотрено судом с соблюдением принципа состязательности и равноправия сторон, показания допрошенных по делу лиц изложены в приговоре полно и объективно, соответствуют протоколу судебного заседания.

Все заявленные сторонами ходатайства были разрешены судом непредвзято, с учетом требований закона и в зависимости от их значения для правильного разрешения дела, с принятием по ним необходимых решений, которые убедительно мотивированы. Поэтому указание в апелляционной жалобе на другой номер заключения эксперта, от другого числа, не могут быть приняты во внимание, поскольку является явной технической ошибкой в обжалуемом судебном решении (т. 5 л.д. 183). В материалах дела имеется исследованное в судебном заседании заключение эксперта от 17.09.2018.

После исследования представленных характеризующих материалов на осужденного, оценив его поведение в ходе судебного разбирательства, у суда не возникло сомнений в психическом состоянии здоровья ФИО1 

Суд первой инстанции правильно квалифицировал действия ФИО1 по ч. 3 ст. 264 УК РФ – как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью двум лицам и повлекшее по неосторожности смерть человека.

При назначении наказания ФИО1 суд обоснованно учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности осужденного, его возраст и состояние здоровья, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его и семьи. 

Также судом учтены данные о личности ФИО1, который не судим, на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит, главой сельсовета характеризуется следующим образом: женат, имеет троих несовершеннолетних детей. В настоящее время трудоустроен вахтовым методом, с лета 2018 года не работает. По характеру спокойный, уравновешенный. Со стороны соседей жалоб не поступало. К административной ответственности не привлекался. Вредных привычек не имеет. УУП ОУУП Отд МВД России характеризуется положительно: женат, имеет троих несовершеннолетних детей. Официально трудоустроен в ООО « » в должности . Спиртными напитками не злоупотребляет. Общественный порядок не нарушает. Жалоб со стороны жителей не поступало. К административной и уголовной ответственности не привлекался.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, суд верно признал - активное способствование раскрытию и расследованию преступления, наличие троих малолетних детей, частичное признание вины в судебных заседаниях 17 февраля и 20 мая 2020 года.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, судом не установлено верно. 

С учетом у ФИО1 обстоятельств, смягчающих наказание, предусмотренных п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ и отсутствия обстоятельств, отягчающих наказание, суд верно при назначении наказания применил положения ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Приняв во внимание обстоятельства совершенного ФИО1 преступления, данных о его личности, суд пришел к правильному выводу, что достижение предусмотренных уголовным законом целей наказания возможно только при назначении ФИО1 наказания в виде лишения свободы на определенный срок с назначением ему дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

Исключительных обстоятельств, как отдельных, так и в совокупности, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного осужденным преступного деяния, позволяющих применить положения ст. 64 УК РФ при назначении наказания, назначив наказание ниже низшего предела либо более мягкое, чем предусмотрено санкцией, суд не усмотрел обоснованно.

Как правильно указано в приговоре, решение о назначении иного, более мягкого вида наказания, не будет являться средством восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений. 

По делу также не имеется оснований для применения к ФИО1 положений об условном осуждении, об отсрочке исполнения приговора, для изменения категории совершенного преступления в порядке ч. 6 ст. 15 УК РФ.

С учётом изложенного, суд апелляционной инстанции находит назначенное ФИО1 наказание справедливым и отвечающим целям наказания, предусмотренным ст. 43 УК РФ.

В приговоре верно указано, что ФИО1 совершил преступление по неосторожности, относящееся к категории средней тяжести, поэтому в силу п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ, наказание в виде лишения свободы он должен отбывать в колонии-поселении. 

Руководствуясь принципом разумности, справедливости и соразмерности, в соответствии со ст. 151, 1068, 1079, 1099, 1100, 1101 ГК РФ и ст. 309 УПК РФ, суд первой инстанции исковые требования ФИО8, Потерпевший №1, Потерпевший №2, ФИО4 разрешил в соответствии с законом, удовлетворил их частично, размер которых не оспаривался сторонами, как в жалобе, так в суде первой и апелляционной инстанции. При этом, определяя размер денежной компенсации морального вреда, суд учел фактические обстоятельства, при которых причинен вред, характер причиненных страданий, данные о личности гражданских истцов, вину осужденного по отношению к совершенному преступному деянию, в результате которого наступила смерть ФИО15, его материальное положение, состав семьи, исходя из требований разумности и справедливости. 

Нарушений уголовно-процессуального закона, в том числе постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 № 55, Конвенции о защите прав человека и основных свобод, Международного пакта о гражданских и политических правах, на что обращается внимание в апелляционной жалобе, которые могли бы повлиять на законность и обоснованность приговора, судом не допущено. 

При указанных обстоятельствах, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы суд апелляционной инстанции не находит.

Руководствуясь ст. 38913, 38920, 38928, ст.38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор Боградского районного суда Республики Хакасия от 1 июня 2020 г. в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката – без удовлетворения.

Председательствующий

Справка: ФИО1 проживает по адресу: .