№ 2-92/2025

УИД 04RS0008-01-2025-002002-18

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 января 2026 г. п. Заиграево

Заиграевский районный суд Республики Бурятия в составе судьи Зарбаевой В.А.,

при секретаре Белых Ю.В.,

с участием прокурора Норбоевой Д.Э.,

истца ФИО1, его представителя адвоката Халматова В.И., действующего на основании ордера № от 17.12.2025г. и удостоверения №,

ответчика ФИО2, его представителя ФИО3, действующего на основании доверенности №

<

адрес>8 от 09.12.2025г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению У.М.А. к М.А.А. о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

У.М.А.., обращаясь в суд к ФИО37., просит взыскать компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 руб., мотивируя тем, что по вине ответчика в результате ДТП ему причинен тяжкий вред здоровью.

Определением от 26.12.2025г. к участию в деле в качестве третьего лица привлечена Р.М.А,

В судебном заседании истец У.М.А.. на иске настаивал, пояснил суду, что в момент ДТП за рулем автомобиля 

<

данные изъяты> находился М.А.А.

Представитель истца адвокат Халматов В.И. исковые требования поддержал, пояснил, что вина ответчика в ДТП подтверждается постановлением о прекращении уголовного дела, где установлено, что в момент ДТП за рулем автомобиля 

<

данные изъяты> находился М.А.А.

Ответчик М.А.А.. исковые требования не признал, пояснил, что в момент ДТП он сидел на пассажирском переднем сиденье, а за рулем автомобиля 

<

данные изъяты> находился У.М.А. Свидетель №1 и У. находились на заднем сиденье.

Представитель ответчика ФИО3 исковые требования не признал, пояснил, что в момент ДТП М.А.А.. за рулем не находился, что подтверждается показаниями свидетелей Р.М.А.., инспектора ДТП Б. а также показаниями К., Свидетель №1, данных ими в ходе доследственной проверки. Полагал, что следователем в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела необоснованно сделан М.А.А.., тогда как вина может быть установлена приговором суда. Полагал на то, что оснований для компенсации морального вреда не имеется в связи с тем, что в момент ДТП истец сам управлял автомобилем, истцом не доказано, что инвалидность 1 группы присвоена в связи с травмами, полученными в результате ДТП, кроме того, ДТП произошло во время реализации преступного умысла, направленного на неправомерное завладение автомобилем 

<

данные изъяты>.

Третье лицо Р.М.А.., извещенная надлежащим образом, в судебное заседание не явилась, ходатайствовала о рассмотрении дела в ее отсутствие. Ранее в судебном заседании 16.01.2026г. пояснила, что является потерпевшей по уголовному делу, по которому У.М.А. и М.А.А. признаны виновным в совершении угона автомобиля, принадлежащего ей. 30.12.2021г. в 12:30 час. ей позвонили сотрудники полиции и сообщили, что ее автомобиль 

<

данные изъяты> попал в ДТП. По приезду на место ДТП она увидела, что в машине находится У.М.А.., были сотрудники ДПС, К. и Свидетель №1 были в машине скорой помощи, М.А. она не видела. Сотрудники попросили представить документы на автомобиль, после чего она подошла к автомобилю, чтобы достать документы из бардачка, расположенного перед левым пассажирским сиденьем, однако не смогла открыть левую переднюю дверь, так как дверь была зажата. Устюжанин лежал на коленях между передними сиденьями, лицом назад, его ноги находились справа, где расположены педали. На пассажирском сиденье находилась мама У., она закрывала его от холода. На вопросы сотрудника полиции У, сказал, что он находился за рулем. Пассажирское левое стекло было целое, его разбили сотрудники МЧС, когда доставали У. из машины. На момент ДТП автомобиль не был застрахован по полису ОСАГО, так как готовился к продаже.

Прокурор Норбоева Д.Э. полагала, что требования истца подлежат удовлетворению, однако сумма компенсации морального вреда должна быть снижена до 100 000 руб.

Выслушав участников процесса, принимая во внимание показания допрошенных свидетелей, изучив материалы дела, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований в силу следующего.

В силу статьи 12 Гражданского кодекса РФ защита гражданских прав осуществляется в том числе путем возмещения убытков, компенсации морального вреда.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (пункт 1 статьи 151 Гражданского кодекса РФ).

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (пункт 2 статьи 151 Гражданского кодекса РФ).

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса РФ) и статьей 151 Гражданского кодекса РФ.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса РФ).

В соответствии с частью 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса РФ, вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ДД.ММ.ГГГГ. на 

<

адрес>» водитель автомобиля 

<

данные изъяты> с государственным регистрационным знаком № не справился с управлением и совершил опрокидывание автомобиля, в результате чего У.М.А. причинен тяжкий вред здоровью.

03.05.2024г. следователем Следственного отдела ОМВД России по Заиграевскому району вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по ст. 264 УК РФ в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

Следствием установлено, что за рулем автомобиля 

<

данные изъяты> находился М.А.А.., который не справился с управлением и совершил опрокидывание автомобиля.

Согласно заключению эксперта № у У.М.А.. имелись следующие повреждения: 

<

данные изъяты> Данные повреждения причинены в результате воздействия тупого твердого предмета или ударе о таковой. Данные телесные повреждения в совокупности (т.к. имеют единый механизм образования) расцениваются как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть. По своей давности все повреждения могут соответствовать сроку, указанному в определении (31.12.2021г.) Согласно справке химико-токсикологического исследования № от 10.01.2022г. У.М.А. находился в состоянии алкогольного опьянения средней степени.

Из выписного эпикриза №2795 Новобрянской районной больницы ГАУЗ «Заиграевская ЦРБ» У.М.А. находился на стационарном лечении в хирургическом отделении с 31.12.2021г. по 21.01.2022г. с диагнозом 

<

данные изъяты>.

Приговором Заиграевского районного суда РБ от 20.06.2025г. У.М.А. и М.А.А. признаны виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.2 ст. 166 УК РФ с назначением наказания в виде уголовного штрафа, с У.М.А.. и М.А.А. в пользу потерпевшей Р.М.А. взыскана сумма ущерба в размере 75 500 руб.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Бурятия от 14.08.2025г. приговор Заиграевского районного суда РБ от 20.06.2025г. изменен, снижен размер ущерба, взысканного с осужденных М.А.А.. и У.М.А. в пользу Р.М.А.. до 45 000 руб., в остальной части приговор оставлен без изменения.

В ходе рассмотрения дела судом допрошены свидетели Б., Свидетель №1

Так в ходе допроса Б. пояснил, что является сотрудником ДПС ОГИБДД ОМВД России по Заиграевскому району. 30.12.2021г. выезжал на ДТП. По приезду увидел, что в кювете находился автомобиль белого цвета 

<

данные изъяты>, вокруг автомобиля находились молодые люди. Автомобиль японского производства, следовательно, руль расположен справа. В салоне автомобиля находился У.М.А., он был зажат между передними сиденьями, его ноги находились справа, то есть в месте расположения педалей. На вопросы кто управлял транспортным средством, У.М.А. ответил, что он был за рулем. У У.М.А. имелись явные признаки инвалидности, в связи с чем возникли сомнения по поводу возможности управления им транспортного средства. На его вопросы У.М.А. ответил, что он может управлять транспортным средством. Алкогольное освидетельствование У.М.А. он не проводил, освидетельствование было проведено в отношении М.А.А., поскольку имелись подозрения, что он мог находиться за рулем. Когда он задавал У.М.А. вопросы, он находился в адекватном состоянии, однако было видно, что он испытывает боль.

Свидетель Свидетель №1 суду показал, что 30.12.2021г. он вместе с У.М.А., М.А.А. и К. выехали из 

<

адрес> в 

<

адрес>, по дороге они попали в ДТП, за рулем автомобиля находился М.А.А. На стадии следствия он был запутан, в связи с чем давал неверные показания о том, что за рулем находился У.М.А.. В настоящее время он понимает, что предупрежден об уголовной ответственности и настаивает на том, что в момент ДТП за рулем находился М.А.А.

Судом для проверки доводов истца и ответчика запрошены материалы КУСП 4034 от 15.09.2023г. по факту ДТП от 31.12.2021г.

Так из объяснения К. от 31.12.2021г. следует, что 30.12.2021г. в 15 час. 30 мин. он пришел к М.А.А. по адресу: 

<

адрес>, где находился также У.М.А., они все сидели в гараже. М.А.А. сказал, что необходимо съездить за общим другом Свидетель №1, который находился в г. Улан-Удэ. Они поехали на машине 

<

данные изъяты> белого цвета, которая стояла в ограде у М.А.А.. ФИО4 принадлежала Р.М.В. М., знакомой М.А.А.. За руль сел У.М.А., он был выпивший… Приехав в г. Улан-Удэ они забрали Свидетель №1, далее катались по городу с 20 часов до 23:55, после поехали в п. Заиграево. Проехав п. Онохой, по пути следования, машину занесло и они слетели с дороги в кювет. После остановки автомобиля он вышел через заднюю правую дверь и пошел на дорогу и начал останавливать попутный автомобиль, попросил вызвать скорую помощь, У.М.А. зажало в автомобиле, так как он сидел за рулем.

Из объяснений М.А.А. следует, что по дорогу из Улан-Удэ в п. Заиграево за рулем автомобиля находился У.М.А.. В районе 

<

данные изъяты> съехал с асфальта на обочину вправо, чтобы вернуться на проезжую часть, он вывернул руль влево и резко затормозил, от этих действий автомобиль занесли и они съехали в кювет. Проезжающий мимо мужчина вызвал скорую помощь. М. в это время был зажат между панелью и сиденьями.

Согласно заключению эксперта 1543-22 от 19.05.2022г. у М.А.А. имелось следующее повреждение: 

<

данные изъяты>, данное повреждение причинено в результате воздействия тупого твердого предмета. По своим свойствам расценивается как повреждение, не причинившее вред здоровью человека. Выставленные диагнозы: 

<

данные изъяты>» не подтверждены клиническими данными и дополнительными методами исследования, в связи с чем выставленные диагнозы судебно-медицинской оценке не подлежат.

Из объяснения У.М.А. от 07.02.2024г. следует, что после совершения им ДТП в г. Улан-Удэ он свернул во дворы, он пересел на переднее пассажирское сиденье, М.А.А. сел за руль автомашины и они поехали в сторону п. Заиграево. Когда выезжали со двора, он уснул и спал всю дорогу. Пришел в себя он от сильной боли в спине и левой стороны в голове, также понял, что его перетаскивают на водительское сиденье, так как он сидел на переднем пассажирском сиденье. Он ощутил, что его дергают за куртку, словно хотят поднять, но его не смогли поднять, поэтому он остался между передними сиденьями, открыл глаза и увидел, как от него отошел М.А.А., в это время он находился зажатым между передними сиденьями, при этом ноги были уже со стороны водителя. Свидетель №1 несколько раз подходил, разговаривал с ним, а К. и М.А.А. он не видел. Далее приехала скорая помощь, фельдшер хотела поставить обезболивающий укол, но не смогла, так как он находился зажатым… После ДТП ремнем безопасности оторвало раковину левого уха, которую врачи Республиканской больницы пришили, сделали снимки и сообщили, что имеется компрессионный перелом 2-го поясничного позвоночника… Во время ДТП за рулем находился М.А.А., он сидел рядом на пассажирском сидении. В машине были пристегнуты ремнем безопасности все, кроме К..

Также судом исследованы материалы уголовного дела № в отношении У.М.А., М.А.А.

Так из приговора следует, что при рассмотрении уголовного дела У.М.А. вину признал, от дачи показаний отказался. М.А.А. вину не признал, от дачи показаний отказался.

Судом были оглашены показания У.М.А., данные им в ходе предварительного следствия, из которых следует, что в момент ДТП за рулем находился М.А.А. Оглашенные показания У.М.А. подтвердил.

Из показаний М.А.А., данных им в ходе предварительного следствия следует, что по дороге в п. Заиграево У.М.А. не справился с управлением и совершил съезд в кювет, У.М.А. зажало в машине между пассажирским и водительским креслом.

Из показаний М.А.А. данных им в качестве обвиняемого 10.03.2025г. также следует, что У.М.А. все время находился за рулем.

Свидетель Свидетель №1 пояснил, что за рулем автомобиля находился У.М.А., в тот день М.А.А. за рулем он не видел. Доехал до ФИО5 начал нервничать, они его успокаивали… По пути М. чуть не врезался в какой-то автомобиль, в итоге на повороте они улетели в кювет… У.М.А. был зажат между сиденьями, а М.А.А. привел его в чувства.

Судом по ходатайству стороны обвинения были оглашены показания Свидетель №1, из которых следует, что М.А.А. не смог въехать в поворот, не справился с управлением, машину при повороте занесло, и они слетели в кювет, машина не переворачивалась. От удара он на время потерял сознание, видимо, в себя пришел, когда его тормошил М.А.А.. Он попытался выйти через заднюю пассажирскую дверь. Когда он пришел в себя, в салоне автомашины находился один У.М.А., от удара о снежный покров на земле, почему-то вырвало кресло, на котором сидел У.М.А.. М. лежал на полу машины, кресло было сверху. В этом время М.А.А. попытался передвинуть У.М.А., который, видимо, находился без сознания, либо он спал на водительском месте. Но после того, как М.А.А. попытался передвинуть У.М.А. на водительское сиденье, он пришел в себя и начал кричать от боли. М, не смог сдвинуть М. с места, и он оказался между передними креслами и кричал от боли. Он не спрашивал у М.А.А., зачем он пытался перетащить У.М.А. на водительское сиденье, в тот момент он думал, что тот хотел его вытащить…Он слышал, как К. спрашивал у М.А.А., каким образом он оказался на переднем сиденье водительском, А. ответил ему, что он вообще вылетел в окно, в тот момент он ничего понял, сам он не видел, как К. пришел в себя на водительском месте. Когда он пришел в себя, К. уже не было в машине.

Оглашенные показания Свидетель №1 не подтвердил, противоречия пояснил, что оглашенные показания им даны под давлением У.М.А., он угрожал тем, что его побьют толпой, если он не встанет на сторону У.М.А., это было при личной встрече. Его допрашивали в присутствии матери, тогда он был несовершеннолетним, показания давал по бумаге, которую ему дали сотрудники полиции, что было напечатано на листе, то он и говорил.

Из показаний К. следует, что после разговора с матерью, У.М.А. сказал, что больше не сядет за руль, за руль сел М.А.А., У.М.А. сидел на переднем пассажирском сиденье, а он и Свидетель №1 сидели на заднем пассажирском сидении. По дороге, когда они ехали в п. Заиграево, звонила мама У.М.А. М., в это время М. спал, взял трубку М.А.А. и сказал ей, чтобы она не беспокоилась, что М спит, за рулем находится он, и они скоро приедут в п. Заиграево. В какой-то момент он уснул, проснулся уже после ДТП, когда машина слетела в кювет. Он почувствовал, что его кто-то тащит, передвигает. Придя в себя, он увидел, что валит дым из-под капота машины, и он находится на водительском месте. Он открыл глаза и стал спрашивать А., как он оказался на переднем сидении, он сказал, что возможно, его перекинуло в ходе ДТП, так как он не был пристегнут. Он вышел из машины, в тот момент он не совсем понял произошедшее, но на данный момент он понимает, что М.А.А. пытался его пересадить на место водителя, так как перелететь через кресло и не получить никаких телесных повреждений он не мог. При этом после ДТП оказались заблокированными двери слева, передняя пассажирская и задняя, с правой стороны двери машины не открывались. Руль расположен у данного автомобиля с правой стороны. Свидетель №1 вышел из автомобиля самостоятельно, его растормошил М.А.А.. После этого М.А.А. стал передвигать У.М.А., который, видимо, находился без сознания, либо он спал. Но после того, как М.А.А. пытался передвинуть У.М.А. на водительское место, он пришел в себя и стал кричать от боли. М, не смог сдвинуть М. с места, и он оказался между передними креслами и кричал от боли.

Суд, оценив в совокупности показания свидетеля Свидетель №1, при вынесении приговора принял за основу показания Свидетель №1, данные им в ходе предварительного следствия, к его доводам о том, что дал показания под давлением У.М.А.., суд отнесся критически, расценив их как данные с целью ограждения подсудимого М.А.А. от уголовной ответственности.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 058.12.2017 N-39П по делу о проверке конституционности положений статей 15, 1064 и 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, подпункта 14 пункта 1 статьи 31 Налогового кодекса Российской Федерации, статьи 199.2 Уголовного кодекса Российской Федерации и части первой статьи 54 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО6 - адвокатов К.Е. Безруковой, Е.Ю. Косяковой и В.М. Жуковского, представителя гражданина С.А. - адвоката А.Е. Моисеева, полномочного представителя Государственной Думы в Конституционном Суде Российской Федерации К.Т., представителя Совета Федерации - доктора юридических наук К.П., полномочного представителя Президента Российской Федерации в Конституционном Суде Российской Федерации К.М., отметил, что привлечение физического лица к ответственности за деликт в каждом случае требует установления судом состава гражданского правонарушения, - иное означало бы необоснованное смешение различных видов юридической ответственности, нарушение принципов справедливости, соразмерности и правовой определенности вопреки требованиям статьи 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1), 35 (части 1 - 3), 49 (часть 1), 54 (часть 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

В пункте 6 этого постановления также указано, что применительно к случаям прекращения уголовного дела в связи с истечением сроков давности уголовного преследования суд при рассмотрении в порядке гражданского судопроизводства иска о возмещении вреда, причиненного лицом, подвергнутым уголовному преследованию, в силу части первой статьи 67 и части первой статьи 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации должен принять данные предварительного расследования, включая сведения об установленных органом предварительного расследования фактических обстоятельствах совершенного деяния, содержащиеся в решении о прекращении уголовного дела, в качестве письменных доказательств, которые суд обязан оценивать наряду с другими имеющимися в деле доказательствами по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании. При этом оценка судом в гражданском деле материально-правовых оснований возмещения причиненного преступлением вреда не может ограничиваться выводами осуществлявших уголовное судопроизводство органов, изложенными в постановлении о прекращении уголовного дела.

Таким образом, обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину.

При этом не могут предрешать выводы суда о возможности привлечения к гражданско-правовой ответственности лица, в отношении которого уголовное преследование по обвинению в преступлении было прекращено по нереабилитирующим основаниям, данные предварительного расследования, включая сведения об установленных органом предварительного расследования фактических обстоятельствах совершенного деяния, содержащиеся в решении о прекращении уголовного дела, поскольку в деле о возмещении вреда они выступают письменными доказательствами и по отношению к иным доказательствам, в том числе представляемым суду ответчиком, не обладают большей доказательственной силой.

Оценив пояснения сторон, показания свидетелей, изучив материалы уголовного дела, материалы проверки КУСП, учитывая показания, данные Свидетель №1 при рассмотрении настоящего дела, суд приходит к выводу о том, что в момент ДТП ДД.ММ.ГГГГ. за рулем автомобиля 

<

данные изъяты> с государственным регистрационным знаком №, находился ответчик М.А.А. К показаниям свидетеля Б., третьего лица Р.М.В. о том, что за рулем автомобиля находился У.М.А., суд относится критически, поскольку указанные лица видели У.М.А. за рулем уже после ДТП, тогда как Свидетель №1 являлся непосредственным участником ДТП.

Таким образом, на основании представленных в материалы дела доказательств, суд считает установленной причинно-следственную связь между полученными истцом травмами, отнесенными к тяжкому вреду здоровья, и действиями ответчика М.А.А. в совершении дорожно-транспортного происшествия, вина которого подтверждена постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела.

Постановлением заместителя прокурора Заиграевского района РБ от 22.01.2026г. в удовлетворении жалобы М.А.А. об отмене постановления об отказе в возбуждении уголовного от 03.05.2024г. отказано.

Согласно Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с невозможностью продолжать активную общественную жизнь, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Одним из оснований компенсации морального вреда в соответствии со ст. 1100 Гражданского кодекса РФ является причинение вреда здоровью гражданина источником повышенной опасности. При этом компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

В результате дорожно-транспортного происшествия, получения тяжкого вреда здоровью, У.М.А., безусловно, были причинены физические и нравственные страдания, заключающиеся в продолжительном лечении, и нравственных переживаниях.

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г.N 33 разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

В пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается; установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда, при определении которого суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Разумные и справедливые пределы компенсации морального вреда являются оценочной категорией, четкие критерии его определения применительно к тем или иным категориям дел федеральным законодательством не предусматриваются, следовательно, в каждом случае суд определяет такие пределы с учетом конкретных обстоятельств дела, индивидуальных особенностей истца и характера спорных правоотношений.

При этом соответствующие мотивы о размере компенсации должны быть приведены в судебном акте во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации, отсутствие которых в случае несоразмерно малой суммы присужденной истцу компенсации свидетельствует о нарушении принципа адекватного и эффективного устранения нарушения, означает игнорирование требований закона и может создать у истца впечатление пренебрежительного отношения к его правам.

Законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, в силу статей 67 Гражданского процессуального кодекса РФ оценка характера и степени причиненного истцам морального вреда, определение размера компенсации морального вреда относятся к исключительной компетенции суда.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд оценивает, в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, все представленные по делу доказательства в их совокупности, исходя из конкретных обстоятельств дела, характера причиненных У.М.А. нравственных и физических страданий, приняты во внимание фактические обстоятельства дела, характер и тяжесть причиненного истцу вреда здоровью (тяжкий вред здоровью) и обстоятельства его причинение (в результате ДТП), степень физических и нравственных страданий истца, прохождение У.М.А. в результате полученных травм длительного лечения, необходимость прохождения реабилитации.

Степень тяжести вреда здоровью, причиненного У.М.А. в результате ДТП сторонами не оспаривалась.

Здоровье человека является главной ценностью, в связи с чем, каждый для себя самостоятельно определяет размер нравственных страданий, перенесенных в связи с его утратой по вине другого лица.

Вместе с тем, компенсация морального вреда не должна являться источником обогащения потерпевшего, в связи с чем, законом установлены требования о разумности и справедливости при определении размера морального вреда.

Учитывая требования разумности и справедливости, соразмерность последствиям нарушения прав, суд полагает, что заявленный истцом размер компенсации морального вреда в 1 500 000 руб. является чрезмерным, считает обоснованным и соответствующим требованиям справедливости и разумности, степени тяжести размер в 100 000 руб., который надлежит взыскать с ответчика. Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, суд полагает, что сумма компенсации в размере 100 000,00 руб. отвечает признакам справедливого вознаграждения истцу за перенесенные им страдания.

Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере суд не усматривает.

Согласно п. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ, ст. 333.19 Налогового кодекса РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

В связи с тем, что истец при подаче иска был освобожден от уплаты государственной пошлины, суд считает необходимым взыскать с ответчика в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3000,00 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд,

РЕШИЛ:

исковые требования У.М.А. удовлетворить частично.

Взыскать с М.А.А. (паспорт №) в пользу У.М.А. (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с М.А.А. (паспорт №) в доход бюджета муниципального образования городского поселения «Поселок Заиграево» государственную пошлину в размере 3000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Бурятия в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Заиграевский районный суд Республики Бурятия.

Судья В.А. Зарбаева

Решение в окончательной форме принято 6 февраля 2026 года.

Судья В.А. Зарбаева