Дело № 2-2016/2018

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

20 сентября 2018 года г. Ростов-на-Дону 

Железнодорожный районный суд г. Ростова-на-Дону в составе председательствующего Дубовик О.Н., с участием прокурора Хоянян Л.О. при секретаре Мыкыртычян А.В. рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО2 к ЗАО «Южное горно-строительное управление», третье лицо Фонд социального страхования РФ о взыскании единовременной денежной компенсации и компенсации морального вреда вследствие профессионального заболевания, 

У с т а н о в и л:

ФИО2 обратился в суд с иском к ЗАО «Южное горно-строительное управление» о взыскании единовременной денежной компенсации и компенсации морального вреда вследствие профессионального заболевания, мотивируя тем, что он 17.11.2009г. был принят в ЗАО «Южное горно-строительное управление» на участок буровых работ проводчиком на поверхностных работах IV разряда. 01.08.2010г. он был переведен на горно-проходческий участок проходчиком IV разряда, занятым на подземных работах. 01.11.2013г. переведен на горно-проходческий участок бетонщиком IV разряда и 17.10.2014г. уволен в связи с отсутствием у работодателя соответствующей работы, перевод на которую необходим работнику в соответствии с медицинским заключением. Факт возникновения трудовых отношений с работодателем находит свое отражение в соответствующих записях трудовой книжки. ДД.ММ.ГГГГ Государственным бюджетным учреждением Ростовской области «Лечебно-реабилитационный центр №2» истцу впервые был установлен заключительный диагноз профессионального заболевания: Радикулопатия (компрессионно-ишемический синдром) пояснично-крестцового уровня с умеренно-выраженным L5S1 корешковым синдромом справа на фоне дегенеративных изменений в позвоночнике от комплекса производственных факторов. В соответствии с нормами действующего законодательства по результатам расследования обстоятельств и причин возникновения у истца профессионального заболевания составлен акт о случае профессионального заболевания, который устанавливает и подтверждает причинно-следственную связь выявленного профессионального заболевания с вредными условиями труда длительностью и интенсивностью их воздействия по месту работы. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 впервые была установлена 40%-ая утрата профессиональной трудоспособности вследствие профессионального заболевания, III группа инвалидности и I степень ограничения способности к трудовой деятельности. С ДД.ММ.ГГГГ и по настоящее время ФИО2 установлена 50%-ая утрата профессиональной трудоспособности вследствие профессионального заболевания, III группа инвалидности и I степень ограничения способности к трудовой деятельности. Причинами профессионального заболевания послужило: несоответствие гигиеническим нормативам тяжести трудового процесса, локальной вибрации, микроклимата на рабочих местах, в результате несовершенства технологического процесса горнопроходческих работ (п. 20 акта о случае профессионального заболевания от 10.10.2014г.). В ЗАО «ЮГСУ» проводятся предварительные и периодические медицинские осмотры лиц, работающих во вредных и/или опасных условиях труда. При проведении предварительных и ежегодных периодических медицинских осмотров в 2009, 2010, 2011, 2012 годы, согласно заключительных актов после проведения профмедосмотров у ФИО2 профессиональное заболевание не выявлено. Данные обстоятельства подтверждаются санитарно-гигиенической характеристикой труда работника № от 08.04.2014г. (п.21). Профессиональное заболевание у истца впервые установлено только в августе 2014 года во время работы на предприятии ответчика. В связи с тем, что работодателем – ЗАО «Южное горно-строительное управление» не были созданы безопасные условия труда, это привело к негативным последствиям – установлению у истца 50% утраты профессиональной трудоспособности, III группы инвалидности и I степени ограничения способности к трудовой деятельности. Истец требует работодателя выплатить единовременную денежную компенсацию при получении работником профессионального заболевания в размере – 162817,20 руб. Выявленное профессиональное заболевание, причинившее вред здоровью истца, причинило ему моральный вред, выразившийся не только в физических страданиях, но и в нравственных переживаниях и страданиях, которые сопровождают истца в настоящее время, и будут сопровождать его всю оставшуюся жизнь. С учетом того, что заключением медико-социальной экспертизы истцу установлена 50% утрата профессиональной трудоспособности, истец просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 4018680 руб. Добровольно произвести соответствующие выплаты работодатель не согласен. Причиной отказа в выплате называется отсутствие средств господдержки, сокращение производственной деятельности, что само по себе не может служить основанием для освобождения от ответственности работодателя.

ФИО2 просил суд взыскать в его пользу с ответчика ЗАО «Южное горно-строительное управление» единовременную денежную компенсацию при получении работником профессионального заболевания в соответствии с Федеральным отраслевым соглашением по строительству и промышленности строительных материалом Российской Федерации на 2014-2016 годы в размере 162817,20 руб.; взыскать в его пользу с ответчика – ЗАО «Южное горно-строительное управление» компенсацию морального вреда вследствие выявленного профессионального заболевания и установленной инвалидности, и утраты профессиональной трудоспособности в размере 4018680 руб.

Затем ФИО2 уточнил исковые требования и просил суд взыскать в его пользу с ответчика ЗАО «Южное горно-строительное управление» единовременную денежную компенсацию при получении работником профессионального заболевания в соответствии с Федеральным отраслевым соглашением по строительству и промышленности строительных материалом Российской Федерации на 2014-2016 годы в размере 182 424,17руб.; компенсацию морального вреда вследствие выявленного профессионального заболевания и установленной инвалидности, и утраты профессиональной трудоспособности в размере 4018680 руб.

Представитель истца, по доверенности ФИО8, в судебное заседание явился, исковые требования поддержал и просил удовлетворить.

Представитель ответчика, по доверенности ФИО6 в судебное заседание явился, исковые требования не признал и просил отказать, ссылаясь на то, что заболевание истца радикулопатия может развиваться у совершенно здорового человека в течение 10 лет, и не связано с профессиональной деятельностью, вахтовым методом он работал непродолжительное время, расчет денежной компенсации рассчитан истцом неправильно, без учета того, что ему выплачивались пособия по временной нетрудоспособности, а по межотраслевому соглашению ответчик отношения не имеет, заболевание истца не препятствует ему работать на других производствах.

Представитель 3 -го лица Филиала № 6 ГУ ФОС РФ в судебное заседание явился ФИО7, оставила рассмотрение вопроса на усмотрение суда. 

Заслушав в судебном заседании представителя истца, представителя ответчика, представителя третьего лица, заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований по следующим основаниям:

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что 17.11.2009г. истец ФИО2 был принят в ЗАО «Южное горно-строительное управление» на участок буровых работ проводчиком на поверхностных работах IV разряда.

01.08.2010г. истец был переведен на горно-проходческий участок проходчиком IV разряда, занятым на подземных работах.

01.11.2013г. истец был переведен на горно-проходческий участок бетонщиком IV разряда.

ДД.ММ.ГГГГ Государственным бюджетным учреждением Ростовской области «Лечебно-реабилитационный центр №» истцу впервые был установлен заключительный диагноз профессионального заболевания: Радикулопатия (компрессионно-ишемический синдром) пояснично-крестцового уровня с умеренно-выраженным L5S1 корешковым синдромом справа на фоне дегенеративных изменений в позвоночнике от комплекса производственных факторов.

ДД.ММ.ГГГГ был составлен акт о случае профессионального заболевания, в соответствии с которым причиной заболевания послужило длительное многократное воздействие вредных производственных факторов работника ФИО2 ( л.д. 17-18)

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 впервые была установлена 40% утрата профессиональной трудоспособности вследствие профессионального заболевания. ( л.д. 25)

17.10.2014г. истец уволен в связи с отсутствием у работодателя соответствующей работы, перевод на которую необходим работнику в соответствии с медицинским заключением. 

С ДД.ММ.ГГГГ и по настоящее время ФИО2 установлена 50% утрата профессиональной трудоспособности вследствие профессионального заболевания, III группа инвалидности и I степень ограничения способности к трудовой деятельности. 

В силу ст. ст. 20, 41 Конституции Российской Федерации, ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

Согласно ст. 151 ГК РФ причинение вреда здоровью дает потерпевшему право на компенсацию морального вреда.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", п. п. 4, 5 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2000 г. N 967, под хроническим профессиональным заболеванием понимается заболевание, являющееся результатом длительного воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности.

Профессиональное заболевание, возникшее у работника, подлежащего обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, является страховым случаем, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию. Пунктом 3 ст. 8 указанного Закона предусмотрено, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний").

При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.

Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечить безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника.

В соответствии со ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий труда и охраны труда возлагаются на работодателя.

В случае если работнику был причинен вред жизни или здоровью, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, федеральными законами и иными правовыми актами (ст. 22 ТК РФ).

В силу ч. 2 ст. 5 ТК РФ в коллективных договорах, соглашениях, а также в локальных нормативных правовых актах и трудовых договорах возможно закрепление дополнительных по сравнению с действующим законодательством гарантий работникам и случаев их предоставления.

Пунктом 7.3 Федерального отраслевого соглашения по строительству и промышленности строительных материалов РФ на 2014 - 2016 гг. предусмотрено, что при установлении работнику в период работы у данного работодателя инвалидности в результате трудового увечья или профессионального заболевания работодатель предоставляет ему сверх установленной законодательством материальной помощи единовременную компенсацию: инвалидам, имеющим I степень ограничения способности к трудовой деятельности - не менее 30% годового заработка.

Факт присоединения работодателя к Федеральному отраслевому соглашению по строительству и промышленности строительных материалов РФ на 2014-2016 г. подтверждается отсутствием соответствующего отказа работодателя от присоединения к данному Соглашению, как это предусмотрено п. 1.5 данного Федерального отраслевого соглашения.

С учетом вышеприведенных норм, исковые требования истца о взыскании единовременной компенсации из расчета не менее 30% годового заработка, что составляет 182424 руб. 17 коп. подлежат удовлетворению.

Доводы представителя ответчика о том, что общий стаж работы истца с 2002 года составляет менее 12 лет, а стаж работы у ответчика в тяжелых условиях труда составляет 5 лет, являются необоснованным, поскольку факт получения профессионального заболевания в полной мере подтверждается материалами дела:

Извещением об установлении заключительного диагноза хронического профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ. ( л.д. 15)

Актом о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ. ( л.д. 16-18)

Санитарно-гигиенической характеристикой условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ. ( л.д. 19-24)

Справками МСЭ об установлении инвалидности в связи с профессиональным заболеванием ( л.д. 25- 29)

Заключением № № квалификации случая повреждения здоровья вследствие профессионального заболевания как страхового ( л.д. 32)

Приказами Филиала № 3 ГОУ ФСС РФ о назначении единовременных страховых выплат ( л.д. 33-35,

Обратным талоном ФКУ «ГБ МСЭ по РО» от ДД.ММ.ГГГГ ( л.д. 36) и материалами дела.

Доказательств того, что профессиональное заболевание, диагностированное истцу, возникло до поступления его на работу к ответчику суду не представлено.

Вместе с тем, материалами дела в полной мере подтверждается, что впервые истцу установлена 40% утраты трудоспособности именно в период работы истца в ЗАО "ЮГСУ". 

Доводы представителя ответчика о том, что выплата единовременной компенсации является компетенцией Федеральной службы социального страхования основано на неправильном понимании норм материального права, и не согласуется с вышеуказанным Федеральным отраслевым соглашением по строительству и промышленности строительных материалов Российской Федерации на 2014 - 2016 гг.

Доводы о том, что действие указанного Соглашения на ответчика не распространяется, также основаны на неправильном толковании норм действующего законодательства. Пунктом 1.5 ФОС по строительству и промышленности строительных материалов Российской Федерации на 2014 - 2016 гг. прямо предусмотрено, что соглашение распространяется на работодателей, присоединившихся к Соглашению после его заключения, в том числе и не выразивших отказ присоединиться к Соглашению в порядке, установленном ст. 48 ТК РФ.

Вместе с тем, материалы дела не содержат доказательств того, что ответчик в установленном абз. 12 статьи 48 ТК РФ порядке отказался от присоединения к соответствующему соглашению, в связи с чем, оснований полагать, что положения ФОС по строительству и промышленности строительных материалов Российской Федерации на 2014 - 2016 гг. не распространяются на ЗАО "Южное горно-строительное управление", у суда не имеется.

Доводы представителя ответчика о том, что расчет денежной компенсации выполнен истцом неправильно, не могут быть приняты судом, поскольку доказательств неправильного расчета суду не представлено, расчет выполнен истцом исходя из годового заработка по данным, предоставленным ответчиком за 2013-2014 г.г., в соответствии с которыми годовой заработок составил 608080 руб. х 30% = 182424 руб. 

На основании абзаца 4 части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда.

Абзацем 16 части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами.

Согласно требованиям части восьмой статьи 220 и статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом. Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

С учетом обстоятельств дела, характера причиненных истцу нравственных страданий, степени вины ответчика, а также с учетом требований разумности и справедливости, суд считает возможным взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 10000 руб.

Согласно части 1 статьи 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

При определении размера возмещения расходов на оплату услуг представителя в пользу истца, суд учитывает объем совершенных представителем действий в рамках рассматриваемого дела, конкретные обстоятельства рассмотренного гражданского дела, его категорию, объем и сложность выполненной представителем работы, время, затраченное представителем на подготовку и полагает подлежащими возмещению расходы в полном объеме понесенных фактически затрат в размере 12 000 руб.

В соответствии со ст.103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию госпошлина в доход местного бюджета от уплаты которой истец освобожден в силу закона.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Взыскать с ЗАО «Южное горно-строительное управление» в пользу ФИО2 единовременную денежную компенсацию при получении профессионального заболевания в размере 182424 рублей 17 копеек, компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 12000 рублей.

В остальной части иска- отказать.

Взыскать с ЗАО «Южное горно-строительное управление» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 5148 рублей.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Железнодорожный районный суд г. Ростова-на-Дону в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья:

Решение в окончательной форме изготовлено 24.09.18 года.