Дело № 2-2766/2020

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

23 сентября 2020 года г. Челябинск

Центральный районный суд г.Челябинска в составе:

председательствующего судьи В.А.Юсупова,

при секретаре Т.С.Волосковой,

с участием представителя истца ФИО1, рассмотрев в судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ООО СК «Уралсиб Страхование» о признании договора страхования прекращенным, взыскании страховой премии, неустойки, компенсации морального вреда и штрафа за неисполнение в добровольном порядке требований потребителя,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО2 обратился в суд с иском к ООО СК «Уралсиб Страхование», в котором с учетом изменения требований просил признать договор страхования № от 10 февраля 2018 года, заключенный между ним и ответчиком, прекратившим своей действие с 26 декабря 2019 года; взыскать с ответчика в свою пользу уплаченную страховую премию в сумме 103 809 рублей 56 копеек; неустойку за нарушение сроков удовлетворения требований – 103 809 рублей 56 копеек; компенсацию морального вреда в сумме 5 000 рублей и штраф за неисполнение в добровольном порядке требований потребителя.

В обоснование заявленных требований истец указал, что между ним и ПАО «Банк Уралсиб» 10 февраля 2018 года был заключен кредитный договор № на сумму 1 500 000 рублей под 14,50% годовых сроком до 10 февраля 2023 года. При заключении кредитного договора сотрудник банка указал, что условием получения кредита является заключение договора страхования, оплата страховой премии будет осуществлена за счет кредитных средств. В этот же день между ним и предложенной Банком страховой компанией - ООО СК «Уралсиб Страхование», был заключен договор страхования от несчастных случаев и болезней № по программе «Защита заемщика», страховая премия в размере 165 090 рублей 41 копейка уплачена единовременно за весь срок страхования. 26 декабря 2019 года обязательства по кредитному договору были исполнены, кредит погашен досрочно. Поскольку в связи с погашением кредита возможность наступления страхового случая отпала, он обратился к ответчику с заявлением, в котором просил вернуть ему часть страховой премии пропорционально неистекшему сроку оплаченного страхового периода, однако его требование было оставлено страховой компанией без удовлетворения. 

В судебное заседание истец ФИО2 не явился, извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Представитель истца ФИО1 в судебном заседании измененные исковые требования поддержал в полном объеме, просил их удовлетворить, по существу указал на обстоятельства, изложенные в иске.

Представитель ответчика ООО СК «Уралсиб Страхование» в судебное заседание не явился, о слушании дела извещен надлежащим образом, представил письменные возражения, указав, что досрочное прекращение кредитного договора не исключает возможность наступления страхового случая по договору страхования. В соответствии с п. 3 ст. 958 Гражданского кодекса РФ при досрочном отказе страхователя от договора страхования уплаченная страховая премия возврату не подлежит.

Представитель третьего лица ПАО «Банк Уралсиб» в судебное заседание не явился, о извещены надлежащим образом.

Заслушав представителя истца, исследовав в судебном заседании письменные материалы гражданского дела и оценив их в совокупности, суд приходит к следующему.

Как установлено судом в ходе рассмотрения дела, 10 февраля 2018 года между ФИО2 и ПАО «Банк Уралсиб» был заключен кредитный договор № на сумму 1 500 000 рублей сроком по 10 февраля 2023 года с уплатой 14,50 % годовых.

В этот же день между ФИО2 и ООО СК «Уралсиб Страхование» был заключен договор страхования на срок с 11 февраля 2018 года до 24 февраля 2023 года по программе «Защита заемщика», согласно которому страховая сумма на дату заключения договора составила 1 500 000 рублей, страховая премия – 165 090 рублей 41 копейка (полис добровольного страхования граждан от несчастных случаев и болезней» №).

Оплата страховой премии по договору добровольного страхования в пользу ООО СК «Уралсиб Страхование» произведена за счет кредитных денежных средств, на что указано в п. 11 вышеуказанного кредитного договора. В подтверждение оплаты в материалы дела представлено платежное поручение № от 12 февраля 2018 года на сумму 165 090 рублей 41 копейка.

Также судом установлено и справкой ПАО «Банк Уралсиб» № от 30 декабря 2019 года подтверждается, что обязательства по кредитному договору № от 10 февраля 2018 года исполнены истцом досрочно 26 декабря 2019 года, задолженность погашена в полном объеме, что подтверждается справкой банка.

В связи с досрочным исполнением обязательств по кредитному договору 14 января 2020 года ФИО2 направил в адрес ответчика заявление, в котором просил вернуть часть страховой премии пропорционально сроку, на который договор страхования досрочно прекратился. Также истцом было подано заявление о досрочном прекращении договора страхования.

Уведомлением от 21 января 2020 года ПАО «Банк Уралсиб» отказало ФИО2 в удовлетворении его требований о возврате уплаченной страховой премии, поскольку заявление о расторжении договора подано страхователем по истечении 14 календарных дней с даты его заключения. О намерении расторгнуть договор без возврата страховой премии истцу предложено сообщить дополнительно путем направления соответствующего заявления.

Обращаясь в суд с настоящим иском истец указал, что не согласен с решением страховой компании, поскольку при досрочном прекращении договора страхования в связи с тем, что возможность наступления страхового случая отпала, он имеет право на часть страховой премии.

Суд с данными доводами иска соглашается.

Так согласно пункту 1 статьи 2 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 года № 4015-I «Об организации страхового дела в Российской Федерации»" (далее - Закон об организации страхового дела) страхование – это отношения по защите интересов физических и юридических лиц при наступлении определенных страховых случаев за счет денежных фондов, формируемых страховщиками из уплаченных страховых премий (страховых взносов), а также за счет иных средств страховщиков.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 9 названного закона страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование. Страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

Согласно приведенным нормам страховой случай, в отличие от событий, не являющихся таковым, должен быть предусмотрен договором страхования и порождать обязанность страховщика произвести страховое возмещение.

Событие, не влекущее обязанность страховщика произвести страховое возмещение, страховым случаем не является.

В соответствии со статьей 958 Гражданского кодекса РФ договор страхования прекращается до наступления срока, на который он был заключен, если после его вступления в силу возможность наступления страхового случая отпала и существование страхового риска прекратилось по обстоятельствам иным, чем страховой случай. К таким обстоятельствам, в частности, относятся: гибель застрахованного имущества по причинам иным, чем наступление страхового случая; прекращение в установленном порядке предпринимательской деятельности лицом, застраховавшим предпринимательский риск или риск гражданской ответственности, связанной с этой деятельностью (пункт 1).

Страхователь (выгодоприобретатель) вправе оказаться от договора страхования в любое время, если к моменту отказа возможность наступления страхового случая не отпала по обстоятельствам, указанным в пункте 1 данной статьи (пункт 2).

При досрочном прекращении договора страхования по обстоятельствам, указанным в пункте 1 названной статьи, страховщик имеет право на часть страховой премии пропорционально времени, в течение которого действовало страхование.

При досрочном отказе страхователя от договора страхования уплаченная страховщику страховая премия не подлежит возврату, если договором не предусмотрено иное (пункт 3).

Перечень указанных в пункте 1 статьи 958 Гражданского кодекса РФ обстоятельств, влекущих досрочное прекращение договора страхования, исчерпывающим не является.

В частности, если по условиям договора страхования интересов заемщика после погашения кредита страховое возмещение не подлежит выплате по причине отсутствия долга, с которым связан размер страхового возмещения, то в таком случае досрочное полное погашение кредита прекращает возможность наступления страхового случая, поскольку любое событие, в том числе и формально предусмотренное договором страхования, не повлечет обязанность страховщика осуществить страховое возмещение.

То есть договор страхования в таком случае прекращается досрочно в силу закона.

Соответственно, ошибочными являются доводы ответчика о том, что применительно к спорным правоотношениям положения пункта 1 статьи 958 Гражданского кодекса РФ не содержат прямого указания на то, что досрочное погашение кредита является основанием досрочного прекращения договора страхования.

Также суд не может согласиться с утверждением ПАО «Банк Уралсиб», изложенным в письменном отзыве и вышеуказанном уведомлении от 21 января 2020 года, о том, что возможность наступления страхового случая при досрочном погашении кредита не прекратилась.

Согласно статье 431 Гражданского РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если указанные правила не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи делового оборота, последующее поведение сторон.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» разъяснено, что условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду. Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств (пункт 43).

По смыслу абзаца второго статьи 431 Гражданского кодекса РФ, при неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия. Пока не доказано иное, предполагается, что такой стороной было лицо, профессионально осуществляющее деятельность в соответствующей сфере, требующей специальных познаний (например, банк по договору кредита, лизингодатель по договору лизинга, страховщик по договору страхования и т.п.) (пункт 45).

Как установлено судом договор страхования в данном случае заключался в связи с кредитным договором и имеет прямые отсылки на условия договора кредита. Истец является как потребителем банковской услуги кредита, так и услуги страхования, предоставляемой ответчиком.

При этом ответчик является лицом, профессионально осуществляющим деятельность в сфере страхования, разработавшим и утвердившим Условия добровольного страхования по программе «Защита заемщика» (далее – Условия), заполнившим и выдавшим истцу полис страхования.

Согласно пункту 5 полиса страхования, выданного истцу, страховая сумма в течении срока действия договора страхования определяется в соответствии с п. 9 Условий, а именно согласно таблице изменения значений страховой суммы (приложение №1 в полису).

В материалы дела представлена данная таблица, а также график платежей заемщика по кредиту, из содержания которых следует, что начиная со второго месяца страхования страховая сумма уменьшается пропорционально остатку задолженности страхователя по кредитному договору. Периоды страхования совпадают с датой платежа по кредиту. 

То есть, из буквального содержания названного условия следует, что после полного погашения кредита обязательства страховщика по выплате страхового возмещения не действуют. Соответственно, досрочное погашение заемщиком кредита является основанием для применения последствий в виде возврата страхователю части страховой премии за неистекший период страхования, поскольку прекращение действия кредитного договора исключает возможность наступления страховых случаев по указанным в договоре страховым рискам.

Также факт того, что договор страхования заключался в связи с кредитным договором подтверждается распоряжение на перевод денежных средств (страховой премии), в котором указано, что в случае отсутствия денежных средств на счете расчетов по кредиту для списания страховой премии по договору, а также в случае отказа Банка в предоставлении кредита, страхование не осуществляется. В случае отказа Банка в предоставлении кредита ФИО2 просил не исполнять данное распоряжение и считать его утратившим силу.

С учетом вышеуказанных правовых норм, разъяснений, обстоятельств дела, суд приходит к выводу, что договор страхования № от 10 февраля 2018 года, заключенный между истцом и ответчиком, прекратил своей действие с 26 декабря 2019 года и у ФИО2 возникло право требования со страховой компании возврата части страховой премии за неистекший период страхования, взысканию с ответчика в пользу истца подлежит уплаченная страховая премия в сумме 103 809 рублей 56 копеек.

Разрешая требования ФИО2 о взыскании с ответчика неустойки, компенсации морального вреда и штрафа за неисполнение в добровольном порядке требований потребителя, предусмотренных Законом о защите прав потребителей, суд приходит к следующему.

В силу п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17, если отдельные виды отношений с участием потребителей регулируются и специальными законами Российской Федерации, содержащими нормы гражданского права (например, договор участия в долевом строительстве, договор страхования, как личного, так и имущественного, договор банковского вклада, договор перевозки, договор энергоснабжения), то к отношениям, возникающим из таких договоров, Закон о защите прав потребителей применяется в части, не урегулированной специальными законами.

С учетом положений статьи 39 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» к отношениям, возникающим из договоров об оказании отдельных видов услуг с участием гражданина, последствия нарушения условий которых не подпадают под действие главы III Закона, должны применяться общие положения Закона о защите прав потребителей.

В соответствии со ст.22 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» требования потребителя, в том числе о возврате уплаченной за товар денежной суммы, подлежат удовлетворению продавцом (изготовителем, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) в течение десяти дней со дня предъявления соответствующего требования.

За нарушение предусмотренных ст. 22 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» сроков продавец (изготовитель, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер), допустивший такие нарушения, уплачивает потребителю за каждый день просрочки неустойку (пеню) в размере одного процента цены товара (ст. 23 вышеуказанного Закона).

Согласно ст. 954 Гражданского кодекса РФ ценой страховой услуги является страховая премия, за которую покупается страховая услуга в виде обязательства выплатить страховое возмещение при наступлении страхового случая.

Из материалов дела следует, что заявление, содержащее требование о возврате уплаченной страховой премии по договору было направлено ФИО2 в ООО СК «Уралсиб Страхование» 14 января 2020 года, получено адресатом 17 января 2020 года, то есть в период с 27 января 2020 года по 23 сентября 2020 года (дата вынесения решения) ответчик допустил просрочку, в связи с чем подлежит начислению неустойка, предусмотренная ст. 23 Закона РФ «О защите прав потребителей», в сумме 414 376 рублей 93 копейки (165 090 рублей 41 копейка х 1% х 251 день).

Истец, пользуясь своим правом, ограничил размер заявленной к взысканию неустойки суммой в размере 103 809 рублей 56 копеек, ходатайств о снижении неустойки ввиду ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, ответчиком не заявлено, в связи с чем с ответчика в пользу истца следует взыскать неустойку за нарушение сроков удовлетворения требований в заявленной сумме 103 809 рублей 56 копеек.

Также взысканию с ООО СК «Уралсиб Страхование» в пользу ФИО2 подлежит компенсация морального вреда.

В силу п.45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

В соответствии со ст.151 Гражданского кодекса РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Принимая во внимание, что ответчик не надлежащим образом исполнил свои обязательства по договору, чем, безусловно, нарушил права истца как потребителя, суд, с учетом разумности и справедливости, а также конкретных обстоятельств дела, считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в сумме 5 000 рублей.

Кроме того, в силу п.6 ст.13 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требования потребителя, установленных Законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере 50 % от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Поскольку ответчиком не были удовлетворены требования ФИО2 о возврате ему в добровольном порядке части уплаченной страховой премии, на основании вышеизложенных правовых норм размер штрафа за неисполнение в добровольном порядке требований потребителя, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца, составляет 106 309 рублей 56 копеек ((103 809,56 + 103 809,56 + 5 000) х 50%). Доказательств наличия исключительных обстоятельств, не позволивших ООО СК «Уралсиб Страхование» в добровольном порядке исполнить требования потребителя, явной несоразмерности суммы штрафа последствиям нарушенного обязательства, ответчиком суду не представлено, ходатайств о применения положений ст. 333 Гражданского кодекса РФ и снижения штрафа, не заявлено. 

Кроме того, поскольку истец при подаче иска в силу закона как потребитель был освобожден от уплаты государственной пошлины, его исковые требования удовлетворены, исходя из положений ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ, пп. 1 и 3 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, следует взыскать с ответчика в доход бюджета г. Челябинска государственную пошлину в размере 5 276 рублей 19 копеек.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 103, 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО2 к ООО СК «Уралсиб Страхование» удовлетворить. 

Признать договор страхования № от 10 февраля 2018 года, заключенный между ФИО2 и ООО СК «Уралсиб Страхование», прекратившим своей действие с 26 декабря 2019 года.

Взыскать с ООО СК «Уралсиб Страхование» в пользу ФИО2 уплаченную страховую премию за неистекший период страхования в сумме 103 809 рублей 56 копеек; неустойку за нарушение сроков удовлетворения требований потребителя – 103 809 рублей 56 копеек; компенсацию морального вреда в сумме 5 000 рублей и штраф за неисполнение в добровольном порядке требований потребителя - 106 309 рублей 56 копеек.

Взыскать с ООО СК «Уралсиб Страхование» госпошлину в доход местного бюджета в сумме 5 276 рублей 19 копеек. 

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Челябинский областной суд в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме через Центральный районный суд г.Челябинска.

Мотивированное решение составлено 30 сентября 2020 года.

Председательствующий: п/п В.А. Юсупов

УИН: 74RS0002-01-2020-000973-41

Подлинный документ подшит в дело 2-2766/2020, находящееся в Центральном районном суде г. Челябинска

Дело № 2-2766/2020