58RS0030-01-2020-003892-94

Дело № 2-1609/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

9 ноября 2020 года г. Пенза 

Первомайский районный суд г. Пензы в составе:

председательствующего судьи Одинцова М.А.,

при секретаре Герасиной С.А.,

с участием прокурора Ермаковой И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ГБУЗ «Пензенская областная детская клиническая больница им Н.Ф. Филатова» о возмещении вреда здоровью, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с вышеназванным иском, указав, что она стояла на учете по беременности в женской консультации ФГБУЗ МСЧ-59 ФМБА России (г. Заречный). 20.03.2018 г. в 10 часов на работе истица почувствовала себя плохо, была вызвана скорой помощи, которая доставила ФИО1 в роддом по ул. Бекешской, а затем в 12 часов 44 минуты в Перинатальный центр ГБУ ОДКБ им. Н.Ф.Филатова. С момента поступления в центр ФИО1 была осмотрена врачом ФИО2, которая сказала, что все хорошо, роды не должны наступить, хотя у нее были сильные боли. На каталке истицу привезли в палату, врач пришла часа через два, и ей истица также говорила, что у нее сильные болят кости груди, ключицы, ребра, дышать тяжело. Но никакого обследования ей не было назначено. Около 16 часов медсестра привезла аппарат КТГ, подключила его, но сказала «не получается, нет результата». Общий анализ крови был проведен только в 19 часов. В 22 часа пришли в палату 4 доктора, было сделано УЗИ. Сердце ребенка не прослушилось. Истицу увезли в реанимацию, сделали операцию «кесарево сечение», а на следующее утро сказали, что у истицы родилась мертвая девочка и она потеряла много крови. Врачами был выставлен диагноз: преждевременные роды в 32 недели. Антенатальная гибель плода. Внутрибрюшное кровотечение из варикозно расширенных вен малого таза. Геморрагический шок 1 степени. Постгеморрагическая анемия тяжелой степени. Считает, что ей были оказаны некачественные медицинские услуги, причинены нравственные и физические страдания в связи с ненадлежащей и несвоевременной медицинской помощью, а также в связи с гибелью плода в родах. Полагает, что смерть ребенка не была неизбежной и ее можно было предотвратить, если бы своевременно провели все медицинские обследования, своевременно диагностировали внутрибрюшное кровотечение, экстренно сделали операцию. В связи с ненадлежащим оказанием ей медицинских услуг она обратилась в следственный отдел по Первомайскому району г. Пензы следственного комитета РФ по Пензенской области. 25.10.2018 года было возбуждено уголовное дело №118025600085 по факту ненадлежащего оказания медицинской помощи персоналом перинатального центра, не отвечающей требованиям безопасности жизни и здоровья ФИО1 В рамках уголовного дела были проведены судебно-медицинские экспертизы.

При проведении экспертиз врачи отмечали следующие дефекты. В заключении № 12-к от 331.07.2019 г., смерть плода наступила в результате внутриутробной антенатальнойасфиксии плода, вследствие острой плацентарно-плодовой ишемии, обусловленной двукратным тугим обвитием пуповины вокруг шеи плода. Медицинская помощь ФИО1 оказана несвоевременно, не в полном объеме, были выявлены следующие дефекты: при поступлении до 22.30 часов не произведено ультразвуковое исследование плода; имело место некачественное исполнение кардитокографии плода, отсроченное выявление внутрибрюшного кровотечения, не проведение никаких диагностических мероприятий для выявления причин снижения гемоглобина, в том числе выявление возможного источника внутреннего кровотечения. Установлены нарушения в плане лечения и ведения медицинской документации. Смерть плода ФИО1 можно считать условно предотвратимой и в случае проведения операции «кесарево сечение» до момента его антенатальной гибели. Прямой причинной связи между выявленными недостатками в плане диагностики, лечения и ведения медицинской документации и смертью плода ФИО1 не усматривается. В соответствии с заключением судебно-медицинской экспертизы № 144 ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Республики Башкортостан также отмечается, что что при поступлении в стационар и на всех последующих этапах оказания медицинской помощи имеет место недооценка тжести состояния беременной, несвоевременное и неполное выполнение лечебно-диагностических мероприятий. После 19 часов определяющими в развитии патологических процессов у ФИО1 (продолжающееся внутрибрюшное кровотечение, гемморагический шок, декомпенсация плодово-пацентарного кровотока, внутриутробная гибель плода) стали нарушения лечебно-дианостических мероприятий, недооценка состояния женщины и полученных лабораторных данных. В заключении комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 085/10/19/СК от 09.09.2019 г. ООО «Межрегиональный центр экспертизы и оценки г. Москвы указано, что медицинская помощь ФИО1 оказана несвоевременно, не в полном объеме, в связи с чем, основным в неблагоприятном исходе родов ФИО1 явились дефекты, допущенные при оказании ей медицинской помощи, приведшие к прогрессированию имевшихся у нее патологических процессов в условиях специализированной медицинской организации. Дефекты оказания медицинской помощи стоят в прямой причинно-следственной связи с наступившим неблагоприятным исходом – интранатальной гибели плода ФИО1 С учетом характера и последствий совершенных ответчиком действий, степени нравственных страданий, просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 рублей. 

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, поступило заявление с просьбой рассмотреть дело в ее отсутствие. 

Представитель истца ФИО1 – ФИО3, действующая на основании доверенности, в судебном заседании поддержала доводы искового заявления, просила его удовлетворить по основаниям, указанным в нем. Дополнительно пояснила, что истец в период беременности соблюдала все рекомендации врачей, анализы всегда были в норме. Согласно всем проведенным в рамках уголовного дела судебно-медицинским экспертизам гибель плода ФИО1 была предотвратима, требовалась оценка ситуации, возможность извлечения живого ребенка в период нахождения в перинатальном центре существовала.

Представитель ответчика ГБУЗ «Пензенская областная детская клиническая больница им. Н.Ф. Филатова» ФИО4, действующая на основании доверенности, в судебном заседании выразила несогласие с доводами искового заявления, просила оставить его без удовлетворения. Пояснила, что ФИО1 доставлена в Перинатальный центр ГБУЗ «Пензенская областная детская клиническая больница им. Н.Ф. Филатова» (на сегодняшний момент Перинатальный центр ГБУЗ «Пензенская областная клиническая больница им. Н.Н. Бурденко») 20.03.2018г. машиной скорой медицинской помощи с жалобами на тянущие боли внизу живота с диагнозом: Беременность 32 недели. Головное предлежание. Первородящая в 26 лет. Угрожающие преждевременные роды. УЗИ от 20.03.2019 - наружного кровотечения не выявлено. Осмотрена врачом акушером-гинекологом ФИО2 Предварительный диагноз: Беременность 32 недели. Ложные схватки до 37 недель беременности. Назначено обследование: анализ крови на гр., ВИЧ, RW, ОАК, биохимия крови, коагулограмма, ОАМ, анализ мазка на флору, КТГ. На момент поступления пациентки ФИО1 в перинатальный центр показания к досрочному родоразрешению путем операции кесарево-сечения у нее отсутствовали. Согласно проведенной с 16.00 до 17.00 КТГ плода сердцебиение плода определялось в пределах нормальных значений. На осмотре врача в 20:00 зафиксировано, что сердцебиение плода выслушивается приглушенно, ритмичное до 120 уд.в мин. (что является нормой для плода в 32 недели беременности). Общий анализ крови проведен в 19:00. При этом необходимо отметить, что в действующих медицинских нормативных документах по указанному диагнозу «Ложные схватки до 37 недель беременности» не указаны сроки проведения общего анализа крови. По данным общего анализа крови был выявлен уровень гемоглобина 77 г/л, однако выявленная анемия средней степени тяжести сама по себе не является показанием к экстренному кесареву сечению. Согласно приказу Министерства здравоохранения РФ от 10 мая 2017 г. №203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» по указанному диагнозу: Ложные схватки до 37 недель беременности при поступлении необходимо проводить УЗИ плода. При этом в данном приказе не прописано, в течение какого времени (при поступлении) должно быть проведено данное исследование (часов, суток). Такое исследование было проведено в 22:30. Сердцебиение плода не выслушивалось. Диагностирована антенатальная гибель плода. Заключение: Беременность 32 недели. Головное предлежание. Первородящая в 26 лет. Антенатальная гибель плода. Данное состояние также не является показанием к экстренному родоразрешению путем проведения операции кесарево сечение. В 22:30 у пациентки диагностирована преждевременная отслойка нормально расположенной плаценты, что явилось показанием к проведению экстренного родоразрешения путем операции кесарево-сечение. В ходе операции было выявлено кровотечение из варикозно-расширенных сосудов. Согласно протоколу при проведении операции кесарева сечения выявлено двухкратное тугое обвитие пуповиной шеи плода. Согласно литературным данным, обвитие пуповины вокруг шеи плода – довольно частое акушерское осложнение, наблюдается в 19-35% к общему числу родов. По результатам патологоанатомической экспертизы у плода ФИО1 была аномалия развития пуповины – абсолютно короткая пуповина – 36 см. В норме длина пуповины 40-70 см. Антенатально выявить обвитие пуповины не всегда представляется возможным. ФИО1 проводилось три УЗИ (19.03.2018г. и дважды 20.03.2018г.). Данных за обвитие пуповины вокруг шеи не имелось. Однако, по данным литературы, обвитие пуповины при УЗИ в 30% случаях не выявляется. Кроме того, наличие короткой пуповины не может быть установлено по УЗИ. А само по себе обвитие пуповины вокруг шеи плода не является обязательным показанием к оперативному вмешательству. В соответствии с экспертным заключением №12-к от 31.07.2018г. смерть плода ФИО1 наступила в результате внутриутробной антенатальной асфиксии плода, вследствие острой плацентарно-плодовой ишемии, обусловленной двухкратным тугим обвитием пуповины вокруг шеи плода. По мнению ответчика причиной антенатальной гибели плода явилось сочетание 2 факторов: наличие двухкратного тугого обвития пуповины вокруг шеи плода и абсолютно короткой пуповины (36 см при норме 40-70 см). Причиной внутриутробной гибели плода внутрибрюшное кровотечение, состоявшееся у ФИО1, явиться не могло по причине того, что гибель плода при кровотечении у матери происходит при нарушении у матери жизненно-важных функций организма (остановка сердечной деятельности, остановка дыхания и др.), а произошедшее у ФИО1 внутрибрюшное кровотечение не привело к появлению у нее даже каких-либо клинических проявлений кровотечения. Просила суд в иске отказать

Третье лицо ФИО5 в судебном заседании с иском не согласилась. Пояснила, что при поступлении в перинатальный центр истице был оказан весь необходимый объем медицинской помощи. Внутрибрюшное кровотечение никак нельзя было диагностировать, его диагностировали во время операции. Смерть ребенка была связана с абсолютно короткой пуповиной (36 см) и обвитием пуповиной вокруг шеи ребенка. Этот ребенок мог погибнуть и без наступления родовой деятельности, на любом сроке беременности. 

Третье лицо ФИО6 в судебном заседании с иском не согласилась. Пояснила, что при поступлении в отделение и нахождении истца в отделении нарушений в оказании медицинской помощи не было допущено. При проведении операции врачи приняли все необходимые меры для спасения жизни пациентки и сохранения детородной функции.

Заслушав стороны, показания специалиста, исследовав материалы гражданского дела, уголовного дела № 118025600085, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что иск ФИО1 подлежит удовлетворению и взысканию в ее пользу с ответчика компенсации морального вреда в сумме 900 000 руб., суд приходит к следующему.

Статьей 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

Согласно пунктам 2 - 4 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации") охрана здоровья граждан - система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи. Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг. Медицинская услуга - это медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.

Качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (пункт 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Согласно части 1 статьи 37 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Закон об основах охраны здоровья) медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации.

Из части 2 статьи 98 названного выше закона следует, что медицинские организации, медицинские работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации не только за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи, но и за нарушение прав в сфере охраны здоровья.

Согласно пункту 6 статьи 4 Закона об основах охраны здоровья к основным принципам охраны здоровья относится доступность и качество медицинской помощи.

В пункте 21 статьи 2 данного закона определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Из пункта 2 статьи 64 Закона об основах охраны здоровья следует, что критерии оценки качества медицинской помощи формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 данного федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Пунктом 9 части 5 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации" предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Таким образом, нарушение установленных в соответствии с законом порядка и стандарта оказания медицинской помощи, проведения диагностики, лечения, выполнения послеоперационных процедур является нарушением требований к качеству медицинской услуги, нарушением прав в сфере охраны здоровья, что может рассматриваться как основание для компенсации морального вреда.

В силу положений статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Из материалов дела следует и судом установлено, что 25.10.2018 следственным отделом по Первомайскому отделу г. Пензы следственного управления Следственного комитета РФ по Пензенской области возбуждено уголовное дело № 11802560005000085 по факту ненадлежащего оказания медицинской помощи медицинским персоналом Перинатального центра ГБУ ПОДКБ им. Н.Ф. Филатова, прекращенное постановлением старшего следователя СО по Первомайскому району г. Пензы СУ СК РФ по Пензенской области К.Р. от 01.07.2020 за отсутствием состава преступления.

Согласно указанного постановления от 01.07.2020, 20 марта 2019 года в 12 часов 44 минуты бригадой скорой медицинской помощи в Перинатальный центр, расположенный по адресу: 

<

...>, была доставлена ФИО1, которой врачами указанного лечебного учреждения при поступлении выявлен предварительный диагноз: «беременность 32 недели. Ложные схватки 37 недель».

При поступлении в больницу в 19 часов указанного дня у ФИО1 отобран общий анализ крови, выявлена анемия средней степени тяжести, а также клинические признаки преждевременной отслойки плаценты. В последующем, в период с 23 часов 07 минут 20 марта 2018 г. до 00 часов 55 минут 21 марта 2018 г. ФИО1 была проведена операция «кесарево сечение», по результатам которой была извлечена мертвая девочка (плод) с двукратным тугим обвитием пуповины вокруг шеи (т. 1 л.д. 167-204).

Указанные обстоятельства не оспаривались сторонами в ходе судебного разбирательства.

В рамках расследования уголовного дела были проведены комиссионная судебно-медицинская экспертиза № 0085/10/19/СК от 09.10.2019. ООО «Межрегиональный центр экспертизы и оценки», экспертиза №144 ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Министерства здравоохранения Республики Башкортостан от 13.06.2019, Заключение №12-к ГБУЗ «Областное бюро судебно-медицинской экспертизы» от 31.07.2018 г.

Заключением №12-к ГБУЗ «Областное бюро судебно-медицинской экспертизы» от 31.07.2018 г. установлены дефекты (недостатки) оказания медицинской помощи ФИО1, а именно при поступлении пациентки в ГБУЗ «Пензенская областная детская клиническая больница им. Н.Ф. Филатова» до 22.30 часов не произведено ультразвуковое исследование плода; имело место некачественное исполнение кардитокографии плода 20.03.2018 г. с 16 часов до 17 часов – отсутствует заключение о состоянии плода; имело место отсроченное выявление внутрибрюшного кровотечения: анализ крови, при котором выявлено снижение уровня гемоглобина крови до 77 г/л выполнен в 19 часов 20.03.2018, а диагноз «преждевременная отслойка нормально расположенной плаценты» выставлен в 22.30 часов 20.03.2018; с момента проведения общего анализа крови в 19 часов 20.03.2018 до осмотра в 22.30 часов 20.03.2018 не было проведено никаких диагностических мероприятий для выявления причин снижения гемоглобина (т. 1 л.д. 74-95).

Данные обстоятельства в судебном заседании также подтвердил допрошенный в качестве специалиста Б.М., указав на наличие дефектов оказания медицинской помощи именно в части несоблюдения временных рамок согласно приказу Министерства здравоохранения РФ от 10 мая 2017 г. № 203н. 

Экспертиза № 144 ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Министерства здравоохранения Республики Башкортостан от 13.06.2019 г. на вопрос о возможности работников предотвратить смерть ребенка, показала, что внутриутробная гибель плода ФИО1 была предотвратима при назначении кесарева сечения до 20.00 20.03.2020. В указанный период времени по полученным данным КТГ и ОАК требовалась оценка ситуации, имелись жизненные показания для родоразрешения со стороны матери при живом и относительно компенсированном плоде. Возможность извлечения живого ребенка в указанный период времени существовала (т. 1 л.д. 96-162).

Заключением комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 0085/10/19/СК от 09.10.2019 г. ООО «Межрегиональный центр экспертизы и оценки» на основании медицинской документации установлено, что медицинская помощь ФИО1 в ГБУЗ ПОДКБ им. Н.Ф.Филатова (перинатальный центр) была оказана не в полном объеме и несвоевременно, не оценено состояние плода, не проведены мероприятия, направленные на выявление причин снижения гемоглобина в крови, при установленном диагнозе гемморагического шока и внутриутробной гибели плода, мероприятия по оказанию медицинской помощи начаты с опозданием. По вопросу причинно-следственной связи между дефектами оказания медицинской помощи и неблагоприятным исходом беременности ФИО1 сделан вывод, что в период оказания медицинской помощи с момента поступления 20.03.2018 в Перинатальный центр ГБУЗ ПОДКБ им. Н.Ф.Филатова до 22-30 20.03.2018 года имела место недооценка состояния женщины, что привело к неверному диагнозу и неадекватному выбору тактики ведения беременной. При поступлении ФИО1 в Перинатальный центр, врач акушер-гинеколог не отметил динамику заболевания, начало болевого синдрома, не указано резкое начало болей, рвоту, выраженную слабость, не отметил соматическую отягощенность женщины, не отмечена высота состояния дна матки, окружность живота, нет описания двигательной активности плода. При влагалищном обследовании отмечено укорочение шейки матки до 2,5 см, размягчение шейки матки, проходимость для одного пальца до внутреннего зева, что свидетельствовало об угрозе преждевременных родов при беременности в 32 недели. Не был проанализирован протокол УЗИ, где описана укороченная длина шейки матки. Несмотря на то, что при акушерском обследовании в момент поступления в перинатальный центр имелись признаки угрозы преждевременных родов (укорочение, размягчение матки) был выставлен диагноз: «Беременность 32 недели. Головное предлежание. Ложные схватки». В данной ситуации обоснованным был бы диагноз: «Беременность 32 недели. Головное предлежание. Угрожающие преждевременные роды. Первородящая 26 лет». Установление обоснованного диагноза с момента поступления в Перинатальный центр позволило бы выбрать адекватную тактику мониторинга акушерской ситуации, своевременно выявить усугубление акушерской ситуации, признаки кровопотери и внутриутробного страдания (гипоксии) плода.

Кроме того, адекватная оценка акушерской ситуации в момент поступления в Перинатальный центр, при наличии показаний – своевременное назначение адекватной токолитической терапии возможно, приостановила развитие регулярной родовой деятельности. Пролонгация беременности, уменьшение сократительной активности миометрия возможно дало бы возможность избежать таких осложнений, как интранатальная гибель плода.

Результат УЗИ плода от 20.03.2018 свидетельствовал о преждевременном созревании плаценты и укорочении шейки матки, что следовало расценить как угрозу преждевременных родов и возможность гипоксии плода.

Кардиотокография плода 20.03. с 16-0 до 17-00 указала на признаки выраженной гипоксии плода и установившейся родовой деятельности. Однако данное исследование не было своевременно интерпретировано врачом акушером-гинекологом, в связи с чем не была своевременно разработана тактика ведения женщины в соответствии с клиническими данными. В данной ситуации необходимо было начать непрерывную регистрацию КТГ плода с целью мониторинга акушерской ситуации, провести дуплексное сканирование сердца и сосудов плода и маточно- плацентарного кровотока. В зависимости от акушерской ситуации по данным мониторинга, рассмотреть вопрос о целесообразности проведения токолиза, антигипоксической терапии и в случае усугубления акушерской ситуации перейти на ведение беременной в соответствии с клиническими протоколами «Преждевременные роды», стандарту оказания медицинской помощи от 07.11.2012 «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при преждевременных родах» - своевременно принять решение о родоразрешении.

На момент 19-00 20.03.2018 с учетом продолжающихся болей внизу живота длительностью более 9 часов, укорочение шейки матки, прижатой головке ко входу в матку, данных КТГ о выраженной гипоксии плода и регулярной родовой деятельности, присоединившихся тахикардии, бледности кожных покровов, повышение температуры до 37,3С, данных за анемию средней тяжести, нужно было изменить тактику ведения беременной в соответствии с Клиническими рекомендациями (протокол) «Прездевременные роды» и рассмотреть вопрос об экстренном оперативном родоразрешении.

Неблагоприятный исход родов ФИО1 произошел в результате внутриутробной интранатальной гипоксии плода вследствие острой плацентарно-плодовой ишемии, обусловленной гемаррагическим шоком вследствие кровотечения из варикозно-расширенных вен малого таза на фоне двукратного тугого обвития пуповиной шеи плода, которое не было диагностировано на УЗИ обследования плода. Непосредственно обвитие пуповиной шеи плода при правильном ведении родов не является фактором, угрожающим жизни плода.

Ретроспективный анализ сложившейся акушерской ситуации показывает, что своевременное оказание ФИО1 медицинской помощи и исключение всех выявленных дефектов, начиная с момента поступления в стационар, гарантировала благоприятное завершение ее беременности.

Исходя из объективных данных истории родов, гибель плода произошла в отрезке времени после 20.00. Усугубление акушерской ситуации, прогрессирование гипоксии плода было обусловлено стандартным (типичным развитием патологических процессов при неадекватной и несвоевременной медицинской помощи в условиях Перинатального центра 3-го уровня, что привело к исчерпанию компенсаторно- приспособительных резервов плода и его гибели. Однако гестационная неудача могла быть предотвращена в случае своевременной диагностики продолжающейся гипоксии плода и своевременного родоразрешения вплоть до 20.00 20.03.2018.

В связи с чем, основным в неблагоприятном исходе родов ФИО1 явились дефекты, допущенные при оказании ей медицинской помощи, приведшие к прогрессированию имевшихся у нее патологических процессов в условиях специализированной медицинской организации. Комиссия экспертов пришла к заключению, что дефекты в оказании медицинской помощи стоят в прямой причинно-следственной связи с наступившим неблагоприятным исходом – интранатальной гибелью плода ФИО1 (т. 1 л.д. 12-73).

Оснований не доверять заключениям вышеназванных экспертиз у суда не имеется, поскольку заключения содержат подробное описание проведенного исследования, ссылки на нормативную документацию, выводы по поставленным вопросам. Экспертами были оценены все представленные документы. Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса РФ. Оценивая заключения экспертов, сравнивая соответствие заключений поставленным вопросам, определяя полноту заключений, его научную обоснованность и достоверность полученных выводов, суд приходит к выводу о том, что данные заключения в полной мере являются допустимыми и достоверными доказательствами. 

Кроме того, в рамках рассмотрении настоящего гражданского дела перед ответчиком на обсуждение судом ставился вопрос о проведении иной судебно-медицинской экспертизы, однако представитель ответчика отказался от проведения данной судебно-медицинской экспертизы. 

Оценивая представленные доказательства в их совокупности, наличие со стороны ГБУЗ ПОКДБ им. Н.Ф. Филатова дефектов оказания медицинской помощи ФИО1 приведшее к гибели плода, суд приходит к выводу, что медицинской организацией нарушены права истца, соответственно, моральный вред подлежит возмещению ответчиком.

Довод представителя ответчика о своевременно оказанной медицинской помощи истице, опровергается доказательствами по делу, а именно выводами, сделанными в трех экспертных заключениях, о наличии дефектов в оказании истцу медицинской помощи.

Довод третьего лица ФИО2 о том, что смерть ребенка была связана с абсолютно короткой пуповиной и обвитием пуповиной вокруг шеи ребенка, а также что плод ФИО1 мог погибнуть и без наступления родовой деятельности, на любом сроке беременности, суд не принимает во внимание, поскольку ничем не подтвержден, является голословным. 

Таким образом, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда поскольку установлена причинно-следственная связь между дефектами оказания медицинской помощи ФИО1 и гибелью ее плода.

Учитывая изложенные обстоятельства, исследовав в совокупности представленные доказательства, сопоставив их с нормами права, указанными выше, суд приходит к выводу, что со стороны ГБУЗ ПОКДБ им. Н.Ф. Филатова имеется вина в виде небрежности – некачественно проведенного обследования ФИО1 на стадии родовой деятельности, медицинские работники ответчика не проявили должной заботливости и осмотрительности, которая от них требовалась в данной конкретной ситуации с учетом обстоятельств поступления ФИО1 в лечебное учреждение, жалобами на состояние, предъявляемыми истцом в период нахождения в перинатальном центре.

Также судом учитывается, что при причинении вреда в деликтных гражданско-правовых отношениях, вина может выступать как в форме умысла, так и в форме неосторожности, в том числе простой небрежности, характеризующейся тем, что лицо, проявляло некоторую осмотрительность и внимательность, однако недостаточную для того, чтобы избежать причинение вреда. 

В нарушение ст. ст. 12, 56 ГПК РФ ответчиком не представлено достаточных доказательств свидетельствующих об отсутствии в его действиях вины. Доводы ответчика не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, а также собранным в ходе судебного разбирательства доказательствам.

После гибели плода истица испытывает нравственные страдания, которые заключаются в переживаниях по поводу гибели неродившегося ребенка. На протяжении многих месяцев истица рассчитывала на рождение здорового ребенка, при этом показаний к иному ей не выставлялось. ФИО1 был перенесен стресс, выразившейся в невосполнимой утрате неродившегося ребенка.

Таким образом, оценивая доказательства, в том числе установленные судебно-медицинскими экспертизами, дефекты оказания медицинской помощи ГБУЗ ПОДКБ им. Н.Ф. Филатова как недостатки оказанной медицинской помощи, суд приходит к выводу о том, что неисполнение (ненадлежащее исполнение) профессиональных обязанностей медицинскими работниками не только нарушает конституционное право граждан на медицинскую помощь, но и посягает на жизнь и здоровье человека, и поэтому с учетом конкретных обстоятельств нарушения прав истца как потребителя медицинских услуг, учитывая характер и степень причиненных ФИО1 нравственных страданий, и, основываясь на принципе разумности и справедливости, размер компенсации морального вреда суд определяет в сумме 700 000 руб.

Согласно ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Поскольку ФИО1 была освобождена от уплаты государственной пошлины при подаче искового заявления на основании подп. 3 и 4 п.1 ст. 333.36 НК РФ, то с ГБУЗ «ПОДКБ им. Н.Ф Филатова» в бюджет г.Пензы следует взыскать государственную пошлину в размере 300 руб., исчисленную в соответствии с подп.1 п.1 ст. 333.19 НК РФ.

Руководствуясь ст.ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

решил:

иск ФИО1 к ГБУЗ «Пензенская областная детская клиническая больница им Н.Ф. Филатова» о возмещении вреда здоровью, компенсации морального вреда, удовлетворить. 

Взыскать с ГБУЗ «Пензенская областная детская клиническая больница им Н.Ф. Филатова» (ИНН 

<

***>, КПП 583601001, дата присвоения ОГРН 13.11.2002, юридический адрес: 

<

...>) в пользу ФИО1 (... года рождения, уроженки ..., зарегистрированной по адресу: ... проживающей по адресу: ...) компенсацию морального вреда в размере 700 000 (семьсот тысяч) руб. 

Взыскать с ГБУЗ «Пензенская областная детская клиническая больница им Н.Ф. Филатова» (ИНН 

<

***>, КПП 583601001, дата присвоения ОГРН 13.11.2002, юридический адрес: 

<

...>) в пользу муниципального образования г. Пензы госпошлину в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в Пензенский областной суд через Первомайский районный суд г. Пензы в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение суда в окончательной форме изготовлено 16 ноября 2020 года. 

Судья