УИД 03RS0017-01-2025-013816-14

Судья Халитова А.Р.

№ 2-8340/2025

Кат. 2.059

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

№ 33-2000/2026 (33-21337/2025)

28 января 2026 г. г. Уфа

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан в составе:

председательствующего Гадиева И.С.

судей Багаутдиновой А.Р.,

ФИО1

с участием прокурора Сафина И.Ф.

при секретаре Насртдинове Р.И.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к Государственному бюджетному профессиональному образовательному учреждению Стерлитамакский медицинский колледж о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании компенсации морального вреда, взыскании среднемесячного заработка, по апелляционной жалобе ФИО2 на решение Стерлитамакского городского суда Республики Башкортостан от 23 октября 2025 г.

Заслушав доклад судьи Гадиева И.С., судебная коллегия

установила:

Истец ФИО2 обратилась в суд с иском к Государственному бюджетному профессиональному образовательному учреждению Стерлитамакский медицинский колледж, в котором просит признать увольнение истца от 1 сентября 2025 г. незаконным, восстановить ФИО2 в должности преподавателя Государственного бюджетного профессионального образовательного учреждения Стерлитамакский медицинский колледж с 2 сентября 2025 г., взыскать утраченный заработок, взыскать расходы по отправке телеграммы в сумме 736,64 руб., почтовые расходы в сумме 672 руб., расходы по оформлению доверенности в сумме 2 500 руб., расходы по оплате юридических услуг в сумме 65 000 руб., взыскать компенсацию морального вреда в сумме 30 000 руб.

В обоснование исковых требований указывает, что 1 сентября 2022 г. была принята на работу в должности преподавателя на полную ставку на основании приказа Минздрава №204 от 31 августа 2022 г. 28 августа 2025 г. работодатель указывает в трудовой книжке о продолжении работы в качестве преподавателя, а 1 сентября 2025 г. трудовой расторгнут по формулировке «по инициативе работника» пункт 3 статьи 77 Трудового Кодекса Российской Федерации. Истец с 1 сентября 2025 г. находилась на листе нетрудопособности по причине психологического давления, создания невыносимых условий. Конфликтная ситуация между ней и директором колледжа возникла из-за студентки ФИО3, за которую она заступилась перед руководством колледжа. 21 сентября 2025 г. она направила работодателю телеграмму об отзыве своего заявления об увольнении.

Решением Стерлитамакского городского суда Республики Башкортостан от 23 октября 2025 г. постановлено:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ГБПОУ Стерлитамакский медицинский колледж о признании увольнения незаконным, восстановлении в должности преподавателя ГБПОУ Стерлитамакски медицинский колледж с 2 сентября 2025 г., взыскании утраченного заработка, взыскании почтовых расходов в сумме 672 руб., расходов по оформлению доверенности 2 500 руб., расходов по отправлению телеграммы в сумме 736,64руб., расходов по оплате юридических услуг в сумме 65 000 руб., компенсации морального вреда в сумме 30 000 руб.– отказать.

В апелляционной жалобе ФИО2 просит решение Стерлитамакского городского суда Республики Башкортостан от 23 октября 2025 г. отменить, направить дело на новое рассмотрение. В обоснование жалобы указывает, что суд ограничился только показаниями работников медицинского колледжа, без выяснения обстоятельств возникшего конфликта. Указывает, что суд не пригласил её, директора колледжа ФИО4, чтобы выяснить причины возникших разногласий по студентке, которая также не была приглашена в суд в качестве заинтересованного лица. Суд оставил без внимания, что приказ об увольнении был издан в период её нетрудоспособности. Также указывает, что телеграмму работодателю об отзыве своего заявления об увольнении она не отправляла, её представитель ей сообщил, что отправил от её имени в интересах положительного разрешения дела.

Лица, участвующие в деле и не явившиеся на апелляционное рассмотрение дела, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Судебная коллегия, руководствуясь статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность постановленного по делу судебного постановления в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав ФИО2 и ее представителя ФИО5, поддержавших доводы жалобы, представителей ГБПОУ Стерлитамакский медицинский колледж ФИО6 и ФИО7, возражавших против удовлетворения апелляционной жалобы, заключение прокурора Сафина И.Ф., судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено и из материалов дела следует, что на основании приказа №204л от 31.08.2022 ФИО2 принята на работу на должность преподавателя ГАПОУ РБ «Стерлитамакский медицинский колледж» с 01.09.2022, с ней заключен трудовой договор по основному месту работы на неопределенный срок в должности преподавателя.

28.08.2025 от ФИО2 на имя директора ГАПОУ РБ Стерлитамакский медицинский колледж подано заявление об увольнении по собственному желанию с 01.09.2025.

28.08.2025 директором ГАПОУ РБ «Стерлитамакский медицинский колледж» вынесен приказ №197-л от 28.08.2025 о прекращении (расторжении) трудового договора с работником ФИО2 с 01.09.2025. С данным приказом истец ознакомлена.

21.09.2025 истец ФИО2 направила в Стерлитамакский медицинский колледж телеграмму об отзыве заявления об увольнении по собственному желанию, где она указывает о том, что на нее было оказано психологическое давление со стороны директора ФИО8 при написании заявления. Она желает работать в колледже.

22.09.2025 данная телеграмма была получена ГАПОУ РБ «Стерлитамакский медицинский колледж».

23.09.2025 директором ГАПОУ РБ «Стерлитамакский медицинский колледж» вынесен приказ №242-л от 23.09.2025 об отмене (аннулирования) приказа о прекращении трудового договора с преподавателем ФИО2 от 28.08.2025 №197-л. ФИО2 приступить к исполнению обязанностей по должности преподаватель со 02.09.2025. Считать трудовые отношения с ФИО2 возобновленными и продолжающимися со 02.09.2025.

24.09.2025 работодатель направил ФИО2 телеграмму, в которой уведомил ее об отмене приказа об увольнении и необходимости явиться в отдел кадров для ознакомления с приказом. Данное письмо также было направлено истцу ФИО2 посредством «Почта России», ШПИ 45312090171090.

26.09.2025 истцу ФИО2 направлена копия приказа №242-л от 23.09.2025 для ознакомления.

14.10.2025 директором ГАПОУ РБ «Стерлитамакский медицинский колледж» вынесен приказ №272-л от 14.10.2025 о премировании ФИО2 в размере 5 000 руб.

С 29.09.2025 по 23.10.2025 истец ФИО2 не вышла на работу в ГАПОУ РБ «Стерлитамакский медицинский колледж», что подтверждается актами об отсутствии на рабочем месте.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что издание ответчиком приказа об увольнении истицы с указанной ею в заявлении даты 01.09.2025 свидетельствует о достижении между работником и работодателем соглашения об основаниях и дате увольнения без соблюдения условий, предусмотренных ч. 1 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации; расторжение с истцом трудового договора в указанную ею дату 01.09.2025 не противоречит ч. 2 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации; неуказание ФИО2 в заявлении об увольнении на причину, по которой она просил уволить ее с указанной в заявлении даты без двухнедельной отработки, о понуждении истца к увольнению и нарушении работодателем порядка увольнения истца, незаконности увольнения ФИО2 К. по данному основанию не свидетельствует.

Суд указал, что истцом не указано какие, по ее мнению, действия работодателя свидетельствует о понуждении ее к написанию заявления по собственному желанию. Доводы стороны истца о том, что ФИО2 написала заявление об увольнении под давлением работодателя, не подтверждены доказательства. Наличие конфликтной ситуации на рабочем месте ФИО2 не нашло свое подтверждение в судебном заседании, ранее ФИО2 к дисциплинарной ответственности работодателем не привлеклась, в государственные органы о защите нарушенных трудовых прав не обращалась.

Судом отмечено, что наличие высшего юридического образования у истца ФИО2, подтвержденное дипломом о высшем юридическом образовании, предполагает осведомленность истца о последствиях написания заявления о расторжении трудового договора и о порядке увольнения по данному основанию.

Суд первой инстанции указал, что доводы истца о нарушении работодателем требований трудового законодательства и увольнении ее в период временной нетрудоспособности основаны на ошибочном толковании норм права, поскольку запретов на увольнение работника по его инициативе в период временной нетрудоспособности закон не содержит.

Принимая решение об отказе в удовлетворении заявленных истцом требований, суд, руководствуясь положениями статей 21, пункта 3 части 1 статьи 77, статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации, а также принимая во внимание разъяснения, приведенные в подпункте "а" пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", исходил из того, что истцом по настоящему спору не представлено совокупности допустимых, относимых доказательств, подтверждающих понуждение ее работодателем к увольнению по собственному желанию и наличие порока воли при подаче заявления об увольнении 28 марта 2025 г.

Судом первой инстанции указано на то, что обращение истца ФИО2 в суд последовало после того, как работодателем 23 сентября 2025 г. был отменен приказ о прекращении трудового договора с преподавателем ФИО2 от 28.08.2025. Трудовые отношения продолжились между работодателем и ФИО2 со 02.09.2025, что подтверждается приказом о премировании истца от 14.10.2025.

Между тем истец ФИО2 к работе не приступила до настоящего времени, что свидетельствует об отсутствии у нее намерения продолжать трудовые отношения с ответчиком. При этом уважительных причин, по которым истец ФИО2 после отмены приказа о прекращении трудового договора до настоящего времени не приступила к работе, не указала.

Также отказано в удовлетворении требования о взыскании с ответчика среднего заработка за время вынужденного прогула в соответствии со ст. 234 Трудового кодекса Российской Федерации со ссылкой на то, что ответчик не лишал истицу возможности трудиться.

Суд также счел не обоснованными требования истца о компенсации морального вреда, так как в ходе судебного разбирательства не добыто доказательств нарушения ответчиком трудовых прав истицы.

Поскольку судом отказано в удовлетворении исковых требований ФИО2, то оснований для взыскания судебных расходов на представителя в сумме 65 000 руб., почтовых расходов в сумме 672 руб., расходов по оформлению доверенности в сумме 2500 руб., расходов по отправлению телеграммы в сумме 736,64 руб. в соответствии со ст. 98 ГПК РФ суд не усмотрел.

Согласно части 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

В силу части 1 статьи 196 данного кодекса при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении» разъяснено, что решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (п. 2).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании, а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов (п. 3).

Исходя из того, что решение является актом правосудия, окончательно разрешающим дело, его резолютивная часть должна содержать исчерпывающие выводы, вытекающие из установленных в мотивировочной части фактических обстоятельств (п. 11).

Между тем решение суда не в полной мере соответствует данным требованиям процессуального закона, судебная коллегия не может согласиться с принятым судом решением об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО2 к ГБПОУ Стерлитамакский медицинский колледж о признании увольнения незаконным, взыскании утраченного заработка, компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов.

Согласно пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации основанием прекращения трудового договора является расторжение трудового договора по инициативе работника.

В силу положений статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее, чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Таким образом, основанием для расторжения трудового договора является письменное заявление самого работника, в котором он выражает свое добровольное волеизъявление расторгнуть трудовой договор.

В соответствии с частью 2 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении исключительно по соглашению между работником и работодателем.

До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора.

Из содержания части 4 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации и подпункта «в» пункта 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» следует, что работник, предупредивший работодателя о расторжении трудового договора, вправе до истечения срока предупреждения отозвать свое заявление, и увольнение в этом случае не производится при условии, что на его место в письменной форме не приглашен другой работник, которому в соответствии с Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора. Если по истечении срока предупреждения трудовой договор не был расторгнут и работник не настаивает на увольнении, действие трудового договора считается продолженным (часть 6 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что федеральный законодатель создал правовой механизм, обеспечивающий реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, который предусматривает, в том числе возможность работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, подав работодателю соответствующее заявление, основанное на добровольном волеизъявлении, предупредив об увольнении работодателя не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом, а также предоставляет возможность сторонам трудового договора достичь соглашения о дате увольнения, определив ее иначе, чем предусмотрено законом. Для защиты интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении за работником закреплено право отозвать свое заявление до истечения срока предупреждения об увольнении (если только на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому не может быть отказано в заключении трудового договора). Работник не может быть лишен права отозвать свое заявление об увольнении по собственному желанию и в случае, если работник и работодатель договорились о расторжении трудового договора по инициативе работника до истечения установленного срока предупреждения. При этом работник вправе отозвать свое заявление об увольнении по собственному желанию до истечения календарного дня, определенного сторонами как окончание трудового отношения.

Таким образом, обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора о расторжении трудового договора по инициативе работника, являются: наличие волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию и добровольность волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию.

По данному делу юридически значимыми и подлежащими определению и установлению с учетом исковых требований ФИО2 и их обоснования, возражений ответчика относительно иска и регулирующих спорные отношения норм ТК РФ являлись следующие обстоятельства: были ли действия ФИО2 при написании 28 августа 2025 г. заявления об увольнении по собственному желанию добровольными и осознанными; выяснялись ли руководством общества причины подачи ФИО2 заявления об увольнении по собственному желанию; разъяснялись ли ФИО2 работодателем последствия написания ею заявления об увольнении по инициативе работника и право отозвать свое заявление об увольнении по собственному желанию; оказывалось ли на нее психологическое давление со стороны представителей работодателя, которое, по мнению истца, оказывалось на нее в связи с наличием разногласий с руководством относительно студентки ФИО3

Разрешая исковые требования ФИО2 о незаконности ее увольнения, суд первой инстанции не учел и не проверил доводы ФИО2, приведенные ею в исковом заявлении и в судебном заседании суда первой инстанции, о том, что между работником и работодателем по смыслу части 2 статьи 80 ТК РФ не было достигнуто основанное на добровольном и осознанном волеизъявлении работника соглашение о прекращении трудовых отношений, о чем, по мнению ФИО2, свидетельствуют совершенные ею сразу после увольнения 1 сентября 2025 г. действия, направленные на отзыв заявления об увольнении, которые были обусловлены несогласием с принятым работодателем решением о расторжении трудового договора по основанию, предусмотренному пунктом 3 части 1 статьи 77 ТК РФ.

Между тем факт направления ФИО2 21 сентября 2025 г. заявления об отзыве заявления об увольнении, которое работодателем было удовлетворено и приказ об увольнении был отменен, свидетельствуют об отсутствии добровольного и осознанного намерения истца прекратить трудовые отношения с ответчиком.

Из пояснений сторон и материалов дела следует, что между ФИО2 и руководством колледжа имелись разногласия относительно поведения студентки ФИО3, между тем при принятии у ФИО2 заявления на увольнение администрацией колледжа не было выяснено - обусловлено ли увольнение данным конфликтом, а равно иными обстоятельствами, не связанными с намерением прекратить работу.

Между тем позиция истца, последовательно утверждавшей о том, что увольнение не было добровольным и обусловлено оказанием на нее психологического давления в связи с разногласиями относительно студентки ФИО3, ее последующие действия по отзыву заявления на увольнение свидетельствуют об отсутствии добровольного и осознанного волеизъявления работника на прекращение трудовых отношений, в связи с чем у работодателя не имелось законных оснований для его увольнения.

Тот факт, что ФИО2 устроена на работу с 11 декабря 2025 г. в ООО «Медицинский центр «Норрис» об обратном не свидетельствует, поскольку устройство на работу произведено значительно позже даты увольнения.

При изложенных обстоятельствах решение суда в части, в которой отказано в удовлетворении исковых требований ФИО2 о признании увольнения незаконным, законным быть признано не может и подлежит отмене.

Вместе с тем судебная коллегия не находит оснований для принятия решения о восстановлении истца на работе, поскольку после увольнения ФИО2 написала заявление об отзыве заявления об увольнении, указала, что желает работать в колледже. Данное заявление ответчиком было удовлетворено, 23.09.2025 директором ГАПОУ РБ «Стерлитамакский медицинский колледж» вынесен приказ №242-л об отмене (аннулирования) приказа о прекращении трудового договора с преподавателем ФИО2 от 28.08.2025 №197-л. ФИО2 приступить к исполнению обязанностей по должности преподаватель со 02.09.2025. Считать трудовые отношения с ФИО2 возобновленными и продолжающимися со 02.09.2025.

Таким образом, сторонами было достигнуто соглашение о возобновлении трудовых правоотношений с даты их прекращения, с 2 сентября 2025 г.

При этом доводы истца о том, что она лично заявление об отзыве заявления об увольнении не подавала, это сделал ее представитель, не имеет правового значения, поскольку в данном заявлении представителем выражена именно воля представляемого лица; в суде апелляционной инстанции ФИО9 пояснила, что подача иска в суд с представителем была согласована, доверенность отозвана не была, тем самым дано согласие на совершение юридически значимых для истца действий, права и обязанности по которым возникают у доверителя (статья 971 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В связи с восстановлением трудовых правоотношений ФИО2 после издания приказа о возобновлении трудовых правоотношений должна была приступить к исполнению своих трудовых обязанностей, однако этого не сделала, что подтверждается актами о неявке на рабочее место; истец факт отсутствия на рабочем месте после 23 сентября 2025 г. не отрицает. При этом работодатель, действуя добросовестно, возможными способами уведомлял истца о возобновлении трудовых отношений и необходимости явки на работу путем направления телеграмм от 24 сентября 2025 г. (л.53), от 7 октября 2025 г. (л.54), писем от 23 сентября 2025 г. (л.57-59), от 26 сентября 2025 г. (л.60), уведомлений по электронной почте (л.61, 68-72), при этом принадлежность истцу адреса указанной почты (venerahamidullina452@gmail.com) подтверждена истцом в ходе рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции.

В этой связи оснований для взыскания заработной платы за время вынужденного прогула за период с 24 сентября 2025 г. судебная коллегия не усматривает, поскольку, во-первых, вынужденный прогул был прекращен с данной даты в связи с возобновлением трудовых отношений, во-вторых, оснований для начисления заработной платы не имеется, поскольку истец трудовую деятельность не осуществлял, а между тем в соответствии с положениями статей 129, 130 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата является вознаграждением за труд и зависит, среди прочего, от количества и качества затраченного труда.

При этом до даты восстановления истца на работе – по 23 сентября 2025 г., - истец находилась в вынужденном прогуле в связи с незаконным ее увольнением, в связи с чем в соответствии с положениями части второй статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации в ее пользу подлежит выплата среднего заработка за все время вынужденного прогула.

В соответствии с пунктом 9 Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 24 апреля 2025 г. N 540, средний заработок работника определяется путем умножения среднего дневного заработка на количество дней (календарных, рабочих) в периоде, подлежащем оплате.

Согласно справке от 16 января 2026 г. № 32 ГАПОУ РБ «Стердитамакский медицинский колледж» средний дневной заработок ФИО2 составляет 2136, 77 руб.

Таким образом, с ответчика подлежит взысканию заработок за время вынужденного прогула с 2 сентября 2025 г. по 23 сентября 2025 г. в сумме 34188,32 руб. (16 рабочих дней х 2136,77 руб.).

При этом временная нетрудоспособность истца в указанный период не является основанием для отказа во взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, поскольку в пункте 62 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, среди прочего, что при определении размера оплаты времени вынужденного прогула средний заработок, взыскиваемый в пользу работника за это время, не подлежит уменьшению на суммы заработной платы, полученной у другого работодателя, независимо от того, работал у него работник на день увольнения или нет, пособия по временной нетрудоспособности, выплаченные истцу в пределах срока оплачиваемого прогула, а также пособия по безработице, которое он получал в период вынужденного прогула, поскольку указанные выплаты действующим законодательством не отнесены к числу выплат, подлежащих зачету при определении размера оплаты времени вынужденного прогула.

Далее. Положениями статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в соответствии с частью четвертой статьи 3 и частью девятой статьи 394 Кодекса суд вправе удовлетворить требование работника, уволенного без законного основания, о компенсации морального вреда. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Таким образом, возможность компенсации морального вреда в связи с незаконным увольнением и соответственно нарушением трудовых прав работника прямо предусмотрена законом.

Судебная коллегия считает, что компенсация морального вреда в размере 10 000 руб. будет являться разумной и справедливой с учетом конкретных обстоятельств настоящего дела, связанных с незаконным увольнением истца, лишением его возможности трудиться, и переживаниями истца в связи с указанными неправомерными действиями ответчика; при этом учитывая, что работодателем предприняты меры по добровольному восстановлению права на труд истца путем удовлетворения ее заявления.

Далее. Согласно части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Актом приема-передачи денежных средств от 20 сентября 2025 г. и пояснениями истца в судебном заседании подтверждено, что истец понесла расходы по оплате услуг представителя в размере 65000 руб.

При этом представителем составлен иск, принято участие в судебных заседаниях 14 октября 2025 г., 23 октября 2025 г.

Учитывая характер спора, объем выполненной представителем истца работы, результат рассмотрения дела (иск удовлетворен частично, при этом удовлетворены требования неимущественного характера), категорию спора, руководствуясь принципом разумности и справедливости судебная коллегия полагает разумной сумму расходов на представителя 20000 руб.

В силу части 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Принимая во внимание, что ФИО2 понесены расходы по оплате почтовых расходов при подаче апелляционной жалобы в сумме 1800,24 руб. (300,04*6), то они подлежат взысканию с ответчика.

Заявленные в иске расходы на почтовую телеграмму от 21 сентября 2025 г. взысканию с ответчика не подлежат, поскольку к расходам, связанным с рассмотрением гражданского дела, отнесены быть не могут.

Заявленные в иске расходы на оплату почтовых услуг в сумме 672 руб. взысканию с ответчика не подлежат, поскольку доказательств несения данных расходов не представлено.

Расходы за услуги нотариуса по оформлению доверенности также взысканию с ответчика не подлежат, поскольку выданная доверенность (л.18) носит общий характер, не обусловлена исключительно урегулированием настоящего спора.

При изложенных обстоятельствах решение суда подлежит отмене в части, в которой отказано в удовлетворении исковых требований ФИО2 к ГБПОУ Стерлитамакский медицинский колледж о признании увольнения незаконным, взыскании утраченного заработка, компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов, с принятием в данной части нового решения о частичном удовлетворении требований.

Руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Стерлитамакского городского суда Республики Башкортостан от 23 октября 2025 г. отменить в части, в которой отказано в удовлетворении исковых требований ФИО2 к ГБПОУ Стерлитамакский медицинский колледж о признании увольнения незаконным, взыскании утраченного заработка, компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов.

В отмененной части принять новое решение.

Признать незаконным увольнение ФИО2 с должности преподавателя, произведенное приказом ГАПОУ РБ «Стерлитамакский медицинский колледж» от дата

Взыскать с Государственного автономного профессионального образовательного учреждения Республики Башкортостан «Стерлитамакский медицинский колледж» (ИНН №...) в пользу ФИО2 (СНИЛС №...) средний заработок за время вынужденного прогула с 2 сентября 2025 г. по 23 сентября 2025 г. в сумме 34188,32 руб., компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб., расходы по оплате услуг представителя 20 000 руб., расходы по оплате почтовых расходов при подаче апелляционной жалобы 1800,24 руб.

В удовлетворении указанных исковых требований и заявления о возмещении судебных расходов в остальной части отказать.

Решение Стерлитамакского городского суда Республики Башкортостан от 23 октября 2025 г. в остальной части оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

Председательствующий И.С. Гадиев

судьи А.Р. Багаутдинова

ФИО1

Мотивированное апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 11 февраля 2026 г.