Дело № 2-3998/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

05 июня 2019 года г. Благовещенск 

Благовещенский городской суд Амурской области в составе:

Председательствующего судьи Фирсовой Е.А.

При секретаре Коваленко Е.Г., 

С участием представителей истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, представителя третьего лица ФИО3, 

Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску УФСИН России по Амурской области к ФИО4 о взыскании материального ущерба,

УСТАНОВИЛ:

УФСИН России по Амурской области обратилось в Благовещенский городской суд с исковым заявлением к ФИО4 о возмещении материального ущерба, в обоснование заявленных требований указав, что ФИО4 в период с 01.12.2012 года по 04.02.2018 года замещал должность начальника колонии ФКУ ИК-2 УФСИН России по Амурской области. В период с 15.01.2018 года по 06.02.2018 года главным ревизором ГКРИ УД ФСИН России совместно с сотрудниками УФСИН России по Забайкальскому краю была проведена документальная ревизия финансово-хозяйственной деятельности УФСИН России по Амурской области и подведомственных ему учреждений за период с 01.03.2016 года по 01.01.2018 года. По результатам проверки подготовлен акт от 05.02.2018 года, согласно которому в УФСИН и подведомственных ему учреждениях должностными лицами УИС Амурской области допущены нарушения при ведении финансово-хозяйственной деятельности, повлекшие, в том числе, причинение материального ущерба интересам УИС. По указанным обстоятельствам комиссией УФСИН России по Амурской области, с целью установления размера причиненного материального ущерба интересам работодателя и в целом УИС, выявления виновных должностных лиц была проведена служебная проверка, с подготовкой соответствующего заключения от 08.06.2018 года. Согласно данному заключению было установлено, что актом от 05.02.2018 года документальной ревизии финансово-хозяйственной деятельности УФСИН России и Учреждений за период с 01.03.2016 года по 01.01.2018 года обнаружена и зафиксирована недостача имущества, принадлежащего ФКУ ИК-2 УФСИН России по Амурской области, на сумму 230,49 тыс. рублей, в том числе камера дезинфекционная на сумму 66тыс. рублей, транспортер в сумме 41,39 тыс. рублей, косилка на сумму 123,1 тыс. руб. Комиссией было установлено, что данное имущество в ФКУ ИК-2 УФСИН России по Амурской области отсутствует, его место нахождения не известно. Указанное имущество было передано в 2016 году с баланса ликвидируемого учреждения ФКУ ЛИУ-1 УФСИН России по Амурской области на баланс правопреемника ФКУ ИК-2 УФСИН России по Амурской области, при этом председателем ликвидационной комиссии ФКУ ЛИУ-1 УФСИН России по Амурской области был назначен ФИО4, занимавший должность начальника колонии ФКУ ИК-2 УФСИН России по Амурской области. Проверкой было установлено, что в результате ненадлежащего исполнения своих служебных обязанностей со стороны ФИО4, замещавшего в период с 2012 года по 2018 года должность начальника колонии ФКУ ИК-2 УФСИН России по Амурской области, выразившегося в необеспечении сохранности имущества, вверенного исправительному учреждению, ненадлежащем управлении всеми сферами деятельности указанного учреждения, за которое установлена персональная ответственность начальника исправительного учреждения, интересам УИС был причинен прямой действительный ущерб на сумму 230,49 тыс. рублей в виде реального уменьшения наличного имущества, а именно утраты его части, находящегося в федеральной собственности, закрепленного на праве оперативного управления за ФКУ ИК-2 УФСИН России по Амурской области. По результатам указанной служебной проверки в счет частичной компенсации причиненного прямого действительного ущерба интересам УИС ответчик был привлечен к материальной ответственности в виде удержания денежного довольствия в пределах среднего месячного заработка ответчика. В настоящее время в счет частичной компенсации причиненного работодателю материального ущерба путем удержания части материального ущерба из денежного довольствия выплачена денежная сумма в размере 116459 рублей 51 копейки. 

На основании изложенного, УФСИН России по Амурской области просило суд взыскать с ФИО4 денежную сумму в размере 114030 рублей 49 копеек. 

Определением Благовещенского городского суда от 08 мая 2019 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющегося самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ФКУ ИК-2 УФСИН России по Амурской области. 

Будучи извещенным о месте и времени проведения судебного заседания в него не явился ответчик, сведений о причинах неявки суду не сообщил, ходатайств об отложении не заявлял, обеспечил явку своего представителя. Учитывая мнение представителя истца, представителя ответчика, представителя третьего лица, руководствуясь положениями ст. 167 ГПК РФ, суд определил рассматривать дело в отсутствие не явившегося ответчика. 

В судебном заседании представитель истца на требованиях искового заявления настаивал, подробно указал на обстоятельства, изложенные в иске, дополнительно пояснил, что согласно документам, имущество из ЛИУ-1 было фактически передано в ИК-2, однако при этом актов приема-передачи составлено не было. Письменных документов о том, что ФИО4 принимал имущество, также нет. В период с января по февраль 2018 года была установлена пропажа имущества. При этом, пропавшее имущество находилось на территории ЛИУ-1, расположенном в г. Свободном. Размер ущерба определен на основании рыночной стоимости имущества. В действиях ФИО4 установлена вина в причинении ущерба, в связи с чем представитель истца просил суд удовлетворить заявленные требования в полном объеме. 

Представитель ответчика исковые требования УФСИН России по Амурской области не признала, в обоснование своей позиции, также изложенной в письменном виде, указала, что в период замещения ответчиком должности начальника ФКУ ИК-2 УФСИН России по Амурской области была проведена документальная ревизия финансово-хозяйственной деятельности учреждения, по результатам которой был выявлен материальный ущерб на сумму 230490 рублей. Данное имущество было передано в 2016 году с баланса ликвидируемого учреждения ФКУ ЛИУ-1 УФСИН России по Амурской области на баланс ФКУ ИК-2 УФСИН России по Амурской области, при это председателем ликвидационной комиссии был назначен ФИО4 По результатам проведенной проверки была установлена сумма ущерба, а также виновное должностное лицо, в результате чего ФИО4 в счет частичной компенсации ущерба был привлечен к материальной ответственности в виде удержания денежного довольствия в пределах среднемесячного заработка, с ФИО4 была удержана сумма в размере 116459 рублей 51 копейки. С возложенной на ответчика материальной ответственностью ответчик спорить не стал, поскольку подписал документы о принятии на баланс учреждения недостающих ценностей, однако фактическое наличие и состояние имущества на дату его принятия не проверялось. После выявления отсутствия товарно-материальных ценностей ответчиком была создана комиссия и проведена проверка с целью установления виновных лиц. Данный материал также был передан в МО МВД Росси «Свободненский». В ходе рассмотрения сообщения о преступлении вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 23.02.2018 года, в котором было установлено, что косилка, находящаяся на балансе, находилась в гараже за территорией дока и была в не рабочем состоянии, поскольку на нее упала плита; дезинсекционная камера на момент передачи находилась в нерабочем состоянии; транспортер представлял собой остов, обгоревший после ранее случившегося пожара. 07.02.2018 года после проведения инвентаризации было выявлено отсутствие вышеуказанных предметов. Лица, виновные в похищении, установлены не были, материальные ценности стояли на балансе, но материальной ценности не представляли. Согласно инвентарной карточке учета нефинансовых активов, остаточная стоимость всего вышеперечисленного и похищенного имущества составила 0 рублей. Кроме того, этим же постановлением установлено, что гараж, в котором хранились указанные вещи, находился в открытом доступе и доступ в него был свободный. В связи с тем, что отказным материалом установлено, что на момент передачи имущества на балансе ФКУ ИК-2 УФСИН России по Амурской области, в соответствии с инвентарными карточками, а также учитывая, что работодателем обязанность по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику, не была соблюдена, полагала, что оснований для привлечения ФИО4 к материальной ответственности не имеется, просила в удовлетворении исковых требований УФСИН России по Амурской области отказать в полном объеме. 

Представитель третьего лица в судебном заседании пояснила, что инвентаризация была проведена в феврале 2018 года, по результатам которой была установлена недостача имущества, находящегося на балансе ФКУ ИК-2 УФСИН России по Амурской области. Пропавшее имущество фактически хранилось на территории ЛИУ-1, расположенной в г. Свободный. Последний раз инвентаризация проходила в 2017 году, имущество находилось на месте. Для установления размера ущерба была проведана оценка имущества. 

Выслушав доводы представителя истца, представителя ответчика, представителя третьего лица, исследовав материалы настоящего гражданского дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с абз. 1 ст. 391 ТК РФ непосредственно в судах рассматриваются индивидуальные трудовые споры по заявлению работодателя - о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, если иное не предусмотрено федеральными законами.

Как установлено судом, спор возник относительно причинения работником ФИО4 материального ущерба работодателю УФСИН России по Амурской области в размере 114 030 рублей 49 копеек. 

В судебном заседании установлено, не оспаривалось стороной истца и подтверждается справкой УФСИН России по Амурской области № 28/ТО/7-б/н от 25.03.2019 года, что ФИО4 с 10.11.1997 года проходит службу в уголовно-исполнительной системе; в период с 01.12.2012 года по 04.02.2018 года занимал должность начальника ФКУ ИК-2 УФСИН России по Амурской области. 

Рассматривая обоснованность требований истца к ФИО4 о взыскании причиненного ущерба, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 21 Федерального закона от 21 июля 1998 года N 117-ФЗ "О внесении изменений и дополнений в законодательные акты Российской Федерации в связи с реформированием уголовно-исполнительной системы", на сотрудников органов внутренних дел, переходящих на службу в учреждения и органы уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции РФ, а также на лиц, вновь поступающих на службу в указанные учреждения и органы, распространено действие Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 23 декабря 1992 года N 4202-1, впредь до принятия федерального закона о службе в уголовно-исполнительной системе Минюста Российской Федерации.

Статья 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что суд обязан разрешать гражданские дела на основании Конституции Российской Федерации, международных договоров Российской Федерации, федеральных конституционных законов, федеральных законов, нормативных правовых актов Президента Российской Федерации, нормативных правовых актов Правительства Российской Федерации, нормативных правовых актов федеральных органов государственной власти, конституций (уставов), законов, иных нормативных правовых актов органов государственной власти субъектов Российской Федерации, нормативных правовых актов органов местного самоуправления. Суд разрешает гражданские дела, исходя из обычаев делового оборота в случаях, предусмотренных нормативными правовыми актами.

Согласно части третьей данной статьи в случае отсутствия норм права, регулирующих спорное отношение, суд применяет нормы права, регулирующие сходные отношения (аналогия закона), а при отсутствии таких норм разрешает дело, исходя из общих начал и смысла законодательства (аналогия права).

Поскольку в действующем законодательстве, регулирующем порядок прохождения службы в органах уголовно-исполнительной системы, отсутствуют специальные нормы о материальной ответственности сотрудников органов уголовно-исполнительной системы, к спорным правоотношениям подлежат применению нормы гл.гл. 37, 39 Трудового кодекса РФ. 

В соответствии со ст. 273 ТК РФ руководитель организации – физическое лицо, которое в соответствии с настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления, учредительными документами юридического лица (организации) и локальными нормативными актами осуществляет руководство этой организацией, в том числе выполняет функции её единоличного исполнительного органа. Положения главы 43 распространяются на руководителей организаций независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности.

Рассматривая требования УФСИН России по Амурской области, суд полагает необходимым отметить, что в силу ст. 238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

В этой связи следует отметить, что в соответствии со ст. 242 ТК РФ полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере. Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Согласно ст. 277 ТК РФ руководитель организации несет полную материальную ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный организации.

В случаях, предусмотренных федеральными законами, руководитель организации возмещает организации убытки, причиненные его виновными действиями. При этом расчет убытков осуществляется в соответствии с нормами, предусмотренными гражданским законодательством.

Общие основания ответственности за причинение вреда предусмотрены статьёй 1064 ГК РФ, в соответствии с которой вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Для наступления деликтной ответственности необходимо наличие состава правонарушения, включающего: а) наступление вреда; б) противоправность поведения причинителя вреда; в) причинную связь между двумя первыми элементами и г) вину причинителя вреда.

Возмещение вреда по общему правилу допускается при наличии вины причинителя; вина ответчика при причинении вреда не презюмируется; бремя доказывания причинения вреда лежит на лице, обратившемся в суд, то есть на истце.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данным в п. 1 Постановления от 16 ноября 2006 года N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", в силу части первой статьи 232 ТК РФ обязанность работника возместить причиненный работодателю ущерб возникает в связи с трудовыми отношениями между ними, поэтому дела по спорам о материальной ответственности работника за ущерб, причиненный работодателю, в том числе в случае, когда ущерб причинен работником не при исполнении им трудовых обязанностей (пункт 8 части первой статьи 243 ТК РФ), в соответствии со статьей 24 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации рассматриваются районным судом в качестве суда первой инстанции. Такие дела подлежат разрешению в соответствии с положениями раздела XI "Материальная ответственность сторон трудового договора" ТК РФ.

В силу п. 4 вышеуказанного Постановления к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Учитывая, что полная материальная ответственность руководителя организации за ущерб, причиненный организации, наступает в силу закона (ст. 277 ТК РФ), работодатель вправе требовать возмещения ущерба в полном размере независимо от того, содержится ли в трудовом договоре с этим лицом условие о полной материальной ответственности. При этом вопрос о размере возмещения ущерба (прямой действительный ущерб, убытки) решается на основании того федерального закона, в соответствии с которым руководитель несет материальную ответственность (п. 9 Постановления).

Из анализа приведенных выше положений закона, с учетом разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что руководитель организации несет полную материальную ответственность в силу закона. При этом, спор о возмещении ущерба, причиненного учреждению его руководителем, является индивидуальным трудовым спором и, исходя из действующего трудового законодательства, именно на работодателя возлагается обязанность доказать противоправность поведения (действия или бездействия) работника (руководителя учреждения), наличие и размер причиненного обществу ущерба, а также причинную связь между поведением работника и наступившим ущербом.

Из искового заявления, материалов дела следует, что из акта документальной ревизии финансово-хозяйственной деятельности УФСИН России по Амурской области за период с 01.03.2016 года по 01.01.2018 года были установлены нарушения ведения финансово-хозяйственной деятельности, повлекшие причинение материального ущерба интересам уголовно-исполнительной системы. 

В обоснование требований истцом указано на заключение служебной проверки от 08.06.2018 года, которой было установлено выбытие с баланса ФКУ ИК-2 УФСИН России по Амурской области имущества, и установлено виновное в причинении материального вреда должностное лицо – ФИО4

При проверке приведенных сторонами доводов судом установлено следующее.

Применительно к положениям ст. 277 ТК РФ руководитель организации несет полную материальную ответственность за прямой действительный ущерб в случае причинения ущерба организации, который возник в результате виновных противоправных действий руководителя, вызванных недобросовестными действиями, принятием необоснованных решений и пр.

Таким образом, материальная ответственность руководителя организации возникает при наличии ряда условий: противоправности его действий (бездействий), реального уменьшения наличного имущества работодателя или ухудшения указанного имущества, причинной связи между виновными действиями (бездействием) руководителя и наступившим ущербом, вины руководителя.

На основании предписания ФСИН России от 18.12.2018 года № 01-86625 главным ревизором ГКРИ УД ФСИН России совместно с сотрудниками УФСИН по Забайкальскому краю проведена плановая документальная ревизия отдельных вопросов финансово-хозяйственной деятельности УФСИН России по Амурской области за период с 01.03.2016 года по 01.01.2018 года. 

Актом документальной ревизии финансово-хозяйственной деятельности УФСИН России по Амурской области от 05 февраля 2018 года, в числе прочего, установлены нарушения порядка списания товарно-материальных ценностей ФКУ ИК-2 УФСИН России по Амурской области. 

В целях установления реального размера причиненного материального ущерба и выявления виновных должностных лиц УФСИН России по Амурской области была проведена служебная проверка, утвержденная начальником УФСИН России по Амурской области ФИО5

Заключением о результатах служебной проверки УФСИН России по Амурской области установлено, что в ФКУ ИК-2 УФСИН России по Амурской области обнаружена недостача имущества на сумму 230490 рублей, в том числе камера дезинфекционная ВФЭ-2/09 «Кочубей» на сумму 66000 рублей, транспортер ТС-50 на сумму 41390 рублей, косилка на сумму 123100 рублей. 

Комиссией было установлено, что данное имущество в ФКУ ИК-2 УФСИН России по Амурской области отсутствует, его место нахождение не установлено. Указанное имущество было передано в 2016 году с баланса ликвидируемого учреждения ФКУ ЛИУ-1 УФСИН России по Амурской области на баланс правопреемника ФКУ ИК-2 УФСИН России по Амурской области. Председателем ликвидационной комиссии ФКУ ЛИУ-1 УФСИН России по Амурской области назначен ФИО4

В ходе проверки от ФИО4 было отобрано объяснение, согласно которму он замещал должность начальника колонии в период с 01.12.2012 года по 04.02.2018 года, причины утраты указанных товарно-материальный ценностей ему не известны.

Проверкой был установлен факт причинения материального ущерба интересам уголовно-исполнительной системы на сумму 230490 рублей, выразившегося в недостаче указанного имущества ФКУ ИК-2 УФСИН России по Амурской области, то есть в реальном уменьшении наличного имущества, находящегося в федеральной собственности, закрепленного на праве оперативного управления за ФКУ ИК-2 УФСИН России по Амурской области. 

Оценив собранные в ходе проверки доказательства, а также объяснения ФИО4, комиссия пришла к выводу, что в результате ненадлежащего исполнения служебных обязанностей со стороны ФИО4, выразившегося в необеспечении сохранности имущества вверенного исправительного учреждения, ненадлежащем управлении всеми сферами деятельности указанного учреждения, за которое установлена персональная ответственность начальника исправительного учреждения, интересам УИС был причинен прямой действительный ущерб на сумму 230490 рублей, в виде реального уменьшения наличного имущества, а именно утраты его части, находящейся в федеральной собственности, закрепленного на праве оперативного управления за ФКУ ИК-2 УФСИН России по Амурской области. 

Согласно Уставу ФКУ ИК-2 УФСИН России по Амурской области руководство учреждением осуществляет начальник (п. 4.1).

Пунктом 4.6 Устава установлено, что начальник Учреждения осуществляет общее руководство деятельностью Учреждения, несет персональную ответственность за ее результаты; несет ответственность за целевое использование выделенных бюджетных средств и сохранность имущества, закрепленного за Учреждением. 

Таким образом, суд находит установленным, что ответственность за сохранность камеры дезинфекционной ВФЭ-2/09 «Кочубей», транспортера ТС-50 на сумму 41 390 рублей, косилки нес ответчик ФИО4, как начальник ФКУ ИК-2 УФСИН России по Амурской области. 

В судебном заседании установлено, сторонами не оспаривалось и подтверждается актами о приеме-передачи объектов нефинансовых активов № 193/2, № 194 от 27.01.2016 года, № 210, № 6914, № 6856, № 7302 от 30.12.2016 года, распиской от 01.11.2017 года, что указанное выше имущество было передано от ФКУ ЛИУ-1 УФСИН России по Амурской области на баланс правопреемника ФКУ ИК-2 УФСИН России по Амурской области. 

Согласно доводам стороны истца, ФИО4 не обеспечил сохранность вверенного ему имущества: камеры дезинфекционной ВФЭ-2/09 «Кочубей», транспортера ТС-50 на сумму 41 390 рублей, косилки на общую сумму 230 490 рублей.

Вместе с тем, доказательств выбытия указанного имущества из подотчета ФКУ ИК-2 УФСИН России по Амурской области вследствие виновных действий/бездействия ответчика ФИО4 истцом ни в материалы служебной проверки, ни в настоящее гражданское дело не представлено. При этом, истцом также не приведено доказательств не соответствия действий ФИО4 его должностным обязанностям. 

В данной связи установить недобросовестное поведение ФИО4 по обеспечению сохранности имущества суду не представляется возможным. 

На основании приказа начальника ФКУ ИК-2 УФСИН России по Амурской области ФИО4 № 95 от 29.01.2018 года проведена служебная проверка по факту отсутствия ТМЦ, а именно: камеры дезинфекционной ВФЭ-2/09 «Кочубей», транспортера ТС-50 на сумму 41 390 рублей, косилки, в ходе которой было установлено, что передача ТМЦ между сменами групп не была организована надлежащим образом. Сотрудники, заступавшие на охрану объекта, не владели сведениями в полном объеме о наличии охраняемого имущества и месте его нахождения, в том числе и об отсутствующих ТМЦ. В связи с длительным периодом нахождения ТМЦ на объекте ФКУ ЛИУ-1 со дня принятия на баланс и до дня выявления отсутствия ТМЦ, установить точное время их пропажи не предоставляется возможным. 

В связи с выявленными нарушениями слабой организации приема-передачи ТМЦ при смене групп сотрудников учреждений, заступающих на объект ФКУ ЛИУ-1, и ненадлежащее обеспечение сохранности имущества, находящегося на хранении на территории ФКУ ЛИУ-1, заместитель начальника ФКУ ИК-2 УФСИН России по Амурской области ФИО6 привлечен к дисциплинарной ответственности. 

Таким образом, учитывая выше установленные судом обстоятельства, суд приходит к выводу, что в материалах дела отсутствуют документы, безусловно устанавливающие вину ответчика ФИО4 в причинении прямого действительного ущерба УФСИН России по Амурской области в сумме 230 490 рублей в результате утраты части имущества. 

Кроме того, как следует из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 23.02.2018 года, дезинфекционная камера, транспортер находились на территории, косилка в гараже, который постоянно находился открытым и доступ в него был свободный. Таким образом, работодателем, в нарушение ст. 239 ТК РФ, не были организованы условия для надлежащего хранение имущества.

Доводы стороны истца о том, что, поскольку в периоды с 01.12.2012 года по 04.02.2018 года ФИО4 исполнял обязанности начальника ФКУ ИК-2 УФСИН России по Амурской области, который в силу закона несет полную материальную ответственность, в связи с чем ответчик должен возместить причинённый работодателю ущерб, судом признаются ошибочными, поскольку при недоказанности работодателем хотя бы одного из перечисленных в п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 года № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» и упомянутых ранее судом обстоятельств материальная ответственность ответчика исключается. 

В соответствии со ст. 247 ТК РФ до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения, истребовать от работника письменное объяснение для установления причины возникновения ущерба. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участие соответствующих специалистов. 

Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Следует отметить, что при решении вопроса о возмещении материального ущерба, причиненного работодателю, правовое значение имеет распределение обязанности по доказыванию вины работника в причинении ущерба, при этом доказать вину работника, как и наличие других условий материальной ответственности, должен работодатель, которому причинен ущерб и который ставит вопрос о его возмещении.

Вместе с тем, истец не организовал надлежащим образом проверку причин образовавшегося ущерба, не доказал наличие всех составляющих элементов, при которых наступает материальная ответственность работника, а именно, работодатель не указал, в чем заключается противоправность действий (бездействия) ответчика, в результате которых был причинен ущерб, не установлена причинно-следственная связь между противоправным поведением ответчика и причиненным ущербом. 

При этом акт документальной ревизии финансово-хозяйственной деятельности УФСИН России по Амурской области от 05.02.2018 года не может служить доказательством причинения УФСИН России по Амурской области ущерба именно действиями (бездействием) ФИО4, поскольку данным актом установлены лишь нарушения действующего законодательства в деятельности учреждений УФСИН России по Амурской области, без установления вины конкретных лиц. Иных доказательств, позволяющих возложить на ответчика обязанность по возмещению материального ущерба, истцом не приведено.

Кроме того, при рассмотрении настоящих требований судом установлено следующее.

В соответствии со ст. 246 ТК РФ размер ущерба, причиненного работодателю при утрате и порче имущества, определяется по фактическим потерям, исчисляемым исходя из рыночных цен, действующих в данной местности на день причинения ущерба, но не ниже стоимости имущества по данным бухгалтерского учета с учетом степени износа этого имущества.

Истцом не приведено доказательств рыночной стоимости имущества на день причинения ущерба, с учетом степени износа этого имущества, как и не установлено время причинения ущерба.

В соответствии с постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 23.02.2018 года, заключением о результатах служебной проверки от 12.2.2018 года остаточная балансовая стоимость товарно-материальных ценностей, с учетом амортизации, по инвентарным карточкам учета нефинансовых активов: транспортера ТС-50, камеры дезинфекционной ВФЭ-2/09 «Кочубей», косилки КДН-210 составляет 0 рублей 00 копеек, в связи с чем в возбуждении уголовного дела было отказано в связи с отсутствием события преступления.

Из имеющегося в материалах дела отчета № Д-06/19/1 ООО «Амурский оценщик» от 20.05.2019 года, по состоянию на 11.11.2017 года, следует, что рыночная стоимость движимого имущества: транспортера ТС-50, камеры дезинфекционной ВФЭ-2/09 «Кочубей», косилки КДН-210 составляет 90832 рубля. Данные результаты оценки предложено использовать для определения размера ущерба, причиненного работодателю, на день причинения ущерба. Из оценки видно, что имущество не пригодно для использования.

Как следует из пояснений сторон в судебном заседании, с ФИО4 в счет возмещения материального ущерба из денежного содержания было удержано более 116000 рублей, то есть свыше стоимости данного имущества с учетом износа.

При указанных обстоятельствах, учитывая, что истцом не представлено доказательств, подтверждающих вину ответчика в утрате части имущества, находящегося в федеральной собственности, закрепленного на праве оперативного управления за ФКУ ИК-2 УФСИН России по Амурской области, причин образования и размера материального ущерба, вины ответчика в причинении ущерба, причинной связи между противоправным поведением работника и наступившим ущербом, у суда отсутствуют правовые основания для удовлетворения иска УФСИН России по Амурской области. 

Таким образом, в удовлетворении исковых требований УФСИН России по Амурской области к ФИО4 о взыскании ущерба надлежит отказать. 

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

УФСИН России по Амурской области в удовлетворении исковых требований к ФИО4 о взыскании денежной суммы материального ущерба в размере 114 030 рублей 49 копеек, отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Благовещенский городской суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий Фирсова Е.А. 

Решение суда изготовлено в окончательной форме 13 июня 2019 года