Дело № 2-183/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

7 июня 2019 года Тюлячинский районный суд Республики Татарстан в составе: председательствующего судьи Р.Г. Бикмиева,

при секретаре судебного заседания Э.Г. Тимерхановой,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности ничтожной сделки,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности ничтожной сделки, указав в обоснование требований, что ДД.ММ.ГГГГ между ней и её сыном ответчиком был заключен договор дарения жилого дома общей площадью 23,4 кв.м., и земельного участка общей площадью 3657 кв.м., находящихся по адресу: 

<

адрес> На основании данного договора ответчик зарегистрировал право собственности на указанное недвижимое имущество, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество были сделаны записи от ДД.ММ.ГГГГ за № и №. В 2014 году ответчик заключил с истцом настоящую сделку обещав, что будет осуществлять постоянный уход за истцом и что она будет проживать с его семьей вместе, поскольку она находится в преклонном возрасте.

При заключении договора дарения истец полагала, что право собственности на жилой дом и земельный участок перейдет к ответчику взамен на то, что ответчик берет на себя обязательства по содержанию и надлежащему уходу за истцом и не предполагала, что безвозмездно передает свое недвижимое имущество.

Летом 2018 года истцу стало известно о том, что оспариваемая сделка по содержанию не является договором пожизненного содержания с иждивением, а договором дарения, на основании которого ответчик может распорядиться её имуществом.

В связи с чем, истец просит признать договор дарения земельного участка с жилым домом, расположенного по 

<

адрес>, заключённый между ФИО1 и ФИО2 недействительным; применить последствия недействительности ничтожной сделки и прекратить право собственности ФИО2 на земельный участок с жилым домом, расположенный по адресу: 

<

адрес>, исключить из Единого государственного реестра недвижимости об объекте недвижимости записи регистрации № и 16-16-89/001/2014-91 от ДД.ММ.ГГГГ о праве собственности ФИО2 на земельный участок и жилой дом, расположенные по 

<

адрес>.

В судебном заседании истец ФИО1 и её представитель ФИО3 (ордер в материалах дела) иск поддержали по изложенным в нем основаниям. 

Ответчик ФИО2 и его представители ФИО4, ФИО5 (копия доверенности в деле) иск не признали.

Выслушав стороны, допросив свидетелей ФИО6, ФИО21, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Часть 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации гласит, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии со статьями 421, 422 Гражданского кодекса Российской Федерации, граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам).

Согласно пункта 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу части 3 статьи 574 Гражданского кодекса Российской Федерации договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

В соответствии со статьей 223 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.

На основании статье 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за 

исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 (даритель) и ФИО2 (одаряемый) был заключен договор дарения земельного участка с жилым домом №, по условиям которого ФИО1 подарила ФИО2 жилой дом общей площадью 23,4 кв.м, и земельный участок общей площадью 3657,48 кв.м., находящиеся по 

<

адрес>.

Согласно выписке из ЕГРП право собственности на указанное имущество было зарегистрировано за ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 9, 14).

Судом проверены доводы, указанные в исковом заявлении истцом о том, что подписанный ею договор не является договором пожизненного содержания с иждивением, а является договором дарения. О том, что не владеет русским языком, соответственно не могла прочитать договор и отвечать на вопросы. Однако данные доводы не нашли своего подтверждения в суде.

В судебном заседании истец ФИО1 факт подписания договора дарения не оспаривала. На вопрос представителя ответчика ФИО4 показала, что умеет читать на русском и татарском языках. Временами, когда она остается одна, инструкции по применению лекарственных средств на русском языке читает сама, знает какие лекарства и как принимать.

Кроме того, истица ФИО1 в суде апелляционной инстанции Верховного Суда Республики Татарстан ДД.ММ.ГГГГ изъяснялась на русском языке, отвечала на вопросы суда, о чем в протоколе судебного заседания сделана соответствующая запись, переводчик при этом не был привлечен (л.д. 67-68).

Также в обоснование своих требований о признании сделки недействительной истец ФИО1 ссылается на то, что договор дарения был заключен ею под влиянием заблуждения, так как она думала, что подписанный ею договор является договором пожизненного содержания с иждивением, а не договором дарения. К тому же в силу своего возраста и состояния здоровья (имеет плохое зрение), подписала договор дарения, не предполагая последствий совершаемой сделки, в частности, что лишается единственного места жительства.

В силу статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной

Сделка не может быть признана недействительной по основаниям, предусмотренным настоящей статьей, если другая сторона выразит согласие на сохранение силы сделки на тех условиях, из представления о которых исходила сторона, действовавшая под влиянием заблуждения. В таком случае суд, отказывая в признании сделки недействительной, указывает в своем решении эти условия сделки.

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.

Вместе с тем, доказательств совершения сделки под влиянием заблуждения, преднамеренного создания у ФИО1 не соответствующего действительности представления о характере сделки, ее условиях, предмете, других обстоятельствах, влияющих на его решение, истцом и её представителем не представлено.

В данном случае воля ФИО1 на безвозмездную передачу своему сыну принадлежащих ей на праве собственности жилого дома и земельного участка была выражена с соблюдением требований к форме и содержанию договора дарения.

Оснований полагать, что подписывая такой договор ФИО1, могла заблуждаться относительно тех правовых последствий, которые он повлечет, не имеется. 

Материалами дела подтверждается, что договор дарения подписан истцом собственноручно, свою подпись в договоре истец не оспаривает.

На момент совершения договора дарения ФИО1 было 76 лет. Сведений о том, что на тот момент она страдала какими-либо заболеваниями, которые могли привести к возникновению у неё заблуждения относительно каких-либо обстоятельств, связанных с заключаемым договором, в материалах дела не имеется.

При этом, возраст истицы и состояние её здоровья (наличие плохого зрения), сами по себе не свидетельствуют о том, что оспариваемая сделка была совершена ею под влиянием заблуждения.

Представленные по делу доказательства свидетельствуют о ясном и четком волеизъявлении истца при заключении сделки, направленном в соответствии с требованиями статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации как на изменение, так и на установление гражданских прав и обязанностей.

При этом истец не представил доказательства, подтверждающие возражения лиц, заключивших сделку, на совершение данной сделки, а также доказательства того, что ФИО1 на момент совершения сделки не понимала значения своих действий и не могла ими руководить.

Участниками процесса каких-либо ходатайств о назначении судебной почерковедческой или судебно-психиатрической экспертизы, не заявлялись.

В представленном суду договоре дарения от ДД.ММ.ГГГГ, принятом государственным регистратором для регистрации, имеется собственноручная запись и подпись ФИО1. Доказательства того, что истец не имела намерения заключить сделку по дарению указанного имущества своему сыну, истцом не представлены и судом не добыты.

Утверждения истицы ФИО1 о том, что она является инвалидом по зрению и не понимает русский язык опровергаются её собственными показаниями в ходе судебного заседания ДД.ММ.ГГГГ о том, что после операции на глаза в 2013 году она два, два с половиной года видела хорошо, читать по-русски умеет, так как сама читает инструкцию по применению лекарственных средств при их употреблении. 

Суд также учитывает, что оспариваемый договор был зарегистрирован в органах государственной регистрации, требующих личного присутствия при предъявлении документа, удостоверяющего личность участников сделки.

Кроме пояснения ФИО1 о проведенной операции и состоянии ее зрения пояснили её близкие (сын ФИО2, сноха ФИО10), что операция на глаза ей была проведена весной 2013 года. После этого истица хорошо видела где-то 2-2,5 года.

Допрошенные в судебном заседании свидетели каких-либо данных о наличии обстоятельств, в силу которых истица заблуждалась в характере вышеуказанной сделки, не представили, указав при этом, что в последнее время возникла ссора между ответчиком ФИО2 и дочерью истца ФИО21. 

Свидетели ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11 суду показали, что истец ФИО1 гордилась, что подарила свой дом своему единственному сыну, указав тем самым, что фактически истица осознавала факт дарения. 

На основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами некоторых положений Раздела 1 Гражданского Кодекса Российской Федерации» от ДД.ММ.ГГГГ №, в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Между тем, доводы истца о наличии у одаряемого встречных обязательств по уходу за ней и несоответствии заключенного договора признакам договора дарения ничем не подтверждены.

В тексте договора дарения не содержится условий о цене имущества и о возмездной его передаче, сделка имеет безвозмездный характер, договор подписан сторонами. Каких-либо сведений, свидетельствующих о передаче права собственности на жилой дом и земельный участок на возмездной основе, в договоре дарения не содержится. Договор дарения заключен путем составления письменного документа, в котором воля дарителя явно выражена, предмет договора определен. Сторонами оспариваемая сделка исполнена, за ответчиком ФИО2 зарегистрировано право собственности, то есть для сторон созданы правовые последствия договора дарения.

В ходе рассмотрения дела сторонами не оспорено, что после совершения сделки дарения и до настоящего времени истец ФИО1 продолжает проживать в спорном жилом доме. 

В судебном заседании ответчик ФИО2 также суду показал, что он маму ФИО1 никогда из дома не выгонял, и выгонять не собирается, а всячески готов оказывать помощь. Однако его отношения с матерью портит его родная сестра ФИО21. Доказательств обратного суду не представлено. 

Учитывая все изложенные обстоятельства суд считает, что в удовлетворении исковых требований ФИО1 следует отказать.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 56-57, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности ничтожной сделки отказать.

Решение может быть обжаловано через Тюлячинский районный суд Республики Татарстан в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Татарстан в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья: подпись

Копия верна: Судья Тюлячинского

районного суда Республики Татарстан: Р.Г. Бикмиев