УИД 81RS0006-01-2023-002001-13 

<

данные изъяты>

Дело № 2-14/2024 (№ 2-1161/2023) 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

23 апреля 2024 года

Кудымкарский городской суд Пермского края в составе:

судьи Калиной Е.Д.,

при помощнике судьи Фотиной Е.М., 

с участием истца ФИО1, 

ответчика ФИО2, 

представителя ответчика ФИО3, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Кудымкар гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании завещания недействительным, 

установил:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО2 о признании завещания недействительным. Требование обосновывает тем, что ДД.ММ.ГГГГ умерла О.Р.А., приходившаяся ей родственницей. ДД.ММ.ГГГГ О.Р.А. совершено завещание, которым все свое имущество, которое окажется ей принадлежащим ко дню смерти, завещала ей. ДД.ММ.ГГГГ О.Р.А. было совершено у нотариуса 

<

адрес> нотариального округа ФИО4 новое завещание № 

<

адрес>7, которым все свое имущество, принадлежащее ко дню смерти, завещала ФИО2 Полагает, что в силу возраста, физического, психологического и психического состояния, в момент подписания завещания № 

<

адрес>7 от ДД.ММ.ГГГГ О.Р.А. была не в состоянии осознавать значение своих действий и руководить ими, не осознавала его существа, т.к. страдала рядом заболеваний, в том числе деменцией, проблемами со слухом и памятью. Просит признать завещание О.Р.А. от ДД.ММ.ГГГГ № 

<

адрес>7, удостоверенное нотариусом ФИО4, недействительным.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала по доводам, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно пояснила, что в апреле 2020 года О.Р.А. заболела. До июня 2020 года с О.Р.А. находилась сиделка, т.к. последняя нуждалась в постоянной посторонней помощи, страдала деменцией, нервничала, была раздражительной, не хотела играть, справлять дни рождения, перестала готовить себе еду, отказывалась от еды, у нее появились галлюцинации и фобии, говорила, что сиделка может ее отравить, выбегала на лестничную площадку, проявлялись провалы в памяти. В 2021 году в суде при рассмотрении дела по иску об оспаривании договора дарения О.Р.А. не могла назвать адреса своего места жительства, не понимала вопросов, ее научили, что необходимо говорить. Пояснения от ДД.ММ.ГГГГ О.Р.А. написаны под диктовку. Семья ответчика воспользовалась состоянием О.Р.А., настроила ее против нее. Она в свою очередь всегда заботилось об О.Р.А. как за членом своей семьи. Заключение судебно-психиатрического эксперта (комиссии экспертов) от ДД.ММ.ГГГГ порочно, поскольку эксперты не предупреждены об уголовной ответственности, не изучили в полном объеме представленные им документы. 

Ответчик ФИО2 и его представитель ФИО3 с исковыми требованиями не согласились. Пояснили, что по состоянию на день составления завещания – ДД.ММ.ГГГГ О.Р.А. психическими заболеваниями не страдала, понимала значение совершенного ею завещания, документы подписывала сама. Судебно-психиатрическая экспертиза проведена в соответствии с требованиями действующего законодательства. 

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, нотариус Пермского районного нотариального округа ФИО4 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела уведомлена, причины неявки не сообщила, ходатайства не заявила. В письменных пояснениях указала, что при обращении в нотариальную контору О.Р.А. находилась в кабинете с ней один на один, самостоятельно рассказала о цели визита, вела себя адекватно, отвечала лично на вопросы и давала пояснения четко, вразумительно. Все поведение и разговор О.Р.А. не дали повода усомниться в ее дееспособности (том № л.д. 72, том № л.д. 106).

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, нотариус Кудымкарского нотариального округа ФИО5 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела уведомлена, причины неявки не сообщила, ходатайства не заявила (том № л.д. 105).

В соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд полагает возможным рассмотреть дело без участия третьих лиц. 

Выслушав истца, ответчика, представителя ответчика, показания свидетелей, исследовав доводы искового заявления, возражений, изучив материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом (пункт 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно требованиям статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации, распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания. Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме. Завещание должно быть совершено лично. Совершение завещания через представителя не допускается. Завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1124 Гражданского кодекса Российской Федерации завещание должно быть составлено в письменной форме и удостоверено нотариусом.

В статье 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации указано на обстоятельства, регламентирующие признание завещания недействительным. На эти же обстоятельства указано в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании».

Поскольку завещание является сделкой, к нему применимы общие нормы права о действительности либо недействительности сделок.

Положениями пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права и охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ нотариусом Пермского городского нотариального округа П.Н.Н. удостоверено завещание О.Р.А.., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, согласно которому все имущество, какое окажется ей принадлежащим ко дню смерти, где бы оно ни находилось и в чем бы оно не заключалась, завещано ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (том № л.д. 11).

ДД.ММ.ГГГГ нотариусом Пермского районного нотариального округа ФИО4 удостоверено новое завещание О.Р.А.., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, согласно которому все имущество, какое окажется ей принадлежащим ко дню смерти, где бы оно ни находилось и в чем бы оно не заключалась, завещано ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (том № л.д. 12).

Таким образом, на основании положений пункта 2 статьи 1130 Гражданского кодекса Российской Федерации О.Р.А. посредством совершения нового завещания от ДД.ММ.ГГГГ отменила ранее составленное завещание от ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ О.Р.А.. умерла, о чем составлена запись акта о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ (том № л.д. 13). 

ДД.ММ.ГГГГ с заявлением о принятии наследства по закону или по завещанию к нотариусу Кудымкарского нотариального округа Пермского края обратилась ФИО1, при этом представив завещание от ДД.ММ.ГГГГ (том № л.д. 157, 158).

Заявляя требование о признании завещания О.Р.А. от ДД.ММ.ГГГГ недействительным, ФИО1 указала на наличие порока воли при его совершении, а именно указанное завещание, по мнению истца, совершено О.Р.А.., которая в силу возраста и имеющихся у нее заболеваний не была способна понимать значение своих действий или руководить ими.

С целью выяснения указанных обстоятельств по ходатайству истца определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу была назначена посмертная комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза в отношении О.Р.А. Проведение экспертизы поручено экспертам Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Башкортостан «Республиканская клиническая психиатрическая больница» (том № л.д. 174-175).

Согласно заключению экспертов Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Башкортостан «Республиканская клиническая психиатрическая больница» от ДД.ММ.ГГГГ №, комиссия, изучив представленные материалы, пришла к выводу, что О.Р.А. на момент составления завещания ДД.ММ.ГГГГ обнаруживала признаки органического непсихотического расстройства в связи со смешанными заболеваниями с умеренным снижением психических функций (F06.828 по МКБ-10). Об этом свидетельствуют возраст подэкспертной, данные медицинской документации об имеющихся у нее заболеваниях: цереброваскулярное заболевание, дисципкуляторная энцефалопатия, гипертоническая болезнь, что сопровождалось астеническим синдромом, с быстрой утомляемостью, слабостью, головокружением, шумом в голове, снижением продуктивности мыслительной деятельности, умеренным снижением когнитивных способностей, истощаемостью, эмоциональной лабильностью. Однако указанные изменения психической деятельности были выражены не столь значительно, не сопровождались грубыми нарушениями памяти, интеллекта, критических и прогностических способностей. Она была способна к самостоятельному принятию решений, произвольному поведению, реализации своих решений, понимала юридические особенности сделки и прогнозировала ее последствия, что подтверждается данными психиатрического освидетельствования ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, сведениями из амбулаторной карты, где также отсутствуют указания на ее неадекватное поведение в интересующий суд период, сведениями из ее письменного объяснения, написанного собственноручно, где она последовательно излагает свою позицию, связанную с изменением завещания, у нее не было признаков повышенной внушаемости и подчиняемости, она стенично настаивала на своем выборе в суде. В последующем снижение психических функций нарастали и достигли степени деменции к 2023 году, но на момент подписания завещания ДД.ММ.ГГГГ степень снижения была умеренной. Поэтому О.Р.А.. в период подписания завещания ДД.ММ.ГГГГ могла понимать значение своих действий и руководить ими. По заключению психолога О.Р.А. в юридический значимый период ДД.ММ.ГГГГ, т.е. на момент совершения завещания, не обнаруживала признаков выраженного интеллектуального снижения и выраженных нарушений в эмоционально-волевой сфере личности в виде черт повышенной внушаемости, подчиняемости. Все это указывает на то, что О.Р.А. могла понимать значение своих действий, и могла руководить ими (том № л.д. 5-17). 

В данном случае суд не усматривает оснований ставить под сомнение достоверность заключения экспертов от ДД.ММ.ГГГГ №, поскольку экспертиза проведена компетентными экспертами, имеющими необходимую квалификацию, значительный стаж работы в соответствующих областях, рассматриваемая экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» на основании определения суда о поручении проведения экспертизы, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения, о чем вопреки доводам истца имеется подписка, заключение подписано экспертами, полное, ясное, понятное, противоречий не содержит, основано на анализе имеющихся в деле и представленных им для исследования письменных доказательств, в том числе медицинских документов О.Р.А.. Суд принимает данное заключение в качестве доказательства. 

Наличие у О.Р.А.. заболеваний, вопреки утверждению истца, не свидетельствует об отсутствии у нее возможности при совершении завещания понимать значения своих действий и руководить ими и не влечет недействительность сделки по заявленному истцом основанию пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации.

О.Р.А.. на стационарном лечении в психиатрическом отделении Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Пермского края «Больница Коми-Пермяцкого округа» не находилась (справка № от ДД.ММ.ГГГГ (том № л.д. 65)), на учете у психиатра не состояла (справка от ДД.ММ.ГГГГ (том № оборотная сторона л.д. 123)). 

ДД.ММ.ГГГГ, т.е. в день совершения оспариваемого завещания, О.Р.А. осмотрена врачом-психиатром Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Пермского края «Краевая клиническая психиатрическая больница», по результатам которого врач пришел к выводу, что на момент осмотра психических расстройств она не имеет, на диспансерном наблюдении по поводу психиатрических расстройств не состоит (справка № от ДД.ММ.ГГГГ, медицинская кара №) (том № л.д. 80, том № л.д. 159-161). Факт указания в медицинской карте № «пригодна для осуществления деятельности, связанной с источником повышенной опасности, представление в банк» не может быть признан обстоятельством порочащим данные медицинские документы, О.Р.А. сама данные документы не заполняла. 

При осмотре О.Р.А. психиатром на дому ДД.ММ.ГГГГ (том № л.д. 29) психопродуктивная симптоматика, грубое нарушение памяти не выявлены, в сознании, ориентирована в месте, знает, что она находиться под присмотром брата в г. Кудымкаре, собственной личности ориентирована правильно, назвала полное имя, отчество, фамилию, во времени, дату назвала правильно без подсказки, при осмотре моторно спокойна, сидит на кровати, читает корреспонденцию, контакту доступна, речь тихая, спокойная, в беседе проявляет активность, мышление в замедленном темпе, последовательное. 

В медицинских картах О.Р.А. информация о неадекватном ее поведении в юридически значимый период отсутствует (том № л.д. 174-194, том № л.д. 96-97).

Сведения, содержащиеся в протоколе проведения медико-социальной экспертизы гражданина в федеральном государственном учреждении медико-социальной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ (том № л.д. 218-226), о нарушении у О.Р.А. психических функций – 80 %, во внимание судом не принимаются, установление данного показателя ничем не аргументировано, экспертиза проводилась спустя продолжительное время после совершения завещания (ДД.ММ.ГГГГ). 

Факт выявления у О.Р.А. при вскрытии (заключение эксперта (судебно-медицинская экспертиза трупа) № от ДД.ММ.ГГГГ, том № л.д. 209-212) заболевания корковая и подкорковая сосудистая деменция, не свидетельствует тому, что указанное заболевание имело место быть на день совершения завещания (ДД.ММ.ГГГГ). 

В ходе рассмотрения Пермским районным судом Пермского края в 2021 году гражданского дела по иску ФИО6 к ФИО1 о признании прекратившей право пользования жилым помещением, и встречному иску ФИО1 к О.Р.А.., ФИО6 о признании сделки дарения от ДД.ММ.ГГГГ недействительной, О.Р.А.. давала последовательные и непротиворечивые пояснения, имела четкую сформулированную позицию, в том числе и по завещанию совершенному ДД.ММ.ГГГГ в пользу ФИО2, что свидетельствует о ее способности в юридически значимый период (ДД.ММ.ГГГГ) принимать самостоятельные решения, реализовывать их, понимать юридические особенности сделки по совершению завещания и прогнозировать ее последствия (том № л.д. 83-90, том № л.д. 183, 185-186, 192-211). 

Показания свидетеля М.Н.Н. во внимание судом не принимаются, своего подтверждения в ходе рассмотрения дела не нашли, опровергаются иными имеющимися в материалах дела доказательствами, в частности заключением экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № (том № л.д. 5-17), медицинскими документами О.Р.А.., видеозаписью разговора с ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГ (том № л.д. 166), где О.Р.А. в поведении упорядочена, способна к поддержанию диалога с братом, речь по существу, а также пояснениями свидетелей Я.О.К.., У.С.В.. имевших общение с О.Р.А.. более позднее время, которые отметили отсутствие у последней психических расстройств (том № л.д. 63-66). 

Истцом заявлено о подложности (фальсификации) доказательств, в частности медицинской карты №, заключения экспертов от ДД.ММ.ГГГГ №. Приводимые истцом доводы в указанной части признаются судом необоснованными, поскольку не подтверждены объективными доказательствами. При этом суд обращает внимание, что заявление стороной спора о подложности доказательств в силу статьи 186 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не свидетельствует о безусловном исключении такого документа из числа доказательств, собранных по делу. Именно на стороне, сделавшей такое заявление лежит обязанность доказать наличие фиктивности конкретного доказательства. 

Суд отклоняет представленное истцом заключение специалиста Общества с ограниченной ответственностью «Западно-Уральский региональный центр» З.В.М.. от ДД.ММ.ГГГГ № (том № л.д. 75-104), содержащее вывод о подписании документов (медицинская карта пациента, получившего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № от ДД.ММ.ГГГГ (титульный лист), подтверждение от 24.07.20_, справа от даты «24.07.20», согласие на обработку персональных данных от ДД.ММ.ГГГГ, заявление на имя главного врача Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Пермского края «Краевая клиническая психиатрическая больница» от 24.07._) не О.Р.А.., а каким-то другим лицом с подражанием ее подписи. При этом суд обращает внимание, что специалистом за образцы были взяты подписи О.Р.А. за 2001, 2015, 2017, 2021, т.е. за пределами юридически значимого периода, тогда как в ходе судебного разбирательства специалист З.В.М. пояснила, что подчерк и подпись человека со временем изменяется, что в данном случае могло и произойти с подписью О.Р.А.. Утверждение истца, что О.Р.А. не присутствовала на осмотре у врача-психиатра ДД.ММ.ГГГГ ничем не подтверждено. 

Представленные в материалы дела истцом заключение специалиста Общества с ограниченной ответственностью «Пермский центр комплексных решений» № от ДД.ММ.ГГГГ (том № л.д. 17-20) по исследованию подписи О.Р.А. в завещании от ДД.ММ.ГГГГ, заключение специалиста Общества с ограниченной ответственностью «Западно-Уральский региональный центр» З.В.М. от ДД.ММ.ГГГГ № (том № л.д. 75-104) по исследованию рукописного текста и подписи от ДД.ММ.ГГГГ, отклоняются судом, данных о наличии какого-либо психического расстройства, которое бы лишало О.Р.А. способности понимать значение своих действий и руководить ими в момент подписания оспариваемого завещания, не содержит. 

Представленное истцом заключение специалиста Санкт-Петербургского института независимой экспертизы и оценки Б.В.Г. от ДД.ММ.ГГГГ № (том № л.д. 35-74) во внимание судом не принимается. По сути указанное заключение является рецензией на заключение судебной экспертизы, выводы специалиста о допущенных судебными экспертами нарушениях при производстве судебной экспертизы являются субъективным мнением специалиста, выводы судебной экспертизы не порочат. 

С учетом изложенного, оценив в совокупности по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации имеющиеся доказательства, суд приходит к выводу о том, что О.Р.А. по своему психическому состоянию при совершении завещания ДД.ММ.ГГГГ понимала значение своих действий и могла руководить ими, в связи с чем не усматривает оснований для признания оспариваемого завещания недействительным по основанию, предусмотренному пунктом 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При таких обстоятельствах, требование истца о признании недействительным завещания О.Р.А.., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, от ДД.ММ.ГГГГ № 

<

адрес>7, удостоверенного нотариусом Пермского окружного нотариального округа Пермского края ФИО4, надлежит оставить без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 (ИНН №) к ФИО2 (ИНН №) о признании недействительным завещания О.Р.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, от ДД.ММ.ГГГГ № 

<

адрес>7, удостоверенного нотариусом Пермского окружного нотариального округа Пермского края ФИО4, отказать.

Решение может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Кудымкарский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

<

данные изъяты>

Судья Е.Д. Калина

Решение в окончательной форме принято 02 мая 2024 года.