Дело № 2-1-582/2020

УИД 64RS0010-01-2020-000471-15

РЕШЕНИЕ

 

Именем Российской Федерации

29 июля 2020 года г.Вольск

Вольский районный суд Саратовской области в составе:

председательствующего судьи Козловой С.В.,

при секретаре Нешиной Е.Ю.,

с участием прокурора Грачева С.А., представителя истца ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Вольске Саратовской области гражданское дело по иску ФИО2, ФИО3, ФИО4 А.ича к Правительству Российской Федерации, Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО2, ФИО3, ФИО4 ич обратились в суд с исковым заявлением к Правительству Российской Федерации, Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, указав, что С.А.М., который доводился ФИО2 супругом, а ФИО3 и ФИО4 – отцом, в период с 24.09.1987 года по 11.12.1987 года принимал участие в работах по ликвидации последствий аварии на ЧАЭС, в результате чего принял дозу облучения 9,86 БЭР.

Решением Волгоградского межведомственного экспертного совета Министерства здравоохранения Российской Федерации № от 18.01.2000 года было установлено, что имеющиеся у С. A.M. заболевания 

<

данные изъяты> С. A.M. связаны с сочетанным воздействием радиационного и иных вредных факторов при ликвидации последствий аварии на ЧАЭС.

21.02.2000 года Государственным учреждением «Профпатологическое бюро медико - социальной экспертизы» в отношении С. A.M. установлена 

<

данные изъяты>.

ДД.ММ.ГГГГ года С.А.М. умер.

ФИО5 M. второй группы инвалидности, связанной с сочетанным воздействием радиационного и иных вредных факторов при ликвидации последствий аварии на ЧАЭС, нарушением Россией права истцов на недопустимость бесчеловечного обращения, гарантированного статьей 3 Конвенции О защите прав человека и основных свобод (получение близким родственником инвалидности порождает бесчеловечное обращение), нарушением Россией их права на семейную жизнь, гарантированного статьей 8 Конвенции О защите прав человека и основных свобод (получение одним из членов семьи инвалидности порождает нарушение других членов семьи конвенционного права на семейную жизнь) истцам причинен существенный моральный вред, выражающийся в переживаниях, эмоциональном стрессе, потере благоприятных условий жизни и радости в жизни, дискомфорте, угнетениях, связанных с инвалидностью близкого родственника.

В виду того, что 

<

данные изъяты> получена С. A.M. в 2000 году на данные правоотношения распространяются гарантии возмещения им морального вреда, предписанные статьями 3, 8 Конвенции О защите прав человека и основных свобод, статьей 53 Конституции России, статьями 150, 151, 1064, 1099 ГК России, а также распространяется действие Федерального закона России «Об использовании атомной энергии» от 21.11.1995 года.

Пункт 1 статьи 8 Конвенции О защите прав человека и основных свобод гарантирует соблюдение права на уважение семейной жизни, которое Россией нарушено в отношении них, о чем свидетельствуют их переживания в течение нескольких лет относительно получения инвалидности их близким родственником.

Безусловно, вина России в получении С. A.M. 

<

данные изъяты> и его последующей смерти очевидна, поскольку инвалидность и смерть их супруга и отца связаны с последствиями ликвидации авария на ЧАЭС, что подтверждается заключением экспертов, а также ввиду того, что авария на ЧАЭС произошла по вине государственных работников ЧАЭС, атомной энергетики СССР и других надзорных ведомств СССР, правопреемником которого является Россия, что подтверждается постановлением ЦК КПСС от 07.07.1986 года и докладом МАГАТЭ 1993 года.

Учитывая изложенные обстоятельства, истцы просят взыскать с России за счет казны России в пользу каждого истца компенсацию морального вреда в размере 7000000 рублей.

В судебное заседание истцы ФИО2, ФИО3, ФИО4 не явились, о времени и месте слушания дела извещены надлежащим образом, от них имеются заявление о рассмотрении дела в их отсутствие. Интересы ФИО2 на основании доверенности представлял ФИО1, который заявленные доверителем требования поддержал и дал пояснения, аналогичные изложенным в иске.

Ответчики - Правительство Российской Федерации и Министерство финансов Российской Федерации явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте слушания дела извещены надлежащим образом, от Министерства финансов РФ поступили письменные возражения, из которых следует, что требования истцами предъявлены к ненадлежащим ответчикам, поскольку действующее законодательство не наделила их полномочиями по возмещению компенсации морального вреда, причиненного инвалидностью умершего члена семьи, подвергнувшегося радиоактивному воздействию.

Из материалов дела следует, что С. A.M. в период с 24.09.1987 по 11.12.1987 года принимал участие в ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС. С ДД.ММ.ГГГГ С. A.M. признан инвали

<

адрес> группы. Медицинским заключением установлено, что причиной его 

<

данные изъяты> стало увечье, полученное при исполнении обязанностей военной службы при ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС. ФИО5 M. 

<

данные изъяты> истцам по настоящему делу причинен моральный вред. Необходимо отметить, что вред здоровью С. A.M. был причинен в указанный выше период, когда он принимал участие в ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС. Во время причинения вреда здоровью С. A.M. (1987 год) закона, который позволял бы возместить причиненный ему моральный вред, ни в СССР, ни в Российской Федерации не было.

Исходя из этого, моральный вред, причиненный С. A.M. повреждением его здоровья, в том числе и установлением ему 

<

данные изъяты>, не может быть возмещен его родственникам.

Доводы истцов о том, что заявленный ими моральный вред подлежит возмещению, поскольку он причинен в 2000 году с признанием С. A.M. 

<

данные изъяты>, ответчик находит необоснованными. Возможность возмещения морального вреда и право потерпевшего на его возмещение законодатель связывает не со временем причинения потерпевшему физических и нравственных страданий, а со временем совершения незаконных (противоправных) действий, приведших к причинению морального вреда. Действия (ликвидация последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС), имели место в 1986 - 1987 годы, а признание С. A.M. в 2000 году 

<

данные изъяты> является последствием этих действий. Следовательно, и признание С. A.M. 

<

данные изъяты>, в том числе и признание его утратившим трудоспособности, не порождает у истцов права на возмещение морального вреда.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителя истца, суд приходит к следующему.

Из материалов дела судом достоверно установлено, что вред здоровью С.А.М. был причинен в период с 24.09.1987 года по 11.12.1987 года, когда он принимал участие в ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС. В ходе ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС во время исполнения иных обязанностей военной службы С.А.М. получил повышенную дозу радиоактивного облучения – 9,86 БЭР, в результате чего утратил здоровье и 21.02.2000 года был признан 

<

данные изъяты> 

Согласно решения Волгоградского межведомственного экспертного совета Министерства здравоохранения Российской Федерации № от 18.01.2000 года, имеющиеся у С. A.M. заболевания 

<

данные изъяты> С. A.M. связаны с сочетанным воздействием радиационного и иных вредных факторов при ликвидации последствий аварии на ЧАЭС.

В соответствии с медицинским свидетельством о смерти, С.А.М. умер ДД.ММ.ГГГГ.

По утверждению истцов, получением их супругом и отцом 

<

данные изъяты>, связанной с сочетанным воздействием радиационного и иных вредных факторов при ликвидации последствий аварии на ЧАЭС, причинили им существенный моральный вред, поскольку в результате указанных обстоятельств были нарушены их семейные связи.

Учитывая вышеизложенное, суд считает, что вред здоровью С.А.М. был причинен в период с 24.09.1987 года по 11.12.1987 года, при ликвидации им последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС.

На территории Российской Федерации (в СССР) впервые закон, предусматривающий саму возможность возмещения морального вреда, причиненного неправомерными виновными действиями причинителя вреда присуждением в возмещение морального вреда денежной компенсации, был принят 31 мая 1991 года. 

Статьей 131 Основ законодательства Союза ССР и республик 31 мая 1991 года впервые было установлено, что моральный вред (физические или нравственные страдания), причиненный гражданину неправомерными действиями, возмещается причинителем вреда при наличии его вины.

Основы института компенсации морального вреда в Российской Федерации были заложены в статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, часть первая которого введена в действие с 1 января 1995 года.

В соответствии со статьей 5 Федерального закона Российской Федерации от 30 ноября 1994 года N 52-ФЗ "О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", часть первая Гражданского кодекса применяется к правоотношениям, возникшим после введения ее в действие. По гражданским правоотношениям, возникшим до введения ее в действие, часть первая кодекса применяется к тем правам и обязанностям, которые возникнут после введения ее в действие. В силу части 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие.

В пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 N 10 (ред. от 06.02.2007) "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" указано, что если моральный вред причинен до введения в действие законодательного акта, предусматривающего право потерпевшего на его компенсацию, требования истца не подлежат удовлетворению, в том числе и в случае, когда истец после вступления этого акта в законную силу испытывает нравственные или физические страдания, поскольку на время причинения вреда такой вид ответственности не был установлен и по общему правилу действия закона во времени закон, усиливающий ответственность по сравнению с действовавшим на время совершения противоправных действий, не может иметь обратной силы (пункт 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 декабря 2000 года N 35 "О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении дел, связанных с реализацией инвалидами прав, гарантированных Законом Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС", исходя, что причинение вреда здоровью в связи с катастрофой на Чернобыльской АЭС имело место до 01 марта 1993 года, статьи 1085 - 1094 Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующие возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью гражданина, не применяются по вопросам возмещения вреда гражданам, подвергшимся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС, так как эти нормы имеют обратную силу только в случае, когда невозмещенный вред был причинен до 01 марта 1996 года, но не ранее 01 марта 1993 года (часть вторая статьи 12 Федерального закона от 26 января 1996 г. N 15-ФЗ "О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации").

В пункте 2 вышеназванного Постановления Пленума изложено, что при рассмотрении дел о возмещении вреда, причиненного жизни и здоровью граждан вследствие чернобыльской катастрофы, необходимо иметь в виду, что законом, действовавшим на время причинения вреда, не предусматривалась возможность компенсации потерпевшему морального вреда, нанесенного этой катастрофой.

Исходя из этих положений закона и разъяснений, данных Пленумом Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред, причиненный истцам в связи с повреждением здоровья их близкого родственника С.А.М. и установлением ему 

<

данные изъяты> не может быть возмещен.

Доводы истцов о том, что заявленный ими моральный вред подлежит возмещению, поскольку он причинен в 2000 году с признанием С.А.М. 

<

данные изъяты>, суд находит необоснованными. Возможность возмещения морального вреда и право потерпевшего на его возмещение законодатель связывает не со временем причинения потерпевшему физических и нравственных страданий, а со временем совершения незаконных (противоправных) действий, приведших к причинению морального вреда. Действия (ликвидация последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС), имели место в 1987 год, а признание С.А.М. 

<

данные изъяты> является последствием этих действий. Таким образом, признание члена семьи истцов 

<

данные изъяты> и наступление его смерти в результате полученных заболеваний, не порождает у истцов права на возмещение морального вреда, поэтому в удовлетворении заявленных ими требований следует отказать.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что оснований для удовлетворения требований истцов не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО2, ФИО3, ФИО4 А.ича к Правительству Российской Федерации, Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Саратовского областного суда в течение одного месяца путем подачи апелляционной жалобы через Вольский районный суд Саратовской области.

Судья С.В. Козлова