Приговор

Именем Российской Федерации

30 июля 2019 г. 

г. Новороссийск

Новороссийский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего Дегтярева И.П., при секретаре судебного заседания Завалко Е.С., с участием государственного обвинителя – помощника военного прокурора Новороссийского гарнизона капитана юстиции ФИО1, потерпевших Ш Д.В., О А.Г., подсудимого ФИО2, защитников – Митяева Д.В. и Митяева В.Ю., в открытом судебном заседании, в присутствии личного состава рассмотрел уголовное дело в отношении военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты>

ФИО2, родившегося 

<

данные изъяты> ранее не судимого, проходящего военную службу по контракту с апреля 2017 г., зарегистрированного по адресу: 

<

данные изъяты> проживающего по адресу: 

<

данные изъяты>, 

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. б ч. 2 ст. 333, ч. 1 ст. 119 УК РФ.

Судебным следствием военный суд

установил:

10 февраля 2019 г., примерно в 20 час. 30 мин., в период служебной командировки, проходящий военную службу в войсковой части № 

<

данные изъяты> Горохов, находясь в состоянии алкогольного опьянения на причале, оказал сопротивление двум начальникам, проходящим военную службу в этой же воинской части, сопряженное с насилием и с угрозой его применения, а также с применением оружия.

Так, в указанное время находящийся в состоянии алкогольного опьянения Горохов, будучи недовольным предъявленными во время исполнения обязанностей военной службы начальником по служебному положению и воинскому званию 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> Ш и начальником по воинскому званию дежурным по подводной лодке 

<

данные изъяты> О законными требованиями проследовать на борт для проведения разбирательства, нанес Ш несколько ударов кулаком в грудь, оттолкнул О, вытащил из кобуры последнего табельное оружие, пистолет конструкции ФИО3. Продолжая оказывать сопротивление, Горохов несколько раз направил это оружие, угрожая его применением, в сторону Ш и Оскольского, одновременно пытаясь отвести затвор пистолета в крайнее заднее положение.

Эти действия ФИО2 были пресечены прибывшим лицом, вооруженным автоматом конструкции ФИО4, из состава суточного наряда корабля.

В судебном заседании подсудимый вину в обстоятельствах совершенного преступления признал полностью, дал показания соответствующие вышеизложенному, а также суду пояснил, что 10 февраля 2019 г., примерно в 20 час. 30 мин., в период служебной командировки, он после употребления спиртных напитков находился на причале в состоянии алкогольного опьянения. В это время к нему подошел старший 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> Ш, который заметил, что он находится в состоянии алкогольного опьянения, и потребовал проследовать вместе с ним к командиру подводной лодки для проведения разбирательства по факту нахождения в состоянии алкогольного опьянения. Он отказался выполнить указанные требования и нанес Ш несколько ударов кулаком в грудь. После указанных действий, Ш вызвал на причал дежурного по подводной лодке 

<

данные изъяты> О, который по прибытии также потребовал от него проследовать к командиру подводной лодки для проведения разбирательства. Когда он отказался выполнить это требование, тот обхватил его плечи руками и попытался отвести на борт подводной лодки. Не желая выполнять требования, он оттолкнул О, в результате чего тот споткнулся об стоящего сзади 

<

данные изъяты> ФИО3 и упал на причал. В этот момент у О расстегнулась кобура, он выхватил из нее пистолет конструкции ФИО3, поочередно направляя его на О и Ш, угрожал им применением этого оружия, одновременно пытаясь отвести затвор пистолета в крайнее заднее положение. В этот момент с борта подводной лодки прибежал 

<

данные изъяты> ФИО5, который нес службу на боевом посту и был вооружен автоматом конструкции ФИО4, направив ствол автомата на него, потребовал бросить пистолет. Он бросил пистолет к ногам Ш.

Подсудимый также суду пояснил, что указанные действия были обусловлены нахождением его в состоянии алкогольного опьянения.

Кроме личного признания подсудимого, его виновность в содеянном подтверждается следующими исследованными в судебном заседании доказательствами, представленными сторонами.

Потерпевший Ш суду показал, что 10 февраля 2019 г., примерно в 20 час. 30 мин., находясь на причале «В» порта Тартус, исполняя свои должностные обязанности, при обходе территории заметил 

<

данные изъяты> ФИО2, который находился в состоянии алкогольного опьянения. Он потребовал от ФИО2 проследовать с ним к командиру подводной лодки для проведения разбирательства, на что Горохов ответил отказом и нанес ему три удара кулаком в грудь. Понимая, что самостоятельно у него не получится заставить ФИО2 проследовать к командиру корабля, он приказал вызвать дежурного по кораблю – 

<

данные изъяты> О. По прибытии О также потребовал от ФИО2 проследовать к командиру подводной лодки, однако тот вновь ответил отказом. После этого О обхватил его руками за плечи и попытался отвести в сторону подводной лодки. Подсудимый вырвался, оттолкнул О, в результате чего тот споткнулся об стоящего сзади 

<

данные изъяты> М и упал на причал. Затем Горохов выхватил из кобуры О пистолет конструкции ФИО3 и стал поочередно направлять на него и О, угрожая применением этого оружия, одновременно пытаясь отвести затвор пистолета в крайнее заднее положение. Учитывая, что указанный пистолет был вверен О для несения службы в наряде и являлся боевым, у него имелись реальные основания опасаться осуществления этой угрозы. Заметивший происходящее 

<

данные изъяты> З, выбежал на причал, будучи вооруженным автоматом конструкции ФИО4, направил его на ФИО2, потребовал бросить пистолет на землю. Горохов выполнил это требование.

Кроме того, Ш суду пояснил, что указанные действия подсудимого были обусловлены нахождением последнего в состоянии алкогольного опьянения.

Потерпевший О суду показал, что 10 февраля 2019 г. он выполнял обязанности дежурного по подводной лодке. Примерно в 20 час. 30 мин. его вызвал на 

<

данные изъяты> Ш. Он незамедлительно прибыл на причал, где встретил Ш, 

<

данные изъяты> М, 

<

данные изъяты> И и 

<

данные изъяты> ФИО2, который по внешним признакам находился в состоянии алкогольного опьянения. Со слов Ш ему стало известно, тот потребовал от ФИО2 проследовать с ним к командиру подводной лодки для проведения разбирательства по факту нахождения ФИО2 в алкогольном опьянении, однако он отказался выполнить приказ и оказал физическое сопротивление, нанеся Ш три удара кулаком в грудь. Ш приказал ему сопроводить ФИО2 к командиру подводной лодки, после чего он потребовал от ФИО2 выполнить приказ, однако он отказался его исполнять. Далее он обхватил руками ФИО2 за плечи и попытался отвести к командиру подводной лодки. Горохов, не желая подчиняться приказам, вырвался и оттолкнул его, от чего он споткнулся об стоящего сзади М и вместе с ним упал на причал. Затем Горохов выхватил из его кобуры пистолет конструкции ФИО3 и стал поочередно направлять на него и Ш, угрожая применением этого оружия, одновременно пытаясь отвести затвор пистолета в крайнее заднее положение. Учитывая, что указанный пистолет был вверен ему для несения службы в наряде и он являлся боевым, у него имелись реальные основания опасаться осуществления этой угрозы. Заметивший происходящее 

<

данные изъяты> З, выбежал на причал, будучи вооруженным автоматом конструкции ФИО4, направил его на ФИО2, потребовал бросить пистолет на землю. Горохов выполнил требование З, после чего его сопроводили на корабль. 

Свидетели И и М, каждый в отдельности суду показали, что 10 февраля 2019 г. совместно с 

<

данные изъяты> Гороховым употребили алкогольную продукцию, после чего, примерно в 20 час. 30 мин. были остановлены 

<

данные изъяты> Ш, который потребовал проследовать с ним для проведения разбирательства, однако Горохов отказался выполнить его требования и нанес Ш 3 удара кулаком в грудь, после чего последний вызвал дежурного по подводной лодке 

<

данные изъяты> О, который также потребовал от ФИО2 проследовать с ним для проведения разбирательства. Горохов отказался выполнять его требования. После этого О обхватил его руками за плечи и попытался отвести в сторону подводной лодки. Подсудимый вырвался, оттолкнул О, в результате чего тот споткнулся об стоящего сзади 

<

данные изъяты> М и упал на причал. Затем Горохов выхватил из кобуры О пистолет конструкции ФИО3 и стал поочередно направлять на него и О, угрожая применением этого оружия, одновременно пытаясь отвести затвор пистолета в крайнее заднее положение. Через некоторое время на причал выбежал 

<

данные изъяты> З, вооруженный автоматом конструкции ФИО4, который потребовал от подсудимого бросить пистолет. Горохов выполнил требования З. 

Свидетель З суду показал, что 10 февраля 2019 г., примерно в 20 час. 30 мин., он находился на корпусе подводной лодки и заметил стоящих на причале 

<

данные изъяты> Ш, 

<

данные изъяты> ФИО2, 

<

данные изъяты> М и 

<

данные изъяты> И. О чем они разговаривали, он не слышал. Через некоторое время, Ш приказал ему вызвать на причал дежурного по подводной лодке 

<

данные изъяты> О, который незамедлительно вышел на причал. Спустя еще несколько минут он заметил, что О взял ФИО2 за плечи и попытался отвести в сторону подводной лодки, но ему это не удалось и Горохов вырвался из захвата, в результате чего О споткнулся об стоящего рядом М, и они вместе упали на причал. В этот момент Горохов выхватил из кобуры О пистолет конструкции ФИО3 и стал направлять в сторону О и Ш по очередности, выкрикивая при этом угрозы применения оружия. Понимая необходимость пресечь действия ФИО2, он выбежал на пирс и направил на подсудимого вверенный ему для несения службы автомат конструкции ФИО4, потребовав бросить пистолет на землю. Горохов выполнил эти требования. 

Как усматривается из показаний свидетеля Б, 10 февраля 2019 г., примерно в 20 час. 30 мин., по радиосвязи 

<

данные изъяты> З передал приказ 

<

данные изъяты> Ш о необходимости прибытия на причал дежурного по подводной лодке 

<

данные изъяты> О. Последовав спустя некоторое время за О, он увидел на причале 

<

данные изъяты> ФИО2, в руке которого был пистолет конструкции ФИО3. Подсудимый данное оружие поочередно направлял в сторону О и Ш, угрожая его применением. В этот момент к ФИО2 подбежал вооруженный автоматом конструкции ФИО4 

<

данные изъяты> З и потребовал бросить пистолет на землю, что Горохов и сделал. 

Суд показаниям потерпевших и названных свидетелей доверяет, поскольку они полностью согласуются между собой и другими материалами дела, в частности с показаниями самого подсудимого и вышеприведенными доказательствами, а поэтому кладет их в основу приговора.

Как следует из приказа командира войсковой части № от 7 февраля 2019 г. № 71-НР, при заступлении 

<

данные изъяты> О в суточный наряд – дежурным по кораблю с 10 по 11 февраля 2019 г. ему было вверено и за ним закреплено оружие – пистолет конструкции ФИО3 с заводским номером 

<

данные изъяты>.

Из заключения эксперта № 1026 от 14 мая 2019 г. следует, что этот пистолет является короткоствольным нарезным огнестрельным оружием калибра 9мм, заводского изготовления, отечественного производства. 

Согласно заключению комиссии экспертов-психиатров № 59 от 18 апреля 2019 г. Горохов каким-либо хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики, в том числе «синдромом зависимости от психоактивных веществ» в период совершения инкриминируемых ему деяний не страдал и не страдает в настоящее время. По своему психическому состоянию в период, относящийся к инкриминируемым ему деяниям, мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими. В настоящее время ко времени производства по уголовному делу по своему психическому состоянию может понимать характер и значение уголовного судопроизводства и своего процессуального положения, способен к самостоятельному совершению действий, направленных на реализацию своих процессуальных прав и обязанностей. В применении принудительных мер медицинского характера не нуждается. В лечении и медико-социальной реабилитации по поводу синдрома зависимости от употребления психоактивных веществ (алкоголизма, наркомании) не нуждается.

Это заключение экспертов суд находит аргументированным и обоснованным, а подсудимого ФИО2 признает вменяемым.

Из справки «МЕТА» от 11 февраля 2019 г. следует, во время медицинского исследования в 6 час. 22 мин. 11 февраля 2019 г. у подсудимого было зафиксировано состояние алкогольного опьянения - 0,260 промилле (0,130 мг/л), в 6 час. 26 мин. 11 февраля 2019 г. – 0,210 промилле (0,105 мг/л).

Как следует из заключения военно-врачебной комиссии филиала № 2 ФГКУ «419 военный госпиталь» Минобороны России от 6 марта 2019 № 1/172, Горохов признан «А» - годен к военной службе.

Приведенные заключения экспертов военный суд находит достаточно научно обоснованными и аргументированными. Они соответствуют правилам проведения подобного рода экспертиз, согласуются с другими доказательствами, исследованными в ходе судебного следствия, и не вызывают у суда сомнений в своей достоверности, поэтому суд также кладет их в основу приговора.

Из учетно-послужных документов и сообщения командира войсковой части № следует, что подсудимый и потерпевшие проходят военную службу в войсковой части №. 

<

данные изъяты> Ш является начальником по служебному положению и воинскому званию для 

<

данные изъяты> ФИО2, а 

<

данные изъяты> О – только начальником по воинскому званию.

Из ст. 33 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации следует, что единоначалие является одним из основных принципов строительства Вооруженных Сил, руководства ими и взаимоотношений между военнослужащими; единоначалие заключается в наделении командира (начальника) всей полнотой распорядительной власти по отношению к подчиненным и возложении на него персональной ответственности перед государством за все стороны жизни и деятельности воинской части, подразделения и каждого военнослужащего; единоначалие выражается в праве командира (начальника), исходя из всесторонней оценки обстановки, единолично принимать решения, отдавать в установленном порядке соответствующие приказы и обеспечивать их выполнение.

Как видно из ст. 34 этого Устава, по своему служебному положению и воинскому званию одни военнослужащие по отношению к другим могут быть начальниками или подчиненными. Начальник имеет право отдавать подчиненному приказы и требовать их исполнения. Подчиненный обязан беспрекословно выполнять приказы начальника.

В соответствии со ст. 35 данного Устава начальники, которым военнослужащие подчинены по службе, хотя бы и временно, являются прямыми начальниками.

Согласно ст. 36 упомянутого Устава по своему воинскому званию начальниками являются проходящие военную службу:

старшие офицеры в воинских званиях подполковника, капитана 2 ранга, майора, капитана 3 ранга - для прапорщиков, мичманов, сержантов, старшин, солдат и матросов;

младшие офицеры - для сержантов, старшин, солдат и матросов.

Учитывая изложенное, соглашаясь с мнением государственного обвинителя, принимая во внимание положения ст. 767 Корабельного устава Военно-Морского Флота, суд приходит к выводу о том, что 

<

данные изъяты> О являлся для ФИО2 начальником по воинскому званию, а не служебному положению.

Таким образом, 10 февраля 2019 г. 

<

данные изъяты> Горохов, нарушив закрепленный в воинских уставах порядок подчиненности, оказал сопротивление начальнику по служебному положению и воинскому званию 

<

данные изъяты> Ш и начальнику по воинскому званию 

<

данные изъяты> О, сопряженное с насилием и с угрозой его применения.

Поскольку эти действия подсудимым совершены с применением оружия, то содеянное суд квалифицирует по п. «б» ч. 2 ст. 333 УК РФ.

Органами предварительного расследования содеянное подсудимым дополнительно квалифицировано по ч. 1 ст. 119 УК РФ, как угроза убийством, так как в ходе совершения указанных противоправных действий Горохов угрожал потерпевшим применением упомянутого огнестрельного оружия.

Между тем, по смыслу, изложенному в п. «б» ч. 2 ст. 333 УК РФ, применение оружия означает фактическое использование огнестрельного или холодного оружия (угроза обнаженным оружием, размахивание им и т.п.) для физического или психологического воздействия на начальника при сопротивлении.

Поэтому суд считает, что объективная сторона совершенных Гороховым противоправных действий охватывается диспозицией п. «б» ч. 2 ст. 333 УК РФ и в дополнительной квалификации по ч. 1 ст. 119 УК РФ не нуждается.

Следовательно, суд приходит к выводу, что подсудимому излишне вменена ч. 1 ст. 119 УК РФ, поэтому суд исключает эту статью из предъявленного обвинения.

При назначении подсудимому вида и размера наказания военный суд учитывает, что подсудимый к уголовной ответственности привлекается впервые, ранее ни в чем предосудительном замечен не был, до поступления на военную службу по контракту и по службе характеризируется положительно. Эти обстоятельства, а также то, что подсудимый в содеянном раскаялся, имеет малолетнего ребенка, суд признает обстоятельствами, смягчающими наказание.

Между тем, поскольку нахождение ФИО2 в момент совершения преступления в состоянии алкогольного опьянения способствовало его совершению, поэтому суд признает это обстоятельство, отягчающим наказание. 

С учетом изложенного, принимая во внимание обстоятельства совершения подсудимым умышленного тяжкого преступления, направленного против порядка прохождения военной службы и подрыв единоначалия, его личность, семейное положение, суд приходит к выводу, что исправление ФИО2 возможно только в условиях изоляции от общества, в связи с чем полагает ему назначить наказание в виде лишения свободы, но с учетом обстоятельств, смягчающих наказание, на небольшой срок.

В соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, учитывая фактические обстоятельства содеянного и степень общественной опасности данного преступления, принимая во внимание наличие отягчающего наказание обстоятельства, суд не находит оснований для изменения категории совершенного подсудимым преступления на менее тяжкую.

Поскольку суд пришел к выводу о необходимости назначения подсудимому наказания в виде лишения свободы, поэтому ранее избранную меру пресечения в виде наблюдения командования воинской части необходимо изменить на заключение под стражу.

При разрешении судьбы вещественных доказательств по делу суд, с учетом требований ст. 81 УПК РФ, приходит к выводу о необходимости возвратить пистолет конструкции ФИО3, заводской номер 

<

данные изъяты>, в войсковую часть №.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 307, 308 и 309 УПК РФ, суд

приговорил:

ФИО2 признать виновным в сопротивлении начальникам, сопряженном с насилием и с угрозой его применения, совершенного с применением оружия, то есть в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 333 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 2 (два) года в исправительной колонии общего режима.

Срок отбывания наказания осужденному ФИО2 исчислять с 30 июля 2019 г. 

Меру пресечения в виде наблюдения командования воинской части изменить на заключение под стражу, осужденного ФИО2 взять под стражу в зале суда.

До вступления приговора в законную силу осужденного ФИО2 содержать в ФКУ СИЗО-3 г. Новороссийска УФСИН России по Краснодарскому краю.

Вещественное доказательство – пистолет конструкции ФИО3, заводской номер 

<

данные изъяты>, возвратить по принадлежности в войсковую часть №.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Северо-Кавказского окружного военного суда через Новороссийский гарнизонный военный суд в течение десяти суток со дня его постановления, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае направления уголовного дела в судебную коллегию по уголовным делам Северо-Кавказского окружного военного суда для рассмотрения в апелляционном порядке осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в заседании суд апелляционной инстанции, поручить осуществление своей защиты избранному им защитнику, отказаться от защитника, либо ходатайствовать перед судом апелляционной инстанции о назначении ему защитника.

Председательствующий по делу И.П. Дегтярев