Дело № 1-155/2019 г. (11902320029510023)

УИД 42RS0037-01-2019-000927-78

П Р И Г О В О Р

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Юрга Кемеровская область 16 мая 2019 года

Юргинский городской суд Кемеровской области в составе

председательствующего судьи Ивановой Л.А., 

с участием государственных обвинителей – помощника Юргинского межрайонного прокурора Пухова К.А., заместителя Юргинского межрайонного прокурора Нестереовой Е.В., 

подсудимого Ч. 

защитника адвоката Иванова П.С., предоставившего удостоверение № 1193 от 28 января 2011 г. и ордер № 897 от 30 января 2019 г.,

потерпевшего Ч.

при секретаре судебного заседания Новоселовой В.В., 

рассмотрел в открытом судебном заседании в общем порядке судебного разбирательства материалы уголовного дела по обвинению 

ФИО1, ***

1/. 16 мая 2003 года *** от 28 ноября 2011 года о приведении приговора в соответствие с действующим законодательством) по ч. 1 ст. 111 УК РФ (в ред. ФЗ от 07.03.2011 № 26-ФЗ) к 02-м годам 11-ти месяцам лишения свободы, на основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 02 года; 

2/. 03 мая 2005 года *** от 28 ноября 2011 года о приведении приговора в соответствие с действующим законодательством) по ч. 3 ст. 158; ч. 3 ст. 158; ч. 3 ст. 158 УК РФ (в ред. ФЗ от 07.03.2011 № 26-ФЗ), на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний к 02-м годам 10-ти месяцам лишения свободы. На основании ч. 5 ст. 74, ст. 70 УК РФ условное осуждение по приговору Юргинского городского суда от 16 мая 2003 года отменено; по совокупности приговоров – к 03-м годам 09-ти месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима; 

10 апреля 2008 года на основании постановления *** от 09 апреля 2008 года освобожден условно-досрочно на неотбытый срок 09 месяцев 22 дня;

3/. 06 августа 2008 года *** от 28 ноября 2011 года о приведении приговора в соответствие с действующим законодательством) по ч. 2 ст. 162 УК РФ (в ред. ФЗ от 07.03.2011 № 26-ФЗ) к 04-м годам 11 месяцам лишения свободы. На основании п. «в» ч. 7 ст. 79, ч. 1 ст. 70 УК РФ по совокупности с приговором Юргинского городского суда от 03 мая 2005 года – к 05-ти годам 02-м месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима; 

16 августа 2013 года освобожден по отбытию срока наказания из ***.

На основании решения *** от 04 июня 2013 года установлен административный надзор с 04 сентября 2013 года по 16 августа 2019 года;

в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л

ФИО2 совершил угрозу применения насилия в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей в селе *** области при следующих обстоятельствах: 

29 января 2019 года около 13 часов 50 минут ФИО2, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь в общественном месте – на улице, около ***, действуя умышленно, с применением металлического серпа, как предмета, используемого в качестве оружия, совершил угрозу применения насилия в отношении представителя власти – ***» Ч.. (далее *** Ч..), назначенного на данную должность приказом начальника ***, в связи с исполнением им своих должностных обязанностей по проведению профилактического обхода на закрепленном за ним административном участке, по оказанию содействия сотрудникам подразделений органов внутренних дел, при следующих обстоятельствах:

29 января 2019 года около 13 часов 50 минут ФИО2, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находился по месту своего проживания – в ***. В это время в указанную квартиру прибыл *** Ч.., одетый в форменное обмундирование сотрудника полиции МВД РФ, который в связи с исполнением им своих должностных обязанностей, совместно *** Ч. (далее ***), проводил профилактический обход закрепленного за ним административного участка территории обслуживания отдела *** – ***, в состав которого, в том числе, входит ***

После того, как *** Ч. с ***. вышли из названной квартиры и стали проводить профилактическую беседу с Ч.. около дома ***, ФИО2 также вышел на улицу, подошел к *** и стал препятствовать осуществлению служебной деятельности *** и *** а также требовать, чтобы указанные должностные лица прекратили проводить профилактическую беседу с Ч. В ответ на высказывания ФИО2 *** исполняя свои должностные обязанности, потребовал, чтобы ФИО2 прекратил вмешиваться в его служебную деятельность и прекратить препятствовать осуществлению им своих должностных обязанностей. На что у ФИО2, не желавшего подчиняться законным требованиям *** возник преступный умысел, направленный на совершение угрозы применения насилия в отношении представителя власти – *** в связи с исполнением им своих должностных обязанностей, с применением металлического серпа, как предмета, используемого в качестве оружия. После чего, ФИО2 во исполнение своего преступного умысла вернулся в помещение вышеуказанной квартиры, где взял металлический серп с деревянной рукоятью, с которым вышел на улицу, где 29 января 2019 года около 13 часов 50 минут, продолжая находиться на улице, около ***, осознавая, что ***., одетый в форменное обмундирование сотрудника полиции, является представителем власти, исполняющим свои должностные обязанности, с целью воспрепятствования законным действиям полицейского Ч.., действуя умышленно, удерживая серп в своей правой руке, угрожая применением насилия в отношении представителя власти – ***., с применением металлического серпа, как предмета, используемого в качестве оружия, умышленно направил клинок этого серпа в сторону полицейского Ч. а затем, подойдя ближе к полицейскому Ч.., умышленно стал размахивать перед последним клинком серпа, направленным в сторону полицейского Ч.., а также умышленно словесно высказал в адрес полицейского Ч. угрозу порезать его этим серпом, то есть угрозу применения к нему насилия.

С учетом сложившихся обстоятельств, агрессивного поведения находящегося в состоянии алкогольного опьянения ФИО2 и применения последним серпа, как предмета, используемого в качестве оружия, полицейский Ч.. угрозу применения ФИО2 к нему насилия воспринял реально, поскольку имелись все основания опасаться осуществления этой угрозы. После этого, полицейский Ч.. отошел на безопасное расстояние от ФИО2, а ФИО2 вернулся по месту своего проживания – в квартиру ***

Подсудимый ФИО2 в судебном заседании вину в предъявленном обвинении вначале не признал, показал следующее. 29 января 2019 года в обеденное время он, его сожительница Ч.. распивали спиртные напитки у них дома – по *** Он увидел в окно, что к дому подъехала полицейская машина, сотрудники полиции – помощник участкового Ч. в форменном обмундировании, инспектор *** попросили Ч. выйти на улицу. Брат вышел, а он и Ч. остались смотреть телевизор. Потом он услышал крики, доносившиеся с улицы, и пошел к входной двери, открыл её, увидел, что Ч. стояли около дома на улице, от него в 3-4 метрах. Он услышал, что Ч. повышал голос на Ч. поэтому он (подсудимый) сделал Ч. замечание, но тот продолжал кричать на его брата. Тогда он второй раз сделал замечание Ч., чтобы тот не повышал голос на Ч., в ответ Ч. повернулся к нему и стал подходить к дому, зашел в коридор, начал махать на него руками. Он (подсудимый) к Ч. не подходил, в их разговор с братом не вмешивался; он знал Ч. плохо, не знал, что от него можно ожидать, поэтому здесь же в коридоре взял в руку серп и сказал Ч.: «Не подходите!», на что Ч. ответил: «Ладно, хорошо!», начал доставать телефон, вышел на улицу и хлопнул дверью. Он не замахивался серпом на Ч., а лишь взял серп в правую руку, на улицу он не выходил, просто выглядывал из-за двери. В это время из комнаты вышла Ч., забрала у него серп и затащила его (подсудимого) в комнату. Он знает, что Ч. сотрудник полиции, т.к. он приезжал по службе, проверял его, как поднадзорного, конфликтов между ними не было. Потом, когда сотрудники полиции уехали, забрали с собой брата, он успокоился и позвонил участковому инспектору Ч. рассказал о случившемся, тот вызвал его в опорный пункт, затем увез в город, в отдел полиции. Он давал показания следователю, но сам их не читал, протоколы подписывал, соглашаясь с записанным, хотя говорил следователю, что на улицу с серпом не выходил, на Ч. серпом не замахивался. Впоследствии с Ч. не встречался, ничего не говорил про ситуацию с серпом и Ч.

В связи с существенными противоречиями в показаниях суд на основании ч. 3 ст. 276 УПК РФ огласил показания подсудимого, данные в ходе предварительного расследования. Он в присутствии защитника при допросах подозреваемым, обвиняемым, в том числе, показал следующее. Сотрудника полиции Ч. он знает, как ***», к нему неприязни личной не имеет, конфликтов никогда не было. 29.01.2019 около 13 часов 50 минут он был дома с сожительницей и братом – Ч.., они выпили около двух бутылок водки, он находился в состоянии алкогольного опьянения. Сотрудники полиции Ч.. и *** приехали к Ч. т.к. его семья состоит на учете в ПДН, за детьми никто не следит, жена находится в больнице. Ч. и *** разговаривали на улице, он из окна услышал, как Ч.. что-то кричит, возмущается. Он решил, что на него давят сотрудники полиции, и вышел к ним, стал влезать в их разговор, заступался за брата. Ч. попросил его не мешать, т.к. они ведут свою работу. Но ему не понравилось, что Ч.. указывает ему, что делать, не отошел от них, продолжил стоять рядом и лезть в их беседу. Ч.. громким голосом потребовал от него прекратить препятствовать их служебной деятельности, что его зацепило еще сильнее, он вошел домой, в коридоре за тумбочкой взял серп, вышел на улицу, и, находясь на расстоянии не менее 1 метра от Ч. закричал на него «если ты еще раз подойдешь ко мне, я тебя порежу!», замахнулся серпом в его сторону, от чего тот отшатнулся, и удалился на безопасное расстояние. Сзади него стояла Ч., которая все это видела, и стала его успокаивать, кричать, чтобы он так не делал, увела его домой. Дома он успокоился и понял, что натворил, поэтому сам позвонил участковому Ч.., пришел на опорный пункт, рассказал о случившемся. Он раскаивается в содеянном, признает то, что взял в своей квартире серп, которым стал размахивать в отношении сотрудника полиции Ч. и высказывать в его адрес угрозы применения насилия, при этом он понимал, что тот исполняет свои должностные обязанности, оказывает содействие ***. по работе с его братом Ч. если бы он был трезвый, то такого не позволил бы (т. 1, л.д. 34-39, 90-93, 151-153). 

После оглашения показаний подсудимый пояснил, что давал такие показания и подтверждает их, они более правдивы, чем те, которые он дал в судебном заседании. Вину в обвинении признает в полном объеме, раскаивается; просит учесть, что работает по найму, ***, принес извинение потерпевшему. Состояние алкогольного опьянения повлияло на совершение преступления, будучи трезвым, он такого бы не совершил. 

Виновность подсудимого ФИО2 в предъявленном обвинении помимо его показаний подтверждается показаниями потерпевшего Ч., свидетелей Ч.., вещественными доказательствами, письменными материалами уголовного дела, исследованными судом. 

Потерпевший Ч. в судебном заседании показал, что работает в должности *** поехали к Ч., т.к. его жена лежала в больнице, он злоупотреблял спиртными напитками, дети находились без присмотра. Они нашли Ч. в ***, у его брата ФИО3. Ч. был в состоянии алкогольного опьянения, Ч. на улице вела с ним беседу. Ч. стал громко отвечать, возмущался, он его успокаивал. В это время ФИО3 вышел на крыльцо дома и стал кричать – «в связи с чем, они устроили разборки с братом?». Он сделал ФИО3у замечание, чтобы не мешал их работе и зашел в дом. Но ФИО3 продолжал кричать, а затем забежал в квартиру, он (потерпевший) хотел закрыть за ним двери, но ФИО3 вернулся с серпом, сделал шаг в его сторону, и серпом замахнулся на него (потерпевшего). Он отшатнулся, реально испугался, т.к. ФИО3 был от него на вытянутую руку, кричал, чтобы не подходил, иначе он его порежет. Сожительница ФИО3 стояла за ним и затащила его в квартиру. ФИО3 знал его, видел, что он находится в форменной одежде и при исполнении служебных обязанностей. Он (потерпевший) позвонил участковому Ч., доложил о случившемся. Позднее ФИО3 перед ним извинился. 

Свидетель Ч.. в судебном заседании показал, что работает ***, к его территории относится ***. 29 января 2019 г. днем ему позвонил помощник Ч. и сказал, что на него с серпом набросился ФИО3. Он приехал на место, Ч., находясь в форменном обмундировании, на улице разговаривали с Ч. по обстановке в его семье; ФИО3 дверь ему не открыл. Потом ФИО3 позвонил ему, пришел в ОП, рассказал, что накинулся с серпом на Ч., т.к. тот хотел войти в дом, а он (ФИО3) сказал, «если он так сделает, то он ему кишки выпустит». О ФИО3 может сказать, что он находится под административным надзором, условия которого нарушает, на беседы не реагирует, злоупотребляет спиртными напитками, в алкогольном опьянении агрессивен, неуправляем. 

В связи с существенными противоречиями в части показаний судом по ходатайству государственного обвинителя на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ оглашены показания свидетеля Ч.., данные в период предварительного следствия; он пояснял, в том числе, что ФИО2 рассказал ему, что сотрудники полиции Ч.. попросили Ч.. выйти, чтобы поговорить о его сложной семейной ситуации, при этом стали что-то кричать на улице, и это не понравилось ему (ФИО3у), поэтому он вышел на улицу, стал подходить к сотрудникам полиции и возмущаться тем, что они говорят с Ч. попросил ФИО2 отойти и не мешать работать, но он был пьян, и продолжал подходить к сотрудникам полиции, на что Ч.. потребовал отойти от них, и это ему не понравилось, тогда он вошел домой, взял серп, вышел на улицу и стал махать им в сторону Ч. при этом кричал, что порежет его (т. 1, л.д. 128-131). 

После оглашения показаний свидетель подтвердил их, пояснив, что ФИО3 говорил, что заступился за брата, что выходил на улицу, когда Ч. разговаривали с братом, посчитал, что сотрудники «пристают к нему». 

Свидетель Ч.. в судебном заседании показала следующее. Она находится в ***. 29 января 2019 г. проводили утренний рейд, посещали неблагополучные семьи. Была информация от Ч.. о том, что её сестра находится в больнице, муж сестры Ч. пьет, дети остались без присмотра. Они с Ч. нашли Ч. у ФИО3, которые были в состоянии алкогольного опьянения. Ч. вышел на улицу, они стали с ним разговаривать, ругать за то, что он пьет, не заботится о детях. В это время вышел его брат ФИО3, стал задавать вопросы, что им надо от Ч., зачем они к нему приехали и вмешиваются в его жизнь. Ч. сделал замечание ФИО3у, чтобы он не мешал, просил его успокоиться, уйти, при этом, никак не провоцировал. Она с П-вым не общалась, говорила с Ч., отойдя в сторону. Потом она услышала крик: «убью!», оглянулась, увидела в руках у ФИО3 серп, которым он махал и угрожал в сторону Ч., кричал: «Не подходи, порежу, зарежу»; было страшно. ФИО3 с серпом был практически на улице, пошел на Ч., двигался вперед, выходил из квартиры. Ч. отпрянул назад, между ними было не более метра. Ч. был на улице, в коридор квартиры ФИО3 не входил. В это время Ч. затащила ФИО3 или он сам зашел в дом, и они закрыли дверь. 

Свидетель Ч.. в судебном заседании показала, что 29 января 2019 г. она, её сожитель ФИО3 и его брат Ч. находились дома по ***, распивали спиртные напитки. В дверь постучали сотрудники полиции, вызвали Ч. на улицу, и он вышел; двери в дом остались открытыми. Потом в дом зашел помощник участкового Ч., стоял на пороге и начал размахивать руками, ФИО3 вышел из комнаты, ему показалась, что участковый будет его бить, поэтому взял из-под трельяжа серп. Она увидела, что ФИО3 держит серп, направив руку вверх. Как она поняла, Ч. махал руками, т.к. ФИО3 немного замахнулся на него серпом. Она затащила ФИО3 в комнату. Она не слышала громких разговоров с улицы, не помнит, чтобы ФИО3 выходил на улицу. 

В связи с существенными противоречиями в части показаний судом по ходатайству государственного обвинителя на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ оглашены показания Ч.., данные в ходе предварительного следствия, она, в том числе, показала, что после того, как Ч. вышел на улицу, они с П-вым услышали, что он с кем-то разговаривает на повышенных тонах, и ФИО3 вышел на улицу, она тоже пошла вслед за ним. На улице стояли Ч.., участковый Ч. и девушка в форме сотрудника полиции. ФИО3 на повышенных тонах стал спрашивать у Ч. что случилось, и зачем они пришли. Ему ответили, что пришли не к нему, а к ФИО1 это не понравилось, и он забежал домой, где в коридоре за трельяжем схватил лежащий там серп и побежал на улицу, где стал им размахивать, выкрикивая на участкового угрозы о том, что сейчас порежет его, если он не уйдет от них. Она подбежала к ФИО3у, выхватила из его рук серп и затолкала ФИО3 обратно в квартиру. Она кричала ему, чтобы он успокоился и перестал себя так вести. После ФИО3 позвонил участковому Ч.. и рассказал о случившемся (т. 1, л.д. 80-83). 

После оглашения показаний свидетель пояснила, что при допросе 30 января 2019 г. давала такие же показания, как даны в суде, но протокол читала без очков, невнимательно, подписала. Просит учесть, что ФИО3 работает, хозяйственный, в общежитии всем помогает. После допроса свидетеля Ч.. (допрашивал её в ходе расследования) она согласилась с прежними показаниями, пояснила, что в связи с давностью могла забыть некоторые события. 

Свидетель Ч. в судебном заседании показал следующее. 29 января 2019 г. он, его брат ФИО3 и Ч. выпивали в доме брата, к ним зашли *** Ч. Он вышел с ними на улицу, где сотрудник ПДН стала беседовать с ним по поводу того, что сожительница в больнице и детей отправят в приют ***. Он стоял спиной к входу в дом, услышал, что хлопали дверями. Он видел, что ФИО4 стоял у двери, а ФИО3 пошел за ним Ч.), чтобы узнать, что случилось, как дела. Ч. не пропускал к ним ФИО3, чтобы он не мешал, остальные события он (Ч.) не видел, потом пошел домой, позднее к ФИО3у не ходил, с ним не разговаривал. 

В связи с существенными противоречиями в части показаний судом по ходатайству государственного обвинителя на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ оглашены показания Ч.., данные в ходе расследования. Он показал, в том, числе, что 29.01.2019 г. когда сотрудники полиции стали делать ему замечания, то он стал возмущаться, что его учат воспитывать своих детей, стал громко кричать. ФИО3 услышал, что он кричит, и вышел на улицу, подошел к ним, стал высказывать претензии сотрудникам полиции. Ч. попросил ФИО3 не вмешиваться, не мешать им работать, и сказал вернуться домой. ФИО3у это не понравилось, и он стал громко кричать, возмущаться. Ч. сделал несколько шагов в сторону ФИО3, чтобы отстранить его от них, они с Ч. отошли за угол дома, и что происходило дальше, он не видел, слышал, что ФИО3 что-то кричал, высказывал какие-то слова угроз, далее он услышал крик его сожительницы – Ч., а затем, как хлопнула дверь в их квартиру. К ним подошел Ч. и сказал, что ФИО3 угрожал ему серпом, говорил, что порежет, замахивался в его сторону. Примерно через 2 дня он Ч.) встретился с П-вым, который рассказал ему, что действительно угрожал сотруднику полиции Ч. серпом, а именно замахивался им в его сторону и кричал, что порежет его (т. 1, л.д. 138-141). 

После оглашения показаний свидетель Ч. пояснил, что давал такие показания, брата не оговаривал, но сейчас не помнит, чтобы Ч. подходил и говорил, что ФИО3 угрожал ему серпом. ФИО3 ему Ч.) лишь говорил, что на него написали заявление о том, что он брал серп и кидался с ним на помощника участкового. 

Свидетель Ч.. показал в судебном заседании, что он работает *** 30 января 2019 г. он по поручению следователя производил допрос свидетеля Ч.., допрос проходил в опорном *** была в нормальном состоянии, он разъяснил ей права и обязанности свидетеля, она сама рассказывала о событиях 29 января 2019 г., он записывал протокол и излагал события с её слов. После допроса она долго искала очки, нашла их, прочитала протокол лично и расписалась на всех страницах, замечаний не имела. 

Свидетель Ч.. в судебное заседание не явилась, в связи с чем, ее показания были проверены судом путем оглашения на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ; она во время расследования показала, что у нее есть сестра Ч. которая проживает в ***, у неё *** ***. Её сожитель Ч.. постоянно употребляет спиртные напитки. В конце января 2019 г. сестру положили в больницу в г. Кемерово, она позвонила ей, попросила связаться с Ч., переживала, что дети остались без присмотра. Она (свидетель) ему не дозвонилась, и связалась с ***., сообщила об этой ситуации. Ч. сказала ей, что приедет в *** и проконтролирует (т. 1, л.д. 115-117).

Как видно из постановления, 30 января 2019 года на основании рапорта возбуждено уголовное дело в отношении ФИО2 по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ (т. 1, л.д. 1, 5).

Протоколом осмотра места происшествия от 29 января 2019 года и фототаблицей к нему подтверждается, что с участием ФИО2 осмотрена квартира по адресу: *** 8; он указал на серп, которым махал и высказывал угрозы Ч..; металлический серп с деревянной рукоятью изъят (т. 1, л.д. 6-13).

Рапортами ***. и *** подтверждается, что 29.01.2019 в 14:35 ФИО4 по телефону сообщил, что в отношении него при исполнении должностных обязанностей гражданин ФИО2 в *** угрожал расправой, размахивал серпом (т. 1. л.д. 27, 30).

Как следует из протокола осмотра предметов (документов), постановления от 04 февраля 2019 года, осмотрены документы, имеющие значение для уголовного дела: копия журнала ***» за 29.01.2019, выписка из приказа о назначении Ч.. на должность, копия его должностной инструкции, служебная характеристика, копия приказа о закреплении ***, выписка из приказа о присвоении Ч. специального звания, копия его служебного удостоверения. Признаны иными документами, хранятся в материалах уголовного дела (т. 1, л.д. 49, 53-75, 77, 107-110, 111).

Протоколом осмотра, фототаблицей к нему, постановлением от 04 февраля 2019 года подтверждается, что осмотрен металлический серп с деревянной рукоятью, изъятый 29.01.2019 в ходе осмотра места происшествия; признан вещественным доказательством, хранится в камере хранения вещественных доказательств *** (т. 1, л.д. 112-113, 114).

Суд, исследовав все предложенные сторонами обвинения и защиты доказательства, приходит к выводу, что причастность ФИО2 к совершению инкриминируемого ему преступления установлена, подтверждается названными выше показаниями потерпевшего, свидетелей, письменными материалами дела, которые составлены и оформлены надлежащим образом. 

У суда нет оснований сомневаться в объективности и достоверности приведенных письменных материалов дела, не возникло сомнений в правдивости показаний потерпевшего и свидетелей стороны обвинения (показаний свидетелей Ч.. в период расследования), так как их показания последовательны, согласуются между собой, объективно отражают картину произошедшего, а потому обладают достаточной полнотой, не содержат существенных противоречий, соответствуют фактическим обстоятельствам произошедшего; потерпевший, свидетели не имеют какой-либо заинтересованности в исходе дела и оснований для оговора ФИО2; а потому суд признает эти доказательства в качестве допустимых и относимых доказательств, подтверждающих место, время и обстоятельства совершения им преступления. 

В судебном заседании не установлено нарушений норм Уголовно-процессуального кодекса РФ при получении письменных доказательств; оснований для признания каких-либо из доказательств недопустимыми, об исключении их из доказательственной базы обвинения суд не находит.

Суд критически относится к показаниям подсудимого ФИО2 о том, что он не угрожал применить насилие в отношении сотрудника полиции Ч., не замахивался в его сторону серпом, не высказывал угроз, а лишь держал серп в руке, прося Ч. не входить в квартиру, данными в судебном заседании, поскольку эти показания опровергаются совокупностью исследованных судом доказательств, признательными показаниями самого же подсудимого в период предварительного расследования, которые согласуются с последовательными показаниями потерпевшего Ч.., свидетелей Ч..В. (двух последних в ходе предварительного расследования). 

Суд расценивает доводы подсудимого как способ защиты, желание уменьшить либо избежать ответственности за содеянное.

По этим же основаниям суд критически относится к показаниям свидетелей Ч. данным в судебном заседании, учитывая, что первая является гражданской супругой подсудимого, а второй – его братом, а также то, что эти свидетели подтвердили свои данные в ходе расследования показания, уличающие подсудимого в совершении преступления в отношении сотрудника полиции Ч.

Суд считает установленным, что подсудимый ФИО2 достоверно знал и осознавал, что потерпевший Ч. является сотрудником полиции (представителем власти), был в форменном обмундировании, находился при исполнении им своих должностных обязанностей (согласно должностной инструкции, в рабочее время сопровождал сотрудника полиции – *** проводил работу на закрепленном территориально обслуживаемом участке); угроза применения насилия была осуществлена ФИО2 путем замахивания металлическим серпом в сторону потерпевшего, высказана словесно («порежу»), которую потерпевший Ч. с учетом сложившейся обстановки, личности подсудимого воспринимал реально. 

Оценивая исследованные в судебном заседании доказательства с точки зрения их допустимости, относимости и в их совокупности, суд считает, что они достаточны для признания доказанной вины подсудимого ФИО2 в полном объеме предъявленного обвинения. 

Суд квалифицирует действия подсудимого ФИО2 по ч. 1 ст. 318 УК РФ – угроза применения насилия в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей.

Оснований для прекращения уголовного дела и уголовного преследования, а также для освобождения ФИО2 от уголовной ответственности и наказания в судебном заседании не установлено. 

Решая вопрос о виде и мере наказания, суд в соответствии с требованиями ст., ст. 6, 43, ч. 3 ст. 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного ФИО2 преступления, его личность, смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление виновного и на условия жизни его семьи.

Подсудимый *** 

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО2, суд в силу п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ учитывает активное способствование раскрытию и расследованию преступления, расценивает сообщение участковому и объяснение от 29 января 2019 года как явку с повинной (дано до возбуждения уголовного дела, до его задержания, содержит признание в совершении преступления, обстоятельства его совершения, указано, что сообщил о произошедшем участковому Ч.., самостоятельно явился к нему – т. 1, л.д. 14-16); а также учитывает признание вины, раскаяние в содеянном, тяжких последствий от его действий не наступило, занят общественно-полезным трудом без официального трудоустройства (со слов), положительно характеризуется соседями по месту его жительства (т. 2, л.д. 38), помогал матери-пенсионерке, принес извинение потерпевшему Ч.

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО2, суд в силу п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ учитывает рецидив преступлений, что подтверждается сведениями ИЦ МВД России, копиями приговоров *** от 16 мая 2003 года, 03 мая 2005 года, 06 августа 2008 года (т. 1, л.д. 155, 166-172), в связи с чем, при назначении наказания применяет правила ч. 2 ст. 68 УК РФ (срок наказания при любом виде рецидива преступлений не может быть менее одной третьей части максимального срока наиболее строго вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление). 

В соответствии с ч. 1 ст. 18 УК РФ рецидив преступлений признается простым видом.

В силу положений ч. 1.1. ст. 63 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности подсудимого ФИО2, который не отрицает, что совершил преступление в состоянии алкогольного опьянения, пояснил, что это состояние способствовало совершению преступления, что, будучи трезвым, он так не поступил бы, суд, принимая во внимание акт медицинского освидетельствования ФИО2 на состояние опьянения № 53 от 29.01.2019 г., установившим состояние опьянения (т. 1, л.д. 29), признает отягчающим обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Учитывая характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность подсудимого ФИО2, суд считает, что его исправление возможно только при назначении наказания в виде реального лишения свободы, что отвечает целям восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений.

По мнению суда, исправление подсудимого иными, более мягкими видами наказания достигнуто не будет, в том числе, путем замены лишения свободы на принудительные работы.

Суд не усматривает оснований для применения ст. 73 УК РФ (условное осуждение), ст. 64 УК РФ (назначение более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление), ч. 3 ст. 68 УК РФ, поскольку не установлены исключительные обстоятельства, связанные с целями и мотивами преступления, поведением ФИО2 во время и после преступления, и другие обстоятельства, существенно уменьшающие степень общественной опасности содеянного, и личность виновного.

Правила ч. 6 ст. 15 УК РФ (изменение категории преступления на менее тяжкую), ч. 1 ст. 62 УК РФ (назначение наказание при наличии смягчающего обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ) применены быть не могут, т.к. судом установлено наличие отягчающих наказание обстоятельств.

Отбывание наказания суд назначает на основании п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ в исправительной колонии строгого режима (осуждается при рецидиве преступлений, ранее отбывал лишение свободы).

В соответствии с положениями п. «а» ч. 31 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО2 под стражей с 30 января 2019 года по 31 января 2019 года (т. 1, л.д. 17-23, 99-101, 102-103) и с даты провозглашения приговора до вступления его в законную силу следует зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Гражданский иск по уголовному делу не заявлен.

В соответствии с п. 5 ч. 2 ст. 131 и ч. 2 ст. 132 УПК РФ, процессуальные издержки, составляющие вознаграждение адвокату Иванову П.С. в период предварительного расследования по назначению, в размере 4.680,00 рублей (т. 1, л.д. 196), следует взыскать в полном размере с подсудимого ФИО2, т.к. оснований для освобождения подсудимого, который является трудоспособным, иждивенцев не имеет, от возмещения данных процессуальных издержек судом не установлено, суду не представлено доказательств его тяжелого материального положения, имущественной несостоятельности и того, что взыскание процессуальных издержек может существенно отразиться на материальном положении его семьи. 

Вещественные доказательства подлежат разрешению в соответствии со ст., ст. 81, 82 УПК РФ: *** 

На основании изложенного и руководствуясь ст., ст. 303-304, 307-309 УПК РФ, суд 

П Р И Г О В О Р И Л

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, и назначить ему наказание по ч. 1 ст. 318 УК РФ в виде лишения свободы на срок 02 (два) года с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО2 – подписку о невыезде и надлежащем поведении изменить на заключение под стражу, взять его под стражу в зале суда. 

Срок отбывания наказания исчислять с 16 мая 2019 года.

На основании п. «а» ч. 31 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО2 под стражей по данному уголовному делу – с 30 января 2019 года по 31 января 2019 года и с 16 мая 2019 года по день вступления приговора в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Взыскать с осужденного ФИО1 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в размере 4.680 (четыре тысячи шестьсот восемьдесят) рублей 00 копеек, составляющие вознаграждение адвокату в период предварительного расследования по назначению. 

Вещественное доказательство: *** 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд через Юргинский городской суд в течение десяти суток со дня провозглашения, а осужденным – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы или представления осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в суде апелляционной инстанции и с участием адвоката.

Председательствующий подпись (Иванова Л.А.)