УИД №44RS0026-01-2022-001407-92

Дело № 2-18/2023

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

06 сентября 2023 года

Димитровский районный суд г. Костромы в составе: 

председательствующего судьи Криулиной О.А.,

при секретаре Прохоровой М.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 и ФИО3 в защиту авторских прав, 

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 и ФИО3 о признании контрафактным объекта незавершенного строительства по адресу: г. 

<

адрес>, возводимого на земельном участке с кадастровым номером №, изъятии указанного объекта из оборота и уничтожении без какой бы то ни было компенсации ФИО3, признании указанного объекта самовольной постройкой и её сносе, признании объекта незавершенного строительства по адресу: г. 

<

адрес>, возводимого на земельном участке с кадастровым номером №, контрафактным, изъятии его из оборота и уничтожении без какой бы то ни было компенсации ФИО2, признании указанного объекта самовольной постройкой и его сносе. В обоснование исковых требований истец указал, что он, являясь индивидуальным предпринимателем, ведет деятельность по строительству индивидуальных жилых домов, домов блокированной жилой застройки, многоквартирных домов на территории Костромской области. С целью осуществления строительства ФИО1 были заключены договоры с ИП ФИО4 на разработку архитектурного проекта и разработку на её основе проектно-сметной документации. По поручению ФИО1 были разработаны проекты многоквартирного жилого дома (договор от 03.03.2020 №), индивидуального жилого дома (от 03.03.2020 №), жилого дома блокированной застройки (договор от 15.02.2021 №). Согласно части 6 указанных договоров ФИО1 переданы исключительные (неисключительные) права на использование архитектурного проекта и технической документации, разработанных им и его субподрядчиками по договору, а именно: а) право на воспроизведение архитектурного проекта и документации для строительства с целью согласования, утверждения проекта строительства объектов по адресам, определенных заказчиком; б) право на публичный показ архитектурного проекта до его реализации; в) право на передачу в эфир данных о проекте и его изображений; г) право на сообщение для всеобщего сведения по кабелю данных о проекте и его изображений; д) право на практическую реализацию проекта путем строительства объекта по адресам, определяемых заказчиком. При осуществлении строительства по указанным проектам истцом проводится согласование фасадов с уполномоченными органами и проходится процедура получения разрешения на строительство согласованных проектов. Указанный проект является визитной карточкой данного застройщика, ФИО1 гарантирует своим приобретателям высокий уровень качества своих объектов. Разработанные архитектурные решения не являются случайными, направлены на то, чтобы подчеркнуть архитектурный объем зданий и удачно вписаться в существующую застройку, при этом остаться узнаваемыми в типовой застройке. Планировки тщательно продумывались разработчиками с согласованием основных этапов с заказчиком. В настоящее время ФИО1 установлено, что на земельных участках с кадастровыми номерами № и № по адресу: г. 

<

адрес>, собственниками которых являются ФИО3 и ФИО2, ведется строительство блокированного жилого дома, архитектурный облик которого и планировочные решения оказываются тождественными или сходными до степени смешения с архитектурными проектами, исключительные права на которые принадлежат истцу. В соответствии с положениями ст. ст.128,1229, 1259,1270 ГК РФ, ч.2 ст.48 ГрК РФ другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, иное влечет ответственность, предусмотренную законом. Учитывая, что истец не передавал права на использование проектов, разработанных по его заказу кому-либо, любое такое использование является незаконным. Кроме того, по данным Администрации города Костромы, разрешение на строительство спорного объекта- блокированного жилого дома не выдавалось, поэтому незавершенный строительством объект ответчиков обладает признаками самовольной постройки и подлежит сносу.

В ходе судебного разбирательства ответчиками было получено разрешение на строительство блокированного жилого дома, внесены соответствующие изменения в ЕГРН о разрешенном использовании земельных участков, поэтому истец изменил предмет иска и в редакции уточненного искового заявления на основании положений ст. 1301 ГК РФ просит взыскать с ответчиков компенсацию в связи с нарушениями его авторских прав в размере 500 000 рублей.

В судебных заседаниях ФИО1 участия не принимал, вел дело через представителя. Представитель истца ФИО1 по ордеру адвокат Рыжов В.А. исковые требования поддержал в редакции уточненного иска по приведенным в иске и дополнительных письменных объяснениях по иску основаниям.

Ответчики ФИО3 и ФИО2 также в суде участия не принимали, вели дело через представителя.

Представитель ответчиков по ордеру адвокат Цымбал О.В. иск не признала в соответствии с письменными возражениями, приобщенными к материалам дела, из содержания которых следует, что в иске не приведено доводов об использовании ответчиками проектной документации, принадлежащей истцу, а также о том, каким образом проект мог попасть к ответчикам и ими использован. Кроме того, у ответчиков имеются сомнения в реальности сделки: договоров на разработку проектной документации, предоставленных истцом в материалы дела, так как, несмотря на истребование судом подлинников договоров, они истцом так и не представлены. Также отсутствуют документы, подтверждающие исполнение сторон договора произведенной оплаты и передачу результата работ со стороны исполнителя. Ответчики не согласны с нарушением авторских прав истца, поскольку строящиеся объекты построены без использования проектной документации, разработанной ИП ФИО4 Ответчиками был заказан эскизный проект индивидуального жилого дома у архитектора С.В., письменный договор между ответчиками и архитектором не заключался, задание на проектирование было выдано устно и результат работ также был согласован устно путем обмена эскизными проектами по электронной почте и в ходе личных встреч дома у ФИО2 Ответчики заключили договоры купли-продажи земельных участков у А.В., переговоры с А.В. начались с июля 2021, в сентябре 2021 стороны достигли принципиального соглашения об условиях продажи, и по просьбе ответчиков А.В. произвел раздел земельного участка с кадастровым номером № на два земельных участка с кадастровыми номерами № и №. В декабре 2021 вновь образованные земельные участки поставлены на кадастровый учет, затем были заключены договоры купли-продажи с ответчиками. Уведомления о соответствии строящихся индивидуальных жилых домов получены. Перед началом строительных работ ответчиками было принято решение изменить проект. Эскизный проект на новый индивидуальный жилой дом завершен архитектором С.В. в июне 2022, после чего начались строительные работы. Строящиеся объекты отличаются от проектной документации, на которую ссылается истец, как минимум тем, что в их проекте предусмотрено подвальное помещение, общей площадью около 80 кв.м., т.е. не являются идентичными проекту истца. По требованиям о признании незавершенных строительством объектов самовольной постройкой также полагала требования не подлежащими удовлетворению.

Третье лицо Администрация г. Костромы, будучи надлежаще извещенной о времени и месте судебного разбирательства, в суд своего представителя не направила.

Третье лицо ИП ФИО4 также суд не прибыл, ранее был представлен письменный отзыв на иск, в котором он указал, что авторские права на проект передал ФИО1 По его профессиональному мнению, проектная документация, разработанная ответчиками и построенный на основании этой документации объект, являются незначительно переработанной версией разработанного им архитектурного проекта. Просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Представитель третьего лица ООО «Архитекторы Костромы» генеральный директор ФИО5 в суде пояснил, что проект строительства жилого дома, расположенного по адресу: г. 

<

адрес>, был подготовлен на основании устного задания ФИО2 о необходимости легализации объекта после начала строительства на основании эскизного проекта С.В., у которого отсутствуют соответствующие свидетельства и лицензии для этого. Он полагает, что построенные ИП ФИО1 объекты признаками уникальности не обладают, построены в соответствии с типовыми решениями, а возведенные истцом и ответчиками жилые дома различаются между собой, признаками тождественности не обладают.

Исследовав материалы дела, выслушав участников процесса, суд приходит к следующему. 

На основании п. 1 ст. 1259 ГК РФ, произведения архитектуры, градостроительства и садово-паркового искусства, в том числе в виде проектов, чертежей, изображений и макетов, являются объектами авторских прав. 

Согласно ст. 2 Федерального закона от 17.11.1995 N 169-ФЗ "Об архитектурной деятельности в Российской Федерации" (далее - ФЗ "Об архитектурной деятельности") архитектурный проект - архитектурная часть документации для строительства и градостроительной документации, содержащая архитектурные решения, которые комплексно учитывают социальные, экономические, функциональные, инженерные, технические, противопожарные, санитарно-гигиенические, экологические, архитектурно-художественные и иные требования к объекту в объеме, необходимом для разработки документации для строительства объектов, в проектировании которых необходимо участие архитектора. При этом архитектурное решение - авторский замысел архитектурного объекта, его внешнего и внутреннего облика, пространственной, планировочной и функциональной организации, зафиксированный в архитектурной части документации для строительства и реализованный в построенном архитектурном объекте. 

В силу ч. 2 ст. 48 ГрК РФ, проектная документация представляет собой документацию, содержащую материалы в текстовой форме и в виде карт (схем) и определяющую архитектурные, функционально- технологические, конструктивные и инженерно-технические решения для обеспечения строительства, реконструкции объектов капитального строительства, их частей, капитального ремонта. В состав проектной документации объектов капитального строительства, за исключением проектной документации линейных объектов, включаются архитектурные решения (пп. 3 п. 12 ст. 48 Градостроительного кодекса Российской Федерации). 

Как следует из содержания п. 1 ст. 1294 ГК РФ, автор произведения архитектуры, градостроительства или садово-паркового искусства имеет исключительное право использовать свое произведение в соответствии с пунктами 2 и 3 статьи 1270 ГК РФ, в том числе путем разработки документации для строительства и путем реализации архитектурного, градостроительного или садово-паркового проекта. 

На основании п. 1 ст. 1295 ГК РФ, авторские права на произведение науки, литературы или искусства, созданное в пределах установленных для работника (автора) трудовых обязанностей (служебное произведение), принадлежат автору. В соответствии с п. 2 ст. 1295 ГК РФ исключительное право на служебное произведение принадлежит работодателю, если трудовым или гражданско-правовым договором между работодателем и автором не предусмотрено иное. 

Согласно ст. 1229 ГК РФ, правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя. 

В силу положений ст. 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными ГК РФ, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права. 

Как следует из содержания п. 3 ст. 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных ГК РФ для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. Правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. 

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных названным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. 

На основании ст. 1301 ГК РФ в случае нарушения исключительного права на объекты авторских прав обладатель исключительного права наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных ГК РФ (ст. ст. 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с п. 3 ст. 1252 ГК РФ требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 

1) в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 

2) в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров произведения; 

3) в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель. 

При рассмотрении спора в защиту авторских прав ответчик обязан доказать выполнение им требований закона при использовании произведений и (или) объектов авторских и смежных прав. В противном случае физическое или юридическое лицо признается нарушителем авторского права и (или) смежных прав, и для него наступает гражданско-правовая ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации. 

Истец должен подтвердить факт принадлежности ему авторского права и (или) смежных прав или права на их защиту, а также факт использования данных прав ответчиком.

Как усматривается из материалов дела, ИП ФИО1 (заказчик) и ИП ФИО4 (исполнитель) подписали ряд договоров на разработку архитектурного проекта и разработку на её основе проектно-сметной документации: договор от 03.03.2020 № многоквартирного жилого дома по адресу: г. 

<

адрес>; договор № от 03.03.2020 индивидуального жилого дома по адресу: 

<

адрес>; договор № от 15.02.2021 блокированного жилого дома по адресу: 

<

адрес>, которые имеют одинаковое содержание и последовательность изложения условий договора, отличие имеется лишь в наименовании вида жилого дома. В соответствии с разделом 6 договора ИП ФИО1 переданы исключительные (неисключительные) права на использование архитектурного проекта и технической документации, разработанных им и его субподрядчиками по договору, а именно: а) право на воспроизведение архитектурного проекта и документации для строительства с целью согласования, утверждения проекта строительства объектов по адресам, определенных заказчиком; б) право на публичный показ архитектурного проекта до его реализации; в) право на передачу в эфир данных о проекте и его изображений; г) право на сообщение для всеобщего сведения по кабелю данных о проекте и его изображений; д) право на практическую реализацию проекта путем строительства объекта по адресам, определяемых заказчиком.

По мнению истца, ответчиками ФИО6 при строительстве жилого дома блокированной застройки на земельных участках с кадастровыми номерами № и № по адресу: 

<

адрес> использован архитектурный облик жилого дома и планировочные решения, тождественные или сходные до степени смешения с архитектурными проектами, исключительные права на которые принадлежат истцу.

Из материалов дела следует, что ответчики ФИО2 и ФИО3 на основании договоров купли-продажи от 14.03.2022 и от 01.04.2022 купили у А.В. сформированные и поставленные на кадастровый учет земельные участки с кадастровыми номерами № и № по адресу: 

<

адрес>, образованные из размежеванного земельного участка с кадастровым номером №.

28.01.2022 распоряжениями начальника Управления архитектуры и градостроительства Администрации города Костромы №-р и №-р были утверждены градостроительные планы земельных участков.

01.02.2022 и 31.05.2022 были получены уведомления о соответствии указанных в уведомлении о планируемых строительстве или реконструкции объекта индивидуального жилищного строительства установленным параметрам и допустимости размещения объекта индивидуального жилищного строительства на земельном участке.

Ответчиками был заказан эскизный проект на индивидуальный жилой дом у архитектора С.В., в том числе: с описанием внешнего облика индивидуального жилого дома, параметров объекта, цветового решения, используемых строительных материалов.

Впоследствии после начала строительства жилого дома ответчики ФИО6 решили изменить эскизный проект и заказали проект блокированного жилого дома у ООО «Архитекторы Костромы», которое выполнило указанный проект.

В дальнейшем ответчики 13.02.2023 в Управлении архитектуры и градостроительства Администрации города Костромы получили разрешения на строительство дома блокированной жилой застройки и с внесением изменений в ЕГРН относительно вида разрешенного использования земельного участка (для индивидуального жилищного строительства и блокированная жилая застройка), что подтверждается выпиской из ЕГРН.

Для целей установления факта наличия (отсутствия) неправомерного использования архитектурного произведения необходимо выявление в спорном объекте идеи, замысла (архитектурного решения) и сравнение его с архитектурным решением, воплощенным в охраняемом объекте, независимо от того, какую объективную форму (архитектурного проекта или архитектурного объекта) имели сравниваемые решения. 

Выявление нарушения авторских прав на произведение архитектуры возможно как при сравнении проекта с проектом, так и проекта с объектом или объекта с объектом. Каждый из таких способов доказывания может подтверждать нарушение авторского права на произведение архитектуры. Выбор способа доказывания нарушения авторского права осуществляется истцом. 

Истец полагает, что ответчиками нарушены его авторские права на архитектурный облик блокированного жилого дома и планировочные решения, применяемые при строительстве блокированного жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>. 

В ходе судебного разбирательства по ходатайству представителя истца судом была назначена судебная строительно- техническая и автороведческая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ОО «Костромское областное общество защиты прав строителей» и ООО «БЭСТ». На разрешение экспертов поставлены вопросы о том, соответствует ли возведенный на принадлежащих ответчикам ФИО6 земельных участках по адресу: 

<

адрес> объект незавершенного строительства проекту застройки жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>? Если не соответствует, какие имеются различия? Какие объекты незавершенного строительства фактически возведены на двух земельных участках с кадастровыми номерами № и № по адресам: 

<

адрес>?

Согласно заключению экспертов от 02.03.2023 № обследуемый объект незавершенного строительства, расположенный на земельных участках по адресу: 

<

адрес> не соответствует проекту застройки жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес> в части параметров объемно-планировочных решений (габаритных размеров, количества этажей, высоты первого этажа, помещений, подвала, строительного объема, общей площади жилого дома, наличия подвала и его отсутствия; характеристик наружной отделки (решений по фасадам) (в отделке фасада кирпичами, в рустовке по углам объекта, в обрамлении оконных и дверных проемов, в фоне отделки фасада, имеются различия в проектных решениях); конструктивных решений (в размерах оконных и дверных проемов, имеется разница отметок карнизов полувальм на обследуемом объекте и в проекте жилого дома истца, разница в материале кровли, подшивке карнизного свеса, обустройстве водосточных систем, отделке вентиляционной шахты; имеются различия по высоте цоколя, наличия подвала в одном обследуемом объекте и оснащение цоколя подвала оконными проемами. Обследуемый объект незавершенного строительства по периметру здания на обрезе фундамента имеет три ряда кладки из рядового керамического кирпича, что не предусмотрено в проекте жилого дома по адресу: г. 

<

адрес>, имеется разница между отметкой низа плит. Эксперты также отметили, что конструкции наружных и внутренней стен обследуемого объекта в 

<

адрес> и на 

<

адрес> являются типовыми. Фактически на земельных участках по адресу: 

<

адрес> расположен объект незавершенного строительства- дом блокированной застройки.

После проведения судебной экспертизы представитель ответчиков сообщила суду о том, что ответчиками зарегистрированы изменения в вид разрешенного использования земельного участка с дополнением кроме индивидуальных жилых домов, домов блокированной жилой застройки; осуществлено получение разрешения на строительство на двух земельных участках блокированного жилого дома вместо индивидуального жилого дома; вносилась корректировка в проектную документацию блокированного жилого дома с наименованием её, как финальная версия ООО «Архитекторы Костромы». Также после проведения судебной экспертизы истец изменил предмет иска, уточнив исковые требования о взыскании с ответчиков денежной компенсации в связи с нарушением авторских прав. 

Эти обстоятельства послужили основаниями для удовлетворения ходатайства представителя истца о назначении по делу дополнительной комиссионной судебной строительной экспертизы, проведение которой поручено экспертам тех же экспертных организаций ООО «БЭСТ» и Общественной организации «Костромское областное общество защиты прав строителей». Судом на разрешение экспертов поставлены вопросы о том: 1) является ли архитектурное решение, использованное при строительстве блокированного жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, оригинальной (уникальной) авторской творческой разработкой? 2) является ли архитектурное решение, использованное при строительстве незавершенного строительством объекта- блокированного жилого дома, возведенного на земельных участках с кадастровыми номерами № и № по адресу: 

<

адрес>, точной копией или переработанной с корректировкой копией архитектурного решения или проекта, примененного при строительстве блокированного жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>? 

В ходе проведения дополнительной судебной экспертизы эксперты к единым общим выводам не пришли, эксперты в экспертном заключении от 09.08.2023 № дали ответы на вопросы, противоположные другу.

Так, эксперт ООО «БЭСТ» И.В. пришла к выводу о том, что архитектурные решения, использованные при создании архитектурного проекта блокированного жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, в своей совокупности являются оригинальной (уникальной) авторской творческой разработкой. Проектная документация не является типовой, а разработана, как самостоятельный, не стандартный проект с индивидуальными характеристиками для объекта. Также, по мнению эксперта И.В., архитектурные решения, использованные при строительстве незавершенного строительством блокированного жилого дома по адресу: 

<

адрес> является переработанной с корректировкой копией проекта архитектурного решения, примененного при строительстве блокированного жилого дома, расположенного по адресу: г. 

<

адрес>.

Эксперт Общественной организации «Костромское областное общество защиты прав строителей» С.Л. на оба поставленных судом вопроса дала отрицательные ответы, указав, что представленный в материалы дела проект блокированного жилого дома по адресу: 

<

адрес> не содержит ни одной из характеристик, указанных в ч.2 ст. 48.1 ГрК РФ, что не позволяет его отнести к уникальному объекту. Проект используется многократно, не имеет оригинальных решений, имеет простую планировочную схему и перечень помещений, соответствующий минимальному. Несмотря на наличие схожих проектных решений, нельзя с достоверностью утверждать, что архитектурное решение, использованное при строительстве объекта на 

<

адрес> является точной копией или переработанной с корректировкой копией архитектурного решения или проекта, примененного при строительстве блокированного жилого дома по адресу: 

<

адрес>. При разработке представленных проектов использованы типовые планировочные и художественные решения, что является следствием обращения к существующей практике строительства блокированных домов.

Согласно ч. 1 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (ч. 2 ст. 67 ГПК РФ).

Проанализировав представленные доказательства и оценив их по правилам ст. 67 ГПК РФ на относимость, допустимость, достоверность и взаимную связь, суд соглашается с выводами эксперта С.Л. о том, что архитектурное решение, использованное при строительстве блокированного жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, не относится к уникальным объектам капитального строительства по смыслу положений ч.2 ст. 48.1 ГрК РФ, в проектной документации которых предусмотрена хотя бы одна из следующих характеристик: 1) высота более чем 100 метров; 2) пролеты более чем 100 метров; 3) наличие консоли более чем 20 метров; 4) заглубление подземной части (полностью или частично) ниже планировочной отметки земли более чем на 15 метров.

Суд также полагает, что при строительстве блокированного жилого дома, как истца, так и ответчиков, применены типовые архитектурные решения, характерные для массовой малоэтажной застройки.

Кроме того, истец, указывая на нарушение авторских прав ответчиками, объективных доказательств в подтверждение своих доводов, в соответствии с положениями ст. 56 ГПК РФ, суду не представил.

Как следует из материалов дела, истец и ответчики производили строительство объектов недвижимости на основании разных проектов, заказанных у разных проектировщиков (ИП ФИО4 (со стороны истца) и С.В. и ООО «Архитекторы Костромы» (со стороны ответчика).

Доказательств, которые бы подтверждали тот факт, что проект блокированного жилого дома, разработанный для ИП ФИО1, был передан и использован с переработкой для проектирования и дальнейшего строительства блокированного жилого дома ответчикам, в материалы дела не представлено. Тогда как бремя доказывания этого обстоятельства возлагается на истца.

Этот факт также подтверждается первым экспертным заключением от 02.03.2023 №, в котором оба эксперта И.В. и С.Л. пришли к выводу о том, что обследуемый объект незавершенного строительства, расположенный на земельных участках по адресу: 

<

адрес> не соответствует проекту застройки жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>.

Суд соглашается с данными выводами, поскольку они достаточно мотивированы, последовательны, согласуются с материалами дела.

Кроме того, в ходе судебного разбирательства истцом не опровергнуты доводы представителя ответчика о том, что договор от 15.02.2021 № на выполнение проектных работ и передачу исключительных (неисключительных) прав жилого дома блокированной застройки, на основании которого истец предъявил к ответчикам иск, в реальности при подготовке проектной документации заключен не был, является мнимой (ничтожной) сделкой, так как не исполнялся сторонами, а был создан исключительно вида с целью возбуждения в суде настоящего гражданского дела.

В соответствии с абзацем 2 части 2 статьи 71 ГПК РФ подлинные документы представляются тогда, когда обстоятельства дела согласно законам или иным нормативным правовым актам подлежат подтверждению только такими документами, когда дело невозможно разрешить без подлинных документов или когда представлены копии документа, различные по своему содержанию.

Согласно части 6 статьи 67 ГПК РФ при оценке копии документа или иного письменного доказательства суд проверяет, не произошло ли при копировании изменение содержания копии документа по сравнению с его оригиналом, с помощью какого технического приема выполнено копирование, гарантирует ли копирование тождественность копии документа и его оригинала, каким образом сохранялась копия документа.

В начале судебного разбирательства суд предложил истцу представить подлинный договор на выполнение проектных работ и передачу авторских прав от 15.02.2023 №, однако договор был представлен спустя полгода после истребования у истца его подлинника.

В представленном договоре (т.2 л.д. 198-205) и ранее приобщенной в материалы дела копии (т.1 л.д.19-22) отличаются подписи сторон договора, расположения печатей на документе.

После сделанного представителем ответчиков заявления о назначении по делу судебно-технической экспертизы по определению давности реквизитов выполнения договора от 15.02.2023 №, представитель истца в суде пояснил, что оригиналы договоров были утрачены, как ИП ФИО1, так и ИП ФИО4, поэтому они переподписали договор в марте-апреле 2023 года.

Квитанция к приходному кассовому ордеру ИП ФИО4 от 01.03.2023 (т.2 л.д.197) об оплате денежных средств по договору в размере 60 000 руб. также содержит различия в наименовании года её выдачи и получения денежных средств «01 марта 2021» и «01 марта 2023».

В соответствии с п. 6.1 договора передача исключительных (неисключительных) прав по договору производится с момента полной оплаты работ.

Суд предложил ИП ФИО4 представить доказательства, подтверждающие факт оплаты по договору денежных средств и их учет в бухгалтерских документах (декларацию о доходах за 2021 с приложением реестра доходов и расходов, журнал регистрации приходных и расходных кассовых ордеров за 2021 и 2023 годы, представить ля обозрения подшивку приходных кассовых ордеров за март 2021 и март 2023.

Однако эти доказательства в суд представлены не были.

Поскольку бремя доказывания этих обстоятельств процессуальным законом возложено на истца, суд приходит к выводу, что истец не доказал наличие у него исключительного права на архитектурный проект жилого дома блокированной застройки. 

Вместе с тем, применение мер ответственности возможно только в случае доказанности факта нарушения исключительных прав, тогда как материалы дела не содержат достоверных и достаточных доказательств факта нарушения исключительных прав ФИО1 на спорный архитектурный проект.

В этой связи оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

р е ш и л :

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 и ФИО3 о взыскании компенсации в размере 500 000 рублей в связи с нарушением авторских прав оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Костромской областной суд через Димитровский районный суд г. Костромы в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Судья – О.А. Криулина

Мотивированное решение изготовлено 13 сентября 2023 года