Дело №2-1/2020

61RS0001-01-2018-005791-95

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

4 февраля 2020 года г. Ростов-на-Дону

Ворошиловский районный суд г. Ростова-на-Дону в составе: 

председательствующего судьи Мудраковой А.И.,

при секретаре Храбровой Я.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по исковому заявлению ФИО1 к ПАО «Роствертол», третьи лица: ФИО2, Птицын А. Н., ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 о взыскании задолженности по выплате авторского вознаграждения за использование патента на изобретение, 

по исковому заявлению ФИО1, ФИО10 к ПАО «Роствертол», третьи лица: АО «Раменское приборостроительное конструкторское бюро», АО «НЦВ им. М.Л. Миля и Н.И.Камова», Министерство обороны Российской Федерации, ФИО2, Птицын А. Н., ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27 о взыскании авторского вознаграждения,

по встречному исковому заявлению ПАО «Роствертол» к ФИО1, ФИО10, третьи лица: ФИО2, Птицын А. Н., ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, АО «Раменское приборостроительное конструкторское бюро», АО «НЦВ им. М.Л. Миля и Н.И.Камова» о признании договоров расторгнутыми, 

по исковому заявлению ФИО1 к ПАО «Роствертол», третьи лица: АО «Раменское приборостроительное конструкторское бюро», Министерство обороны Российской Федерации, ФИО2, Птицын А. Н., ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО10, ФИО26, ФИО27, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 о взыскании авторского вознаграждения,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ПАО «Роствертол» о взыскании авторского вознаграждения за использование патента на изобретение № в 2017 г. - 990 000 руб., указав, что работниками ОАО «МВЗ им. М.Л. Миля» и ОАО «Роствертол» создано изобретение «Транспортно-боевой вертолёт», на которое выдан патент № сроком до ... Патентообладателями являются ОАО «МВЗ им. М. Л. Миля» и ОАО «Роствертол. ... между авторами патента и патентообладателями заключены соглашение об уступке права обладания патентом на изобретение, согласно которому все виды авторских вознаграждений распределяются между авторами поровну (по 1/10 части вознаграждения каждому автору), и договор №/ОГК-35/10, в силу которого ПАО «Роствертол» обязалось выплачивать авторам ежегодное общее авторское вознаграждение при выпуске патентообладателем новой продукции, изготовленной с использованием признаков формулы изобретения, в размере 15% от прибыли патентообладателя от его использования. Однако с начала 2018 г. ответчик свои обязательства по выплате авторского вознаграждения не исполняет.

Истец указал, что актом об использовании изобретения по патенту № от ..., актом проверки присутствия всех признаков изобретения по патенту № от ..., актом об использовании изобретения в 2014 г., экспертными заключениями от ... и ... подтверждается факт использования ответчиком изобретения по патенту № в серийном производстве вертолётов МИ-35М. При этом истец отметил, что стандартом предприятия СТП№ «Рационализация и изобретательство на предприятии» предусмотрено оформление актов использования, а не актов внедрения, как предусмотрено договором №/ОГК-35-10, а также, сославшись на толковый словарь русского языка и Положение о присуждении ученых степеней, указал, что слова «использование» и «внедрение» являются синонимами, в связи с чем представленные акты об использовании изобретения являются надлежащими доказательствами факта использования ответчиком изобретения в производстве вертолетов.

Истцы ФИО1 и ФИО10 также обратились в суд с совместным исковым заявлением к ПАО «Роствертол» о взыскании авторского вознаграждения за использование патента № в 2017 г. - 1 000 000 руб. в пользу каждого. В обоснование требований указали, что работниками ОАО «МВЗ им. М.Л. Миля», ОАО «Роствертол», ОАО «РПКБ» и Министерства обороны РФ создан «Многофункциональный двухместный боевой вертолёт круглосуточного действия, комплекс радиоэлектронного оборудования, используемый на данном вертолете», на которые выдан патент № сроком до ... Патентообладателями являются ОАО «МВЗ им. М.Л. Миля», ОАО «Роствертол» и ОАО «РПКБ».

... между соавторами указанного изобретения по патенту № и патентообладателями заключены соглашение об уступке права обладания патентом и договор №/ОГК-28-10, предусматривающий выплату авторам изобретения ежегодного авторского вознаграждения при выпуске патентообладателем новой продукции с использованием признаков формулы изобретения в общем размере 15% от прибыли патентообладателя от его использования. Однако с начала 2018 г. ответчик свои обязательства по выплате авторского вознаграждения не исполняет.

Факт использования изобретения по патенту №, по мнению истцов, подтверждается актом об использовании изобретения по патенту № от ..., актом проверки присутствия всех признаков изобретения по патенту №, актом об использовании изобретения в 2014 г. от ..., экспертными заключениями МИ-28Н от ... и от ....

По аналогичным указанным основаниям ФИО1 заявлено исковое требование к ПАО «Роствертол» о взыскании авторского вознаграждения по патенту № и патенту №... в размере 950 000 руб. В качестве дополнительного доказательства факта использования признаков формулы изобретений при производстве вертолетов МИ-35М и МИ-28Н истец сослался на постановление следователя СО по Ворошиловскому отделу ... СУ СК РФ от ... об отказе в возбуждении уголовного дела.

Ответчиком ПАО «Роствертол» заявлен встречный иск к ФИО1 и ФИО10 о признании договора №/ОГК-28-10 от ... между ОАО «Роствертол» и авторами патента на изобретение № и договора №/ОГК-35/10 от ... между ОАО «Роствертол» и авторами патента на изобретение № прекращёнными, в обоснование которого общество указало, что ... с целью подтверждения факта передачи авторами изобретений полномочий на заключение спорных договоров ФИО1, Птицыну А.Н., ФИО17 и ФИО23 всем авторам изобретений направлены запросы с предложением представить сведения о передаче полномочий на заключение договоров о выплате авторского вознаграждения данным лицам, а также копию соответствующего соглашения о передаче полномочий.

Соавторы изобретения по патенту № (ФИО5, ФИО6, ФИО9, ФИО2) и изобретения по патенту № (ФИО12, ФИО5, ФИО15, ФИО16, ФИО18, ФИО27, ФИО2) в своих ответах сообщили, что полномочия на заключение договоров с ПАО «Роствертол» ФИО1, Птицыну А.Н., ФИО17 и ФИО23 не передавали, соглашения авторов изобретения о передаче полномочий на заключение договоров у них отсутствуют.

В связи с получением от указанных авторов сведений об отсутствии у ФИО1, Птицына А.Н., ФИО17 и ФИО23 полномочий на заключение договоров №/ОГК-28-10 от ... и №/ОГК-35/10 от ... ПАО «Роствертол» ... направило всем авторам изобретений заявления об отказе от договоров в одностороннем порядке.

Также истец по встречному иску указал, что из буквального содержания договоров №/ОГК-28-10 от ... и №/ОГК-35/10 от ... следует, что представители авторов изобретений при заключении договоров действовали на основании «Соглашений авторов изобретений». Согласно представленным истцами в материалы дела копиям соглашений авторов патента на изобретение ФИО1, Птицыну А.Н., ФИО17 и ФИО23 было доверено только право подписи от авторов при ведении переговоров и согласовании договоров (соглашений), что исключает наличие у них полномочий на заключение договоров. Кроме того, с ними не был согласован размер выплат исходя из размера полученной от изобретения прибыли. Таким образом, по мнению истца по встречному иску, спорные договоры заключены неуполномоченными лицами.

Несмотря на это, ФИО1 и ФИО10 обращаются в суд с исками о взыскании авторского вознаграждения, основанными на указанных договорах, расторгнутых в одностороннем порядке и, соответственно, являющихся прекращенными, чем нарушаются права и законные интересы ПАО «Роствертол».

В ходе судебного разбирательства истцом по встречному исковому требованию ПАО «Роствертол», в порядке ст. 39 ГПК РФ уточнены исковые требования, просило признать договоры прекращенными - расторгнутыми, в связи с существенно изменившимися обстоятельствами, из которых стороны исходили при заключении договора, сославшись на перечень этих обстоятельств в своем заявлении, так как в соответствии со ст.450.1 ГК РФ в случае одностороннего отказа от исполнения договора, право на которое предоставлено законом, договор прекращается с момента получения уведомления об одностороннем отказе, и соответственно договор считается расторгнутым. 

Истец ФИО1 в суд явился, заявленные исковые требования поддержал в полном объеме и просил их удовлетворить по основаниям, изложенным в исках, встречные исковые требования не признал, возражал против удовлетворения.

Истец ФИО10 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом. В порядке ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в его отсутствие.

В судебное заседание явился представитель истцов по первоначальным требованиям ФИО28, действующий по доверенностям от имени ФИО1 и ФИО10, который поддержал первоначальные исковые требования по изложенным в исках основаниям и возражал против удовлетворения встречного иска по основаниям, изложенным в ранее представленных письменных возражениях.

Представитель истца ФИО10 – ФИО29, действующий по доверенности, в судебное заседание явился, заявленные требования первоначального иска поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в иске. В удовлетворении встречного иска просил отказать.

Представители ответчика по первоначальным искам ПАО «Роствертол» - адвокат Фадеев Д.М., Паршин А.А, действующие по доверенности, в судебное заседание явились, первоначальные исковые требования не признали, просили в их удовлетворении отказать полностью по основаниям, изложенным в письменных возражениях. Требования встречного иска просили удовлетворить.

Представитель третьего лица Минобороны РФ - ФИО30, действующий на основании доверенности, в судебное заседание явился, против удовлетворения исковых требований ФИО1 и ФИО10 возражал, требования встречного иска поддержал.

Третьи лица в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом. 

Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствии неявившихся лиц в порядке ст.167 ГПК РФ.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, оценив относимость, допустимость и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

В силу ст. 1 ГК РФ гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

В соответствии со ст. 3 ГПК РФ защите подлежит нарушенное или оспариваемое право. Статьей 11 ГК РФ закреплена судебная защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Судом установлено, что соавторами изобретения «Транспортно-боевой вертолёт», на которое Федеральной службой по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам выдан патент №, зарегистрированный в Государственном реестре изобретений РФ ..., сроком действия до ... являются ФИО2, ФИО6, ФИО31, Птицын А.Н., ФИО8, ФИО32, ФИО4, ФИО5, ФИО9 и ФИО1, патентообладателями на момент выдачи патента являлись ОАО «МВЗ им. М.Л. Миля» и ОАО «Роствертол».

Соавторами изобретения «Многофункциональный двухместный боевой вертолёт круглосуточного действия, комплекс радиоэлектронного оборудования, используемый на данном вертолёте», на которое Федеральной службой по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам выдан патент №, зарегистрированный в Государственном реестре изобретений РФ ... сроком действия до ... являются ФИО2, Птицын А.Н., ФИО32, ФИО4, ФИО5, ФИО12, ФИО19, ФИО20, ФИО11, ФИО33, ФИО1, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО21, ФИО22, ФИО23, С. Д.Н., ФИО25, ФИО34, ФИО26 и ФИО27, патентообладателями на момент выдачи патента являлись ОАО «МВЗ им. М.Л. Миля», ОАО «Роствертол», ОАО «Раменское приборостроительное конструкторское бюро».

Истцы основывают свои исковые требования на договорах №/ОГК-28-10 от ... и №/ОГК-35/10 от ... согласно которым по мнению Истцов ОАО «Роствертол» обязалось выплачивать авторам ежегодное общее авторское вознаграждение при выпуске патентообладателем новой продукции, изготовленной с использованием признаков формулы изобретения, в размере 15% от прибыли патентообладателя от его использования.

В соответствии со ст. 1345 ГК РФ интеллектуальные права на изобретения, полезные модели и промышленные образцы являются патентными правами. Автору изобретения, полезной модели или промышленного образца принадлежат исключительное право и право авторства. В случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, автору изобретения, полезной модели или промышленного образца принадлежат также другие права, в том числе право на получение патента, право на вознаграждение за служебное изобретение, полезную модель или промышленный образец.

Согласно п.п. 1-3 ст. 1370 ГК РФ изобретение, полезная модель или промышленный образец, созданные работником в связи с выполнением своих трудовых обязанностей или конкретного задания работодателя, признаются соответственно служебным изобретением, служебной полезной моделью или служебным промышленным образцом (п. 1). Право авторства на служебное изобретение, служебную полезную модель или служебный промышленный образец принадлежит работнику (автору) (п. 2). Исключительное право на служебное изобретение, служебную полезную модель или служебный промышленный образец и право на получение патента принадлежат работодателю, если трудовым или гражданско-правовым договором между работником и работодателем не предусмотрено иное (п. 3).

В силу абз. 3 п. 4 ст. 1370 ГК РФ если работодатель получит патент на служебное изобретение, служебную полезную модель или служебный промышленный образец, либо примет решение о сохранении информации о таких изобретении, полезной модели или промышленном образце в тайне и сообщит об этом работнику, либо передаст право на получение патента другому лицу, либо не получит патент по поданной им заявке по зависящим от него причинам, работник имеет право на вознаграждение. Размер вознаграждения, условия и порядок его выплаты работодателем определяются договором между ним и работником, а в случае спора - судом.

Таким образом, действующими нормами гражданского законодательства определен порядок выплаты вознаграждения работодателем, использующим служебное изобретение, служебную полезную модель или служебный промышленный образец в собственном производстве.

Согласно п. 3 ст. 1358 ГК РФ изобретение признается использованным в продукте или способе, если продукт содержит, а в способе использован каждый признак изобретения, приведенный в независимом пункте содержащейся в патенте формулы изобретения, либо признак, эквивалентный ему и ставший известным в качестве такового в данной области техники до даты приоритета изобретения.

При установлении использования изобретения или полезной модели толкование формулы изобретения или полезной модели осуществляется в соответствии с п. 2 ст. 1354 настоящего Кодекса (абз. 3 п. 3 ст. 1358 ГК РФ).

В соответствии с п. 2 ст. 1354 ГК РФ охрана интеллектуальных прав на изобретение предоставляется на основании патента в объеме, определяемом содержащейся в патенте формулой изобретения. Для толкования формулы изобретения могут использоваться описание и чертежи (п. 2 ст. 1375 ГК РФ).

Поскольку спорным обстоятельством по делу явился вопрос об использовании ПАО «Роствертол» каждого признака изобретения «Многофункциональный двухместный боевой вертолёт круглосуточного действия, комплекс радиоэлектронного оборудования, используемый на данном вертолёте» по патенту № в производстве вертолётов МИ-28Н и каждого признака изобретения «Транспортно-боевой вертолёт» по патенту № в производстве вертолётов МИ-35М в заявленный истцами период - 2017-2018 г.г., учитывая, что для установления данных обстоятельств, имеющих существенное значение для дела, необходимы специальные познания в области науки и техники, по ходатайству ответчика назначены судебные патентно-техническо-экономические экспертизы, производство которых поручено экспертам ООО «Бренды и Патенты».

В определении суда от ... на разрешение экспертов поставлены следующие вопросы:

- Содержит ли продукт – «Вертолёты МИ-28Н», произведённые ПАО «Роствертол» в 2017 г., каждый признак изобретения, приведённый в независимом пункте содержащейся в патенте формулы изобретения (патент № «Многофункциональный двухместный боевой вертолёт круглосуточного действия, комплекс радиоэлектронного оборудования, используемый на данном вертолёте»), либо признак, эквивалентный ему и ставший известным в качестве такового в данной области техники до даты приоритета изобретения?

- Содержит ли продукт – «Вертолёты МИ-35М», произведённые ПАО «Роствертол» в 2017 г., каждый признак изобретения, приведённый в независимом пункте, содержащийся в патенте формулы изобретения (патент РФ № «Транспортно-боевой вертолёт»), либо признак, эквивалентный ему и ставший известным в качестве такового в данной области техники до даты приоритета изобретения?

- В случае положительного ответа на первый вопрос, определить какая доля в цене готового продукта вертолета МИ-28Н, выпускаемого ПАО «Роствертол» в 2017 г., и какой размер прибыли ПАО «Роствертол» в 2017 г. приходится на изобретение, охраняемое патентом №?

- В случае положительного ответа экспертом на второй вопрос определить, какая доля в цене готового продукта «Вертолёты МИ-35М», выпускаемом ПАО «Роствертол» в 2017 г., и какой размер прибыли ПАО «Роствертол» в 2017 г. приходится на изобретение, охраняемое патентом №?

Согласно заключению судебной патентно-техническо-экономической экспертизы от ... эксперты пришли к следующим выводам:

- продукт «Вертолёты МИ-28Н», произведённые ПАО «Роствертол» в 2017 г., не содержит каждый признак изобретения, приведённый в независимом пункте содержащейся в патенте формулы изобретения (патент № «Многофункциональный двухместный боевой вертолёт круглосуточного действия, комплекс радиоэлектронного оборудования, используемый на данном вертолёте»), либо признак, эквивалентный ему и ставший известным в качестве такового в данной области техники до даты приоритета изобретения;

- продукт «Вертолёты МИ-35М», произведённые ПАО «Роствертол» в 2017 г., не содержит каждый признак изобретения, приведённый в независимом пункте, содержащийся в патенте формулы изобретения (патент РФ № «Транспортно-боевой вертолёт»), либо признак, эквивалентный ему и ставший известным в качестве такового в данной области техники до даты приоритета изобретения.

В связи с отрицательным ответом на первые два вопроса, доля в цене готовых продуктов, выпускаемых ответчиком в 2017 г., и размер прибыли ПАО «Роствертол» в 2017 г., приходящейся на изобретения № и №, экспертами не определялись.

Определением суда от ... на разрешение экспертов поставлены следующие вопросы:

- Содержит ли продукт «Вертолёты МИ-28Н», произведённые ПАО «Роствертол» в 2018 г., каждый признак изобретения, приведённый в независимом пункте содержащейся в патенте формулы изобретения (Патент № «Многофункциональный двухместный боевой вертолёт круглосуточного действия, комплекс радиоэлектронного оборудования, используемый на данном вертолёте»), либо признак, эквивалентный ему и ставший известным в качестве такового в данной области техники до даты приоритета изобретения?

- Содержит ли продукт «Вертолёты МИ-35М», произведённые ПАО «Роствертол» в 2018 г., каждый признак изобретения, приведённый в независимом пункте, содержащийся в патенте формулы изобретения (патент РФ № «Транспортно-боевой вертолёт»), либо признак, эквивалентный ему и ставший известным в качестве такового в данной области техники до даты приоритета изобретения?

- В случае положительного ответа на первый вопрос, определить какая доля в цене готового продукта вертолета МИ-28Н, выпускаемого ПАО «Роствертол» в 2018 г., и какой размер прибыли ПАО «Роствертол» в 2018 г. приходится на изобретение, охраняемое патентом №?

- В случае положительного ответа экспертом на второй вопрос определить, какая доля в цене готового продукта «Вертолёты МИ-35М», выпускаемом ПАО «Роствертол» в 2018 г., и какой размер прибыли ПАО «Роствертол» в 2018 г. приходится на изобретение, охраняемое патентом №?

Согласно заключению судебной патентно-техническо-экономической экспертизы от ... экспертами также установлено, что произведённые ПАО «Роствертол» в 2018 г. вертолеты МИ-28Н и МИ-35М не содержат каждый признак изобретений, приведенных в независимых пунктах формул изобретений, содержащихся в патентах № и № соответственно.

В связи с отрицательным ответом на первые два вопроса, доля в цене готовых продуктов, выпускаемых ответчиком в 2018 г., и размер прибыли ПАО «Роствертол» в 2018 г., приходящейся на изобретения № и №, экспертами не определялись.

Экспертные заключения отвечают требованиям ст. 86 ГПК РФ, содержат подробное описание произведенных исследований, использованных методов, соответствующих нормативным требованиям. В обоснование постановленных выводов эксперты приводят соответствующие данные из имеющихся в их распоряжении документов (технической документации на вертолеты, чертежей и т.п.), в заключениях указаны данные о квалификации экспертов, их образовании, стаже работы, свидетельствующие об их компетентности, они соответствуют требованиям относимости и допустимости, установленным ст.ст. 59, 60 ГПК РФ. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. ст. 307-308 УК РФ. В связи с чем у суда не имеется оснований ставить под сомнение указанные заключения.

Допрошенные в судебном заседании эксперты ФИО35 и ФИО36, предупрежденные об уголовной ответственности, подтвердили выводы своего заключения. В своих пояснениях суду категорично и обоснованно, со ссылками на конкретные технические документы обосновали отсутствие всех признаков формулы изобретений в продукции, произведенной ответчиком в 2017 – 2018 г.г.

Возражения истца относительно выводов экспертиз фактически выражают несогласие с выводами экспертов без указания на конкретные доказательства, подтверждающие их несоответствие представленным доказательствам. 

При этом суд, не обладая специальными познаниями в данной области, не находит оснований не доверять постановленным выводам экспертов. Доказательств того, что выводы эксперта являются заведомо ложными, ошибочными, неубедительными либо противоречивыми, суду не представлено.

При таких обстоятельствах обоснованных сомнений в достоверности и компетентности полученного заключения у суда не имеется.

Вместе с тем выводы экспертов по существу поставленного перед ним вопроса являются категоричными, понятными и достаточными для установления имеющих юридическое значение обстоятельств, в связи с чем суд считает возможным положить результаты проведенных судебных экспертиз в основу настоящего решения.

Суд критически относится к представленным истцами в материалы дела в подтверждение факта использования изобретения по патенту № акту об использовании изобретения от ..., акту проверки присутствия всех признаков формулы изобретения от ..., акту об использовании изобретения от ..., заключениям от ... и от ... об использовании признаков изобретения № в технической документации на вертолёт МИ-35М, поскольку они опровергаются выводами судебной экспертизы. 

Судом установлено, что патент на изобретение № зарегистрирован в Государственном реестре изобретений РФ ... Однако акт об использовании изобретения по патенту № на «Транспортно-боевой вертолёт» датирован ... и утвержден 1-м заместителем генерального директора ОАО «Роствертол» ФИО4, являющимся одним из соавторов изобретения. Какие-либо разумные и документально подтверждённые пояснения относительно возможности составления представленного документа с указанием номера патента до его регистрации в Государственном реестре изобретений РФ истцами не представлены.

Акт проверки присутствия всех признаков формулы изобретения «Транспортно-боевой вертолет» по патенту № от ... не может являться подтверждением использования изобретения № при производстве ответчиков «Вертолетов МИ-35М» в 2017-2018 годах, так как из таблицы 1, являющейся приложением к акту следует, что при ее составлении не анализировался каждый признак независимой формулы изобретения, приведённый в независимом пункте содержащейся в патенте формулы изобретения (патент № «Многофункциональный двухместный боевой вертолёт круглосуточного действия, комплекс радиоэлектронного оборудования, используемый на данном вертолёте»), либо признак, эквивалентный ему и ставший известным в качестве такового до даты приоритета изобретения. Сведений об обладании авторов акта знаниями в области патентоведения у суда не имеется, что не позволяет использовать данный акт как достоверное свидетельство изложенных в нем сведений. 

Экспертные заключения от ... и от ... содержат только выводы без обоснования и исследования, в связи с чем не могут быть признаны судом доказательствами, надлежащим образом обосновывающими обстоятельства, на которые ссылаются истцы.

Кроме того, представленные истцами в обоснование своих требований, документы не относятся к периоду, за который взыскивается авторское вознаграждение. 

Кроме того оценку представленные истцами доказательства, в том числе акт об использовании изобретения по патенту № от ..., акт проверки присутствия всех признаков изобретения по патенту от ..., заключение от ... суды давали при вынесении решений Ворошиловского суда ... от ... по делу №, от ... по делу №, имеющих преюдициальное значение (ч. 2 ст. 61 ГПК РФ).

Суд критически относится к представленным истцами в материалы дела в подтверждение использования изобретения по патенту № акту об использовании изобретения от ..., акту проверки присутствия всех признаков формулы изобретения от ..., акту об использовании изобретения от ..., экспертным заключениям от ... и от ..., поскольку указанные документы представляют собой неаргументированные выводы с перечислением признаков, которые, по мнению истцом, в полном составе присутствуют в конструкторской документации вертолета МИ-28Н, без анализа и исследования, позволяющего определить степень достоверности данных выводов и их объективность, а также противоречат выводам судебных экспертных заключений, содержащих подробный анализ признаков, отсутствующих в конструкторской документации вертолета МИ-28Н, произведенных в 2017 – 2018 г.г.

Представленные истцовой стороной заключения от ... и от ... МИ-28Н экспертными заключениями по существу не являются, поскольку никакого исследования спорных вопросов не содержат, отражая исключительно немотивированные выводы, в связи чем также не могут быть приняты судом в качестве доказательства обстоятельств, на которые истец основывает свои требования.

Представленные истцами доказательства, в том числе акт об использовании изобретения по патенту № от ..., акт проверки присутствия всех признаков изобретения по патенту № от ..., заключение от ... МИ-28Н получили оценку при вынесении решений Ворошиловского суда ... от ... по делу № и от ... по делу №, имеющих преюдициальное значение (ч. 2 ст. 61 ГПК РФ).

Кроме того, согласно установленному договорами №ОГК-28-10 и №/ОГК-35/10 порядку оплаты все виды вознаграждения выплачиваются при наличии акта о внедрении в конце каждого финансового года после оплаты потребителями поставленной продукции или получения выручки от продажи лицензии или уступки патента. Однако соответствующие акты внедрения истцом в материалы дела не представлены.

Ссылка истца на то, что представленные им акты об использовании изобретения заменяют собой акты внедрения ввиду синонимичности терминов «использование» и «внедрение», суд не принимают во внимание, поскольку разность смысла данных понятий очевидна и подтверждается толкованием, данным, в частности, в общеизвестных толковых словарях. 

Ссылка истцов на выводы старшего следователя следственного отдела по ... в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от ..., копия которого представлена в материалы дела, не принимается судом, поскольку указанное постановление по смыслу ст. 61 ГПК РФ не имеет преюдициального значения.

В соответствии со ст. ст. 56, 57 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, при этом обязанность представить в суд соответствующие доказательства законом возложена на стороны и лиц, участвующих в деле.

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Вместе с тем, истцами не доказано, что производимые ПАО «Роствертол» в 2017-2018 году вертолеты МИ-28Н и МИ-35М содержали каждый признак изобретения, приведённые в независимом пункте содержащейся в патенте формулы изобретения № и № соответственно.

Согласно экспертным заключениям, подготовленным по результатам проведенных судебных экспертиз, продукт «Вертолёты МИ-28Н», произведённые ПАО «Роствертол» в 2017-2018 г., не содержит каждый признак изобретения, приведённый в независимом пункте содержащейся в патенте формулы изобретения (патент № «Многофункциональный двухместный боевой вертолёт круглосуточного действия, комплекс радиоэлектронного оборудования, используемый на данном вертолёте»), либо признак, эквивалентный ему и ставший известным в качестве такового в данной области техники до даты приоритета изобретения, а продукт «Вертолёты МИ-35М», произведённые ПАО «Роствертол» в 2017-2018 г., не содержат каждый признак изобретения, приведённый в независимом пункте, содержащийся в патенте формулы изобретения (патент РФ № «Транспортно-боевой вертолёт»), либо признак, эквивалентный ему и ставший известным в качестве такового до даты приоритета изобретения. Таким образом с учетом положений п. 3 ст. 1358 ГК РФ Ответчиком в 2017-2018 годах изобретения № и № не использовались. 

Соответственно оснований для выплаты вознаграждения соавторам изобретений № и № за использование данных изобретений в 2017-2018 годах нет.

Оценив представленные доказательства, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 и ФИО10 о взыскании авторского вознаграждения за использование изобретений № и 2340511 в 2017 и 2018 годах.

Разрешая встречные исковые требования ПАО «Роствертол», суд приходит к следующему.

Судом установлено, что из договора от ... №/ОГК-35/10 следует, что он заключен от имени авторов изобретения ФИО1 и Птицыным А.Н., действующим на основании соглашения авторов изобретения (реквизиты указанного соглашения отсутствуют).

В соответствии с пунктом 2 Договора №/ОГК-35/10 патентообладатель, со своей стороны, обязался поддерживать патент в силе в течение его срока действия и выплатить авторам:

- единовременное вознаграждение за создание изобретения в размере 100 000 руб. каждому автору, выплачиваемое патентообладателем в трехмесячный срок по получении патента;

- ежегодное общее авторское вознаграждение при выпуске патентообладателем новой продукции, изготовленной с использованием признаков формулы изобретения, в размере 0,15 (пятнадцать процентов) от прибыли, получаемой патентообладателем от его использования;

- ежегодное общее авторское вознаграждение при доработках патентообладателем изделий-прототипов с использованием признаков формулы изобретения в размере 0,2 (двадцать процентов) от прибыли, получаемой патентообладателем от его использования, стоимости доработки (или разновидности между прибылью, получаемой при выпуске недоработанных и дорабатываемых изделий).

Также настоящим пунктом указанного договора урегулированы порядок, условия выплаты вознаграждения, порядок распределения вознаграждения между авторами изобретения и иные вопросы, связанные с исполнением обязательств по данному договору.

Истцом ФИО1 в материалы дела представлено соглашение авторов патента № на изобретение «Транспортно-боевой вертолёт» и №.

Согласно п. 3 указанного соглашения при ведении переговоров и согласовании договоров (соглашений) с патентообладателем авторы согласились доверить право подписи «от Авторов» ФИО1 и Птицыну А. Н., которые обязуются заключить договоры (соглашения) с патентообладателями в месячный срок по получении решения ФИПС о выдаче патента.

Из договора №/ОГК-28-10 от ... следует, что он заключен от имени авторов изобретения ФИО1, ФИО17 и ФИО23, действующим на основании соглашения авторов изобретения (реквизиты указанного соглашения также отсутствуют).

В соответствии с пунктом 2 Договора №/ОГК-35/10 патентообладатель, со своей стороны, обязался поддерживать патент в силе в течение его срока действия и выплатить авторам:

- единовременное вознаграждение за создание изобретения в размере 100 000 руб. каждому автору, выплачиваемое патентообладателем в трехмесячный срок по получении патента;

- ежегодное общее авторское вознаграждение при выпуске патентообладателем новой продукции, изготовленной с использованием признаков формулы изобретения, в размере 0,15 (пятнадцать процентов) от прибыли, получаемой патентообладателем от его использования;

- ежегодное общее авторское вознаграждение при доработках патентообладателем изделий-прототипов с использованием признаков формулы изобретения в размере 0,2 (двадцать процентов) от прибыли, получаемой патентообладателем от его использования, стоимости доработки (или разновидности между прибылью, получаемой при выпуске недоработанных и дорабатываемых изделий).

Истцом ФИО1 в материалы дела представлено соглашение авторов патента № на изобретение.

В соответствии с п. 3 соглашения авторов патента № на изобретение при ведении переговоров и согласовании договоров (соглашений) с патентообладателем авторы согласились доверить право подписи «от Авторов» ФИО1, ФИО17 и ФИО23, которые обязуются заключить договоры (соглашения) с патентообладателями в месячный срок по получении решения ФИПС о выдаче патента.

В соответствии со ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Необходимость принятия во внимание буквального значения слов и выражений при толковании условий договора отмечена и в п. 43 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ... № «О некоторых вопросах применения общих положений ГК РФ о заключении и толковании договора».

Учитывая, что термин «заключение договора» предусмотрен ГК РФ и употребляется применительно к данному юридически значимому действию только в такой форме выражения, не имея нормативно установленных аналогов и синонимов, указанное в п. 3 соглашений право подписи при ведении переговоров и согласовании договоров (соглашений) не означает право на заключение договоров.

Таким образом, из буквального значения слов и выражений, употребленных при составлении соглашения авторов патента № на изобретение «Транспортно-боевой вертолёт» и № и соглашения авторов патента № на изобретение, следует, что ФИО1, Птицын А.Н., ФИО17 и ФИО23 были наделены полномочиями на ведение переговоров и согласование договоров, но не имели полномочий на заключение договоров от имени всех авторов патентов № и №.

Кроме того, квалифицируя соглашение авторов патента № на изобретение «Транспортно-боевой вертолёт» и № и соглашение авторов патента № на изобретение в части п.3 как договор поручения, по которому согласно п. 1 ст. 971 ГК РФ одна сторона (поверенный) обязуется совершить от имени и за счет другой стороны (доверителя) определенные юридические действия, суд учитывает следующее.

В соответствии с п.1 ст.975 ГК РФ доверитель обязан выдать поверенному доверенность (доверенности) на совершение юридических действий, предусмотренных договором поручения, за исключением случаев, предусмотренных абз.2 п.1 ст.182 настоящего Кодекса, которые к рассматриваемому не относятся.

Данная норма имеет императивный характер и содержит квалифицирующий признак договора поручения. Однако в материалы дела не представлены доверенности, выданные авторами изобретений по патентам № и № ФИО1, Птицыну А.Н., ФИО17 и ФИО23 предоставляющие право подписать и заключить договоры с Патентообладателями на выплаты вознаграждения за использование изобретения.

Согласно абз. 3 п. 4 ст. 1370 ГК РФ, если работодатель получит патент на служебное изобретение либо примет решение о сохранении информации о таком изобретении, в тайне и сообщит об этом работнику, либо передаст право на получение патента другому лицу, либо не получит патент по поданной им заявке по зависящим от него причинам, работник имеет право на вознаграждение. Размер вознаграждения, условия и порядок его выплаты работодателем определяются договором между ним и работником, а в случае спора - судом.

Следовательно, размер вознаграждения, условия и порядок его выплаты являются существенными условиями для данного вида договоров.

В представленных Истцами соглашении авторов патента № на изобретение «Транспортно-боевой вертолёт» и № и соглашении авторов патента № на изобретение не имеется сведений о согласовании авторами условий о размере вознаграждения, условия и порядок его выплаты при заключении договора с Патентообладателем.

Между тем, исходя из существа рассматриваемых правоотношений, один или некоторые из соавторов не вправе определить самостоятельно без согласия всех соавторов существенные условия договора с патентообладателем, предусматривающего порядок выплаты и размер вознаграждения, причитающегося всем авторам, поскольку положениями ГК РФ предусмотрено совместное обладание и распоряжение авторами своих прав на результат интеллектуальной деятельности и доходов от его использования (пункты 1, 3 ст. 1348, п.4 ст.1228, абз. 2, 3 п.3 ст.1229 ГК РФ). 

Поскольку требования ст. ст. 182, 183, 185 ГК РФ не были учтены при заключении указанных договоров, а так же в виду предоставления недостоверных сведений ФИО1, Птицыным А.Н., ФИО17, ФИО23 при заключении договоров №/ОГК-28-10 и №/ОГК-35/10, что они действуют от имени Авторов изобретений № и №, соавторы изобретений не определили размер вознаграждения, условия и порядок его выплаты и не доверили отдельным авторам ФИО1, Птицыну А.Н., ФИО17 и ФИО23 прав на определение данных условий и предмета договора с Патентообладателем, а также прав на заключение договора от имени всех Соавторов, что имеет существенное значение для исполнения обязательств по договору, ..., ПАО «Роствертол» направило заявление от отказе от договора №/ОГК-28-10 от ... за ИСХ. № авторам изобретения № (в том числе ФИО1, ФИО17, ФИО23, ФИО10) и заявление об отказе от договора №/ОГК-35-10 от ... авторам изобретения (в том числе ФИО1, Птицыну А.Н.) по патенту № за ИСХ. №.

В силу п. 2 ст. 431.2 ГК РФ сторона, полагавшаяся на недостоверные заверения контрагента, имеющие для нее существенное значение, наряду с требованием о возмещении убытков или взыскании неустойки также вправе отказаться от договора, если иное не предусмотрено соглашением сторон.

На основании п.п. 1, 2 ст. 450.1 ГК РФ предоставленное настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором. В случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным.

Как следует из материалов дела, ... ПАО «Роствертол» у авторов изобретения по патенту № запрошены сведения о передаче ФИО1, Птицыну А.Н. полномочий на заключение договора №/ОГК-35-10 от ..., а также копии соответствующего договора и соглашения авторов изобретения, на основании которого данный договор был заключен от имени авторов (т. 2, л.д. 177 – 203).

В ответ на вышеуказанный запрос часть авторов, а именно: ФИО5, ФИО9, ФИО6, ФИО2, сообщили о том, что полномочий на заключение договора №/ОГК-35-10 от ... от своего имени ФИО1 и Птицыну А.Н. не передавали (т. 2, л.д. 204 - 207).

Также, ... ПАО «Роствертол» направило всем авторам изобретения по патенту № запросы о предоставлении сведений о передаче ФИО1, ФИО17 и ФИО23 полномочий на заключение договора №/ОГК-28-10 от ... и самого документа, подтверждающего передачу таких полномочий (т. 3, л.д. 1 – 46).

На данный запрос часть авторов, в том числе ФИО5, ФИО15, ФИО27, ФИО16, ФИО2, ФИО18, ФИО12 сообщили, что полномочий на заключение договора №/ОГК-28-10 от ... от своего имени гражданам ФИО1, ФИО17 и ФИО23 не передавали (т. 3, л.д. 47 – 51, 58 - 59).

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что ФИО1, Птицын А.Н., ФИО17 и ФИО23, заключившие от имени всех авторов изобретений по патентам № и № договоры от ... №/ОГК-35/10 и №/ ОГК-28-10, предусматривающие обязанность ПАО «Роствертол» выплачивать авторам ежегодное вознаграждение в размере 15% от прибыли при условии использования изобретения, не имели соответствующих полномочий.

Исходя из полученной ПАО «Роствертол» по запросам от ... информации и учитывая недостоверные заверения ФИО1, Птицына А.Н., ФИО17, ФИО23 при заключении договоров №/ОГК-28-10 и №/ОГК-35/10, что они действуют от имени авторов изобретений № и №, ПАО «Роствертол» ... в соответствии со ст. 450.1 и 183 ГК РФ направило заявление от отказе от договора №/ОГК-28-10 от ... за ИСХ. № авторам изобретения № (в том числе ФИО1, ФИО17, ФИО23, ФИО10) (т.3, л.д.60 – 108) и заявление от отказе от договора №/ОГК-35-10 от 15.01. 2010 г. авторам изобретения (в т.ч. ФИО1, Птицыну А.Н.) по патенту № за ИСХ. № (т.2, л.д.212 – 238).

В указанных заявлениях ПАО «Роствертол» указывает, на то что в связи с получением информации об отсутствии у ФИО1, ФИО17, ФИО23, Птицына А.Н. полномочий на заключение договоров, уведомляет об отказе от договоров №/ОГК-28-10 и №/ОГК-35/10 в одностороннем порядке; договоры №/ОГК-28-10 и №/ОГК-35/10 от ... прекращены. 

В соответствии с п.1 ст.165.1 ГК РФ заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такое последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю.

Птицыным А.Н. заявление об отказе от договора было получено - ... ФИО23 заявление об отказе от договора было получено - ... ФИО10 заявление об отказе от договора получено ....

ФИО1 были направлены заявления об отказе от договоров по почте, однако почта не доставила данное заявление, срок хранения писем в почтовом отделении истек ....

Тем не менее, как указал ПАО «Роствертол», ФИО1 в рамках рассмотрения гражданских дел между ПАО «Роствертол» и ФИО1, о взыскании авторского вознаграждения за 2016 год по делам 2-9/2018 и 2-40/2018, рассмотренных Ворошиловским судом ... с принятием решения, вышеуказанные документы, а именно: запросы о предоставлении информации направленные всем авторам изобретения по патентам № и №, документы подтверждающие отправку данных запросов, ответы авторов, уведомления об отказе от договоров №/ОГК-28-10 от 15.01. 2010 г и №/ОГК-35/10 от 15.01. 2010 г., были получены.

ФИО17 были направлены заявление об отказе от договора по почте, однако почтой была зафиксирована неудачная попытка вручения 26.06.2017г., срок хранения истек .... 

Согласно абз. 2, 3 п. 67 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ... N 25 юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним (п.1 ст. 165.1 ГК РФ). Например, сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, в связи с чем она была возвращена по истечении срока хранения.

Риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат. Если в юридически значимом сообщении содержится информация об односторонней сделке, то при невручении сообщения по обстоятельствам, зависящим от адресата, считается, что содержание сообщения было им воспринято, и сделка повлекла соответствующие последствия (например, договор считается расторгнутым вследствие одностороннего отказа от его исполнения).

Таким образом, судом установлено, что ПАО «Роствертол» в связи с получением сведений об отсутствии у ФИО1, Птицына А.Н., ФИО17 и ФИО23 полномочий на заключение договоров от ... №/ОГК-35-10 и №/ ОГК-28-10, реализовано право на односторонний отказ от договоров предоставленный ст.183 ГК РФ. В соответствии с п.1 ст. 450.1 ГК РФ договор №/ОГК-28-10 и Договор 18/ОГК-35-10 прекратили свое действие (с момента получения в 2017 году уведомления ПАО «Роствертол» об одностороннем отказе от договоров).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п.13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ... № «О некоторых вопросах применения общих положений ГК РФ об обязательствах и их исполнении», в случае правомерного одностороннего отказа от исполнения договорного обязательства полностью или частично договор считается соответственно расторгнутым или измененным (п.2 ст.450.1 ГК РФ).

По изложенным основаниям, принимая во внимание, что после получения соответствующих уведомлений автор изобретений ФИО1 и правопреемник автора изобретения по патенту № ФИО10 обращаются в суд с исковыми требованиями, основанными на прекращенных в одностороннем порядке договорах, суд считает возможным удовлетворить встречный иск, признав договоры №/ОГК-35-10 от ... и №/ОГК-28-10 от ... расторгнутыми.

Доводы истцов по первоначальным искам о пропуске срока исковой давности, является необоснованным по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, заявления об отказе в одностороннем порядке от договоров направлено ПАО «Роствертол» авторам изобретений в июне 2017 г. С исковыми требованиями о взыскании с ПАО «Роствертол» авторского вознаграждения за 2017 – 2018 г.г. ФИО1 и ФИО10 обратились ..., ... и ... Встречный иск предъявлен ПАО «Роствертол» ... (протокол с/з от ..., т. 3, л.д. 110 – 115).

Согласно п. 1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 настоящего Кодекса.

В соответствии с п. 1 ст. 200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Таким образом, поскольку нарушение прав и законных интересов ПАО «Роствертол» связано с обращением ФИО1 и ФИО10 в суд с исковыми требованиями, основанными на договорах, прекращенных обществом в одностороннем порядке, срок исковой давности по требованию о признании договоров прекращенными (расторгнутыми) не истёк.

Относительно заявленных требований о взыскании судебных расходов суд приходит к следующему.

Заявление ПАО «Роствертол» о взыскании в его пользу судебных расходов по оплате судебных патентно-техническо-экономических экспертиз в размере 800 000 руб. с ФИО1 и в размере 200 000 руб. с ФИО10 подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч.2 ст.96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные рас-ходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части иска, в которой истцу отказано.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ... № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» при предъявлении иска совместно несколькими истцами или к нескольким ответчикам (процессуальное соучастие) распределение судебных издержек производится с учетом особенностей материального правоотношения, из которого возник спор, и фактического процессуального поведения каждого из них (ст. 40 ГПК РФ, ст. 41 КАС РФ, статья 46 АПК РФ).

Как следует из материалов дела, определением суда от ... назначена судебная патентно-техническо-экономическая экспертиза в рамках совместных исковых требований ФИО1 и ФИО10 о взыскании авторского вознаграждения за использование изобретений в 2017 г. Согласно платежному поручению расходы по оплате судебной экспертизы понесены ПАО «Роствертол» в 400 000 руб.

Учитывая, что в удовлетворении исковых требований отказано в полном объеме, расходы ответчика по оплате услуг эксперта в 400 000 руб. подлежат взысканию с истцов в равнодолевом порядке - по 200 000 руб. с каждого.

Определением суда от ... назначена судебная патентно-техническо-экономическая экспертиза по исковым требованиям ФИО1 о взыскании авторского вознаграждения по патентам за 2018 г. Согласно платежному поручению, расходы по оплате данной судебной экспертизы понесены ПАО «Роствертол» и составили 600 000 руб.

Таким образом, поскольку в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано в полном объеме, данные расходы подлежат отнесению на истца.

При таких обстоятельствах судебные расходы, понесенные ПАО «Роствертол» на оплату судебных экспертиз в рамках настоящего дела, в общем размере 1 000 000 руб. подлежат взысканию с истцов по первоначальным требованиям в следующем порядке: с ФИО1 в пользу ПАО «Роствертол» подлежит взысканию 800 000 руб. (200 000 + 600 000); с ФИО10 в пользу ПАО «Роствертол» - 200 000 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ПАО «Роствертол», третьи лица: ФИО2, Птицын А. Н., ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 о взыскании задолженности по выплате авторского вознаграждения за использование патента №... год в размере 990 000 рублей – отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО1, ФИО10 к ПАО «Роствертол», третьи лица: АО «Раменское приборостроительное конструкторское бюро», АО «НЦВ им. М.Л. Миля и Н.И.Камова», Министерство обороны Российской Федерации, ФИО2, Птицын А. Н., ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27 о взыскании авторского вознаграждения за пользование патентом № в 2017 году в пользу ФИО1 в размере 1 000 000 рублей, в пользу ФИО10 в размере 1 000 000 рублей, а также взыскании государственной пошлины в размере 13 200 рублей в пользу ФИО10 – отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ПАО «Роствертол», третьи лица: АО «Раменское приборостроительное конструкторское бюро», Министерство обороны Российской Федерации, ФИО2, Птицын А. Н., ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО10, ФИО26, ФИО27, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 о взыскании авторского вознаграждения за пользование патентом № и патентом №... год в размере 950 000 рублей – отказать.

Встречные исковые требования ПАО «Роствертол» о признании договоров №ОГК-28-10 от ... между ОАО «Роствертол» и Авторами патента на изобретение №, договора №/ОГК-35/10 от ... между ОАО «Роствертол» и Авторами патента на изобретение №, 2340511 расторгнутыми – прекращенными, удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 в пользу ПАО «Роствертол» расходы по оплате судебной экспертизы в размере 800 000 рублей.

Взыскать с ФИО10 в пользу ПАО «Роствертол» расходы по оплате судебной экспертизы в размере 200 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Ростовского областного суда через Ворошиловский районный суд г. Ростова-на-Дону в течение месяца с момента составления мотивированного решения суда.

Судья 

Мотивированное решение суда составлено 11 февраля 2020 г.