Дело № 2-194/2017 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

20 июня 2017 года г.Юрьев-Польский 

Юрьев - Польский районный суд Владимирской области в составе председательствующего судьи Михеева А.А.,

при секретаре Михеевой С.А.,

с участием старшего помощника прокурора Юрьев-Польского района Захарцева С.В., 

истцов ФИО1, ФИО2,

представителя истцов - адвоката Гоновой Т.В., представившей удостоверение № и ордер №, действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, 

ответчика ФИО3,

представителя ответчика - адвоката Турцева В.А., представившего удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 и ФИО2 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО4, ФИО1 и ФИО2 обратились в суд с иском к ФИО3 и просят взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> в пользу каждого из истцов.

Определением Юрьев-Польского районного суда Владимирской области от 20 июня 2017 года принят отказ от иска ФИО4 к ФИО3 в части взыскания компенсации морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей (л.д.217,222).

Иск мотивирован тем, что 15 октября 2015 года ответчик ФИО3, управляя автомобилем, совершил наезд на пешехода К.Н.Е., приходящегося истцам 

<

данные изъяты>, отчего тот впоследствии скончался. В возбуждении уголовного дела по данному факту было отказано, однако в результате гибели близкого человека истцам ФИО1 и ФИО2 причинен моральный вред, который подлежит компенсации. 

В судебном заседании истцы ФИО1, ФИО2, а также их представитель адвокат Гонова Т.В. исковые требования поддержали по изложенным основаниям, пояснив, что смертью отца им были причинены нравственные страдания, поскольку гибель близкого человека явилась необратимым обстоятельством, нарушающим их психическое благополучие как членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи. Также указали, что с отцом у них были близкие отношения, последний оказывал им меры материальной поддержки и его утрата до настоящего времени причиняет им страдания. 

Ответчик ФИО3 и его представитель адвокат Турцев В.А. исковые требования признали частично, ссылаясь на то, что вина ответчика в дорожно-транспортном происшествии (далее ДТП) отсутствует, указав на грубую неосторожность со стороны потерпевшего. Полагают размер подлежащей компенсации морального вреда завышенным, просили учесть материальное положение ответчика, наличие иждивенцев, а также его раскаяние в случившемся и принесение родственникам погибшего извинений.

Исследовав доказательства, выслушав стороны и заключение прокурора о необходимости частичного удовлетворения иска, суд приходит к следующему.

15 октября 2015 года около 18 часов 35 минут при движении в сторону города Владимира на 67 км. 243 м. автодороги Владимир-Юрьев-Польский-Переславль-Залесский ФИО3, находясь в состоянии алкогольного опьянения, управляя автомобилем «OpelMeriva» с государственным регистрационным знаком №, совершил наезд на пешехода К.Н.Е., который находясь в состоянии алкогольного опьянения двигался по проезжей части дороги в попутном движению автомобиля направлении, в темной одежде без светоотражающих элементов, не оценив расстояние до приближающихся транспортных средств, скорость последних, а также не убедившись в том, что его действия будут для него безопасны и он не создаст помех для движения транспортных средств. В результате данных нарушений Правил дорожного движения пешеход К.Н.Е. оказался на полосе движения в непосредственной близости перед приближающимся автомобилем под управлением ФИО3, что и привело к наезду. В результате ДТП К.Н.Е. получил опасные для жизни травмы, приведшие к его смерти ДД.ММ.ГГГГ. 

Данные обстоятельства подтверждаются как постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 15 июня 2017 года, вынесенным следователем СО ОМВД России по Юрьев-Польскому району, так и самими материалами проверки КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ по факту ДТП (л.д.23-190, 218-221).

Согласно протоколу осмотра места ДТП от 15 октября 2015 года со схемой и фототаблицами, на участке автодороги, где произошел наезд на К.Н.Е., отсутствует пешеходный переход. Следы, указывающие на место наезда, местонахождение автомобиля «OpelMeriva», повреждения на автомобиле, указывают на то, что наезд на К.Н.Е. был совершен данным транспортным средством.

Также было установлено место наезда на пешехода, которое находилось в 1,9 метрах от правого края проезжей части, при ее ширине 7,3 метра. К.Н.Е. был одет в кожаную куртку черного цвета, свитер черного цвета, светло голубые джинсы, темные носки и ботинки, при отсутствии светоотражающих элементов в одежде.

Опрошенный в ходе проверки ФИО3, не отрицая факта наезда на К.Н.Е., пояснил, что в вышеуказанное время он следовал на своем автомобиле «OpelMeriva» с государственным регистрационным знаком № со скоростью около 70 км/ч по автодороге Юрьев-Польский - Владимир в сторону г. Владимира, в районе автозаправочной станции, заметил пешехода стоящего на его полосе движения. ФИО3 попытался предотвратить ДТП, выехав на полосу предназначенную для встречного движения, однако избежать наезда на пешехода ему не удалось.

Указанные объяснения согласуются с объяснениями свидетеля С.А.А., показавшего, что 15 октября 2015 года около 18 часов 30 минут двигался по указанной автодороге в сторону города Владимира за автомобилем «OpelMeriva» с государственным регистрационным знаком №, со скоростью 60-70 км./ч. Впереди идущий автомобиль «OpelMeriva» резко повернул на полосу предназначенную для встречного движения и он увидел, как что то, отлетело в сторону, после чего он и водитель «OpelMeriva» остановились и обнаружили в кювете дороги мужчину без признаков жизни и сообщили о случившемся по телефону экстренной службы.

По выводам эксперта, изложенным в заключении № от ДД.ММ.ГГГГ в данной дорожной ситуации водитель автомобиля «OpelMeriva» не имел технической возможности предотвратить наезд на пешехода путем применения экстренного торможения.

Согласно заключению государственного судебно-медицинского эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ смерть К.Н.Е. наступила от несовместимых с жизнью повреждений костей скелета и внутренних органов. Вышеуказанные повреждения причинены при ударе частями автомашины с последующим падением на нее и отбрасывании тела на покрытие дороги. Первичный удар бампером автомашины был нанесен в заднюю поверхность левой голени. В крови трупа обнаружено 2,8 промилле этилового спирта. Такая концентрация этилового спирта в крови у живых лиц может соответствовать сильной степени алкогольного опьянения.

Из объяснения Р.С.С. от 15 октября 2015 года следует, что в день гибели, незадолго до произошедшего ДТП, он подвозил 

<

данные изъяты> К.Н.Е. на принадлежащем ему автомобиле, который находился в состоянии алкогольного опьянения и высадил его в районе автозаправочной станции на 67 километре автодороги Владимир-Юрьев-Польский.

Факт смерти К.Н.Е. ДД.ММ.ГГГГ, подтверждается свидетельством о его смерти, выданным отделом ЗАГС администрации муниципального образования Юрьев-Польский район ДД.ММ.ГГГГ (л.д.16).

По положениям п.4.1 Правил дорожного движения, пешеходы должны двигаться по тротуарам, пешеходным дорожкам, велопешеходным дорожкам, а при их отсутствии - по обочинам. 

При отсутствии тротуаров, пешеходных дорожек, велопешеходных дорожек или обочин, а также в случае невозможности двигаться по ним пешеходы могут двигаться по велосипедной дорожке или идти в один ряд по краю проезжей части (на дорогах с разделительной полосой - по внешнему краю проезжей части).

При движении по краю проезжей части пешеходы должны идти навстречу движению транспортных средств. Лица, передвигающиеся в инвалидных колясках без двигателя, ведущие мотоцикл, мопед, велосипед, в этих случаях должны следовать по ходу движения транспортных средств.

При переходе дороги и движении по обочинам или краю проезжей части в темное время суток или в условиях недостаточной видимости пешеходам рекомендуется, а вне населенных пунктов пешеходы обязаны иметь при себе предметы со световозвращающими элементами и обеспечивать видимость этих предметов водителями транспортных средств.

Изложенное в совокупности свидетельствует о том, что гибель К.Н.Е., находящегося в состоянии алкогольного опьянения, произошла из-за его грубой неосторожности, ввиду явного пренебрежения элементарными правилами движения, что содействовало причинению вреда и вины ответчика, как причинителя вреда, в его смерти не имеется. 

Согласно п.п.1 и 2 ст.1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. 

В соответствии с п.1 ст.1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 ст.1083 ГК РФ. 

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.). 

В данном случае вина ответчика в причинении вреда не установлена, однако действия ФИО3, управлявшего принадлежащим ему автомобилем в состоянии алкогольного опьянения, были связаны с повышенной опасностью для окружающих и на него, как на владельца источника повышенной опасности, возлагается обязанность по возмещению вреда, независимо от его вины. Данных о том, что гибель К.Н.Е. произошла в результате его умысла или непреодолимой силы, что освобождало бы ответчика от гражданско-правовой ответственности, не представлено.

В силу п.п.2 и 3 ст.1083 ГК РФ, при грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении не допускается.

Суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно. 

Следуя свидетельствам о рождении, К.Н.Е. является 

<

данные изъяты> ФИО1 и ФИО2 (до заключения брака ФИО5) В.Н. (л.д.15,202-204).

Разрешая требования истцов о взыскании компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

В соответствии со ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд также должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу ст.1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни и здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно п.2 ст.1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случае, когда вина его является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, данным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции РФ.

Учитывая приведенные положения действующего законодательства, ФИО3 являющийся владельцем источника повышенной опасности и управлявший им в момент совершения дорожно-транспортного происшествия повлекшего смерть К.Н.Е., несет ответственность перед истцами независимо от отсутствия его вины в дорожно-транспортном происшествии.

В связи с этим суд считает исковые требования о компенсации морального вреда обоснованными, поскольку в связи с гибелью в ДТП К.Н.Е., приходящегося 

<

данные изъяты> ФИО1 и ФИО2, истцы не могли не испытать физических страданий и нравственных переживаний.

Имея ввиду, что жизнь и здоровье относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита является приоритетной, исходя из фактических обстоятельств дела, а также обстоятельств произошедшего ДТП исследованных судом, грубой неосторожности самого К.Н.Е., принципа разумности и справедливости, учитывая что дети погибшего претерпевали нравственные страдания в связи со смертью близкого им человека, а также, имущественное положение ответчика имеющего на иждивении двоих малолетних детей, суд определяет размер компенсации морального вреда подлежащей взысканию с ФИО3 в 

<

данные изъяты> рублей в пользу каждого из истцов.

При этом, такой размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. 21 и 53 Конституции РФ), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими с одной стороны максимально возместить причиненный моральный вред, а с другой не допустить неосновательного обогащения потерпевших. 

Таким образом, определенный судом размер компенсации морального вреда в полной мере отвечает признакам справедливого вознаграждения потерпевших за перенесенные страдания.

В соответствии со ст.88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. 

В соответствии со ст.103 ГПК РФ, подлежит взысканию с ответчика в доход бюджета государственная пошлина с учетом требований имущественного характера и имущественного характера не подлежащего оценке (требование о компенсации морального вреда), от уплаты которой истцы при подаче иска освобождены, что составляет 

<

данные изъяты> рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 и ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 200000 (двести тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 200000 (двести тысяч) рублей.

В остальной части исковые требования ФИО1 и ФИО2 оставить без удовлетворения.

Взыскать с ФИО3 в доход бюджета муниципального образования Юрьев-Польский район госпошлину в размере 600 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во Владимирский областной суд через Юрьев-Польский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 23 июня 2017 года.

Судья: подпись А.А. Михеев