Дело №RS0014-01-2020-001436-82.

(Производство № 1-196/2020).

П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РБ, г. Октябрьский. 22 сентября 2020 года.

Октябрьский городской суд РБ в составе:

председательствующего судьи Зарипова В.А.,

с участием государственных обвинителей Латыповой Г.М., Семенова Д.А., Агапитова Д.Г.,

подсудимой ФИО1,

защитника Самородова А.М., представившего удостоверение №,

при секретаре Котельниковой А.Б.,

а также с участием потерпевшей Потерпевший №1,

представителя потерпевшей- адвоката Рахматуллиной З.Р., представившей удостоверение №,

рассмотрев материалы уголовного дела в отношении 

ФИО1, 

ДД.ММ.ГГГГ г.р., уроженки 

<

адрес> зарегистрированной по адресу: 

<

адрес>, проживающей по адресу: 

<

адрес>, гражданки 

<

данные изъяты>, ранее не судимой, 

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ст.105 ч.1 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л :

5 ноября 2019 года в период с 23 часов до 23 часов 56 минут в комнате 

<

адрес> ФИО1 умышленно на почве возникших в ходе ссоры личных неприязненных отношений с целью причинения смерти, используя в качестве оружия нож, нанесла один удар ножом в область грудной клетки слева ФИО2, причинив потерпевшему тяжкий вред здоровью, опасный для его жизни в виде проникающего колото-резаного ранения грудной клетки слева, входной раной в проекции 3-его межреберья между сосковой и передне-подмышечной линии с раневым каналом, идущим спереди назад, под небольшим углом сверху вниз, справа налево относительно вертикальной оси человека, проникающим в левую плевральную полость грудной клетки с повреждением по его ходу подкожной клетчатки, межреберных мышц и заканчивающимся в 3,1 см. на передней поверхности верхней доли левого легкого, длиной раневого канала от раны на коже до раны на легочной артерии 7-10 см.

От обильной кровопотери, сопровождавшейся геморрагическим шоком, вследствие колото-резаного ранения грудной клетки с повреждением левого легкого смерть ФИО2 наступила на месте происшествия, и ФИО1 совершила убийство потерпевшего.

Вина подсудимой ФИО1 подтверждается следующими доказательствами, а именно: 

Подсудимая ФИО1 в судебном заседании свою вину признала частично и показала, что 5 ноября 2019 года у себя дома она вместе с супругом ФИО2, Свидетель №1, Свидетель №5, Свидетель №4 и Свидетель №2 распивала спиртное. Она с ФИО2 поругалась, и тот избил ее в коридоре. Потом Свидетель №4 и Свидетель №5 ушли. Свидетель №1 лег спать. Она с Свидетель №2 тоже пошла к Свидетель №5. ФИО2 и Свидетель №1 закрыла на замок. У Свидетель №5 были больше часа. ФИО2 звонил ей, кричал, был агрессивный. Она боялась, что он ее изобьет. Ранее избиения были. Так в конце октября 2019 года ФИО2 избил ее. 2-3 ноября 2019 года тоже таскал, удерживал, не отпускал ее. Когда они уходили от Свидетель №5, она взяла нож, положила его в рукав. Свидетель №2 спросила, зачем она берет нож. Она ответила, что ФИО2 ее избил, мало ли чего может случиться, чтобы больше не избил. Когда пришли домой, двери были открыты. На двери изнутри были вмятины, замок сломан. Свидетель №1 спал. В комнате был Свидетель №3. ФИО2 сидел, потом встал. Она стала спрашивать, зачем сломали дверь, требовала покинуть комнату. ФИО2 стал ее оскорблять, произошел словесный конфликт. Затем ФИО2 резко замахнулся табуретом. Нож у нее был в правом рукаве. Она испугалась, махнула рукой и нож упал. Они оба потянулись за ножом. Она хотела, чтобы ФИО2 не взял нож. Взяв нож, она стала махать перед собой в горизонтальной плоскости, чтобы ФИО2 к ней не подходил. ФИО2 в это время сидел на корточках. Возможно, он хотел отобрать, видимо вскочил, она хотела оттолкнуть его, и произошел удар ножом. Потом она уронила нож, Свидетель №3 его забрал. ФИО2 положили на диван. Она пыталась закрыть рану. Потом помыла руки. Когда приехала «Скорая помощь» она была на месте. К Свидетель №5 не убегала, спрятать ее не просила, но ходила в общежитие, где живет Свидетель №5.

Ранее она говорила, что ранение было нанесено в борьбе за нож, а в настоящее время- когда махала ножом, потому что в начале она была испуганная.

Свидетели дают другие показания, потому что Свидетель №3 является родственником ФИО2, с Свидетель №1 у нее всегда были плохие отношения. Почему поменяла показания Свидетель №2, не знает. Следователь сказал, что у нее со Свидетель №3 близкие отношения. Почему Свидетель №5 и Свидетель №4 говорят, что она приходила к ним и просила спрятать, не знает. Никто не говорит о ее избиении ФИО2, потому что они этого никогда не подтверждали, они друзья, а Свидетель №2, возможно, не помнит.

Потерпевшая Потерпевший №1 в судебном заседании показала, что она является матерью ФИО2. О смерти сына узнала ночью 6 ноября 2019 года. Она поехала на место. Свидетель №1 сказал, что ФИО2 пришла из другого общежития уже с ножом. О конфликте между сыном и ФИО2 не рассказывали. 

Бывало, что после ссор или сын или ФИО2 уходили из дома. Сын у нее не ночевал, но ночевал у сестры Дианы. О совместной жизни сына и ФИО2 особо не знает, ее не посвящали. Днем 5 ноября 2019 года сын говорил, что ФИО2 пьет. Сын был спокойный. При ней много не пил. После употребления спиртного не скандалил. При ней руку на ФИО2 не поднимал. Об этом ей известно только от самой ФИО2. Задолго до смерти сына ФИО2 говорила, что он ее побил, что они подрались. Телесных повреждений у ФИО2 не видела. Один раз видела гематому под глазом. Она не слышала, чтобы ФИО2 угрожала ее сыну убийством.

Свидетель Свидетель №1 в судебном заседании показал, что 5 ноября 2019 года он с ФИО2, ФИО2 и Свидетель №2 пили у ФИО2 дома. Около 20 часов ФИО2 и Свидетель №2 закрыли их, и ушли, как он понял- в соседнее общежитие. Им позвонил Свидетель №3, приехал к ним после 22 часов. Они выдавили дверь. Стали распивать пиво, звонили ФИО2 и Свидетель №2, те не отвечали. После 23 часов пришли обе. Свидетель №2 осталась на пороге, позади ФИО2. Все произошло быстро. Вроде между ФИО2 была словесная перепалка. ФИО2 был возле стола, между столом и шкафом. Он стоял или встал, когда зашла ФИО2. Был с ней лицом к лицу. Откуда у ФИО2 появился нож, не видел, но как понял- из рукава. В комнате она нож взять не могла, нож был у нее с собой. Вроде ФИО2 блокировал удар. Все было быстро, поэтому детально описать не может. Нож упал, ему нож дал Свидетель №3. Нож был в крови, он убрал его под палас. В 23 часа 55 минут он вызвал «Скорую помощь». ФИО2 убежала, помощь не оказывала. Вроде бы ФИО2 просила вернуть нож. ФИО2 в это время уже упал. 

Не было такого, чтобы ФИО2 угрожал ФИО2 или замахивался на нее. Он сам был нетрезвый, но адекватный. Были ли претензии по поводу двери, точно не знает. Что говорила ФИО2, когда пришла, не помнит. Ранее ФИО2 ссорились, но по поводу нанесения телесных повреждений, не знает.

Свидетель Свидетель №2 в судебном заседании показала, что 5 ноября 2019 года она с Свидетель №1 и ФИО2 у них дома распивала спиртное. Потом с ФИО2, заперев дверь, ушли в другой дом к Свидетель №5. Там был Свидетель №4. Вместе они продолжили пить спиртное. ФИО2 позвонил ФИО2. После этого они резко собрались обратно. ФИО2 взяла нож, сказав, что берет его на всякий случай, вдруг что произойдет. Куда она положила нож, не помнит. Они поднялись на 4 этаж, обе двери были открыты. Она шла сзади ФИО2. Когда зашли в комнату, ФИО2 стоял перед ФИО2, Свидетель №3 сидел, а Свидетель №1 не помнит. Помнит, как ФИО2 наносила удары в сторону плеча ФИО2. Было ли у нее что-нибудь в руках, не помнит. Удары были правой рукой сверху. Удары были нанесены через 2-3 минуты после их прихода. Причину не помнит. ФИО2 начал падать. После нанесения ударов борьбы не было. Потом она видела нож, когда Свидетель №3 вроде с пола убрал его на стол. Она растерялась, и побежала к Свидетель №5, вернулась с ними. ФИО2, вроде бы, была в комнате. Кто вызвал «Скорую помощь», не помнит. На диван ФИО2 положили, вроде бы, Свидетель №1 и Свидетель №3.

В связи с существенными противоречиями по ходатайству государственного обвинителя были оглашены показания Свидетель №2 на предварительном следствии (т.1, л.д.204-209, 241-244, 245-248).

При допросе в качестве свидетеля (т.1, л.д.241-244) Свидетель №2 показала, что когда они вернулись в комнату, ФИО2 стала спрашивать, зачем ФИО2 сломал дверь. ФИО2 в ответ что-то сказал, и они начали ругаться. ФИО2 начал угрожать ФИО2. В этот момент у ФИО2 нож упал на пол. ФИО2 нагнулся, чтобы поднять, но ФИО2 первой взяла нож. Она, держа нож в правой руке, хотела оттолкнуть ФИО2 и попала ножом в район плечевого сустава.

В последующем (т.1, л.д.204-209, 245-248) Свидетель №2 стала говорить, что ФИО2, зайдя в комнату, подошла к ФИО2, который стоял у стола. Встала на расстоянии вытянутой руки. ФИО2 загораживала обзор, поэтому она не видела, что находится у нее в руках. ФИО2 сделал один удар правой рукой. Траектория удара начиналась от области плеча-головы ФИО2 в сторону ФИО2. Куда пришелся удар, не видела. Нож увидела, когда тот упал на пол. ФИО2 угрожал только словесно. ФИО1 не прикасался, не бил ее, в руках ФИО2 ничего не было. Она не помнит, как ФИО2 после удара повалил ФИО2 на пол, но помнит, что та лежала на полу.

После оглашения, Свидетель №2 пояснила, что самые первые показания она не подтверждает. Не подтвердила их и на очной ставке. Она заблуждалась, была в шоке и нетрезвая, поэтому додумала.

Свидетель Свидетель №3 в судебном заседании показал, что 5 ноября 2019 года он был в бане у друга Дениса. Потом позвонил Свидетель №1. Тот ответил, что находится в доме № 16 по ул.Пугачева у ФИО2. Он взял пиво и около 23-23 часов 30 минут приехал к ним. Дверь была заперта. Ее отогнули и замок открылся. В комнате были ФИО2 и Свидетель №1. Они за столом стали пить пиво. ФИО2 попросил у него телефон, чтобы позвонить свой супруге ФИО2. Та вызов отклонила. Потом перезвонила с телефона Свидетель №5. ФИО2 начал ругаться с ФИО2. Оба кричали по поводу двери. ФИО2 спрашивала, как он попал через запертую дверь. ФИО2 оба отключали телефоны, потом перезванивали друг другу. Когда они пили вторую бутылку пива, в комнату зашла ФИО2, за ней следом Свидетель №2. Они в это время сидели за столом. ФИО2 стала ругаться из-за того, что сломали дверь, они стали ругаться. ФИО2 спрашивала, как он попал в комнату, почему в комнате находятся посторонние. ФИО2, сидевший слева от него, повернулся к ФИО2. У ФИО2 в руках и рядом с ним ничего не было. На столе были пластиковые бутылка и стаканы. ФИО2 приблизилась на расстояние вытянутой руки. Из правого рукава куртки достала большой кухонный нож. ФИО2 привстал, убрал стул под стол. ФИО2 табурет не поднимал, убрал его под стол, чуть приподняв. На ФИО2 табуретом не замахивался и в ее сторону движения не делал. ФИО2 спросил, что ли она хочет его порезать. ФИО2 в ответ сказала: «Что не веришь, что порежу?». Они продолжали ругаться. ФИО2 стала махать ножом перед собой. Клинок был со стороны большого пальца. Затем ФИО2 правой рукой сверху вниз нанесла 2-3 удара, как он видел в область груди. ФИО2 в это время уже стоял и, защищаясь, выставил перед собой левую руку. Возможно, при этом он сделал шаг вперед. Затем ФИО2 схватил ФИО2 за руку и уложил ее на пол, нож упал. ФИО2 уже, будучи раненым, нанес ФИО2 пощечину по левой щеке. Затем ФИО2 стал кричать, изо рта пошла кровь. Свидетель №2 все время находилась у двери. ФИО2 и Свидетель №1 уложили ФИО2 на диван. Вызвали «Скорую помощь». Затем ФИО2 велела Свидетель №2 идти в соседнее общежитие к Свидетель №5 и Свидетель №4. ФИО2 просила не сдавать ее, говорить, что зашел человек, порезал и убежал. После этого ФИО2 стала мыть руки. Он убрал нож с пола на стол, накрыл его полотенцем. ФИО2 просила вернуть нож, хотела его выбросить. Он ответил, что ФИО2 придет в себя и сам все решит. ФИО2 ушла за Свидетель №2. Он собрал бутылки, мусор, пошел следом, мусор выбросил. Перед уходом дал нож Свидетель №1, тот его перепрятал. Потом он позвонил Свидетель №5, тот не ответил. Затем он услышал крики ФИО2. После чего вышел Свидетель №5. Он объяснил ему, в чем дело, сказал про большой нож. Свидетель №5 сказал, что этот нож, наверное, его. В это время приехала «Скорая помощь» ФИО2 и Свидетель №2 зашли следом за медицинскими работниками. В комнате уже были сотрудники полиции. ФИО2 была нетрезвая, всю вину сваливала на него, говорила, что нож у него, к нему и все вопросы, а она ничего не знает.

Говорила ли ФИО2 при нанесении удара ножом, что убьет, не помнит. Когда он пришел к ФИО2 телесных повреждений, в том числе у ФИО2 на лице, не было. ФИО2 не говорил, что был конфликт. На очной ставке от ФИО2 узнал о драке. Когда в этот день пришел Свидетель №1, не знает. После его прихода они сидели около одного часа- одного часа двадцати минут.

С ФИО2 он общался близко. ФИО2 из-за ревности, бывало, устраивала скандалы. Один раз она кидалась на ФИО2, Тот в ответ нанес пощечину. Когда они снимали квартиру в 35 мкр., ФИО2 позвал его помочь забрать пакеты. Как он понял, ФИО2 хотел съехать. Левая рука у ФИО2 была синяя. Сказал, что на него накинулись ФИО2 со своей матерью. Они оба выпивали, но не запоями. ФИО2 свою супруг не бил, мог нанести пощечину, чтобы успокоить. ФИО2 по росту примерно одинаковые. ФИО2 был среднего телосложения.

Свидетель Свидетель №4 в судебном заседании показал, что 4 ноября 2019 года он был в гостях у Свидетель №5. Утром 5 ноября 2019 года они пошли в гости к ФИО2. Там распивали спиртное до вечера. Потом с Свидетель №5 пошли к нему домой. Через некоторое время к ним пришли ФИО2 и Свидетель №2. Они стали пить спиртное. ФИО2 уходила, потом вернулась. Ей позвонил супруг, и она услышала посторонние голоса. ФИО2 сказала, что она закрыла мужа, видимо сломали дверь. Из-за этого они ругались. Потом с Свидетель №2 ФИО2 пошла к себе домой. Через некоторое время Свидетель №2 вернулась и сказала, что ФИО2 порезала мужа. Они пошли к ФИО2. В подъезде встретили ФИО2, которая сказала, что зарезала ФИО2. Она стала просить увезти ее, спрятать. Они пошли в квартиру ФИО2. Там уже были работники «Скорой помощи». ФИО2 был уже мертвый, лежал на кровати. Свидетель №2 подробности не рассказывала. В комнате был порядок, ножа не видел. Там были Свидетель №3 и Свидетель №1. Свидетель №3 сказал, что ФИО2 зашла и сходу воткнула нож. На состояние двери он внимания не обратил.

В уголовно-исполнительную инспекцию ФИО2 он возил, но не 5 ноября 2019 года.

Свидетель Свидетель №5 в судебном заседании показал, что 5 ноября 2019 года он был у себя дома с Свидетель №4. Ходили ли к ФИО2, не помнит. Пришли ФИО2 и Свидетель №2, они вместе распивали спиртное. ФИО2 позвонил муж, они стали ругаться, что-то по поводу двери, что ее сломали. После этого они продолжили распитие спиртного. Затем ФИО2 и Свидетель №2 ушли. Через некоторое время Свидетель №2 прибежала и сказала, что ФИО2 пырнула мужа. Они пошли туда. В подъезде встретили ФИО2, она просила спрятать ее, увезти. ФИО2 обращалась не к нему, а к Свидетель №4. Как ФИО2 взяла нож, он не видел, иначе бы- не разрешил. Когда они пришли к ФИО2, там уже были сотрудники полиции. На состояние двери и порядок в комнате он внимания не обратил. Были ли у ФИО2 телесные повреждения, тоже не обратил внимания. В комнате были Свидетель №1 и Свидетель №3. Они сказали, что ФИО2 схватились, кто-то набросился на другого, и ФИО2 ударила ножом. Потом нож показывали, это был его нож. О том, что ФИО2 хочет убить мужа, не слышал. От ФИО2 и Свидетель №2 слышал, что в пьяном виде ФИО2 часто бил ее, угрожал придушить. Они ругались, что она любит выпить, хотя и сам любил выпить. Где-то за неделю-две до событий ФИО2 приходила заплаканная, на голове была шишка. Она сказала, что ее побил муж. Он сам видел, как ФИО2 со злости брал в руки нож, но положил его. Один раз ФИО2 и сестра ФИО2- Диана рассказывали, что ФИО2 душил свою жену. Его оттащили ребята.

Свидетель Свидетель №6 в судебном заседании показал, что 6 ноября 2019 года он опрашивал ФИО2. Та была адекватной. Может быть, опьянение и было, но не сильное. Объяснение ФИО2 давала добровольно, давления не было. ФИО2 показывала, как ударила ножом. Опрос был подробным. ФИО2 все рассказывала спокойно.

Свидетель Ф. М.А. в судебном заседании показала, что ФИО2 является ее дочерью. ФИО2 никогда не работал. Были постоянные драки и скандалы. В июне 2018 года, когда дочь была беременная, ФИО2 хотел воткнуть вилку в живот. Один раз дочь звонила, просила забрать. Она приехала, ФИО2 удерживал ФИО2. Она забрала дочь и ребенка. ФИО2 в пьяном виде забирал ребенка, находили их в разных местах. Он избивал ФИО2 до полусмерти. У дочери с детства проблемы с сердцем. Она тоже бывает агрессивной.

Свидетель К. А.А. в судебном заседании показала, что ФИО2 знает. С ФИО2 знакома 7-8 лет. Когда она вышла замуж, то с ФИО2 стала общаться меньше. Когда ФИО2 вышла замуж и забеременела, они снова стали общаться. Весной 2018 года они пришли в гости к ФИО2. ФИО2 был агрессивен в отношении ФИО2, то она не так сидит, то не так стоит. Ее супруг поговорил с ФИО2. В ответ ФИО2 стал проявлять агрессию в отношении ее супруга. ФИО2 говорила, что во время беременности ФИО2 ударил ее о зеркало. Она видела у ФИО2 гематомы. ФИО2 говорила, что ФИО2 избивал ее, когда выпивал лишнего. ФИО2 не говорила, что готова убить. Напротив, ФИО2 говорил, что если ФИО2 уйдет от него, то он убьет ее и ребенка. ФИО2 повода для ревности не давала, про ревность ничего не знает.

В ходе осмотра места происшествия (т.1, л.д.28-36) была осмотрена комната № 

<

адрес> и труп ФИО2 На грудной клетке слева трупа ФИО2 обнаружено проникающее колото-резаное ранение. Под паласом обнаружен нож. С места происшествия изъяты нож, 2 отрезка ленты-скотч со следами рук с бутылки из-под пива, 1 отрезок ленты-скотч со следами рук со шкафа, 2 отрезка ленты-скотч со следами рук с прозрачного стакана, 1 отрезок ленты-скотч со следами рук с желтого стакана, 1 отрезок ленты-скотч со следами рук с газовой плиты, 2 отрезка темной дактопленки со следами рук с кухонного гарнитура, которые затем были осмотрены (т.2, л.д.7-15).

В ходе освидетельствования (т.1, л.д.43) было установлено состояние алкогольного опьянения ФИО1 в количестве 0,927 мг/л выдыхаемого воздуха.

В ходе проверки показаний на месте (т.1, л.д.88-98) ФИО1 показала на место совершения преступления в комнате № 

<

адрес> и рассказала об обстоятельствах причинения ножевого ранения ФИО2 и указала, что у ФИО2 были маленькие ножницы, он замахнулся на нее табуретом. Она решила напугать ФИО2, нож у нее выпал. Они начали отбирать нож, и он воткнулся. Убивать она не хотела, умысла не было. Нож она держала в правой руке лезвием вверх.

В ходе следственного эксперимента (т.1, л.д.133-138) ФИО1 показала, каким образом было причинено ножевое ранение ФИО2. При этом она указала, что нож находился у нее в правой руке, она махала ножом перед ФИО2. Тот поднялся со стула, наклонился в ее направлении и произошел удар ножом. ФИО2 указала траекторию движения ножа в момент нанесения ранения- в горизонтальной плоскости слева направо от левого плеча.

В ходе проверки показаний на месте (т.1, л.д.217-236) свидетель Свидетель №3 показал на место совершения преступления, рассказал об обстоятельствах его совершения и указал, что ФИО1 сначала размахивала ножом на уровне живота ФИО2. Сделав около 2 взмахов, перехватила нож обратным хватом и опустила руку вниз. В этот момент ФИО2 сделал полшага в сторону ФИО2. Та подняла нож, лезвие которого было со стороны мизинца к своему правому плечу, и нанесла удар. ФИО2 выставил свою левую руку. Удар пришелся запястьем ФИО2 по руке ФИО2. Лезвие проходило за руку ФИО2 в сторону груди и входило в его куртку. ФИО2 нанесла таким образом 2-3 удара. Затем ФИО2 перехватил правой рукой правую руку ФИО2, вывернул ее и повалил на пол. Затем ФИО2 нанес ей 2 удара кулаком в область головы. После этого он оттащил ФИО2. Тот начал заваливаться.

В ходе выемки (т.2, л.д.27-30) в отделении СМЭ г.Октябрьский были изъяты футболка, куртка ФИО2 и препарат кожи с раной с трупа ФИО2, которые затем были осмотрены (т.2, л.д.7-15).

Заключением эксперта № 251 (т.2, л.д.35-50) установлено, что потерпевшему ФИО2 был причинен тяжкий вред здоровью, опасный для его жизни в виде проникающего колото-резаного ранения грудной клетки слева, входной раной в проекции 3-его межреберья между сосковой и передне-подмышечной линии с раневым каналом, идущим спереди назад, под небольшим углом сверху вниз, справа налево относительно вертикальной оси человека, проникающим в левую плевральную полость грудной клетки с повреждением по его ходу подкожной клетчатки, межреберных мышц и заканчивающимся в 3,1 см. на передней поверхности верхней доли левого легкого, длиной раневого канала от раны на коже до раны на легочной артерии 7-10 см.

Смерть ФИО2 наступила от обильной кровопотери, сопровождавшейся геморрагическим шоком, вследствие колото-резаного ранения грудной клетки с повреждением левого легкого.

Телесное повреждение получено от ударного воздействия острого предмета шириной лезвия на уровне погружения около 3 см., длиной клинка не менее 6 см., которым мог быть нож, обладающий такими характеристиками.

После получения телесного повреждения ФИО2 мог совершать самостоятельные активные действия промежуток времени, исчисляемый минутами.

Пострадавший находился лицом к нападавшему, вероятнее всего в вертикальном положении, что подтверждается ходом раневого канала спереди назад, справа налево под небольшим углом сверху вниз, относительно перпендикулярной оси человека.

В крови от трупа ФИО2 был обнаружен этиловый спирт 2,57 промилле, в моче- 3,81 промилле.

Заключением эксперта № (т.2, л.д.58) установлено, что у ФИО1 имелись телесные повреждения в виде кровоподтеков спинки носа, правого плеча, левого плеча, правого бедра, правого коленного сустава, правой голени, левой голени, ссадин левого предплечья, области крестца, правого коленного сустава, царапин правого предплечья, не повлекшие за собой кратковременного расстройства здоровью и расценивающиеся как повреждения, не причинившие вреда здоровью человека. Телесные повреждения могли быть причинены 5 ноября 2019 года.

Заключением эксперта № (т.2, л.д.67-69) установлено, что изъятый с места происшествия нож изготовлен промышленным способом по типу ножей хозяйственно-бытового назначения, к категории холодного оружия не относится.

Заключением эксперта № (т.2, л.д.78-80) установлено, что на мужской куртке и толстовке имеются колото-резаные повреждения, которые могли быть образованы ножом, изъятым в ходе осмотра места происшествия, а равно как и иным клинком шириной не более 31 мм. на участке вхождения в преграду.

Заключением эксперта № (т.2, л.д.91-95) установлено, что следы пальцев рук со стаканов с места происшествия оставлены ФИО2 и ФИО2.

Заключением эксперта №/М-К (т.2, л.д.104-112) установлено, что рана на препарате кожи из области груди слева от трупа ФИО2 является колото-резаной и могла быть причинена плоским колюще-режущим орудием, погруженная следообразующая часть которого имела острое лезвие, острие, «П»-образный на поперечном сечении обух толщиной около 1,5 мм., с хорошо выраженными, равномерными ребрами и ширину клинка на уровне погружения около 30 мм. Проведенным сравнительным исследованием установлено, что колото-резаная рана на препарате кожи сходна с экспериментальными колото-резаными следами, нанесенными клинком представленного ножа по всем выявленным групповым признакам. Вышеизложенное позволяет предположить, что колото-резаная рана на препарате кожи из области груди слева от трупа ФИО2 могла быть причинена клинком представленного на исследование ножа.

Заключением экспертов № (т.2, л.д.132-138) установлено, что ФИО2 каким-либо хроническим психическим расстройством или слабоумием не страдает, обнаруживает признаки Органического эмоционально-лабильного расстройства, с эписиндромом в анамнезе. Особенности психики выражены не столь значительно, не сопровождаются грубыми нарушениями мышления, памяти, интеллекта, критики и не лишают ее возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В период, относящийся к совершению инкриминируемого ей деяния, она не обнаруживала какого-либо временного психического расстройства и могла осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время она также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значения для дела и давать о них показания. В применении принудительных мер медицинского характера не нуждается.

В момент инкриминируемого деяния ФИО2 в состоянии аффекта или ином выраженном эмоциональном состоянии не находилась, на это указывают как отсутствие квалификационных признаков состояния выраженного аффективного деликта с типичной динамикой развития эмоциональных реакций и их внешними проявлениями, так и факт нахождения ее в состоянии алкогольного опьянения. ФИО2 находилась в состоянии эмоционального возбуждения на фоне алкогольного опьянения с проявления агрессии, которое не достигло степени выраженности и не оказало существенного влияния на ее сознание, контроль и руководство своими действиями. С учетом особенностей эмоционального состояния, которое не достигло степени выраженности (аффекта или иного выраженного эмоционального состояния) ФИО2 могла в полной мере понимать фактический характер и значение совершаемых ею действий и могла в полной мере руководить своими действиями. Свойственные ФИО2 индивидуально-психологические особенности не столь ярко выражены и в инкриминируемой ей ситуации не оказали существенного влияния на ее поведение, контроль и руководство своими действиями, т.к. не было нарушено звено сознательного криминального целеполагания (побуждения собственные, осознанные, направлены на реализацию своих намерений, цель ориентирована на конечный результат), критический и прогностический потенциал волевой саморегуляции поведения. Поведение ее в инкриминируемой ситуации было усугублено состоянием алкогольного опьянения, что облегчило проявление агрессии в ее поведении.

Заключением эксперта № (т.2, л.д.147-151) установлено, что на клинке ножа с места происшествия обнаружена кровь ФИО2.

Заключением эксперта № (т.2, л.д.167-181) установлено, что на трупе ФИО2 имелась колото-резаная рана на груди слева в проекции 3-го межреберья между среднеключичной (сосковой) и передне-подмышечной линиями, продолжающаяся в раневой канал направлением спереди назад, под небольшим углом сверху вниз и справа налево, проникающая в левую плевральную полость с повреждением по его ходу подкожной клетчатки, межреберных мышц и верхней доли левого легкого. 

Указанное телесное повреждение причинено колюще-режущим оружием, не исключается ножом. При этом траектория движения клинка колюще-режущего орудия (ножа), находящегося в руке нападавшего, была спереди назад, под небольшим углом сверху вниз и справа налево относительно потерпевшего.

Возможность причинения телесного повреждения, обнаруженного на трупе ФИО2, при обстоятельствах происшествия, указанных ФИО2, как в ходе проверки показаний на месте, так и в ходе проведения следственного эксперимента, не исключается.

Вышеуказанные показания и доказательства суд признает допустимыми, так как они добыты в рамках уголовного дела в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, полностью согласуются между собой и материалами уголовного дела, и как в отдельности, так и в совокупности изобличают подсудимую в совершении инкриминируемого ей деяния.

Помимо частичного признания ФИО2 своей вины, ее вина подтверждается следующими доказательствами. Экспертными заключениями установлено, что смерть ФИО2 наступила в результате причинения колото-резанного ранения грудной клетки слева ножом, обнаруженным на месте происшествия. На ноже обнаружена кровь потерпевшего ФИО2. Свидетель Свидетель №5 указал, что видел на месте происшествия свой нож. Свидетель Свидетель №2 указывает, что ФИО2 взяла нож в комнате Свидетель №5 в ее присутствии. Свидетели Свидетель №1 и Свидетель №3 прямо указывают на ФИО2 как на лицо, которое нанесло удар ножом потерпевшему. Свидетель Свидетель №2 также видела удары, наносимые ФИО2. Нанесение ножевого ранения не отрицает и сама подсудимая. Таким образом, судебным следствием установлено, что ножевое ранение ФИО2 нанесено именно подсудимой. 

Суд отвергает доводы подсудимой ФИО2 о причинении смерти по неосторожности как надуманные. ФИО2 заранее приискала орудие совершения преступления. Приисканное орудие по своим размерам было явно чрезмерно большим для возможной самообороны. Подсудимая утверждает, что ножевое ранение ею было нанесено в тот момент, когда она размахивала ножом в горизонтальной плоскости, а ФИО2 начал вставать. Она, отталкивая его, нанесла удар ножом. Свидетели Свидетель №1 и Свидетель №3 на всем протяжении предварительного следствия давали последовательные показания, которые подтвердили и в судебном заседании. Так свидетели, опровергая доводы подсудимой о том, что ФИО2 замахнулся на нее табуретом, говорят о том, что ФИО2, встав со стула, убрал его под стол, им не замахивался и его не приподнимал. Также свидетели указывают на то, что ФИО2 первоначально, держа нож клинком со стороны большого пальца, размахивала им перед ФИО2, а затем, перехватив нож обратным хватом, нанесла удар сверху вниз в область груди ФИО2. Их показания подтверждает и свидетель Свидетель №2, которая, хотя и не видела наличие в руке ФИО2 ножа, но видела нанесение удара сверху вниз. Таким образом, показания свидетелей Свидетель №1, Свидетель №3 и Свидетель №2 опровергают версию нанесения ранения, указанную ФИО2 при допросах, проверке ее показаний на месте и следственном эксперименте. Заключение эксперта № хотя и не исключает вероятность нанесения колото-резаного ранения при обстоятельствах, указываемых ФИО2, но в совокупности с выводами экспертного исследования № о вероятном вертикальном положении потерпевшего, а также с показаниями вышеуказанных свидетелей, подтверждает нанесение удара ножом сверху вниз в тот момент, когда ФИО2 стоял в вертикальном положении лицом к ФИО2.

Исходя из этого, следует, что действия ФИО2 были умышленными, а ее умысел был направлен именно на причинение смерти потерпевшему, поскольку удар ножом был нанесен в грудную клетку, то есть в место расположения жизненно-важных органов.

Позиция самой ФИО2 является непоследовательной. Первоначально она указывала на причинение ранения в ходе борьбы за нож после его падения на пол. В последующем ФИО2 изменила свои показания и стала говорить, что размахивала перед ФИО2 ножом, а тот встал со стула и наклонился в ее направлении, после чего и получил телесное повреждение. В судебном заседании ФИО2 вновь изменила свои показания и стала говорить, что после того, как она подняла упавший нож, стала размахивать ножом, а ФИО2 в это время сидел на корточках. Возможно, он хотел отобрать нож, вскочил, а она оттолкнула его, и произошел удар ножом.

Объяснения ФИО2 о том, по какой причине свидетели Свидетель №3, Свидетель №1 и Свидетель №2 дают иные показания, являются надуманными. В то же самое время ФИО2 не может объяснить, почему не совпадают показания свидетелей Свидетель №5 и Свидетель №4 с ее показаниями относительно обращения с просьбой спрятать ее.

Доводы защиты о том, что факт того, что ФИО2 сделал шаг вперед, подтверждает свидетель Свидетель №3 суд признает необоснованными, поскольку Свидетель №3 такие показания не давал. Он указал о том, что ФИО2, возможно, сделал шаг вперед уже после того как ФИО2 нанесла ему удары, а он, защищаясь, выставил свою руку вперед.

Доводы стороны защиты о том, что у ФИО2 имелись основания опасаться потерпевшего, поскольку тот и ранее применял в отношении нее физическую силу, не могут указывать на правомерность действий ФИО2, поскольку отрицательная характеристика по взаимоотношениям была дана не только ФИО2, но и самой подсудимой.

Убийство возможно лишь с прямым умыслом, то есть когда содеянное свидетельствовало о том, что виновный осознавал общественную опасность своих действий (бездействия), предвидел возможность или неизбежность наступления смерти другого человека и желал ее наступления.

При решении вопроса о направленности умысла виновного следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывать, в частности, способ и орудие преступления, количество, характер и локализацию телесных повреждений (например, ранения жизненно важных органов человека), а также предшествующее преступлению и последующее поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения.

Осуществляя свой преступный замысел, ФИО2 использовала нож большого размера. Удар ножом подсудимой был нанесен в область расположения жизненно-важных органов потерпевшего. На умысел на причинение смерти ФИО2 указывает локализация телесных повреждений. После этого ФИО2, попросив вернуть нож, предприняла попытку к сокрытию орудия преступления, а также обратившись за помощью к Свидетель №4, пыталась скрыться.

Исходя из вышеизложенного, следует, что способ и орудие преступления, характер и локализация телесных повреждений указывают на наличие у ФИО2 умысла на причинение смерти ФИО2. Подсудимая в момент совершения преступления осознавала общественную опасность своих действий, предвидела, что своими действиями может причинить потерпевшему смерть, желала ее причинения, поскольку ножевое ранение было нанесено в область расположения жизненно-важных органов- грудную клетку. 

Установленные у ФИО2 медицинской судебной экспертизой телесные повреждения, подтверждают факт применения ФИО2 в отношении подсудимой насилия. Однако применение насилия со стороны потерпевшего было достаточно задолго до происшествия, поэтому такие действия ФИО2 могут быть расценены только как обстоятельство, смягчающее наказание. Непосредственно в момент совершения ФИО2 преступления, ФИО2 какие-либо насильственные действия в отношении потерпевшей не совершал и не угрожал, между ними происходила словесная ссора. То есть какая-либо угроза для здоровья и жизни ФИО2 отсутствовала. 

В ч.1 ст.37 УК РФ общественно опасное посягательство, сопряженное с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, представляет собой деяние, которое в момент его совершения создавало реальную опасность для жизни обороняющегося или другого лица. О наличии такого посягательства могут свидетельствовать, в частности:

причинение вреда здоровью, создающего реальную угрозу для жизни обороняющегося или другого лица (например, ранения жизненно важных органов);

применение способа посягательства, создающего реальную угрозу для жизни обороняющегося или другого лица (применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия, удушение, поджог и т.п.).

Непосредственная угроза применения насилия, опасного для жизни обороняющегося или другого лица, может выражаться, в частности, в высказываниях о намерении немедленно причинить обороняющемуся или другому лицу смерть или вред здоровью, опасный для жизни, демонстрации нападающим оружия или предметов, используемых в качестве оружия, взрывных устройств, если с учетом конкретной обстановки имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.

Действия не могут признаваться совершенными в состоянии необходимой обороны, если вред посягавшему лицу причинен после того, как посягательство было предотвращено, пресечено, или окончено и в применении мер защиты явно отпала необходимость, что осознавалось оборонявшимся лицом. 

Уголовная ответственность за причинение вреда наступает для оборонявшегося лишь в случае превышения пределов необходимой обороны, то есть когда по делу будет установлено, что оборонявшийся прибегнул к защите от посягательства, указанного в части 2 статьи 37 УК РФ, такими способами и средствами, применение которых явно не вызывалось характером и опасностью посягательства, и без необходимости умышленно причинил посягавшему тяжкий вред здоровью или смерть. При этом ответственность за превышение пределов необходимой обороны наступает только в случае, когда по делу будет установлено, что оборонявшийся осознавал, что причиняет вред, который не был необходим для предотвращения или пресечения конкретного общественно опасного посягательства.

Угрозы для жизни и здоровья ФИО2 не было, поскольку в ходе судебного следствия такие обстоятельства установлены не были.

Подсудимая ФИО2 в момент совершения преступления не находилась в состоянии необходимой обороны либо в состоянии превышения пределов необходимой обороны и по тому основанию, что потерпевший ФИО2 находился в состоянии сильного алкогольного опьянения и не мог совершать активные и опасные насильственные действия в отношении подсудимой и реально создать какую-либо угрозу ее жизни или здоровью. 

Суд считает, что вышеуказанные действия подсудимой не могут быть расценены как неосторожные действия, а наоборот носили умышленный характер с целью причинения смерти, поскольку телесные повреждения ею наносились в область жизненно-важных органов потерпевшего, на что указывает локализация обнаруженных телесных повреждений у потерпевшего.

Также суд считает, что ФИО2 во время нанесения потерпевшему телесных повреждений не находилась в состоянии аффекта, поскольку она с начала предварительного следствия давала ясные, детальные и последовательные показания об обстоятельствах происшедшего, что свидетельствует о том, что она хорошо осознавала свои действия и руководила ими. На это же указывают и выводы комплексной стационарной психиатрической судебной экспертизы.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что подсудимая ФИО1 умышленно причинила смерть другому человеку и совершила убийство и ее действия следует квалифицировать по ст.105 ч.1 УК РФ.

При назначении наказания суд учитывает как характер и степень общественной опасности преступления, так и личность виновной, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденной и на условия жизни ее семьи. 

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, являются активное способствование раскрытию и расследованию преступления, явка с повинной (объяснение), наличие малолетнего ребенка, наличие заболеваний, аморальное и противоправное поведение потерпевшего, выразившееся в нахождении в состоянии алкогольного опьянения, учинение при этом ссоры с ФИО2 и нанесение ей телесных повреждений в день преступления.

Обстоятельством, отягчающим ее наказание, является совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, поскольку именно состояние алкогольного опьянения, в которое подсудимая ФИО2 сама себя привела, распив спиртной напиток, сняло внутренний контроль за ее поведением, вызвало немотивированную агрессию к потерпевшему, что привело к совершению ею особо тяжкого преступления против жизни и здоровья, что подтверждается выводами эксперта-психолога при производстве комплексной стационарной психиатрической судебной экспертизы.

Суд считает невозможным исправление ФИО2 без изоляции от общества и в целях восстановления социальной справедливости и предупреждения совершения новых преступлений назначает ей наказание в виде реального лишения свободы без ограничения свободы.

На основании ст.58 ч.1 п. «б» УК РФ отбывание наказания ФИО2 назначается в исправительной колонии общего режима.

Оснований для применения ст.62 ч.1, 64, 73 УК РФ, замены наказания принудительными работами, суд не усматривает. Менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение целей наказания.

Поскольку ФИО2 совершила преступление с прямым умыслом по мотиву личных неприязненных отношений, а также судом установлено обстоятельство, отягчающее наказание, суд приходит к выводу о том, что фактические обстоятельства совершенного преступления не свидетельствуют о меньшей степени его общественной опасности и оснований для изменения установленной законом категории преступлений в порядке ст.15 ч.6 УК РФ не усматривается.

Обсудив заявленный Потерпевший №1 гражданский иск о взыскании с ФИО1 денежной компенсации морального вреда в размере 500000 рублей, расходов на оплату услуг представителя в размере 40000 рублей, суд, учитывает характер и тяжесть причиненных гражданскому истцу нравственных и физических страданий, степень вины причинителя вреда, исходит из требований закона о разумности и справедливости. 

Преступление, повлекло смерть ФИО2. Потерпевший №1, являясь матерью ФИО2, понесла нравственные страдания в результате смерти сына. Поводом для совершения преступления стал обоюдный конфликт, что уменьшает степень причинителя вреда.

Поэтому на основании ст.151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ суд удовлетворяет требования о взыскании денежной компенсации морального вреда частично в размере 400000 рублей.

Требования о взыскании расходов на оплату услуг представителя на основании ст.131, 132 УПК РФ подлежат удовлетворению в полном объеме.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 307, 308, 309 УПК РФ,

П Р И Г О В О Р И Л :

ФИО1 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ст.105 ч.1 УК РФ и назначить ей наказание по этой статье в виде 10 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения в виде заключения под стражу ФИО2 оставить без изменения. 

Срок отбывания наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

На основании ст.72 ч.3.1. п. «б» УК РФ зачесть в срок отбывания наказания время содержания ФИО1 под стражей с 6 ноября 2019 года по день вступления приговора в законную силу из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Взыскать ФИО1 в пользу Потерпевший №1 денежную компенсацию морального вреда в размере 400000 (Четырехсот тысяч) рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 40000 (Сорока тысяч) рублей. 

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по г.Октябрьский СУ СК РФ по РБ, препарат кожи, нож, 10 отрезков ленты-скотч, куртку, толстовку, уничтожить, объяснение ФИО1, хранящееся в уголовном деле, хранить в уголовном деле.

Приговор может быть обжалован в Верховный суд РБ в течение 10 суток с момента его оглашения, а осужденной ФИО2 в тот же срок со дня вручения копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Председательствующий Зарипов В.А.

Документ набран на компьютере 22 сентября 2020 года.