Дело №2-2162/2019 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Ухтинский городской суд в составе: 

председательствующий судья Утянский В.И., 

при секретаре Евсевьевой Е.А.,

рассмотрев в отрытом судебном заседании 13 сентября 2019г. в г. Ухте гражданское дело по исковому заявлению К.Т. к Федеральной службе исполнения наказания Российской Федерации и Федеральному казенному учреждению ИК-8 УФСИН России по Республике Коми о взыскании компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

Истец обратился в суд с указанным исковым заявлением, указав в обоснование своих доводов, что с февраля 2017г. отбывает наказание в ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Коми. В учреждении нарушаются его права на материально-бытовое обеспечение. Так он является больным ...., в связи чем ему полагается повышенная норма питания в соответствии с приказом Минюста РФ от 17.09.2018г. №189, приложение №5. Вместе с тем, в учреждении данные требования нарушаются. Он не получает либо не регулярно получает мясо, рыбу, сахар, хлеб, томатную пасту, картофель, овощи, другие положенные продукты. Истец в связи с изложенным испытывал нравственные страдания и переживания, в связи с чем просит взыскать с ответчика в счет компенсации морального вреда 250000 руб.

Определением суда от 28.06.2019г. к участию в деле в качестве соответчика привлечена Федеральная служба исполнения наказаний РФ, 22.08.2019г. в качестве третьего лица привлечено УФСИН по РК.

Истец .... К.Т., отбывающий уголовное наказание в виде лишения свободы, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом, своего представителя в суд не направил и о наличии лица, которое могло бы представлять его интересы, суду не сообщил.

Будучи опрошенным в порядке ст. 155.1 ГПК РФ, истец пояснил, что на исковых требованиях настаивает. 

Представитель ответчика ФКУ ИК-8 УФСИН России по РК ФИО1, представляющая также на основании доверенности ФСИН России и УФСИН по РК, с иском не согласилась. 

Исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Статьей 55 Конституции РФ определено, что в Российской Федерации не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина (ч. 2); права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (ч. 3).

Такие ограничения, могут быть связаны, в частности, с применением в качестве меры государственного принуждения к лицам, совершившим преступления и осужденным за это по приговору суда, уголовного наказания в виде лишения свободы, особенность которого состоит в том, что при его исполнении на осужденного осуществляется специфическое воздействие, выражающееся в лишении или ограничении его прав и свобод и возложении на него определенных обязанностей.

В силу ч. 2 ст. 10 УИК РФ, при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Согласно ст. 21 Конституции Российской Федерации никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

В соответствии со ст. 25 Всеобщей декларации прав человека, принятой Генеральной Ассамблеей ООН, каждый человек имеет право на такой жизненный уровень, включая пищу, одежду, жилище, медицинский уход и необходимое социальное обслуживание, который необходим для поддержания здоровья и благосостояния.

Осужденные к лишению свободы отбывают наказание в исправительных учреждениях, где действует определенный порядок исполнения и отбывания лишения свободы (режим). Осужденные обязаны соблюдать требования федеральных законов, определяющих порядок и условия отбывания наказаний, а также принятых в соответствии с ними нормативных правовых актов, выполнять законные требования администрации учреждений и органов, исполняющих наказания (ст. 11 УИК РФ).

Минимальные нормы питания и материально-бытового обеспечения осужденных устанавливаются Правительством Российской Федерации. Нормы материально-бытового обеспечения осужденных утверждаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний.

.... К.Т. осужден к уголовному наказанию в виде лишения свободы приговором суда, в учреждение ФКУ ИК-8 УФСИН России по РК (г. Ухта) прибыл 20.02.2017г., неоднократно направлялся в ФКЛПУБ-18 УФСИН России по РК для обследования и лечения.

Истец связывает причинение ему нравственных страданий с ненадлежащим питанием в исправительном учреждении.

На основании ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии с действующим законодательством гражданско-правовая ответственность причинителя вреда наступает в том случае, если имеется причинно-следственная связь между его виновным поведением и наступившим вредом. Недоказанность одного из названных элементов состава правонарушения влечет за собой отказ суда в удовлетворении исковых требований.

Таким образом, обязательными условиями наступления ответственности за причинение морального вреда являются вина причинителя вреда, причинно-следственная связь между его виновным поведением и наступившим вредом.

Для применения ответственности, предусмотренной ст. 1069 ГК РФ, лицо, требующее возмещение убытков, за счет государства, должно доказать противоправность действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) названных органов и возникшими убытками, а также размер причиненного вреда.

Статьей 151 Гражданского кодекса РФ установлено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно разъяснениям п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» при разрешении споров о компенсации морального вреда суду необходимо выяснять, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 11.04.2005г. №205 установлены минимальные нормы питания и материально-бытового обеспечения осужденных к лишению свободы, а также о нормы питания и материально-бытового обеспечения подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в следственных изоляторах Федеральной службы исполнения наказаний, в изоляторах временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел Российской Федерации и пограничных органов федеральной службы безопасности, лиц, подвергнутых административному аресту, задержанных лиц в территориальных органах Министерства внутренних дел Российской Федерации на мирное время.

Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 17.09.2018г. №189 соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 11.04.2005г. № 205 утверждены: повышенная норма питания для осужденных, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений несовершеннолетних, содержащихся в учреждениях Федеральной службы исполнения наказаний, на мирное время (приложение №3); повышенная норма питания для осужденных, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, являющихся инвалидами I и II групп, содержащихся в учреждениях Федеральной службы исполнения наказаний, на мирное время (приложение №4); повышенная норма питания для больных, осужденных к лишению свободы, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, содержащихся в учреждениях Федеральной службы исполнения наказаний, на мирное время (приложение №5); рационы питания для осужденных, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений в случаях, если предоставление горячей пищи невозможно, на мирное время (далее - рационы питания) (приложение №6).

Указанным приказом также определены нормы замены одних продуктов питания другими при организации питания осужденных, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в учреждениях Федеральной службы исполнения наказаний, на мирное время (приложение №7).

Судом установлено, что питание в столовой учреждения осуществляется ежедневно, включает в себя завтрак, обед и ужин. При составлении раскладки продуктов питания применяется приказ ФСИН России №696 от 02.09.2016г. «Об утверждении Порядка организации питания осужденных, подозреваемых и обвиняемых, содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы». При этом многие продукты не выдаются в чистом виде, а добавляются в варочный котел при приготовлении пищи (растительное масло, томатная, паста, мясо блочное, свежий лук, морковь, картофель и др.).

Из представленных в материалы дела ежемесячных актов контрольно-показательной варки пищи следует, что замечаний по качеству приготовления пищи, соблюдению норм закладки продуктов, не установлено.

Из медицинской справки следует, что ФИО2 наблюдается в медицинской части с диагнозом: ВИЧ-инфекция, стадия вторичных заболеваний 4А, фаза нестойкой ремиссии на фоне ВААРТ, хроническая обструктивная болезнь легких, распространенная дорсопатия, хронический алкоголизм. Категория труда – трудоспособен с исключением тяжелого физического труда, ночных смен, переохлаждений.

Осужденный .... К.Т. получает повышенное питание по медицинским показаниям (приложение №5, примечание 1В и доп.питание 2А).

Суд полагает, что указание истцом на отсутствие ряда продуктов питания, является недостаточным основанием для взыскания компенсации морального вреда, поскольку указанные недостатки не свидетельствуют о содержании истца в условиях несовместимых с уважением человеческого достоинства, а здоровье и благополучие истца подвергались бы угрозе.

Решением Ухтинского городского суда от 26.03.2018г. по делу №2-589/2018 по иску .... К.Т. к ФКУ ИК-8 УФСИН России по РК установлено, что осужденный .... К.Т. получает повышенную норму питания, при этом доводы истца о не получении надлежащего усилиненного диетического питания подтверждения не нашли.

В соответствии с ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. 

Вместе с тем, указанным судебным постановлением не установлено нарушений в части питания истца. Тем самым, доводы истца в данной части не нашли своего подтверждения.

Суд также учитывает, что действия (бездействия) администрации учреждения в данной части незаконными не признавались, соответствующие судебные постановления по данным обстоятельствам не выносились.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссыпается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. При этом из ст. 57 ГПК РФ следует, что доказательства предоставляются сторонами.

Следовательно, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий; при этом активность суда, являющеегося субъектом гражданского судопроизводства, в собирании доказательств законодательно ограничена.

Такой способ защиты права как денежная компенсация морального вреда предусмотрена законом не для всех случаев причинения гражданину физических или нравственных страданий, а только для защиты от таких действий, которые нарушают личные неимущественные права гражданина либо посягают на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.

В силу закона истец, полагающий, что чьими-либо действиями ему причинен моральный вред, обязан доказать обстоятельства причинения вреда, незаконность действий причинителя вреда, а также причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) и наступившим вредом. Отсутствие одного из названных элементов является основанием для отказа в иске.

Как предусмотрено п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что сами по себе нарушения личных неимущественных прав потерпевшего или посягательство на нематериальные блага не являются безусловными основаниями для удовлетворения требований о компенсации морального вреда. Обязательным условием удовлетворения названных требований является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.

Как отметил Верховный Суд Россйской Федерации в определении от 14.11.2017г. №84-КГ17-6 процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

При этом Верховный Суд Российской Федерации указал, что содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

При таких обстоятельствах само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, не порождают у него право на компенсацию морального вреда.

В п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №5 от 10.10.2003г. «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» в практике применения Конвенции о защите прав человека и основных свобод Европейским Судом по правам человека к «бесчеловечному обращению» относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания.

При таких обстоятельствах именно истцу следует доказать, что материально-бытовое обеспечение оказывало негативное воздействие на его здоровье или нормальный жизненный уровень, что сделано не было.

Истцом не представлено суду доказательств по делу, какие его личные неимущественные права были нарушены якобы имеющимся нарушениями в материально-бытовом обеспечении. Наступление неблагоприятных последствий для истца и ухудшение состояния его здоровья материалами дела не установлено.

В силу приведенных выше положений материального права судом при определении размера компенсации морального вреда должна быть также принята во внимание степень вины причинителя вреда.

Исчерпывающий перечень оснований компенсации морального вреда независимо от вины причинителя вреда приведен в ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В этом перечне не названы случаи компенсации морального вреда, причиненного нарушением предусмотренных законом условий содержания под стражей или отбывания наказания в виде лишения свободы.

Следовательно, при определении размера компенсации морального вреда, причиненного нарушением названных условий, суду следует принимать во внимание степень вины причинителя вреда, то есть принятие соответствующим органом (учреждением) всех возможных и зависящих от него мер по соблюдению надлежащих условий отбывания наказания в виде лишения свободы (в частности, в целях обеспечения приватности санитарно-гигиенических процедур).

Компенсация морального вреда не может быть взыскана, т.к. в соответствии со ст. 151 ГК РФ одним из условий такой компенсации является наличие вины нарушителя. Поскольку истцом не предоставлено суду соответствующих доказательств, подтверждающих нарушение его личных неимущественных прав или посягающих на принадлежащие ему нематериальные блага, а также вины работников учреждения в их нарушении, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований в части возмещения истцу морального вреда. 

Наличие признаков бесчеловечного обращения из материалов дела также не усматривается.

Истцом по настоящему делу, в нарушение вышеизложенных положений, не представлено доказательств, подтверждающих, что условия нахождения истца в исправительном учреждении УФСИН России по РК представляло собой обращение, выходящее за пределы минимального уровня суровости для целей применения статьи 3 Конвенции, что условия содержания являлись чрезмерными и могли обоснованно восприниматься истцом как унижающие достоинство.

Принимая во внимание практику Европейского Суда по правам человека, неправомерное обращение с человеком должно нести в себе некий минимум жестокости, чтобы на акт такого обращения распространялось действие ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. В своей практике суд относит обращение с тем или иным лицом к категории «бесчеловечного» только в случае преднамеренного характера такого обращения. 

Европейский Суд отмечал, что ст. 3 Конвенции закрепляет одну из основополагающих ценностей демократического общества. Она в абсолютных выражениях запрещает пытки или бесчеловечное или унижающее достоинство обращение или наказание, независимо от обстоятельств или поведения жертвы (см., например, Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Лабита против Италии» (Labita v. Italy), жалоба № 26772/95, ? 119, ECHR 2000-IV). Для отнесения к сфере действия ст. 3 Конвенции жестокое обращение должно достигнуть минимального уровня суровости. Оценка указанного минимального уровня относительна и зависит от всех обстоятельств дела, таких как длительность обращения, его физические и психологические последствия и, в некоторых случаях, пол, возраст и состояние здоровья жертвы (см., в частности, Постановление Европейского Суда по делу «Ирландия против Соединенного Королевства» (Ireland v. United Kingdom) от 18 января 1978 г., § 162, Series A, N 25). Жестокое обращение, которое достигает такого минимального уровня суровости, обычно включает в себя реальные телесные повреждения или интенсивные физические или нравственные страдания.

По делу подобные обстоятельства не установлены. 

Претерпевание же осужденным, отбывающим наказание в исправительных учреждениях, либо лицом, заключенным под стражу, определенных нравственных и физических страданий, учитывая факт нахождения под стражей и наличие неизбежного элемента страдания и унижения, связанного с применением данной формы правомерного обращения, является неизбежным следствием исполнения уголовного наказания в виде лишения свободы и не может служить основанием применения положений ст. 1100 ГК РФ, определяющей основания компенсации морального вреда независимо от вины причинителя. Оценивая доказательства в их совокупности, суд не находит оснований к удовлетворению заявленных требований, поскольку в дело не представлены доказательства того, что действия администрации исправительного учреждения противоречили действующему законодательству и рекомендациям Комитета Министров Rec(2006)2 государствам - членам Совета Европы о Европейских пенитенциарных правилах, нарушали права и свободы заявителя, в том числе причинили ему нравственные страдания.

Кроме того, в соответствии со ст.1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Как предусмотрено ст. 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что в случае очевидного отклонения действий участников гражданского оборота от добросовестного поведения, в том числе путем предъявления надуманных исковых требований, суд обязан дать надлежащую правовую оценку таким действиям и при необходимости вынести этот вопрос на обсуждение сторон.

Исковое заявление, датированное 14.05.2019г., поступило в суд 23.05.2019г., по истечении длительного периода после событий, с которыми истец связывает причинение ему нравственных страданий, влекущих взыскание компенсации морального вреда. Обращение в суд спустя длительное время не свидетельствует о том, что истцу были причинены нравственные страдания в достаточной степени, что позволило бы делать вывод о достижении минимального уровня суровости. Следовательно, вышеперечисленные в исковом заявлении условия содержания не достигли той степени «суровости» и не причиняли истцу таких нравственных страданий, которые позволили бы вести речь о взыскании компенсации морального вреда. К тому же, суд обращает внимание, что исковые требования .... К.Т. о взыскании компенсации морального вреда в связи с ненадлежащими материально-бытовыми условиями в ФКУ ИК-8 были предметом неоднократных судебных разбирательств. Решением Ухтинского городского суда от 07.08.2018г. по делу №2-1937/2018 в иске было отказано. Решением Ухтинского городского суда от 26.03.2018г. по делу №2-589/2018 исковые требования в части ненадлежащих материально-бытовых условий были отклонены. .... К.Т. также было отказано в удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда в связи с ненадлежащими материально-бытовыми условиями решением Ухтинского городского суда от 20.05.2019г. по делу №2-1822/2019. Тем самым, неоднократное инициирование заявителем судебных разбирательств по одному и тому же вопросу может свидетельствовать о возможном злоупотреблении правом, в том числе процессуальным.

В силу изложенного, правовые основания удовлетворения заявленных требований отсутствуют.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ,

р е ш и л:

В удовлетворении исковых требований К.Т. к Федеральной службе исполнения наказания Российской Федерации и Федеральному казенному учреждению ИК-8 УФСИН России по Республике Коми о взыскании компенсации морального вреда - отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Коми через Ухтинский городской суд в течение месяца с момента изготовления мотивированного текста решения (мотивированное решение - 18 сентября 2019г.).

Судья В.И. Утянский

11RS0005-01-2019-002570-45