председательствующий по делу в суде первой инстанции судья Мальченко В.В.

ВЕРХОВНЫЙ СУД

ДОНЕЦКОЙ НАРОДНОЙ РЕСПУБЛИКИ

№ 22-1871/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

4 декабря 2025 года г. Донецк

Верховный Суд Донецкой Народной Республики в составе

председательствующего судьи Сичинава К.З.,

при секретаре судебного заседания Гацанюк Д.В.,

с участием:

прокурора отдела уголовно-судебного управления прокуратуры Донецкой Народной Республики Аникиной-Тищук М.Р.,

потерпевшего Потерпевший №1,

представителя потерпевшего ФИО9,

защитника обвиняемой ФИО2 по назначению суда – адвоката Усенко В.В., представившего удостоверение № 274 от 16 мая 2023 года и ордер № 92-01-2025-03675001 от 6 ноября 2025 года,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению заместителя прокурора Шахтерского района Донецкой Народной Республики ФИО3, апелляционной жалобе обвиняемой ФИО2 на постановление Харцызского межрайонного суда Донецкой Народной Республики от 24 сентября 2025 года, по которому уголовное дело в отношении

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки 

<

адрес>, гражданки Российской Федерации, со средним техническим образованием, разведенной, имеющей на иждивении двух малолетних детей, неработающей, зарегистрированной и проживающей по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес>, не судимой,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ст. 125 УК РФ, возвращено прокурору Шахтерского района Донецкой Народной Республики на основании п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Заслушав выступление прокурора Аникиной-Тищук М.Р., поддержавшей доводы апелляционного представления, не возражавшей против удовлетворения апелляционной жалобы обвиняемой в части отмены постановления суда первой инстанции и направления дела на новое судебное рассмотрение, защитника обвиняемой, поддержавшего апелляционную жалобу обвиняемой, не возражавшего против удовлетворения апелляционного представления, потерпевшего и представителя потерпевшего, просивших оставить постановление суда первой инстанции без изменений, суд

установил:

Органами следствия ФИО2 обвиняется в заведомом оставлении без помощи лица, находящегося в опасном для жизни или здоровья состоянии и лишённого возможности принять меры к самосохранению по малолетству, если виновный имел возможность оказать помощь этому лицу и был обязан иметь о нем заботу.

ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело в отношении ФИО2 поступило в Харцызский межрайонный суд Донецкой Народной Республики, для рассмотрения по существу.

Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ судом назначено предварительное слушание по уголовному делу для разрешения вопроса о возвращении уголовного дела прокурору, поскольку суд пришел к выводу о наличии таких оснований.

По итогам предварительного слушания постановлением Харцызского межрайонного суда Донецкой Народной Республики от 24 сентября 2025 года уголовное дело в отношении ФИО2 возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом на основании п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, в связи с установлением фактических обстоятельств, указывающих на наличие оснований для квалификации действий обвиняемой как более тяжкого преступления.

В апелляционном представлении государственный обвинитель считает постановление суда незаконным, вынесенным с существенным нарушением уголовно-процессуального закона. Указывает, что вывод суда о наличии оснований для квалификации действий обвиняемой по более тяжкому составу преступления, чем инкриминированного ей, является незаконным и противоречащим материалам дела, поскольку допрошенная в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемой и обвиняемой ФИО2 пояснила, что оставила квартиру, где находилась её дочь - ФИО6, незапертой, надеялась, что отец ребенка заберет дочь, также полагала, что ребенок будет плакать и соседи услышат плач ребенка, умысла на убийство дочери не имела. Кроме того, указывает, что при жизни ФИО6 страдала заболеванием – энцефалитом (воспалением вещества головного мозга). Считает, что поскольку заключением экспертизы установить причину смерти ФИО6 и точную давность её наступления не предоставляется возможным в связи с проведением судебно-медицинской экспертизы трупа в состоянии резко выраженных гнилостных изменений, то к смерти ФИО6 вследствие развития отека головного мозга могло привести указанное заболевание и при своевременном оказании медицинской помощи. Обращает внимание, что обстоятельства дела, указанные в фабуле постановления суда не исключают возможность наступления смерти от других причин, однако из-за резко выраженных гнилостных изменений трупа судить о конкретной причине смерти не представляется возможным. Просит постановление суда отменить, дело передать на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства в тот же суд, в ином составе суда.

В апелляционной жалобе обвиняемая ФИО2 считает постановление суда незаконным. Указывает, что вывод суда о наличии оснований для квалификации её действий как более тяжкого преступления, основным доводом которого приводится длительность периода оставления ею малолетнего ребенка, его возраст, наличие заболевания, преждевременный, поскольку для разрешения вопроса о правильности квалификации её действий недостаточно одного изучения формулировки обвинения. Кроме того, обращает внимание, что судом проигнорированы её доводы, приведенные в судебном заседании, в которых она указывала об отсутствии у неё умысла на совершение более тяжкого преступления в отношении её ребенка, которого она любила, осуществляла за ним уход, ранее никогда не состояла на учете в органах, осуществляющих контроль за соблюдением прав несовершеннолетних и не привлекалась к административной ответственности по данному поводу. Отмечает, что на протяжении длительного периода времени её ребенок страдал тяжелым заболеванием, она обеспечивала возможность оказания ему качественной и своевременной медицинской помощи в специализированных учреждениях здравоохранения, от которых в её адрес поступали предложения оставить ребенка и отказаться от него, на которые она отвечала отказом, так как любила своего ребенка и продолжала ухаживать за ним, содействовать его лечению. Кроме того, отмечает, что в ходе дознания не представилось возможным установить непосредственную причину смерти её малолетнего ребенка. Полагает, что для верной квалификации её действий необходимо исследование субъективной стороны преступления. Также указывает, что судом не дана оценка доводам её защитника об отсутствии препятствий для назначения уголовного дела к слушанию, поскольку органом дознания верно квалифицированы её действия по ст. 125 УК РФ, и все необходимые процессуальные действия, направленные на установление истины по делу, уже проведены. Просит постановление суда отменить, дело передать на новое судебное разбирательство в ином составе суда.

Изучив материалы уголовного дела, проверив доводы апелляционных представления, жалобы, заслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии со ст. 389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным представлениям, жалобам законность и обоснованность решения суда первой инстанции.

Статьей 7 УПК РФ предусмотрено, что постановление суда должно быть законным, обоснованным и мотивированным.

В соответствии с требованиями п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого, как более тяжкого преступления, либо в ходе предварительного слушания или судебного разбирательства установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2009 года № 28 «О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству» при решении вопроса о возвращении уголовного дела прокурору по основаниям, указанным в статье 237 УПК РФ, под допущенными при составлении обвинительного заключения нарушениями требований уголовно - процессуального закона следует понимать такие нарушения изложенных в статьях 220, 225, частях 1, 2 статьи 226.7 УПК РФ положений, которые служат препятствием для рассмотрения судом уголовного дела по существу и принятия законного, обоснованного и справедливого решения.

Принятое судом решение указанным требованиям соответствует.

В соответствии с положениями ст. 73 УПК РФ, при производстве по уголовному делу подлежит доказыванию: событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления), виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы, характер и размер вреда, причиненного преступлением. Согласно п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ, обвинительное заключение должно содержать существо обвинения, место, время совершения преступления и другие обстоятельства, имеющие значение для дела. По смыслу закона, соответствующим требованиям уголовно-процессуального законодательства будет считаться такое обвинительное заключение, в котором изложены все предусмотренные законом обстоятельства, в том числе существо обвинения с обязательным указанием в полном объеме обстоятельств, подлежащих доказыванию и имеющих значение по делу.

Указанные требования закона органом предварительного расследования по настоящему уголовному делу не выполнены.

Так, органами предварительного следствия ФИО2 обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ст. 125 УК РФ, то есть в заведомом оставлении без помощи лица, находящегося в опасном для жизни или здоровья состоянии и лишённого возможности принять меры к самосохранению по малолетству, если виновный имел возможность оказать помощь этому лицу и был обязан иметь о нем заботу.

По мнению суда, изложенные в обвинительном заключении обстоятельства, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий ФИО2 как более тяжкого преступления, в связи с чем у суда отсутствует возможность принять законное и обоснованное решение на основании данного обвинительного заключения, поскольку исходя из предъявленного обвинения ФИО2, являясь родителем (матерью) ФИО7, умышлено оставила своего малолетнего ребенка, полностью лишенного возможности самостоятельно удовлетворять свои жизненные потребности, позаботиться о себе и принять меры к самосохранению, одного в квартире на протяжении 14 дней лишение такого ребенка пищи, воды и гигиенического ухода длительный промежуток времени, а также лишение малолетнего ребенка, страдающего заболеваниями, медицинской помощи и ухода, явилось причиной смерти малолетней ФИО7 в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, то есть не ранее, чем через два дня после оставления малолетнего ребенка одного без присмотра.

Указанный вывод суда основан как на материалах дела, так и на требованиях закона с приведенными в постановлении мотивами принятого решения.

При таких обстоятельствах доводы апелляционных представления и жалобы о необоснованности и немотивированности, а, следовательно, о несоответствии требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ постановления суда являются несостоятельными.

Указанные доводы представления, жалобы об отсутствии у обвиняемой умысла на совершение более тяжкого преступления, чем инкриминированного ей, несостоятельны, поскольку опровергаются материалами дела, из которых следует, что обвиняемая в силу своего возраста и жизненного опыта, наличия двоих малолетних детей, не могла не осознавать, что в силу младенческого возраста ФИО7, который являлся очевидным для обвиняемой, её дочь не могла самостоятельно позаботиться о себе и осуществлять действия по защите своих жизни и здоровья, была лишена объективной возможности принять какие-либо меры к самосохранению, однако была оставлена ФИО2 без присмотра взрослых, пищи и воды, гигиенического ухода, медицинской помощи и ухода на длительный промежуток времени, в следствие чего указанные действия обвиняемой неминуемо приведут к смерти малолетней ФИО7

Доводы представления, жалобы об отмене постановления суда по основаниям, указанным в апелляционных представлении, жалобе, суд не может признать обоснованными, поскольку они прямо противоречат нормам уголовно-процессуального законодательства и в частности п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

Согласно ст. 15 УПК РФ, суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне защиты или обвинения, в связи с чем, он не наделен полномочиями по: формулировке и конкретизации нового обвинения, собиранию доказательств, установлению роли лица, привлеченного к ответственности, степени причиненного вреда и принимает решение по делу, исходя из анализа представленных ему сторонами в состязательном процессе доказательств, на соответствующей стадии судебного разбирательства, не выходя за пределы предъявленного подсудимому обвинения.

Таким образом, допущенные при составлении обвинительного заключения нарушения требований ст. 220 УПК РФ, исключали возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного обвинительного заключения, отвечающего требованиям законности, поскольку в соответствии со ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению, а предъявленное органами предварительного следствия ФИО1 обвинение противоречит обстоятельствам дела.

С учетом вышеизложенного, данное существенное противоречие между описанием деяния и его юридической квалификацией не может быть устранено в судебном разбирательстве в силу запрета на изменение обвинения в судебном заседании обвинения в сторону ухудшения положения подсудимого, установленного ч. 2 ст. 252 УПК РФ.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к правильному и мотивированному выводу о необходимости возвращения прокурору уголовного дела в отношении ФИО1 для устранения препятствий его рассмотрения судом, поскольку фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемой, как более тяжкого преступления. Сомнений в выводах суда не имеется, поскольку, если последствия в виде смерти или вреда здоровью находятся в причинно-следственной связи с бездействием обязанного лица и вызваны этим бездействием.

Поскольку допущенные органом предварительного следствия нарушения уголовно-процессуального закона являются существенными и не могут быть устранены в ходе судебного разбирательства по уголовному делу, являются препятствием для рассмотрения судом уголовного дела по существу и принятия законного, обоснованного и справедливого решения, суд пришел к правильному выводу о наличии препятствий для рассмотрения уголовного дела судом и на основании п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ вернул дело прокурору.

Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает, что, согласно заключению эксперта (комиссионной судебно-медицинской экспертизы) ГБУ ДНР «РБСМЭ» № от ДД.ММ.ГГГГ, по данным представленных на экспертизу медицинских документов, при жизни ФИО6 страдала заболеванием: 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, хроническими 

<

данные изъяты>, что могло привести к смерти вследствие развития отека головного мозга, в том числе и при своевременном оказании медицинской помощи. Однако, учитывая обстоятельства дела, указанные в фабуле постановления, не исключается возможность наступления смерти ребенка от других причин, в связи с чем установить причину смерти и точную давность её наступления не представилось возможным, поскольку труп ФИО6 был доставлен на судебно-медицинскую экспертизу в состоянии резко выраженных гнилостных изменений.

Согласно ч. 1 ст. 207 УПК РФ дополнительная экспертиза по уголовному делу назначается при недостаточной ясности или полноте заключения эксперта, а также при возникновении новых вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств уголовного дела.

Из материалов уголовного дела следует, что органом предварительного следствия не исчерпаны все возможности для установления причины смерти ФИО6, что также имеет существенное значение для правильной квалификации действий обвиняемой ФИО2

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции соглашается с принятым решением, приходит к выводу о наличии оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, в связи с чем, постановление суда первой инстанции является законным и обоснованным, отмене или изменению по доводам апелляционных представления, жалобы не подлежит.

Разрешая вопрос о мере пресечения ФИО2, суд апелляционной инстанции учитывает обстоятельства преступления, в совершении которых она обвиняется, данные о её личности и полагает возможным сохранить избранную ей ранее меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.9, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд

постановил:

постановление Харцызского межрайонного суда Донецкой Народной Республики от 24 сентября 2025 года о возвращении прокурору уголовного дела в отношении ФИО2 оставить без изменения, апелляционное представление заместителя прокурора Шахтерского района Донецкой Народной Республики ФИО3, апелляционную жалобу обвиняемой ФИО2 – без удовлетворения.

Избранную ранее в отношении ФИО2 меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении – оставить без изменения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, во Второй кассационный суд общей юрисдикции.

Судья К.З. Сичинава