Копия

УИД: 66RS0029-01-2021-000756-59 

Мотивированное 

решение

 изготовлено 19 июля 2021 г.

Дело 2-673/2021

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

12 июля 2021 года г. Камышлов Свердловской области

Камышловский районный суд Свердловской области в составе: 

председательствующего Сейдяшевой Н.В.,

при секретаре Куракиной Н.Ю.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России об оспаривании применения дисциплинарного наказания и взыскании удержанных денежных средств, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России о признании приказа от 26.06.2020 г. № 361-К о привлечении к материальной ответственности незаконным, взыскании незаконно удержанных денежных средств в размере 25 000 руб., в обосновании заявленных требований указала, что она проходит службу фельдшером филиала «Медицинская часть № 20» ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России. В 2019 году по решению Камышловского районного суда от 08.05.2019 г. (дело № 2-154/2019) с филиала МЧ № 20 ФКУЗ МСЧ - 66 ФСИН России и ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России в пользу осужденного ФИО3 взыскано 50 000 руб. Апелляционным определением Свердловского областного суда от 24.09.2019 г. решение суда первой инстанции оставлено без изменения. ФКУЗ МСЧ - 66 ФСИН России была организована служебная проверка, по результатам которой принято решение о привлечении ее к материальной ответственности в размере 25 000 руб. в счет возмещения материального ущерба ФСИН России. Руководство ФКУЗ МСЧ - 66 ФСИН России с Приказом о назначении служебной проверки и о проведении служебной проверки ее не ознакомили. Заключение служебной проверки утверждено руководителем 22.11.2019 г., с заключением служебной проверки ее ознакомили 29.11.2019 г., после чего она указала, что с заключением служебной проверки не согласна. Руководством ФКУЗ МСЧ 66 ФСИН России был издан Приказ от 26.06.2020 г. № 361-К «О привлечении к материальной ответственности. ФИО6, ФИО4 Д.И.», с которым она также не была ознакомлена. В момент издания Приказа она находилась на отгулах с 19.06.2020 г. по 26.06.2020 г. после служебной командировки с последующим выходом на листок временной нетрудоспособности с 29.07.2020 г. по 13.07.2020 г., и с 14.07.2020 г. по 11.08.2020 г. В этот же период без ознакомления с нее удержали выплату из денежного довольствия. Приказ о привлечении к материальной ответственности от 26.06.2020 г. №361-к не содержит положений, свидетельствующих о возникновении прямой связи между причинением ущерба и действиями работника, а также не соответствует выводам, изложенным в заключении о результатах служебной проверки, к материальной ответственности ее привлекли за не проводение надлежащим образом рентгенофлюрографического обследования во втором полугодии 2016 года. В то же время пункт 3 Заключения о результатах служебной проверки, утвержденного 22.11.2019 г., установлена её вина в нарушении требований Федерального закона от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ, Приказа Министерства юстиции Российской Федерации от 28.12.2017 г. № 285, выразившемся в непринятии мер для своевременного оказания медицинской помощи, ежемесячного этапирования в филиалы «Больницы» МСЧ-66 либо вызова специалиста Камышловской ЦРБ для проведения медицинских манипуляций, необходимых по медицинским показаниям осужденному ФИО3 Таким образом, данным Приказом привлечена к материальной ответственности за ссовершенно иное деяние, о проведении проверки по факту которого истцу не известно. Кроме того, в вину ей поставлено нарушение Приказа Минздравсоцразвития РФ N 640, Минюста РФ № 190 от 17.10.2005 г. (с изм. от 06.06.2014 г.) «О Порядке организации медицинской помощи лицам, отбывающим наказание в местах лишения свободы и заключенным под стражу», который утратил силу в связи с изданием Приказа Минздрава России № 14н Минюста России № 4 от 17.01.2018 г.. Весь период 2016 года она находилась в отпуске по уходу за ребенком, поэтому какое деяние она смогла совершить в этот период ей не известно.

Считает, что ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России без наличия достаточных оснований произвело удержание с неё в административном порядке суммы ущерба. Месячный срок для указанного порядка истек 22.12.2019 г., фактически приказ о материальной ответственности издан только 26.06.2020 г.. Никакие требования к ней в исковом порядке ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России не предъявлялись. При получении квитка заработной платы за июль с нее удержано 8 194 руб. 78 коп., за август - 380 руб. 26 коп., и 8 121 руб. 98 коп., за сентябрь - 8 121 руб. 98 коп., за октябрь - 181 руб., всего в общей сумме 25 000 руб. Считает, что работодатель неправомерно производил удержания из заработной платы, письменного заявления об удержаниях из заработной платы она не писала. Указанные обстоятельства свидетельствуют о неполучении заработной платы в установленном размере. Просит признать Приказ ФКУЗ «Медико-санитарная часть № 66» ФСИН России от 26.06.2020 г. № 361-К «О привлечении к материальной ответственности ФИО6, ФИО4 Д.И.» незаконным; обязать ФКУЗ «Медико-санитарная часть № 66» ФСИН России восстановить нарушенные права путем возврата незаконно удержанных денежных средств в размере 25 000 руб.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась, направила в суд ходатайство, в котором просит рассмотреть дело в ее отсутствии, поскольку находится в отпуске по уходу за ребенком.

Представитель ответчика ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России в судебное заседание не явился, были извещены надлежащим образом, просила рассмотреть дело в их отсутствие.

Согласно письменному отзыву на иск представитель ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России указала, чтона основании приказа начальника МСЧ-66 от 28.10.2019 г. № 137, проведена служебная проверка по факту взыскания материального ущерба с ФСИН России в размере 50 000 руб. осужденному ФИО3, установлено, что осужденного ФИО3 не вывозили в ГБУЗ СО «Камышловская ЦРБ» и не приглашали врачей специалистов в связи с чем причинен вред здоровью по причине бездействия медицинских работников филиала МЧ-20. В связи с чем осужденный обратился в Камышловский суд о компенсации морального вреда, судом взыскана сума в размере 50 000 руб. данная сумма взыскана с федерального бюджета в связи с чем причинен материальный ущерб. Сумма материального ущерба взыскана с виновных медицинских работников в порядке регресса. Согласно должностной инструкции в обязанности фельдшера филиала МЧ-20 ФИО2 входит соблюдение законности при выполнении трудовых функций, осуществление медицинского сопровождения лиц, с тяжелыми соматическими, хирургическими и прочими заболеваниями в филиалы «Больниц» ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России (п. 25). В данном случае нарушены законные права осужденного, предусмотренные федеральным законодательством, которым истец руководствуется при исполнении трудовых функций при оказании медицинской помощи осужденным. По месту отбывания наказания осужденного ФИО3 с учреждением здравоохранения каждый год заключаются государственные контракты на оказание медицинской помощи для осужденных отбывающих наказание в ФИО1. Данная помощь оказывается по государственным контрактам в связи с отсутствием специализированой медицинской помощи. В судебном заседании установлены факты незаконного бездействия со стороны медицинских работников филиала МЧ-20 ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России в части ненадлежащего оказания медицинской помощи в отношении осужденного ФИО3 При условии того, что в учреждении отсутствуют специалисты, в выписном эпикризе осужденного указано о наличии необходимости замены катетера раз в месяц, медицинской частью не принято мер для своевременного оказания медицинской помощи, например ежемесячного этапирования в Областную больницу № ФКУЗ МСЧ-2 ФСИН России, либо вызова специалиста Камышловской ЦРБ, либо вывоза осужденного в Камышловскую ЦРБ. Наряд на вывоз в ГБУЗ СО «Камышловская ЦРБ» медицинские работники филиала МЧ-20 не подавали, следовательно, халатно отнеслись к своим должностным инструкциям, что послужило основанием для удовлетворения исковых требования в части взыскания материального ущерба с ФСИН России в размере 50 000 руб. Следовательно виновных действий со стороны медицинских работников ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России не имеется в силу отсутствия полномочий на представление интересов в учреждениях Свердловской области.

Полагает, что истец злоупотребляет правом, обращаясь в суд в нарушении трехмесячного срока, установленного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку удержание денежных средств проводилось с июня 2020 года, а с иском в суд обратился за пределами срока предусмотренного специальной нормой статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации. Уважительных причин истцом не указано. Истец ознакомлен с материалами служебной проверки в 2019 году имел возможность оспорить служебную проверку в разумный срок, но никаких действий со стороны истца не предпринималось. Исковые требования не подлежат удовлетворению так как процедура привлечения к материальной ответственности работника не нарушена, а факты нарушений трудовой дисциплины, выразившиеся в халатном отношении к должностным обязанностям нашли свое подтверждение в материалах служебной проверки в полном объёме. Просит отказать в удовлетворении иска по существу предмета иска, а также в связи с пропуском срока исковой давности.

Третье лицо без самостоятельных требований ФИО4 Д.И. в судебное заседание не явился, был извещен надлежащим образом.

Исследовав материалы дела, материалы гражданского дела 2-272/2021 суд приходит к следующему:

В силу положений статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации, пункта 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 г. № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» работник обязан возместить, лишь прямой действительный ущерб, причиненный работодателю, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе находящегося у работодателя имущества третьих лиц, если он несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение или восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Материальная ответственность может быть применена к работнику при наличии одновременно четырех условий: прямого действительного ущерба, противоправности поведения работника, вины работника в причинении ущерба, причинной связи между противоправным поведением работника (действиями или бездействием) и наступившим ущербом. В соответствии со статьей 247 Трудового кодекса Российской Федерации бремя доказывания указанных выше обстоятельств лежит на работодателе.

Таким образом, в соответствии с презумпцией доказывания применительно к данному спору работодатель (истец) обязан доказать: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вину работника в причинении ущерба; причинную связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение положений о полной материальной ответственности работника (пункт 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 г. N 52). Недоказанность одного из указанных обстоятельств исключает материальную ответственность работника.

В силу пункта 15 Постановления Пленума ВС РФ от 16.11.2006 г. № 52 при определении суммы, подлежащей взысканию, необходимо учитывать, что по правилам статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить прямой действительный ущерб, причиненный работодателю, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе находящегося у работодателя имущества третьих лиц, если он несет ответственность за сохранность этого имущества); необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение или восстановление имущества либо возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам. Под ущербом, причиненным работником третьим лицам, следует понимать все суммы, которые выплачены работодателем третьим лицам в счет возмещения ущерба. При этом нужно иметь в виду, что работник может нести ответственность лишь в пределах данных сумм и при наличиипричинно-следственной связи между виновными действиями (бездействием) работника и причинением ущерба третьим лицам.

Трудовой кодекс Российской Федерации предусматривает два вида материальной ответственности работника за ущерб, причиненный работодателю: ограниченную и полную материальную ответственность.

Ограниченная материальная ответственность заключается в обязанности работника возместить причиненный работодателю прямой действительный ущерб, но не свыше установленного законом максимального предела, определяемого в соотношении с размером получаемой им заработной платы.

В соответствии со статьей 241 Кодекса таким максимальным пределом является средний месячный заработок работника.

Материальная ответственность в полном размере причиненного работодателю ущерба может быть возложена на работника лишь в случаях, прямо определенных Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами.

Решением Камышловского районного суда Свердловской области от 08.05.2019 г. иск ФИО3 к ФИО4, ФКУЗ «Медико-санитарная часть № 66» Федеральной службы исполнения наказаний России, филиалу «Медицинская часть 20» ФКУЗ «Медико-санитарная часть № 66» ФСИН России о признании действий (бездействия) незаконными, возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда удовлетворен частично, признано незаконным бездействие филиала «МЧ 20» ФКУЗ «МСЧ № 66» ФСИН России в части ненадлежащего оказания медицинской помощи ФИО3 С Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО3 взыскана компенсация морального вреда - 50 000 руб.. В удовлетворении остальной части иска ФИО3 отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 24.09.2020 г. решение суда оставлено без изменения, апелляционные жалобы истца, ответчиков - без удовлетворения.

Кассационным определением Судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 12.05.2020 г. решение Камышловского районного суда Свердловской области от 08.05.2019 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 24.09.2019 г. оставлено без изменения, кассационные жалобы Федеральной службы исполнения наказаний России, Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Свердловской области, ФИО3 - без удовлетворения.

Судом установлено и следует из Приказа начальника ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России от 28.09.2019 г. № 137 назначена комиссия для проведения служебной проверки по факту взыскания материального ущерба с ФСИН России в размере 50 000 руб. осужденному ФИО3, в размере 100 000 руб. осужденному ФИО7

Заключением о результатах служебной проверки ФКУЗ МСЧ - 66 ФСИН России, утвержденной начальником ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России 28.11.2019, принято решение о привлечении фельдшера филиала МЧ-20 МСЧ-66 ФСИН России старшего лейтенанта внутренней службы ФИО2 и фельдшера филиала МЧ-20 МСЧ-66 ФСИН России ФИО9 Д.И. к материальной ответственности в размере 25 000 руб. в счет возмещения материального ущерба ФСИН России. В ходе проверки установлены факты нарушения указанными лицами требований части 7 статьи 26 Федерального закона от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», Приказа Министерства юстиции Российской Федерации от 28.11.2017 г. № 285 «Об утверждении порядка организации оказания медицинской помощи лицам, находящимся под стражей или отбывающим наказание в виде лишения свободы», выразившееся в непринятии мер или своевременного оказания медицинской помощи, ежемесячного этапирования для проведения медицинских манипуляций необходимых по медицинским показаниям в филиалы «Больницы» МСЧ-66 либо вызова Камышловской ЦРБ осужденному ФИО3 В судебном заседании установлены факты незаконного бездействия со стороны медицинских работников филиала МЧ-20 ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России в части ненадлежащего оказания медицинской помощи в отношении осужденного ФИО3 Также в Заключении указано, что при условии того, что в учреждении отсутствуют специалисты, в выписном эпикризе осужденного указано о наличии необходимости замены катетера раз в месяц, медицинской частью не принято мер для своевременного оказания медицинской помощи, например ежемесячного этапирования в Областную больницу № ФКУЗ МСЧ-2 ФСИН России, либо вызова специалиста Камышловской ЦРБ, либо вывоза осужденного в Камышловскую ЦРБ. Наряд на вывоз в ГБУЗ СО «Камышловская ЦРБ» медицинские работники филиала МЧ-20 не подавали, следовательно, халатно отнеслись к своим должностным инструкциям, что послужило основанием для удовлетворения исковых требования в части взыскания материального ущерба с ФСИН России в размере 50 тыс. руб. (л.д. 7-11).

Как указано в заключении о проведении служебной проверки, ФИО2 с 2012 года работает в должности фельдшера филиала МЧ-20 МСЧ-66 ФСИН России.

Таким образом, работодателем в соответствии с требованиями статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации была проведена проверка по факту причинения ущерба, выразившегося во взыскании с ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России в счет компенсации морального вреда 50 000 руб., для чего создана комиссия. По результатам проверки установлены размер причиненного ущерба и причина его возникновения по вине истца, у истца были затребованы письменные объяснения от 18.11.2019 г. 

Вина в причинении вреда работниками филиала Медицинская часть 20 ФКУЗ «Медико-санитарная часть № 66» ФСИН России установлена вышеуказанными судебными актами, факт нарушения работниками МЧ-20 установлен в Заключении служебной проверки, с результатами которой истец ознакомлен 29.11.2019 г.. Истец Заключение в установленном порядке не обжаловал.

Установив виновные действия работника, их причинно-следственную связь с ущербом и размер ущерба, который не превысил среднемесячный заработок истца, в соответствии со статьями 137 и 248 Трудового кодекса Российской Федерации ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России издан приказ об удержании суммы ущерба из заработной платы истца.

Приказом ФКУЗ МСЧ 66 ФСИН России от 26.06.2020 г. № 361-К «О привлечении к материальной ответственности ФИО2, ФИО4 Д.И.», ФИО6 привлечена к материальной ответственность в размере 25 000 руб. в счет возмещения ущерба федеральному бюджету; ФИО2 привлечена к материальной ответственности в размере 25 000 руб. в счет возмещения ущерба федеральному бюджету (л.д. 12).

Из расчетных документов филиала МЧ-20 МСЧ-66 ФСИН России - квитков на имя ФИО2 следует, что из заработной платы были произведены удержания за июль 2020 года в размере 8 194 руб. 78 коп., за август 2020 года в размере 8 121 руб. 38 коп., 380 руб. 26 коп., за сентябрь 2020 года в размере 8 121 руб. 98 коп., за октябрь 2020 года в размере 181 руб., всего удержано 25 000 руб. (л.д. 13-14 оборот).

В качестве основания для удержаний из заработной платы истца в порядке регресса ответчик указал, что Приказ № 361-к от 26.06.2020 г. был вынесен по истечении месячного срока, установленного статьей 248 Трудового кодекса Российской Федерации, после фактического исполнения требований исполнительного документа о взыскании с ФСИН России в пользу ФИО3 50 000 руб., о чем ответчику стало известно из письма Министерства финансов Российской Федерации от 14.05.2020 г. об исполнении за счет казны Российской Федерации исполнительных документов, в том числе, на основании решения Камышловского районного суда Свердловской области от 08.05.2018 г., и уведомительного письма начальника Финансово-экономического управления ФСИН России от 28.05.2020 г. 

Статья 241 Трудового кодекса Российской Федерации регламентирует, что за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Возможность удержания из заработной платы определена в части 1 статьи 248 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой взыскание с виновного работника суммы причиненного ущерба, не превышающей среднего месячного заработка, производится по распоряжению работодателя. Распоряжение может быть сделано не позднее одного месяца со дня окончательного установление работодателем размера причиненного работником ущерба. 

Если месячный срoк пропущен или работник не согласен добровольно возместить ппричинённый работодателю ущерб, а сумма причиненного ущерба, подлежащая взысканию с работника, превышает его средний месячный заработок, то взыскание может осуществляться ттолько судом (часть 2).

В соответствии с положениями статьи 248 Трудового кодекса Российской Федерации взыскание с виновного работника суммы причиненного ущерба, не превышающей среднего месячного заработка. производится по распоряжению работодателя. Распоряжение может быть сделано не позднее одного месяца со дня окончательного установления работодателем размера причиненного работником ущерба. Если месячный срок истек или работник не согласен добровольно возместить причиненный рработодателю ущерб, а сумма причиненного ущерба, подлежащая взысканию работника, превышает его средний месячный заработок, то взыскание может осуществляться ттолько судом. При несоблюдении работодателем установленного порядка взыскания ущерба работник имеет право обжаловать действия работодателя в суд.

Из указанных положений закона, с учетом установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу о нарушении порядка привлечения истца к материальной ответственности. Заключение о результатах служебной проверки, утверждено 22.11.2019 г., приказ о привлечении к материальной ответственности издан 26.06.2020 г., то есть по истечении месячного срока. Доводы ответчика о необходимости исчисления срока с даты вынесения приказа № 361-к подлежат отклонению. Норма статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации обязывает работодателя установить размер ущерба и его причины возникновения, что и было сделано в ходе служебной проверки, однако, в месячный срок распоряжение о взыскании с виновного работника суммы причиненного ущерба, не превышающей среднего месячного заработка, не было сделано, а работник не был согласен с заключением служебной проверки и с его виной в причинении ущерба. 

По истечении 7-и месяцев после утверждения результатов служебной проверки работодатель издал Приказ № 361-к от 26.06.2020 г., с которым истец не была ознакомлена. 

Как следует из представленных истцом документов, в момент издания Приказа она находилась на отгулах с 19.06.2020 г. по 26.06.2020 г. после служебной командировки с последующим выходом на листок временной нетрудоспособности с 29.06.2020 г. по 13.07.2020 г. и с 14.07.2020 г. по 11.08.2020 г.. Данное обстоятельство подтверждено истцом путем предоставления соответствующих письменных документов, ответчиком не оспаривается. Факт направления на электронную почту истца копии приказа, не подтверждает факт надлежащего его уведомления. Взыскание было произведено без учета имеющихся возражений работника о несогласии с его виной, установленной заключением служенной проверки, о чем она указал при ознакомлении с ее результатами.

В соответствии с пунктом 3 статьи 136 Трудового кодекса Российской Федерации, при выплате заработной платы работодатель обязан извещать в письменной форме каждого работника о размерах и об основаниях произведенных удержаний.

Судом установлено, что удержания из заработной платы истца за период с июля по октябрь 2020 года были произведены без надлежащего уведомления истца, в связи с чем действия ответчика по их удержанию являются незаконными.

Кроме того, в оспариваемом приказе основания для привлечения ФИО2 к материальной ответственности в размере 25 000 руб. противоречат основаниям, установленными в Заключении служебной проверки. Так, абзац 2 приказа изложен следующим образом: «В ходе служебной проверки установлено, что профилактические осмотры осужденного ФИО3 в филиале МЧ-20 проводились в нарушение установленных требований Приказа ФИО5 № 640 Минюста РФ № 190 от 17.10.2005 «О порядке организации медицинской помощи лицам, отбывающим наказание в местах лишения свободы, и заключенным под стражу», а именно, не проводилось надлежащим образом рентгенофлюрографическое обследование во втором полугодии 2016 года». В то же время пункте 3 Заключения о результатах служебной проверки, утвержденного 22.11.2019 г., установлена её вина в нарушении требований части 7 статьи 26 Федерального закона от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», Приказа Министерства юстиции Российской Федерации от 28.12.2017 г. № 285 «Об утверждении Порядка организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы», выразившемся в непринятии мер для своевременного оказания медицинской помощи, ежемесячного этапирования в филиалы «Больницы» МСЧ-66 либо вызова специалиста Камышловской ЦРБ для проведения медицинских манипуляций, необходимых по медицинским показаниям осужденному ФИО3 Таким образом, данным Приказом ФИО2 привлечена к материальной ответственности за деяние, вина в котором в установленном порядке ответчиком не устанавливалась.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 г. № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» при определении суммы, подлежащей взысканию, судам следует учитывать, что в силу статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить лишь прямой действительный ущерб, причиненный работодателю, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе находящегося у работодателя имущества третьих лиц, если он несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение или восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам. Под ущербом, причиненным работником третьим лицам, следует понимать все суммы, которые выплачены работодателем третьим лицам в счет возмещения ущерба. При этом необходимо иметь в виду, что работник может нести ответственность лишь в пределах этих сумм и при условии наличия причинно-следственной связи между виновными действиями (бездействием) работника и причинением ущерба третьим лицам. В силу части второй статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель вправе предъявить иск к работнику о взыскании сумм, выплаченных в счет возмещения ущерба третьим лицам, в течение одного года с момента выплаты работодателем данных сумм.

Из указанных норм и разъяснений высшей судебной инстанции следует, что взысканию во внесудебном порядке и по приказу работодателя подлежит прямой действительный ущерб, причиненный непосредственно работодателю (в том числе и в случае им выплат, произведенных третьим лицам).

Ответчик факт причинения именно ему материального ущерба не доказал, не подтвердил тот факт, что МСЧ до момента издания приказа о взыскании с истца 25000 руб. произвело такую выплату третьим лицам (часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 238 Трудового кодекса Российской Федерации). Таким образом, на момент издания оспариваемого приказа от 26.06.2020 г. о привлечении истца к материальной ответственности работодателю материальный ущерб, который мог бы быть возмещен в порядке статьи 248 Трудового кодекса Российской Федерации изданием приказа, причинен не был.

Уже только этого обстоятельства достаточно для вывода о незаконности приказа о привлечении истца к материальной ответственности.

Решением Камышловского районного суда Свердловской области от 08.05.2019 компенсация морального вреда 50000 руб. в пользу ФИО3 взыскана не с МСЧ, а с Российской Федерации в лице ФСИН России за счет казны Российской Федерации. Из названных выше писем ФСИН России и Министерства финансов Российской Федерации следует, что исполнено это решение было за счет средств казны Российской Федерации Министерством финансов Российской Федерации, о чем уведомлена ФСИН России.

В силу пункта 3.1 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации Российская Федерация, субъект Российской Федерации или муниципальное образование в случае возмещения ими вреда по основаниям, предусмотренным статьями 1069 и 1070 настоящего Кодекса, а также по решениям Европейского Суда по правам человека имеют право регресса к лицу, в связи с незаконными действиями (бездействием) которого произведено указанное возмещение.

В данной норме перечислены те субъекты, которые наделены правом регрессного требования к причинителю вреда при выплатах по статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации. Ответчик в этих нормах не поименован. Доказательств передачи ответчику права выступать от имени уполномоченных действовать в интересах публичных образований органов нет, при том, что в письме ФСИН России от 28.05.2020 г. обоснованно указывается на необходимость подведомственным организациям решить вопрос об исковом порядке предъявления регрессных требований к причинителю вреда. С учетом изложенного, в порядке пункта 3.1 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации уполномоченный орган праве был предъявить регрессный иск к причинителю вреда, при том, что у ответчика не имелось оснований для привлечения истца к материальной ответственности путем издания соответствующего приказа (статья 248 Трудового кодекса Российской Федерации).

Поскольку факт причинения ответчику материального ущерба не доказан, то невозможно исчислить месячный срок издания приказа по статье 248 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой распоряжение может быть сделано не позднее одного месяца со дня окончательного установления работодателем размера причиненного работником ущерба. Невозможно при таких обстоятельствах сделать вывод о соблюдении работодателем порядка привлечения к материальной ответственности, установлении причин возникновения ущерба, истребовании от работника объяснения после факта причинения ущерба (статья 247 Трудового кодекса Российской Федерации). Служебная проверка проведена ответчиком в ноябре 2019 г., тогда как ущерб ответчику причинен не был, еще и до выплаты ФИО3 за счет казны сумм, взысканных по решению суда (такие суммы выплачены за счет средств казны не ранее чем 04.02.2020 г., точная дата выплаты неизвестна).

Содержание оспариваемого приказа при указании проступка истца, явившегося основанием для привлечения к материальной ответственности (непроведение истцом надлежащим образом рентгенофлюрографическое обследование во втором полугодии 2016 г.), не соответствует ни выводам служебной проверки ответчика, где на такое нарушение не указано, ни выводам судебных актов о взыскании в пользу ФИО3 компенсации морального вреда (в них указано, что действия по неоказанию медицинской помощи этому лицу имели место быть в определенные периоды с 25.06.2017 г. по 12.03.2019 г.), не подтверждены иными доказательствами. При этом суд отмечает, что ответчик, утверждавший, что вследствие действий истца ФИО3 причинен моральный вред и обязанный по определению суда о подготовке доказать наличие законного основания привлечения истца к материальной ответственности, не представил суду ни должностных инструкций истца, действовавших в 2017, 2018 г.г., ни данных о штате медицинских работников филиала МСЧ в период с 2017 по 2019 г.г., ни доказательств, опровергающих указанные истцом в объяснении данные об оказании медицинской помощи ФИО3 тогда как в судебных актах о взыскании компенсации морального вреда вывода о причинении вреда по вине ФИО2 нет, это лицо к участию в тех процессах не привлекалось, для него выводы суда преюдициального значения не имеют (часть 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

При таких обстоятельствах предусмотренные статьями 248, 238, 247 Трудового кодекса Российской Федерации основания для издания ответчиком приказа о привлечении истца к материальной ответственности отсутствовали.

Данные обстоятельства являются основанием для признания Приказа ФКУЗ МСЧ 66 ФСИН России от 26.06.2020 г. № 361-К «О привлечении к материальной ответственности ФИО2, ФИО4 Д.И.», незаконным в части привлечения к материальной ответственности ФИО2

Разрешая заявление ответчика о пропуске истцом срока давности для обращения в суд, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с частями 1,2 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 2 от 17.03.2004 г. «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», заявление работника о восстановлении на работе подается в районный суд в месячный срок со дня вручения ему копии приказа об увольнении или со дня выдачи трудовой книжки, либо со дня, когда работник отказался от получения приказа об увольнении или трудовой книжки, а о разрешении иного индивидуального трудового спора - в трехмесячный срок со дня, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть первая статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, статья 24 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Исходя из содержания абзаца первого части 6 статьи 152 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также части 1 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, вопрос о пропуске истцом срока обращения в суд может разрешаться судом при условии, если об этом заявлено ответчиком.

Если же ответчиком сделано заявление о пропуске истцом срока обращения в суд (части первая и вторая статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации) после назначения дела к судебному разбирательству (статья 153 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), оно рассматривается судом в ходе судебного разбирательства.

В соответствии с разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи) (пункт 5).

В соответствии со статьей 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Заявляя о восстановлении пропущенного процессуального срока на подачу настоящего иска, истец ФИО2 в качестве причин уважительности пропуска срока указала временную нетрудоспособность с дальнейшим выходом в отпуск по уходу за ребенком.

Судом установлено, что с оспариваемым приказом от 26.06.2020 г. истец не была ознакомлена. Об удержаниях из заработной платы за июнь 2020 года она узнала из сведений расчетных листков. Таким образом, представленные истцом доказательства, суд считает уважительными, и приходит к выводу о восстановлении истцу срока на обращение в суд с иском о признании незаконным приказа от 26.06.2020 г. № 361-к о привлечении её к материальной ответственности и о взыскании незаконно удержанных денежных сумм.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России о признании приказа от 26.06.2020 № 361-к «О привлечении к материальной ответственности ФИО6, ФИО4 Д.И.» недействительным, взыскании незаконно удержанных денежных средств, удовлетворить. 

Признать недействительным приказ ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России от 26.06.2020 № 361-к О привлечении к материальной ответственности ФИО6, ФИО4 Д.И.» в части привлечения к материальной ответственности фельдшера филиала «Медицинская часть № 20» ФИО2.

Взыскать с ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России в пользу ФИО2 денежные средства, удержанные на основании приказа ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России от 26.06.2020 № 361-к, в размере 25 000 руб.

Решение в течение месяца с момента его изготовления в окончательной форме может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд через Камышловский районный суд Свердловской области.

Судья. Подпись

Копия верна. Судья Н.В. Сейдяшева