2А-336/18

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 июня 2018г. г. Себеж

Себежский районный суд Псковской области в составе председательствующего судьи Власовой Н.Я.,

при секретаре Фидусовой Д.Ю.,

с участием представителя административного ответчика-Администрации Себежского района Псковской области - ФИО1, представившей доверенность от 20.02.2018г. №,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное исковое заявление ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании незаконными решения Администрации Себежского района Псковской области – отказы в согласовании Главой Себежского района ФИО5 №, № и № от ДД.ММ.ГГГГ заявленных публичных мероприятий в форме шествия и пикетирований и возложении обязанностей на Администрацию Себежского района Псковской области согласовать проведение заявленных публичных мероприятий,

установил:

ФИО2, ФИО3, ФИО4 обратились в суд с административным исковым заявлением о признании незаконным решения главы Администрации Себежского района Псковской области №,№,№ от ДД.ММ.ГГГГг. об отказе в согласовании главой Себежского района заявленных ими публичных мероприятий в форме шествия и пикетирований и возложении обязанности согласовать проведение заявленных публичных мероприятий.

В обоснование заявленных требований указали, что ДД.ММ.ГГГГ главе Себежского района Псковской области ими были поданы уведомления о проведении трех публичных мероприятий: пекетирования с призывом к исполнению постановлений Европейского суда по правам человека по делам, связанным с нарушением прав геев, лесбиянок, бисексуалов и трансгендеров в странах-членах Совета Европы. Согласно поданному уведомлению, пикетирование должно было состояться ДД.ММ.ГГГГг. с 9.00 до 10.00 часов на площади перед зданием, расположенным по адресу:

<

адрес>, дом.21а а городе Себеже с количеством участников до 200 человек; пекетирование с призывом к легализации в России однополых брачных союзов с целью призыва к принятию поправок в Семейный кодекс Российской Федерации, направленных на законодательное признание права двух лиц одного пола на вступление в брак, которое согласно поданному уведомлению должно было состояться ДД.ММ.ГГГГ с 12.00 до 13.00 часов на площади перед зданием, расположенным по адресу: 

<

адрес> в городе Себеже с количеством участников до 200 человек; шествия Себежского гей-парада в поддержку толерантного отношения и соблюдения прав и свобод лиц гомосексуальной ориентации и гендерных меньшинств в России с целью привлечения внимания общества и власти к проблемам в области соблюдения прав человека лиц гомосексуальной ориентации и гендерных меньшинств, существующей дискриминации и гомофобии (ненависти к сексуальным меньшинствам), трансфобии (ненависти к гендерным меньшинствам ),фашизму и ксенофобии. Согласно поданному уведомлению, шествие должно состояться ДД.ММ.ГГГГ с 19 до 21 часа по 

<

адрес> от 

<

адрес> до 

<

адрес> в г. Себеже с количеством участников до 200 человек.

ДД.ММ.ГГГГ глава района уведомил их об отказе в согласовании трех заявленных публичных мероприятий.

Указывая, что глава района нарушил порядок согласования публичных мероприятий, поскольку, отказав в согласовании указанных в уведомлениях публичных мероприятий, не предложил организаторам публичных мероприятий альтернативных мест и (или) времени проведения заявленных публичных мероприятий, чем лишил административных истцов возможности реализовать право на свободу собраний. Своими действиями административный ответчик нарушил права административных истцов, гарантированные Конституцией Российской Федерации и Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ N 54-ФЗ "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях".

По мнению административных истцов, отказ главы района по тому мотиву, что заявленные публичные мероприятия направлены на пропаганду нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних не обоснован, так как целью заявленных публичных мероприятий являлось привлечение внимания общества и власти к необходимости соблюдения прав лиц гомосексуальной ориентации и борьбы против существующей дискриминации представителей сексуальных меньшинств, что никоим образом не нарушает требования нравственности.

Ссылаются на позицию Конституционного Суда Российской Федерации, изложенную в Постановлении от ДД.ММ.ГГГГ N 24-П по делу о проверке конституционности ч. 1 ст. 6.21. Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (пропаганда нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних), из которого следует, что органы исполнительной власти не вправе отказывать в согласовании проведения публичных мероприятий со ссылкой на запрет пропаганды нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних, если целью заявленного мероприятия не является вовлечение несовершеннолетних лиц в нетрадиционные сексуальные отношения и сами публичные мероприятия прямо не адресованы несовершеннолетним лицам.

Считают, что действия главы района, отказавшего в согласовании проведения заявленных шествия и пикетирований, являются незаконными, нарушающие права собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование, гарантированные статьей 31 Конституции РФ, а также Федеральным законом «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» № 54-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ, нарушают право на свободу мысли и слова(ст.29 Конституции РФ) и основаны на дискриминационном отношении к лицам гомосексуальной ориентации и, прежде всего, к организаторам и потенциальным участникам заявленных публичных мероприятий.

В качестве мер по восстановлению нарушенного права административные истцы просили суд обязать Администрацию Себежского района Псковской области согласовать проведение заявленных публичных мероприятий.

Административные истцы ФИО2, ФИО3,ФИО4 в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом, просили рассмотреть дело без их участия.

Административный соответчик – глава Себежского района ФИО6, привлеченный к участию в деле, в судебное заседание не явился в связи со служебной занятостью, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело без его участия, возражал относительно удовлетворения исковых требований по основаниям, изложенным в возражении Администрации Себежского района. 

В судебном заседании представитель административного ответчика ФИО1 с административным исковым заявлением не согласилась, представила суду возражения и пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ истцам было отказано в проведении указанных публичных мероприятиях, так как цели их проведения не соответствуют Конституции Российской Федерации и нарушают запреты, предусмотренные Федеральными законами «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию», «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации», «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях».

Суд рассмотрел дело в соответствии со ст.150 КАС РФ в отсутствие административных истцов и административного соответчика-главы Себежского района ФИО5, которые просили рассмотреть данное дело в их отсутствие. 

Проверив материалы дела, заслушав возражения представителя Администрации Себежского района ФИО1, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 4 ст. 219 КАС РФ административное исковое заявление об оспаривании решений, действий (бездействия) органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации, органа местного самоуправления по вопросам, связанным с согласованием места и времени проведения публичного мероприятия (собрания, митинга, демонстрации, шествия, пикетирования), а также с вынесенным этими органами предупреждением в отношении целей такого публичного мероприятия и формы его проведения, может быть подано в суд в течение десяти дней со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

В суд с административным исковым заявлением об оспаривании решений от ДД.ММ.ГГГГ №,№ и № главы Себежского района Псковской области об отказе в согласовании заявленных публичных мероприятий административные истцы обратились ДД.ММ.ГГГГ (штемпель на конверте письма), т.е. в установленный законом десятидневный срок.

Согласно ст. 4 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 124-ФЗ "Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации" (далее Федеральный закон N 124-ФЗ )целями государственной политики в интересах детей являются:

осуществление прав детей, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, недопущение их дискриминации, упрочение основных гарантий прав и законных интересов детей, а также восстановление их прав в случаях нарушений; формирование правовых основ гарантий прав ребенка; содействие физическому, интеллектуальному, психическому, духовному и нравственному развитию детей, воспитанию в них патриотизма и гражданственности, а также реализации личности ребенка в интересах общества и в соответствии с не противоречащими Конституции Российской Федерации и федеральному законодательству традициями народов Российской Федерации, достижениями российской и мировой культуры; защита детей от факторов, негативно влияющих на их физическое, интеллектуальное, психическое, духовное и нравственное развитие.

Такая государственная политика в интересах детей является приоритетной и основана на принципах законодательного обеспечения прав ребенка, поддержки семьи в целях обеспечения обучения, воспитания, отдыха и оздоровления детей, защиты их прав, подготовки их к полноценной жизни в обществе, ответственности юридических лиц, должностных лиц, граждан за нарушение прав и законных интересов ребенка, причинение ему вреда.

В соответствии с этим в п. 1, п. 2 ст. 14 Федерального закона N 124-ФЗ указано, что органы государственной власти Российской Федерации принимают меры по защите ребенка от информации, пропаганды и агитации, наносящих вред его здоровью, нравственному и духовному развитию, в том числе от национальной, классовой, социальной нетерпимости, от рекламы алкогольной продукции и табачных изделий, от пропаганды социального, расового, национального и религиозного неравенства, от информации порнографического характера, от информации, пропагандирующей нетрадиционные сексуальные отношения, а также от распространения печатной продукции, аудио- и видеопродукции, пропагандирующей насилие и жестокость, наркоманию, токсикоманию, антиобщественное поведение (п. 1).

В целях защиты детей от информации, причиняющей вред их здоровью и (или) развитию, Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ N 436-ФЗ "О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию" (далее - Федеральный закон N 436-ФЗ) устанавливаются требования к распространению среди детей информации, в том числе требования к осуществлению классификации информационной продукции, ее экспертизы, государственного надзора и контроля за соблюдением законодательства Российской Федерации о защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и (или) развитию (п. 2)

Согласно п. 4 ч. 2 ст. 5 Федерального закона N 436-ФЗ к информации, причиняющей вред здоровью и (или) развитию детей, относится информация, отрицающая семейные ценности, пропагандирующая нетрадиционные сексуальные отношения и формирующая неуважение к родителям и (или) другим членам семьи.

Положения ч. 3 ст. 16 этого же Федерального закона устанавливают, что такая информация не допускается к распространению в предназначенных для детей образовательных организациях, детских медицинских, санаторно-курортных, физкультурно-спортивных организациях, организациях культуры, организациях отдыха и оздоровления детей или на расстоянии менее чем сто метров от границ территорий указанных организаций.

Пропаганда нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних, выразившаяся в распространении информации, направленной на формирование у несовершеннолетних нетрадиционных сексуальных установок, привлекательности нетрадиционных сексуальных отношений, искаженного представления о социальной равноценности традиционных и нетрадиционных сексуальных отношений, либо навязывание информации о нетрадиционных сексуальных отношениях, вызывающей интерес к таким отношениям, если эти действия не содержат уголовно наказуемого деяния, - влечет наложение административного наказания (ч. 1 ст. 6.21. Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 24-П "По делу о проверке конституционности части 1 статьи 6.21. Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в связи с жалобой граждан А.., Е. и И." часть 1 статьи 6.21. Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях признана не противоречащей Конституции Российской Федерации, поскольку - по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования - она направлена на защиту таких конституционно значимых ценностей, как семья и детство, а также на предотвращение причинения вреда здоровью несовершеннолетних, их нравственному и духовному развитию и не предполагает вмешательства в сферу индивидуальной автономии, включая сексуальное самоопределение личности, не имеет целью запрещение или официальное порицание нетрадиционных сексуальных отношений, не препятствует беспристрастному публичному обсуждению вопросов правового статуса сексуальных меньшинств, а также использованию их представителями всех не запрещенных законом способов выражения своей позиции по этим вопросам и защиты своих прав и законных интересов, включая организацию и проведение публичных мероприятий, и - имея в виду, что противоправными могут признаваться только публичные действия, целью которых является распространение информации, популяризирующей среди несовершеннолетних или навязывающей им, в том числе исходя из обстоятельств совершения данного деяния, нетрадиционные сексуальные отношения, - не допускает расширительного понимания установленного ею запрета.

Конституционный Суд Российской Федерации в названном Постановлении указал, что цель, которую преследовал федеральный законодатель при установлении данной нормы, - оградить ребенка от воздействия информации, способной подтолкнуть его к нетрадиционным сексуальным отношениям, приверженность которым препятствует выстраиванию семейных отношений, как они традиционно понимаются в России и выражены в Конституции Российской Федерации. Конституционный Суд Российской Федерации признает, что возможность влияния соответствующей информации, даже поданной в навязчивой форме, на будущую жизнь ребенка не является безусловно доказанной. Тем не менее, исходя из специфики общественных отношений, связанных с оказанием информационного воздействия на лиц, не достигших совершеннолетия и потому находящихся в уязвимом положении, федеральный законодатель в рамках правового регулирования распространения среди несовершеннолетних информации о нетрадиционных сексуальных отношениях вправе - имея в виду вытекающую из Конституции Российской Федерации в единстве с международно-правовыми актами приоритетную цель обеспечения прав ребенка и при достижении баланса конституционно защищаемых ценностей - использовать для оценки необходимости введения тех или иных ограничений критерии, основанные на презумпции наличия угрозы интересам ребенка, тем более что вводимые им ограничения касаются только адресной направленности соответствующей информации лицам определенной возрастной категории и потому не могут рассматриваться как исключающие возможность реализации конституционного права на свободу информации в этой сфере.

Запрет осуществления указанных в ч. 1 ст. 6.21. Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях публичных действий в отношении несовершеннолетних призван предотвратить повышенную концентрацию их внимания на вопросах сексуальных отношений, способную при неблагоприятном стечении обстоятельств в значительной степени деформировать представления ребенка о таких конституционных ценностях, как семья, материнство, отцовство и детство, и негативно отразиться не только на его психологическом состоянии и развитии, но и на социальной адаптации. Тот факт, что такой запрет не распространяется на случаи, связанные с пропагандой аморального поведения в рамках традиционных сексуальных отношений, которые также могут требовать государственного, в том числе административно-деликтного, реагирования, не дает оснований для признания данной нормы не соответствующей Конституции Российской Федерации с точки зрения нарушения принципов равенства применительно к защите конституционных ценностей, которые обеспечивают непрерывную смену поколений. 

При этом Конституционный Суд Российской Федерации исходит из того, что косвенным объектом ее защиты являются также социальные связи каждой конкретной личности, поскольку навязывание несовершеннолетним социальных установок, отличающихся от общепринятых в российском обществе, в том числе не разделяемых, а в ряде случаев воспринимаемых как неприемлемые, родителями, которые в приоритетном порядке несут ответственность за воспитание и развитие своих детей, обязаны заботиться об их здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии (ст. 38, ч. 2 Конституции Российской Федерации; п. 1 ст. 63 Семейного кодекса Российской Федерации), может провоцировать социальное отчуждение ребенка и препятствовать его благополучному развитию в семейной среде, тем более если иметь в виду, что конституционное равноправие, предполагающее и равенство прав независимо от сексуальной ориентации, еще не предопределяет наличия фактически равнозначной оценки в общественном мнении лиц с различной сексуальной ориентацией, с чем могут быть сопряжены объективные трудности при стремлении избежать негативного отношения отдельных представителей общества к соответствующим лицам на бытовом уровне. Это касается и тех случаев, когда сама по себе информация, запрещенная к распространению в среде несовершеннолетних, может быть направлена, с точки зрения ее распространителя, на преодоление как такового негативного отношения к этим лицам. Устанавливая специальный (ограничительный) правовой режим распространения информации, касающейся нетрадиционных сексуальных отношений, ее доступности для несовершеннолетних, федеральный законодатель принимал во внимание и социально-психологические особенности личности ребенка, связанные с восприятием такой информации. И хотя избранный им возрастной критерий также является в контексте неоднозначности экспертных оценок относительно возраста, в котором происходит окончательное формирование сексуальных предпочтений, в определенным смысле оценочным, он придает ограничению, предусмотренному ч. 1 ст. 6.21. Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, точечный, по существу, характер, что снимает проблему его соразмерности в указанном аспекте. При этом сам по себе запрет пропаганды нетрадиционных сексуальных отношений - как деятельности по целенаправленному и бесконтрольному распространению информации, способной нанести вред здоровью, нравственному и духовному развитию, в том числе сформировать искаженные представления о социальной равноценности традиционных и нетрадиционных сексуальных отношений, - среди несовершеннолетних, которые в силу возраста не могут самостоятельно критически оценить полученные сведения, не исключает подачи соответствующей информации в нейтральном (просветительском, художественном, историческом) контексте. Такое информирование, если оно лишено признаков пропаганды, т.е. не направлено на формирование предпочтений, связанных с выбором нетрадиционных форм сексуальной идентичности, и обеспечивает индивидуализированный подход, учитывающий особенности психического и физиологического развития детей в той или иной возрастной группе, характер конкретного освещаемого вопроса, может осуществляться с привлечением специалистов - педагогов, медиков, психологов.

Положения Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 54-ФЗ "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях" устанавливают, что целью публичного мероприятия является свободное выражение и формирование мнений, а также выдвижение требований по различным вопросам политической, экономической, социальной и культурной жизни страны и вопросам внешней политики.

Согласно ч. 2 ст. 12 названного Закона в случае, если информация, содержащаяся в тексте уведомления о проведении публичного мероприятия, и иные данные дают основания предположить, что цели запланированного публичного мероприятия и формы его проведения не соответствуют положениям Конституции Российской Федерации и (или) нарушают запреты, предусмотренные законодательством Российской Федерации об административных правонарушениях или уголовным законодательством Российской Федерации, орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации или орган местного самоуправления незамедлительно доводит до сведения организатора публичного мероприятия письменное мотивированное предупреждение о том, что организатор, а также иные участники публичного мероприятия в случае указанных несоответствия и (или) нарушения при проведении такого мероприятия могут быть привлечены к ответственности в установленном порядке.

Данные нормы материального права с учетом их конституционного толкования обязывают органы исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органы местного самоуправления в пределах их компетенции не согласовывать проведение публичного мероприятия до устранения организатором несоответствия указанных в уведомлении противоправных целей публичного мероприятия действующим законодательным предписаниям. 

Конституцией Российской Федерации и принятыми на себя Российской Федерацией международно-правовыми обязательствами не возлагается на государство обязанность по созданию условий для пропаганды, поддержки и признания союзов лиц одного пола. Осуществляемое федеральным законодателем на основании п. "в" ст. 71 Конституции Российской Федерации регулирование свободы слова и свободы распространения информации не предполагает создание условий, способствующих формированию и утверждению в обществе в качестве равнозначных иных, отличных от общепризнанных, трактовок института семьи и сопряженных с ним социальных и правовых институтов.

Судом установлено, что гражданином Российской федерации ФИО2 главе Себежского района Псковской области ДД.ММ.ГГГГ были поданы уведомления о проведении публичных мероприятий: пекетирования с призывом к исполнению постановлений Европейского Суда по правам человека по делам, связанным с нарушением прав геев, лесбиянок,бисексуалов и трансгендеров в странах – участниках Совета Европы, пекетирования с призывом к легализации в России однополых брачных союзов и шествия Себежского гей-парада в поддержку толерантного отношения и соблюдения прав и свобод лиц гомосексуальной ориентации и гендерных меньшинств в России с указанием даты, места и времени проведения соответственно: ДД.ММ.ГГГГ, начало 9.00 часов, окончание 10.00 часов в г.Себеже на 

<

адрес> а; ДД.ММ.ГГГГ, начало 12.00 часов, окончание 13.00 часов в г.Себеже на 

<

адрес> а; 2 июня 2018года, начало 19.00 часов, окончание 21.00 час в г.Себеже по маршруту движения участников шествия по 

<

адрес> от 

<

адрес> до 

<

адрес> проведения публичных мероприятий ФИО2 в качестве уполномоченных организатором выполнять распорядительные функции по организации и проведению публичного мероприятия указал ФИО3 и ФИО4(л.д.19-30).

ДД.ММ.ГГГГ глава Себежского района Псковской области ФИО5 отказал в согласовании указанных публичных мероприятий по основаниям, предусмотренным частью 2 статьи 12 Федерального закона «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» от ДД.ММ.ГГГГ № 54-ФЗ, статьями 5,12 Федерального закона «Об основах системы профилактики правонарушений в Российской Федерации» № 182-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ, статьей 5 закона Псковской области от ДД.ММ.ГГГГ №-ОЗ «О регулировании отдельных вопросов проведения публичных мероприятий на территории Псковской области», пункта 3 статьи 3 Закона Псковской области от ДД.ММ.ГГГГ №-ОЗ «О порядке подачи уведомления о проведении публичных мероприятий на территории Псковской области» в связи с тем, что цель публичного мероприятия, характер и место его проведения свидетельствуют о наличие предпосылок к нарушению запрета, предусмотренного частью 2 статьи 5 Федеральным законом «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию». За нарушения указанного запрета статьей 6.21 КоАП РФ установлена административная ответственность. А также по тому основанию, что по маршруту запланированного мероприятия в виде шествия на расстоянии менее 100 метров находится Себежская основная общеобразовательная школа, филиал Псковского агротехнического техникума и две остановки общественного транспорта.

В отказе в согласовании публичных мероприятий глава района также указал и то, что в нарушение порядка подачи уведомления лицами, уполномоченными организатором на выполнение распорядительных функций по организации и проведению публичных мероприятий не были представлены копии документов, удостоверяющих личность(л.д.31-39).

По мнению суда, оспариваемые решения главы Себежского района соответствуют приведенным требованиям закона и приняты им в пределах своей компетенции. 

Доводы административных истцов о том, что решения главы Себежского района от ДД.ММ.ГГГГ противоречат нормам международного права и практике Европейского Суда по правам человека, а также нарушают их право собираться мирно, без оружия не обоснованны. При этом суд исходит из следующего.

В соответствии со ст. 6 Федерального закона N 124-ФЗ ребенку от рождения принадлежат и гарантируются государством права и свободы человека и гражданина в соответствии с Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, настоящим Федеральным законом, Семейным кодексом Российской Федерации и другими нормативными правовыми актами Российской Федерации.

К полномочиям органов государственной власти субъектов Российской Федерации на осуществление гарантий прав ребенка в Российской Федерации относится реализация государственной политики в интересах детей (п. 2 ст. 5 названного Федерального закона).

Указанные нормы права согласуются с Конвенцией о правах ребенка (ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ).

Согласно данной Конвенции государства-участники уважают и обеспечивают все права, предусмотренные настоящей Конвенцией, за каждым ребенком, находящимся в пределах их юрисдикции, без какой-либо дискриминации, независимо от расы, цвета кожи, пола, языка, религии, политических или иных убеждений, национального, этнического или социального происхождения, имущественного положения, состояния здоровья и рождения ребенка, его родителей или законных опекунов или каких-либо иных обстоятельств (ст. 2).

Государства-участники обязуются уважать право ребенка на сохранение своей индивидуальности, включая гражданство, имя и семейные связи, как предусматривается законом, не допуская противозаконного вмешательства. Если ребенок незаконно лишается части или всех элементов своей индивидуальности, государства-участники обеспечивают ему необходимую помощь и защиту для скорейшего восстановления его индивидуальности (ст. 8).

Государства-участники принимают все необходимые законодательные, административные, социальные и просветительные меры с целью защиты ребенка от всех форм физического или психологического насилия, оскорбления или злоупотребления, отсутствия заботы или небрежного обращения, грубого обращения или эксплуатации, включая сексуальное злоупотребление, со стороны родителей, законных опекунов или любого другого лица, заботящегося о ребенке. Такие меры защиты, в случае необходимости, включают эффективные процедуры для разработки социальных программ с целью предоставления необходимой поддержки ребенку и лицам, которые о нем заботятся, а также для осуществления других форм предупреждения и выявления, сообщения, передачи на рассмотрение, расследования, лечения и последующих мер в связи со случаями жестокого обращения с ребенком, указанными выше, а также, в случае необходимости, для возбуждения судебной процедуры (ст. 19).

Государства-участники обязуются защищать ребенка от всех форм сексуальной эксплуатации и сексуального совращения (ст. 34).

В преамбуле "Всеобщая декларация прав человека" (принята Генеральной Ассамблеей ООН ДД.ММ.ГГГГ) указано, что признание достоинства, присущего всем членам человеческой семьи, и равных и неотъемлемых прав их является основой свободы, справедливости и всеобщего мира.

Каждый человек имеет право на жизнь, на свободу и на личную неприкосновенность (ст. 3 "Всеобщая декларация прав человека").

Согласно п. 1 ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Уважение этих прав гарантировано другими нормами Всеобщей декларации прав человека и Конвенции, предусматривающими возможность ограничения иных прав и свобод в том случае, если они сводятся к злоупотреблению правом.

В соответствии с п. 2 ст. 29 Всеобщей декларации прав человека при осуществлении своих прав и свобод каждый человек должен подвергаться только таким ограничениям, какие установлены законом исключительно с целью обеспечения должного признания и уважения прав и свобод других и удовлетворения справедливых требований морали, общественного порядка и общего благосостояния в демократическом обществе.

Осуществление свободы на выражение мнения, налагающее обязанности и ответственность, может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков и преступлений, для охраны здоровья и нравственности, защиты репутации или прав других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия (п. 2 ст. 10 Конвенции).

Осуществление права на свободу мирных собраний не подлежит никаким ограничениям, кроме тех, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков и преступлений, для охраны здоровья и нравственности или защиты прав и свобод других лиц (п. 2 ст. 11 Конвенции).

Ничто в настоящей Конвенции не может толковаться как означающее, что какое-либо государство, какая-либо группа лиц или какое-либо лицо имеет право заниматься какой бы то ни было деятельностью или совершать какие бы то ни было действия, направленные на упразднение прав и свобод, признанных в настоящей Конвенции, или на их ограничение в большей мере, чем это предусматривается в Конвенции (ст. 17). 

Поскольку применительно к названным законоположениям принцип уважения прав человека должен соблюдаться и самими административными истцами, которые изъявили желание проведения публичных мероприятий пропагандирующих свой образ жизни неопределенному кругу лиц, включая детей, то глава района обоснованно в решениях от ДД.ММ.ГГГГ предупредил организаторов публичного мероприятия о создаваемой угрозе нарушения охраняемых законом прав и интересов детей и установленной за это статьей 6.21 КоАП РФ административной ответственности и отказал в согласовании указанных публичных мероприятий. 

Учитывая изложенное, по мнению суда, заявленные цели публичного мероприятия, направленные на пропаганду нетрадиционных сексуальных отношений, обоснованно были расценены главой района как ущемляющие права ребенка и с точки зрения общепризнанных европейских ценностей, охраняемых нормами международного права.

Свобода собраний и иных публичных мероприятий в интерпретации административных истцов, изложенной в административном исковом заявлении означает отсутствие каких-либо запретов, что не соответствует положениям ст. 21 Международного пакта о гражданских и политических правах, устанавливающей, что пользование правом на мирные собрания не подлежит никаким ограничениям, кроме тех, которые налагаются в соответствии с законом и которые необходимы в демократическом обществе в интересах общественной безопасности, общественного порядка, охраны здоровья и нравственности населения или защиты прав и свобод других лиц.

Вышеприведенные обстоятельства дела и цель заявленных публичных мероприятий требовали от главы района принятие предусмотренных законом мер по защите прав детей от информации, отрицающей семейные ценности, пропагандирующей нетрадиционные сексуальные отношения и формирующей неуважение к родителям и (или) другим членам семьи, распространение которой прямо запрещено п. 4 ч. 2 ст. 5 Федерального закона N 436-ФЗ.

Кроме того, в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации (от ДД.ММ.ГГГГ N 24-П) указано, что поскольку одно из предназначений семьи - рождение и воспитание детей, то в основе законодательного подхода к решению вопросов демографического и социального характера в области семейных отношений в Российской Федерации лежит понимание брака как союза мужчины и женщины, что в полной мере согласуется с предписаниями статей 7 и 38 Конституции Российской Федерации и не противоречит Международному пакту о гражданских и политических правах (ст. 23) и Конвенции о защите прав человека и основных свобод (ст. 12), предусматривающим возможность создания семьи в соответствии с национальным законодательством, регулирующим осуществление этого права.

Исходя из этого и учитывая, что ни из Конституции Российской Федерации, ни из принятых на себя Российской Федерацией международно-правовых обязательств не вытекает обязанность государства по созданию условий для пропаганды, поддержки и признания союзов лиц одного пола (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 496-О и от ДД.ММ.ГГГГ N 151-О-О), осуществляемое федеральным законодателем на основании п. "в" ст. 71 Конституции Российской Федерации регулирование свободы слова и свободы распространения информации не предполагает создание условий, способствующих формированию и утверждению в обществе в качестве равнозначных иных, отличных от общепризнанных, трактовок института семьи и сопряженных с ним социальных и правовых институтов.

Таким образом, предлагаемая к пропаганде информация не основана на традиционных представлениях о гуманизме в контексте особенностей национального и конфессионального состава российского общества, его социокультурных и иных исторических характеристик, в частности на сформировавшихся в качестве общепризнанных в российском обществе (и разделяемых всеми традиционными религиозными конфессиями) представлениях о браке, семье, материнстве, отцовстве, детстве, которые получили свое формально-юридическое закрепление в Конституции Российской Федерации, и об их особой ценности.

Соответственно, распространение лицом своих убеждений и предпочтений, касающихся сексуальной ориентации и конкретных форм сексуальных отношений не должно ущемлять достоинство других лиц и ставить под сомнение общественную нравственность в ее понимании, сложившемся в российском обществе, поскольку иное противоречило бы основам правопорядка.

Законодательный запрет к такой пропаганде, направленный на защиту здоровья детей, не может расцениваться как дискриминационный, поскольку в равной степени относится ко всем. 

Довод административных истцов о том, что глава района обязан был указать им иное альтернативное место проведения пекетирований и шествия, суд считает несостоятельным, поскольку это противоречит нормам п. 2 ст. 12 Федерального закона N 54-ФЗ, а также смыслу законодательного запрета на пропаганду нетрадиционных сексуальных отношений среди детей.

В этой связи, не может повлиять на выводы суда об отсутствии оснований для удовлетворения административных исковых требований и утверждение административных истцов на необоснованность указания главы района в отказе в согласовании публичных мероприятий на отсутствие копий паспортов организатора и лиц им уполномоченных выполнять распорядительные функции по организации и проведению указанных мероприятий.

На основании изложенного суд считает, что обжалуемые решения Администрации Себежского района Псковской области – отказы главы района ФИО5 в согласовании указанных публичных мероприятий от ДД.ММ.ГГГГ соответствуют нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения, приняты в пределах своих полномочий, являются законным и обоснованными, поскольку направлены на защиту детей от негативного влияния пропаганды нетрадиционных сексуальных отношений на их развитие и здоровье, и поэтому оснований для удовлетворения административного искового заявления не имеется. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. 175-180 КАС РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении административного искового заявления ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании незаконными решения Администрации Себежского района Псковской области – отказы в согласовании Главой Себежского района ФИО5 №, № и № от ДД.ММ.ГГГГ заявленных публичных мероприятий в форме шествия и пикетирований и возложении обязанностей на Администрацию Себежского района Псковской области согласовать проведение заявленных публичных мероприятий, отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Псковский областной суд через Себежский районный суд в течении месяца после составления мотивированного решения. 

Мотивированное решение 

составлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья: подпись.

Копия верна. Судья. Власова Н.Я.