Дело № 2-791/18 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

05 сентября 2018 года г. Сарапул 

Сарапульский городской суд УР в составе:

председательствующего судьи Голубева В.Ю.,

при секретаре Кузнецовой Н.В.

с участием

представителя истца ФИО1 (по доверенности)

ответчиков ФИО2, ФИО3 

представителя третьего лица ОАО «Сбербанк России» - ФИО4 (по доверенности)

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 

<

данные изъяты> к ФИО5 

<

данные изъяты>, Аминовой 

<

данные изъяты> о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, 

установил:

Истец ФИО6 обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО3 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки. Заявленные требования мотивированы тем, что 22 декабря 2009 года между ответчиками был заключен договор купли–продажи земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты> площадью 846 кв.м., с расположенным на нем жилым домом, площадью 305,9 кв.м., находящихся по адресу: 

<

данные изъяты>. По условиям указанного договора ФИО2 передала в собственность своей родной сестры ФИО3 имущество, принадлежащее семье истца. В момент заключения указанной сделки истцу не было известно о ее заключении, так как истец являлась несовершеннолетней и не посвящалась родителями в дела семьи. О совершенной сделке истцу стало известно в мае 2015 года от матери, которая сообщила, что семья не может больше проживать в доме, в связи с тем, что дом принадлежит ФИО3 и их право пользования имуществом прекращено. Впоследствии истцу также стало известно, что при заключении договора купли–продажи имущества ответчики не намеревались создать соответствующие правовые последствия заключенной сделки. Денежные средства, определенные договором, как стоимость имущества, фактически не передавались, равно как и имущество. Семья Ш-вых продолжала проживать в доме, осуществлять пользование имуществом, нести права и обязанности по содержанию. ФИО3 в дом никогда не вселялась, не осуществляла пользования и не несла расходы на его содержание. ФИО3 ни в устной, ни в письменной форме не заявляла о своем намерении вселяться в дом. Со слов ФИО3 истцу также известно, что сделка была совершена ответчиками с целью получения кредитных денежных средств, потраченных на иные цели и после выплаты кредита ответчики намеревались заключить обратную сделку по передаче имущества. Но в связи с тем, что имущество было передано в ипотеку, а кредитный договор в настоящее время расторгнут банком в одностороннем порядке, дом необходимо освободить и передать банку, в связи с чем проживать в доме истец больше не сможет. Истец считает данное обстоятельство нарушением своего права на жилище, охраняемого законом. Другого жилья у истца в собственности не имеется. Право пользования каким-либо жильем у истца также отсутствует. Кроме истца в спорном доме зарегистрированы и проживают трое несовершеннолетних детей, приходящихся истцу сестрами и братом, права которых на пользование жилым помещением также нарушены. Но при совершении сделки ответчики, в целях недопущения препятствий в ее совершении и во избежание отказа в дальнейшем в передаче имущества в ипотеку, не указали о наличии зарегистрированных в доме лиц, имеющих права пользования, в том числе несовершеннолетних детей. 

Мнимость сделки купли–продажи имущества, подтверждается еще тем, что в период, как до ее совершения, так и после родители истца продолжали осуществлять работы по реконструкции и строительству дома, по оформлению документов в этой части, по улучшению его технического состояния и приращению имущества, свидетельством чего является увеличение площади дома за счет надстройки дополнительного этажа, строительства пристроя, гаража, сарая. Все указанные работы производились родителями истца в период с 2008 года по 2011 год. Следствием произведенных работы по реконструкции жилого дома является увеличение его стоимости. При этом, ФИО3 не принимала участия в улучшении состояния имущества, увеличившего его стоимость, хотя обо всех проводимых работах ей было известно, с их проведением она была согласна. Все указанные обстоятельства подтверждают, что ответчики совершили сделку лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, что влечет признание сделки ничтожной. Ответчики обязаны вернуть друг другу все полученной по ничтожной сделке. 

Истец просит суд: признать сделку купли–продажи земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты> площадью 846 кв.м, с расположенным на нем жилым домом, площадью 305,9 кв.м по адресу: 

<

данные изъяты>, заключенную между ФИО2 и ФИО3 ничтожной; применить последствия недействительности сделки путем возврата сторон по сделке в первоначальное положение до заключения сделки; взыскать с ответчиков ФИО2 и ФИО3 солидарно государственную пошлину, уплаченную истцом при подаче иска в суд. 

На заявленные исковые требования ответчик ФИО3 направила суду заявление, согласно которому исковые требования признает в полном объеме. Кроме того, указала, что с 11.01.2009 года она была принята на работу в ЗАО «

<

данные изъяты>» на должность финансового директора. Полученные кредитные средства на приобретение жилья в апреле 2009 года она направила на погашение кредитных обязательств ЗАО «

<

данные изъяты>» в ОАО «Сбербанк России». Предыдущий кредитный договор № 

<

данные изъяты> от 07.12.2005 года под залог жилого дома, находящегося по данному адресу, ФИО2 оплачивала с 2005 года и погасила платежным поручением № 

<

данные изъяты> от 16.12.2009 года СПССК «

<

данные изъяты>» в сумме 924504,66 руб. Все оплаты по кредитному договору № 

<

данные изъяты> от 02.04.2009 года производила ФИО2 В период с апреля 2009 года по июль 2011 года ею были произведены платежи по основному долгу на общую сумму 1111289,90 руб. В июне 2009 года ФИО7 ушла в декретный отпуск с предприятия ЗАО «

<

данные изъяты>», получала все компенсации и детские пособия. Она с мужем являются поручителями по обязательствам ЗАО «

<

данные изъяты>» и по обязательствам СПССК «

<

данные изъяты>», пайщиком которого она является. С 2011 года все предприятия ФИО2 были введены в конкурсное производство. ФИО7 была уволена арбитражным управляющим ЗАО «

<

данные изъяты>» в 2013 году. Просит удовлетворить исковые требования.

Третьим лицом ПАО «Сбербанк России» на указанные исковые требования был направлен письменные возражения, согласно которым ПАО «Сбербанк России» не согласно с исковыми требованиями ФИО6, считает их незаконными и не обоснованными по следующим основаниям. В 2014 году ФИО2 обратилась в Сарапульский районный суд УР с иском о признании договора купли–продажи от 22 декабря 2009 года незаключенным. Решением Сарапульского районного суда УР от 25 ноября 2009 года от 25 ноября 2014 года в удовлетворении иска ФИО2 отказано. Апелляционным постановлением ВС УР от 04 марта 2015 года решение суда первой инстанции оставлено в силе. Таким образом, ФИО2 отстаивались права и законные интересы истца, знание истцом о факте заключения данной сделки не повлияло бы на решение суда. Считают, что истцом пропущен срок исковой давности. Кроме того, оспариваемая сделка не нарушает права ФИО6 в связи с чем, что она является ненадлежащим истцом. Так, истец на момент заключения сделки не имела доли в праве собственности на жилое помещение и на земельный участок с пристройками. Также истец продолжает проживать в оспариваемом жилом помещении, имеет там прописку. Довод истца о том, что договор купли–продажи является мнимой сделкой, так как жилой дом и иное имущество фактически не передавались, считают необоснованными. Из передаточного акта от 22 декабря 2009 года следует, что ФИО2 передала ФИО3 земельный участок и жилой дом, расположенные по адресу: 

<

данные изъяты> Указанные обстоятельства свидетельствуют о передаче продавцом ФИО2 покупателю ФИО3 жилого дома и земельного участка. Доводы о том, что истец и несовершеннолетние дети продолжают проживать в доме не указывают на то, что фактически жилой дом и земельный участок продавцом ФИО2 покупателю ФИО3 не передавались. Все указанные действия свидетельствуют о том, что отсутствуют какие-либо признаки мнимой сделки. Все действия были направлены на создание соответствующих правовых последствий совершенной сделки. Истцом не представлено никаких доказательств обратного. Собственник вправе допустить к проживанию в доме любых лиц (в том числе, не являющихся собственниками). При этом, в обязанности собственника имущества не входит уведомление предыдущих собственников в устном или письменном порядке о вселении в жилое помещение, находящееся в него на праве собственности. Собственник имеет право не проживать в указанном доме, при этом, исходя из вышеуказанных обстоятельств, его право собственности не может быть подвергнуто сомнению, в связи с отсутствием для этого правовых оснований. Доказательств совершения сделки с целью получения кредитных денежных средств, потраченных ответчиком на иные цели, истцом не представлено. Как утверждает истец, мнимость сделки подтверждается также тем, что в период до ее совершения так и после, родители истца продолжали осуществлять работы по реконструкции и строительств у дома, по оформлению документов в этой части, по улучшению его технического состояния и приращению имущества, свидетельством чего является увеличение площади жилого дома за счет надстройки дополнительного этажа, строительства пристроя, гаража, сарая. Согласно договору купли–продажи и передаточному акту от 22 декабря 2009 года ФИО3 было передано следующее имущество: жилой дом, земельный участок. В последующем дом, земельный участок, а также гараж и сарай были зарегистрированы в установленном законом порядке. В остальном истцом не представлено никаких доказательств в обоснование приведенных доводов, в связи с чем, они не могут быть приняты судом в качестве доказательств по делу. Действия ФИО6 о признании мнимой сделкой договор купли-продажи земельного участка и жилого дома по адресу: 

<

данные изъяты> о применении последствий недействительности сделки, направлены на избежание ответственности в виде обращения взыскания на предмет залога с целью погашения задолженности по кредитному договору № 

<

данные изъяты> от 02 апреля 2009 года, что является недопустимым и свидетельствует о злоупотреблении правом. Просят отказать в удовлетворении исковых требований ФИО6.

Из письменных пояснений истца к иску следует, что истцу стало известно о нарушении ее права на проживание в спорном доме в мае 2015 года с момента когда стали происходить события, позволяющие сделать вывод о том, что семьи будет лишена возможности проживания в доме. После чего мать рассказала ей о сделке. Таким образом, истец обратилась в суд в пределах срока исковой давности, с момента когда ей стало известно о нарушении ее права. Обращение ответчика ФИО2 в суд с требованием о признании договора не заключенным не относилось к защите прав истца. ФИО2 действовала от своего имени и в своих интересах, это также подтверждает и выбранный ею в 2014 году способ защиты права, позволяющий сделать вывод о том, что ответчик, обращаясь в суд с иском, не совершала действий к защите нарушенных прав истца. Тот факт, что на момент заключения сделки истец не являлась собственником жилья, не является доводом об отсутствии нарушения прав истца, так как прекращение права пользования жильем истца, как члена семьи собственника, законом поставлено в прямую зависимость от прекращения права собственности на имущество ответчика ФИО5. Кроме того, ответчики планировали совершить обратную сделку, по которой дети ответчика ФИО2 должны были стать собственниками спорного жилого дома с земельным участком. Доводы третьего лица об отсутствии признаков мнимой сделки, равно как об отсутствии доказательства использования кредитных денежных средств на иные цели не состоятельны, в связи с тем, что основными признаками мнимой сделки является отсутствие волеизъявления на исполнение заключенной сделки у обеих сторон, а так же отсутствует намерения фактически исполнять сделку. При рассмотрении настоящего дела ответчики не оспаривают факт того, что договор купли-продажи спорного жилого дома с земельным участком был заключен между ними с целью получения кредитных денежных средств и покрытия ими финансовых обязательств ЗАО «

<

данные изъяты>» учредителями которого они обе являются. Смена собственника на основании сделки не повлекла смену фактического владения. ФИО7 никогда не вселялась в приобретенный ею дом и не предпринимала попыток по вселению или регистрации в доме себя и членов своей семьи. ФИО5 не получала лично денежных средств по сделке и не предпринимала попыток к их получению, то есть, намерение к исполнению договора у обеих сторон сделки отсутствовало. Ответчики не отрицают, что они являются родными сестрами. Все изложенные обстоятельства говорят о мнимости сделки. Довод третьего лица о непредставлении доказательств относительно изменений технического состояния жилого дома безоснователен, так как в материалы дела истцом представлены документы, подтверждающие указанные обстоятельства: кадастровый паспорт по состоянию на декабрь 2016 года, по которому площадь спорного дома составляет 558,9 кв.м., этажность – 3 этажа. Тогда как в оспариваемом договоре купли–продажи указано «двухэтажный жилой дом, площадь 305,9 кв.м.». Заявление третьего лица о том, что заявленные истцом требования направлены на избежание ответственности в виде обращения взыскания на предмет залога с целью погашения задолженности по кредитному договору № 

<

данные изъяты> от 02 апреля 2009 года не состоятельно в связи с тем, что истец не является стороной кредитного договора и не является залогодателем. Кроме того, при заключении кредитного договора не убедилось в отсутствии прав третьих лиц, в том числе несовершеннолетних детей на предмет залога при заключении договора. Не контролировало сохранность и использование залогодателем предмета залога, то есть, обеспечения обязательства залогодателя относительно предмета договора. А при изменении условий кредитного договора не посчитало необходимым соблюсти процедуру сохранения поручителей, что повлекло за собой отсутствие ответственности поручителя по долгам заемщика. В настоящее время предмета залога в том, виде, в которой он был принят третьим лицом в залог: двухэтажного жилого дома площадью 305,9 кв.м., не существует, в связи с чем, третьему лицу не представится возможность произвести реализацию имущества. Реализация жилого дома в существующем его виде нарушит права третьих лиц. 

В судебное заседание истец ФИО6 не явилась, предоставила заявление о рассмотрении дела без ее участия, извещена надлежащим образом. 

Согласно ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие истца. 

В судебном заседании представитель истца ФИО1 исковые требования поддержала, суду пояснила, что денежные средства брались не для приобретения дома, а для другой сделки. Для получения кредита Аминовой необходимо было заложить имущество. Сделка совершена в декабре 2009 года, имущество заложено в апреле 2010 года. При заключении сделки не предполагали залог дома. Формально сделка была совершена на приобретение жилья. Денежные средства нужны были для бизнеса. ФИО7 фактически распорядилась имуществом, реализовав свое право собственности.

В судебном заседании ответчик ФИО2 признала исковые требования, пояснив, что права истца нарушены. При продаже дома истец будет лишена жилья. О продаже сделке истцу не говорили, она стала задавать вопросы когда дом был выставлен на торги, приезжали приставы. Было намерение вернуть дом обратно. Сделку заключали, чтобы ФИО7 получила кредит. ФИО7 не смогла оплачивать кредит. Расчет с ФИО2 произведен не был, она не получила денежных средств, деньги пошли на погашение кредита ЗАО «

<

данные изъяты>». ФИО7 на тот момент была финансовым директором. Ш-вы несут расходы за дом, живут в нем, платят налоги. 

В судебном заседании ответчик ФИО3 исковые требования признала. Суду пояснила, что она не платила кредит, все делала ФИО2 В доме проживает семья Ш-вых. Ребенок Ш-вых был зарегистрирован в доме с ее согласия. В дальнейшем хотели переоформить сделку. При получении кредита целью было внести денежные средства на погашение долга ЗАО «

<

данные изъяты>». Права истца нарушены, поскольку она лишена жилья. Кредит брался для погашения другого кредита. Цель в кредитном договоре – покупка дома. Она распорядилась домом и участком как своим имуществом путем передачи его в залог банку. Планировали погасить кредит, но не смогли. Не планировали передавать дом в залог. 

Представитель третьего лица ФИО4 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился, поддержал письменные возражения. Просит отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Суд, выслушав пояснения представителя истца и ответчиков, представителя третьего лица, исследовав письменные материалы гражданского дела, оценив и проанализировав доказательства в их совокупности пришел к следующим выводам. 

Как установлено судом и не оспаривается сторонами 02 апреля 2009 года между АК Сберегательный банк России (ОАО) (кредитор), ФИО3 и 

<

данные изъяты> (созаемщики) заключен кредитный договор № 

<

данные изъяты>, согласно которому созаемщикам предоставлен ипотечный кредит по программе «Молодая семья» в сумме 3100000 руб. под.15,75% годовых на приобретение объекта недвижимости: земельного участка и расположенного на нем жилого дома с постройками, расположенного по адресу: 

<

данные изъяты> (объект недвижимости) на срок по 02 апреля 2019 года (п.1.1).

В силу п.2.1 кредитного договора в качестве обеспечения своевременного и полного исполнения обязательств по договору созаемщики предоставляют (обеспечивают предоставление) кредитору: поручительство граждан РФ 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>., 

<

данные изъяты>., 

<

данные изъяты>.; залог (ипотеку) объекта недвижимости.

В силу п.5.3.2 кредитного договора созаемщики обязались для получения кредита подтвердить факт оплаты части стоимости объекта недвижимости и/или наличие собствнных средств в размере не менее 783000 руб. (эквивалента указанной суммы в другой валюте по курсу Банка России на дату выдачи кредита) путем предоставления кредитору документов, свидетельствующих о внесении собственных средств в счет предварительной оплаты стоимости объекта недвижимости.

В силу п.5.3.3 кредитного договора созаемщики обязались использовать кредит на цели, указанные в п.1.1 договора и предоставить кредитору в течение 6 месяцев с даты выдачи кредита документы, подтверждающие право собственности созаемщиков на приобретенный объект недвижимости: договор купли-продажи, свидетельство о праве собственности. 

22 декабря 2009 года между ФИО2 и ФИО3 был заключен договор купли-продажи, по которому ФИО2 продала ФИО3 принадлежащий ей на праве собственности земельный участок с кадастровым номером 

<

данные изъяты> площадью 846 кв.м, расположенный по адресу: 

<

данные изъяты> и расположенный на нем жилой дом площадью 305,9 кв.м.

Согласно пунктам 3, 4, 5 договора купли-продажи указанное имущество продается за 3883000 руб. Покупатель приобретает имущество за 3883000 руб. Расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора.

Указанное в договоре купли-продажи имущество передано покупателю, о чем между сторонами 22 декабря 2009 года составлен передаточный акт.

Согласно пункту 3 передаточного акта продавец получил от покупателя указанный земельный участок и жилой дом

30 декабря 2009 года было зарегистрировано право собственности ФИО3 за указанный земельный участок и жилой дом деньги в сумме 3883000 руб., стороны друг к другу претензий по расчетам не имеют.

22 марта 2010 года между АК Сберегательный банк России (ОАО) (залогодержатель) и ФИО3 (залогодатель) заключен договор ипотеки № 

<

данные изъяты>, согласно которому предметом договора является передача залогодателем в залог залогодержателю недвижимого имущества, в том числе: жилой дом общей площадью 305,9 кв.м, сарай, гараж, земельный участок с кадастровым номером 

<

данные изъяты> общей площадью 846 кв.м, расположенные по адресу: УР, 

<

...>.

В силу п.1.1 договора ипотеки предмет залога полностью остается в пользовании и на хранении у залогодателя.

В соответствии с п.2.1 договора ипотеки предметом залога обеспечивается исполнение обязательств залогодателя, возникших на основании кредитного договора № 

<

данные изъяты> от 02 апреля 2009 года, заключенного между залогодержателем (кредитором) и залогодателем в г.Сарапуле.

Согласно домовой книге в жилом доме по адресу: 

<

данные изъяты> зарегистрированы: 

<

данные изъяты>с 12.09.2005 года, 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ года рождения с 12.09.2005 года, 

<

данные изъяты> 204 года рождения с 12.09.2005 года, ФИО2 с 14.03.2006 года.

Вступившим в законную силу решением Сарапульского городского суда УР от 11 октября 2011 года с ФИО3 и ФИО8 в пользу ОАО «Сбербанк России» взыскана задолженность по кредитному договору в размере 2989756,29 руб., обращено взыскание на спорное имущество.

В настоящее время спорные жилой дом и земельный участок, принадлежащие на праве собственности ФИО9, обременены ипотекой в пользу ПАО «Сбербанк России».

В силу п.1 ст.170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно разъяснениям, содержащимся в 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

Исходя из смысла п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимость сделки обусловлена тем, что на момент ее совершения стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий. Совершая такую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у сторон нет цели достигнуть заявленных результатов. Установление факта того, что в намерения сторон на самом деле не входили возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным основанием для признания сделки ничтожной.

Формальное исполнение лишь для вида условий сделки ее сторонами не может препятствовать квалификации судом такой сделки как мнимой.

Установление обстоятельств, которые свидетельствуют о совершении конкретных действий, направленных на создание соответствующих заключенным сделкам правовых последствий, исключает применение п. 1 ст. 170 ГК РФ. (Обзор судебной практики Верховного Суда РФ "Некоторые вопросы судебной практики Верховного Суда РФ по гражданским делам" (утв. Судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда РФ)

Правовые основания для признания договора мнимой сделкой, влекущей согласно ст. 170 ГК РФ ее недействительность, отсутствуют, если покупатель произвел оплату по оспариваемому договору, зарегистрировал переход права собственности, т.е. не только имел намерение создать соответствующие заключенной сделке правовые последствия (приобрести право собственности на имущество), но и совершил для этого необходимые действия.

При определении того, был ли между сторонами заключен договор, каким является содержание его условий и как они соотносятся между собой, совпадает ли волеизъявление сторон с их действительной общей волей, а также является ли договор мнимой сделкой, суду необходимо применить правила толкования договора, установленные статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Согласно указанной статье Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. 

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Таким образом, основной способ толкования условий договора состоит в выяснении буквального значения содержащихся в договоре слов и выражений.

Соответственно использование другого способа толкования условий договора - выяснение действительной общей воли сторон с учетом цели договора - допустимо в том случае, если применение основного способа толкования не позволило определить содержание условий договора.

В силу п.2 ст.166 ГК РФ (в редакции на дату совершения сделки) требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом.

В силу п.3 ст.166 ГК РФ (в ред. Федерального закона от 07.05.2013 N 100-ФЗ) требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Таким образом, в силу указанных положений ГК РФ с требованием о применении последствий недействительности ничтожной сделки может обратиться лицо, права которого нарушены совершением оспариваемой сделки, что согласуется с положениями ст.11 и ст.12 ГК РФ, в силу которой судебной защите подлежат нарушенные гражданские права, одним из способов защиты которых является применение последствий недействительности ничтожной сделки.

Таким образом, истец, обращаясь в суд с иском о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, должна доказать факт нарушения ее прав оспариваемой сделкой.

Таких доказательств истцом суду не представлено. 

Как следует из материалов дела, ФИО2 получила деньги от продажи спорного имущества, что следует как из содержания договора купли-продажи, так и из содержания передаточного акта. Кроме того, из условий кредитного договора от 02 апреля 2009 года № 

<

данные изъяты> следует, что кредит им бы не был предоставлен без подтверждения факт оплаты части стоимости объекта недвижимости в размере не менее 783000 руб. путем предоставления кредитору документов, свидетельствующих о внесении собственных средств в счет предварительной оплаты стоимости объекта недвижимости.

Вместе с тем, указанный кредит был созаемщикам А-вым предоставлен, что следует из решения Сарапульского городского суда от 11 октября 2011 года по гражданскому делу № 2-2918/11 по иску ОАО «Сбербанк России» к ФИО3, 

<

данные изъяты>., 

<

данные изъяты>., 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> о взыскании задолженности по кредиту. Указанным решением суда установлено, что денежные средства в размере 3100000 руб. зачислены на расчетный счет ФИО3 02 апреля 2009 года. 

Несмотря на то, что в силу ст.61 ГПК РФ указанное решение по другому делу, в котором не участвовал истец, не является преюдициальным, оно подлежит правовой оценке судом как письменное доказательство в соответствии с процессуальным законом (ст.67 ГПК РФ).

Кроме того, факт получения суммы кредита сторонами не оспаривается.

Таким образом, факт зачисления кредитором денежных средств в размере 3100000 руб. на расчетный счет ФИО3 02 апреля 2009 года свидетельствует о том, что кредитору (ПАО «Сбербанк России») были представлены документы, подтверждающие внесение собственных средств в счет предварительной оплаты стоимости объекта недвижимости.

Доводы ответчиков о том, что полученные кредитные средства были потрачены на иные нужды, а не на приобретение спорного объекта недвижимости суд находит несостоятельными. Доказательств, с достоверностью подтверждающих доводы ответчиков суду не представлено. Приходный кассовый ордер от 03 апреля 2009 года № 

<

данные изъяты> о внесении ФИО3 в ЗАО «

<

данные изъяты>» денежной суммы в размере 3100000 руб., равно как и квитанция к приходному кассовому ордеру №1 от 03 апреля 2009 года не свидетельствуют о том, что внесенная ФИО3 денежная сумма является именно полученными ей кредитными средствами. Не являются таковыми доказательствами и карточки счета 51 ЗАО «

<

данные изъяты>».

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что ФИО2 получила денежные средства от ФИО3 в указанном в договоре купли-продажи размере.

При таких обстоятельствах после отчуждения спорного имущества ФИО2 имела возможность приобрести другое жилое помещение для своей семьи. Оспариваемая истцом сделка не повлекла нарушение ее жилищных прав. После совершения сделки истец осталась проживать в спорном жилом помещении совместно с членами своей семьи, сведений о том, что она лишена возможности пользоваться спорным имуществом в материалы дела не представлено. 

Доводы о том, что спорное имущество фактически не передавалось покупателю, являются также не состоятельными, поскольку опровергаются передаточным актом от 22 декабря 2009 года, составленным в соответствии с положениями п.1 ст.556 ГК РФ.

Тот факт, что ФИО2 со своей семьей продолжает проживать в спорном доме не свидетельствуют о том, что фактически спорное имущество не передавалось покупателю ФИО3

В силу п.1, п.2 ст.209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

ФИО3, как собственник, имела право передать права владения и пользования имуществом иным лицам, в том числе ФИО5, оставаясь при этом собственником имущества.

Факт несения Ш-выми расходов, связанных с пользованием спорным имуществом не свидетельствует о том, что имущество фактически покупателю не передавалось. 

В силу положений ст.ст.549, 550, 551, 554, 555, 556, 558 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130). 

Договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (пункт 2 статьи 434).

Несоблюдение формы договора продажи недвижимости влечет его недействительность.

Переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

Исполнение договора продажи недвижимости сторонами до государственной регистрации перехода права собственности не является основанием для изменения их отношений с третьими лицами.

В случае, когда одна из сторон уклоняется от государственной регистрации перехода права собственности на недвижимость, суд вправе по требованию другой стороны, а в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации об исполнительном производстве, также по требованию судебного пристава-исполнителя вынести решение о государственной регистрации перехода права собственности. Сторона, необоснованно уклоняющаяся от государственной регистрации перехода права собственности, должна возместить другой стороне убытки, вызванные задержкой регистрации.

В договоре продажи недвижимости должны быть указаны данные, позволяющие определенно установить недвижимое имущество, подлежащее передаче покупателю по договору, в том числе данные, определяющие расположение недвижимости на соответствующем земельном участке либо в составе другого недвижимого имущества.

При отсутствии этих данных в договоре условие о недвижимом имуществе, подлежащем передаче, считается не согласованным сторонами, а соответствующий договор не считается заключенным.

Договор продажи недвижимости должен предусматривать цену этого имущества.

При отсутствии в договоре согласованного сторонами в письменной форме условия о цене недвижимости договор о ее продаже считается незаключенным. При этом правила определения цены, предусмотренные пунктом 3 статьи 424 настоящего Кодекса, не применяются.

Если иное не предусмотрено законом или договором продажи недвижимости, установленная в нем цена здания, сооружения или другого недвижимого имущества, находящегося на земельном участке, включает цену передаваемой с этим недвижимым имуществом соответствующей части земельного участка или права на нее.

В случаях, когда цена недвижимости в договоре продажи недвижимости установлена на единицу ее площади или иного показателя ее размера, общая цена такого недвижимого имущества, подлежащая уплате, определяется исходя из фактического размера переданного покупателю недвижимого имущества.

Передача недвижимости продавцом и принятие ее покупателем осуществляются по подписываемому сторонами передаточному акту или иному документу о передаче.

Если иное не предусмотрено законом или договором, обязательство продавца передать недвижимость покупателю считается исполненным после вручения этого имущества покупателю и подписания сторонами соответствующего документа о передаче.

Уклонение одной из сторон от подписания документа о передаче недвижимости на условиях, предусмотренных договором, считается отказом соответственно продавца от исполнения обязанности передать имущество, а покупателя - обязанности принять имущество.

Существенным условием договора продажи жилого дома, квартиры, части жилого дома или квартиры, в которых проживают лица, сохраняющие в соответствии с законом право пользования этим жилым помещением после его приобретения покупателем, является перечень этих лиц с указанием их прав на пользование продаваемым жилым помещением.

Договор продажи жилого дома, квартиры, части жилого дома или квартиры подлежит государственной регистрации и считается заключенным с момента такой регистрации.

Оспариваемый договор купли-продажи заключен в соответствии с приведенными положениями ГК РФ и содержит все существенные условия.

Из толкования условий договора купли-продажи следует, что продавец передал покупателю за плату в собственность принадлежащее продавцу спорное имущество. Содержание договора изложено ясно и четко и не предполагает иного его толкования. 

Как следует из материалов дела и как установлено судом, при совершении сделки стороны не только предусмотрели реальные правовые последствия сделки, но и осуществили их, переход права собственности к покупателю состоялся.

Покупатель ФИО10 приобрела спорное имущество в рамках исполнения условий кредитного договора от 02 апреля 2009 года № 

<

данные изъяты>. 

В рамках осуществления правомочий собственника спорного имущества ФИО10 заключила 22 марта 2010 года договор ипотеки № 

<

данные изъяты>. 

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что для сторон оспариваемой сделки наступили правовые последствия в виде перехода права собственности от продавца к покупателю и последующей реализации покупателем возникших у него правомочий собственника путем передачи имущества в залог в целях обеспечения исполнения кредитного договора, заключенного покупателем с банком.

Прим этом договор ипотеки № 

<

данные изъяты> от 22 марта 2010 года предусматривает правовые последствия нарушений как обязательств по кредитному договору, так и по договору ипотеки, в том числе, в виде обращения взыскания на заложенное имущество в целях погашения долга заемщика ФИО3 перед кредитором.

Кроме того, суд принимает во внимание, что при рассмотрении гражданского дела по иску ОАО «Сбербанк России» к ФИО3, 

<

данные изъяты>., 

<

данные изъяты>., 

<

данные изъяты>., 

<

данные изъяты>., 

<

данные изъяты> о взыскании задолженности по кредиту, в рамках которого истцом было заявлено требование об обращении взыскания на заложенное имущество ответчик ФИО3 не приводила доводов о мнимости сделки и отсутствии у нее права собственности на заложенное имущество. 

В ходе рассмотрения гражданского дела по иску ФИО2 к ФИО3 о признании договора купли-продажи от 22 декабря 2009 года незаключенным (решение Сарапульского районного суда от 25 ноября 2014 года по гражданскому делу № 2-663.14, вступившее в законную силу) ФИО3 также не приводила доводов о мнимости сделки, при этом представитель ФИО3 пояснял в судебном заседании, что недвижимость была передана продавцом ФИО2 покупателю ФИО3, которая как собственник жилого помещения имела право предоставить его для проживания любому лицу.

В апелляционной жалобе на решение Сарапульского городского суда УР от 11 мая 2016 года по гражданскому делу по иску ФИО6 к ФИО3, ФИО2, Управлению Росреестра по УР о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки ФИО3 также указывала на отсутствие нарушений прав ФИО6, отсутствие доказательств недействительности сделки, отсутствие доказательств наличия умысла у сторон сделки, направленного на достижение противоправных целей.

Из вышеприведенного следует, что все предшествующие действия и пояснения ФИО3 подтверждают факт законности сделки, ее реальности, в том числе намерений сторон создать реальные правовые последствия сделки, соответствия волеизъявления сторон сделки их внутренней воле.

Установленные судом обстоятельства в совокупности свидетельствуют об отсутствии оснований для признания договора купли-продажи мнимой сделкой, поскольку покупатель произвел оплату по оспариваемому договору, зарегистрировал переход права собственности, т.е. не только имел намерение создать соответствующие заключенной сделке правовые последствия (приобрести право собственности на имущество), но и совершил для этого необходимые действия.

Расписка ФИО3, датированная 22 декабря 2009 года, не опровергает указанных выводов, поскольку противоречит установленным судом обстоятельствам и фактическим действиям ФИО3

В силу ст.195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Поскольку оспариваемая сделка не нарушила прав истца, суд не усматривает оснований для применения последствий пропуска срока исковой давности. 

Суд также не усматривает оснований для принятия признания иска ответчиками.

В силу ч.1, ч.2 ст.39 ГПК РФ ответчик вправе признать иск. Суд не принимает признание иска ответчиком, если это противоречит закону или нарушает права и законные интересы других лиц.

Как установлено судом, спорное имущество является предметом залога по договору ипотеки № 

<

данные изъяты> от 22 марта 2010 года, заключенному между АК Сберегательный банк РФ (в настоящее время – ПАО «Сбербанк России») и ФИО3 и обеспечивает исполнение обязательств залогодателя ФИО3, возникших на основании кредитного договора № 

<

данные изъяты> от 02 апреля 2009 года, заключенного между залогодержателем (кредитором – ПАО «Сбербанк России») и залогодателем.

Решением Сарапульского городского суда от 11 октября 2011 года по гражданскому делу № 2-2918/11 по иску ОАО «Сбербанк России» к ФИО3, 

<

данные изъяты>., 

<

данные изъяты>., 

<

данные изъяты>., 

<

данные изъяты>., 

<

данные изъяты> о взыскании задолженности по кредиту, вступившим в законную силу, обращено взыскание на заложенное имущество, принадлежащее на праве собственности ФИО3

Из письма и.о.начальника отдела-старшего судебного пристава ОСП по Сарапульскому и Каракулинскому району УФССП России по УР от 30.06.2016 года № 

<

данные изъяты> следует, что в ОСП по Сарапульскому и Каракулинскому району в рамках исполнительного производства № 

<

данные изъяты> от 12.02.2016 года на основании решения суда обращено взыскание на спорное имущество. 

При изложенных обстоятельствах, с учетом установленных судом фактов принятие судом признания иска ответчиками нарушит права и законные интересы третьего лица ПАО «Сбербанк России», в связи с чем суд не принимает признания иска ответчиками.

Таким образом, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.

Поскольку суд отказывает в удовлетворении исковых требований, оснований для взыскания с ответчиков судебных расходов в виде уплаченной истцом государственной пошлины не имеется. 

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО5 

<

данные изъяты> к ФИО5 

<

данные изъяты>, Аминовой 

<

данные изъяты> о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, взыскании судебных расходов оставить без удовлетворения в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд УР в течение одного месяца со дня вынесения мотивированного решения через Сарапульский городской суд.

Мотивированное решение изготовлено 10 сентября 2018 года.

Судья Сарапульского 

городского суда Голубев В.Ю.