Мотивированное 

апелляционное определение

 изготовлено 17.12.2025

судья Лимонова Н.В.

№ 33-3245/2025

УИД 51RS0008-01-2024-002783-73

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Мурманск

17 декабря 2025 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда в составе:

председательствующего

ФИО1

судей

Койпиш В.В.

ФИО2

при секретаре Бойковой А.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1045/2025 по иску ФИО3 к ФИО4 о защите прав потребителя

по апелляционной жалобе ФИО4 на решение Кольского районного суда Мурманской области от 29 июля 2025 г.

Заслушав доклад судьи Койпиш В.В., объяснения ответчика ФИО4, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, возражения относительно доводов апелляционной жалобы истца ФИО3 и ее представителя ФИО5, судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда

установила:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО4 о защите прав потребителя.

В обоснование требований указано, что 6 августа 2024 г. между сторонами дистанционным способом заключен договор передачи владения породистого животного - котенка ориентальной породы по кличке «Мерседес», стоимостью 49 000 рублей. Сумма по договору оплачена ФИО3 в полном объёме.

10 августа 2024 г. животное отправлено продавцом поездом по маршруту: г. Нижний Новгород (Стригино) – г. Мурманск.

Истцом понесены расходы на приобретение билета для перевозки животного стоимостью 4 360 рублей, переноски стоимостью 1 500 рублей, также за оформление родословной 1 500 рублей.

Со слов проводника поезда, животное передали для перевозки уже больным, на следующий день котенок отказывался от пищи и воды, выглядел вялым, на ноги не поднимался, потекли глаза, стал кашлять и хрипеть.

12 августа 2024 г. после доставки у животного выявлены чихание, выделения из носа, гнойные выделения из глаз, затрудненное передвижение задних лап. К вечеру поднялась температура до 41,3°С, глаза и нос заложены гноем, задние лапы парализовало.

Истец, проконсультировавшись в режиме онлайн с ветеринарными врачами, начала лечение, которое не дало результатов

16 августа 2024 г. ФИО3 обратилась в ветеринарный центр «Котонай», где животному поставлен диагноз: калицивирусная инфекция кошек, гепервирусная инфекция кошек, панлейкопения кошек, сепсис.

В период с 16 августа 2024 г. по 19 августа 2024 г. котенок находился на стационарном лечении.

В связи с необходимостью обращения в клинику истцом понесены расходы в размере 42 810 рублей, также за прием в государственной ветеринарной клинике истцом понесены расходы в размере 1 510 рублей 70 копеек.

23 августа 2024 г. в клинике «Vet Union» животному поставлен диагноз: коронавирус кошек энтеральный.

На основании рекомендаций ветеринарных врачей истцом приобретены лекарственные препараты на сумму 7 540 рублей 86 копеек.

Лечение не дало положительно результата, котенок умер 30 августа 2024 г.

12 сентября 2024 г. истцом в адрес ответчика направлена претензия с требованием о возмещении ущерба и расходов по оплате юридических услуг, которая оставлена без удовлетворения.

Просила взыскать с ответчика уплаченные за товар ненадлежащего качества денежные средства в размере 49 000 рублей, в счет возмещения ущерба, причиненного продажей товара ненадлежащего качества, 59 221 рубль 56 копеек, компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей, штраф, расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 рублей.

Судом принято решение, которым исковые требования ФИО3 удовлетворены частично, с ФИО4 в пользу ФИО3 взысканы уплаченные за товар денежные средства в размере 49 000 рублей, в возмещение убытков 52 668 рублей 70 копеек, компенсация морального вреда в размере 10 000 рублей, штраф в размере 56 763 рубля 85 копеек, расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 рублей; в удовлетворении остальной части исковых требований отказано; также с ФИО4 в доход бюджета Кольского района Мурманской области взыскана государственная пошлина в размере 7 050 рублей 06 копеек.

В апелляционной жалобе ФИО4, ссылаясь на основания для отмены решения суда в апелляционном порядке, установленные статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, просит судебный акт отменить и принять по делу новое решение, которым отказать истцу в удовлетворении заявленных требований.

В обоснование жалобы приводит доводы, аналогичные возражениям, приведенным при рассмотрении дела в суде первой инстанции.

Полагает, что оснований для удовлетворения требований не имелось, поскольку именно истец виновна в смерти переданного ей животного.

Указывает, что неправильные действия истца, выразившиеся в несоблюдении карантина, неправильном выборе клиники и даче животному неполноценного питания, привели к летальному исходу.

Считает, что судом необоснованно взыскан штраф, ссылаясь на то, что после передачи котенка истцу и выявления плохого самочувствия, ответчик предлагал возвратить животное.

Выражает мнение о том, что судом первой инстанции надлежащим образом не исследованы доказательства в виде приложенных скриншотов и аудиозаписей.

Обращает внимание, что ответчик был лишен возможности заключения с истцом мирового соглашения и перечисления денежных средств, приводя довод, что ФИО3 заблокировала его номер телефона.

Настаивает, что истец самоустранилась от решения возникшей проблемы, отказалась от заключения мирового соглашения, обратилась в суд с настоящим иском.

Отмечает, что, когда ответчиком предлагалось заключение мирового соглашение, кошка была еще жива, однако ФИО3 не планировала возвращать животное, занималась вымогательством.

Утверждает, что истец грубо нарушила условия договора в части соблюдения карантина, поскольку животное находилось в пребывании других животных, принадлежащих ФИО3

Обращает внимание, что при передаче животного в клинику истец указывала, что котёнок заразился в поезде, однако указанные доводы оставлены судом без внимания.

Указывает, что им передавался котенок проводнику поезда здоровым, без признаков болезни, в свою очередь, проводник не сообщал ответчику о болезни животного в пути следования.

Приводит довод, что способ доставки животного железнодорожным транспортом выбран покупателем, исходя из его экономичности, тогда как имелись иные способы доставки, которые являлись проверенными и безопасными.

Обращает внимание, что встреча животного была поручена третьему лицу, что увеличило стрессовую нагрузку и вероятность заражениями новыми инфекциями.

Предполагает, что своими действиями истец спровоцировала истощение котенка, который утратил способность продуцировать клетки иммунной системы.

Обращает внимание, что в ходе разрешения спора судом допрошен специалист, однако в материалах дела не имеется документов, подтверждающие его специальность, опыт работы.

Ссылаясь на то, что вскрытие котенка после смерти не проводились, причина смерти не установлена, полагает, что причиной гибели животного могли являться разрывы тканей после вязки с взрослым котом, допущенной заводчицей ФИО3

Указывает, что перед вынесением решения ответчик просил учесть его трудное материальное положение, однако указанные доводы проигнорированы судом.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со статьей 137 Гражданского кодекса Российской Федерации к животным применяются общие правила об имуществе постольку, поскольку законом или иными правовыми актами не установлено иное.

Согласно пункту 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В соответствии со статьей 469 Гражданского кодекса Российской Федерации продавец обязан передать покупателю товар, качество которого соответствует договору купли-продажи (пункт 1). При отсутствии в договоре купли-продажи условий о качестве товара продавец обязан передать покупателю товар, пригодный для целей, для которых товар такого рода обычно используется (пункт 2).

В силу статьи 470 Гражданского кодекса Российской Федерации товар, который продавец обязан передать покупателю, должен соответствовать требованиям, предусмотренным статьей 469 настоящего Кодекса, в момент передачи покупателю, если иной момент определения соответствия товара этим требованиям не предусмотрен договором купли-продажи, и в пределах разумного срока должен быть пригодным для целей, для которых товары такого рода обычно используются (пункт 1). В случае, когда договором купли-продажи предусмотрено предоставление продавцом гарантии качества товара, продавец обязан передать покупателю товар, который должен соответствовать требованиям, предусмотренным статьей 469 настоящего Кодекса, в течение определенного времени, установленного договором (гарантийного срока) (пункт 2).

В соответствии с пунктом 1 статьи 457 Гражданского кодекса Российской Федерации гарантийный срок начинает течь с момента передачи товара покупателю (статья 457), если иное не предусмотрено договором купли-продажи.

В силу статьи 475 Гражданского кодекса Российской Федерации, если недостатки товара не были оговорены продавцом, покупатель, которому передан товар ненадлежащего качества, вправе по своему выбору потребовать от продавца: соразмерного уменьшения покупной цены; безвозмездного устранения недостатков товара в разумный срок; возмещения своих расходов на устранение недостатков товара, (часть 1). В случае существенного нарушения требований к качеству товара покупатель вправе в том числе отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар денежной суммы (часть 2).

К отношениям по договору розничной купли-продажи с участием покупателя-гражданина, не урегулированным Кодексом, применяются законы о защите прав потребителей и иные правовые акты, принятые в соответствии с ними (пункт 3 статьи 492 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как установлено судом и следует из материалов дела, 6 августа 2024 г. между ФИО4 (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключен договор передачи владения породистого животного (т.1, л.д.17-19).

В соответствии с пунктом 1.1 договора продавец передает во владение покупателя породистое животное - ориентальную кошку по кличке «Мерседес» (Mercedes Oriental Royal), ориентальной породы, окрас биколор, пол женский, дата рождения 15 мая 2024 г.

Согласно пункту 1.3 договора продавец обязался передать покупателю животное, его метрику (родословная оплачивается отдельно), ветеринарный паспорт с отметкой о вакцинации.

Стоимость животного по договору составила 49 000 рублей, что следует из пункта 2.1 договора.

В пункте 4.5 договора сторонами согласовано, что передача животного должна производиться только в контейнере для животных, переноске, клетке по габаритам достаточной для его комфортного перемещения и имеющего механические запоры, не допускающие свободный выход.

Сумма по договору оплачена ФИО3 в полном объёме, что подтверждается представленными в материалы дела квитанциями (т.1, л.д.14, 15).

Истцом также понесены расходы на приобретение билета для перевозки животного железнодорожным транспортом стоимостью 2 857 рублей, переноски стоимостью 1 500 рублей; за родословную котенка ответчику переведена сумма в размере 1 500 рублей (т.1, л.д.13, 221-222).

10 августа 2024 г. животное отправлено продавцом поездом по маршруту: г.Нижний Новгород (Стригино) – г.Мурманск.

Обращаясь в суд с настоящим иском, истец указала, что 12 августа 2024 г. после доставки у животного выявлены чихание, выделения из носа, гнойные выделения из глаз, затрудненное передвижение задних лап; к вечеру поднялась температура до 41,3°С, глаза и нос были заложены гноем, задние лапы парализовало.

16 августа 2024 г. ФИО3 обратилась в городскую СББЖ «ГОБВУ «Мурманская облСББЖ», расположенную в г. Полярном Мурманской области, где сообщила, что кошка «Мерседес» доставлена железнодорожным транспортом 12 августа 2024 г; при получении истец обнаружила, что животное плохо ходит, заваливается на задние лапы, глаза гноятся, присутствует чихание. За время домашнего пребывания кошке становилось хуже, последовал отказ от корма и воды. Проводилось лечение: бутофан, кололи амоксициллин, промывали нос физраствором, подкожно вводили физраствор и глюкозу в области холки. Результат лечения отсутствует, кошка слабая. Составлен план лечения, рекомендовано сдать кровь на ПЦР-инфекции, общий и биохимический анализ крови (т.1, л.д.24).

Стоимость оказанных услуг в размере 1 510 рублей 70 копеек оплачена истцом, что подтверждается справкой ПАО «Сбербанк» (т.1, л.д.25).

В этот же день между ООО «Ресурс» (ветеринарный центр «Котонай») и ФИО3 заключен договор на оказание платных ветеринарных услуг, предметом которого являлось оказание ветеринарной помощи животному по кличке «Мерседес» ориентальной породы (т.1, л.д.27-28).

17 августа 2024 г. ФИО3 подписано согласие на госпитализацию животного в ветеринарный центр «Котонай» и проведение необходимых анализов (т.1, л.д.29).

При обращении в ветеринарный центр «Котонай» ФИО3 указывала аналогичные жалобы состояния здоровья животного (т.1, л.д.39-43).

19 августа 2024 г. животное выписано из ветеринарного центра «Котонай» с предварительными диагнозами панлейкопения кошек, калицивирусная инфекция кошек, герпесвирусная инфекция кошек, сепсис. Прогноз крайне осторожный, близкий к неблагоприятном; дана консультация по лечению, рекомендовано сделать ПЦР-тест (т.1, л.д.44-46).

21 августа 2024 г. истцом получен результат проведенного ветеринарным центром «Котонай» исследования № 000052054 от 17 августа 2024 г. об обнаружении у животного герпесвируса кошек (т.1, л.д.49).

Стоимость оказанных услуг ветеринарного центра «Котонай» в размере 42 810 рублей оплачена истцом, что подтверждается кассовыми чеками (т.1, л.д.30-32).

23 августа 2024 г. в клинике «Vet Union» у животного взят соскоб эпителиальных клеток слизистой прямой кишки, в результате проведенного анализа поставлен диагноз - короновирус кошек энтеральный (т.1, л.д.52).

За проведение исследования истцом уплачено 1 600 рублей (т.1, л.д.53).

На основании рекомендаций ветеринарных врачей истцом приобретены ветеринарные препараты, кварцевая лампа, а также затрачены денежные средства на приобретение топлива.

30 августа 2024 г. котенок умер, в связи с чем истец обратилась городскую СББЖ «ГОБВУ «Мурманская облСББЖ» (г. Полярный Мурманской области).

30 августа 2024 г. ГОБВУ «Мурманская облСББЖ» выставлен счет, связанный с уничтожением кошки на сумму 74 рубля 40 копеек, который оплачен истцом (т.1, л.д.237-239).

12 сентября 2024 г. истцом в адрес ответчика направлена претензия о возврате уплаченных за товар денежных средств и возмещении убытков, на которую ответчик ответил 7 октября 2024 г. с требованием о предоставлении акта ветеринарной клиники о смерти животного с фото и видеозаписью котенка, акта кремации или захоронения, актов и справки ветеринарной клиники, подтверждающих лечение в стационаре, и других документов (т. 1, л.д.161).

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей», разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», проанализировав обстоятельства дела, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, установив факт приобретения истцом животного, состояние которого не соответствовало условиям договора, пришел к выводу о наличии правовых оснований для частичного удовлетворения заявленных требований о взыскании с ответчика денежных средств, уплаченных по договору, убытков, компенсации морального вреда, штрафа.

Проверяя решение суда по доводам апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Доводы апелляционной жалобы об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований со ссылкой на то, что смерть животного произошла вследствие нарушения новым владельцем условий содержания животного как несостоятельные отклоняются судебной коллегией.

В ходе разрешения спора истцом в материалы дела представлены относимые и допустимые доказательства наличия у приобретенного у ответчика животного заболевания, в частности, документы ветеринарных клиник, акт городской СББЖ «ГОБВУ «Мурманская облСББЖ», результаты исследования и рекомендации по лечению ООО «Ресурс» (ветеринарный центр «Котонай») о том, что у животного обнаружен герпесвирус кошек, а также результаты анализа клиники «Vet Union», в соответствии с которым животному поставлен диагноз - короновирус кошек энтеральный, что подтверждает факт продажи истцу ответчиком животного с наличием заболевания.

Тогда как ответчиком в соответствии с положениями статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено доказательств, с достоверностью свидетельствующих о возникновении у животного заболевания после передачи его истцу либо по причине, связанной с ненадлежащим содержанием, а также доказательств тому, что диагностированное заболевание не является недостатком качества товара и при таком заболевании животное считается здоровым.

Судом в ходе рассмотрения дела допрошен специалист ФИО6, которая пояснила, что животное имело системную короновирусную инфекцию, отягощенную герпесвирусной инфекцией и бактериальной субинфекцией, возникшей в результате атомии кишечника. Сильное падение лейкоцитов свидетельствует об активном вирусном процессе. На момент приема в клинике «Котонай» состояние животного являлось тяжелым, прогноз вплоть до летального. Короновирусная инфекция появилась у котенка примерно с двух-четырех недель, с тех пор как котенок впервые пошел в лоток с матерью. В свою очередь, герпесвирусная инфекция имеет инкубационный период не менее семи дней и также получена в питомнике. Короновирусная инфекция могла привести котенка к смерти. Для установления причины смерти животного необходимо проводить вскрытие, однако в г. Мурманске проведение указанного исследования является затруднительным, как и отправка животного для его проведения в г. Санкт-Петербург или г. Москву (т.1,л.д.86, 87-88).

Вопреки доводам апелляционной жалобы об отсутствии документов, подтверждающих квалификацию специалиста, в материалы дела представлен диплом о наличии у ФИО6 квалификации специалиста в области ветеринарии.

Также судом первой инстанции разъяснялось ответчику право заявить ходатайство о проведении по делу судебной ветеринарной экспертизы для выяснения причин заболевания животного.

Ходатайств о проведении по делу судебной ветеринарной экспертизы, как в суде первой, так и в суде апелляционной инстанций не заявлялось.

В соответствии с требованиями части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений.

В этой связи по доводам апелляционной жалобы у судебной коллегии не имеется основании полагать, что заболевание животного произошло после его доставки истцу.

При таком положении, усчитывая, что из представленных в материалы дела доказательств следует, что истцу передан товар ненадлежащего качества, при этом ответчиком не представлено доказательств тому, что смерть животного могла произойти вследствие нарушения условий содержания животного новым владельцем, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о наличии оснований для взыскания в пользу истца стоимости животного в размере 49 000 рублей.

Изложенные в апелляционной жалобе доводы о том, что ответчиком продан товара надлежащего качества, являлись предметом исследования и оценки суда первой инстанции и по приведенным в решении мотивам отклонены, с которыми соглашается судебная коллегия.

Доводы апелляционной жалобы о том, что действия истца, выразившиеся в неправильном выборе клиники и даче животному неполноценного питания, привели к летальному исходу, объективно не подтверждены надлежащими доказательствами, фактически являются субъективным мнением ответчика, в связи с чем не могут являться основанием для отмены решения суда.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно разъяснениям в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что согласно статьям 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав убытков входят реальный ущерб и упущенная выгода.

Под реальным ущербом понимаются расходы, которые кредитор произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества.

Учитывая совокупность представленных в материалы дела доказательств, свидетельствующих о наличии у животного заболевания, сведений об инкубационном (скрытом) периоде заболевания, проявление признаков болезни у животного в первый же день после передачи его истцу, вопреки доводам апелляционной жалобы, у судебной коллегии не имеется оснований не согласиться с вывод суда о том, что заболевание животного имело место на дату его продажи ответчиком, в связи с чем истец обладает правом требования возмещения понесенных расходов на лечение, осмотр и проведенные исследования

В этой связи суд обоснованно частично удовлетворил заявленные истцом требования о взыскания убытков в размере 52 668 рублей 70 копеек, в том числе: расходы по доставке и приобретению родословной в сумме 5 857 рублей (железнодорожный билет – 2 857 рублей + переноска 1 500 рублей + родословная 1 500 рублей), по оплате медицинских манипуляций с животным в сумме 45 920 рублей 70 копеек (1 510 рублей 70 копеек в городской СББЖ «ГОБВУ «Мурманская облСББЖ + 42 810 рублей в ветеринарном центре «Котонай» + 1 600 рублей в клинике «Ve Union»), приобретение назначенного препарата фоспренила стоимостью 891 рубль как находящиеся в прямой причинной связи с продажей товара ненадлежащего качества.

Вместе с тем по доводам апелляционной жалобы, в которой, в том числе указано, что истец является заводчиком, судебная коллегия не может согласиться с решением суда в части взыскания в пользу истца компенсации морального вреда и штрафа в соответствии с положениями Закона о защите прав потребителей.

При отнесении споров к сфере регулирования Закона о защите прав потребителей следует учитывать, в частности, что, исходя из преамбулы Закона о защите прав потребителей и статьи 9 Федерального закона от 26 января 1996 г. N 15-ФЗ "О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации", правами, предоставленными потребителю Законом о защите прав потребителей и изданными в соответствии с ним иными правовыми актами, а также правами стороны в обязательстве в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации пользуется не только гражданин, который имеет намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий товары (работы, услуги), но и гражданин, который использует приобретенные (заказанные) вследствие таких отношений товары (работы, услуги) на законном основании (наследник, а также лицо, которому вещь была отчуждена впоследствии, и т.п.) (подпункт "а" пункта 3).

Как следует из пункта 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации, предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.

В соответствии с пунктом 3 статьи 23 Гражданского кодекса Российской Федерации к предпринимательской деятельности граждан, осуществляемой без образования юридического лица, соответственно применяются правила настоящего Кодекса, которые регулируют деятельность юридических лиц, являющихся коммерческими организациями, если иное не вытекает из закона, иных правовых актов или существа правоотношения.

Согласно пункту 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", исходя из смысла пункта 4 статьи 23 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин, осуществляющий предпринимательскую деятельность без образования юридического лица в нарушение требований, установленных пунктом первым данной статьи, не вправе ссылаться в отношении заключенных им при этом сделок на то, что он не является предпринимателем. К таким сделкам суд применяет законодательство о защите прав потребителей.

Таким образом, законодателем сформулировано императивное правило о том, что Закон о защите прав потребителей применяется к сделкам гражданина, не являющегося индивидуальным предпринимателем, но систематически выступающего на потребительском рынке в роли продавца, исполнителя, то есть, если лицо осуществляет предпринимательскую деятельность в сфере защиты прав потребителей без необходимой регистрации, то контрагенты такого субъекта должны иметь те же правовые возможности, в том числе, и по применению средств защиты, что потребители в обычных (нормальных) ситуациях.

Из материалов дела следует, что в соответствии с пунктом 1.1 заключенного 6 августа 2024 г. между ФИО4 (продавец) и ФИО3 (покупатель) договора передачи владения породистого животного (т.1, л.д.17-19) продавец передает во владение покупателя породистое животное - ориентальную кошку по кличке «Мерседес» (Mercedes Oriental Royal), ориентальной породы, окрас биколор, пол женский, дата рождения 15 мая 2024 г.

В соответствии с пунктом 1.2 договора животное передается покупателю с правом разведения.

Из пояснении непосредственно истца суду апелляционной инстанции, а также находящихся в общем доступе в сети Интернет сведений, скриншоты которых обозревались судебной коллегией в судебном заседании, следует, что ФИО3 имеет питомник "Migoto Shamu", занимается на постоянной основе разведением и продажей животных (кошек ориентальной породы), для продажи животных у истца созданы аккаунты в социальных сетях Интернет ("Вконтакте", "Одноклассники»), которые активно используются, а также размещаются объявления в российском интернет-сервисе «Авито» о продаже котят.

Также в судебном заседании истец указала, что приобрела у ответчика животное для улучшения породы.

В этой связи оснований полагать, что истец приобрела у ответчика котенка исключительно для личного использования, у судебной коллегии не имеется.

При таком положении у суда отсутствовали правовые основания для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда и штрафа применительно к положениям Закона о защите право потребителей.

Решение суда в указанной части подлежит отмене с принятием по делу нового решения об оставлении заявленных истцом требований о взыскании компенсации морального вреда и штрафа без удовлетворения.

С учетом отмены решения в части взыскании компенсации морального вреда подлежит изменению размер взысканной с ответчика на основании статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственной пошлины, который составит 4 050 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 193, 199, 327, 328, 329 и 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда

определила:

решение Кольского районного суда Мурманской области от 29 июля 2025 г. отменить в части удовлетворения требований о взыскании компенсации морального вреда, штрафа.

Принять в указанной части новое решение, которым в удовлетворении требований ФИО3 к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда и штрафа отказать.

Изменить решение суда в части размера взысканной с ФИО4 государственной пошлины.

Взыскать ФИО4 в доход бюджета Кольского района Мурманской области государственную пошлину в размере 4 050 рублей.

В остальной части решение суда оставить без изменения.

председательствующий

судьи