31RS0002-01-2024-001056-58 

№2-1409/2024 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Белгород 03 июня 2024 года

Белгородский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Маслова М.А., 

при ведении протокола помощником судьи Гавдан А.А., 

с участием представителя Прокурора Белгородской области – Кошмановой Я.В., представителя ответчика ФИО1 – ФИО7, представителя ответчика ФИО8 – ФИО9, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению Прокурора Белгородской области к ФИО1, ФИО8 об обращении имущества в доход государства,

УСТАНОВИЛ:

Прокурор Белгородской области в интересах Российской Федерации обратился в суд с уточненным иском к ФИО1, ФИО8 об обращении в доход Российской Федерации путем передачи в МТУ Росимущества в Курской и Белгородской областях объекта недвижимости – нежилого помещения с кадастровым номером (информация скрыта), площадью, 438,8 кв.м., расположенного по адресу: (адрес обезличен) принадлежащую ФИО8

В обоснование требований прокурор указал, что ФИО1 в период с 22.01.2019 года по 04.07.2023 год занимал должности государственной гражданской службы, с 05.11.2013 года по 21.01.2019 года должности муниципальной службы, совершил оформленную на близкого родственника – ФИО8 сделку на сумму, превышающую доходы ФИО1 за три предыдущих года.

В судебном заседании представителя Прокурора Белгородской области – Кошмановой Я.В. уточненные исковые требования поддержала.

Представители ответчиков исковые требования не признали, ходатайствовали о применении срока исковой давности.

Ответчики ФИО1, ФИО8. представитель третьего лица МТУ Росимущества в Курской и Белгородской областях в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом ((информация скрыта)).

Выслушав объяснения участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, суд находит исковые требования подлежащими удовлетворению по следующим основаниям:

В соответствии со ст.1 Конституции Российской Федерации Российская Федерация является правовым государством, которое относит коррупцию к числу нетерпимых явлений, признает незаконными все формы ее проявления, на основании принципа неотвратимости каждого преследует и привлекает к ответственности за совершение коррупционных правонарушений.

С целью обеспечения системного противодействия коррупции, верховенства закона, демократии и прав человека, равенства и социальной справедливости федеральным законодателем, наряду с ратификацией международных конвенций, принят и введен в действие Федеральный закон от 25.12.2008 № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» (далее также – ФЗ № 273-ФЗ), которым установлены основные принципы противодействия коррупции, правовые и организационные основы предупреждения коррупции и борьбы с ней, меры по минимизации и ликвидации последствий коррупционных правонарушений.

При этом под коррупцией понимаются действия по злоупотреблению служебным положением, даче взятки, получению взятки, злоупотреблению полномочиями, коммерческому подкупу либо иному незаконному использованию физическим лицом своего должностного положения вопреки законным интересам общества и государства в целях получения выгоды в виде имущества или услуг имущественного характера для себя, третьих лиц либо незаконное предоставление такой выгоды другими физическими лицами, в том числе совершение этих деяний от имени или в интересах юридического лица (ст.1 ФЗ № 273-ФЗ).

В силу ст.ст.13 и 14 Федерального закона от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» граждане Российской Федерации, иностранные граждане и лица без гражданства за совершение коррупционных правонарушений несут уголовную, административную, гражданско-правовую и дисциплинарную ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В развитие указанных положений в части определения гражданско-правовой ответственности лиц, совершивших либо причастных к совершению коррупционного правонарушения, пп.8 п.2 ст.235 ГК РФ в качестве основания прекращения права собственности предусмотрено принудительное изъятие у собственника имущества путем обращения по решению суда в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы.

Аналогичные правовые последствия предусмотрены ст.169 ГК РФ, которая определяет взыскание в доход Российской Федерации всего полученного по сделке действовавшими умышленно сторонами, если она была заключена с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности.

Таким образом, на основании норм права Российской Федерации и международного права Российская Федерация приняла все необходимые правовые меры по противодействию коррупции, в том числе направленные на предупреждение незаконного обогащения.

Для эффективной борьбы с коррупцией противодействовать ей в России обязаны все федеральные и региональные органы государственной власти, органы местного самоуправления, а также институты гражданского общества, организации и физические лица, которые уполномочены принимать меры по предупреждению и борьбе с коррупцией (п.2 ст.1 и ст.5 ФЗ № 273-ФЗ).

Генеральный прокурор Российской Федерации и подчиненные ему прокуроры, в частности, в соответствии с п.6 ст.5 ФЗ № 273-ФЗ обязаны координировать деятельность правоохранительных органов по борьбе с коррупцией и реализовывать иные полномочия в области противодействия коррупции, установленные федеральными законами.

Указом Президента Российской Федерации от 18.12.2008 № 1800 Генеральная прокуратура Российской Федерации определена центральным органом Российской Федерации, ответственным за противодействие коррупции.

По обстоятельствам коррупционных правонарушений органы прокуратуры осуществляют собственную проверку и принимают самостоятельное решение о направлении в суд заявления об обращении в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлено сведений, подтверждающих его приобретение на законные доходы.

Поскольку коррупционные правонарушения, как следует из ст.1 ФЗ № 273-ФЗ, посягают на интересы общества и государства, защиту последних в сфере гражданских и иных правоотношений в соответствии со ст.45 ГПК РФ уполномочен осуществлять прокурор.

Согласно ст.35 Федерального закона от 17.01.1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации», прокурор вправе обратиться в суд с заявлением или вступить в дело на любой стадии процесса, если этого требует защита прав граждан и охраняемых законом интересов общества или государства, в том числе Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований.

В соответствии со ст.121 ФЗ № 273-ФЗ, ст.18 Федерального закона от 06.10.1999 № 184-ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» лица, замещающие государственные должности, обязаны предоставлять достоверные сведения о своих доходах, имуществе и обязательствах имущественного характера, аналогичные сведения в отношении супруги и несовершеннолетних детей, а также не допускать возникновения личной заинтересованности при исполнении должностных полномочий, которая приводит к конфликту интересов.

Кроме того, лицам, замещающим государственные должности, запрещено получать не предусмотренные законодательством Российской Федерации денежные вознаграждения, ссуды, подарки и услуги, заниматься предпринимательской деятельностью лично либо через доверенных лиц и участвовать в управлении хозяйствующими субъектами.

Нарушение названных запретов, ограничений и обязанностей влечет наступление предусмотренной ст.ст.13, 13.1, 13.2 и 14 ФЗ № 273-ФЗ ответственности.

Согласно ст.17 Федерального закона от 03.12.2012 № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» и пп.8 п.2 ст.235 ГК РФ, Генеральный прокурор Российской Федерации или подчиненные ему прокуроры обращаются в суд с заявлением об обращении в доход Российской Федерации земельных участков, других объектов недвижимости, транспортных средств, ценных бумаг, акций (долей участия, паев в уставных (складочных) капиталах организаций), цифровых финансовых активов, цифровой валюты, в отношении которых лицом, замещающим (занимающим) одну из должностей, указанных в пункте 1 части 1 статьи 2 настоящего Федерального закона, не представлено сведений, подтверждающих их приобретение на законные доходы, или об обращении в доход Российской Федерации денежной суммы, эквивалентной стоимости такого имущества, если его обращение в доход Российской Федерации невозможно.

Более того, в силу взаимосвязанных положений ст.ст.10, 13 и 14 ФЗ № 273-ФЗ к гражданско-правовой ответственности могут быть привлечены и родственники лица, занимающего государственную должность, а также близкие ему лица и организации, которые получают выгоды от совершения должностным лицом коррупционных правонарушений.

Как установлено судом и усматривается из материалов гражданского дела, ФИО1 в период с 22.01.2019 по 04.07.2023 замещал следующие должности государственной службы:

с 22.01.2019 по 31.12.2021 - заместитель Губернатора Белгородской области - начальник департамента жилищно-коммунального хозяйства Белгородской облает руководитель аппарата администрации г. Белгорода;

с 01.01.2022 по 04.07.2023 - заместитель Губернатора Белгородской области.

Должности ФИО1 в соответствии с Законом Белгородской области от 30.03.2005 №176 «О государственной гражданской службе Белгородской области относились к высшей группе должностей государственной гражданской службы Белгородской области, на которые распространяются все права, обязанности, гарантии и ограничения, предусмотренные действующим законодательством о государственной службе.

До указанного периода времени ФИО1 в период с 05.11.2013 по 21.01.2019 замещал следующие должности муниципальной службы в администрации г. Белгорода:

с 05.11.2013 по 16.11.2015 - первый заместитель главы администрации г. Белгорода;

с 17.11.2015 по 21.01.2019 - глава администрации (мэр) г. Белгорода.

Должности ФИО1 в соответствии с решением Совета депутатов г. Белгорода от 04.12.2007 № 600 «О Перечне должностей муниципальной службы городского округа «Город Белгород» также относились к высшей группе должностей муниципальной службы, на которые распространяются все права, обязанности, гарантии и ограничения, предусмотренные действующим законодательством муниципальной службе.

Из материалов дела следует, что в декларируемый период ФИО1 указывал на наличие у него в собственности с 2005 года земельного участка под ИЖС и расположенного на нем жилого дома, площадью 251,1 кв.м. по адресу: (адрес обезличен), а также с 2010 года по 1/3 доли в жилых домах, площадью 127,9 и 33.9 кв.м. по адресу: (адрес обезличен), в котором проживает его мать ФИО11 Также у него в собственности имелся автомобиль Toyota Land Cruiser 1993 г.в. и автоприцеп. В 2019 году ФИО1 в справке был отражен автомобиль Land Rover Range Rover Sport 2014 года выпуска, который согласно регистрационных данных ранее принадлежал его родственнику - ФИО8 (мужу сестры).

Супруга ФИО1 - ФИО10 работает консультантом отдела размещения государственного заказа в ОГКУ «Управление дорожного транспорта и хозяйства (адрес обезличен)», из объектов недвижимости с 2009 года имела в собственности только земельный участок под ИЖС по адресу(адрес обезличен) (продан в 2020 году), автомобиль Land Rover 2015 года выпуска, мотоцикл Honda 1994 года выпуска. Также указывала на фактическое предоставление в пользование супругом жилого дома и земельного участка по указанному адресу: (адрес обезличен)

За 2020 год ФИО1 представлены 2 справки о доходах за себя и супругу (основные и уточняющие), в которых отражены сведения о расходах. ФИО1 указано о приобретении в собственность автомобиля BMW 320 xDrive 2020 года выпуска, стоимостью 3 150 000 руб. на доходы от продажи принадлежащего ему автомобиля Land Rover 2014 года выпуска по программе Trade-in (2 452 500 руб.) и накоплений за предыдущие годы (697 500 руб.). 

В справке ФИО12 также указано о приобретении в собственность автомобиля BMW 320 xDrive 2020 года выпуска (другой автомобиль) стоимостью 3350000 руб. на доходы от продажи принадлежащего ей автомобиля Land Rover 2015 года выпуска по программе Trade-in (1 452 500 руб.), дохода от продажи земельного участка в сумму 347 944,30 руб., кредитных средств (кредитор ООО «Бмв Банк») на сумму 1 000 000 руб. и накоплений за предыдущие годы (549 555,61 руб.). 

К справкам приложены договоры купли-продажи автомобилей. Кредит супруги отражен в разделе срочных обязательств финансового характера.

В 2021-2022 годах новое имущество не появлялось и не декларировалось.

В справке за 2022 год ФИО1 в разделе срочных обязательств финансового характера также отражен кредит (кредитная карта) в ПАО «Сбербанк» на сумму 840 000 руб. на основании договора от 03.12.2021 (за 2021 год не отражался).

Также установлено, что ФИО8, (дата обезличена) года рождения, который с 14.07.2001 состоит в браке с сестрой ФИО4 - ФИО13, с 2017 года на праве собственности принадлежит земельный участок, расположенный на нем жилой дом площадью 198 кв.м, по адресу: (адрес обезличен), и с 2009 года 1/3 доли в праве на квартиру по адресу: (адрес обезличен), на которые зарегистрировано обременение - ипотека. Также в 2018 году за ним зарегистрировано право собственности на нежилое помещение с кадастровым номером (адрес обезличен), площадью 107,2 кв.м. по адресу: (адрес обезличен) в 2021 году за ним зарегистрировано право собственности на нежилое помещение с кадастровым номером (адрес обезличен) площадью 438,8 кв.м. по адресу: (адрес обезличен), на объекты зарегистрировано обременение - аренда.

Допрошенный в ходе расследования уголовного дела в качестве свидетеля ФИО8 показал, что нежилые помещения на него были оформлены формально, помещение по (адрес обезличен) в г. Белгороде по просьбе ФИО14, а помещение по (адрес обезличен) в г. Белгороде - по просьбе ФИО2

В частности, сообщил, что примерно в 2021 году, более точно дату и время не помнит, к нему обратился ФИО2, который является знакомым ФИО1 и с которым он познакомился дома у последнего в ходе застолья. При этом ФИО2 попросил его проехать в здание старого «Виогема», где расположено МФЦ. В назначенное время он встретился там с ФИО2, ФИО3, и женщиной в возрасте, которая впоследствии оказалась владельцем помещения - ФИО17 С указанными лицами до этой встречи он знаком не был. ФИО2 попросил его оформить на свое имя объект недвижимости, расположенный по адресу: (адрес обезличен), площадью 438,8 кв.м. Oн знал, что ФИО2 состоял в дружеских отношениях с ФИО4, поэтому согласился на его просьбу. При этом ФИО2 обещал объяснить о необходимости оформления права собственности на указанный объект недвижимости на его имя позже. Юридическое сопровождение сделки купли-продажи осуществляло ООО «Консалтинг». Сделка купли-продажи была оформлена и право собственности на указанные объекты недвижимости зарегистрированы на его имя (ФИО5). Стоимость объектов недвижимости составляла около 10 млн. рублей. Кто оплачивал стоимость указанных объектов недвижимости по договору ему не известно. Кто подыскал продавца объектов недвижимости ему также не известно. Он свои денежные средства на приобретение объектов недвижимости никому не передавал. При этом ему стало известно, что директором ООО «Консалтинг» является ФИО15 - мать ФИО3 В последующем ООО «Консалтинг» занималось поиском арендаторов, по чьему поручению, ему не известно.

В последующем, по всем вопросам, связанным с арендой указанного помещения, он контактировал с ФИО3 После оформления права собственности с ФИО2 он не общался. С ФИО1 он по указанному объекту недвижимости также не общался. Также, как и в случае с недвижимостью по (адрес обезличен) в (адрес обезличен), арендные платежи поступают на счет ИП ФИО5 в размере 300 000 руб. от банка АО «Россельхозбанк» и 150 000 руб. от клиники, название ее он не помнит. Денежные средства в последующем расходуются им на оплату налогов, коммунальных платежей и иных расходов по согласованию с ФИО3 Также по просьбе ФИО3 он снимал денежные средства в размере около 1,3 млн руб., которые передавал ей для последующей передачи ФИО17 в счет оплаты налога при продаже объекта недвижимости. Непосредственно с ФИО1 по поводу указанных объектов недвижимости он не общался. Насколько ему известно, ФИО3 является супругой ФИО2, который является хорошим другом ФИО4 О взаимоотношениях ФИО1 с ФИО2 и ФИО3 относительно пользования указанным объектом недвижимости ему ничего не известно.

Бывали случаи обращения к нему ФИО16 с просьбой передачи ему денежных средств, поступавших в качестве арендных платежей по объектам недвижимости. Он передавал ему около 400 000 рублей, но когда и точную сумму не помнит. При этом никаких расписок не составлялось. Насколько он помнит, какую-то часть ФИО16 вернул в последующем, какую именно, он не помнит. Учет указанных денежных средств не вел.

Допрошенный в ходе расследования уголовного дела в качестве свидетеля ФИО2 показал, что с ФИО1 он познакомился в 2015 году через общих знакомых, через кого именно уже не помнит. В тот период времени ФИО1 занимал должность первого заместителя мэра (адрес обезличен). С ФИО4 у него сложились дружеские отношения. С ним никаких деловых отношений не поддерживали, только личные. Часто отмечали совместно праздники и дни рождения. Он знаком со всей его семьей, с его супругой, сыном ФИО21, а также на указанных мероприятиях он несколько раз виделся с ФИО8

Примерно в конце 2019 или начале 2020 года к нему обратился ФИО1 и пояснил, что его сын ФИО16 хочет открыть стоматологическую поликлинику, для чего ему необходимо помещение в хорошем проходном месте. Eму требовалось помещение площадью примерно 400 квадратных метров. В тот период времени он (ФИО2) трудоустроен нигде не был, занимался строительством объекта - торгового центра, расположенного по адресу: (адрес обезличен). 

Данную деятельность он вел через ООО «Престиж», которое принадлежит его супруге ФИО3, однако хозяйственную деятельность данной организации вел он. Строительство торгового центра на тот период времени находилось на этапе возведения каркаса, планировалось его введение в эксплуатацию в 2020 году. Он предложил ФИО4 купить у него по себестоимости часть территории указанного торгового центра. На это ФИО4 согласился. Он интересовался у ФИО4 на кого будет зарегистрировано нежилое помещение, предполагая, что на ФИО16, поскольку это должна была быть его клиника. Но ФИО4 ответил, что не на сына, а на ФИО5. Он понимал, что ФИО5 фактически будет просто номинальным собственником. Денежные средства от ФИО4 он получил наличными в размере 10 млн. руб. примерно сразу после договоренности. Так как у них были хорошие приятельские отношения, оформить договорились после регистрации права собственности как на физических лиц.

После этой договоренности при строительстве учитывалось, что на территории будет стоматологическая клиника. Данное здание ООО «Престиж» строило за счет денежных средств своих учредителей, полученных в качестве займов, в связи с чем после ввода здания ТЦ в эксплуатацию и оформления права собственности на ООО «Престиж» в сентябре 2020 года по отступному соглашению он передал право собственности учредителям как физическим лицам. В последующем во исполнение договоренностей с ФИО1 было выделено помещение и поставлено на отдельный кадастровый учет. После этого в январе или феврале 2021 года ими был подготовлен договор купли-продажи этого помещения между ФИО3 и ФИО17 с одной стороны и ФИО5 с другой стороны. Подписание с ФИО6 происходило в офисе их компании ООО «Консалтинг Центр» по адресу: Белгород, (адрес обезличен)Б. ФИО17 с ФИО5 фактически никогда не встречалась, так как договор подписывали без него. По сделке купли-продажи ФИО5 ни ему, ни его супруге, ни ФИО17 никаких денежных средств не передавал. ФИО3 оформлением описанной сделки с ФИО1 не занималась, только подписывала необходимые документы, подробности договоренности с ФИО1 ей не известны.

Протоколы следственных действий, составленные в рамках возбужденного уголовного дела, признаются судом письменными доказательствами по данному гражданскому делу применительно к ч.1 ст.71 ГПК РФ.

Данных, которые ставили бы под сомнение достоверность отраженных в представленных документах сведений, стороной ответчика не представлено.

Согласно выписке из ЕГРН, на дату совершения сделки 28.01.2021 года кадастровая стоимость нежилого помещения по адресу: (адрес обезличен), этаж (номер обезличен), этаж (номер обезличен) составляла 13 486 861,95 руб., цена договора купли-продажи недвижимости, заключенного между ФИО18, ФИО17 и ФИО5 - 10 000 000 рублей.

Совокупный доход супругов ФИО23 за 3 года, предшествующий сделке, согласно представленным справкам, составил: 2018 год - 1 953 889,97 + 611 327,73, 2019 год - 2 554 295,11 + 576 762,25, 2020 год - 5 355 657,26 + 2 502 651,08, итого – 13 554 583, 40 руб. Минус официально заявленные в 2020 году расходы на приобретение автомобилей - 3 150 000 + 3 350 000. Окончательный остаток – 7 054 583,40 руб. 

Суд считает, что указанная сделка и регистрация нежилого помещения ФИО1 на своего родственника ФИО8 совершены с целью сокрытия фактического владения ФИО1 указанным объектом недвижимости, стоимость которого превышает законные доходы его и члена его семьи за 2018-2020 годы. При этом с учетом доходов ФИО1 и ФИО12 за указанный период финансовой возможности произвести реальную оплату по договору купли-продажи нежилого помещения у них не имелось.

Таким образом, анализируя представленные доказательства, судом установлено, что ФИО8 является номинальным собственником указанного недвижимого имущества, денежные средства в счет оплаты приобретаемого имущества им фактически не передавались, а его совокупный доход за предшествующие 2018-2020 годы в общей сумме 5 305 780,16 руб. исключает возможность накопления и аккумулирования денежных средств в размере стоимости приобретенного нежилого помещения.

Относимых, допустимых и достоверных доказательств приобретения спорного имущества на законные доходы ответчики в нарушение ч.1 ст.56 ГПК РФ не представили.

Предметом разбирательства по данному делу является установление совершения лицом, замещавшим государственную должность, коррупционного правонарушения, выразившегося в нарушении запретов и ограничений на занятие предпринимательской деятельностью, уклонении от декларирования имущества, фактически принадлежащего должностному лицу, а также получении им дохода из иных источников, не связанных с выполнением функции по замещаемой должности.

Привлечение лица, ранее замещавшего государственную и выборную муниципальную должность, к гражданско-правовой ответственности в виде обращения в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлено сведений, подтверждающих его приобретение на законные доходы, не связано непосредственно с совершением им уголовно наказуемого деяния и является самостоятельным видом ответственности за совершение коррупционного правонарушения, в связи с чем не поставлено в зависимость от наличия либо отсутствия процессуального акта, подтверждающего факт совершения преступления.

В коррупционных правонарушениях, согласно положениям ст.10 ФЗ № 273-ФЗ, могут участвовать состоящие с должностным лицом органа власти в близком родстве или свойстве лица, которые получили от исполнения им своих обязанностей доход в виде денег или каких-либо выгод (преимуществ), и к числу выгодоприобретателей от коррупционной деятельности закон также отнес граждан и организации, которые связаны с должностным лицом либо состоящими с ним в близком родстве или свойстве лицами имущественными, корпоративными или иными близкими отношениями.

Из приведенного нормативного регулирования следует, что круг физических и юридических лиц, который может быть привлечен к ответственности за совершение коррупции, не определяется каким-либо перечнем, а зависит от участия в совершении физическим либо юридическим лицом коррупционного правонарушения.

В силу конституционных положений (ст.32 и ст.37 Конституции Российской Федерации) во взаимосвязи с конкретизирующими их положениями федерального законодательства деятельность лиц, замещающих государственную должность Российской Федерации, государственную должность субъекта Российской Федерации, муниципальную должность, осуществляется в публичных интересах, а лица, осуществляющие деятельность в указанных должностях, выполняют конституционно значимые функции, чем предопределяется их специальный правовой статус (совокупность прав и свобод, гарантируемых государством, а также обязанностей и ответственности), содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним и их обязанности по отношению к государству, а также ответственности, наступающей в случае освобождения лица от замещаемой государственной должности.

Граждане, добровольно избирая указанного рода деятельность, соглашаются с ограничениями, которые обусловливаются приобретаемым ими правовым статусом, поэтому установление особых правил осуществления государственной деятельности, требований и ответственности к указанным лицам даже после их освобождения от должности в полной мере соотносится с положениями ст.32 и ст.37 Конституции Российской Федерации, ФЗ № 273-ФЗ и ФЗ № 230-ФЗ.

Более того, в силу взаимосвязанных положений ст. 10, 13 и 14 Закона № 273-ФЗ к гражданско-правовой ответственности могут быть привлечены родственники и близкие лица государственного и муниципального служащего (в том числе супруга, тети, родители, родители супруги, сестры и братья супруги), а также близкие ему или им лица и организации, которые получали выгоды от совершения должностным лицом коррупционных правонарушений.

Вопреки доводам представителей ответчиков, с учетом существа данных норм права ФИО8 относится к числу лиц, за расходами которых осуществляется контроль в соответствии с законом, поскольку согласно положениям ст. 10 Закона №273-ФЗ в коррупционных правонарушениях могут участвовать состоящие с должностным лицом органа власти в близком родстве дли свойстве лица (родители, супруги, дети, братья, сестры, а также братья, сестры, родители и дети супругов и супруги детей), которые получили от исполнения им своих должностных обязанностей доход в виде денег, иного имущества, в том числе имущественных прав, услуг имущественного характера, результатов выполненных работ или каких-либо выгод (преимуществ) лицом. К числу выгодоприобретателей от коррупционной деятельности закон также отнес граждан и организации, которые связаны с должностным лицом, либо состоящими с ним в близком родстве или свойстве лицами, имущественными, корпоративными или иными близкими отношениями.

Из изложенного следует, что круг физических и юридических лиц, который может быть привлечен к гражданско-правовой ответственности, не определяется в системе действующего законодательства Российской Федерации каким-либо перечнем, а напрямую зависит от факта совершения или участия в совершении тем или иным физическим либо юридическим лицом коррупционного правонарушения.

Виду того, что спорное имущество, приобретенное незаконно в результате действий по незаконному обогащению, отнесенных Законом № 273-ФЗ к актам коррупции, которые угрожают стабильности и безопасности общества, подрывают демократические институты, этические ценности и справедливости, наносят ущерб устойчивому развитию и правопорядку, регистрировалось либо находилось в распоряжении родственников, а впоследствии в распоряжении ответчиков исключительно с целью уклониться от декларирования данного имущества и необходимости предоставления сведений об источниках средств на его приобретение, а также принимая во внимание согласованность, скоординированность и направленность на реализацию общего для всех указанных лиц намерения на совершение коррупционного правонарушение, привлечение к участию в деле в качестве соответчика ФИО8 и возложение на него гражданско-правовой ответственности в виде обращения взыскания в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы, является основанным на требованиях федерального законодательства.

В Определении Конституционного Суда РФ № 2366-0 «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан ФИО22 X., ФИО19 и ФИО20 на нарушение их конституционных прав ч. 1 ст. 7, ч. 1, 2 и 4 ст. 9 и ст. 14 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», предметом проверки являлись доводы заявителей относительно конституционности положений закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных ли доходам» в той мере, в какой они не предусматривают необходимости распространения гарантий, предусмотренных данным Федеральным законом для государственного (муниципального) служащего, на иных лиц, у которых истребуется имущество в доход Российской Федерации.

Конституционный Суд Российской Федерации указал, что установленный Федеральным законом «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» порядок применения данной меры позволяет обеспечить баланс публичных интересов борьбы с коррупцией и частных интересов собственника, приобретшего имущество на доходы, не связанные с коррупционной деятельностью, и не предполагает лишение лица, в отношении которого разрешается вопрос об обращении принадлежащего ему имущества в доход Российской Федерации, права представлять в суде любые допустимые доказательства в подтверждение законного происхождения средств, затраченных на приобретение того или иного имущества, а также не препятствуют суду при выявлении незначительного расхождения размера доходов, законность происхождения которых подтверждена, и размера расходов на приобретение соответствующего имущества с учетом фактических обстоятельств конкретного дела определить ту его часть, которая приобретена на доходы, законность происхождения которых не доказана, и потому подлежит обращению в доход Российской Федерации (либо денежные средства, полученные от реализации такого имущества), а также определить порядок исполнения своего решения с учетом особенностей этого имущества (Постановлена №26-П; определения № 1163-0 и № 1736-0).

Таким образом, отсутствие предусмотренных оспариваемым законоположениями прав и гарантий у лиц, которые не относятся к лицам, в отношении которых осуществляется контроль за расходами в соответствии Федеральным законом «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», но у которых в судебном порядке истребуется имущество как приобретенное на незаконные доходы лица, в отношении которого осуществляется такой контроль, не может рассматриваться как нарушение их конституционных прав, поскольку они вправе представлять в суд любые доказательства, подтверждающие законность источников приобретения имущества, и имущество не может быть у них истребовано, если прокурором, обратившимся с соответствующим иском, не доказано его приобретение на незаконные доходы лица, в отношении которого осуществляется контроль за расходами в соответствии с Федеральным законом «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам».

Аналогичная позиция сформулирована в Определении Конституционного Суда Российской Федерации № 561-0.

С учетом возбужденного и расследуемого уголовного дела было выявлено, что ФИО1 с целью уклонения от обязанности декларирования своего имущества и сокрытия своего реального имущественного положения было приобретено недвижимое имущество, которое оформлено на ФИО8

В силу ст. 73 Федерального закона от 27.07.2004 № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации» Федеральные законы, иные нормативные правовые акты Российской Федерации, законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации, содержащие нормы трудового права, применяются к отношениям, связанным с гражданской службой, в части, не урегулированной настоящим Федеральным законом.

Статьей 15 указанного Закона установлено, что гражданский служащий обязан предоставлять в установленном порядке предусмотренные федеральным законом сведения о себе и членах своей семьи; соблюдать ограничения, выполнять обязательства и требования к служебному поведению, не нарушать запреты, которые установлены настоящим Федеральным законом и другими федеральными законами. 

Аналогичная обязанность предусмотрена ст. 8 Федерального закона от 25.12.2008 № 273-ФЗ «О противодействии коррупции».

Согласно ч. 6.1 ст. 20 Закона непредставление гражданским служащим сведений о своих доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, а также о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера членов своей семьи в случае, если представление таких сведений обязательно, либо представление заведомо неполных сведений является правонарушением, влекущим увольнение гражданского служащего с гражданской службы, за исключением случаев, установленных федеральными законами.

Кроме того, в отношении таких лиц установлен запрет на получение дохода из не предусмотренных законодательством РФ источников (заниматься другой оплачиваемой деятельностью, в том числе предпринимательской как лично, так и через доверенных лиц, получать от физических и юридических лиц вознаграждение). Нарушение названных запретов, ограничений и обязанностей влечет наступление ответственности.

Вопреки указанным положениям законодательства бывший заместитель Губернатора Белгородской области ФИО1 в ходе декларационных кампаний скрывал приобретенное имущество, оформив его на своего родственника ФИО8, и не представлял информацию об источниках происхождения денежных средств, за счет которых совершались расходы, превышающие их доходы. 

В связи с тем, что ФИО1 и ФИО8 не представлены доказательства и пояснения о законности происхождения денежных средств, за счет которых в 2021 году совершались расходы по приобретению имущества, зарегистрированного на ФИО8, в соответствии со ст. 17 Закона № 230-ФЗ, ст.28 и пп. 8 п. 2 ст. 235 ГК РФ имеются основания для обращения данного имущества в доход государства.

Как установлено органом предварительного следствия, фактически денежные средства номинальным покупателем не передавались.

При этом под самой коррупцией, как определил законодатель, понимаются действия по злоупотреблению служебным положением, даче и получению взятки, злоупотреблению полномочиями, коммерческому подкупу либо иному незаконному использованию физическим лицом своего должностного положения вопреки законным интересам общества и государства, в целях получения выгоды в виде имущества или услуг имущественного характера для себя, третьих лиц, либо незаконное предоставление такой выгоды другими физическими лицами, в том числе совершение этих деяний от имени или в интересах юридического лица (ст. 1 Закона 273-ФЗ).

За совершение коррупционных правонарушений предусмотрена ответственность физических и юридических лиц. Они несут уголовную, административную, гражданско-правовую и дисциплинарную ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации (ст. 13 и 14 Закона №273-ФЗ).

К гражданско-правовым мерам, в частности, относится предусмотренная ст. 235 ГК РФ возможность принудительного изъятия судом у собственника имущества, когда им не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы. 

Федеральным законом от 25.12.2008 № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» установлены основные принципы противодействия коррупции, правовые и организационные основы предупреждения коррупции и борьбы с ней, минимизации и (или) ликвидации последствий коррупционных правонарушений.

Согласно п. 4 ст. 6 Закона № 273-ФЗ, профилактика коррупции осуществляется, в том числе, путем установления в качестве основания для освобождения от замещаемой должности и (или) увольнения лица, замещающего должность государственной или муниципальной службы, включенную в перечень, установленный нормативными правовыми актами Российской Федерации, с замещаемой должности государственной или муниципальной службы или для применения в отношении него иных мер юридической ответственности непредставления им сведений либо предоставления заведомо недостоверных или неполных сведений о своих доходах, расходах, имуществе и обязательствах имущественного характера, а также представления заведомо ложных сведений о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера своих супруги (супруга) и несовершеннолетних детей.

Необходимо отметить, что согласно Обзору судебной практики по делам по заявлениям прокуроров об обращении в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.06.2017.

В силу положений ч. 1 ст. 56 ГПК РФ прокурор обязан представить доказательства приобретения ответчиком (ответчиками) в отчетном периоде земельного участка, другого объекта недвижимости, транспортного средства, ценных бумаг, акций (долей участия, паев в уставных (складочных) капиталах организаций) на сумму, превышающую его (их) общий доход за три последних года, предшествующих отчетному периоду. В частности, прокурор обязан представить доказательства принадлежности спорного имущества кому-либо из ответчиков, приобретения его в отчетном периоде, доказательства, подтверждающие действительную стоимость имущества, факт превышения стоимости этого имущества по отношению к совокупному доходу ответчиков за три последних года, предшествовавших отчетному периоду, а также материалы, свидетельствующие о соблюдении при осуществлении контроля за расходами процедуры, установленной Федеральным законом «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам».

В Постановлении Конституционного Суда РФ № 26-П указано, что по буквальному смыслу п. 8 ч. 2 ст. 235 ГК Российской Федерации и статьи 17 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», предполагается, что имущество, в отношении которого государственным (муниципальным) служащим не представлено сведений, подтверждающих его приобретение на законные доходы, подлежит изъятию в целом, независимо от того, что в какой-то части затраты на его приобретение могли быть произведены из законных доходов.

В отдельных случаях - особенно если при выявлении несоответствия расходов государственного (муниципального) служащего, его супруги (супруга) и несовершеннолетних детей за определенный период их общему доходу доля доходов, законность которых не доказана, оказывается незначительной - изъятие в целом имущества, происхождение которого презюмируется как незаконное, может повлечь в нарушение ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации несоразмерное целям борьбы с коррупцией ограничение прав указанных лиц, что, принимая во внимание право соответствующего собственника доказывать факт приобретения того или иного имущества на законные доходы, не исключает и право суда с учетом фактических обстоятельств конкретного дела обращать в доход государства только ту часть имущества, законность приобретения которой не доказана.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации № 26-П «По делу о проверке конституционности п. 8 ч. 2 ст. 235 Гражданского кодекса Российской Федерации и ст. 17 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» в связи с запросом Верховного Суда Республики Башкортостан» указано на презумпцию незаконности доходов, возможность применения такой особой меры государственной принуждения как безвозмездное изъятие имущества у собственника по решению суда в связи с предполагаемым и не опровергнутым совершением государственным служащим неправомерного деяния коррупционной направленности.

Кроме того, из Обзора судебной практики по делам по заявлениям прокуроров об обращении в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством о противодействии коррупций доказательства его приобретения на законные доходы, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации, прямо следует, что бремя доказывания законного источника происхождения средств, позволивших приобрести такое имущество, возлагается на ответчика (ответчиков).

Ответчиками не представлено доказательств приобретения спорного объекта недвижимости, а также законности получения денежных средств, потраченных на приобретение недвижимого имущества, равно как и доказательств того, что денежные средства, направленные на заключение сделки, были вложены не ФИО1, а ФИО8, который не имел той величины дохода, позволяющего совершить сделку по приобретению спорного объекта недвижимости. Более того, условия данного договора были предметом правовой проверки регистрирующего органа, по результатам которой за ФИО8 было зарегистрировано право собственности в предусмотренном законом порядке.

Доказательств, что на момент заключения договоров с ФИО3 и ФИО17 ФИО8 располагал достаточными денежными средствами для его заключения в размере 10 000 000 руб. не представлено. 

Доводы представителей ответчика о том, что ФИО4 располагал достаточным размером законно заработанных денежных средств для передачи 10 000 000 руб., составляющих общую стоимость нежилого помещения по адресу: (адрес обезличен), в распоряжение ответчика ФИО8, опровергаются материалами дела.

Следовательно, законным образом накопить с 2018 г. по 2020 г. за счет получения заработка в период работы ФИО8 денежные средства в размере, достаточном для приобретения имущества, расположенного по указанному адресу, ФИО8 не представлялось возможным.

При таких обстоятельствах, ФИО1 и ФИО8 не представлены доказательства законности происхождения денежных средств, за счет которых в 2021 году совершались расходы по приобретению имущества, зарегистрированного на ФИО8, что в соответствии со ст. 17 Закона № 230-ФЗ, ст. 128 и п. 8 ч. 2 ст. 235 ГК РФ является основанием для обращения данного имущества в доход государства.

Отклоняя доводы ответчиков о применении срока исковой давности суд приходит к следующему.

Из системного толкования и буквального понимания положений гл. 12 ГК следует, что исковая давность имеет отношение к гражданско-правовым обязательствам и сделкам, которые не являются предметом рассмотрения по антикоррупционному иску прокурора. 

Основываясь на положениях Федерального закона от 25 декабря 2008 г. №273-ФЗ «О противодействии коррупции» и правовых позициях Конституционного Суда РФ, суд считает, что положениями ст. 208 ГК определено, что исковая давность не распространяется на требования о защите нематериальных благ.

Объектом исковой защиты по настоящему иску выступает не чье-либо субъективное право, а интересы всего общества и государства.

Иные доводы и возражения представителей ответчиков отклоняются судом, как не влияющие на обоснованность заявленных прокурором требований.

В соответствии с ч.1 ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований; в этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина – в соответствующий бюджет, согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Исходя из этого, с ответчиков в доход бюджета муниципального образования «Белгородский район» с учетом норм ст.333.19 НК РФ подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден при обращении в суд с иском в размере 30 000 руб. с каждого.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

заявление Прокурора Белгородской области к ФИО1 ((номер обезличен)), ФИО8 ((номер обезличен)) об обращении имущества в доход государства удовлетворить.

Обратить в доход Российской Федерации путем передачи в МТУ Росимущества в Курской и Белгородской областях объект недвижимости – нежилое помещение с кадастровым номером (информация скрыта), площадью, 438,8 кв.м., расположенное по адресу: Российская (адрес обезличен)

Решение суда является основанием для внесения в ЕГРН записи о прекращении права собственности ФИО8 на нежилое помещение с кадастровым номером (информация скрыта) площадью, 438,8 кв.м., расположенное по адресу: (адрес обезличен)

Взыскать с ФИО1 ((информация скрыта)), ФИО8 (информация скрыта)) в доход бюджета муниципального образования «Белгородский район» государственную пошлину в размере 30 000 руб. с каждого.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Белгородский районный суд Белгородской области. 

Мотивированное решение суда изготовлено 10.06.2024 года.

Судья М.А. Маслов