УИД 77RS0026-02-2025-007880-22

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

25 марта 2026 года город Москва

Таганский районный суд города Москвы в составе:

председательствующего судьи Синельниковой О.В.

при секретаре Гулян М.В.

с участием прокурора Рыжиковой О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 02-0287/2026 по иску Журавлевой ** к ГУП «Государственный Зерновой Оператор» о признании приказа об отмене дистанционной работы незаконным, признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании оплаты вынужденного прогула, процентов за нарушение сроков выплаты заработной платы, компенсации расходов за аренду жилья, процентов за нарушение сроков выплаты компенсации, компенсации морального вреда, предоставлении расчетных листков, отчислении страховых взносов,

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к ответчику к ГУП «Государственный Зерновой Оператор» о признании приказа об отмене дистанционной работы незаконным, признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании оплаты вынужденного прогула, процентов за нарушение сроков выплаты заработной платы, компенсации расходов за аренду жилья, процентов за нарушение сроков выплаты компенсации, компенсации морального вреда, предоставлении расчетных листков, отчислении страховых взносов.

Свои требования истец мотивирует следующим.

19 июля 2023 года между ФИО1 и ГУП «Государственный Зерновой Оператор» был заключён трудовой договор № 210/23 с принятием на постоянную работу в должности ведущий риск-менеджер.

01 августа 2023 года истец была переведена на должность главного риск-менеджера (подразделение - Департамент внутреннего аудита и контроля).

С 03 октября 2023 года истец была переведена на должность главного эксперта по внутреннему аудиту и контролю Отдела внутреннего аудита и контроля.

16 мая 2024 года между истцом и ответчиком было подписано дополнительное соглашение к трудовому договору, по условиям которого истец была переведена на дистанционную (удаленную) работу вплоть до 05 августа 2024 года.

С 20 мая 2024 года по 25 мая 2024 года истец находилась в служебной командировке в городе Москве.

С 26 мая 2024 года по 24 июня 2024 года истец находилась в очередном (ежегодном) отпуске.

В период нахождения в отпуске, а именно 05 июня 2024 года от ответчика в адрес истца поступило уведомление об отмене дистанционной (удаленной) работы с 06 июня 2024 года с указанием на то, что 25 июня 2024 года, то есть после окончания отпуска, истцу необходимо прибыть к месту выполнения своих должностных обязанностей по адресу ГУП «ГЗО»: 

<

...>.

20 июня 2024 года истец в адрес ответчика направила письмо, в котором поясняла, что срок и порядок извещения об изменении условий договора (отмена дистанционной работы) был нарушен. Кроме того, в письме от 20 июня 2024 года истец указывала на имеющуюся у ответчика перед ней задолженность по заработной плате, по оплате командировочных, компенсации за аренду жилья и билетов для проезда в командировку в размере 524.484 рублей 74 копеек. А также указала, что не имеет возможности продолжать выполнять трудовую функцию, находясь в городе Москве, и просила сохранить возможность работать удаленно.

С 21 июня 2024 года по 12 июля 2024 года истец была нетрудоспособна по состоянию здоровья.

Так как период нетрудоспособности истца совпал с периодом нахождения в отпуске, то период ежегодного отпуска продлен на 3 дня, то есть до 08 июля 2024 года.

27 июня 2024 года истец обратилась к ответчику с заявлением об увольнении по собственному желанию.

12 июля 2024 года истец была уволена по п.3 ч.1 ст. 77 ТК РФ – по инициативе работника.

Истец считает свое увольнение незаконным, так как увольнение не было добровольным.

Ответчик нарушил процедуру уведомления об изменении условий труда (отмене дистанционной работы), не выплатил истцу задолженность по аренде квартиры, проценты за нарушение сроков выплаты заработной платы.

Подача заявления об увольнении по собственному желанию не являлась добровольной, была обусловлена исключительно давлением, оказываемым со стороны ответчика

После смены генерального директора, ответчик начал принуждать истца к увольнению. От коллег истцу стала поступать информация, что генеральный директор намерен набрать «свою команду» для работы.

Также от коллег истцу было известно, что генеральный директор сообщал, что если истец не вернется на работу после отпуска в город Мелитополь, то он уволит ее за прогул.

Продолжая действия по понуждению увольнению, генеральный директор направил сотрудников службы безопасности с работником отдела кадров на арендуемую истцом квартиру в город Мелитополь с целью поиска истца.

Более того, ответчик начал разыскивать истца через арендодателя квартиры в городе Мелитополь, после чего арендодатель стал требовать у истца информацию о ее местонахождении, а также выселения.

05 июня 2024 года ответчик, продолжая реализовывать цель по принуждению к увольнению, уведомил истца об отмене дистанционной (удаленной) работы, осознавая, что истец для выполнения должностных обязанностей уехала в город Москву.

Ответчику также было известно, что истец приняла решение остаться проживать в городе Москве и работать удаленно, так как согласно достигнутым договоренностям дистанционный (удаленный) формат работы должен был продолжаться до 05 августа 2024 года.

Отменяя дистанционный (удаленный) формат работы и обязывая истца 25 июня 2024 года приступить к работе в городе Мелитополь, ответчик фактически начал принуждать истца к увольнению, так как осознавал, что за короткий промежуток времени истец не имеет возможности переехать из города Москвы в город Мелитополь, у истца заключен договор аренды жилого помещения на территории города Москвы.

После получения 20 июня 2024 года от истца письма с просьбой продлить для нее дистанционный (удаленный) формат работы, ответчик продолжил понуждать истца к увольнению.

25 июня 2024 года ответчик с целью понуждения к увольнению, заблокировал истцу доступ ко всем рабочим программам (Битрикс, удаленные рабочие программы, электронная почта).

Кроме того, сим-карта, выданная истцу при трудоустройстве для рабочих звонков, также была заблокирована.

25 июня 2024 года истец обратилась к сотруднику ответчика (IT-специалист Алексей) с целью разъяснения причин блокировки доступа к рабочим программам, на что получила ответ, что блокировка произошла по указанию генерального директора.

Таким образом, истец с 25 июня 2024 года была лишена возможности осуществлять трудовую деятельность дистанционно.

В этой связи, истец была вынуждена написать заявление об увольнении по собственному желанию. У истца отсутствовало желание увольняться. Истец имела намерение продолжать исполнять свои должностные обязанности, но работодатель своими незаконными методами (создание невыносимых условий) вынудил истца написать данное заявление.

Кроме того, истец указывает на то, что со стороны работодателя имелась просрочка в выплате заработной платы, рассчитаны проценты за задержку выплаты заработной платы.

Также истец указывает, что ответчик не выплатил истцу в полном объеме расходы на аренду жилья, коммунальные услуги, услуги интернета

Приказом ГУП «ГЗО» № 539 от 12 октября 2023 года установлена компенсация затрат иногородних сотрудников на аренду жилья: двух и более комнатная квартира до 50.000 рублей, в том числе на коммунальные платежи.

Так как истец являлась иногородним сотрудником (приехала для работы у ответчика по приглашению из ХМАО-Югры), то 01 ноября 2023 года заключила договор аренды жилого помещения по адресу: 

<

...>, по условиям которого размер оплаты за аренду квартиры составляет 45.000 рублей.

03 мая 2024 года истец обратилась к ответчику с заявлением о возмещении израсходованных личных денежных средств на приобретение билета для проезда в командировку в город Москву в сумме 8.455 рублей 60 копеек.

22 апреля 2024 года истец обратилась к ответчику с заявлением о возмещении израсходованных личных денежных средств на оплату коммунальных платежей за арендуемую квартиру в размере 10.911 рублей.

12 мая 2024 года истец обратилась к ответчику с заявлением о возмещении израсходованных личных денежных средств на оплату коммунальных платежей за арендуемую квартиру в размере 4.783 рублей.

06 мая 2024 года истец обратилась к ответчику с заявлением о возмещении израсходованных личных денежных средств на оплату аренды квартиры в размере 45.000 рублей.

11 июня 2024 года истец обратилась к ответчику с заявлением о возмещении израсходованных личных денежных средств на оплату аренды квартиры в размере 45.000 рублей.

На указанные заявления ответчик не отреагировал, оплату не произвел.

20 июня 2024 года истец направила письмо в адрес ответчика, в котором просила компенсировать ей израсходованные личные денежные средства по указанным выше заявлениям, а также указала, что до 30 июня 2024 года ей необходимо внести следующий платеж за аренду квартиры в городе Мелитополь в сумме 45.000 рублей, а также коммунальные услуги в размере 3.000 рублей.

Таким образом, истец просила произвести ей выплату денежных средств на аренду квартиры, коммунальные услуги и покупку билета для проезда к месту командировки в размере 162.149 рублей 60 копеек.

05 июля 2024 года ответчик произвел оплату в размере 108.149 рублей 60 копеек.

Следовательно, ответчик не выплатил часть денежных средств в размере 54.000 рублей.

Также, истец понесла расходы на коммунальные услуги, оплату интернета в арендуемой в городе Мелитополь квартире на общую сумму 10.023 рублей 90 копеек.

Кроме того, за аренду квартиры в городе Мелитополь в соответствии с пунктом 3.1.1 Договора б/н аренды жилого помещения от 01 ноября 2023 года истцом была внесена залоговая сумма 45.000 рублей.

В связи с тем, что работодатель не отреагировал ни на служебные записки о возмещении денежных средств, ни на письмо направленное 20 июня 2024 года в адрес руководителя, истец по договоренности с арендодателем оплатил по договору за июль 2024 денежные средства в размере 45.000 рублей из суммы залога.

После направления истца в командировку и в связи с переводом ее на дистанционный (удаленный) формат работы, истец заключила договор найма квартиры в городе Москве от 23 мая 2024 года по условиям которого (п.5.1): плата нанимателем наймодателю за наем квартиры и имущества составляет 55.000 рублей в месяц. Наниматель также разово вносит наймодателю залог в размере месячного платежа. Оплата за использование нанимателем холодной воды и электроэнергии оплачивается наймодателю по счетчикам ежемесячно».

Во исполнение условий договора 22 мая 2024 года истец произвела оплату за аренду квартиры и залог в размере 110.000 рублей.

После завершения командировки истец приняла решение продолжать проживать в арендованной квартире, так как осознавала, что находится на дистанционном (удаленном) формате работы, и может продолжать свою трудовую деятельность из любого региона страны.

После отмены дистанционной (удаленной) работы истец также была вынуждена продолжать проживать в арендованной в городе Москве квартире, так как из-за неправомерных действий ответчика по принуждению истца к увольнению, истец была вынуждена выселиться из квартиры в городе Мелитополь.

Кроме того, истец боялась за свою жизнь и жизнь своего несовершеннолетнего ребенка, так проживание в квартире в городе Мелитополь могло быть небезопасным, в связи с посещением сотрудниками службы безопасности арендуемой квартиры, а также резко изменившимся отношением арендодателя к истцу после визита в съемную квартиру сотрудников ответчикам.

При этом в соответствии с Приказом ответчика № 539 от 12 октября 2023 года установлена компенсация затрат иногородних сотрудников на аренду жилья и коммунальных услуг.

На основании изложенного, истец просит суд:

- признать незаконным Приказ об отмене дистанционной работы № 145 от 05 июня 2024 года;

- признать увольнение по п.3 ч.1 ст. 77 ТК РФ незаконным;

- восстановить на работе;

- взыскать с ГУП «ГЗО» средний заработок за время вынужденного прогула;

- взыскать с ГУП «ГЗО» проценты за нарушение сроков выплаты заработной платы в размере 37.930 рублей 81 копейки;

- взыскать с ГУП «ГЗО» компенсацию за аренду жилья, коммунальные услуги и интернет в размере 259.023 рублей 90 копеек;

- проценты за нарушение сроков оплаты компенсации за аренду жилья, коммунальных услуг и интернет за период с 12 июня 2024 года и по день выплаты компенсации;

- взыскать с ГУП «ГЗО» почтовые расходы и расходы на оплату транспортной компании в размере 9.163 рублей;

- взыскать с ГУП «ГЗО» компенсацию морального вреда в размере 100.000 рублей;

- взыскать с ГУП «ГЗО» расходы на оказание юридических услуг в размере 25.000 рублей;

- обязать взыскать с ГУП «ГЗО» выдать расчетные листки за июнь-июль 2024 года, передать сведения в отношении истца за период с 19 июля 2023 года по 12 июля 2024 года в СФР и оплатить страховые взносы за период с 19 июля 2023 года по 12 июля 2024 года.

Истец ФИО1 в судебное заседание явилась, исковые требования поддержала.

Представитель ответчика ГУП «ГЗО» в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного заседания извещен.

Выслушав явившихся участников процесса, изучив доводы иска, исследовав письменные материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего иск не подлежащим удовлетворению, суд приходит к следующим выводам.

Судом установлено, что 19 июля 2023 года между ФИО1 и ГУП «Государственный Зерновой Оператор» был заключён трудовой договор № 210/23, по условиям которого истец принята на работу на должность ведущий риск-менеджер (п. 1.3).

Пунктом 1.6 Трудового договора установлено место работы – Запорожская обл., м.р-н Мелитопольский, г.п. Мелитопольское, 

<

...>.

Размер должностного оклада – 60.000 рублей (п.5.1.1).

С 01 августа 2023 года истец была переведена на должность главного риск-менеджера (подразделение - Департамент внутреннего аудита и контроля) с окладом в размере 90.000 рублей.

С 03 октября 2023 года истец была переведена на должность главного эксперта по внутреннему аудиту и контролю Отдела внутреннего аудита и контроля с должностным окладом в размере 115.000 рублей.

16 мая 2024 года между истцом и ответчиком было подписано дополнительное соглашение к трудовому договору, по условиям которого истец была временно переведена на дистанционную (удаленную) работу с 21 июня 2024 года до 05 августа 2024 года.

С 20 мая 2024 года по 25 мая 2024 года истец находилась в служебной командировке в городе Москве.

С 26 мая 2024 года по 24 июня 2024 года истец находилась в очередном (ежегодном) отпуске.

05 июня 2024 года истцу было направлено Уведомление об отмене дистанционной (удаленной) работы № 31, из которого следует, что в на основании Распоряжения Губернатора Запорожской области ФИО2 от 23 мая 2024 года № 368-р «О создании комиссии и проведении проверки деятельности ГУП «ГЗО», с 06 июня 2024 года дистанционная (удаленная) работа в ГУП «ГЗО» отменена Приказом от 05 июня 2024 года № 145, в связи с чем истцу 25 июня 2024 года необходимо прибыть к месту выполнения своих должностных обязанностей по адресу ГУП «ГЗО» - 

<

...>. О причинах, препятствующих выполнению указанных условий, необходимо сообщить в отдел кадров до 07 июня 2024 года.

Согласно ч. 1 ст. 312.9 ТК РФ, в случае наступления перечисленных в данной правовой норме обстоятельств работник может быть временно переведен по инициативе работодателя на дистанционную работу на период наличия указанных обстоятельств (случаев). Временный перевод работника на дистанционную работу по инициативе работодателя также может быть осуществлен в случае принятия соответствующего решения органом государственной власти и (или) органом местного самоуправления.

Согласие работника на такой перевод не требуется (ч. 2 ст. 312.9 ТК РФ).

Работодатель принимает локальный нормативный акт о временном переводе работников на дистанционную работу, содержащий, в том числе указание на срок, на который работники временно переводятся на дистанционную работу (ч. 3 ст. 312.9 ТК РФ).

При этом работник, временно переводимый на дистанционную работу, должен быть ознакомлен с указанным в ч.3 ст. 312.9 ТК РФ локальным нормативным актом способом, позволяющим достоверно подтвердить получение работником такого локального нормативного акта.

При временном переводе на дистанционную работу по инициативе работодателя по основаниям, предусмотренным названной статьей, внесение изменений в трудовой договор с работником не требуется. По окончании срока такого перевода работодатель обязан предоставить работнику прежнюю работу, предусмотренную трудовым договором, а работник обязан приступить к ее выполнению (ч. 5 этой же статьи Кодекса).

27 июня 2024 года истцом ФИО1 было написано заявление об увольнении на основании п.3 ч.1 ст. 77 ТК РФ по инициативе работника в связи с понуждением к увольнению.

По истечении срока предупреждения 12 июля 2024 года истец была уволена из ГУП «ГЗО» по п.3 ч.1 ст. 77 ТК РФ.

В силу п.3 ч.1 ст. 77 ТК РФ основаниями прекращения трудового договора является, помимо прочего расторжение трудового договора по инициативе работника (ст. 80 ТК РФ).

Согласно ст. 80 ТК РФ работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении.

До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора.

По истечении срока предупреждения об увольнении работник имеет право прекратить работу. В последний день работы работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку, другие документы, связанные с работой, по письменному заявлению работника и произвести с ним окончательный расчет.

Если по истечении срока предупреждения об увольнении трудовой договор не был расторгнут и работник не настаивает на увольнении, то действие трудового договора продолжается.

В соответствии с п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при рассмотрении споров о расторжении по инициативе работника трудового договора, заключенного на неопределенный срок, а также срочного трудового договора (п. 3 ч.1 ст. 77 ТК РФ, ст. 80 ТК РФ) судам необходимо иметь в виду следующее: а) расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника; в) исходя из содержания ч.4 ст. 80 и ч.4 ст. 127 ТК РФ работник, предупредивший работодателя о расторжении трудового договора, вправе до истечения срока предупреждения (а при предоставлении отпуска с последующим увольнением - до дня начала отпуска) отозвать свое заявление, и увольнение в этом случае не производится при условии, что на его место в письменной форме не приглашен другой работник, которому в соответствии с Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора (например, в силу ч.4 ст. 64 ТК РФ запрещается отказывать в заключении трудового договора работникам, приглашенным в письменной форме на работу в порядке перевода от другого работодателя, в течение одного месяца со дня увольнения с прежнего места работы). Если по истечении срока предупреждения трудовой договор не был расторгнут и работник не настаивает на увольнении, действие трудового договора считается продолженным (ч. 6 ст. 80 ТК РФ).

Истец не представила какие-либо доказательства, свидетельствующие об оказании ответчиком давления на неё при подаче заявления об увольнении по собственному желанию.

Переписка, которая состоялась между истцом и сотрудником ГУП «ГЗО» имела место уже после написания заявления истцом об увольнении по инициативе работника, при том, что в судебном заседании истцом было пояснено, что переписка исходила от истца и подчиненного ей сотрудника, то есть не от лица, в компетенцию которого входит решение вопроса об увольнении работника, либо полномочного принимать организационно-распорядительные решения в отношении работника.

Трудовой кодекс РФ, в ст. 80 и 81 разделяет основания расторжения трудового договора по инициативе работника (по собственному желанию) и расторжение трудового договора по инициативе работодателя и не предусматривает возможности продолжения трудовых отношений с работником, если увольнение явилось следствием волеизъявления (инициативы) работника, за исключением случаев, когда работник отозвал свое заявление и на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора либо когда договор не был расторгнут и работник не настаивает на увольнении. Такого отзыва от работника в рассматриваемом случае не последовало, Приказ об увольнении работника был издан и вручен работнику, ему выданы документы в связи с его увольнением и произведен окончательный расчет.

Учитывая, что до окончания срока предупреждения истец не отозвала свое заявление об увольнении, по истечении срока предупреждения об увольнении прекратила работу в ГУП «ГЗО», в отсутствие доказательств понуждения к такому увольнению, оснований для признания увольнения истца незаконным не имеется.

Таким образом, исследовав и оценив имеющиеся в деле доказательства в их совокупности в соответствии с требованиями ст.67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что увольнение ФИО1 произведено ответчиком в соответствии с требованиями действующего трудового законодательства, вследствие чего отказывает истцу в удовлетворении исковых требований о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула (ст. 234 ТК РФ).

При этом Приказ от 05 июня 2024 года № 145 об отмене дистанционного (удаленного) режима работы в ГУП «ГЗО» никак не нарушает в рассматриваемом прав истца, которая была уволена из организации по п.3 ч.1 ст. 77 ТК РФ, не выходя по требованию работодателя на работу и написав заявление об увольнении по инициативе работника.

Рассматривая требование истца о взыскании задолженности по заработной плате, то суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 129 ТК РФ заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Согласно ст. 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

В силу ст. 136 ТК РФ при выплате заработной платы работодатель обязан извещать в письменной форме каждого работника:

1) о составных частях заработной платы, причитающейся ему за соответствующий период;

2) о размерах иных сумм, начисленных работнику, в том числе денежной компенсации за нарушение работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику;

3) о размерах и об основаниях произведенных удержаний;

4) об общей денежной сумме, подлежащей выплате.

Форма расчетного листка утверждается работодателем с учетом мнения представительного органа работников в порядке, установленном статьей 372 настоящего Кодекса для принятия локальных нормативных актов.

Заработная плата выплачивается работнику, как правило, в месте выполнения им работы либо переводится в кредитную организацию, указанную в заявлении работника, на условиях, определенных коллективным договором или трудовым договором. Работник вправе заменить кредитную организацию, в которую должна быть переведена заработная плата, сообщив в письменной форме работодателю об изменении реквизитов для перевода заработной платы не позднее чем за пятнадцать календарных дней до дня выплаты заработной платы.

Место и сроки выплаты заработной платы в неденежной форме определяются коллективным договором или трудовым договором.

Заработная плата выплачивается непосредственно работнику, за исключением случаев, когда иной способ выплаты предусматривается федеральным законом или трудовым договором.

Заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца. Конкретная дата выплаты заработной платы устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором или трудовым договором не позднее 15 календарных дней со дня окончания периода, за который она начислена.

Для отдельных категорий работников федеральным законом могут быть установлены иные сроки выплаты заработной платы.

При совпадении дня выплаты с выходным или нерабочим праздничным днем выплата заработной платы производится накануне этого дня.

Оплата отпуска производится не позднее чем за три дня до его начала.

Если обратиться к доводам искового заявления, то истец, которая была принята на работу 19 июля 2023 года, полагает, что заработная плата ей должна быть начислена за первую половину месяца 25 июля 2023 года, однако данное суждение не соответствует норме ст. 136 ТК РФ, так как заработная плата истцу должна быть выплачена не позднее 15 календарных дней со дня окончания периода, за который она начислена, соответственно, получив оплату 02 августа 2023 года работодатель не нарушил требования законодательства о порядке выплаты заработной платы вновь трудоустроенному у него работнику.

Потому дальнейшие расчеты истца в связи с просрочкой выплаты заработной платы не основаны на нормах трудового законодательства, это же следует из расчетного листка за июль 2023 года, где период оплаты указан с 19 июля 2023 года по 31 июля 2023 года. Кроме того, из расчетных листков видно, что при задержке в выплате заработной плате истцу начислялась и выплачивалась денежная компенсация за задержку заработной платы, предусмотренная ст. 236 ТК РФ.

Рассматривая требование истца о компенсации аренды жилья.

Согласно Приказу ГУП «ГЗО» от 12 октября 2023 года, ГУП «ГЗО» компенсирует аренду жилья для иногородних сотрудников (помесячная оплата и обеспечительный платеж) – двух и более комнатная квартира до 50.000 рублей, в том числе затраты на коммунальные платежи.

Как следует, из искового заявления истца, то по её заявлениям ГУП «ГЗО» выплатило истцу 05 июля 2024 года в размере 108.149 рублей 60 копеек, что согласно доводам же искового заявления истцу компенсировало как командировочные расходы на проезд, так как и аренду жилья, включая коммунальные услуги в размере, не превышающем 50.000 рублей.

Требование о компенсации расходов на аренду жилья, которая приходилась на даты увольнения, суд не может признать обоснованным, так как истец находилась в городе Москве и в связи с написанием заявления об увольнении 27 июня 2024 года, необходимость в аренде жилья у истца отсутствовала, так как она в это время находилась в городе Москве и возвращаться в город Мелитополь не собиралась.

Тем более, ГУП «ГЗО» не было обязано компенсировать расходы истца по аренде жилья в городе Москве, а также расходы по оплате услуг транспортной компании (по доставке вещей из города Мелитополь) и почтовых расходов (на отправку ключей в город Мелитополь), так как командировка в город Москву приходилась на период с 20 мая 2024 года по 25 мая 2024 года, место работы истца было определено в городе Мелитополь, работодатель компенсировал расходы истца по аренде жилья в городе Мелитополь.

Так же не подлежат взысканию с работодателя проценты, предусмотренные ст. 395 ГК РФ за нарушение сроков оплаты компенсации по аренде жилья, так как для работодателя предусмотрена ответственность при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, установленная ст. 236 ТК РФ.

Учитывая, что какие-либо сроки выплаты такой компенсации не установлены, из материалов дела не следуют, то оснований для взыскания процентов не имеется.

При увольнении истцу были предоставлены, как это следует из материалов дела, расчетные листки за период июль 2023 года по май 2024 года, расчет оплаты отпуска, расчет пособий по временной нетрудоспособности, расчет начислений (командировка), справка 2-НДФЛ за 2023 год, где содержатся все начисленные в период трудоустройства суммы, с учетом того, что с 20 мая 2024 года по 25 мая 2024 года истец находилась в служебной командировке в городе Москве, с 26 мая 2024 года по 24 июня 2024 года истец находилась в очередном (ежегодном) отпуске, с 21 июня 2024 года по 12 июля 2024 года истец была нетрудоспособна по состоянию здоровья. Поэтому оснований для предоставления расчетных листков за июнь и июль 2024 года не имеется, так как сведения о начислениях представлены истцу в форме расчетов.

Доказательств, что ответчик не произвел отчисления обязательных страховых взносов за истца в материалы дела не представлено.

В соответствии с ч. 1 ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Учитывая, что судом не установлено нарушений ответчиком трудовых прав истца, оснований для взыскания компенсации морального вреда суд также не находит.

Ввиду отказа истцу в удовлетворении исковых требований, судебные расходы распределению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст.194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований Журавлевой ** к ГУП «Государственный Зерновой Оператор» о признании приказа об отмене дистанционной работы незаконным, признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании оплаты вынужденного прогула, процентов за нарушение сроков выплаты заработной платы, компенсации расходов за аренду жилья, процентов за нарушение сроков выплаты компенсации, компенсации морального вреда, предоставлении расчетных листков, отчислении страховых взносов – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский городской суд через Таганский районный суд города Москвы в течение месяца со дня принятия в окончательной форме.

Судья:

Решение в окончательной форме составлено 11 июня 2026 года.