Дело № 2-2017/2019 15 июля 2019 года

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Северодвинский городской суд Архангельской области в составе

председательствующего судьи Горишевской Е.А.

при секретаре Кропотовой И.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Северодвинске гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 ..... к обществу с ограниченной ответственностью «Микрокредитная компания «АрхГражданКредит» о признании условий кредитного договора недействительными, признании размера шрифта кредитного договора визуально затруднительным и нарушающим права потребителя,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Микрокредитная компания «АрхГражданКредит» (далее – ООО «МК «АрхГражданКредит») о признании кредитного договора недействительным.

В обоснование требований указал, что 6 августа 2017 г. между истцом и ответчиком заключен кредитный договор № ..... на сумму 25 000 руб. Поскольку шрифт кредитного договора не соответствует требованиям СанПин 1.2.1253-03, утвержденных постановлением Главного государственного врача Российской Федерации 10 апреля 2003 г. № 39, и тем самым ущемляет его права как потребителя, просит признать кредитный договор № ....., заключенный 6 августа 2017 г. между ФИО1 и ООО «МК «АрхГражданКредит» на сумму 25 000 руб. недействительным.

Определением от 11 июня 2019 г. к производству суда принято изменение предмета исковых требований, в соответствии с которым истец просит суд признать недействительными п.п. 7, 22, 23 заключенного между сторонами кредитного договора, признать размер шрифта указанного договора визуально затруднительным для восприятия и тем самым нарушающим права потребителя. В обоснование указанных требований истец ссылается на то, что п. 7 договора, предусматривающий право заемщика досрочно возвратить сумму займа с обязательным уведомлением займодавца не менее чем за десять календарных дней, не соответствует требованиям ч. 2 ст. 11 Федерального закона «О потребительском кредите». В п.п. 22 и 23 договора волеизъявление заемщика обозначено проставленной машинописным способом отметкой, что указывает на отсутствие у заемщика свободы выбора. 

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО2 заявленные требования поддержали.

Ответчик ООО «МК «АрхГражданКредит», извещенный о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, своего представителя в судебное заседание не направил.

По определению суда дело рассмотрено при имеющейся явке.

Заслушав пояснения истца и его представителя, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

В силу ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (п.п. 1, 4).

В соответствии с п. 1 ст. 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

На основании п. 1 ст. 809 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором займа, заимодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором. При отсутствии в договоре условия о размере процентов их размер определяется существующей в месте жительства заимодавца, а если заимодавцем является юридическое лицо, в месте его нахождения ставкой банковского процента (ставкой рефинансирования) на день уплаты заемщиком суммы долга или его соответствующей части.

Порядок, размер и условия предоставления микрозаймов предусмотрены Федеральным законом от 2 июля 2010 г. № 151-ФЗ «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях» (далее – Закон о микрофинансовой деятельности).

Пунктом 4 ч. 1 ст. 2 названного закона предусмотрено, что договор микрозайма – договор займа, сумма которого не превышает предельный размер обязательств заемщика перед заимодавцем по основному долгу, установленный названным законом.

Исходя из императивных требований к порядку и условиям заключения договора микрозайма, предусмотренных Законом о микрофинансовой деятельности, денежные обязательства заемщика по договору микрозайма имеют срочный характер и ограничены установленными этим законом предельными суммами основного долга, процентов за пользование микрозаймом и ответственности заемщика.

К договорам займа, заключенным после 1 июля 2014 г., в силу п. 2.1 ст. 3 Закона о микрофинансовой деятельности применимы требования специального нормативного акта – Федерального закона от 21 декабря 2013 г. № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» (далее – Закон о потребительском кредите).

По смыслу Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее – Закон о защите прав потребителей) предоставление займа является финансовой услугой, в связи с чем на отношения между гражданином-потребителем, заключившим договор займа с микрофинансовой организаций, распространяются нормы Закона о защите прав потребителей в части, не урегулированной специальными законами.

Пунктом 1 ст. 16 Закона о защите прав потребителей предусмотрено, что условия договора, ущемляющие права потребителей по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными.

Материалами дела подтверждается, что между сторонами 6 августа 2017 г. заключен договор потребительского займа № ....., по условиям которого заемщику ФИО1 предоставлена сумма займа в размере 25 000 руб. сроком до 4 сентября 2017 г. с процентной ставкой на период с даты заключения договора до даты, определенной в договоре, как дата возврата, 292% годовых, а на период, начиная со следующего дня, определенного, как дата возврата суммы займа, до даты фактического исполнения обязательства процентная ставка равна 81-кратному значению ключевой ставки Центрального Банка России (л.д. 5-6).

Постановлением судебного пристава-исполнителя ОСП по г. Северодвинску УФССП России по Архангельской области и Ненецкому автономному округу от 14 ноября 2017 г. возбуждено исполнительное производство № ..... на основании судебного приказа от 16 октября 2017 г. о взыскании с ФИО1 в пользу ООО «МК «АрхГражданКредит» задолженности по договору займа, судебных расходов, расходов по уплате государственной пошлины в сумме 34 565 руб. (л.д. 13-15).

Обращаясь в суд с настоящим исковым заявлением, истец ссылается на то обстоятельство, что п. 7 заключенного между сторонами договора, предусматривающий право заемщика досрочно возвратить сумму займа с обязательным уведомлением займодавца не менее чем за десять календарных дней, не соответствует требованиям ч. 2 ст. 11 Закона о потребительском кредите, а условия п. 22 и п. 23 договора фактически были навязаны заемщику, поскольку отметка о согласии с ними проставлена в договоре машинописным способом. Кроме того, весь договор составлен мелким шрифтом, что делает его прочтение затруднительным и тем самым нарушает права заемщика как потребителя.

В п. 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что в случае предъявления гражданином требования о признании сделки недействительной применяются положения Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п. 5 ст. 166 ГК РФ заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

В соответствии с п. 1 ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Недействительность части сделки не влечет недействительности прочих ее частей, если можно предположить, что сделка была бы совершена и без включения недействительной ее части (ст. 180 ГК РФ).

Пунктом 7 заключенного между сторонами договора займа предусмотрено, что заемщик имеет право досрочного возврата суммы займа или ее части займодавцу с уплатой процентов на возвращенную сумму займа на день возврата, уведомив об этом займодавца одним из способов обмена информацией, установленным настоящим договором, не менее чем за 10 календарных дней до дня возврата суммы займа в соответствии со ст. 11 Закона о потребительском кредите.

Доводы истца относительно недействительности указанного пункта договора сводятся к тому, что его положения противоречат требованиям п. 2 ст. 11 Закона о потребительском кредите, согласно которому заемщик в течение четырнадцати календарных дней с даты получения потребительского кредита (займа) имеет право досрочно вернуть всю сумму потребительского кредита (займа) без предварительного уведомления кредитора с уплатой процентов за фактический срок кредитования.

Вместе с тем, буквальное толкование п. 7 договора займа не свидетельствует о том, что предварительное уведомление займодавца за 10 дней предусмотрено для случаев досрочного возврата суммы займа в течение четырнадцати календарных дней с даты получения потребительского кредита. Напротив, п. 7 договора содержит указание на то, что содержащееся в нем условие согласуется с требованиями ст. 11 Закона о потребительском кредите, которая, помимо нормы п. 2, содержит положение, изложенное в п. 4, предусматривающее право заемщика вернуть досрочно кредитору всю сумму полученного потребительского кредита (займа) или ее часть, уведомив об этом кредитора способом, установленным договором потребительского кредита (займа), не менее чем за тридцать календарных дней до дня возврата потребительского кредита (займа), если более короткий срок не установлен договором потребительского кредита (займа). Таким образом, п. 7 договора займа в соответствии с п. 4 ст. 11 Закона о потребительском кредите предусматривает более короткий срок уведомления займодавца о намерении заемщика досрочно вернуть сумму займа.

Более того, учитывая, что договором срок возврата суммы займа определен до 4 сентября 2017 г., положение п. 7 договора могло быть реализовано заемщиком до указанной даты, после 4 сентября 2017 г. действие названного пункта договора фактически прекратилось, истец своим правом досрочно вернуть сумму займа не воспользовался, о чем прямо указал в судебном заседании. Права истца данным пунктом договора не нарушены. Поведение истца после заключения договора займа, содержащего в п. 7 условие о досрочном возврате суммы займа, в течение всего периода действия данного условия фактически свидетельствовало о согласии с ним. Следовательно, оснований для признания указанного пункта договора займа недействительным суд не усматривает.

Оспариваемыми истцом п.п. 22 и 23 договора займа предусмотрено, что заемщик дает свое согласие на получение, как от займодавца, так и от третьих лиц, действующих по поручению займодавца, предложений воспользоваться услугами займодавца, услугами третьих лиц, совместными услугами займодавца и третьих лиц, иных предложений и рекламной информации на срок действия настоящего договора плюс 10 лет; заемщик дает согласие на получение, как от займодавца, так и от третьих лиц, действующих по поручению займодавца, о предстоящей дате внесения платежа в оплату суммы займа и суммы процентов за пользование займом на срок действия настоящего договора.

Доводы истца относительно незаконности указанных пунктов договора сводятся к тому, что согласие заемщика на изложенную в них информацию фактически являлось навязанным, поскольку соответствующие отметки проставлены в договоре машинописным способом до его подписания заемщиком.

В силу п. 1 ст. 16 Закона о защите прав потребителей условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными. Если в результате исполнения договора, ущемляющего права потребителя, у него возникли убытки, они подлежат возмещению изготовителем (исполнителем, продавцом) в полном объеме. В соответствии с п. 2 этой же статьи запрещено обусловливать приобретение одних товаров (работ, услуг) обязательным приобретением иных товаров (работ, услуг). Убытки, причиненные потребителю вследствие нарушения его права на свободный выбор товаров (работ, услуг), возмещаются продавцом (исполнителем) в полном объеме.

Из условий договора займа не следует, что за информирование заемщика о различных предложениях, за предоставление рекламной продукции, а также за получение информации о сумме и дате внесения очередного платежа по договору займа с заемщика взыскивалась дополнительная плата. Следовательно, ссылка истца на нарушение его прав, как потребителя, указанными положениями договора несостоятельна. 

На момент подписания договора займа истец имел возможность ознакомиться с условиями п.п. 22 и 23 договора, мог вычеркнуть внесенные машинописным способом отметки о его согласии на предоставление услуг, однако данным правом не воспользовался. Таким образом, истец добровольно в соответствии со своим волеизъявлением согласился на предоставление займодавцем рекламной информации о своей продукции и сведений о дате и сумме очередного платежа. Более того, в судебном заседании истец указал, что предусмотренная п. 23 договора услуга для него удобна и приемлема, поскольку самостоятельно рассчитывать дату и сумму платежа в счет погашения займа он не может. Суд также учитывает, что доказательств исполнения займодавцем оспариваемых пунктов договора истцом в материалы дела не представлено.

Таким образом, требование истца о признании недействительными п.п. 22 и 23 договора займа удовлетворению не подлежит.

Истец также просит признать размер шрифта кредитного договора визуально затруднительным и нарушающим права потребителя.

В соответствии с п. 12 ст. 5 Закона о потребительском кредите индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа), отражаются в виде таблицы, форма которой установлена нормативным актом Банка России, начиная с первой страницы договора потребительского кредита (займа), четким, хорошо читаемым шрифтом.

Как следует из заключенного между сторонами договора, его условия отражены в виде таблицы, по форме, установленной нормативным актом Банка России, четким, хорошо читаемым шрифтом. Оснований полагать, что информация, указанная в договоре, не была воспринята истцом, и что величина шрифта, которым исполнен документ, могла привести к искажению её смысла, у суда не имеется. При подписании договора истец на невозможность ознакомления с его содержанием ввиду составления текста договора мелким шрифтом не ссылался. 

При этом суд учитывает, что весь текст договора выполнен одним шрифтом, в судебном заседании истец не отрицал, что из текста договора объективно понимал, в какой сумме ему предоставлен заём, на какой срок и под какие проценты. Указанное не позволяет суду сделать вывод об умышленных действиях займодавца, направленных на искажение смысла отдельных положений договора и введение в заблуждение потребителя.

Суд также полагает несостоятельной ссылку истца на санитарные правила и нормативы «Гигиенические требования к изданиям книжным для взрослых СанПиН 1.2.1253-03», поскольку указанные правила, предназначены для граждан, индивидуальных предпринимателей и юридических лиц, занимающихся издательской деятельностью; устанавливают гигиенические требования к шрифтовому оформлению и качеству печати книжных изданий; распространяются на издания книжные текстовые для взрослых читателей от 18 лет и старше; не распространяются на факсимильные, миниатюрные, картографические издания, изоиздания, в том числе альбом; соблюдение требований настоящих санитарных правил является обязательным для граждан, индивидуальных предпринимателей и юридических лиц, занимающихся издательской деятельностью.

Кроме того, суд полагает, что, заявляя требование о признании размера шрифта договора займа визуально затруднительным для чтения, истец избрал ненадлежащий способ защиты нарушенного права.

Так, из положений ст. 46 Конституции Российской Федерации и требований ч. 1 ст. 3 ГПК РФ следует, что судебная защита прав заинтересованного лица возможна только в случае реального нарушения права, свобод и законных интересов, а способ защиты права должен соответствовать по содержанию нарушенного права и характеру нарушения.

Согласно п. 1 ст. 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. Выбор способа защиты права из числа способов, приведенных в ст. 12 ГК РФ, предоставлен законом истцу. Способ защиты права определяется истцом при обращении в суд самостоятельно, что относится к диспозитивным правам стороны в гражданском процессе.

Таким образом, выбор способа защиты нарушенного права должен действительно привести к восстановлению нарушенного материального права или к реальной защите законного интереса.

Однако, заявляя требование о признании размера шрифта договора займа визуально затруднительным для чтения и тем самым нарушающим его права как потребителя, истец не указал, к восстановлению какого нарушенного права указанное требование в случае его удовлетворения судом приведет, при этом требований о признании всего договора займа, выполненного одним шрифтом, недействительным, истец не заявляет.

Принимая во внимание изложенное, суд не находит правовых оснований для удовлетворения завяленных ФИО1 требований. 

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 ..... к обществу с ограниченной ответственностью «Микрокредитная компания «АрхГражданКредит» о признании условий кредитного договора недействительными, признании размера шрифта кредитного договора визуально затруднительным и нарушающим права потребителя отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Архангельский областной суд через Северодвинский городской суд Архангельской области в течение месяца с момента принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий Е.А. Горишевская

Мотивированное решение изготовлено 22 июля 2019 г.