РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

13 декабря 2017 года г. Улан-Удэ

Железнодорожный районный суд г. Улан-Удэ в составе судьи Брянской О.Е., при секретаре Будажаповой Т.Б., с участием помощника прокурора Железнодорожного района г. Улан-Удэ Бородиной А.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-4089/2017 по исковому заявлению ФИО1 к АО «Улан-Удэнский авиационный завод» о компенсации морального вреда, 

с участием представителя истца ФИО2 (доверенности от 27.10.2017), представителя ответчика ФИО3 (доверенность от 30.12.2016), 

УСТАНОВИЛ:

Обращаясь в суд, истец просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 700000 руб.; мотивируя тем, что в период работы у ответчика истец получил профессиональное заболевание, диагноз: ..., установлено ...% утраты трудоспособности по профессиональному заболеванию. Причиной профессионального заболевания послужила продолжительная в течение 19 лет работа в контакте с виброопасными ручными инструментами. Истцу причинены физические и нравственные страдания в связи с получением профессионального заболевания, выразившиеся в подрыве здоровья в значительной мере и психологических переживаниях человека, потерявшего здоровье. Истец испытывает физические страдания, его здоровье требует постоянного наблюдения, лечения, затрат на приобретение лекарств, прохождения медицинских процедур, необходимо физиолечение, санаторно-курортное лечение.

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, извещен надлежаще, согласно письменному заявлению просил о рассмотрении дела в его отсутствие. Ранее в ходе рассмотрения дела требования поддержал, пояснил, что в связи с профессиональным заболеванием испытывает ... 

Представитель истца ФИО2 требования поддержала по изложенным в иске основаниям. 

Представитель ответчика АО «У-УАЗ» ФИО3 требования не признала по основаниям, изложенным в письменном отзыве на иск, ссылалась на достижение сторонами соглашения по условиям компенсации морального вреда. 

Выслушав стороны, исследовав представленные доказательства, выслушав заключение прокурора, полагавшей иск подлежащим удовлетворению частично, суд приходит к следующему. 

Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя, работник имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда (ст. 212, 219 Трудового кодекса РФ). 

На основании ст. 21, 220 Трудового кодекса РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном ТК РФ и иными федеральными законами.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии с п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В силу ст. 151 Гражданского кодекса РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно ст. 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как разъяснено в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», размер компенсации морального вреда зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Исходя из положений ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Обязанность доказывания отсутствия вины возложена на причинителя вреда. 

Судом установлено, что истец ФИО1 работал в АО «Улан-Удэнский авиационный завод» (далее АО «У-УАЗ») ... с 20.01.1983 г. по 06.07.1983 г., ... с 06.07.1983 г. по 02.02.2004 г., ... с 02.02.2004 г. по 22.06.2006 г., ... с 22.06.2006 г. по 01.12.2012 г., ... с 01.12.2012 г. по 07.04.2014 г., ... с 07.04.2014 по настоящее время.

Актом о случае профессионального заболевания от 17.02.2003, составленным и утвержденным уполномоченными лицами, установлено профессиональное заболевание ФИО1: .... Причинами профессионального заболевания послужило: длительная в течение 19 лет работа в условиях воздействия шума и локальной вибрации с превышением установленного предельно-допустимого уровня. Наличие вины работника не установлено. 

Согласно Заключениям №2449, 137, 147 Клиники Ангарского НИИ медицины труда и экологии человека, Заключению № 111 Клиники НИИ медицины труда и экологии человека, ФИО1 находился на обследовании и лечении с 23.12.2002 по 10.01.2003, с 19.01.2004 по 30.01.2004, с 18.01.2006 по 30.01.2006, с 14.01.2008 по 28.01.2008, с 26.01.2010 по 09.02.2010 гг. с основным диагнозом: ..., а после ... от воздействия локальной вибрации ...

Согласно медицинскому заключению № 34 Республиканского центра профессиональной патологии, ФИО1 находился на обследовании и лечении с 26.01.2010 по 09.02.2010 г. с основным диагнозом: .... Противопоказана работа в контакте с шумом, вибрацией, общим охлаждением, связанная с физическим перенапряжением. 

Как следует из заключения Государственной экспертизы условий труда от 26.05.2004 о характере и условиях труда ... ОАО «У-УАЗ» ФИО1, которые предшествовали профессиональному заболеванию, профессиональное заболевание возникло при работе около 19 лет в условиях вредных производственных факторов. 

Согласно справке МСЭ-2006 № 0063118 истцу установлена степень утраты профессиональной трудоспособности по вибрационной болезни ...% с 10.06.2010 бессрочно. 

Совокупность приведенных доказательств подтверждает, что истец работал у ответчика во вредных условиях труда. Причиной профессионального заболевания ФИО1 послужило длительное воздействие на его организм вредных производственных факторов: шума, локальной вибрации при работе с инструментами, на которых уровень воздействия вредных производственных факторов превышает ПДУ; несовершенство технологических процессов и конструктивные недостатки оборудования и инструментов, несовершенство средств индивидуальной защиты. Отсутствие вины ответчика в возникновении у истца профессионального заболевания не доказано. Акт о профессиональном заболевании ответчиком не оспорен. Вина истца в возникновении профессионального заболевания не установлена.

Таким образом, в результате профессионального заболевания здоровью истца причинен вред, подлежащий компенсации ответчиком. 

Доводы представителя ответчика о достижении соглашения работодателя с истцом по вопросу компенсации морального вреда подлежат отклонению. 

В обоснование своих возражений представитель ответчика ссылалась на Дополнительное соглашение от 01.10.2017 г. к трудовому договору от 20.01.1983 г., заключенное между работодателем АО «У-УАЗ» и работником ФИО1, согласно пункту 2.3.9 которого при установлении работнику профессионального заболевания работодатель обязан компенсировать причиненный моральный вред в размере и порядке, определяемом соглашением сторон, но не более 10-кратного размера стоимости единицы тарифного коэффициента, действующего на дату установления профессионального заболевания, за каждые 10% утраты трудоспособности. 

Вместе с тем, указанным пунктом Дополнительного соглашения не предусмотрен конкретный размер компенсации морального вреда, с которым согласился работник при подписании дополнительного соглашения, а предусмотренное указанным пунктом соглашение сторон, которым были бы определены размер и порядок компенсации морального вреда, сторонами не заключено, выплата ответчиком истцу компенсации морального вреда не произведена. Соответственно, вопрос о компенсации морального вреда сторонами не урегулирован.

Таким образом, спор о компенсации морального вреда подлежит разрешению судом согласно положениям ст. 237 Трудового кодекса РФ, на которую истец также ссылается в иске как на правовое основание предъявляемых требований. 

Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из степени вины ответчика, длительности работы истца у ответчика во вредных условиях труда, наличия у истца одного профессионального заболевания, снижения профессиональной трудоспособности истца на 30% по вибрационной болезни, установленной бессрочно, степени физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями истца, тяжести причиненного вреда здоровью, фактических обстоятельств дела. 

Учитывая изложенное, требования разумности, справедливости и соразмерности, суд определяет ко взысканию компенсацию морального вреда в размере 80 000 руб. 

На основании ст. 103 ГПК РФ с ответчика взыскивается государственная пошлина в доход бюджета муниципального образования города Улан-Удэ в размере 300 руб., от уплаты которой истец был освобожден при обращении в суд. 

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к АО «Улан-Удэнский авиационный завод» о компенсации морального вреда удовлетворить частично. 

Взыскать с АО «Улан-Удэнский авиационный завод» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 80 000 руб.

В остальной части требований – отказать. 

Взыскать с АО «Улан-Удэнский авиационный завод» в доход бюджета муниципального образования города Улан-Удэ государственную пошлину в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Бурятия через Железнодорожный районный суд г. Улан-Удэ в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

В окончательной форме решение изготовлено 18.12.2017. 

Судья О.Е. Брянская