УИД 16RS0040-01-2025-000853-14

№ 2-1413/2025

№ 33-16288/2025

учет № 185г

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

08.12.2025 город Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда Республики Татарстан в составе председательствующего Валишина Л.А., судей Телешовой С.А., Марданова Р.Д., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Мусиной Р.И. рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Валишина Л.А. гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Зеленодольского городского суда Республики Татарстан от 16 июля 2025 года, которым постановлено: в удовлетворении исковых требований ФИО1 (СНИЛС 

<

данные изъяты>) об установлении факта вступления в наследство после смерти наследодательФИО, умершего 29.11.2020,

определении доли в квартире с кадастровым номером .... по адресу: Республика Татарстан, пос.Осиново, 

<

адрес>,

включении в состав наследства наследодательФИО, умершего 29.11.2020, 1/3 доли квартиры с кадастровым номером .... по адресу: Республика Татарстан, пос.Осиново, 

<

адрес>,

признании вступившим в фактическое наследование в виде 1/3 доли квартиры с кадастровым номером .... по адресу: Республика Татарстан, пос.Осиново, 

<

адрес>, после смерти наследодательФИО, умершего 29.11.2020, в установленные законом сроки, отказать.

Отменить меру обеспечения иска в виде запрета ФИО2 совершать регистрационные действия в отношении квартиры по адресу: РТ, Зеленодольский район, с Осиново, 

<

адрес>.

Вернуть ФИО1 (СНИЛС 

<

данные изъяты>) излишне уплаченную государственную пошлину в размере 5 072 рубля.

Заслушав пояснения истца и его представителя, поддержавших жалобу, представителя ответчика, возражавшего против доводов апелляционной жалобы, проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, исполнительному комитету Зеленодольского муниципального района Республики Татарстан и просил, требуя установить факт его вступления в право наследования после смерти наследодательФИО, умершего 29.11.2020, определить долю в наследуемом имуществе в виде жилого помещения, расположенного по адресу: Республика Татарстан, пос.Осиново, 

<

адрес>, равной 1/2 доли на сумму 1 478 205 руб., в обоснование своих требований указав на то, что истец и ответчик являются наследниками наследодательФИО, ответчик скрывал от истца информацию об открывшемся наследстве в виде указанной квартиры, об этом ему стало известно в январе 2025 года. Спорная квартира была получена истцом и его бывшей женой ФИО2 в период их работы в Совхозе «Майский». ФИО2 незаконно распорядилась данным совместно нажитым в период брака имуществом, переоформив право собственности на наследодательФИО, о чем истец не знал и поэтому не мог в установленный законом срок обратиться к нотариусу с заявлением о принятии наследства. Наследственное дело после смерти наследодательФИО не открывалось. Доказательством фактического принятия истцом наследства после смерти сына является их совместное проживание до 26.06.2001 - до расторжения брака истца и ответчика. Истец от наследства не отказывался, родительских прав лишен не был, у него имеется детская фотография сына, он участвовал в общих расходах на похороны и поминки сына.

В ходе рассмотрения дела в качестве соответчиков по делу привлечены исполнительный комитет Осиновского сельского поселения Зеленодольского муниципального района Республики Татарстан, а также Баскакова А.А., ФИО3, в качестве третьего лица - ФИО4

В дальнейшем истец уточнил свои требования и просил признать факт владения и пользования наследодательФИО 1/3 долей в спорной квартире на праве собственника и включить ее в состав наследства; признать истца вступившим в фактическое наследование данной долей в квартире после смерти наследодательФИО

В обоснование уточненных требований указано, что по договору о передаче гражданам жилого помещения в собственность ФИО4, наследодательФИО, А.А. могло принадлежать по 1/3 доле спорной квартиры, но до настоящего времени приватизированная квартира указанными гражданами не оформлена в собственность в установленном законом порядке. В судебном заседании 14.05.2025 представитель ФИО2 и ФИО3 отказались от оформления своих долей наследства после смерти наследодательФИО Другие заинтересованные лица свою волю в отношении наследства не высказали из-за их отсутствия в судебном заседании. Истец представил суду фотографию рабочих инструментов с указанием их местонахождения, которые принадлежали сыну, которыми владеет и пользуется истец, что подтверждает фактическое принятие наследства истцом после смерти сына. О наличии наследственного имущества истцу стало известно только в судебном заседании 07.02.2025 по гражданскому делу №2-787/2025 о признании ФИО2 недостойным наследником. Ранее ФИО2 сообщила ему, что спорная квартира была продана.

ФИО2 иск не признала, заявила о пропуске срока исковой давности.

Решением суда первой инстанции в удовлетворении иска отказано.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит об отмене решения суда по следующим мотивам.

Судом необоснованно было отказано в удовлетворении ходатайств: об истребовании из АО «Бюро технической инвентаризации» Зеленодольского района технического паспорта на спорную квартиру, из Управления Росреестра – дела правоустанавливающих документов в отношении гаража, расположенного в гаражном кооперативе «Автомобилист-1», принадлежавшего наследодателю; об осмотре и исследовании вещественных доказательств с выездом на место, а именно, инструментов, принадлежавших наследодателю и находящихся в пользовании истца; о назначении геномно-генетической экспертизы в отношении дочери наследодателя Баскаковой А.А.

Судом необоснованно отказано в возврате суммы государственной пошлины в размере 10 000 руб., уплаченной за подачу заявления об обеспечении иска, по которому было вынесено определение, а затем в ходе рассмотрения дела ФИО1 заявил об отмене принятых мер.

В решении указано, что Исполнительный комитет Осиновского сельского поселения был привлечен в качестве ответчика 04.08.2025, что было невозможно, учитывая, что решение суда по делу вынесено 16.07.2025.

Суд установил, что Баскакова А.А. является дочерью наследодателя, однако суд не учел, что в представленных органом ЗАГС сведениях дата рождения Баскаковой А.А. указана 11.06.1996, а в копии свидетельства о рождении – 12.06.1996.

В договоре приватизации спорной квартиры имя Баскаковой А.А. указано «Анжела», а в свидетельстве о рождении – «Анжелла», что также не учтено судом. Таким образом, родство Баскаковой А.А. и наследодателя могло быть доказано только путем проведения геномно-генетической экспертизы, чего сделано не было.

Вывод суда о пропуске срока исковой давности является необоснованным, так как никто из наследников не вступил в наследство в установленный срок. Ордер на спорное жилое помещение на основании постановления Главы администрации Зеленодольского района и г. Зеленодольск от 25.01.1996 № 926 был выдан истцу и ответчику, следовательно, наследодатель проживал в этой квартире вместе с истцом.

Ответчиком выдана доверенность на 5 лиц без указания на то, по какому конкретному делу она выдана.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ФИО1 также указал следующее (письменные пояснения приобщены к материалам дела).

Судом не рассмотрено исковое требование о признании факта владения и пользования умершим на праве собственности 1/3 доли в спорной квартире, которое было заявлено в изменениях иска и не признавалось ответчиком ФИО2, но было признано другим ответчиком – администрацией.

Наследодатель владел и пользовался гаражом № 195, расположенным в гаражном кооперативе «Автомобилист-1», хранил в нем инструменты. В гараже также находится металлический стеллаж, который построил для сына истец. ФИО1 пользуется данным гаражом с сентября 2023, когда ФИО2 передала ему ключи от гаража.

Судебная коллегия не находит правовых оснований для отмены решения суда по следующим мотивам.

В соответствии с п.1 ст.1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Согласно ст.1152 Гражданского кодекса Российской Федерации для приобретения наследства наследник должен его принять.

На основании п.2 ст.1153 Гражданского кодекса Российской Федерации признается, пока не доказано иное, что наследник принял наследство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, в частности если наследник:

вступил во владение или в управление наследственным имуществом;

принял меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц;

произвел за свой счет расходы на содержание наследственного имущества;

оплатил за свой счет долги наследодателя или получил от третьих лиц причитавшиеся наследодателю денежные средства.

В силу статьи 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 40 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», требования о восстановлении срока принятия наследства и признании наследника принявшим наследство могут быть удовлетворены лишь при доказанности совокупности следующих обстоятельств:

а) наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил указанный срок по другим уважительным причинам. К числу таких причин следует относить обстоятельства, связанные с личностью истца, которые позволяют признать уважительными причины пропуска срока исковой давности: тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п. (статья 205 ГК РФ), если они препятствовали принятию наследником наследства в течение всего срока, установленного для этого законом. Не являются уважительными такие обстоятельства, как кратковременное расстройство здоровья, незнание гражданско-правовых норм о сроках и порядке принятия наследства, отсутствие сведений о составе наследственного имущества и т.п.;

б) обращение в суд наследника, пропустившего срок принятия наследства, с требованием о его восстановлении последовало в течение шести месяцев после отпадения причин пропуска этого срока. Указанный шестимесячный срок, установленный для обращения в суд с данным требованием, не подлежит восстановлению, и наследник, пропустивший его, лишается права на восстановление срока принятия наследства.

Установлено, что 29.11.2020 умер наследодательФИО Наследниками первой очереди после его смерти являются жена ФИО3, дочь Баскакова А.А., мать ФИО2 и отец ФИО1 Никто из наследников в установленный законом срок к нотариусу с заявлением о принятии наследства не обращался, наследственное дело не заводилось.

Постановлением Главы администрации Зеленодольского района и г.Зеленодольска №926 от 25.01.1996 наследодательФИО и его жене ФИО4 выдан ордер №3618 на жилое помещение, расположенное по адресу: п.Осиново, 

<

адрес>.

Брак между наследодательФИО и ФИО4 был прекращен 13.11.1997 на основании решения Зеленодольского городского суда РТ от 03.11.1997.

На основании договора на передачу жилого помещения в собственность граждан от 18.02.1998 спорное жилое помещение передано в совместную собственность проживающим в нем гражданам: наследодательФИО, ФИО4, ФИО5 При жизни наследодательФИО доли в праве совместной собственности на квартиру определены не были, право собственности в установленном законом порядке на данную квартиру не зарегистрировано.

наследодательФИО. 15.08.2009 вступил в брак с ФИО6, жене присвоена фамилия ФИО7.

После смерти наследодательФИО содержанием квартиры и оплатой коммунальных услуг занимались ФИО4 и ФИО8, как собственники квартиры, в подтверждение чего были представлены квитанции, справка об отсутствии задолженности от 15.07.2025.

Суд первой инстанции, оценив довод истца о том, что он не смог обратиться в установленный законом шестимесячный срок с заявлением о принятии наследства по причине отсутствия сведений о наличии наследственного имущества после смерти сына, обоснованно не принял их во внимание, указав в решении, что истцу своевременно было известно о смерти наследодательФИО умершего 29.11.2020, на что сам истец указал в своем иске. При этом он имел право и возможность обратиться к нотариусу с заявлением о принятии наследства после смерти сына, либо с заявлением о восстановлении срока для его принятия, но не воспользовался данным правом. Исковое заявление поступило в суд лишь 05.02.2025. При этом отсутствие сведений о составе наследственного имущества, на которое ссылается истец, не является уважительной причиной пропуска срока, как разъяснено в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 N 9 "О судебной практике по делам о наследовании".

Суд первой инстанции правомерно не принял во внимание как не доказанный довод истца о том, что после смерти наследодателя он фактически принял наследство, участвуя в общих расходах на похороны и поминки сына. Более того, в силу статьи 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации данные действия не могут свидетельствовать о фактическом принятии наследства, поскольку не подпадают ни под один из способов фактического принятия наследства, приведенных в данной норме Кодекса, и не направлены на наследственное имущество.

Детская фотография сына также обоснованно оценена судом первой инстанции как доказательство, которое не может свидетельствовать о фактическом принятии наследства, учитывая, что истец также не доказал, что данная фотография принадлежала наследодателю, а истец принял ее после его смерти, как наследство.

Доводы истца о том, что ФИО2 скрывала от него информацию об открывшемся наследстве после смерти сына – спорной квартире, которая получена истцом и его бывшей женой ФИО2 в период их работы в Совхозе «Майский», является их совместно нажитым имуществом в период брака, и была незаконно переоформлена ФИО2 в собственность наследодательФИО, обоснованно отклонены судом первой инстанции, поскольку были опровергнуты вышеуказанными материалами дела.

Заявленные истцом в суде первой инстанции доводы относительно того, что наследодатель владел и пользовался гаражом № 195, расположенным в гаражном кооперативе «Автомобилист-1», хранил в нем инструменты, в гараже находится металлический стеллаж, построенный для сына истцом, который в настоящее время пользуется данным гаражом с сентября 2023 года, когда ФИО2 передала ему ключи от гаража, не были надлежащим образом исследованы и оценены судом.

В связи с этим судебной коллегией в Гаражный потребительский кооператив «Автомобилист 1» был направлен запрос с требованием представить сведения относительно гаража № 195 в ГПК «Автомобилист 1», а именно:

принадлежал ли данный гараж наследодательФИО.;

являлся ли наследодательФИО членом ГПК «Автомобилист 1»;

оплачивал ли наследодательФИО членские взносы;

выплачены ли по данному гаражу все паевые взносы и когда;

кто в настоящий момент является владельцем гаража;

присваивался ли данному гаражу кадастровый номер;

регистрировалось ли право собственности на гараж в Едином реестре недвижимости.

В ответе на запрос председатель правления ГПК «Автомобилист 1» с приложением соответствующих доказательств, приобщенных к материалам дела, сообщил, что наследодательФИО никогда не являлся членом ГПК «Автомобилист 1», владельцем гаража является ФИО2 – член кооператива с 2005 года. Она на собственные средства построила гараж на земельном участке, выделенном ГПК «Автомобилист 1». Все платежи, в том числе, паевые взносы, ежегодные членские взносы с 2005 года по конец 2025 года полностью выплачены ФИО2 Право собственности на гараж не зарегистрировано.

Таким образом, данный гараж не являлся наследственным имуществом наследодательФИО., в связи с чем в силу статьи 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации гараж не мог быть унаследован истцом, и пользование данным гаражом не свидетельствует о фактическом принятии наследства.

Довод истца о том, что он владеет и пользуется инструментами сына, находящимися в гараже, со ссылкой на фотографии инструментов, не могли быть приняты во внимание в качестве доказательств, подтверждающих принятие наследства, так как истцом не представлено доказательств, подтверждающих принадлежность инструментов именно наследодателю. Помимо указанного, из пояснений самого истца следует, что он начал пользоваться гаражом с сентября 2023 года. Таким образом, предполагаемое вступление истца во владение наследственным имуществом после истечения шестимесячного срока для принятия наследства, предусмотренного ст.1154 Гражданского кодекса Российской Федерации, не может быть признано надлежащим.

При таких обстоятельствах правовых оснований для удовлетворения ходатайства истца о выезде суда в гаражный кооператив для осмотра вещественных доказательств в виде инструментов не имелось.

Также обоснованно судом первой инстанции истцу было отказано в назначении геномно-генетической экспертизы для установления родства или его отсутствия с внучкой Баскаковой А.А., учитывая, что установление данного факта не имеет существенного значения для дела, так как не может ни доказать, ни опровергнуть доводы искового заявления. По этим же мотивам не могут быть приняты во внимание доводы апелляционной жалобы, связанные с различным указанием в документах даты рождения и написанием имени Баскаковой А.А., а также об отказе суда первой инстанции в истребовании из АО «Бюро технической инвентаризации» Зеленодольского района технического паспорта на спорную квартиру.

В связи с этим суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что истцом в установленный законом срок не совершены действия, свидетельствующие о фактическом принятии им наследства после смерти сына.

Вывод суда первой инстанции о пропуске ФИО1 срока исковой давности не может быть признан обоснованным по следующим мотивам.

Согласно статье 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Делая вывод о пропуске срока исковой давности, суд не указал, с какого момента началось течение данного срока, которое в силу приведенной нормы Кодекса связано с моментом нарушения права.

Довод ФИО2 о том, что данный срок начал течь с момента открытия наследства, является необоснованным, так как смерть наследодателя не свидетельствует о нарушении прав истца.

При этом в материалах дела не имеется доказательств нарушения либо оспаривания ответчиками прав истца на наследственное имущество до возбуждения настоящего гражданского дела и гражданского дела №2-787/2025 о признании ФИО2 недостойным наследником.

При таких обстоятельствах у суда не имелось достаточных правовых оснований для вывода о пропуске срока исковой давности, в связи с чем данный вывод подлежит исключению из мотивировочной части решения.

Ссылка истца на то, что в решении суда указано, что Исполнительный комитет Осиновского сельского поселения был привлечен в качестве ответчика 04.08.2025, что было невозможно, учитывая, что решение суда по делу вынесено 16.07.2025, не принимается во внимание, так как определением суда от 07.08.2025 данная описка судом была исправлена (т.1 л.д.217).

Таким образом, правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 не имелось, в связи с чем решение суда по существу спора отмене не подлежит.

Довод, изложенный в письменных пояснениях представителя истца, о том, что судом не рассмотрено исковое требование о признании факта владения и пользования умершим на праве собственности 1/3 доли в спорной квартире, которое было заявлено в изменениях иска и не признавалось ответчиком ФИО2, но было признано другим ответчиком – администрацией, не принимается во внимание по следующим мотивам.

Как следует из резолютивной части решения, данное требование фактически было рассмотрено, поскольку судом в решении, в том числе, отказано в удовлетворении требования о включении в состав наследства указанной доли в праве собственности.

При этом в ходе рассмотрения дела ФИО2 не признавала в целом исковые притязания ФИО1 на наследственное имущество, не отрицая того факта, что наследодателю принадлежала указанная доля в праве, вошедшая в состав наследства.

Таким образом, указанный факт принадлежности наследодателю права собственности на 1/3 доли в праве на спорную квартиру на основании договора приватизации фактически не оспаривался и не нуждался признании решением суда.

Помимо указанного, отказ в удовлетворении данного искового требования является обоснованным, так как его удовлетворение не влечет защиту наследственных прав ФИО1 в настоящем гражданском деле.

Требования истца о возврате ему уплаченной государственной пошлины при подаче заявления о принятии обеспечительных мер в размере 10 000 руб. по тем мотивам, что в настоящее время такие меры являются излишними, обоснованно не были удовлетворены судом первой инстанции, так как на основании заявления ФИО1 определением суда от 25.03.2025 были приняты меры по обеспечению иска о запрете ФИО2 совершать регистрационные действия в отношении спорной квартиры. Таким образом, требуемое истцом процессуальное действие, оплаченное государственной пошлиной, было совершено. Последующий отказ истца от данной меры обеспечения иска в силу закона не является основанием для возврата суммы государственной пошлины.

Сама обеспечительная мера подлежала отмене судом независимо от воли ФИО1 на основании ч.3 статьи 144 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с отказом в удовлетворении его исковых требований.

Довод жалобы о том, что ответчиком выдана доверенность на пять лиц без указания на то, по какому конкретному делу она выдана, не принимается во внимание, так как в данной доверенности, удостоверенной нотариально, предусмотрено право ФИО9 на представление интересов ответчика. Сведения в доверенности о конкретном гражданском деле в силу Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не являются обязательными.

На основании изложенного, руководствуясь статьей 199, пунктом 2 статьи 328, статьей 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Зеленодольского городского суда Республики Татарстан от 16 июля 2025 года по данному делу оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев со дня вступления апелляционного определения в законную силу, в кассационном порядке в Шестой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 10.12.2025.

Председательствующий

Судьи