Председательствующий: Пацёра Е.Н. дело № 22-7100/2024 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

26 сентября 2024 года г. Красноярск

Красноярский краевой суд в составе председательствующего судьи судебной коллегии по уголовным делам Складан М.В., 

при секретаре Толстикове В.А,

с участием прокурора уголовно-судебного управления прокуратуры Красноярского края Мальцевой Я.Ю.,

оправданного ФИО1, 

защитника-адвоката 

<

данные изъяты> Сафоновой Н.К. (удостоверение №, ордер № от 26 сентября года)

потерпевшей Потерпевший №1, 

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению прокурора 

<

данные изъяты> ФИО2, апелляционной жалобе потерпевшей Потерпевший №1 на приговор Кировского районного суда г. Красноярска от 8 июля 2024 года, которым

ФИО1, 

<

данные изъяты>

признан невиновным и оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.293 УК РФ на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, п.3 ч.2 ст.302 УК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления, признано право на реабилитацию; 

мера пресечения в отношении ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменена;

гражданские иски Потерпевший №1, Потерпевший №2 оставлены без рассмотрения с сохранением права на предъявление иска в порядке гражданского судопроизводства;

приговором разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

Заслушав прокурора Мальцеву Я.Ю. по доводам апелляционного представления, потерпевшую Потерпевший №1 по доводам апелляционной жалобы и согласившейся с доводами апелляционного представления, оправданного ФИО1 и в его интересах защитника адвоката Сафонову Н.К., возражавших против удовлетворения апелляционного представления и апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан невиновным и оправдан в совершении халатности, то есть неисполнении должностным лицом своих обязанностей вследствие небрежного отношения к службе и обязанностей по должности, повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства, имевшей место, согласно предъявленного обвинения, с 2 часов 5 минут до 9 часов 00 минут 

<

дата> в помещении 

<

адрес>

Согласно предъявленного обвинения, с учетом изменения пределов судебного разбирательства в связи с вынесением в отношении ФИО1 обвинительного приговора от 

<

дата>, отмененным не по основаниям, влекущим ухудшение положения осужденного, ФИО1, являющийся представителем власти, наделенный широким кругом полномочий и прав, в соответствии со ст.ст.18-23 Федерального закона Российской Федерации от 7 февраля 2011 года №3-ФЗ «О полиции», состоящий в должности помощника оперативного дежурного дежурной части отдела полиции 

<

данные изъяты> являющийся должностным лицом, обязанным принимать и регистрировать сообщения о происшествиях, принимать по ним меры, предусмотренные законодательством, в том числе меры неотложного реагирования, оказывать первую помощь лицам, пострадавшим от несчастных случаев, а также лицам, находящимся в беспомощном состоянии либо в состоянии, опасном для их жизни и здоровья, принимать меры по спасению граждан в случае обращения с заявлением о происшествии либо в случае выявления такого происшествия, исполнял функциональные обязанности начальника дежурной части с 1 часа 00 минут 

<

дата> в период отдыха занимавшего указанную должность Свидетель №3 В 2 часа 5 минут 

<

дата> ФИО1 принял и зарегистрировал в КУСП 

<

данные изъяты> под номером 136 сообщение из Центра мониторинга и управления комплексной автоматизированной системы «Безопасный город», поступившее от Свидетель №13 о том, что требуется помощь жителю общежития, расположенного по 

<

адрес> ФИО8, которого Свидетель №13 обнаружила закрытым изнутри в душевой кабине и услышала его стоны. ФИО1, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий в виде существенного нарушения прав и законных интересов ФИО8 на охрану здоровья и получение бесплатной медицинской помощи, и охраняемых законом интересов общества и государства выразившегося в подрыве авторитета правоохранительных органов, что способствовало утрате доверия общества к государственным институтам, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог их предвидеть, допустил по небрежности бездействие, в нарушение п.п. 1,2 и 3 ч.1 ст.12, п.п. 1 и 2 ч.2 ст.27 Федерального закона Российской Федерации от 7 февраля 2011 года №3-ФЗ «О полиции», п. 39 Инструкции о порядке приема, регистрации и разрешения в территориальных органах Министерства внутренних дел Российской Федерации заявлений и сообщений о преступлениях, об административных правонарушениях и происшествиях, утвержденной Приказом МВД России от 29 августа 2014 года №736, п.35.3 Наставления по организации деятельности дежурных частей территориальных органов МВД России, утвержденного приказом МВД России от 12 апреля 2013 года №200 дсп, п. 15 Должностной инструкции, мер неотложного реагирования по поступившему сообщению не принял, незамедлительно выезд на место происшествия имевшихся в его распоряжении сотрудников группы немедленного реагирования, ближайших нарядов патрульно-постовой, дорожно-патрульных служб и иных дежурных нарядов, учитывая фактическую возможность их выезда и отсутствие загруженности указанных служб, не организовал, в дежурные части 

<

данные изъяты> и иных отделов полиции 

<

данные изъяты> для получения помощи их силами и средствами не обратился, о происшествии начальнику 

<

данные изъяты> не доложил, мер к вызову не место происшествия бригады скорой медицинской помощи для оказания ФИО8 квалифицированной медицинской помощи не принял, при этом сделав в КУСП под номером 136 не соответствующую действительности отметку о направлении на место происшествия наряда патрульно-постовой службы. В 5 часов 32 минуты 

<

дата> ФИО1 вновь получил из Центра и мониторинга управления комплексной автоматизированной системы «Безопасный город» повторно поступившее от Свидетель №13 сообщение о необходимости оказания помощи ФИО8, которое в нарушение п. 39 Инструкции в КУСП не зарегистрировал, вышеуказанных мер неотложного реагирования по нему не принял. В 23 часа 8 минут 

<

дата> в 

<

данные изъяты> зарегистрировано переданное по номеру 102 сообщение от Свидетель №15 о предположительной смерти ФИО8, находящегося в душевой кабине по вышеуказанному адресу, и при проверке данного сообщения обнаружен труп ФИО8, причиной смерти которого явилось 

<

данные изъяты> силу обострения которого и резкого ухудшения самочувствия он не смог оказать себе необходимой помощи, нуждаясь в ней. 

В судебном заседании ФИО1 виновным себя не признал, указав, что поступившее сообщение в отношении ФИО8 зарегистрировал, по мере возможности и с учетом характера сообщения, которое не содержало данных о необходимости вызова скорой медицинской помощи, принял по нему необходимые меры реагирования. 

В апелляционном представлении прокурор 

<

данные изъяты> ФИО2 выражает несогласие с приговором в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, несоответствием выводов суда, изложенным в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела. 

Выводы суда о том, что ФИО1 выполнил все действия должностной инструкции помощника оперативного дежурного дежурной части являются несостоятельными. ФИО1 принял сообщение о необходимости оказания помощи ФИО8, зарегистрировал его, однако никак не отреагировал на данное сообщение, при этом оставил данное сообщение в стопке иных неразрешенных, не придав ему значение. На вопросы о том, какие меры были приняты по принятому сообщению ФИО1 ответить не смог. В ходе предварительного следствия ФИО1 указал, что посчитал сообщение несерьезным, не требующим незамедлительного реагирования. Само поведение ФИО1 не свидетельствует о том, что оперативная обстановка им была воспринята как осложненная, поскольку он не воспользовался теми возможностями, которые у него имелись при возникновении такой обстановки. 

Ссылка суда на то, что сам ФИО8 отказался от вызова скорой помощи не доказывает, что он в ней не нуждался с учетом характера заболевания и его фактического обострения в силу которого он не мог совершать активные целенаправленные действия, и не мог сам оказать себе помощь, не понимал значение отказа от помощи. Вывод суда о том, что течение основного заболевания 

<

данные изъяты> могло не влиять на сознание ФИО8 противоречит выводам экспертов. Суд вышел за пределы своих полномочий, опираясь не на выводы экспертов, не на объективную картину произошедшего, а на собственные познания. 

При допросе свидетелей Свидетель №13, Свидетель №14, Свидетель №15 существенно нарушены требования уголовно-процессуального закона. При допросе данных свидетелей путем систем видео-конференц-связи суд не выяснил, слышат ли свидетели задаваемые вопросы, а качество связи не позволяло услышать полные ответы свидетелей. В ходатайстве о повторном вызове указанных свидетелей стороне обвинения отказано.

У ФИО1 имелась реальная возможность исполнить свои обязанности, приняв надлежащие меры реагирования по поступившему сообщению, однако он этого не сделал, допустив халатность. 

Выводы суда об отсутствии состава преступления при наличии бездействия ФИО1 являются противоречивыми, ставят под сомнение невиновность оправданного и противоречат требованиям объективности и справедливости. Просит приговор отменить, направить уголовное дело на новое судебное разбирательство. 

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней потерпевшая Потерпевший №1 выражает несогласие с приговором, считает его незаконным, необоснованным. Жалоба мотивирована тем, что председательствующий судья был заинтересован в исходе дела, демонстрировал к ней как к потерпевшей личную неприязнь, нарушал нормы Конституции Российской Федерации что являлось основанием отвода, который незаконно отклонен.

Доводы ФИО1 об отсутствии состава преступления по причине невозможности проверить сообщение ввиду отсутствия свободных сотрудников опровергаются исследованными доказательствами, а именно бортовыми журналами автопатрулей, данными книги учета сообщений о преступлениях и происшествиях, из которых следует, что на момент поступления сообщения Свидетель №13 автопатрули находились на ужине, а также осуществляли проверку лиц, находившихся под административным надзором. Не имелось и напряженной оперативной обстановки в связи с увеличением объема сообщений, на которую ссылается ФИО1 

ФИО1 не прервал отдых начальника дежурной части Свидетель №3, не обратился за помощью к ответственному от руководящего состава, в дежурную часть 

<

данные изъяты> в соседние территориальные отделы полиции, то есть не имел намерения оказать помощь ее сыну, посчитав, что ничего серьезного, требующего оперативного вмешательства не произошло. 

Полагает, что ФИО1 находился на рабочем месте в состоянии опьянения, поскольку на вопрос об этом затруднился ответить, как и не пояснил, какие именно меры он принял по поступившему сообщению. В журнал регистрации ФИО1 внес недостоверные сведения о направлении наряда полиции для проверки сообщения.

При проведении допроса ключевых свидетелей путем видео-конференц-связи не выяснено слышат ли свидетели вопросы, имелись помехи, не позволяющие надлежащим образом слышать ответы свидетелей, а в повторном допросе свидетелей отказано. 

Суд в одном из судебных заседаний проявил неуважение к государственному обвинителю, и при этом указал адвокату какие материалы нужно исследовать, что недопустимо. 

Адвокат и подсудимый в момент выступления государственного обвинителя в прениях переговаривались, адвокат перемещался по залу, что отвлекало внимание суда, приходилось делать замечания адвокату и подсудимому. 

Считает, что виновность ФИО1 доказана, он оправдан незаконно. Просит приговор отменить, направить уголовное дело на новое рассмотрение. 

В возражениях на апелляционную жалобу потерпевшей защитник адвокат Сафонова Н.К. в интересах оправданного ФИО1 указывает на несостоятельность приведенных доводов, считает их носящими эмоциональный характер, не основанными на материалах дела.

В возражениях на апелляционное представление защитник адвокат Сафонова Н.К. в интересах оправданного ФИО1 указывает на законность и обоснованность приговора, ссылаясь на то, что из поступившего сообщения в отношении ФИО8 не следовало, что он нуждается в неотложной медицинской помощи и находится в опасном для жизни состоянии. Критерий первоочередности сообщений отсутствует. Сотрудников для проверки всех поступивших сообщений не было достаточно, при этом ФИО1 не оставил сообщение в стопке иных неразрешенных, как о том указано в представлении, оно находилось в непосредственной работе, и как только появилась возможность, для проверки сообщения направлены сотрудники патрульно-постовой службы, которые сообщили, что не обнаружили лицо, нуждающееся в помощи, и оснований не доверять поступившей информации не имелось. Признаков халатности в действиях ФИО1 не имеется. При допросе свидетелей нарушений закона не допущено, стороны не были ограничены в возможности задавать вопросы, слышимость при проведении видео-конференц-связи была надлежащей. Просит приговор оставить без изменения. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, апелляционной жалобы, возражений, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции находит выводы суда о невиновности ФИО1 основанными на правильном анализе доказательств, всесторонне, полно и объективно исследованных в судебном заседании и получивших оценку суда в соответствии с правилами ст. ст. 17, 87, 88 УПК РФ. 

Оправдательный приговор полностью соответствует требованиям ст. ст. 303-306 УПК РФ, в нем указано существо предъявленного обвинения, обстоятельства, установленные судом, проанализированы доказательства, представленные стороной обвинения и защиты, и мотивированы выводы относительно достоверности показаний потерпевших, свидетелей, и иных доказательств, дана оценка всем рассмотренным в судебном заседании доказательствам, как подтверждающим выводы суда по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, так и противоречащим этим выводам, в приговоре указано, почему одни доказательства признаны им достоверными, а другие отвергнуты, при этом выводы суда носят однозначный и непротиворечивый характер, формулировок, ставящих под сомнение невиновность оправданного не допущено.

Вопреки доводам апелляционного представления, апелляционной жалобы, приходя к выводу об оправдании ФИО1, суд дал надлежащую оценку всем доказательствам как в отдельности, так и в совокупности друг с другом, при этом в приговоре существо доказательств изложено верно, без искажений. 

Выводы суда основаны на верном толковании уголовного закона, в том числе оценочных признаков состава преступной халатности. 

Суд пришел к обоснованному выводу о том, что ФИО1 при исполнении своих должностных обязанностей не допустил нарушений при работе по сообщению Свидетель №13, а причинно-следственная связь между вменяемым ему бездействием и существенным нарушением прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства отсутствует, представленные доказательства не подтверждают, что в рассматриваемое время и при указанных в обвинительном заключении обстоятельствах ФИО1 вследствие небрежного отношения к службе и обязанностям не исполнил свои обязанности по должности. 

Основываясь на анализе и оценке как показаний свидетелей Свидетель №3, Свидетель №9, Свидетель №12, ФИО9 и других, так и содержания Федерального закона Российской Федерации от 7 февраля 2011 года №3-ФЗ «О полиции», Инструкции о порядке приема, регистрации и разрешения в территориальных органах Министерства внутренних дел Российской Федерации заявлений и сообщений о преступлениях, об административных правонарушениях и происшествиях, утвержденной Приказом МВД России от 29 августа 2014 года №736, Наставления по организации деятельности дежурных частей территориальных органов МВД России, утвержденного приказом МВД России от 12 апреля 2013 года №200 дсп, Должностной инструкции, нарушение которых вменяется ФИО1, суд верно установил, что незамедлительность отработки сообщения, подлежащего регистрации в КУСП, конкретными сроками не определена, указанные нормативные документы не содержат определения мер неотложного реагирования и критериев, которыми определяется их выполнение, меры реагирования предпринимаются в течение дежурных суток, и определяются должностным лицом исходя из характера сообщения, с учетом оперативной обстановки, определяемой периодичностью сообщений, наличием конкретных сотрудников, уполномоченных проводить проверки заявлений и сообщений о преступлениях, об административных правонарушениях и происшествиях. 

Закрепленных документально критериев субъективной оценки первоочередности разрешения поступивших в дежурную часть сообщений о происшествиях не существует, и ФИО1 не вменяется неверная оценка сообщения Свидетель №13 как приоритетного по отношению к другим, поступившим в период выполнения ФИО1 обязанностей оперативного дежурного. 

Судом подробно анализировалось и оценивалось содержание переданного в дежурную часть 

<

данные изъяты> через комплексную автоматизированную систему «Безопасный город» сообщения, поступившего от Свидетель №13 и установлено, что в 2 часа 4 минуты 

<

дата> поступило сообщение о том, что по 

<

адрес> на первом этаже в душевой лежит мужчина в наркотическом опьянении (л.д.71 т.1). 

Иных данных, в том числе указывающих на то, что данному мужчине требуется срочная медицинская помощь, он находится в угрожающем жизни или здоровью состоянии, сообщение не содержало. Доказательств того, что ФИО1 было известно о реальном состоянии ФИО8 не представлено. Сам по себе факт наркотического опьянения лица не может объективно оцениваться как дающий безусловные основания полагать, что требуется принять экстренные меры реагирования в максимально короткие сроки, исчисляемые минутами, часами, в том числе изменить порядок текущей работы, которой занимались находящиеся в распоряжении ФИО1 сотрудники полиции, уполномоченные осуществлять проверку сообщений о происшествиях и выполнять распоряжения дежурной части, равно как и прерывать их запланированный отдых, на который также с учетом специфики работы отводится определенное время. 

Повторное сообщение, принятое ФИО1, содержащее информацию о том, что в душевой по 

<

адрес> лежит мужчина в наркотическом опьянении, стонет, в душе дверь железная, требуется вскрытие (л.д.72 т.1), поступило в 5 часов 32 минуты 

<

дата>, когда к своим обязанностям уже приступил находившийся ранее на отдыхе оперативный дежурный Свидетель №3

Оба сообщения по своему содержанию являлись сообщениями о происшествиях, и именно так они оценены в обвинительном заключении. 

Доводы апелляционного представления, о том, что ФИО1 исходя из характера сообщения об обнаружении лица в наркотическом опьянении должен был предположить о совершении административного правонарушения и соответствующим образом определив приоритетность сообщения, принять меры к его проверке, не свидетельствуют о том, что судом неверно установлены обстоятельства дела и не приняты во внимание все значимые обстоятельства, поскольку непринятие мер по сообщению, содержащему признаки административного правонарушения ФИО1 не вменялось, а в качестве правового последствия халатного бездействия определено нарушение права ФИО8 на охрану жизни и здоровья, получение бесплатной медицинской помощи, и подрыв авторитета правоохранительных органов по причине непринятия мер по оказанию помощи лицу, нуждающемуся в ней. 

С Свидетель №13 непосредственно ФИО1 не контактировал, обязанность перезванивать заявителю с целью выяснения подробностей происшествия у него отсутствовала и обвинение в том, что он не совершил телефонный звонок заявителю ему не предъявлялось. 

Из показаний свидетелей Свидетель №13, Свидетель №14, Свидетель №15 следует, что они решили вызвать сотрудников полиции, услышав стоны мужчины из-за закрытой изнутри душевой комнаты общежития, предположили, что там находится наркозависимое лицо, при этом предлагали вызвать скорую помощь, однако по поведению мужчины поняли, что он от нее отказывается. 

Информацию об отказе ФИО8 от медицинской помощи Свидетель №13 сообщила в телефонном разговоре с Свидетель №3, который получив после окончания своего отдыха информацию о наличии неразрешенного сообщения о происшествии по 

<

адрес>, перезвонил заявителю Свидетель №13, что согласуется с показаниями Свидетель №3, при этом Свидетель №3 поговорив с Свидетель №13, направил для проверки сообщения 

<

данные изъяты>

Приведенный прокурором при рассмотрении дела судам апелляционной инстанции анализ показаний свидетелей Свидетель №15, Свидетель №13, Свидетель №14 с указанием на то, что данные свидетели сделали вывод об отказе ФИО8 от медицинской помощи субъективно, лишь исходя из его поведения, и не слышали в действительности его четкого мнения об отсутствии необходимости оказания помощи никакого значения не имеет, ни на достоверность показаний свидетелей, ни на существо их оценки судом не влияет. Свидетели пояснили почему пришли к выводу об отказе ФИО8 от медицинской помощи и Свидетель №13 подтвердила, что о данном факте сообщила в телефонном разговоре с ФИО10 Данное пояснение принято во внимание Свидетель №3 при принятии мер реагирования по сообщению.

Доводы же о том, что отказ ФИО8 от медицинской помощи не доказывает, что он в ней не нуждался с учетом характера заболевания, подтвержденного, в том числе, экспертным путем, а также о том, что он не понимал значение отказа от помощи, не свидетельствует о неверной оценке судом доказательств и неверном установлении обстоятельств дела. Суд не делал вывод о том, что ФИО8 не нуждался в медицинской помощи, отказавшись от нее, а исходил из того, что до сотрудников полиции доведены сведения об отказе его от медицинской помощи. 

Суд учел и дал оценку имеющимся в деле экспертным заключениям о состоянии здоровья ФИО8, причине и времени его смерти, при этом не допустил каких-либо выводов, выходящих за пределы компетенции суда. 

Подробный анализ стороной обвинения экспертных заключений о характере заболевания ФИО8, их течении, причине его смерти, вероятности выздоровления и степени возможности летального исхода указывает лишь на то, что ФИО8 фактически страдал заболеваниями, которые находились в стадии обострения, и в период нахождения в душевой 

<

дата> он нуждался в помощи, что тем не менее на выводы суда о невиновности ФИО1 не влияет. 

Суд правильно учел, что жизнь и здоровье человека взаимосвязаны, при этом, верно обратил внимание на то, что смерть ФИО8 наступила через продолжительное время после окончания дежурства ФИО1, в результате заболевания – 

<

данные изъяты> предположить иной исход, в том числе выздоровление не представляется возможным. Данные обстоятельства позволили суду сделать вывод об отсутствии причинной связи действий ФИО1 с составообразующими последствиями в виде существенного нарушения прав и законных интересов граждан, а именно, права ФИО8 на охрану здоровья, получение бесплатной медицинской помощи, в том числе с учетом того, что последствие в виде нарушения права на жизнь уже было исключено как последствие при постановлении обвинительного приговора в отношении ФИО1, в связи с чем доводы прокурора, выдвинутые при рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции о том, что суд, указывая о взаимосвязи жизни и здоровья не указал какое это имеет значение для дела отклоняются. 

Не смотря на то, что свидетели Свидетель №13, Свидетель №14, Свидетель №15 непосредственно слышали стоны ФИО8, а зафиксированное у него заболевание перешло в такую стадию, когда он сам не мог оказать себе помощи, ФИО1 о том, что ФИО8 нуждается в незамедлительной помощи и находится в угрожающем жизни и здоровью состоянии, известно не было, и именно данный факт является по делу определяющим.

При отсутствии в самом сообщении достоверных сведений о необходимости оказания неотложной медицинской помощи гражданину, не имелось и оснований для вызова сотрудников скорой медицинской помощи без осуществления предварительной проверки силами сотрудников полиции, поэтому доводы о том, что в случае вызова ФИО1 скорой медицинской помощи ФИО8 был бы помещен в медицинское учреждение, и содержась там, мог получить исчерпывающую помощь либо при ее нерезультативности скончаться в достойных условиях, о виновности ФИО1 в халатности не свидетельствуют. 

Стороной обвинения не представлено доказательств того, что ФИО1, понимая необходимость принятия мер незамедлительного, экстренного реагирования на сообщение об оказании помощи находящемуся в опасном состоянии человеку, не предпринял этих мер, исходя из объема предоставленных полномочий в связи с чем доводы о том, что ФИО1 имея реальную возможность исполнить свои обязанности, приняв надлежащие меры реагирования по поступившему сообщению, но этого не сделал, допустив халатность, признаются судом апелляционной инстанции неубедительными. 

Сообщение, поступившее в 2 часа 4 минуты 

<

дата> ФИО1 зарегистрировано в установленном порядке, после чего ФИО1, согласно должностных полномочий, предпринял меры по выяснению характера работы, которой заняты находящиеся в его распоряжении сотрудники, и поиску сотрудников, которых возможно направить для проверки сообщения. 

Выводы суда об отсутствии у ФИО1 реальной возможности направить для проверки сообщения Свидетель №13 уполномоченных сотрудников сразу после получения сообщения и до окончания фактического исполнения им обязанностей оперативного дежурного основаны на тщательном анализе данных книги учета сообщений о преступлениях, административных правонарушениях, происшествиях, отражающей периодичность поступления сообщений и их характер, книги постовых ведомостей, сведений о фактическом наличии свободных нарядов, и о работе, которая ими выполнялась на момент поступления сообщения и в период, когда на ФИО1 была возложена обязанность принятия мер реагирования по сообщению о происшествии. 

Суд обоснованно указал, что сообщение о нахождении в душе мужчины в наркотическом опьянении в сравнении с иными поступившими сообщениями не давало оснований сделать вывод о том, что оперативная обстановка существенно изменилась и для реагирования на это сообщение требовалась экстренная помощь силами и средствами иных отделов полиции, в том числе вышестоящих. 

Кроме того, исходя из объема обвинения, судом проанализирована и занятость соседних отделов полиции, равно как и оценены причины по которым ФИО1 не обратился за помощью к ним, в дежурную часть 

<

данные изъяты> не сообщил о происшествии начальнику отдела полиции, не прервал отдых оперативного дежурного Свидетель №3, верно отметив что данные действия не являются его прямой обязанностью и невыполнение этих действий нарушением, повлекшим указанные в обвинении последствия, не является. 

Свидетель Свидетель №11 дал показания лишь о возможности выезда сотрудников ППСП 

<

данные изъяты> для проверки поступившего сообщения при изменении порядка их работы указанием оперативного дежурного, и не пояснял о том, что наряды не были заняты работой, в связи с чем ссылка на показания данного свидетеля не опровергает выводов суда об отсутствии свободных сотрудников, которых возможно было привлечь к проверке сообщения без изменения текущего режима работы. Показания данного свидетеля в приговоре изложены достаточно подробно и содержание их оценено правильно. 

Доводы о том, что ФИО1 не собирался предпринимать по поступившему сообщению никаких мер реагирования со ссылкой на его показания, данные в ходе предварительного следствия, являются несостоятельными, поскольку в своих показаниях ФИО1 лишь объясняет по какой причине не стал изменять порядок текущей работы дежурных нарядов, ожидая их освобождения, исходя из характера самого сообщения и известных ему данных о контингенте лиц, проживающих по 

<

адрес>, при этом не утверждает о том, что сообщение вовсе не требовало мер реагирования, и он не собирался их предпринимать, не придав никакого значения сообщению. Доводы прокурора об отсутствии в приговоре ссылки на данные показания ФИО1 и их анализ не свидетельствуют о допущенных судом нарушениях закона, поскольку указанные показания виновность ФИО1 не подтверждают и вцелом не противоречат его позиции, занятой непосредственно в судебном заседании, которой дана надлежащая оценка. 

Нахождение ФИО1 в состоянии опьянения ему не вменялось, доводы потерпевшей в этой части являются лишь ее мнением, и к предмету доказывания по делу не относятся.

Суд правильно установил и то, что ФИО1 исполнял обязанности оперативного дежурного лишь в период отдыха Свидетель №3, с 1 часа до 4 часов 30 минут 

<

дата>, а по возвращению его к работе исполнял свои текущие обязанности помощника оперативного дежурного, поэтому доводы о том, что халатность ФИО1 допущена в период с 2 часов 5 минут до 9 часов 00 минут 

<

дата> отклоняются. 

Судом также достоверно установлено, что ФИО1 поступившее в 2 часа 4 минуты 

<

дата> сообщение о происшествии по 

<

адрес> не скрыл, не отнес к числу разрешенных, а сообщил о нем оперативному дежурному Свидетель №3 по завершению отдыха, в связи с чем внесение ФИО1 в КУСП не соответствующей действительности записи о выезде по сообщению наряда ППС в 2 часа 15 минут не свидетельствует о том, что он фактически прекратил работу по сообщению и о халатности само по себе не свидетельствует. Ссылка на показания свидетеля Свидетель №9 о том, что внесение недостоверных записей в КУСП запрещено указывает лишь на сам факт неправомерного внесения указанной записи который, вопреки утверждению стороны обвинения, не является определяющим для оценки действий ФИО1 как преступных. 

Повторное сообщение от Свидетель №13 поступило в 5 часов 32 минуты, когда фактически ФИО1 уже не выполнял обязанности оперативного дежурного, а работой по сообщению занимался непосредственно Свидетель №3, поэтому тот факт, что ФИО1 не зарегистрировал указанное сообщение в КУСП, посчитав его подлежащим приобщению к аналогичному первоначальному, также не образует признаков халатности, в том числе с учетом того, что исходя из п. 48 Инструкции о порядке регистрации сообщений, допускается приобщение к первоначальному повторного сообщения ободном и том же происшествии. 

Тот факт, что повторное сообщение Свидетель №13 не было зарегистрировано ФИО1 в рамках его обязанностей как помощника оперативного дежурного никак не повлиял на работу по проверке сообщения, которая уже фактически поводилась Свидетель №3, уточнившим обстоятельства происшествия и направившим для проверки сотрудников патрульно-постовой службы, однако от них поступила информация об отсутствии по указанному адресу лица, которое нуждается в помощи, оснований не доверять которой не имелось, после чего сообщение признано разрешенным. 

Не исполнивший свои должностные обязанности по проверке поступившего от Свидетель №13 сообщения Свидетель №4 осужден 

<

дата> 

<

данные изъяты> по ч.1 ст.293 УК РФ за халатность, которая повлекла существенное нарушение прав и законных интересов ФИО8 на жизнь, охрану здоровья, медицинскую помощь, гарантированные Конституцией Российской Федерации, а также с существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства, выразившееся в подрыве авторитета правоохранительных органов и органов государственной власти, предназначенных для защиты жизни и здоровья, прав и свобод граждан Российской Федерации. 

Доказательств же того, что ФИО1 также причастен к наступлению указанных последствий, наступивших вследствие неоказания ФИО8 надлежащей помощи по причине бездействия в рамках разрешения сообщения о происшествии при рассмотрении настоящего уголовного дела не представлено. 

Достаточно мотивирован судом и вывод о недоказанности наступления последствий в виде существенного нарушения охраняемых законом интересов общества и государства. Приведенные стороной обвинения доводы со ссылкой на показания свидетелей Свидетель №15, Свидетель №14, Свидетель №13 о том, что они были расстроены тем, что сотрудники полиции не прибыли по их сообщению и не оказали помощи ФИО8 указанных выводов под сомнение не ставят, поскольку данное мнение свидетелей основано лишь на том, что они сами были очевидцами состояния ФИО8, считая что информация о необходимости оказания ему помощи воспринята верно и передана уполномоченным лицам, которые допустили бездействие, однако объективно ФИО1 получил лишь информацию о нахождении в душевой общежития мужчины, находящегося в наркотическом опьянении, что само по себе не предполагает безусловную необходимость оказания экстренной медицинской помощи и безотлагательный выезд сотрудников полиции на место события происшествия, в связи с чем он и действовал именно исходя из характера сообщения, выполнив в полной мере возложенные на него обязанности. 

Ссылка в апелляционном представлении и апелляционной жалобе на то, что сам ФИО1 не смог объяснить какие именно действия им выполнены для проверки сообщения не свидетельствует о его виновности и не ставит под сомнение выводы суда об оправдании. 

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами апелляционного представления и апелляционной жалобы о неполной оценке доказательств, нарушении принципов проверки и оценки доказательств.

Вцелом анализ доказательств в совокупности позволил суду установить лишь факт поступления сообщения о том, что по 

<

адрес> находится мужчина с признаками наркотического опьянения, которое зарегистрировано исполнявшим обязанности оперативного дежурного ФИО1 в установленном порядке, после чего он в соответствии с предписанным ему порядком действий проверил возможность направления для проверки сообщения уполномоченных сотрудников полиции, находящихся в его распоряжении, и не найдя такой возможности, сообщил о данном сообщении как о неразрешенном оперативному дежурному Свидетель №3, то есть фактически действовал в соответствии с законом, не допустив нарушений и преступного бездействия. 

ФИО1 не должен был и не мог ни знать, ни предполагать о том, что фактически в запертой изнутри душевой находится человек, страдающий тяжелым заболеванием в стадии обострения и нуждается в экстренной медицинской помощи. 

С учетом того, что поступившее сообщение исходя из его содержания не требовало принятия тех мер, о которых указано в обвинении, версия ФИО1 об отсутствии преступного бездействия при исполнении своих служебных обязанностей не была опровергнута, а напротив нашла подтверждение, при этом причинная связь между действиями ФИО1 и указанными в обвинении последствиями не установлена, суд, истолковав все сомнения в пользу обвиняемого в соответствии с требованиями ст.14 УПК РФ, пришел к верному выводу об оправдании ФИО1 в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.293 УК РФ с чем соглашается и суд апелляционной инстанции.

Несостоятельны и доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы о нарушении уголовно-процессуального закона при допросе свидетелей Свидетель №13, Свидетель №14, Свидетель №15 путем систем видео-конференц-связи.

Из протокола судебного заседания от 

<

дата> и аудиозаписи, изученной судом апелляционной инстанции в порядке подготовки к судебному заседанию следует, что качество связи было надлежащим, ответы свидетелей на вопросы сторон были достаточно слышны, и зафиксированы в протоколе судебного заседания без искажений. Из протокола и аудиозаписи не следует, что свидетелям не были ясны или слышны задаваемые вопросы. При необходимости вопросы уточнялись, при этом свидетели отвечали на вопросы в плане заданного. В праве задавать вопросы свидетелям участники процесса не ограничивались. О том, что качество связи не было надлежащим потерпевшая и государственный обвинитель заявили лишь в судебном заседании 

<

дата>, обосновывая этим ходатайство о повторном допросе указанных свидетелей в котором судом обоснованно отказано, поскольку при его заявлении не указано какие именно значимые обстоятельства не были выяснены у свидетелей. В апелляционном представлении и апелляционной жалобе также не приведено мотивов о том, какие конкретно вопросы следовало задать свидетелям при повторном допросе, какую информацию следовало получить, о чем они не смоги сообщить по причине ненадлежащего качества видео-конференц-связи, и как это могло повлиять на существо принятого решения. 

Более того, данные доводы не имеют существенного значения и не являются основанием к отмене судебного решения, поскольку в силу ч.2 ст. 389.24 УПК РФ оправдательный приговор суда первой инстанции может быть отменен судом апелляционной инстанции с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство не иначе как по представлению прокурора или жалобе потерпевшего на незаконность и необоснованность оправдания. 

В данном случае суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что ФИО1 оправдан законно и обоснованно, с тщательной проверкой и оценкой всех значимых для принятия отвечающего требованиям справедливости судебного решения обстоятельств, выводы суда каких-либо противоречий не содержат, доводы же апелляционного представления и апелляционной жалобы направлены лишь на переоценку сделанных судом выводов, оснований для которой у суда апелляционной инстанции не имеется. 

Выводы суда об оправдании ФИО1 полностью соответствуют установленным судом фактическим обстоятельствам дела, а доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы об обратном являются неубедительными. 

Доказательств, которые остались без оценки суда первой инстанции и могли существенно повлиять на выводы суда, либо поставить их под сомнение при рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции не установлено. 

Согласно протоколу судебного заседания и представленных материалов, уголовное дело рассмотрено с соблюдением принципов уголовного судопроизводства, в том числе принципов состязательности сторон и равноправия перед судом, стороны не ограничивались в праве представления доказательств. Не следует из протокола судебного заседания и то, что суд давал стороне защиты указания об исследовании конкретных материалов дела, занимая при этом сторону защиты и ограничивая сторону обвинения. 

Все заявленные сторонами ходатайства разрешались судом в установленном законом порядке, оснований не согласиться с решениями суда по существу рассмотренных ходатайств у суда апелляционной инстанции не имеется. 

Доводы потерпевшей о необъективности суда первой инстанции отклоняются судом апелляционной инстанции как основанные на ее субъективном мнении. Материалами дела не подтверждается, что председательствующий судья был прямо или косвенно заинтересован в исходе дела в отношении ФИО1, проявлял предвзятое отношение к кому-либо из участников процесса, в том числе допускал пренебрежительное отношение к потерпевшей. 

Предусмотренных законом оснований, исключающих участие председательствующего судьи в рассмотрении дела в отношении ФИО1 не установлено. Заявленный отвод председательствующему судье рассмотрен в установленном порядке, с принятием мотивированного решения. Приведенные потерпевшей при заявлении ходатайства об отводе, равно как и доводы, приведенные в апелляционной жалобе, основанием для отвода председательствующего судьи не являются. 

Доводы потерпевшей о ненадлежащем поведении адвоката в процессе, которая перемещалась по залу в ходе судебных прений, переговаривалась с подсудимым, не свидетельствуют о том, что государственный обвинитель в связи с этим не смог надлежащим образом довести до суда свою позицию, а суд должным образом не воспринял его доводы, поскольку позиция стороны обвинения и представленные доказательства получили надлежащую и подробную объективную оценку. 

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, судом первой инстанции не допущено. 

Приговор постановлен по результатам справедливого судебного разбирательства, в соответствии с требованиями главы 39 УПК РФ. 

При таких обстоятельствах основания для отмены приговора по доводам апелляционного представления, апелляционной жалобы отсутствуют. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, п.1 ч.1 ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Кировского районного суда г. Красноярска от 8 июля 2024 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционное представление прокурора 

<

данные изъяты>, апелляционную жалобу потерпевшей Потерпевший №1 - без удовлетворения.

Апелляционное постановление и приговор могут быть обжалованы в кассационном порядке по правилам главы 47.1 УПК РФ в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение 6 месяцев со дня вступления приговора в законную силу. Оправданный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции. 

Председательствующий судья М.В.Складан