дело № 2-1140/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Боровичи Новгородской области 26 августа 2019 г.

Боровичский районный суд Новгородской области в составе:

председательствующего судьи Ивановой С.А.,

при секретаре Зайнуллиной Н.Ю.,

с участием прокурора Винник Ю.К.,

истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «Боровичский комбинат огнеупоров» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к акционерному обществу «Боровичский комбинат огнеупоров» (далее – АО «БКО») о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда, в обоснование заявленных требований указав, что работал водителем в АТЦ АО «БКО» с 06.06.2007 по 10.09.2019. Приказом от 10.06.2019 КПрЛС-08326 освобожден от занимаемой должности в связи с отсутствием у работодателя работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением, в этот же день ему выдана трудовая книжка. Считает увольнение незаконным. Просит, с учётом уточнений, восстановить его на работе в должности водителя с 10.06.2019, взыскать заработную плату за время его отсутствия на работе по вине работодателя с 10.06.2019 до полного восстановления на работе и взыскать в его пользу компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал, пояснив, что его уволили незаконно, он не согласен с медицинским заключением, на основании которого его уволили с работы, его не направляли к пульмонологу. Он себя чувствует хорошо. Никакой вредности в той работе, которую он выполнял в занимаемой должности, нет. Причиной увольнения считает возникший конфликт с непосредственным руководителем. Ему даже не предложили какой-либо другой работы, не ознакомили со списком вакансий. Кроме того, он считает себя лицом предпенсионного возраста, так как сейчас получает небольшую пенсию, а с декабря текущего года размер его пенсии увеличится, так как часть трудового стажа он приобрел на территории Эстонии. Согласно Указу Президента РФ лиц предпенсионного возраста увольнять нельзя. При трудоустройстве в АО «БКО» он не сообщал о наличии у него профессионального образования, поскольку устраивался водителем, для чего требовалось только право управления транспортными средствами. Он владеет профессией стропальщика, при необходимости может представить документ. 

Представитель ответчика АО «БКО» по доверенности ФИО2 исковые требования не признала, поддержав представленные письменные возражения, пояснила, что ФИО1, как и иные водители АО «БКО», ежегодно проходил медицинские осмотры. На основе комплексной проверки здоровья истца комиссией дано заключение о том, что ФИО1 имеет противопоказания к работе с вредными и (или) опасными производственными факторами, указанными в Перечне факторов (пункт 1.3.5 - смеси углеводородов: нефти, бензины, керосины, мазуты, битумы, асфальты). Выявленные медицинские противопоказания свидетельствовали о необходимости перевода истца на безопасную для него работу, так как осуществление ранее возложенных на него функций могло неблагоприятно сказаться на его здоровье, однако условий работы, подходящих по состоянию здоровья истцу, у работодателя не имелось. 10 июня 2019 года АО «БКО» уведомило работника об отсутствии вакансий для его перевода на постоянную работу, рекомендованную медицинским заключением и о прекращении трудового договора в соответствии с п. 8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ. Приказом от 10 июня 2019 года № 486, с работником был расторгнут трудовой договор на основании п. 8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ. Ответчик действовал в строгом соответствии с требованиями Трудового кодекса РФ и при наличии медицинского заключения был обязан не допустить ФИО1 к исполнению трудовых обязанностей. При трудоустройстве на работу на ФИО1 была оформлена личная карточка, в которой в строке образование записано «среднее», указаний на квалификацию нет. В личной карточке инструктажа и обучения по безопасности труда сам ФИО1 написал о себе - образование «среднее» и подписал её. При увольнении ФИО1 также подписал Личную карточку работника - форма Т-2, в которой указано образование - «среднее общее». Иных данных об образовании (обучении) ФИО1 не было. Представленная при трудоустройстве трудовая книжка имела одну запись - работа слесарем-плотником в профессиональном училище № 18. Таким образом, у работодателя имелись достоверные сведения об уровне его образования и профессиональных навыках, полученные от самого ФИО1, причем в письменном виде. Согласно штатной расстановке на 10.06.2019 года в АО «БКО» не было подходящей ФИО1 работы. Все имеющиеся вакансии предполагали наличие профессионального образования (обучения). Нарушений трудовых прав истца при прекращении трудового договора с их стороны не было, поэтому отсутствуют и основания для взыскания в пользу истца среднего заработка за период вынужденного прогула, и компенсации морального вреда.

Суд, заслушав стороны, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим частичному удовлетворению, приходит к следующему.

По смыслу п. 8 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ (ТК РФ)основанием для прекращения трудовых отношений является отказ работника от перевода на другую работу, необходимого ему в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, либо отсутствие у работодателя соответствующей работы.

В соответствии с ч. 3 ст. 73 ТК РФ, если в соответствии с медицинским заключением работник нуждается во временном переводе на другую работу на срок более четырех месяцев или в постоянном переводе, то при его отказе от перевода либо отсутствии у работодателя соответствующей работы трудовой договор прекращается в соответствии с п. 8 ч. 1 ст. 77 настоящего Кодекса.

Названное основание предусмотрено в целях недопущения выполнения работником работы, противопоказанной ему по состоянию здоровья, направлено на охрану здоровья работника и фактически выступает гарантией возложенной на работодателя ч. 2 ст. 212 ТК РФ обязанности обеспечить недопущение работников к исполнению ими трудовых обязанностей в случае медицинских противопоказаний. При этом необходимость перевода работника на другую работу должна быть установлена специализированным органом и зафиксирована в медицинском заключении, выданном в порядке, закрепленном федеральным законом и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, что предполагает использование объективных критериев при установлении указанного факта и исключает произвольное применение данного основания прекращения трудового договора.

Исходя из конституционного принципа равенства всех перед законом и судом, закрепленного в ч. 1 ст. 19 Конституции РФ, а также, учитывая положения ч. 3 ст. 73 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель в указанном случае обязан предложить работнику работу (вакантную должность) в той же организации, соответствующую квалификации работника, а при отсутствии такой работы - иную имеющуюся в организации вакантную должность или нижеоплачиваемую работу, которую работник может выполнять с учетом его образования, квалификации, опыта работы и состояния здоровья.

В соответствии с ч. 1 ст. 213 ТК РФ работники, занятые на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (в том числе на подземных работах), а также на работах, связанных с движением транспорта, проходят обязательные предварительные (при поступлении на работу) и периодические (для лиц в возрасте до 21 года - ежегодные) медицинские осмотры для определения пригодности этих работников для выполнения поручаемой работы и предупреждения профессиональных заболеваний.

Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 12 апреля 2011 года N 302н утверждены Перечень работ, при выполнении которых проводятся обязательные предварительные и периодические медицинские осмотры работников, и Порядок проведения обязательных предварительных (при поступлении на работу) и периодических медицинских осмотров (обследований) работников, занятых на тяжелых работах и на работах с вредными и (или) опасными условиями труда. Перечень предусматривает конкретные вредные и (или) опасные производственные факторы и определенные работы, при наличии которых проводятся обязательные предварительные и периодические медицинские осмотры (обследования).

Согласно п.п. 2 п. 3 Порядка проведения обязательных предварительных и периодических медицинских осмотров (обследований) работников, занятых на тяжелых работах и на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, утвержденного Приказом Минздравсоцразвития России от 12.04.2011 года N 302н, обязательные периодические медицинские осмотры (обследования) проводятся в целях выявления заболеваний, состояний, являющихся медицинскими противопоказаниями для продолжения работы, связанной с воздействием вредных и (или) опасных производственных факторов, а также работ, при выполнении которых обязательно проведение предварительных и периодических медицинских осмотров (обследований) работников в целях охраны здоровья населения, предупреждения возникновения и распространения заболеваний.

В силу п.1.3.5 раздела 1 Химические факторы Перечня вредных и (или) опасных производственных факторов и работ, при выполнении которых проводятся обязательные предварительные и периодические медицинские осмотры (обследования), утвержденного Приказом № 302н от 12.04.2011, при работе со смесями углеводородов устанавливается периодичность медицинских осмотров - 1 раз в год.

Как установлено судом из пояснений сторон и письменных материалов дела, на основании генерального директора АО «БКО» № 486 от 06 июня 2007 г. ФИО1 был принят на должность водителя автомобиля УАЗ 390902 грузопассажирский в автотранспортный цех АО «БКО», с ним был заключен трудовой договор № 486 от 05.06.2007. С 1 01.09.2012 ФИО3 был переведена на другую постоянную работу на должность водителя автомобиля – грузопассажирский фургон ГАЗ-2705, о чем между сторонами было заключено соглашение №3145 об изменении определенных сторонами условий трудового договора от 06.06.2007. Также сторонами в последующем заключались соглашения об изменении определенных сторонами условий трудового договора от 06.06.2007 – 11.03.2014 №901 и 22.11.2018 №19691, согласно которым ФИО1 осуществляет работу в АО «БКО» в подразделении: автотранспортный цех в качестве водителя автомобиля.

В соответствии с требованиями действующего законодательства 19.11.2018 года АО «БКО» направлен в Роспотребнадзор список контингента, в котором указана профессия «водитель автомобиля - грузопассажирский фургон-ГАЗ 2705», опасные и вредные производственные факторы, а именно: углерод оксид Р – п. 1.2.37 Перечня факторов, смеси углеводородов (нефти, бензины, керосины, мазуты, масла минеральные) - п. 1.3.5 Перечня факторов; локальная вибрация - п. 3.4.1 Перечня факторов; общая вибрация - пункт 3.4.2 Перечня факторов; управление наземными транспортными средствами - пункт 27 Перечня работ.

В 2019 году ФИО1 работодателем было выдано направление на периодический медицинский осмотр, в котором были указаны вредные и/или опасные факторы.

По результатам проведенного периодического медицинского осмотра выявлены противопоказания к работе со смесями углеводородов, в связи с чем 03 июня 2019 года врачебной комиссией выдано медицинское заключение №15, согласно которому у ФИО1 выявлены противопоказания к видам работ, связанным со смесями углеводородов: нефти, бензины, керосины, мазуты, битумы, асфальты, в связи с чем он признан постоянно непригодным по состоянию здоровья к отдельным видам работ. Как следует из паспорта здоровья работника ФИО1, он проходил периодический медицинский осмотр в апреле 2019 года, по результатам спирограммы 

<

данные изъяты> По результатам осмотра дано заключение о наличии противопоказаний п.1.3.5 Пр.1.

Доказательств, опровергающих медицинское заключение, истцом при рассмотрении дела не представлено.

Выявленные медицинские противопоказания свидетельствовали о необходимости перевода истца на безопасную для него работу, так как осуществление ранее возложенных на него функций могло неблагоприятно сказаться на его здоровье.

Вместе с тем, судом установлено, что ответчиком не были предложены вакансии ФИО1, он не был ознакомлен со списком вакантных должностей, в то время как из представленной штатной расстановки АО «БКО» на 10 июня 2019 года следует, что у ответчика таковые имелись. Тем самым ФИО1 был лишен выбора подходящей ему вакансии и возможности представления работодателю документов, подтверждающих наличие у него необходимой квалификации.

10 июня 2019 года АО «БКО» уведомило работника об отсутствии вакансий для его перевода на постоянную работу, рекомендованную медицинским заключением и о прекращении трудового договора в соответствии с п. 8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ. Приказом генерального директора от 10 июня 2019 года № 486, трудовой договор с ФИО1 был расторгнут на основании п. 8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.

На основании изложенного суд приходит к выводу, что ответчиком не соблюдена процедура прекращения трудовых отношений, в связи с чем ФИО1 должен быть восстановлен на работе в ранее занимаемой им до увольнения должности водителя автомобиля автотранспортного цеха АО «БКО».

В соответствии со ст. 394 Трудового кодекса РФ орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула.

Согласно ст. 139 ТК РФ и пункта 4 положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации № 922 от 24 декабря 2007 г. при любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно). 

Согласно представленному ответчиком записке-расчету, среднедневной заработок ФИО1. составлял 772 руб. 02 коп.

Таким образом, сумма заработной платы истца за время вынужденного прогула составила 42 461 руб. 10 коп. (из расчёта 772,02 руб. х 55 раб. дней = 42 461 руб. 10 коп.).

При взыскании среднего заработка в пользу работника, восстановленного на прежней работе, или в случае признания его увольнения незаконным выплаченное ему выходное пособие подлежит зачету. Однако при определении размера оплаты времени вынужденного прогула средний заработок, взыскиваемый в пользу работника за это время, не подлежит уменьшению на суммы заработной платы, полученной у другого работодателя, независимо от того, работал у него работник на день увольнения или нет, пособия по временной нетрудоспособности, выплаченные истцу в пределах срока оплачиваемого прогула, а также пособия по безработице, которое он получал в период вынужденного прогула, поскольку указанные выплаты действующим законодательством не отнесены к числу выплат, подлежащих зачету при определении размера оплаты времени вынужденного прогула (п.62 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской федерации»).

Согласно записке-расчету, ФИО1 выплачено выходное пособие в размере 10 912 руб. 36 коп. и компенсация за неиспользованный отпуск 13 124 руб. 40 коп.. Таким образом, в пользу ФИО1 АО «БКО» подлежит взысканию средний заработок за время вынужденного прогула в размере 18 424 руб. 34 коп. (из расчёта 42 461,1 – 10 912,36 – 13 124,4 руб. = 18 424,34 руб.). 

Согласно ст. 237 ТК РФ в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Оценив исследованные в судебном заседании доказательства и установленные обстоятельства, суд считает, что со стороны работодателя имело место нарушение трудовых прав истца, а потому его требование о взыскании компенсации морального вреда является обоснованным и подлежит удовлетворению.

Учитывая конкретные обстоятельства причинения вреда, суд считает разумным и справедливым определить к взысканию с ответчика в счёт компенсации причиненного истцу морального вреда 7 000 руб. 

Согласно ст. 211 ГПК РФ и ст. 396 ТК РФ решение суда в части восстановления на работе, выплате заработной платы подлежит немедленному исполнению. 

В силу ст.103 ч.1 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию в местный бюджет государственная пошлина, от уплаты которой освобожден истец.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

иск ФИО1 удовлетворить частично.

Признать незаконным приказ генерального директора акционерного общества «Боровичский комбинат огнеупоров» от 10 июня 2019 г. № КПрЛС-08326 о прекращении действия трудового договора с ФИО1 в связи с отсутствием у работодателя работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением по пункту 8 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Восстановить ФИО1 на работе в акционерном обществе «Боровичский комбинат огнеупоров», автотранспортный цех, колонна №1, в должности водителя автомобиля – грузопассажирский фургон-ГАЗ 2705 с 10 июня 2019 года.

Взыскать с акционерного общества «Боровичский комбинат огнеупоров» в пользу ФИО1 заработную плату за время вынужденного прогула в сумме 18 424 рубля 34 копейки.

Взыскать с акционерного общества «Боровичский комбинат огнеупоров» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 7 000 (семь тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований – отказать.

Решение суда о восстановлении на работе и выплате заработной платы в сумме 18 424 рублей 34 копеек подлежит немедленному исполнению.

Взыскать с акционерного общества «Боровичский комбинат огнеупоров» государственную пошлину в доход бюджета Боровичского муниципального района в размере 1 336 рублей 97 копеек.

Решение может быть обжаловано в Новгородский областной суд через Боровичский районный суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме - 04 сентября 2019 года. 

Судья С.А. Иванова