УИД: 56RS0042-01-2024-001188-21

Дело № 2-30/2025 (2-1621/2024)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Оренбург 27 марта 2025 года 

Центральный районный суд г. Оренбурга в составе председательствующего судьи Малофеевой Ю.А.,

при секретаре Лукониной С.А.,

с участием истца ФИО4,

представителя истца ФИО5,

представителя ответчика ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 к Страховому публичному акционерному обществу «Ингосстрах», ФИО7 о взыскании суммы недоплаченной суммы страхового возмещения, неустойки, штрафа, компенсации морального вреда, убытков, причиненных в результате дорожно-транспортного происшествия, 

УСТАНОВИЛ:

истец обратилась с исковым заявлением к ответчикам, в котором указала, что ДД.ММ.ГГГГ в районе 

<

адрес> произошло ДТП с участием автомобилей BMW X1, г/н № под управлением ФИО4 (полис ОСАГО СПАО «Ингосстрах» № срок действия с 15.12.2022 по 14.12.2023) и MITSUBISHI ASX 1.8, г/н № под управлением ФИО7 (полис ОСАГО СПАО «Ингосстрах» № срок действия с 29.08.2022 по 28.08.2023). В результате произошедшего ДТП автомобилю BMW X1, г/н № №, принадлежащему ФИО2, были причинены механические повреждения, требующие проведения восстановительного ремонта. В рамках административного рассмотрения с учетом видеозаписи момента ДТП была назначена и проведена автотехническая экспертиза, согласно которой виновным является ФИО7 управлявший автомобилем MITSUBISHI ASX 1.8, г/н №. В отношении ФИО4 производство по делу было прекращено, в отношении ФИО7 решение не принято в связи с истечением сроков давности привлечения к административной ответственности. Истец считает, что степень вины участников ДТП: ФИО7 - № % и ФИО4 - №. После получения документов в ГИБДД 01.09.2023 ФИО4 обратилась в СПАО «Ингосстрах», заявлении указала в графе выбор страхового возмещение - организация и проведение ремонта на СТОА страховщика. Страховщик произвел осмотр поврежденного транспортного средства. В последующем в офисе страховщика представителю ФИО4 было выдано направление на ремонт на СТОА. Обратившись на СТОА заявитель получила отказ в связи с длительностью поставки запчастей и увеличение срока ремонта. Представителю ФИО4 неоднократно звонили со страховой компании и просили подъехать и подписать соглашение об урегулировании убытка, однако собственник транспортного средства отказалась и настаивала на проведении ремонта. 26.10.2023 страховщик без какого-либо согласования самостоятельно изменил форму страхового возмещения и произвел выплату в размере 145 900 руб., т.е. 50% от суммы, рассчитанной страховщиком без учета износа. Кроме того, ранее ответчик произвел 50 % выплаты УТС в размере 29 700 руб. В произошедшем ДТП вина ФИО4 отсутствует и в связи с этим страховщик обязан произвести выплату страхового возмещения в полном объеме. ФИО4 организовала проведение экспертизы по среднерыночным ценам. На основании договора № от ДД.ММ.ГГГГ было подготовлено экспертное заключение № от ДД.ММ.ГГГГ согласно которому, стоимость восстановительного ремонта колесного транспортного средства BMW X1, г/н № без учета износа составляет 472 800 руб.

Просит суд с учетом уточнения требований установить степень вины участников ДТП: ФИО7 - № %, ФИО4 - № %; взыскать со СПАО «Ингосстрах» в пользу ФИО4 недоплаченную сумму страхового возмещения, в размере 145 900 руб.; недоплаченную сумму утраты товарной стоимости, в размере 29 700 руб., сумму расходов, понесенных истцом в связи с оплатой услуг эксперта, в размере 7 000 руб., почтовых услуг эксперта, в размере 95 руб., сумму расходов, понесенных истцом в связи с оплатой почтовых услуг эксперта, в размере 111 руб.; сумму штрафа в размере 50 %; сумму морального вреда в размере 10 000 руб., неустойку в размере 1 % за каждый день просрочки за период с 22.09.2023 по 25.03.2025 в размере 350 394 руб., убытки в размере 114 400 руб.

Определением суда от 03.04.2024 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных исковых требований относительно предмета иска, привлечено СТОА ИП ФИО11, старший инспектор ДПС ГИБДД МУМВД России Оренбургское ФИО13.

Истец ФИО4 в судебном заседании уточненные требования поддержала и просила удовлетворить. Пояснила, что сотрудник ДПС и первая проведенная экспертиза указали, что было одновременное перестроение. Она двигалась с 

<

адрес>, спускаясь с моста, заблаговременно включила указатель левого поворота, заняла крайнее левое положение. Она видела, что на островке стоит автомобиль, который большей частью стоит на проезжей части, выезжает с кольца с прилегающей дороги. С прилегающей дороги, выезжает на главную дорогу. На пути его следования стоит автомобиль, она заняла крайнее левое положение, он оставался позади нее. Она включила левый сигнал, перед ним преграда и у него два выбора, либо въехать в стоящую машину, либо в нее, естественно, он должен был остановиться, поскольку истец справа от него, видно, что он смещается вправо, пытается объехать эту машину, а она уже заняла положение, он выбрал затормозить о нее. 

Представитель истца ФИО5, действующая на основании доверенности, в судебном заседании уточненные исковые требования поддержала и просила удовлетворить. Возражала против заключения судебной экспертизы, ссылаясь на следующие доводы: по ходу движения ФИО4, было две полосы движения в силу положения п.9.1 перестроилась в левую полосу с включенным указателем поворота и продолжила движение прямолинейно с учетом расширения проезжей части. Данная дорога не обозначена линиями разметки, и истец должна была занять крайнее левое положение, транспортные средства осуществляющие разворот на перекрестке, должны были уступить дорогу транспортному средству, движущемуся по главной полосе, считает п.13.10 в данном случае распространяется относительно транспортных средств, движущихся по 

<

адрес>. Они должны уступить дорогу всем транспортным средствам, поскольку они находятся на главной дороге относительно их движения. На видеозаписи видно, что водитель БМВ первоначально опережает MITSUBISHI ASX 1.8, г/н №, снижает скорость и должна была маневрировать налево и продолжить движение прямолинейно. В исследовательской части заключения отсутствует подтверждение нарушения пунктов ПДД РФ ФИО4 указанных в выводах эксперта. Из видеозаписи видно ФИО4 включила указатель поворота налево, осуществляла перестроение с правой полосы влево, занять положение слева не могла, поскольку в левом ряду стоит припарковавшийся автомобиль. Кроме того, говорить о том, что там три полосы движения нельзя, поскольку отсутствует знак увеличения полос. Таким образом, водитель, движущийся с моста, определяет в силу положения п.9.1. количество полос и рядность. Нарушение п. 9.1 истцом не усматривается, поскольку линия разметки отсутствовала, на полосу встречного движения не выезжала, походу ее движения знак о начале дополнительной полосы отсутствовал. При этом походу движения водителя MITSUBISHI ASX 1.8, г/н № стоял припаркованный автомобиль, и ФИО4 технически и фактически не могла ему создать помеху для дальнейшего движения в прямом направлении, так как водителю MITSUBISHI ASX 1.8, г/н № необходимо было перестроиться правее, где уже располагался автомобиль БМВ. Эксперт ФИО1 указывает, что водитель MITSUBISHI ASX 1.8, г/н № должен был руководствоваться пунктами ПДД РФ ч. 1,3, 1.5, 9.1, 10.1. ПДД РФ, Вместе с тем в действиях водителя Митсубиши помимо указанных пунктов имеются нарушения п. 8.4, а также 13.9 ПДД РФ. С учетом положений ст. 1064 ГК исходя из представленных в дело материалов гражданского дела, а также из собранных по делу доказательств, полагает, что причинно-следственная связь в ДТП находится в действиях водителя Митсубиши. Исходя из видеозаписи до столкновения транспортных средств, автомобиль БМВ находится в зоне видимости для водителя MITSUBISHI ASX 1.8, г/н №, на протяжении более 2,5 секунд. При этом БМВ обозначило свое направление движения указателем левого поворотника. Локализация механических повреждений на автомобиле еще раз подтверждает, что в действиях MITSUBISHI ASX 1.8, г/н № имеются также нарушения п. 9.10 ПДД РФ, а именно не соблюдение бокового интервала между автомобилями. Повреждения на автомобиле задняя левая часть, а именно задняя дверь у автомобиля MITSUBISHI ASX 1.8, г/н №, переднее крыло фара бампер. Таким образом автомобиль БМВ находился впереди относительно автомобиля MITSUBISHI ASX 1.8, г/н № и именно водитель Мицубиши мог контролировать сложившуюся дорожно-транспортную обстановку перед ним. Согласно экспертному заключению ФИО1 на стр. 44 эксперт указывает, что у водителя MITSUBISHI ASX 1.8, г/н № имелась техническая возможность избежать столкновения. Соответственно нарушение данного пункта и бездействие водителя MITSUBISHI ASX 1.8, г/н № является прямой причинно-следственной связью с ДТП, так как водитель не принял мер установленных п. 1.3., п. 1.5., и п.10.1 ПДД РФ, в результате чего произошло ДТП. Кроме того, при приближении к автомобилю БМВ водитель MITSUBISHI ASX 1.8, г/н № мог и должен был видеть, что боковой интервал между автомобилями который сужался по ходу движения обоих автомобилей, что не позволяет водителю MITSUBISHI ASX 1.8, г/н № перестроиться слева направо, а также стоящий автомобиль впереди не позволяет ему проехать прямо, однако, несмотря на это продолжил движение и допустил столкновение.

Представитель ответчика СПАО «Ингосстрах» в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом. Ранее исковые требования не признала, в удовлетворении требований просила отказать, пояснив, что, лицо виновное в ДТП не установлено, страховая компания выплатила 50 процентов страхового возмещения, неустойку так же выплатили, по моральному вреду возражал, считал, что проценты не подлежат взысканию.

Ответчик ФИО7 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом. Ранее в судебном заседании исковые требования не признал, пояснил, что вина в ДТП не была установлена, следовательно, вина ФИО4 не исключается.

Представитель ответчика ФИО7 – ФИО6, действующий на основании ордера, в судебном заседании исковые требования не признал. По обстоятельствам ДТП пояснил, что ФИО4 при перестроении не соблюдала требования п.8.1, 8.4 ПДД РФ, что состоит в причинно- следственной связи, не уступила движущемуся по параллельной полосе движения, опередила транспортное средство, чем поставила своим перестроением из правой в левую полосу его в то положение, когда ФИО7 ее не мог изначально обнаружить, так как она двигалась изначально позади, и выехала перед ним, преградив его полосу движения, опасность для движения создала истец.

Третьи лица СТОА ИП ФИО11, старший инспектор ДПС ГИБДД МУМВД России Оренбургское ФИО13, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом. 

Финансовый уполномоченный в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом. 

Заслушав пояснения участников процесса, изучив материалы дела и оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему выводу.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в районе 

<

адрес> произошло ДТП с участием автомобиля BMW X1, г/н № под управлением ФИО4 и MITSUBISHI ASX 1.8, г/н № под управлением ФИО7, в результате которого транспортные средства получили механические повреждения.

Риск гражданской ответственности водителя ФИО4 застрахован на основании полиса ОСАГО в СПАО «Ингосстрах» № срок действия с 15.12.2022 по 14.12.2023.

Гражданская ответственность водителя ФИО7 застрахована на основании полиса ОСАГО СПАО «Ингосстрах» № срок действия с 29.08.2022 по 28.08.2023.

Согласно карточке учета транспортного средства в органах ГИБДД, собственником транспортного средства MITSUBISHI ASX 1.8, г/н № является ФИО7.

Собственником автомобиля № являлась ФИО4.

При оформлении административного материала, составленного по факту произошедшего 30.03.2023 года дорожно – транспортного происшествия сотрудниками ОБ ДПС ГИБДД МУ МВД Оренбургское в связи с противоречием в показаниях участников ДТП, на месте ДТП было вынесено определение № о возбуждении дела об административном правонарушении предусмотренном ст. 12.15 КоАП РФ и назначено проведение административного расследования.

Согласно объяснениям водителей, оба транспортных средства двигались в попутном направлении. Из объяснения ФИО4 следует, что она осуществляла движение на автомобиле BMW-X1 по 

<

адрес> в крайнем левом ряду, включила левый поворот и стала снижать скорость для осуществления поворота налево, не успев приступить к маневру, почувствовала удар в заднюю левую дверь своего автомобиля. 

Из объяснения водителя ФИО7 следует, что он на автомобиле MITSUBISHI ASX 1.8, г/н № осуществлял движение по 

<

адрес> в сторону 

<

адрес>, в процессе движения почувствовал удар в правый бок своего автомобиля. Выйдя из автомобиля, понял, что с его автомобилем столкнулся автомобиль BMW-X1.

В рамках административного рассмотрения, с учетом видеозаписи момента дорожно-транспортного происшествия, была назначена автотехническая экспертиза (№), по результатам которой было установлено, что непосредственно до столкновения автомобиль BMW-XI визуально располагается впереди и правее автомобиля MITSUBISHI ASX 1.8, г/н №, при этом скорость движения автомобиля BMW-X1 выше скорости MITSUBISHI ASX 1.8, г/н №. Оба автомобиля ориентированы параллельно краю проезжей части дороги. На данном участке дороги организовано двухстороннее движение, встречные потоки транспортных средств разделены островком, обозначенным на проезжей части горизонтальной разметкой в виде сплошной линии 1.1. На половине проезжей части дороги, по которой двигались автомобили MITSUBISHI ASX 1.8, г/н № и BMW-X1 дорожная разметка, обозначающая границы полос предназначенных для движения в одном направлении отсутствует. Ширина проезжей части направления движения автомобилей MITSUBISHI ASX 1.8, г/н № и BMW-X1 зафиксирована на участке ДТП 1 от 16,0м. до 17, 3м. С момента попадания в объектив видеокамеры автомобиля MITSUBISHI ASX 1.8, г/н № и BMW-X1 двигаются параллельными курсами, без какого либо поперечного смещения, располагаясь на проезжей части на соседних полосах. На крайней левой полосе на пути движения автомобиля MITSUBISHI ASX 1.8, г/н № частично располагаются припаркованные на островке автомобили и для их объезда водитель автомобиля MITSUBISHI ASX 1.8, г/н № начал смещаться в поперечном направлении вправо, перестраиваясь на соседнюю полосу. В свою очередь водитель автомобиля BMW-X1 начал снижать скорость, смещаясь влево, и к моменту столкновения его скорость становится уже незначительной. Столкновение происходит передней правой угловой частью автомобиля MITSUBISHI ASX 1.8, г/н № и левой боковой средней частью автомобиля BMW-X1, при этом в момент первоначального контактирования автомобили располагаются относительно друг друга под некоторым углом между продольными осями транспортных средств по величине близким к 0 (180) градусам, который в процессе взаимодействия транспортных средств изменяется. Далее происходит продвижение транспортных средств относительно друг друга, и в процессе контактирования передняя часть автомобиля MITSUBISHI ASX 1.8, г/н № смещается право, а передняя часть автомобиля BMW-X1 смещается влево. После удара последовало резкое отклонение передней части автомобиля MITSUBISHI ASX 1.8, г/н № влево, а передней части автомобиля BMW- Х1 вправо. Таким образом, в данной дорожной ситуации имело место перекрестное попутное столкновение автомобилей BMW-X1 и MITSUBISHI ASX 1.8, г/н №. 

С экспертной точки зрения водитель автомобиля BMW-X1 в данной дорожно-транспортной ситуации должен был действовать в соответствии с требованиями п.8.1, абзац 1; н.8.2; п.8.5; 9.1 Правил дорожного движения Российской Федерации. Водитель автомобиля MITSUBISHI ASX 1.8, г/н № в данной ситуации, при перестроении, должен был руководствоваться требованиями п.8.1, абзац 1; п.8.4; п.9.1; п. 10.1, абзац 2 Правил дорожного движения Российской Федерации. 

Постановлением от 07.08.2023 ОБ ДПС ГИБДД МУ МВД России «Оренбургское» производство по делу об административном правонарушении по факту ДТП в отношении ФИО4 по ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ прекращено, в связи с истечением сроков давности привлечения к административной ответственности.

ФИО4 обратилась в СПАО «Ингосстрах» 01.09.2023 с заявлением о страховом возмещении путем организации и оплаты восстановительного ремонта на СТОА ИП ФИО12, представив необходимые документы, предусмотренные Правилами обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденными Положением Банка России от 19 сентября 2014 года №431-П. В заявлении указала, что согласна, на доплату за ремонт транспортного средства в случае превышения лимита, а также, в случае если все участники ДТП признаны ответственными за причиненный вред. Также просила выплатить величину УТС.

01.09.2023 проведен осмотр транспортного средства, составлен акт осмотра транспортного средства.

04.09.2023 ООО «

<

данные изъяты>» по инициативе страховой компании подготовлено экспертное заключение, согласно которому, стоимость восстановительного ремонта без учета износа составляет 291 800 рублей, с учетом износа 208 700 рублей.

20.09.2023 ООО 

<

данные изъяты>» по инициативе страховой компании подготовлено заключение №, согласно которому величина УТС составляет 59 400 рублей.

21.09.2023 СПАО «Ингосстрах» осуществила выплату УТС в размере 29 700 рублей, что составляет 50 % от стоимости величины УТС, что подтверждается платежным поручением №.

21.09.2023 от СТОА ИП ФИО8 поступил отказ от проведения восстановительного ремонта транспортного средства в связи с невозможностью его проведения.

21.09.2023 СПАО «Ингосстрах» направила истцу направление на ремонт СТОА ИП ФИО12.

13.10.2023 от ИП ФИО12 поступил отказ от проведения восстановительного ремонта транспортного средства в связи с невозможностью его проведения, ввиду отсутствия на рынке запчастей деталей.

25.10.2023 СПАО «Ингосстрах» выплатила страховое возмещение в размере 145 900 рублей, что составляет 50% от стоимости восстановительного ремонта, определенного заключением ООО «

<

данные изъяты>», на основании платежного поручения №. 

03.11.2023 представитель ФИО2 обратился в страховую компанию с претензией, в которой просил выплатить страховое возмещение путем организации и оплаты стоимости восстановительного ремонта оригинальными запчастями на СТОА, осуществить доплату страхового возмещения по калькуляции страховщика в размере 145 900 рублей, убытков, неустойки, расходов за оценку, в обоснование своих требований, представив заключение ИП ФИО9 от 19.10.2023 №.

20.12.2023 от СТОА ФИО12 поступил отказ от проведения восстановительного ремонта в связи с невозможностью его проведения.

21.12.2023 страховая компания выплатила неустойку в размере 43 157 рублей, что подтверждается платежным поручением №.

29.12.2023 от СТОА ИП ФИО8 поступил отказ от проведения восстановительного ремонта транспортного средства в связи с невозможностью его проведения.

Истец не согласился с выплатой страховой компании, обратился к финансовому уполномоченному с требованием о взыскании страхового возмещения, убытков и расходов за проведение экспертизы.

Финансовый уполномоченный при рассмотрении обращения истца пришел к выводу, что у страховой компании полномочия по установлению степени вины участников ДТП отсутствуют, следовательно, страховая компания правомерно выплатила 50% стоимости восстановительного ремонта с учетом вины участников ДТП. В данной части заявитель заключение ООО 

<

данные изъяты> не оспаривал.

В рамках рассмотрения обращения финансовым уполномоченным проведена экспертиза, согласно заключению ИП ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ № № размер расходов на восстановление транспортного средства в соответствии с Методическими рекомендациями без учета износа составляет 317 195,78 рублей, стоимость ремонта на дату ДТП составляет 2 064 350 рублей.

Решением от 29.01.2024 № № финансовый уполномоченный в удовлетворении требований отказал.

Не согласившись с отказом, истец обратился в суд с указанным исковым заявлением, просил установить вину ФИО7 в совершении ДТП и взыскать причиненный ущерб.

В соответствии со ст.12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. В соответствии со ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Определением суда от 02.07.2024 года по ходатайству истца и СПАО «Ингосстрах» была назначена судебная трасологическая экспертиза эксперту ИП ФИО1.

Согласно заключению № от 24.02.2025, экспертом ИП ФИО1 установлено, что ДД.ММ.ГГГГ, водитель ФИО4, управляя транспортным средством BMW X1 г/н № №, двигался по мосту со стороны 

<

адрес>, в сторону 

<

адрес> в правой полосе движения. По мосту, транспортные средства двигались в два ряда. Водитель BMW двигаясь напротив разметки 1.2, приступил к перестроению в левую полосу движения. С включенным левым указателем поворота. На пути следования BMW, проезжая часть имела уширение слева (достаточное для движения транспортных средств в еще один ряд). В этот момент водитель ФИО3, управляя транспортным средством MITSUBISHI ASX 1.8 г/н №, двигаясь со стороны 

<

адрес>, выполнял маневр поворота налево, не создавая помехи движению водителю транспортного средства BMW, выехал на проезжую часть в направлении 

<

адрес>, и занял крайнюю левую полосу движения. При сближении, транспортное средство MITSUBISHI находилось в зоне обзора водителя транспортного средства BMW. Далее водитель транспортного средства BMW опережая транспортного средства MITSUBISHI продолжил движение в намеченном направлении плавно смещая транспортное средство влево (смещение транспортного средства BMW влево подтверждается расположением под углом, относительно правого края проезжей части). После опережения, водитель BMW начал снижать скорость. Транспортное средство MITSUBISHI относительно правого края проезжей части двигалось прямолинейно. Транспортное средство BMW находилось в зоне обзора водителя транспортного средства MITSUBISHI. В районе 

<

адрес>, водитель транспортного средства BMW более резко выкручивает рулевое колесо влево с замедлением транспортного средства практически до полной остановки, и в этот момент происходит столкновение на крайней левой полосе движения передней правой угловой частью транспортного средства MITSUBISHI с боковой левой частью транспортного средства BMW под углом между продольными осями транспортных средств равным 14,5+/-3 градуса. Непосредственно перед столкновением, водитель MITSUBISHI незначительно сместил транспортное средство вправо в пределах полосы движения, (указанный факт смещения просматривается только при быстром просмотре кадров видеозаписи). В результате столкновения, переднюю часть транспортного средства BMW смещает вправо, переднюю часть транспортного средства MITSUBISHI смещает влево и транспортные средства остановились в месте, зафиксированном на схеме и фотографиях с места ДТП.

Учитывая расположение припаркованного транспортного средства на пути движения транспортного средства BMW, расположение транспортных средств в момент столкновения и резкое выкручивание водителем транспортного средства BMW рулевого колеса влево находясь напротив участка между припаркованными транспортными средствами, водитель транспортного средства BMW осуществлял перестроение в крайнюю левую полосу движения с целью осуществления поворота налево, и непосредственно перед столкновением, не заняв крайнее левое положение на проезжей части приступил к маневру поворота налево в место между припаркованными транспортными средствами.

С технической точки зрения, водитель транспортного средства MITSUBISHI ASX 1.8, г/н №, располагал технической возможностью избежать столкновение с транспортным средством BMW XI, г/н №.

Стоимость восстановительного ремонта транспортного средства BMW XI, г/н № на дату дорожно-транспортного происшествия от 30.03.2023 года, с учетом действующих рыночных цен на запасные части (узлы, агрегаты) без учета износа в соответствии с Методическими рекомендациями РФЦСЭ Минюста России (2018), составляет: 406 200 рублей, с учетом износа 328 500 рублей.

На вопрос: Не повлечет ли замена поврежденных на новые, запасные части (узлы, агрегаты) необоснованного улучшения транспортного средства BMW XI г/н № по сравнению с доаварийным состоянием, если да, то применить дифференцированный подход к установлению износа, в порядке, определенном Методическими рекомендациями РФЦСЭ Минюста России(2018), экспертом дан ответ:

- Замена поврежденных запасных частей (узлы, агрегаты) на новые, не повлечет необоснованного улучшения транспортного средства BMW XI, г/н № по сравнению с доаварийным состоянием, так как все операции ремонта обусловлены технологией ремонта.

- Износ транспортного средства BMW XI г н № определен в вопросе № в порядке определенном Методическими рекомендациями РФЦСЭ Минюста России(2018).

На вопрос: Является ли с технической точки зрения, иным, более разумным и распространенным в обороте способом исправления подобного имущества - использование неоригинальных запасных частей, выпускаемых не под торговой маркой изготовителя (т.е. аналогов запасных частей, узлов и агрегатов, которые идут на заводскую комплектацию), и какова стоимость такого восстановительного ремонта транспортного средства BMW X1, г/н № в соответствии с Методическими рекомендациями РФЦСЭ Минюста России (2018).

Использование неоригинальных запасных частей, выпускаемых не под торговой маркой изготовителя (т.е. аналогов запасных частей, узлов и агрегатов, которые идут на заводскую комплектацию), с технической точки зрения не применяется ввиду отсутствия методики выбора аналогичных составных частей, отсутствия в продаже таких запасных частей, а также невозможностью установления их сертификации и соответствия установленным нормам ТРТС. Использование аналогичных, не оригинальных запасных частей, противоречит Методическим рекомендациям, а также требованиям определяемым изготовителем КТС, его ремонтной документацией и нормативной документации в сфере эксплуатации и ремонта, действующей в РФ. Допустимый и менее затратный способ восстановления КТС рассмотрен в вопросе №.

Судом по ходатайству истца и его представителя, сославшиеся на разночтения в исследовательской части заключения, допрошен эксперт ИП ФИО1, который в судебном заседании пояснил суду, что при проведении экспертизы провел анализ видеоматериала, административного материала, пришел к выводу, который изложен в заключении. Отвечая на вопросы представителя истца ФИО5, пояснил, что транспортные средства двигались по мосту 

<

адрес> в две полосы движения, там разметки нет, но по факту 2 полосы. Водитель БМВ приступил к перестроению напротив разметки 1.2 в левую полосу движения, разметка 1.2 это при спуске с моста слева, где треугольник островок, с одной стороны он стерся, но фрагменты его остались, он выделяется разметкой 1.2. на пути следования, проезжая часть имеет уширение слева (уширение это формулировка эксперта, не основанная на правилах дорожного движения, это значит дорожная часть расширяется). По факту дорожная часть становится шире, слева от водителя имеется разметка 1.2, это означает по факту край проезжей части, при этом она кончается и слева происходит уширение, ширины которой достаточно для движения транспортных средств в еще один ряд. До разметки 1.2 или после, ФИО4 приближалась к Стеле, этот участок дороги является перекрестком, обозначив границы перекрестка на фотосхеме, приобщенной в материалы дела. Пункт 13.9 ПДД распространяется на перекрестки неравнозначных дорог, где главная, и второстепенная дороги, в данном случае оба на равнозначной дороге. Уширение дороги это не местное уширение в соответствии с ПДД РФ, это просто проезжая часть стала шире с учетом направляющих разметок и направляющих островков. Водитель при движении на дороге должен руководствоваться нормативными актами такими как ПДД РФ, верно определить организацию движения в виде разметки, знаков. На данном участке дороги полосы движения линиями разметки не были разграничены. Установлен ли перед данным уширением знак 5.13.3 «начало полосы» и начало дополнительной полосы на подъеме или полосы торможения экспертом не исследовались при проведении экспертизы, но пояснил на вопрос, что он не установлен. Наличие дополнительной полосы или уширения на дороге обозначается знаками дополнительной полосы, на данном участке дороге, не установлен. Если по ходу движения по главной дороге не установлен знак дополнительной полосы, мог ли водитель разделить полосу на правую и левую, эксперт пояснил, что водитель, поскольку это его субъективное мнение, может делить проезжую часть на количество полос в соответствии с п.9.1 с учетом уширения проезжей части. Эксперт определял что там три полосы движения на основании личной обстановки на месте ДТП, разметки края проезжей части, п.9.1 ПДД РФ. Утверждал, что было 2 полосы движения и с левой стороны от транспортного средства от водителя появляется расширение проезжей части, ширина которой достаточная для движения в один ряд, соответственно это полоса для движения. У водителя, которого полоса была 11,2 м, становится более 15 метров, следовательно, третья полоса будет шириной 4,26 м. Когда водитель движется с моста и заканчивается разметка слева край проезжей части, должен определить для себя какая ширина проезжей части на данном участке дороги и видеть, насколько она становится шире. Должна была перестроиться заблаговременно на левую полосу. Для поворота налево, она могла двигаться прямолинейно, если достаточно расстояния, чтобы уместиться, уступив дорогу транспортному средству, она могла перестроиться. Экспертом установлено первоначальное положение ФИО4, конечное положение, сотрудниками ГИБДД определен угол столкновения, определено исходя из видеозаписи, что автомобиль относительно правого края проезжей части находился под углом на всем протяжении своего пути, соответственно изменена траектория. Расстояние ФИО4 относительно правой обочины и расстояние влево имеют вероятностные расстояния исходя из видеозаписи, размера транспортных средств, ширины проезжей части. Учитывая конечное положение автомобиля Митсубиши, учитывая его прямолинейное движение, его изменение траектории идет только, когда передняя часть выезжает из-за Газели, незначительное отклонение вправо. Категорический вывод в заключении носит тот факт, что транспортные средства перестраивались, имели рядность. Определить что автомобиль БМВ не находился на полосе движения Митсубиши, можно следующим образом, что автомобиль Митсубиши выезжает раньше, перед истцом, то есть водитель БМВ видит что Митсубиши занял рядность, то есть проезжую часть достаточную для движения в один ряд. Полоса 4,7 м достаточна для движения транспортных средств в два ряда, при этом Митсубиши занял середину полосы исходя из масштабного снимка. На участке дороги 15,46м, Митсубиши на значительном расстоянии от края дороги исходя из конечного положения и из того что он двигался прямолинейно, относительно правого края проезжей части. Прямолинейно автомобиль не мог проехать без смещения, в случае приторможения БМВ, занимая крайнее левое положение, Митсубиши в своем ряду не проехал бы, потому что она уже перегородила ему путь. Экспертом определена наиболее вероятная траектория автомобиля Митсубиши, движущегося по середине полосы с учетом его конечного положения, определенного сотрудниками ГИБДД и от ширины края проезжей части, которая значительно не менялась. У него было незначительное отклонение траектории движения влево и вправо в пределах 20 см, потому что нет резкого изменения положения кузова автомобиля. После столкновения передняя часть его авто ушла левее, на какое расстояние определить невозможно. В момент столкновения транспортных средств, колеса автомобиля истца на пересечении двух полос с технической точки зрения, а в соответствии с правилами дорожного движения она движется под углом. Оба транспортных средства вперед столкновением совершают маневр, это категоричный вывод, у БМВ значительно сильнее выкручен руль, об этом говорит угол столкновения, она выкрутила руль и тормозила, указатель поворота был включен. Автомобиль MITSUBISHI ASX 1.8, г/н № маневрировал в пределах своей полосы движения исходя из схемы масштаба и исходя из того как проезжая часть поделена на полосы, БМВ перестраивалось со средней полосы в левую полосу. В момент столкновения БМВ полностью на полосе MITSUBISHI ASX 1.8, г/н №. Учитывая п.9.7 ПДД если бы проезжая часть была разделена разметкой, то водитель Митсубиши должен был двигаться по полосе, тут разметки нет, он должен был сам разделить на полосы. Учитывая, что MITSUBISHI ASX 1.8, г/н № занял середину своей полосы, которая технически разделена, водитель ФИО4, если посмотреть на количество рядности, то на ее полосе минимум четыре ряда помещается, и водитель ФИО2, с самого начала движения совершала перестроение из ряда в ряд. Пункт 9.1 не определяет равность полос, если одинаковая ширина проезжей части, то водитель ее делит на равные части достаточные для движения в один ряд. Автомобиль относительно края не смещается вправо, это разметка уходит влево. На спутнике видно, что правый край относительно левого параллельны друг другу.

Оснований сомневаться в достоверности выводов эксперта у суда не имеется. Заключение эксперта соответствует предъявляемым к нему требованиям, содержит подробные и мотивированные ответы на поставленные вопросы, в ходе исследования экспертом исследованы материалы настоящего гражданского дела и материал об административном правонарушении, фотографии поврежденных транспортных средств, а также фотографии с места ДТП, осмотр места ДТП, выводы последовательные и непротиворечивые. При этом эксперт не вышел за пределы своей компетенции, исследование и выводы им даны с автотехнической точки зрения, в то время как вопросы о виновности являются правовыми и их разрешение относится к исключительной компетенции суда и не подлежит экспертной оценке. Доказательства, а также обоснованные доводы, которые бы подвергали сомнению достоверность выводов, содержащихся в заключении судебной экспертизы, выполненной экспертом ФИО1, сторонами в соответствии с положениями ст.56 ГПК РФ не предоставлено. 

Поскольку каких-либо сомнений в правильности выводов эксперта, или наличия достоверных допустимых и достаточных доказательств, опровергающих выводы судебной экспертизы, судом не установлено, основания для назначения повторной экспертизы не имеется. 

Какие-либо обстоятельства, которые позволяли бы признать данное заключение судебной экспертизы недопустимым либо недостоверным доказательством по делу, не установлены, выводы эксперта подтверждаются, в том числе, представленными по делу доказательствами, оценив заключение эксперта, суд приходит к выводу, что оно отвечает признакам относимости и допустимости доказательств, не опровергнуты сторонами и оцениваются судом в совокупности с другими доказательствами по делу.

Тот факт, что истец и представитель истца не согласны с заключением эксперта, не свидетельствует о его неправильности. 

Суд, исследовав материалы дела в их совокупности, принимает заключение эксперта ФИО1 в подтверждение механизма ДТП, поскольку заключение мотивировано, обоснованно, экспертиза проведена в соответствии с требованиями, предусмотренными действующим законодательством.

Эксперт имеет необходимую квалификацию, предупрежден об уголовной ответственности и не заинтересован в исходе дела, доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, суду не представлено.

Прерогатива давать правовую оценку действиям участников ДТП на предмет их соответствия (несоответствия) требованиям ПДД РФ, а также устанавливать виновника ДТП, при наличии о том судебного спора, принадлежит суду, исходя из оценки, основанной на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (статья 67 ГПК РФ).

Стороной ответчика не оспаривалось данное заключение эксперта.

Таким образом, на основании вышеизложенного, суд приходит к выводу, что судебная экспертиза по делу была проведена в соответствии со статьями 79 - 84 ГПК РФ, заключение эксперта соответствует требованиям статьи 86 ГПК РФ и Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» от 31 мая 2001 № 73-ФЗ, содержит подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся данных, результаты исследования, ссылки на использованную литературу, конкретные ответы на поставленные судом вопросы, является ясным, полным, последовательным, не допускает неоднозначного толкования и не вводит в заблуждение, в связи с чем принимается судом во внимание в качестве относимого и допустимого доказательства по делу.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

В силу пункта 2 этой же статьи Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Кроме того, Конституционный Суд Российской Федерации в абзаце 2.3 определения от 4 октября 2012 № 1833-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Р. на нарушение ее конституционных прав положениями статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации» указал, что Конституция Российской Федерации не препятствует установлению особых правил в отношении специальных деликтов и бремени ответственности за причинение вреда, а пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации прямо их допускает.

Как следует из содержания названных выше норм закона и правовых позиций, основанием гражданско-правовой ответственности вследствие причинения вреда является вина в его причинении, при этом лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда только в случае, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Таким образом, основанием ответственности за вред, причиненный при использовании транспортного средства, является вина в причинении вреда. В отличие от производства по делу об административном правонарушении, в котором действует принцип презумпции невиновности, в рамках гражданских правоотношений с участием источников повышенной опасности действует принцип презумпции вины причинителя вреда.

При этом освобождение от ответственности за причиненный вред допускается лишь при умысле потерпевшего (пункт 1 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо отсутствии вины в причинении вреда.

Необходимо также указать, что отказ в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении участника дорожно-транспортного происшествия, факт отсутствия постановления административного органа, устанавливающего административную ответственность лица, участвовавшего в дорожно-транспортном происшествии, не исключают право суда дать оценку имеющимся в деле доказательствам о наличии вины лица в причинении ущерба в результате взаимодействия источников повышенной опасности, определить степень вины участников дорожно-транспортного происшествия.

Исходя из положений статьи 5, части 1 статьи 67, части 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, только суду принадлежит право оценки доказательств при принятии решения. Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Вопросы сбора доказательств по конкретному делу разрешаются судом. При этом никакой орган не вправе давать суду указания относительно объема доказательств, необходимых по этому делу.

В силу закона право определения обстоятельств, имеющих значение для дела, и оценки представленных доказательств принадлежит суду, рассматривающему спор по существу.

Следовательно, именно суду, рассматривающему дело в порядке гражданского судопроизводства по требованиям о возмещении ущерба от дорожно-транспортного происшествия, предоставлено право разрешить вопросы, касающиеся виновности участников дорожно-транспортного происшествия.

Таким образом, рассматривая вопрос об определении степени вины водителей в совершении ДТП, суд приходит к следующему.

Согласно п. п. 1.3 и 1.5 Правил дорожного движения Российской Федерации, участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

В частности, Пунктом 8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, предусмотрено, что перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения. Подача сигнала указателями поворота должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра.

Согласно п. 8.2 Правил, подача сигнала указателями поворота или рукой должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра и прекращаться немедленно после его завершения (подача сигнала рукой может быть закончена непосредственно перед выполнением маневра). При этом сигнал не должен вводить в заблуждение других участников движения.

Подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности.

Согласно пункту 8.4 Правил дорожного движения РФ при перестроении водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, движущимся попутно без изменения направления движения. При одновременном перестроении транспортных средств, движущихся попутно, водитель должен уступить дорогу транспортному средству, находящемуся справа.

В соответствии с пунктом 9.1 Правил количество полос движения для безрельсовых транспортных средств определяется разметкой и (или) знаками 5.15.1, 5.15.2, 5.15.7, 5.15.8, а если их нет, то самими водителями с учетом ширины проезжей части, габаритов транспортных средств и необходимых интервалов между ними. При этом стороной, предназначенной для встречного движения на дорогах с двусторонним движением без разделительной полосы, считается половина ширины проезжей части, расположенная слева, не считая местных уширений проезжей части (переходно-скоростные полосы, дополнительные полосы на подъем, заездные карманы мест остановок маршрутных транспортных средств).

Кроме того, пунктом 10.1 ПДД РФ, предусмотрено, что водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

В рассматриваемом случае учитывая видеозапись момента столкновения транспортных средств, которая обозревалась судом с участием лиц участвующих в деле, водитель автомобиля BMW XI, г/н № № ФИО4, двигался по мосту со стороны 

<

адрес>, в сторону 

<

адрес> в правой полосе движения. По мосту, транспортные средства двигались в два ряда. Двигаясь напротив разметки 1.2, приступила к перестроению в левую полосу движения, с включенным левым указателем поворота. На пути следования BMW, проезжая часть имела расширение слева (достаточное для движения транспортных средств в еще один ряд). В этот момент водитель ФИО7, управляя транспортным средством MITSUBISHI ASX 1.8, г/н №, двигаясь со стороны 

<

адрес>, выполнял маневр поворота налево, не создавая помехи движению водителю BMW, выехал на проезжую часть в направлении 

<

адрес>, и занял крайнюю левую полосу движения. При сближении, транспортное средство MITSUBISHI находилось в зоне обзора водителя транспортного средства BMW. Далее водитель BMW, опережая MITSUBISHI, продолжил движение, в намеченном направлении плавно смещая транспортное средство влево. После опережения, водитель BMW начал снижать скорость. Транспортное средство MITSUBISHI относительно правого края проезжей части двигалось прямолинейно. Транспортное средство BMW находилось в зоне обзора водителя транспортного средства MITSUBISHI. В районе 

<

адрес>, водитель транспортного средства BMW более резко выкручивает рулевое колесо влево с замедлением транспортного средства практически до полной остановки, и в этот момент происходит столкновение на крайней левой полосе движения передней правой угловой частью MITSUBISHI с боковой левой частью ТС BMW. Непосредственно перед столкновением, водитель MITSUBISHI незначительно сместил транспортное средство вправо в пределах полосы движения, (указанный факт смещения просматривается только при быстром просмотре кадров видеозаписи). В результате столкновения, переднюю часть BMW смещает вправо, переднюю часть MITSUBISHI смещает влево и транспортные средства остановились в месте, зафиксированном на схеме и фотографиях с места ДТП. Учитывая расположение припаркованного транспортного средства на пути движения BMW, расположение транспортных средств в момент столкновения и резкое выкручивание водителем BMW рулевого колеса влево находясь напротив участка между припаркованными транспортными средствами, водитель BMW осуществляла перестроение в крайнюю левую полосу движения с целью осуществления поворота налево, и непосредственно перед столкновением, не заняв крайнее левое положение на проезжей части приступила к маневру поворота налево в место между припаркованными транспортными средствами, тем самым водитель ФИО4 нарушила требования пунктов 1.3, 1.5, 8.1, 8.4, 8.5, 9.1, 10.1 Правил дорожного движения совершив небезопасный маневр перестроения на крайнюю левую полосу движения, чем создала опасность для движения и помеху для движущегося транспортному средству в направлении по своей полосе движения автомобиля MITSUBISHI под управлением ФИО7.

Также водитель ФИО7 имел возможность предотвратить дорожно-транспортное происшествие путем своевременного и полного выполнения требований п.9.1 и 10.1 ПДД РФ, должен был самостоятельно определить количество полос движения для безрельсовых транспортных средств с учетом ширины проезжей части, габаритов транспортных средств и необходимых интервалов между ними и в момент обнаружения им опасности для дальнейшего движения должен был принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Так оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности, в том числе заключение судебной экспертизы, и сопоставив их с действующими Правилами дорожного движения, разрешая заявленный спор, суд, с учетом положений ст. 15, ст. 1079, ст. 1064, ст. 1082 ГК РФ, считает, что данное дорожно – транспортное происшествие стало возможным из-за обоюдных виновных действий водителей.

Неукоснительное соблюдение предписаний ПДД РФ как ФИО4, так и ФИО7 исключило бы столкновение транспортных средств под их управлением.

При распределении между сторонами степени вины, суд определяет 50% вины в ДТП от 30.03.2023 года водителю ФИО4 и 50% водителю ФИО7.

Согласно абз. 2 п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 08.11.2022 № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» при рассмотрении спора суд обязан установить степень вины лиц, признанных ответственными за причиненный вред, и взыскать со страховой организации страховую выплату с учетом установленной судом степени вины лиц, гражданская ответственность которых застрахована. Обращение с самостоятельным заявлением об установлении степени вины законодательством не предусмотрено.

В соответствии с п. 15.1 ст. 12 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных п. 16 данной статьи) в соответствии с пунктом 15.2 данной статьи или в соответствии с пунктом 15.3 этой статьи путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).

Исходя из приведенной нормы права, законодателем установлен приоритет восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства над выплатой страхового возмещения.

Перечень случаев, при наличии которых страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется в форме страховой выплаты, приведен в пункте 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО.

О достижении между страховщиком и потерпевшим в соответствии с подпунктом "ж" пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО соглашения о страховой выплате в денежной форме может свидетельствовать в том числе выбор потерпевшим в заявлении о страховом возмещении выплаты в наличной или безналичной форме по реквизитам потерпевшего, одобренный страховщиком путем перечисления страхового возмещения указанным в заявлении способом.

Такое соглашение должно быть явным и недвусмысленным. Все сомнения при толковании его условий трактуются в пользу потерпевшего.

Подпунктом "д" пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО предусмотрено, что восстановительный ремонт поврежденного легкового автомобиля не производится, если стоимость такого ремонта превышает установленную подпунктом "б" статьи 7 данного закона страховую сумму (400 000 руб.) и потерпевший не согласен произвести доплату за ремонт станции технического обслуживания.

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что страховое возмещение вреда, причиненного повреждением легкового автомобиля, находящегося в собственности гражданина и зарегистрированного в Российской Федерации, по общему правилу осуществляется путем организации и оплаты страховщиком ремонта автомобиля на соответствующей установленным требованиям станции технического обслуживания. При этом стоимость ремонта определяется без учета износа заменяемых узлов и деталей, а использование при ремонте бывших в употреблении деталей не допускается.

Организация и оплата восстановительного ремонта автомобиля являются надлежащим исполнением обязательства страховщика перед гражданином-потребителем, которое не может быть изменено им в одностороннем порядке, за исключением случаев, установленных законом.

Поскольку, СПАО «Ингосстрах» обязательство организовать и оплатить ремонт транспортного средства в натуре не исполнено, оснований, предусмотренных п.16.1 ст.12 Закона об ОСАГО для отказа потерпевшему в организации и оплате ремонта транспортного средства в натуре не имелось и страховая компания в одностороннем порядке изменила условие исполнения обязательства на выплату страхового возмещения в денежной форме, что подтверждается платежными поручениями, заявление истца об изменении способа выплаты страхового возмещения на денежную форму отсутствует, как и отсутствует соглашение об изменении способа страхового возмещения, то в силу общих положений статей 15, 309, 393, 397 ГК Российской Федерации и правовой позиции, высказанной в пункте 8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2021), вправе в этом случае по своему усмотрению требовать возмещения необходимых на проведение такого ремонта убытков в виде стоимости ремонта без учета износа транспортного средства.

Таким образом, в пользу истца ФИО4 с ответчика СПАО «Ингосстрах», с учетом определенной степени вины в ДТП 50 %, подлежит взысканию невыплаченная стоимость ремонта без учета износа комплектующих изделий в размере 72 950 рублей (291 800 рублей определенной заключению страховщика – 145 900 рублей выплаченной суммы с учетом вины 50%), величина УТС в размере 14 850 рублей (59 400 рублей на основании заключения страховщика - 29 700 рублей выплаченной, с учетом вины 50%).

Рассматривая требования истца о взыскании неустойки, суд исходит из следующего.

В силу ч.1 ст.330 ГК РФ, неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Согласно п.21 ст.12 Закона об ОСАГО, в течение 20 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, со дня принятия к рассмотрению заявления потерпевшего о страховой выплате или прямом возмещении убытков и приложенных к нему документов, предусмотренных правилами обязательного страхования, страховщик обязан произвести страховую выплату потерпевшему или выдать ему направление на ремонт транспортного средства с указанием срока ремонта либо направить потерпевшему мотивированный отказ в страховой выплате.

При несоблюдении срока осуществления страховой выплаты или возмещения причиненного вреда в натуре страховщик за каждый день просрочки уплачивает потерпевшему неустойку (пеню) в размере одного процента от определенного в соответствии с настоящим Федеральным законом размера страховой выплаты по виду причиненного вреда каждому потерпевшему.

Неустойка исчисляется со дня, следующего за днем, установленным для принятия решения о выплате страхового возмещения, то есть с 21-го дня после получения страховщиком заявления потерпевшего о страховой выплате и документов, предусмотренных Правилами, и до дня фактического исполнения страховщиком обязательства по договору включительно (абз. 2 пункт 76 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 08.11.2022 № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств»).

Согласно абз. 4 п. 22 ст. 12 Федерального закон от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» в случае, если степень вины участников дорожно-транспортного происшествия судом не установлена, застраховавшие их гражданскую ответственность страховщики несут установленную настоящим Федеральным законом обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате такого дорожно-транспортного происшествия, в равных долях.

Как разъяснено в абз. 3 п. 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 8 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» страховщик освобождается от обязанности уплаты неустойки, суммы финансовой санкции, штрафа и компенсации морального вреда, если обязательство по страховому возмещению в равных долях было им исполнено надлежащим образом.

Истец обратился к страховщику с заявлением о страховом возмещении 01.09.2023 года, срок исполнения обязательств страховщиком истекал 21.09.2023, выплата страховщиком произведена частично 25.10.2023 в размере 145 900 рублей. 

В ходе судебного разбирательства установлено, что страховое возмещение в сумме 145 900 рублей выплачено СПАО «Ингосстрах» истцу 25.10.2023, то есть с нарушением срока, установленного пунктом 21 статьи 12 Закона об ОСАГО.

На основании вышеизложенного, суд, считает необходимым произвести расчет неустойки с 22.09.2023 года по день частичной выплаты 25.10.2023, что составляет 34 дня просрочки, на сумму невыплаченного страхового возмещения – 145 900 рублей.

Таким образом, размер неустойки за период с 22.09.2023 года по 25.10.2023 года из расчета страхового возмещения в размере 145 900 рублей, составит 49 606 рублей (145 900 х 1%/100 х 34 дня).

А с 26.10.2023 по день уточнения требований 25.03.2025 за 516 дней просрочки из расчета страхового возмещения в размере 72 950 рублей, составит 376 422 рублей (72 950 х 1%/100 х 516 дней).

Так с учетом произведенной выплаты неустойки в размере 49 606 рублей, неустойка за период с 22.09.2023 по 25.03.2025 в общем размере составит 376 422 рублей (376 422 руб.+ 49 606 руб.) - 49 606 руб.

Между тем, при рассмотрении спора ответчиком СПАО «Ингосстрах» заявлено ходатайство о применении статьи 333 ГК Российской Федерации и уменьшении размера неустойки. 

Разрешая данное ходатайство, суд исходит из следующего. 

В силу пункта 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», применение статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ).

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).

Из приведенных правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что уменьшение неустойки производится судом исходя из оценки ее соразмерности последствиям нарушения обязательства, однако, такое снижение не может быть произвольным и не допускается без представления ответчиком доказательств, подтверждающих такую несоразмерность, а также без указания судом мотивов, по которым он пришел к выводу об указанной несоразмерности.

При этом снижение неустойки не должно влечь выгоду для недобросовестной стороны, особенно в отношениях коммерческих организаций с потребителями.

Кроме того, в отношении коммерческих организаций с потребителями, в частности, с потребителями финансовых услуг, законодателем специально установлен повышенный размер неустойки в целях побуждения исполнителей к надлежащему оказанию услуг в добровольном порядке и предотвращения нарушения прав потребителей.

Таким образом, учитывая конкретные обстоятельства дела, период невыполнения страховщиком своих обязательств перед потерпевшим, суд приходит к выводу, что оснований для применения ст.333 ГК РФ к начисленной неустойке не имеется.

При таких обстоятельствах, поскольку в установленный законом срок страховщик возложенные на него обязанности по выплате страхового возмещения в полном объеме не исполнил, восстановительный ремонт потерпевшему не произведен, не представлено доказательств наличия исключительных обстоятельств, позволяющих установить несоразмерность начисленной неустойки последствиям неисполнения обязательства, принимая во внимание поведения потребителя, который вынужден был обращаться за защитой своего права, суд считает обоснованным взыскать с СПАО «Ингосстрах» в пользу ФИО4 неустойку за нарушение сроков выплаты страхового возмещения в размере 376 422 рублей.

Также истцом заявлены требования о взыскании со страховой компании штрафа за неисполнение обязательств по выплате страхового возмещения.

Согласно статье 16.1 Закона об ОСАГО при удовлетворении судом требований потерпевшего - физического лица об осуществлении страховой выплаты суд взыскивает со страховщика за неисполнение в добровольном порядке требований потерпевшего штраф в размере пятидесяти процентов от разницы между совокупным размером страховой выплаты, определенной судом, и размером страховой выплаты, осуществленной страховщиком в добровольном порядке (пункт 3).

Страховщик освобождается от обязанности уплаты неустойки (пени), суммы финансовой санкции и (или) штрафа, если обязательства страховщика были исполнены в порядке и в сроки, которые установлены данным федеральным законом, а также если страховщик докажет, что нарушение сроков произошло вследствие непреодолимой силы или по вине потерпевшего (пункт 5).

Из содержания приведенных выше норм права следует, что невыплата страховщиком суммы страхового возмещения по истечении срока, установленного пунктом 21 статьи 12 Закона об ОСАГО, уже свидетельствует о несоблюдении срока осуществления страховой выплаты, а штраф установлен за неисполнение страховщиком в добровольном порядке требований потерпевшего.

Поскольку судом установлен факт неисполнение страховщиком в добровольном порядке требований потерпевшего, требования истца о взыскании недоплаченного страхового возмещения с ответчика удовлетворены, в связи с чем суд приходит к выводу, что требования о взыскании штрафа также являются обоснованными и подлежащими удовлетворению. Размер подлежащего взысканию штрафа составит 43 900 рублей (72 950 рублей - недоплаченное страховое возмещение + УТС 14 850 рублей/2).

В нарушение части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ответчиком не представлено доказательств, подтверждающих несоразмерность штрафа последствиям нарушения обязательства, наличие исключительных обстоятельств, позволяющих применить положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и снизить размер штрафа, не установлено. Общий размер начисленного штрафа соразмерен объему нарушенного права. Применение ст.333 Гражданского кодекса Российской Федерации является правом, а не обязанностью суда. 

Таким образом, суд полагает, что правовые основания для снижения размера штрафа с применением положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствуют.

Разрешая требования истца о взыскании компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 № 31, отношения по обязательному страхованию гражданской ответственности владельцев транспортных средств регулируются, в том числе Законом Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» в части, не урегулированной специальными законами.

Согласно статье 15 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом) или организацией, выполняющей функции изготовителя (продавца) на основании договора с ним, прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.

Из разъяснений, изложенных в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», следует, что при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Поскольку факт нарушения ответчиком прав ФИО4 как потребителя страховых услуг установлен в ходе судебного разбирательства, суд находит заявленные истцом требования в данной части обоснованными и определяет размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика СПАО «Ингосстрах», в размере 1 000 рублей, что, по мнению суда, будет отвечать принципам соразмерности и справедливости. 

Руководствуясь приведенными выше положениями статей 15, 393, 397 Гражданского кодекса Российской Федерации, которые исходят из принципа возмещения убытков в полном объеме кредитору, в случае ненадлежащего исполнения обязательств в натуре должником, ввиду отсутствия, как установлено в ходе судебного разбирательства, обстоятельств, в силу которых у страховщика отсутствовали основания к исполнению обязательств по выплате страхового возмещения в приоритетной форме в виде организации восстановительного ремонта, суд приходит к выводу, что по вине страховщика у истца возникли убытки в размере полной стоимости восстановительного ремонта автомобиля по рыночным ценам, поскольку самостоятельно он сможет осуществить ремонт именно по этим ценам (в отличие от страховщика, который в силу своего статуса мог организовать ремонт по ценам в соответствии с Единой методикой), и именно эта стоимость будет достаточной для полного восстановления транспортного средства и восстановления нарушенных прав истца.

Учитывая изложенное, суд считает необходимым взыскать в пользу ФИО4 со СПАО «Ингосстрах» в счет возмещения убытков, причиненных в результате дорожно-транспортного происшествия 57 200 руб. (406 200 руб. (рыночная стоимость транспортного средства определенной на основании судебной экспертизы) – 291 800 руб. (стоимости восстановительного ремонта транспортного средства без учета износа комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов) определенной на основании заключения ответчика /2 с учетом степени вины). 

В соответствии со ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, пропорционально удовлетворенным исковым требованиям 

При обращении в суд истцом понесены почтовые расходы в размере 7 000 рублей, почтовые расходы в размере 206 рублей, что подтверждается квитанциями об оплате.

Учитывая, что несение данных расходов обусловлено необходимостью предъявления иска, данные расходы подлежат взысканию с ответчика СПАО «Ингосстрах» в пользу ФИО4 с учетом степени вины 50%, пропорционально удовлетворенной части исковых требований в размере 3 500 рублей расходы за составление отчета (7 000 руб./2), почтовые расходы в размере 103 рубля (206 руб. / 2). 

В соответствии с ч. 3 ст. 95 ГПК РФ эксперты получают вознаграждение за выполненную ими по поручению суда работу, если эта работа не входит в круг их служебных обязанностей в качестве работников государственного учреждения. Размер вознаграждения экспертам определяется судом по соглашению со сторонами и по соглашению с экспертами.

В рамках рассмотрения спора судом была назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено эксперту ИП ФИО1, расходы за проведение которой возложены судом по 1, 2 вопросам на истца ФИО4, по 3,4,5 вопросам на ответчика СПАО «Ингосстрах».

Стоимость экспертизы составила 70 000 рублей, что подтверждается счетом от 03.12.2024 года.

Из представленной копии квитанции СПАО «Ингосстрах» 13.12.2024 произведена оплата судебной экспертизы на счет эксперта в размере 35 000 рублей, что подтверждается платежным поручением № от 13.12.2024, сведений по оплате оставшейся части стоимости экспертизы в материалах дела нет. 

Следовательно, вопрос о возмещении расходов на экспертизу должен быть разрешен при постановке данного решения суда.

Поскольку решение суда состоялось в пользу истца частично -50%, судебные расходы по оплате судебной экспертизы в размере 35 000 рублей, подлежат взысканию с ФИО4 в пользу эксперта ИП ФИО1

В соответствии со ст.103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. 

В связи с чем, с ответчика СПАО «Ингосстрах» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 5 350 рублей в бюджет МО город Оренбург.

Руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО4 к Страховому публичному акционерному обществу «Ингосстрах», ФИО7, о взыскании суммы недоплаченной суммы страхового возмещения, неустойки, штрафа, компенсации морального вреда, убытков, причиненных в результате дорожно-транспортного происшествия, удовлетворить частично.

Взыскать со Страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт серия № №, сумму недоплаченного страхового возмещения в размере 72 950 руб., величину утраты товарной стоимости автомобиля в размере 14 850 руб., штраф в размере 43 900 руб., компенсацию морального вреда в размере 1 000 руб., неустойку за период с 22.09.2023 по 25.03.2025 в размере 326 820 руб., убытки, причиненные в результате дорожно-транспортного происшествия в размере 57 200 руб., расходы по оплате услуг эксперта в размере 3 500 руб., почтовые расходы в размере 103 руб. 

В удовлетворении остальной части исковых требований – отказать. 

В удовлетворении исковых требований ФИО4 к ФИО7 о взыскании суммы недоплаченной суммы страхового возмещения, неустойки, штрафа, компенсации морального вреда, убытков, причиненных в результате дорожно-транспортного происшествия, отказать.

Взыскать со Страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход бюджета муниципального образования «город Оренбург» государственную пошлину в размере 5 350 руб.

Взыскать с ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт серия № №, в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1, 

<

данные изъяты> расходы по оплате судебной экспертизы в размере 35 000 руб.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Центральный районный суд г.Оренбурга в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме.

Судья Ю.А. Малофеева

В окончательной форме решение принято 04.04.2025 года.

Судья Ю.А. Малофеева