Дело №2-26/2018

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

пгт. Каа-Хем 17 октября 2018 года

Кызылский районный суд Республики Тыва в составе председательствующего Монгуша В.Б., при секретаре Кыргыс Б.В., с участием истца С.К.А.., его представителя ФИО5, ответчика К.А.О.., его представителя ФИО6, третьего лица ФИО3., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску С.К.А. к К.А.О. о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда, причиненных в результате дорожно-транспортного происшествия,

установил:

С.К.А. обратился в суд с иском к К.А.О. о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда, причиненных в результате дорожно-транспортного происшествия, указывая на то, что ДД.ММ.ГГГГ около 21 часа 10 минут, на 

<

данные изъяты>, по вине ответчика, управлявшего автомобилем марки 

<

данные изъяты>, произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого был поврежден автомобиль 

<

данные изъяты>, находившийся под управлением ФИО2, собственником которого является истец. Вина ответчика подтверждается административным материалом. В связи с отсутствием у виновника дорожно-транспортного происшествия полиса ОСАГО правоотношения по возмещению вреда, причиненного в результате происшествия, не входят в предмет Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств». Согласно заключению эксперта стоимость ремонта автомобиля без учета износа составила 

<

данные изъяты>, с учетом износа деталей, подлежащих замене, составила 

<

данные изъяты>. Также ему был причинен моральный вред, выразившийся в нарушение покоя и сна. Кроме этого им понесены расходы на оплату стоимости юридических услуг. Просит взыскать с ответчика стоимость восстановительного ремонта автомобиля в размере 

<

данные изъяты>, компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты>, также расходы на оплату услуг независимой экспертизы в размере 

<

данные изъяты>, на оплату услуг представителя в размере 

<

данные изъяты>, на оплату услуг эвакуатора в размере 

<

данные изъяты>.

Истец С.К.А., и его представитель ФИО5 поддержали исковое заявление в полном объеме, при этом пояснили, что вина ответчика в дорожно-транспортном происшествии установлена, вступившим в законную силу постановлением по делу об административном правонарушении, и поэтому на нем лежит ответственность по возмещению истцу стоимости восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства. Вина ответчика в дорожно-транспортном происшествии состоит в неподаче сигнала поворота, перед тем как выполнить поворот налево. Вина ФИО2 в нарушении Правил дорожного движения не была установлена сотрудниками ГИБДД.

Ответчик К.А.О. и его представитель ФИО6 исковые требования не признали и пояснили, что, несмотря на наличие постановления по делу об административном правонарушении, которым К.А.О. признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.14 КоАП РФ, повлекшего столкновение, вина ответчика в дорожно-транспортном происшествии отсутствует, так как перед выполнением поворота налево К.А.О. заблаговременно подал сигнал поворота налево и затем стал выполнять этот маневр, также перед выполнением маневра в боковом зеркале заднего вида наблюдал, что сзади едет автомашина с включенным дальним светом. Затем во время поворота внезапно произошел удар в левую заднюю часть. Третье лицо ФИО2, ехавший на автомашине истца за автомобилем ответчика, несмотря на включенный сигнал поворота начал совершать обгон и поэтому произошло столкновение автомашин. Эти обстоятельства видны на видеозаписи, исследованной в судебном заседании, в частности видно, что сигнал поворота был подан. Считают, что в данном случае ФИО2 был нарушен пункт 11.2 Правил дорожного движения, при включенном сигнале поворота налево у впереди едущей автомашины, он должен был объехать его с левой стороны, а не совершать обгон.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований, ФИО2 в судебном заседании показал, что ответчик начал поворачивать налево, когда он начал совершать обгон, при этом сигнал поворота налево не дал. Вина К.А.О.. в дорожно-транспортном происшествии была установлена сотрудниками ГИБДД. С видеозаписью не согласен, сигнал поворота заметил после столкновения, у автомашины ответчика работал сигнал аварийной остановки. 

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО4 пояснив, что ответчик ему приходится зятем, показал, что в тот день на своей автомашине 

<

данные изъяты> ехал за автомашиной 

<

данные изъяты>, находившейся под управлением ответчика, и когда он проехал перекресток с.Ээрбек его автомашину на большой скорости обогнала автомашина Фольксваген. Через некоторое время увидел, что произошло дорожно-транспортное происшествие.

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО1 показал, что в тот день ехал с ответчиком в одной автомашине, в качестве пассажира, сидел на переднем пассажирском сидении. К.А.О. перед поворотом притормозил, и дал сигнал поворота, затем начал поворачивать и в это время произошло столкновение.

Выслушав лиц, участвующих в деле, и изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу пункта 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии со ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Обязательство вследствие причинения вреда возникает при наличии и совокупности следующих оснований: противоправного деяния (бездействия), наличие вреда, причинно - следственной связи между противоправным деянием и наступившими последствиями (вредом), вины лица, ответственного за убытки. Отсутствие одного из указанных оснований является основанием для отказа в возмещении вреда.

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ около 21 часа 10 минут, на 

<

данные изъяты> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием 

<

данные изъяты>, принадлежащего на праве собственности и находившегося под управлением К.А.О. и автомобиля марки 

<

данные изъяты>, принадлежащего на праве собственности С.К.А., находившего под управлением ФИО2.

Согласно постановлению по делу об административном правонарушении № от ДД.ММ.ГГГГ, вынесенного начальником ОГИБДД УМВД России по г.Кызылу ФИО9, данное ДТП произошло вследствие того, что К.А.О., в нарушение п. 8.1 ПДД РФ, предписывающего водителю транспортного средства, перед поворотом (разворотом) подать сигнал световыми указателями поворота соответствующего направления, не подал сигнал поворота налево и не уступил автомобилю 

<

данные изъяты>, тем самым допустил с ним столкновение.

На момент дорожно-транспортного происшествия автогражданская ответственность ответчика как владельца автомобиля 

<

данные изъяты> не была застрахована.

Согласно п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

По смыслу абзаца 2 п.3 ст.1079 ГК РФ, обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате взаимодействия источников повышенной опасности, должна быть возложена на лицо, владеющее источником повышенной опасности на праве собственности, и по вине которого произошло ДТП.

Истец, в обоснование своих доводов о виновности К.А.О.. в причинении вреда ему имуществу, ссылается на вышеназванное постановление по делу об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ, полагая, что обстоятельства, установленные этим постановлением не подлежат повторному доказыванию.

Между тем, в силу ст.61 ГПК РФ доказыванию не подлежат лишь обстоятельства: признанные судом общеизвестными; установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, в котором участвуют те же лица; установленные вступившим в законную силу решением арбитражного суда, если лица участвовали в деле, которое было разрешено арбитражным судом; вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом; также обстоятельства, подтвержденные нотариусом при совершении нотариального действия, не требуют доказывания, если подлинность нотариально оформленного документа не опровергнута в порядке, установленном статьей 186 настоящего Кодекса, или не установлено существенное нарушение порядка совершения нотариального действия.

Таким образом, наличие вступившего в законную силу постановления по делу об административном правонарушении, вынесенного должностным лицом полиции, не предопределяет виновность К.А.О.. в причинении вреда имуществу истца, и его обязанность по возмещению вреда, то есть в данном случае на истце лежит обязанность по доказыванию наличия вины ответчика в причинении вреда его имуществу и его обязанность по возмещению причиненного вреда.

Кроме постановления по делу об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ, которым К.А.О. признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.14 КоАП РФ, и пояснений третьего лица, истец суду не представил доказательства, подтверждающие виновность К.А.О.. в причинении вреда его имуществу.

Ответчик, в подтверждение своих доводов, о том, что перед выполнением поворота налево заблаговременно подал сигнал поворота налево и затем стал выполнять этот маневр, представил видеозапись произведенную камерой видеофиксации, расположенной над дорогой.

Суд признает представленную видеозапись допустимым доказательством по делу, и считает объективно отражающим обстоятельства дорожно-транспортного происшествия.

Исследование в судебном заседании видеозаписи показало, что на записи видны 2 автомашины с включенными световыми приборами, движущиеся в попутном направлении, навстречу направлению видеозаписи. Далее, впереди едущая автомашина марки 

<

данные изъяты> начала принимать крайнее левое положение на полосе движения, то есть выполнять маневр, затем стала выполнять маневр поворот налево, а едущая сзади легковая автомашина, после начала выполнения впереди едущей автомашиной маневра перестроение и поворота налево, выехала на встречную полосу и начал выполнять маневр обгон. Далее происходит столкновение двух автомашин. После столкновения двух автомашин автомашина 

<

данные изъяты> остановилась на проезжей части дороги, а легковая автомашина выехала на прилегающую дорогу. После остановки автомашины 

<

данные изъяты>, в области передней левой фары наблюдается мигание, характерные для сигнала поворота.

Стороны не оспаривали, что на видеозаписи зафиксированы именно их автомашины и момент дорожно-транспортного происшествия, имевшего место ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с пунктами 8.2. и 8.5. Правил дорожного движения подача сигнала указателями поворота или рукой должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра и прекращаться немедленно после его завершения (подача сигнала рукой может быть закончена непосредственно перед выполнением маневра). Перед поворотом направо, налево или разворотом водитель обязан заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении, кроме случаев, когда совершается поворот при въезде на перекресток, где организовано круговое движение.

По результатам просмотра видеозаписи суду достоверно убедится в факте подачи водителем автомашины 

<

данные изъяты>, то есть К.А.О., перед маневром сигнала поворота налево, не представилось возможным, ввиду начала осуществления записи непосредственно перед выполнением водителями маневров и скоротечности этих маневров. Однако суд констатирует, что после остановки автомашины 

<

данные изъяты>, в области его передней левой фары наблюдается мигание, характерные для сигнала поворота. Данное обстоятельство также не может свидетельствовать о заблаговременной подаче К.А.О. сигнала поворота налево, тем более, что мигание происходит в передней части автомашины 

<

данные изъяты>, в то время как автомашина истца ехала сзади этой автомашины, а задняя часть автомашины 

<

данные изъяты> на видеозаписи невидно.

В то же время суд принимает во внимание показания свидетеля ФИО1 о том, что К.А.О. перед поворотом притормозил, и дал сигнал поворота, затем начал поворачивать.

Кроме этого суд, исследовав запись, установил, что выполнение маневров в виде занятия левого крайнего положения на проезжей части, предназначенной для движения по направлению своего движения, и поворот налево первым начал водитель автомашины 

<

данные изъяты> К.А.О., а водитель автомашины 

<

данные изъяты> ФИО2 свой маневр в виде выезда на встречную полосу и обгона начал выполнять после начала выполнения маневров, водителем впереди едущей автомашины.

Учитывая изложенное и позицию сторон о виновности противной стороны, суд приходит к выводу о том, что при данной дорожной ситуации главное значение имеет вопрос кто первым начал выполнять маневр.

Согласно п.11.1 Правил дорожного движения, прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения.

Проанализировав представленные сторонами доказательства, и с учетом вышеназванной нормы, также обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, суд приходит к выводу о том, что ФИО2 перед началом выполнения обгона не убедился в безопасности своего маневра, тогда как у него была объективная возможность убедиться в безопасности действия.

В данной ситуации не имеет значение вопрос, с какой скоростью двигался ФИО2 - № км/ч, № км/ч или выше, поскольку согласно п. п. 10.1 ПДД скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

В соответствии с п.10.1 Правил дорожного движения скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Из приведенной нормы Правил следует, что при выборе скорости движения, водитель должен учитывать не только установленные ограничения скорости, но и интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. При этом выбранная скорость движения должна обеспечивать водителю возможность остановки транспортного средства при возникновении опасности.

Согласно п.1.2 Правил дорожного движения под термином «опасность для движения» понимается ситуация, возникшая в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия.

По смыслу вышеприведенных положений Правил, опасность для движения следует считать возникшей в тот момент, когда водитель имел объективную возможность ее обнаружить.

Водитель, управляя транспортным средством, должен был руководствоваться требованиями п. 10.1 ПДД, отслеживать изменение дорожной обстановки, выбрать скорость движения, которая при возникновении опасности для движения позволяла ему избежать ДТП, что сделано ФИО2 не было.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что истцом убедительных доказательств подтверждающих противоправность деяния (бездействия) К.А.О.., также вины указанного лица, в причинении вреда его имуществу, суду не представлено, и в этой связи исковые требования подлежат отказу в их удовлетворении. Также не подлежат удовлетворению исковые требования о компенсации морального вреда, поскольку данные требования являются производными от основного требования.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194 - 199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

в удовлетворении искового заявления С.К.А. к К.А.О. о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда, причиненных в результате дорожно-транспортного происшествия отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Тыва в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Кызылский районный суд Республики Тыва.

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ (с учетом выходных дней – 20 и ДД.ММ.ГГГГ).

Председательствующий В.Б. Монгуш