31RS0024-01-2021-000213-15 Дело № 2-346/2021

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

29 марта 2021 года г.Шебекино 

Шебекинский районный суд Белгородской области в составе :

Председательствующего судьи Подрейко С.В.,

При секретаре Фоминой Н.С., 

С участием:

- прокурора Орловой Л.В., 

- ответчика ФИО1, его представителя ФИО2 (по заявлению),

hассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Поповой ФИО19, Поповой ФИО20, действующей в интересах ФИО21, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО22, ДД.ММ.ГГГГ рождения, о признании наследника недостойным, лишении права на выплату единовременного пособия и страховой суммы,

У с т а н о в и л :

ФИО3 и ФИО4, действующая в интересах ФИО23, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО24, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обратились в суд с иском к ФИО1 о признании его недостойным наследником после смерти сына ФИО25, и лишении его права на выплату единовременного пособия и страховой суммы в связи со смертью ФИО26 в период прохождения военной службы. 

В обоснование иска указали, что ДД.ММ.ГГГГ., в период прохождения военной службы по контракту умер ФИО27, ДД.ММ.ГГГГ г.р.

После смерти ФИО28 открылось наследство.

В соответствии с п. 2 ст. 5 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации» и частью 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» у семьи ФИО29 в том числе у его родителей, возникло право на получение единовременного пособия и страховой суммы.

В соответствии со статьей 1142 ГК РФ наследниками ФИО30 первой очереди является его мать ФИО3, отец ФИО1, несовершеннолетние дети ФИО31. и ФИО32., законным представителем которых является их мать ФИО4 

Решением Свердловского районного народного суда Белгородской области от 20 марта 1984 г. ФИО1 был обязан выплачивать алименты на содержание несовершеннолетнего сына ФИО33. в размере 1/4 всех видов заработка.

Однако, ФИО1 при жизни сына и до его совершеннолетия не занимался его воспитанием, материально не содержал, своих обязанностей родителя не осуществлял, не поддерживал никаких родственных связей с сыном, не общался с ним и не интересовался его судьбой. Более того, вел аморальный образ жизни, привлекался по нескольким статьям к уголовной ответственности, в связи с чем отбывал соответствующее наказание в исправительном учреждении пенитенциарной системы РФ. В том числе, в связи со злостным уклонением от уплаты алиментов в отношении ФИО1 20 декабря 1994 г. Шебекинским районным судом Белгородской области поднимался вопрос о возбуждении уголовного дела по статье 122 УК РФ В целях предотвращения возбуждения уголовного делопроизводства по заявлению ФИО3 от 6 марта 1995 г. исполнительный лист по гражданскому делу о выплате алиментов был отозван.

В судебном заседании 23.04.2021 года истец ФИО3 поддержала заявленные требования. Пояснила, что состояла в браке с ФИО1 с 1977 года до 18.02.1981 года. 12.04.1978 года у них родился сын ФИО34. В период совместного проживания у ответчика был твердый и жестокий характер. Неоднократно он применял к ней насилие. В 1981 году она вступила в брак с ФИО35., который воспитывал ФИО36 и которого последний называл отцом. ФИО1 был осужден к лишению свободы. После освобождения он приходил к сыну в начальную школу. ФИО37 говорил, что ответчик ничего ему не приносил. Какая связь была у ответчика с сыном в старшем возрасте, ей не известно. ФИО38 об этом никогда не говорил. Алименты на содержание сына ФИО1 не выплачивал с 1984 года по 1995 год. Получив заявление ответчика от 06.05.1995 года, во избежание его осуждения по ст.122 УК РФ, она отозвала исполнительный лист и больше его не предъявляла. ФИО1 никогда не было в их жизни. При поступлении сына в военный институт было указано, что сведения об отце не известны. Она же, со своей стороны, приложила все усилия для воспитания сына.

Истец ФИО4 в судебном заседании 23.04.2021 года поддержала заявленные ею в интересах несовершеннолетних ФИО39, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО40, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, требования. Пояснила, что состояла в браке с ФИО83. с 12.06.2003 года по 15.03.2016 года. Ни она, ни их общие дети с ФИО41. никогда не видели ФИО1 Когда она спрашивала у ФИО42. о его отце, он отвечал, что его воспитал другой человек. У нее сложилось впечатление, что ФИО43. не хотел общаться с отцом, и ему были не приятны разговоры о нем.

Ответчик ФИО1 иск не признал. Пояснил, что состоял в браке с ФИО3 с 1977 года в течение 2 лет. Ему стало известно, что у ФИО3 появился другой мужчина, ФИО44 При встрече с ФИО3 и ФИО45., последний спровоцировал его на насильственные действия, за что он был осужден к лишению свободы. В период его нахождения в местах лишения свободы по инициативе ФИО3 был расторгнут брак и изменена фамилия сына на фамилию матери. После условно-досрочного освобождения в 1982 году он встретил ФИО3 с ребенком, и сын сказал, что у него другой папа. Он приходил к ФИО50 в детский сад, приносил гостинцы. В 1 класс ФИО46 повели он и ФИО3 Одну из встреч с сыном увидела ФИО3 и сказала, если он придёт еще, она его «посадит». После этого он встречался с сыном втайне от ФИО3, в присутствии родного брата ФИО47 Давал ФИО48 деньги на карманные расходы, беседовал с ним. Он постоянно общался с сыном до его совершеннолетия, в период его обучения в 

<

данные изъяты> и в дальнейшем до его смерти. На день рождения он переводил сыну на телефон по 5000 руб., и они разговаривали. Поздравлял сына с Новым годом. Если тот не отвечал на звонок, всегда перезванивал. Общались с ФИО49 и его сын и дочь от второго брака. О смерти сына ему сообщил мужчина, который позвонил с сотового телефона сына на его телефон, представившись сослуживцем, 21.01.2021 года. Со слов сына ФИО3 высказывала недовольство по поводу их общения. 

С 1984 года до 1994 года он работал постоянно, выплачивал алименты на содержание сына. В 1994 году был сокращен с работы, о чем сообщил ФИО3 После этого он работал неофициально вначале в 

<

данные изъяты>, затем в 

<

данные изъяты>. Денежные средства на содержание сына передавал ФИО3 наличными либо перечислял по почте. Никаких претензий по этому поводу от ФИО3 не было. Заявление судебному приставу в 1995 году написал под ее диктовку. 

Он намерен отказаться от наследства после смерти сына в пользу его детей. Претендует на получение страховых выплат, которые впоследствии также намерен передать внукам.

Представители третьих лиц Министерства Обороны РФ и ОАО «ВСК-Линия жизни» в судебное заседание не явились. О месте и времени судебного разбирательства извещены. Дело рассмотрено в их отсутствие. 

Выслушав участников процесса, заключение прокурора об отсутствии оснований для удовлетворения иска, исследовав представленные доказательства, письменные позиции сторон, суд находит заявленные ФИО3 и ФИО4 требования не подлежащими удовлетворению. 

Установлено и следует из материалов дела, что ФИО3 и ФИО1 с 1977 г. состояли в браке, который расторгнут в феврале 1981 года (л.д. 91-92)

ФИО3 и ФИО1 являются родителями ФИО51, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д.10).

ФИО52 и Попова ФИО53 состояли в браке до 16.02.2016 года, в браке родились дети – ФИО55, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО56 ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

ФИО57 умер ДД.ММ.ГГГГ года (л.д. 12)

Согласно справке подразделения кадров, смерть ФИО58. наступила в период прохождения им военной службы по контракту. (л.д.15-16)

После смерти ФИО59 открылось наследство.

Согласно копии наследственного дела, представленного нотариусом Балашихинского нотариального округа Московской области, с заявлениями о принятии наследства обратились мать ФИО3 и ФИО62., действующая в интересах несовершеннолетних ФИО60, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО61, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

В соответствии с п. 2 ст. 1117 Гражданского кодекса Российской Федерации, по требованию заинтересованного лица суд отстраняет от наследования по закону граждан, злостно уклонявшихся от выполнения лежавших на них в силу закона обязанностей по содержанию наследодателя.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", при рассмотрении требований об отстранении от наследования по закону в соответствии с пунктом 2 статьи 1117 Гражданского кодекса Российской Федерации судам следует учитывать, что указанные в нем обязанности по содержанию наследодателя, злостное уклонение от выполнения которых является основанием для удовлетворения таких требований, определяются алиментными обязательствами членов семьи, установленными Семейным кодексом Российской Федерации между родителями и детьми, супругами, братьями и сестрами, дедушками и бабушками и внуками, пасынками и падчерицами и отчимом и мачехой.

Граждане могут быть отстранены от наследования по указанному основанию, если обязанность по содержанию наследодателя установлена решением суда о взыскании алиментов. Такое решение суда не требуется только в случаях, касающихся предоставления содержания родителями своим несовершеннолетним детям.

Суд отстраняет наследника от наследования по указанному выше основанию, при доказанности факта его злостного уклонения от исполнения обязанностей по содержанию наследодателя, который может быть подтвержден приговором суда об осуждении за злостное уклонение от уплаты средств на содержание детей или нетрудоспособных родителей, решением суда об ответственности за несвоевременную уплату алиментов, справкой судебных приставов-исполнителей о задолженности по алиментам, другими доказательствами. В качестве злостного уклонения от выполнения указанных обязанностей могут признаваться не только непредставление содержания без уважительных причин, но и сокрытие алиментов обязанным лицом действительного размера своего заработка и (или) дохода, смена им места работы или места жительства, совершение иных действий в этих же целях (ч. 3 п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 N 9 "О судебной практике по делам о наследовании").

Решением Свердловского районного народного суда Белгородской области от 20 марта 1984 г. с ФИО1 в пользу ФИО3 взысканы алименты на содержание сына ФИО63, по 1/4 части всех видов заработка, ежемесячно, начиная с 01.03.1984 года и до его совершеннолетия (л.д.91-92).

В исполнительном листе, выданном на основании указанного решения суда, имеются отметки о произведенных удержаниях в счет уплаты алиментов за период с июля 1984 года по ноябрь 1985 года. (л.д.17-20)

Кроме того, ответчиком представлена архивная справка о произведенных удержаниях из заработной платы в период его работы в ФГУП «Шебекинское пассажирское автотранспортное предприятие» с октября 1984 года по июнь 1987 года, а также архивная справка филиала ОАО «РЖД» об удержаниях из заработной платы за период с августа 1986 года по май 1994 года. (л.д.104-106)

Согласно записи в трудовой книжке, в апреле 1994 года ФИО1 был уволен с должности составителя поездов 

<

данные изъяты>.

В письме судебного пристава-исполнителя от 20.12.1994 года, адресованном ФИО5 указано, что ФИО1 не в состоянии платить алименты, предупрежден судом по ст.122 УК РФ об уголовной ответственности, и предложено подать заявление о возбуждении уголовного дела, либо исполнительный лист будет возвращен без исполнения до времени трудоустройства ФИО1 (л.д.21)

06.03.1995 года ФИО1 подано в Шебекинский суд заявление с просьбой ФИО3 отозвать исполнительный лист о взыскании алиментов, так как он сокращен и не в состоянии выплачивать алименты. (л.д.22)

Согласно отметке в исполнительном листе, он возвращен взыскателю по ее заявлению 06.03.1995 года

Однако, само по себе отсутствие письменных доказательств предоставления ФИО1 денежных средств на содержание сына в период с июня 1994 года по апрель 1996 года (то есть до совершеннолетия наследодателя) не свидетельствует о злостном уклонении ответчика от уплаты алиментов, поскольку наличие задолженности по алиментам также должно быть подтверждено доказательствами, которые в материалах дела отсутствуют.

Свидетель ФИО64 супруга ответчика, подтвердила в судебном заседании доводы ФИО1, что в с 1994 года он работал неофициально и предоставлял денежные средства как на содержание их общей дочери, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, так и сына ФИО65 от первого брака. Матери ребенка денежные средства либо передавались на руки, либо перечислялись по почте.

Таким образом, обстоятельств, позволяющих сделать вывод о том, что ФИО1 является недостойным наследником, что он злостно уклонялся от исполнения лежавших на нем в силу закона обязанностей по содержанию наследодателя, что явилось бы основанием для отстранения его от наследования, не установлено. Объективных доказательств злостного уклонения ответчика от выполнения обязанностей по содержанию наследодателя в несовершеннолетнем возрасте не представлено, к уголовной ответственности за неуплату алиментов ответчик привлечен не был, нет решений суда об ответственности ответчика за несвоевременную уплату алиментов, нет данных о наличии у ответчика задолженности по уплате алиментов.

Российская Федерация - это социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. В Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей, устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развивается система социальных служб, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты (статья 7 Конституции Российской Федерации). Каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 39 Конституции Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 969 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что в целях обеспечения социальных интересов граждан и интересов государства законом может быть установлено обязательное государственное страхование жизни, здоровья и имущества государственных служащих определенных категорий. Обязательное государственное страхование осуществляется за счет средств, выделяемых на эти цели из соответствующего бюджета министерствам и иным федеральным органам исполнительной власти (страхователям).

Обязательное государственное страхование осуществляется непосредственно на основании законов и иных правовых актов о таком страховании указанными в этих актах государственными страховыми или иными государственными организациями (страховщиками) либо на основании договоров страхования, заключаемых в соответствии с этими актами страховщиками и страхователями (пункт 2 статьи 969 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 статьи 1 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих" военнослужащие обладают правами и свободами человека и гражданина с некоторыми ограничениями, установленными названным федеральным законом, федеральными конституционными законами и федеральными законами. На военнослужащих возлагаются обязанности по подготовке к вооруженной защите и вооруженная защита Российской Федерации, которые связаны с необходимостью беспрекословного выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе с риском для жизни. В связи с особым характером обязанностей, возложенных на военнослужащих, им предоставляются социальные гарантии и компенсации.

Военнослужащие и граждане, призванные на военные сборы, подлежат обязательному государственному личному страхованию за счет средств федерального бюджета. Основания, условия и порядок обязательного государственного личного страхования указанных военнослужащих и граждан устанавливаются федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (пункт 1 статьи 18 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих").

Условия и порядок осуществления обязательного государственного страхования жизни и здоровья военнослужащих и иных приравненных к ним лиц определены в Федеральном законе от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации" (далее - Федеральный закон от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ).

Исходя из положений статьи 1 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ к застрахованным лицам по обязательному государственному страхованию относятся и военнослужащие, за исключением военнослужащих, военная служба по контракту которым в соответствии с законодательством Российской Федерации приостановлена.

В случае смерти (гибели) застрахованного лица выгодоприобретателями по обязательному государственному страхованию являются в том числе родители (усыновители) застрахованного лица (абзац третий пункта 3 статьи 2 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ).

В статье 4 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ названы страховые случаи при осуществлении обязательного государственного страхования военнослужащих и приравненных к ним лиц, среди них гибель (смерть) застрахованного лица в период прохождения военной службы, службы, военных сборов.

В статье 5 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ определены страховые суммы, выплачиваемые выгодоприобретателям.

Так, согласно абзацу второму пункта 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ в случае гибели (смерти) застрахованного лица в период прохождения военной службы, службы или военных сборов либо до истечения одного года после увольнения с военной службы, со службы, после отчисления с военных сборов или окончания военных сборов вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в период прохождения военной службы, службы или военных сборов, выгодоприобретателям в равных долях выплачивается сумма в размере 2 000 000 руб.

Размер указанных сумм ежегодно увеличивается (индексируется) с учетом уровня инфляции в соответствии с федеральным законом о федеральном бюджете на очередной финансовый год и плановый период. Решение об увеличении (индексации) страховых сумм принимается Правительством Российской Федерации. Указанные страховые суммы выплачиваются в размерах, установленных на день выплаты страховой суммы (абзац девятый пункта 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ).

Федеральным законом от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат" (далее - Федеральный закон от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ) также установлены отдельные виды выплат в случае гибели (смерти) военнослужащих.

В случае гибели (смерти) военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, либо его смерти, наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных им при исполнении обязанностей военной службы, до истечения одного года со дня увольнения с военной службы (отчисления с военных сборов или окончания военных сборов), членам семьи погибшего (умершего) военнослужащего или гражданина, проходившего военные сборы, выплачивается в равных долях единовременное пособие в размере 3 000 000 рублей (часть 8 статья 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ).

В соответствии с положениями части 9 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ в случае гибели (смерти) военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, либо смерти, наступившей вследствие военной травмы, каждому члену его семьи выплачивается ежемесячная денежная компенсация.

Согласно пункту 2 части 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ членами семьи военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, или инвалида вследствие военной травмы, имеющими право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 данной статьи, и ежемесячной денежной компенсации, установленной частями 9 и 10 этой же статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности считаются в том числе родители военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, или инвалида вследствие военной травмы.

Военная служба, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах; лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции: военнослужащий принимает на себя бремя неукоснительно, в режиме жесткой военной дисциплины исполнять обязанности военной службы, которые предполагают необходимость выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья.

Этим определяется особый правовой статус военнослужащих, проходящих военную службу как по призыву, так и в добровольном порядке по контракту, содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним и их обязанностей по отношению к государству, что - в силу Конституции Российской Федерации, в частности ее статей 2, 7, 39 (части 1 и 2), 41 (часть 1), 45 (часть 1), 59 (части 1 и 2) и 71 (пункты "в", "м"), - обязывает государство гарантировать им материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью в период прохождения военной службы (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2002 г. N 17-П, от 20 октября 2010 г. N 18-П, от 17 мая 2011 г. N 8-П, от 19 мая 2014 г. N 15-П, от 17 июля 2014 г. N 22-П, от 19 июля 2016 г. N 16-П).

Публично-правовой механизм возмещения вреда, причиненного гибелью (смертью) военнослужащего, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, в том числе по призыву, членам его семьи в настоящее время включает в себя, в частности, пенсионное обеспечение в виде пенсии по случаю потери кормильца, назначаемой и выплачиваемой в соответствии с пенсионным законодательством Российской Федерации (пункт 1 статьи 25 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих"), и страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих (пункт 3 статьи 2, статья 4 и пункт 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации").

К элементам публично-правового механизма возмещения вреда, причиненного членам семьи военнослужащего в связи с его гибелью (смертью) при исполнении обязанностей военной службы, относятся и такие меры социальной поддержки, как единовременное денежное пособие и ежемесячная денежная компенсация, предусмотренные частями 8 - 10 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат".

При определении круга членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на названные выплаты, федеральный законодатель, действуя в рамках своих дискреционных полномочий, исходил, в частности, из целевого назначения данных выплат, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание.

Таким образом, установленная федеральным законодателем система социальной защиты членов семей военнослужащих направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь.

Такое правовое регулирование, гарантирующее родителям военнослужащих, названные выплаты, имеет целью не только восполнить связанные с этим материальные потери, но и выразить от имени государства признательность гражданам, вырастившим и воспитавшим достойных членов общества - защитников Отечества (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 г. N 22-П, от 19 июля 2016 г. N 16-П).

Из приведенных нормативных положений и правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законодатель, гарантируя военнослужащим, выполняющим конституционно значимые функции, связанные с обеспечением обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан, материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью, установил и систему мер социальной поддержки членов семьи военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы. К числу таких мер относятся страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих, единовременное денежное пособие, ежемесячная денежная компенсация, которые подлежат выплате в том числе родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) при исполнении обязанностей военной службы. Цель названных выплат - компенсировать лицам, в данном случае родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили достойного защитника Отечества, нравственные и материальные потери, связанные с его смертью.

Исходя из целей названных выплат, а также принципов равенства, справедливости и соразмерности, принципа недопустимости злоупотребления правом как общеправового принципа, выступающих в том числе критериями прав, приобретаемых на основании закона, указанный в нормативных правовых актах, в данном случае в статье 5 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ и в статье 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ, круг лиц, имеющих право на получение мер социальной поддержки в случае смерти военнослужащего, среди которых родители такого военнослужащего, не исключает различий в их фактическом положении и учета при определении наличия у родителей погибшего военнослужащего права на меры социальной поддержки в связи с его гибелью их действий по воспитанию, физическому, умственному, духовному, нравственному, социальному развитию и материальному содержанию такого лица и имеющихся между ними фактических родственных и семейных связей.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Конвенция о правах ребенка (одобрена Генеральной Ассамблеей ООН 20 ноября 1989 г.) возлагает на родителя (родителей) или других лиц, воспитывающих ребенка, основную ответственность за обеспечение в пределах своих способностей и финансовых возможностей условий жизни, необходимых для его развития (пункт 1 статьи 18, пункт 2 статьи 27).

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Забота о детях, их воспитание - равное право и обязанность родителей (часть 2 статьи 38 Конституции Российской Федерации).

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 61 Семейного кодекса Российской Федерации родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей (родительские права).

Родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей. Родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей (пункт 1 статьи 63 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет право на общение с ребенком, участие в его воспитании и решении вопросов получения ребенком образования (пункт 1 статьи 66 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет право на получение информации о своем ребенке из образовательных организаций, медицинских организаций, организаций социального обслуживания и аналогичных организаций. В предоставлении информации может быть отказано только в случае наличия угрозы для жизни и здоровья ребенка со стороны родителя. Отказ в предоставлении информации может быть оспорен в судебном порядке (пункт 4 статьи 66 Семейного кодекса Российской Федерации).

Согласно абзацу второму статьи 69 Семейного кодекса Российской Федерации родители (один из них) могут быть лишены родительских прав, если они уклоняются от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов.

Пунктом 1 статьи 71 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что родители, лишенные родительских прав, теряют все права, основанные на факте родства с ребенком, в отношении которого они были лишены родительских прав, в том числе право на получение от него содержания (статья 87 Кодекса), а также право на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 г. N 44 "О практике применения судами законодательства при разрешении споров, связанных с защитой прав и законных интересов ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью, а также при ограничении или лишении родительских прав" разъяснено, что Семейный кодекс Российской Федерации, закрепив приоритет в воспитании детей за их родителями, установил, что родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами ребенка; при осуществлении родительских прав родители не вправе причинять вред физическому и психическому здоровью детей, их нравственному развитию, а способы воспитания детей должны исключать пренебрежительное, жестокое, грубое, унижающее человеческое достоинство обращение, оскорбление или эксплуатацию детей (пункт 1 статьи 62, пункт 1 статьи 65 Семейного кодекса Российской Федерации). Родители, осуществляющие родительские права в ущерб правам и интересам ребенка, могут быть ограничены судом в родительских правах или лишены родительских прав (пункт 1 статьи 65, статья 69, статья 73 Семейного кодекса Российской Федерации) (абзацы первый, второй пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 г. N 44).

Лишение родительских прав является крайней мерой ответственности родителей, которая применяется судом только за виновное поведение родителей по основаниям, указанным в статье 69 Семейного кодекса Российской Федерации, перечень которых является исчерпывающим (абзац первый пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 г. N 44).

В соответствии со статьей 69 Семейного кодекса Российской Федерации родители (один из них) могут быть лишены судом родительских прав, если они уклоняются от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов.

Уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении.

Разрешая вопрос о том, имеет ли место злостное уклонение родителя от уплаты алиментов, необходимо, в частности, учитывать продолжительность и причины неуплаты родителем средств на содержание ребенка.

О злостном характере уклонения от уплаты алиментов могут свидетельствовать, например, наличие задолженности по алиментам, образовавшейся по вине плательщика алиментов, уплачиваемых им на основании нотариально удостоверенного соглашения об уплате алиментов или судебного постановления о взыскании алиментов; сокрытие им действительного размера заработка и (или) иного дохода, из которых должно производиться удержание алиментов; розыск родителя, обязанного уплачивать алименты, ввиду сокрытия им своего места нахождения; привлечение родителя к административной или уголовной ответственности за неуплату средств на содержание несовершеннолетнего (часть 1 статьи 5.35.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, часть 1 статьи 157 Уголовного кодекса Российской Федерации) (подпункт "а" пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 г. N 44).

Аналогичные положения содержались и в КоБС РСФСР, действовавшем на момент спорных правоотношений.

Из приведенных положений семейного законодательства в их взаимосвязи с нормативными предписаниями Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Конвенции о правах ребенка, а также разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что семейная жизнь предполагает наличие тесной эмоциональной связи между ее членами, в том числе между родителями и детьми, взаимную поддержку и помощь членов семьи, ответственность перед семьей всех ей членов. При этом основной обязанностью родителей в семье является воспитание, содержание, защита прав и интересов детей. Поскольку родители несут одинаковую ответственность за воспитание и развитие ребенка, данная обязанность должна выполняться независимо от наличия или отсутствия брака родителей, а также их совместного проживания. Невыполнение по вине родителей родительских обязанностей, в том числе по содержанию детей, их материальному обеспечению, может повлечь для родителей установленные законом меры ответственности, среди которых лишение родительских прав. В числе правовых последствий лишения родительских прав - утрата родителем (родителями) права на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

Таким образом, права родителя, в том числе на получение различных государственных пособий и выплат, основанных на факте родства с ребенком, не относятся к числу неотчуждаемых прав гражданина, поскольку законом предусмотрена возможность лишения гражданина такого права в случае уклонения от выполнения им обязанностей родителя.

Ввиду изложенного, а также с учетом требований добросовестности, разумности и справедливости, общеправового принципа недопустимости злоупотребления правом, целей правового регулирования мер социальной поддержки, предоставляемых родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) при исполнении обязанностей военной службы, направленных на возмещение родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили достойным защитником Отечества, нравственных и материальных потерь, связанных с его смертью, лишение права на получение таких мер социальной поддержки возможно при наличии обстоятельств, которые могли бы служить основаниями к лишению родителей родительских прав, в том числе в случае злостного уклонения родителя от выполнения своих обязанностей по воспитанию и содержанию ребенка.

Как указано выше, доказательств злостного уклонения ФИО1 от выполнения своих обязанностей по содержанию ребенка, не представлено.

Что касается доводов стороны истцом о неучастии ФИО1 в жизни сына в несовершеннолетнем возрасте, то ФИО3 не отрицала, что в начальной школе ФИО1 навещал ФИО66 и что об их встречах в старшем возрасте сын ей не рассказывал.

Свидетель ФИО67., родной брат ответчика, пояснил, что после освобождения из мест лишения свободы ФИО1 приезжал к сыну из г.Белгорода в г.Шебекино, встречался с ним в детском саду, школе. После того, как ФИО6 увидела, что ФИО1 общается с сыном и устроила скандал, угрожала, эти встречи регулярно, примерно 2 раза в неделю, до 15-16-летнего возраста ФИО68 происходили в его присутствии. 

Не опровергают факт общения ФИО1 и показания свидетеля стороны истцов, ФИО69., супруга родной сестры ФИО3

Свидетель пояснил, что со слов супруги, ФИО3, ФИО70. ему известно, что общения, как такового, между ФИО1 и сыном не было. ФИО71 говорил ему, что ФИО1 нашел его тогда, когда он был курсантом, и второй раз, когда он служил. Когда ФИО72. был в несовершеннолетнем возрасте, ФИО1 не принимал участие в воспитании и содержании ребенка. ФИО73. было не очень приятно общаться с отцом. 

Таким образом, стороной истцов не представлено и доказательств злостного уклонения ФИО1 от участия в воспитании сына. 

При том, что ребенок проживал с матерью, и между супругами сложились неприязненные отношения, ФИО1 встречался сыном в школе, а затем и в училище, куда ФИО74 поступил в семнадцатилетнем возрасте (л.д.15). 

Решение исполкома Свердловского районного Совета народных депутатов г.Белгорода от 22.04.1981 года, которым на основании заявления ФИО3 была изменена фамилия ФИО75. на фамилию матери с фамилии отца, мотивировано только фактом расторжения брака между родителями.

ФИО1, находившийся на дату принятия решения в местах лишения свободы (л.д.100), не мог повлиять на данное решение.

Факт общения между отцом и сыном до смерти последнего подтверждается и тем, что о смерти ФИО76. ФИО1 стало известно из телефонного разговора с сослуживцем ФИО77., который позвонил с телефона умершего.

Суд приходит к выводу об отсутствии исключительных оснований для лишения ФИО1 права на выплату единовременного пособия и страховой суммы в связи со смертью его сына ФИО78.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст.194–199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 

Р Е Ш И Л :

В удовлетворение исковых требований Поповой ФИО79, Поповой ФИО80, действующей в интересах несовершеннолетних ФИО81 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО82, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, о признании наследника недостойным, лишении права на выплату единовременного пособия и страховой суммы – отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение со дня его принятия в окончательной форме через Шебекинский районный суд, то есть с 05.04.2021 года.

Судья Подрейко С.В.

Решение05.04.2021