дело № 2-5-2017

ПРИГОВОР

 

именем Российской Федерации

13 марта 2017 года г. Чита

Забайкальский краевой суд в составе 

председательствующего судьи Лобынцева И.А.

с участием государственного обвинителя

помощника Читинского транспортного прокурора Балдановой Н.М.

потерпевшего И.

подсудимого ФИО1, 

адвоката, представившего

удостоверение № 200 и ордер № 088881 Воробья В.А., 

защитника, допущенного к участию

в деле наряду с адвокатом Корякиной Е.В., 

при секретаре Дармаевой Д.Б.

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении 

ФИО1, 

<

...>, ранее не судимого, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст.317 УК РФ, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 применил насилие, опасное для жизни и здоровья в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей. 

Преступление совершено в 

<

***> районе 

<

***> края при следующих обстоятельствах:

31 июля 2016 года в период времени с 1630 час. до 1730 час., на пляже турбазы АО «

<

ВРК>», расположенном на озере «

<

А>» мкр. «

<

***>» владение 

<

данные изъяты>, сотрудниками отдела по экономической безопасности и противодействия коррупции подразделения полиции по оперативно-розыскной деятельности 

<

***> линейного отдела МВД России на транспорте (ОЭБ и ПК 

<

***> ЛО), в ходе проведения оперативно-розыскного мероприятия «Проверочная закупка», был установлен факт незаконной предпринимательской деятельности ФИО1, который без разрешительных документов, не имея лицензии на перевозку пассажиров водным транспортом, за денежное вознаграждение, предоставлял услуги по катанию граждан на аттракционе «надувной банан», прицепленному к гидроциклу «SEA-DOO GTX-4», бортовой номер 

<

данные изъяты>. С целью пресечении дальнейших противоправных действий ФИО1 по предоставлению услуг аттракциона и привлечения его к административной ответственности по ч.1 ст.11.8, ч.2 ст.14.1 КоАП РФ, сотрудники ОЭБ и ПК 

<

***> ЛО С.1 и И., представились ФИО1 и попросили предъявить документы, дающие право на управление гидроциклом и на предоставление услуг водного аттракциона. В ответ на высказанные С.1 и И. требования, ФИО1 сообщил, что необходимые документы находятся на соседней базе отдыха и попытался на гидроцикле отъехать от берега. В этот момент оперуполномоченный ОЭБ и ПК 

<

***> ЛО И., назначенный на должность приказом начальника 

<

***> линейного управления МВД России на транспорте от 30 сентября 2015 года № 

<

данные изъяты>, являющийся должностным лицом федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, и на основании ст.ст. 1,2,12,13 Федерального закона № 3-ФЗ «О полиции» от 7 февраля 2011 года, являющийся представителем власти, в связи с исполнением своих должностных обязанностей, с целью проверки документов, дающих ФИО1 право на осуществление предпринимательской деятельности по предоставлению услуг водного аттракциона, в качестве пассажира сел на гидроцикл и предложил ФИО1 совместно с ним проехать на названную тем базу отдыха для проверки необходимых документов. ФИО1, желая избежать привлечения к административной ответственности за нарушение требований по предоставлению услуг водного аттракциона, действуя из мести к оперуполномоченному ОЭБ и ПК 

<

***> ЛО И., в связи с его участием в проведении ОРМ «Проверочная закупка», решил применить в отношении И. насилие, опасное для жизни и здоровья. С этой целью ФИО1 отъехал от берега и на расстоянии около 250 метров от береговой линии, высказал в адрес И. требования добровольно спрыгнуть с гидроцикла в озеро, угрожая в противном случае утоплением. После отказа И. выполнить предъявленные к нему требования, ФИО1, реализуя возникший умысел на применение к И. насилия, опасного для жизни и здоровья, осознавая, что И. является сотрудником полиции при исполнении служебных обязанностей, находится на гидроцикле без спасательного жилета на значительном удалении от берега на глубине, превышающей его рост, действуя из личных неприязненных отношений, возникших в связи с осуществлением И. своих служебных обязанностей, разогнал гидроцикл, одновременно совершая на нём крутые виражи в противоположные стороны, чем преследовал цель скинуть И. в озеро. В результате указанных действий, И. не имея возможности удержаться на сидении гидроцикла из-за резких маневров при высокой скорости движения, упал в озеро на расстоянии около 278 метров от берега и на глубине около 6 метров 92 сантиметров. Осознавая, что падение с гидроцикла на значительном расстоянии от берега при отсутствии спасательного жилета представляет для И. реальную опасность для жизни, поскольку не исключает возможность утопления, ФИО1 продолжил движение, скрывшись на гидроцикле с места преступления. В условиях отсутствия посторонней помощи, обладая непрофессиональными навыками плавания, И., сумел самостоятельно доплыть до берега. 

В судебном заседании подсудимый ФИО1, оспаривая обоснованность предъявленного ему обвинения, суду показал, что предпринимательской деятельностью по предоставлению услуг водного аттракциона не занимался. Отдыхая на озере и имея в собственности гидроцикл и «надувной банан», катал всех желающих, некоторые из них добровольно передавали ему деньги на бензин. Перед тем, как взять отдыхающего он интересовался, умеет ли тот плавать, поскольку не брал тех, кто плавать не умел. Когда незнакомый мужчина, представившийся сотрудником полиции, попросил предоставить документы на гидроцикл и удостоверение на право управления, он согласился выполнить это требование, но за документами необходимо было проехать на соседнюю базу. Тогда к нему на гидроцикл подсел другой мужчина, который до этого катался на «банане», как позже узнал – И., но о том, что тот также является сотрудником полиции, он не знал. По пути следования, в связи с естественным волнением озера и наличием волн, И. не удержался на гидроцикле и упал в воду, чего он сразу не заметил, а остановил гидроцикл спустя некоторое время после падения пассажира в озеро. Однако к тому времени И. самостоятельно плыл к берегу, поскольку расстояние от места падения до береговой линии не превышало 150 метров. По поведению И. было заметно, что тот не нуждается в посторонней помощи, поскольку уверенно плыл к берегу. Кроме того, он знал, что И. хорошо плавает, так как в тот день, во время катания на «надувном банане», помогал другим выбираться из воды, когда «банан» опрокидывался. Дождавшись, когда И. доплыл до берега, он завел гидроцикл и уехал на базу, где отдыхал со своей семьёй. Во время поездки с И., он резких и крутых виражей не совершал, в соответствии с требованиями по управлению гидроциклом осуществлял «подруливание» на волнах, а наблюдавшим с берега за движением гидроцикла людям, могло ошибочно показаться, что он совершает резкие повороты из-за характерного выброса воды, имеющегося при движении гидроцикла. Умысла на применение к сотруднику полиции насилия опасного для жизни и здоровья, а тем боле на совершение его убийства, у него не было. Потерпевший И. его оговаривает, утверждая, что он угрожал ему утоплением и умышленно сбросил с гидроцикла, что возможно обусловлено стремлением потерпевшего скрыть свои непрофессиональные действия при производстве оперативных мероприятий. Полагает себя виновным в том, что начал движение на гидроцикле не убедившись, что И. надел спасательный жилет, а во время движения не сразу заметил, что пассажир упал в воду. Однако указанные действия подлежат квалификации по ч.1 ст.318 УК РФ, а не по ст. 317 УК РФ, как указано в предъявленном ему обвинении. Не оспаривая право потерпевшего И. на компенсацию морального вреда, причиненного падением с гидроцикла в озеро, заявленную потерпевшим сумму в размере 

<

данные изъяты> руб. полагал завышенной. 

В ходе предварительного следствия, при даче показаний в качестве подозреваемого и обвиняемого, а так же в ходе проверки показаний на месте, ФИО1 указывал, что при движении гидроцикла, заклинил трос дросселя, в результате чего скорость движения резко увеличилась, а он, что бы освободить трос, стал подергивать руль вправо и влево, как ранее делал неоднократно и от этого гидроцикл стало «кидать» в разные стороны. В результате этих маневров И. упал в озеро, а он, заметив это, сразу же остановился и начал устранять неисправность. Когда закончил ремонт, то обнаружил, что И. уже доплыл до берега, а он сплавав за документами, вернулся на место, но сотрудников полиции уже не было. О том, что И. так же является полицейским, он не знал, поскольку тот не представлялся. Угроз утоплением в адрес И. он не высказывал (т.1 л.д.58-61; 98-101; 133-143). 

При проведении очных ставок со свидетелями С.1 и С.2, обвиняемый ФИО2 не оспаривал, что во время движения с И. совершал виражи на гидроцикле, при этом не знал, что И. являлся сотрудником полиции (т.2 л.д.51-54; 86-90). 

Процедуры допросов ФИО2 в ходе предварительного расследования, проведения очных ставок и проверки показаний на месте, проводились в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, с соблюдением гарантированных законом прав допрашиваемого, в том числе и права на защиту, реальное обеспечение которого гарантировалось участием избранного обвиняемым адвоката на всех следственных и процессуальных действиях, проводимых с участием ФИО1 

Оценивая показания подсудимого ФИО1 на стадии предварительного следствия и в судебном заседании, суд отмечает их непоследовательность и противоречивость и, с учетом заинтересованности подсудимого в исходе дела, правдивыми и достоверными признает его показания лишь в той части, в которой они не противоречат материалам дела и согласуются с другими доказательствами. 

Проведя судебное следствие, допросив потерпевшего и свидетелей, исследовав материалы уголовного дела, выслушав прения сторон и последнее слово подсудимого, суд приходит к выводу о виновности ФИО1 в совершении преступления, изложенного в описательной части приговора. 

Потерпевший И. суду показал, что являясь оперативным сотрудником ОЭБ и ПК 

<

***> ЛО МВД России на транспорте, 31 июля 2016 года, принимал участие в проведении ОРМ «Проверочная закупка» в отношении ФИО1, который на озере «

<

***>» оказывал отдыхающим услуги, не отвечающие требованиям безопасности. Выступая в качестве «закупщика» он катался на «надувном банане», который верёвкой был прикреплен к гидроциклу под управлением ФИО1 После того, как ФИО1 причалил к берегу, сотрудники полиции С.1 и С.2, сообщили ФИО1 о проведенном ОРМ, а он, предъявив служебное удостоверение, пояснил, что выступал в качестве «закупщика». В ответ ФИО1 сообщил о наличии у него необходимых документов, для предъявления которых необходимо проехать на соседнюю базе отдыха. Тогда, с целью проверки документов, он сел на гидроцикл к ФИО1, что бы совместно проехать на указанную тем базу. Отъехав от берега метров на двести, ФИО1 прекратил движение и сказал ему добровольно спрыгивать в озеро, в противном случае угрожал утопить. Когда он отказался это выполнять и потребовал отвезти его на берег, ФИО1 начал быстрый набор скорости на гидроцикле, сопровождая эти действия выполнением резких виражей в противоположные стороны. Желая удержаться на пассажирском месте, он пытался схватиться за спасательный жилет ФИО1, однако тот, резкими движениями тела скидывал его руки. В результате этих действий ФИО1, на очередном вираже он свалился в озеро, а «надувным бананом» его ещё и ударило по голове. Находясь в воде, он опасался, что ФИО1 направит на него гидроцикл, но тот уехал не останавливаясь. В это время на озере поднялась волна и он сразу не понял в какой стороне берег, но затем сориентировался и поплыл. Примерно минут через сорок он достиг берега, однако физически был сильно измотан, а кроме того, опасался за свою жизнь, поскольку имеет незначительные навыки плавания. В результате перенесенного стресса, он теперь испытывает страх перед отдыхом у природных водоёмов, в связи с чем, в счет компенсации морального вреда, просил взыскать с подсудимого 

<

данные изъяты> руб. 

Аналогично обстоятельства рассматриваемых событий, потерпевший И. излагал на предварительном следствии, в ходе очной ставки с ФИО2 (т.2 л.д. 46-50), подтвердив эти же обстоятельства при проверке показаний на месте, проводившейся 16 августа 2016 года, в ходе которой указал примерное место, на расстоянии 278 метров от береговой линии и глубиной 6м.92см., где ФИО1 сбросил его с гидроцикла. Протокол и видеозапись данного следственного действия были исследованы в ходе судебного следствия (т.1 л.д. 144-155). 

В соответствии с приказом начальника 

<

***> ЛУ МВД России на транспорте №

<

данные изъяты> от 30 сентября 2015 года, лейтенант полиции И. назначен на должность оперуполномоченного отдела по экономической безопасности и противодействия коррупции 

<

***> ЛО МВД России на транспорте (т.2 л.д. 56).

Согласно должностному регламенту от 20 октября 2015 года оперуполномоченный отдела по экономической безопасности И. обязан осуществлять ежемесячный анализ состояния экономической преступности; заниматься выявлением преступлений экономической направленности в зоне оперативного обслуживания, в т.ч. на объектах первоочередной оперативной заинтересованности (т.2 л.д. 57-66). 

Свидетели С.1 и С.2 суду показали, что являясь сотрудниками ОЭБ и ПК 

<

***> ЛО, 31 июля 2016 года участвовали в проведении ОРМ «Проверочная закупка» в отношении ФИО1, с привлечением общественных представителей С.3 и С.4, которых задействовали в оперативном мероприятии, встретив их на пляже базы отдыха «

<

ВД>». В рамках проводимого мероприятия оперуполномоченный И., выступив в качестве «закупщика», воспользовался услугами водного аттракциона «надувной банан», предоставляемого ФИО1 с использованием гидроцикла. После того, как ФИО1 высадил отдыхающих, они, в том числе и И., ему представились, предъявив служебные удостоверения и сообщили, что была проведена «проверочная закупка». ФИО1 стал вести себя вызывающе, грубо разговаривал, но затем согласился предъявить необходимые документы, сообщив, что они находятся на соседней базе отдыха. Тогда И. сел на гидроцикл к ФИО1 и тот, отъехав от берега примерно на 200 метров, стал о чём-то говорить с И., а затем резко увеличил скорость и поехал зигзагами, совершая крутые виражи, в результате которых И. упал с гидроцикла, а ФИО1 уехал. Наблюдая за происходившим с берега, им показалось, что И. упал в воду на расстоянии примерно в 400 метров от берега и сначала они растерялись, не зная, как ему помочь, но затем заметили, что И. сигналов о помощи не подает и самостоятельно плывет к берегу. Выйдя из воды, И. тяжело дышал, было видно, что физически он очень измотан, а затем рассказал, что ФИО1 требовал от него добровольно спрыгнуть в озеро, в противном случае угрожал утопить. 

Свидетели С.3 и С.4 суду подтвердили, что отдыхали на озере 

<

А>, находились на пляже, когда к ним обратились ранее незнакомые молодые люди, представились сотрудниками полиции и попросили принять участие в проведении ОРМ «Проверочная закупка» в отношении мужчины, который на «надувном банане», прикрепленном к гидроциклу, катал людей по озеру. После того, как этот мужчина подъехал к берегу, как позже узнали его фамилию – ФИО1, сотрудники полиции представились ему и сообщили о проведенном мероприятии, попросив представить документы. ФИО1 сообщил, что документы находятся на соседней базе отдыха и он съездит за ними. Тогда один из сотрудников полиции, который катался на «надувном банане», как позже узнали - И., сел на гидроцикл в качестве пассажира. Отъехав на некоторое расстояние от берега, ФИО1 и И. о чем-то поговорили, а затем ФИО1 резко увеличил скорость движения гидроцикла и начал совершать крутые виражи, виляя из стороны в сторону. Сидевший в качестве пассажира И. не удержался и упал в озеро, а ФИО1 уехал. После падения И. в воду, оставшиеся на берегу сотрудники никаких мер к спасению И. не предпринимали, а тот о помощи и не просил, а самостоятельно доплыл до берега примерно за 10-15 минут. Однако, когда И. вышел на берег, то по нему было заметно, что физически он очень утомлен. 

Аналогично обстоятельства рассматриваемых событий свидетели С.3 и С.4 изложили в ходе проводившихся проверок показаний на месте, протоколы и видеозаписи которых, были исследованы в ходе судебного следствия (т.1 л.д. 156-167; 168-177). 

Вышеприведенные показания потерпевшего и свидетелей последовательны и непротиворечивы, оснований для оговора подсудимого судом не установлено. До рассматриваемых событий, потерпевший и свидетели, с ФИО1 знакомы не были, отношений с ним не поддерживали. Кроме того, показания потерпевшего и свидетелей согласуются с иными доказательствами по уголовному делу. 

На основании постановления от 29 июля 2016г., утвержденного врио начальника полиции 

<

***> ЛО МВД России на транспорте П., принято решение о проведении 31 июля 2016 года сотрудниками ОЭБиПК 

<

***> ЛО МВД России на транспорте, ОРМ «Проверочная закупка» в отношении ФИО1 в районе баз отдыха «

<

ВД>» и «

<

О>» на озере «

<

А>». В соответствии с принятым решением разработан и согласован план проведения ОРМ «Проверочная закупка», с привлечением оперуполномоченного И. в качестве «закупщика». В соответствии с «Актом проверочной закупки» от 31 июля 2016 года, И. произвел оплату за предоставленные услуги по катанию на «надувном банане» на озере «

<

А>» (т.1 л.д. 12;26; 27-29). 

Указанные выше процессуальные документы составлены в соответствии с требованиями закона «Об оперативно розыскной деятельности», были рассекречены постановлением врио начальника полиции 

<

***> ЛО МВД России на транспорте, предоставлены руководителю 

<

***> СО ВССУТ СК России, и в соответствии со ст. 89 УПК РФ подлежат оценке в качестве доказательств.

Свидетель С.5 суду показал, что являясь старшим государственным инспектором ФКУ «

<

Ц>» ГИМС МЧС России по 

<

***> краю, был осведомлен, что 31 июля 2016 года сотрудники полиции прибыли на озеро «

<

А>». Во второй половине дня они связались с ним и попросили по бортовому номеру установить владельца гидроцикла, который сбросил одного из сотрудников полиции в озеро на значительном удалении от берега. По имеющейся в инспекции по маломерным судам базе, он установил, что владельцем интересующего полицейских гидроцикла, является ФИО1

В соответствии с протоколом выемки от 5 августа 2016 года, с участием ФИО1, в гаражном кооперативе № 

<

данные изъяты> мкр. «

<

***>» в г. 

<

***>, из гаража не имеющего номера, проведена выемка гидроцикла «SEA-DOO GTX-4» бортовой номер 

<

данные изъяты> (т.1 л.д. 64-68).

Согласно заключения эксперта, в представленном для исследования гидроцикле «SEA-DOO GTX-4» бортовой номер 

<

данные изъяты> технических неисправностей не установлено. Система повышения оборотов двигателя, рукоятка акселератора и соединительные механизмы исправны. Заеданий в работе механизма повышения оборотов двигателя не установлено. При резких вращениях руля с одновременным перемещением рукоятки газа, заклинивания и неисправностей не выявлено (т.2 л.д. 30-41). 

Свидетель С.6 суду показала, что очевидцем рассматриваемых событий не являлась, со слов отдыхающих на базе «

<

ВД>» узнала, что какой-то мужчина скинул с гидроцикла в озеро сотрудника полиции. По описанию этого мужчины, она подумала, что это Леонид, который до этого неоднократно приезжал на базу отдыха и имеет в собственности гидроцикл. Вообще на базе имеется лодка, которая постоянно находится на берегу, и иногда, по просьбе отдыхающих, она выдает весла и разрешает на этой лодке кататься. 

Свидетель С.7 в суде подтвердил, что 31 июля 2016 года, на озере «

<

А>» в районе базы отдыха «

<

ВД>», какой-то мужчина катал отдыхающих на «надувном банане», привязанному к гидроциклу. Когда гидроцикл подъехал к берегу, то подошел другой мужчина, представился сотрудником полиции и поинтересовался наличием документов. Мужчина с гидроцикла стал возмущаться и отвечать, что просто катает людей и некоторые ему добровольно дают деньги на бензин. Тогда подошел ещё один мужчина, который катался на «банане», представился сотрудником полиции и сообщил, что заплатил за возможность прокатиться. В ответ водитель гидроцикла сказал, что документы на другой базе и он их сейчас привезет. Мужчина, который катался на «банане», сел на гидроцикл в качестве пассажира и когда они отъехали на некоторое расстояние от берега, то почти остановились и стали о чём-то разговаривать. В тот момент он отвлекся, а уже позже увидел, что сотрудник полиции оказался в воде и плывет к берегу, а гидроцикл уехал. Полицейский плыл уверенно, о помощи не просил и примерно через восемь минут доплыл до берега и вышел из воды.

Свидетели С.8 и С.9 суду подтвердили, что видели, как 31 июля 2016 года на озере «

<

А>» мужчина ездил на гидроцикле и на закрепленном к нему «надувном банане» катал людей. 

Свидетели С.10, С.11, С.12, в ходе предварительного следствия показали, что 31 июля 2016 года находились на озере «

<

А>» и наблюдали, как мужчина на гидроцикле катал по озеру людей на «надувном банане» (т.1 л.д. 195-198; 199-202; т.2 л.д.1-4).

Допрошенный по ходатайству стороны защиты свидетель С.13 суду показал, что 31 июля 2016 года отдыхал на озере «

<

А>» и видел, что мужчина, как ему сейчас известно - ФИО1, на «надувном банане», прикрепленном к гидроциклу, катал людей по озеру. Всего на «банане» помещалось пять человек и он катался в одной группе вместе с молодым человеком, как позже узнал сотрудником полиции – И. Перед тем, как взять пассажиров, ФИО1 интересовался все ли умеют плавать, поскольку не имеющих навыков плавания, кататься не брал. Когда они вернулись на берег, то к ФИО1 подошел мужчина, показал какое-то удостоверение, потребовал предъявить документы и сообщил, что на «банане» был его человек, указав на И. После этого, ФИО1 и И. на гидроцикле отъехали от берега, но И. не удержался и метрах в 70 от берега, свалился в воду. В момент падения И., ФИО1 вел гидроцикл по прямой, резких виражей не совершал, И. сам свалился в озеро, не удержавшись на пассажирском месте, поскольку гидроцикл качало на волнах. 

Представленные сторонами процесса вышеприведенные по делу доказательства являются допустимыми, полученными с соблюдением требований закона. Выполненные по делу экспертные заключения соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, проведены на основании постановлений следователя, в пределах вопросов, входящих в компетенцию экспертов, каждому из которых были разъяснены положения ст. 57 УПК РФ с предупреждением об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. 

Совокупность исследованных доказательств, позволяют суду прийти к выводу, что именно в результате умышленных действий подсудимого ФИО1, потерпевший И. упал с гидроцикла в озеро на значительном удалении от берега. 

Приводимые стороной защиты в ходе судебного следствия доводы, со ссылкой на показания свидетеля С.13, что И. упал с гидроцикла при обычной манере движения, которую находившиеся на берегу свидетели ошибочно, из-за характерного выброса воды при движении гидроцикла, воспринимали как зигзагообразное, суд находит несостоятельными.

Обстоятельства рассматриваемых событий в изложении свидетеля С.13 относительно избранной подсудимым манеры вождения гидроцикла, прямо противоречат показаниям остальных лиц, являвшихся непосредственными очевидцами рассматриваемых событий. В связи с чем, показания данного свидетеля судом признаются недостоверными.

Так, потерпевший И., свидетели С.1, С.2, С.3 и С.4, последовательно указывали, что падение И. с гидроцикла в озеро было обусловлено действиями ФИО1, который управляя гидроциклом, сначала спокойно отъехал от берега, о чём-то поговорил с И., а затем, без каких-либо видимых причин, применил резкое ускорение, сопровождавшееся выполнением крутых виражей в противоположные, по ходу движения, стороны. При такой манере вождения, не имея возможности удержаться, находившийся на пассажирском месте И., упал в озеро. 

Из показаний потерпевшего И., не доверять которым у суда оснований не имеется, установлено, что ФИО1 непосредственно перед ускорением гидроцикла, с последующими резкими изменениями направления движения, предлагал И. добровольно спрыгнуть в озеро, то есть желал избавиться от присутствия И. Кроме того, наблюдавшие с берега за рассматриваемой ситуацией свидетели, категорично указывали, что непосредственно перед падением И. в озеро, траектория движения гидроцикла являлась зигзагообразной. Судом не усматривается оснований не доверять показаниям указанных лиц, тем более свидетели С.3 и С.4, к правоохранительным органам никакого отношения не имеют, до рассматриваемых событий ни с кем из его участников знакомы не были, каких-либо личных или деловых отношений не имели. 

О совершении виражей в разные стороны при движении с И. в качестве пассажира, подсудимый ФИО1 и сам указывал в ходе предварительного следствия, объясняя это возникшей неисправностью в виде «заедания» тросика акселератора. В этой ситуации резкими поворотами руля в разные стороны он пытался разблокировать тросик и устранить возникшую неисправность. 

В судебном заседании подсудимый указал, что совершал «подруливание» на волнах, а не резкие повороты. Изменение подсудимым ФИО1 показаний в этой части суд расценивает как избранный способ защиты, а в совокупности с последовательным и стабильным характером показаний потерпевшего и свидетелей, доводы подсудимого об оговоре со стороны потерпевшего И., пытающегося таким образом скрыть низкий профессионализм своих действий в ходе проводившегося ОРМ, суд признает явно надуманными. 

Доводы подсудимого ФИО1 о его неосведомленности об исполнения И., в момент рассматриваемых событий, должностных обязанностей сотрудника правоохранительных органов, опровергаются показаниями как самого И., так и свидетелей С.1, С.2, С.4, С.3, С.7, подтвердивших, что И. не только представился ФИО1, объяснив причину проведения оперативно-розыскного мероприятия, но и предъявил служебное удостоверение. 

Вместе с тем, содержащийся в обвинительном заключении вывод о совершении ФИО1 посягательства на жизнь сотрудника правоохранительных органов И., в форме покушения на его убийство путём утопления в озере, по мнению суда, не нашел своего подтверждения в ходе проведенного судебного следствия. 

Исходя из смысла действующего уголовного законодательства, покушение на убийство возможно только при наличии у виновного прямого умысла. Однако, установленные в ходе судебного следствия обстоятельства свидетельствуют об отсутствии в действиях подсудимого ФИО1 прямого умысла на убийство И. путем его утопления, поскольку о наличии прямого умысла при умышленном лишении другого человека жизни, свидетельствует предвидение неизбежности смерти и желание её наступления, что должно быть подтверждено конкретными действиями виновного, направленными на достижение преступного результата в виде смерти потерпевшего. 

Как установлено судом, ФИО1, желая уклониться от исполнения требований сотрудника полиции И. о предъявлении документов на право управления гидроциклом и осуществления предпринимательской деятельности, чем избежать привлечения к административной ответственности, осуществляя управление гидроциклом и совершая на нём резкие маневры на значительной скорости, добился желаемого для него результата в виде падения И. в озеро. После чего скрылся с места происшествия, не совершая никаких действий на утопление И. 

Изложенные обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО1 только лишь предвидел реальную возможность наступления общественно опасных последствий в виде смерти И. как результата своих действий, однако, понимал, что эти последствия могут и не наступить, то есть, демонстрировал безразличное к ним отношение. Потерпевший И. же, находясь в зоне прямой видимости берега, на расстоянии в несколько сотен метров, имея навыки плавания, являясь физически здоровым человеком, при отсутствии какого-либо внешнего противодействия, которое ФИО1 не намереваясь оказывать, сразу скрылся с места происшествия, был способен достичь берега вплавь. Данные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии у подсудимого ФИО1 прямого умысла на причинение смерти И., а наличие косвенного умысла исключает квалификацию его действий как покушения на убийство, но не освобождает от ответственности за фактически совершенные действия.

Исходя из показаний потерпевшего И., в ходе предварительного следствия подробно объяснившего и продемонстрировавшего обстоятельства его падения с гидроцикла на расстоянии 278 м. от береговой линии и глубине озера 6м. 92см., суд принимает данные параметры как наиболее достоверные, по отношению к содержащимся в предъявленном обвинении и показаниям иных свидетелей, указавших место падения на более отдаленном расстоянии от берега. 

Анализ рассматриваемой судом ситуации свидетельствует о применении подсудимым ФИО1 насилия опасного для жизни и здоровья в отношении представителя власти, в связи с исполнением им своих должностных обязанностей. Представленные стороной обвинения доказательства со всей очевидностью свидетельствуют, что в момент совершения преступления И., являясь сотрудником полиции, принимал участие в проведении оперативно-розыскного мероприятия, то есть исполнял свои прямые должностные обязанности, о чём ФИО1 было достоверно известно. Именно выполнение И. своих прямых должностных обязанностей, побудило ФИО1 применить насилие в отношении сотрудника полиции и тем самым избежать привлечения к административной ответственности. Приходя к выводу о применении подсудимым насилия опасного для жизни и здоровья, суд не оставляет без внимания, что в результате совершенного преступления потерпевший И. не получил каких-либо телесных повреждений. Однако, сам характер и способ примененного насилия, выразившегося в сбрасывании потерпевшего в озеро без средств индивидуального спасения на воде, на расстоянии свыше 250 метров от берега, с движущегося на значительной скорости гидроцикла, создавал реальную опасность для жизни и здоровья потерпевшего. 

При изложенных обстоятельствах, суд квалифицирует действия подсудимого ФИО1 как применение насилия опасного для жизни и здоровья в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей или преступление, предусмотренное ч.2 ст. 318 УК РФ.

Оценивая психическое состояние ФИО1, суд учитывает, что в судебном заседании подсудимый ведет себя адекватно, активно защищается от предъявленного обвинения, его пояснения и ответы на вопросы, поступающие от участников процесса, носят осмысленный характер, поэтому у суда не возникает сомнений в его психическом состоянии, в связи с чем суд приходит к выводу, что ФИО1 совершил преступление в состоянии вменяемости и подлежит уголовной ответственности. 

При определении вида и размера наказания подсудимому ФИО1 суд, в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, отнесенного законодателем к категории тяжких, данные о личности виновного, наличие смягчающих наказание обстоятельств.

Подсудимый ФИО1 ранее не судим, имеет постоянное место жительства, где характеризуется положительно, состоит в зарегистрированном браке, на учетах у нарколога и психиатра не состоит, хронических заболеваний, сопряженных с острой патологией не имеет.

Обстоятельств, отягчающих наказание в соответствии с требованиями ст. 63 УК РФ, судом не усматривается.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств, суд учитывает наличие на иждивении подсудимого несовершеннолетнего ребенка, тяжкого заболевания у супруги, которой он в силу закона обязан предоставлять содержание. Кроме того, в соответствии с п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ, в качестве обстоятельства смягчающего наказание, суд признает принятие подсудимым в ходе судебного производства мер, направленных на компенсацию морального вреда путём выплаты 

<

данные изъяты> руб., которые потерпевший отказался принять до принятия судом итогового решения по делу. 

Исходя из положений ч.2 ст.43 УК РФ, предусматривающей целью наказания исправление осужденного и восстановление социальной справедливости, учитывая необходимость соответствия назначенного наказания характеру и степени общественной опасности совершенного преступления, не усматривая каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами содеянного, суд приходит к выводу о необходимости назначения наказания, связанного с изоляцией от общества, не усматривая при этом оснований для применения положений ст. 64 либо ст.73 УК РФ. 

Наряду с этим, учитывая наличие по делу смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ, при отсутствии обстоятельств, наказание отягчающих, суд определяя размер наказания учитывает положения ч.1 ст.62 УК РФ. 

С учетом фактических обстоятельств преступления, степени его общественной опасности, оснований для применения положений ч.6 ст.15 УК РФ и изменения категории преступления на менее тяжкую, судом не усматривается. 

Отбывание наказания в виде лишения свободы ФИО1, в соответствии с положениями п. «б» ч.1 ст.58 УК РФ, следует определить в исправительной колонии общего режима.

В соответствии с ч.3 ст.72 УК РФ время задержания и содержания под стражей на предварительном следствии и до вступления приговора в законную силу подлежит зачету в срок лишения свободы. 

В связи с тем, что ФИО1 за совершение умышленного тяжкого преступления, судом назначается наказание в виде реального лишения свободы, оснований для изменения подсудимому меры пресечения в виде заключения под стражей на какую-либо иную, не имеется.

Заявленные потерпевшим И. исковые требования, суд разрешает в соответствии с нормами действующего гражданского законодательства. 

В соответствии с ч.1 ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность компенсации указанного вреда.

Судом установлена виновность подсудимого ФИО1 в применении насилия опасного для жизни и здоровья в отношении И., который в результате перенесенного стресса, обусловленного опасениями за свою жизнь, безусловно испытал нравственные страдания. При установленных обстоятельствах, исковые требования потерпевшего о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению. 

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. 

При определении размера денежной компенсации морального вреда, суд учитывает характер причиненных потерпевшему И. нравственных страданий, требования разумности и справедливости, материальное положение подсудимого, а также степень его вины и реальность возмещения взысканной суммы. Учитывая изложенные требования закона, суд считает заявленные исковые требования о возмещении морального вреда подлежащими частичному удовлетворению в размере 

<

данные изъяты> рублей. 

Как следует из материалов уголовного дела, в ходе предварительного расследования на имущество подсудимого ФИО1 в виде гидроцикла «SEA-DOO GTX-4» бортовой номер 

<

данные изъяты>, заводской номер 

<

данные изъяты>, постановлением Читинского районного суда от 29 сентября 2016 года, был наложен арест. Учитывая, что судом принято решение о компенсации морального вреда потерпевшему, то в целях обеспечения исполнения исковых требований, оснований для снятия ареста не имеется.

В ходе судебного разбирательства дела, защиту интересов подсудимого, осуществлял адвокат, действующий на основании соглашения с ФИО1, в связи с чем процессуальных издержек, подлежащих взысканию в федеральный бюджет, по делу не имеется. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 296-299, 307, 308, 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.318 УК РФ и назначить наказание в виде 3 (трёх) лет лишения свободы в исправительной колонии общего режима, с исчислением срока наказания с 13 марта 2017 года. 

Зачесть осужденному ФИО1 в срок отбытия наказания время содержания под стражей по настоящему делу в период с 5 августа 2016 года по 12 марта 2017 года. 

Меру пресечения осужденному ФИО1 в виде содержания под стражей, до вступления приговора в законную силу, оставить без изменения. 

Гражданский иск потерпевшего И. удовлетворить частично.

Взыскать с осужденного ФИО1 в пользу потерпевшего И. 

<

данные изъяты> (

<

данные изъяты>) рублей, в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением. 

По вступлении приговора в законную силу и в случае добровольного удовлетворения осужденным ФИО1 гражданского иска в пользу потерпевшего И., снять арест, наложенный постановлением Читинского районного суда 

<

***> края от 29 сентября 2016 года на гидроцикл «SEA-DOO GTX-4» бортовой номер 

<

данные изъяты>, заводской номер 

<

данные изъяты>. 

При отсутствии у осужденного ФИО1 денежных средств, необходимых для удовлетворения гражданского иска И., обратить взыскание на имущество осужденного ФИО1 в виде гидроцикла «SEA-DOO GTX-4» бортовой номер 

<

данные изъяты>, заводской номер 

<

данные изъяты>.

Вещественные доказательства по делу в виде: судового билета маломерного судна, паспорта транспортного средства «SEA-DOO», электронного ключа – хранить при гидроцикле «SEA-DOO» бортовой номер 

<

данные изъяты>; договор купли - продажи гидроцикла «SEA-DOO», удостоверение на право управления маломерным судном на имя ФИО1 – вернуть осужденному по вступлении приговора в законную силу. 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным в тот же срок со дня получения копии приговора. 

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, заявив соответствующее ходатайство в апелляционной жалобе либо в возражениях на жалобы или представление, принесенных другими участниками процесса. 

Судья Лобынцев И.А.