Дело № 2-203/2020 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Вязьма 21 февраля 2020 года

Вяземский районный суд Смоленской области в составе:

председательствующего судьи Воронкова Р.Е.

при секретаре Григорьевой О.О.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску индивидуального предпринимателя ФИО1 к ФИО2 о возмещении материального ущерба, 

УСТАНОВИЛ:

В обоснование требований истица ИП ФИО1 указала, что является индивидуальным предпринимателем, занимающимся перевозкой и доставкой жидких грузов, в том числе – меламиноформальдегидной смолы. 30 марта 2019 года ответчик ФИО2, работавший в то время водителем, на территории производственной площадки ООО «Метадинеа», расположенной в 

<

адрес>, подал автомобиль – цистерну под загрузку (заливку) меламиноформальдегидной смолы. При этом ответчик допустил небрежность: он неплотно закрыл кран нижнего сливного отверстия. В результате смола, заполняя емкость, достигла критической массы и начала вытекать на землю. В общей сложности на территорию производственной площадки было вылито более 15 тонн смолы. Обществу «Метадинеа» был причинен ущерб: разлитая смола не могла быть более использована, а кроме того обществу пришлось обратиться к услугам специальной организации для сбора и утилизации смолы. Сумма причиненного ущерба составила 826 445 рубля 94 копейки. Компенсировать ущерб пришлось истице, поскольку протечка произошла по вине водителя ФИО2, который в дальнейшем отказался от возмещения ущерба.

На основании ст. 15, 1064 ГК РФ просит взыскать с ответчика 826 445 рублей 94 копейки в счет причиненного ущерба, а также расходы по уплате государственной пошлины в сумме 11 464 рубля 45 копеек.

В судебном заседании представитель истицы ИП ФИО1 - ФИО3 (л.д. 14), который также представляет интересы третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, ФИО4 (л.д. 68), исковые требования поддержал в полном объеме, указав, что именно ФИО2 является надлежащим ответчиком по делу. Именно он не обеспечил безопасную погрузку смолы в цистерну. Автомашина с цистерной, которая была подана на погрузку, была технически исправна. Им была просмотрена видеозапись, на которой запечетлен факт пролива смолы. Воздействия на кран нижнего сливного отверстия со стороны третьих лиц не было, в связи с чем полагает, что именно в результате неплотного закрытия данного крана произошло вытекание смолы через него. Когда данный факт был обнаружен, водитель ФИО2, находившийся на тот момент в кабине автомашины, выбежал и перекрыл кран. Водитель ФИО2 работал на истца два месяца. За это время ему было выплачено 80 000 рублей. Деньги ответчику переводил супруг истцы – ФИО4 по поручению истицы. Сам ФИО4 является собственником автомашины, которой управлял ответчик. Данную автомашину ФИО4, работавший механиком у своей супруги, предоставлял супруге по договору аренды. Именно механик ФИО4 передавал водителю ФИО2 автомашину для того, чтобы он, ФИО2, действуя по поручению ФИО4, осуществлял грузовые перевозки. Какая-либо проверка по факту произошедшего не проводилась, объяснения от ФИО5 не отбирались, истица и ответчик не были вовлечены в процесс определения размера ущерба. Ущерб со стороны истицы был возмещен после получения претензии от Общества «Метадинеа». 

Ответчик ФИО2 и его представитель – ФИО6 (л.д. 20) исковые требования не признали в полном объеме, указав, что ответчик не является причинителем вреда. В один из дней конца марта 2019 года получил от ФИО4 автомашину, и начал осуществлять перевозки грузов в цистерне. 30 марта 2019 года ответчик подал автомашину с цистерной под загрузку. Кран сливной был закрыт. Началась погрузка смолы в цистерну. Пошел в кабину и процесс погрузки не контролировал. Через некоторое время один из работников, который осуществлял погрузку, взял образцы смолы, после чего погрузка продолжилась. Вскоре один из работников, проходящих мимо, сигнализировал ему, что происходит что-то неладное. Увидел, что вокруг машины находятся лужи смолы. Выпрыгнул из кабины, подбежал к сливному клапану и закрыл его. После этого работники предприятия пролитую смолу собрали в кубовые бочки, после чего погрузка продолжилась. Было залито около 17 тонн смолы, после чего выехал за территорию предприятия и осуществил данную грузовую перевозку. За два месяца осуществления данных грузовых перевозок получил от ФИО4 80 000 рублей. Деньги переводились на карточку. Истицу ни разу не видел. Какая-либо проверка по факту произошедшего не проводилась, объяснения от него, ФИО2, не отбирались, он не был вовлечен в процесс определения размера ущерба. Полагает, что сам размер ущерба не доказан. Не считает себя виноватым в причиненном ущербе, так как считает, что пролив сломы произошел из-за неисправности донного клапана. С истицей не заключал договор о полной материальной ответственности.

Ответчиком ФИО2 предоставлены возращения на иск (л.д. 21-24).

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований, ФИО4 в судебное заседание не явился, воспользовался своим правом на представление своих интересов через представителя – ФИО3

Выслушав явившиеся стороны и участников, исследовав письменные доказательства по делу, суд находит исковые требования не подлежащими удовлетворению, исходя из следующего: 

Согласно п. п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред; лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, причинившем вред. Вина в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В силу положений ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В соответствии с п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В пункте 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что судам надлежит иметь в виду, что в силу статьи 1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

При этом надлежит учитывать, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств. В противном случае вред возмещается на общих основаниях (например, когда пассажир, открывая дверцу стоящего автомобиля, причиняет телесные повреждения проходящему мимо гражданину).

Таким образом, при разрешении спора о возмещении вреда, причиненного в дорожно-транспортном происшествии, суду следует определить значимые для правильного разрешения дела обстоятельства: факт причинения ущерба потерпевшему, его размер, наличие причинно-следственной связи между вредом и противоправными действиями причинителя вреда, его вина.

В соответствии с абзацем 14 пункта 1.2 Правил дорожного движения Российской Федерации (утверждены Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года N 1090), под дорожно-транспортным происшествием понимается событие, возникшее в процессе движения по дороге транспортного средства и с его участием, при котором причинен материальный ущерб.

Судом установлено и не оспаривается сторонами, что 30 марта 2019 года на территории ООО «Метадинея» по адресу: 

<

адрес> процессе погрузки смолы 70 0562L в автомашину – грузовой тягач седельный марки VOLVO FN-TRACK 4х2 (автоцистерна), рег. знак ХХХ произошел пролив смолы.

Таким образом, суд исходит из того, что данное происшествие не относится к дорожно-транспортному, поскольку автомашина не передвигалась, а вред не может считаться причиненным источником повышенной опасности, поскольку он не являлся результатом его действия или проявления его вредоносных свойств.

В соответствии с п. 50, 51 Правил перевозки грузов автомобильным транспортом, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 15 апреля 2011 года N 272 (далее по тексту – Правила перевозки), погрузка груза в транспортное средство и контейнер осуществляется грузоотправителем, а выгрузка из транспортного средства и контейнера - грузополучателем, если иное не предусмотрено договоренностью сторон. Погрузка груза в транспортное средство и контейнер осуществляется таким образом, чтобы обеспечить безопасность перевозки груза и его сохранность, а также не допустить повреждение транспортного средства и контейнера.

Согласно п. 29 Правил перевозки грузоотправитель (фрахтователь) вправе отказаться от исполнения договора перевозки груза (договора фрахтования) в случае предоставления перевозчиком транспортного средства и контейнера, непригодных для перевозки соответствующего груза.

Согласно пункту 30 Правил перевозки состояние груза при его предъявлении к перевозке признается соответствующим установленным требованиям, если:

а) груз подготовлен, упакован и затарен в соответствии со стандартами, техническими условиями и иными нормативными документами на груз, тару, упаковку и контейнер;

б) при перевозке груза в таре или упаковке груз маркирован в соответствии с установленными требованиями;

в) масса груза соответствует массе, указанной в транспортной накладной.

Согласно п. 40 Правил погрузки Погрузка груза в транспортное средство и контейнер, а также выгрузка груза из них осуществляются с учетом перечня работ согласно приложению N 7, а именно:

1. Подготовка груза, контейнера к перевозке:

а) упаковка и затаривание груза в соответствии со стандартами, техническими условиями на груз, тару, упаковку и контейнер; б) маркировка и группировка грузовых мест по грузополучателям; в) размещение груза, контейнера на месте загрузки.

2. Подготовка транспортного средства к загрузке:

а) размещение транспортного средства на месте загрузки; б) открытие дверей, люков, бортов, снятие тентов, подготовка и установка на транспортном средстве приспособлений, необходимых для загрузки, разгрузки и перевозки груза, и приведение их в рабочее состояние.

3. Загрузка груза в транспортное средство: 

а) подача груза, контейнера в транспортное средство; б) размещение, укладка груза в транспортном средстве.

4. Крепление груза в транспортном средстве:

а) приведение в рабочее состояние крепежных, стопорных и защитных приспособлений, закрытие дверей, люков, бортов транспортного средства, установка тентов; б) подготовка загруженного транспортного средства к движению.

Сторонами не оспаривается, что грузоотправителем смолы является ООО «Метадинея», грузополучателем ООО «Эггер Древпродукт Гагарин», исполнитель – ИП ФИО1, водитель ФИО2, о чем свидетельствует заявка на перевозку от 29.03.2019 (л.д. 10).

Согласно транспортной накладной от 30.03.2019 водитель ФИО2 доставил груз массой 17,9 т. от грузоотправителя до грузополучателя (л.д. 55).

В соответствии со ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК) правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Согласно ст. 56 ГПК каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом, а в силу ст. 57 ГПК доказательства представляются сторонами.

Суд исходит из того, что именно в обязанности грузоотправителя входил контроль процесса загрузки транспортного средства смолой, в связи с чем доводы истца, положенные в обоснование иска о том, что именно водитель ФИО2 допустил небрежность, то есть не плотно закрыл кран, не могут быть приняты судом во внимание и являться основанием для удовлетворения иска. 

Кроме того, суд полагает недоказанным сам факт неплотного закрытия сливного крана, поскольку он ничем объективно не подтверждается и опровергается данными, изложенными в претензии от 24.04.2019, адресованной истице со стороны ООО «Метадинея» (л.д. 8), объяснением водителя ФИО2 от 30.03.2019 (л.д. 9), актом от 30.03.2019, согласно которому пролив смолы произошел в результате произвольного открытия донного клапана, вызванного неисправностью арматуры данного клапана (л.д. 11).

При этом суд исходит из того, что проверка арматуры донного клапана на предмет его исправности и функционирования, исходя из норм вышеуказанных Правил перевозки, должна осуществляться грузоотправителем и под его непосредственном контролем.

Из акта от 30.03.2019 следует, что процесс загрузки осуществлял работник ООО «Метадинея» - аппаратчик подготовки 5 разряда Р.А., который после загрузки 14 т. смолы отобрал пробы и находился в лаборатории (л.д. 11).

В то же время в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что водитель ФИО2 после получения технически исправного средства, произвел умышленные действия по его порче, что могло способствовать проливу смолы 30.03.2019.

Юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей (абз. 1 п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (абз. 2 п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 9 Постановления от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина" указывает на то, что ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

В пункте 19 названного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъяснено, что согласно статьям 1068 и 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности. На лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (пункт 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации). Юридическое лицо или гражданин, возместившие вред, причиненный их работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора, вправе предъявить требования в порядке регресса к такому работнику - фактическому причинителю вреда в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом (пункт 1 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации)".

Главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации определены условия возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе и пределы такой ответственности (статьи 241, 242, 243 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из содержания приведенных норм материального права в их взаимосвязи и разъяснений, данных в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 1, следует, что лицо, управляющее источником повышенной опасности в силу трудовых отношений с владельцем этого источника (водитель, машинист, оператор и другие), не признается владельцем источника повышенной опасности по смыслу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации и не несет ответственности перед потерпевшим за вред, причиненный источником повышенной опасности. Следовательно, на работодателя - как владельца источника повышенной опасности - в силу закона возлагается обязанность по возмещению не только имущественного, но и морального вреда, причиненного его работником при исполнении трудовых обязанностей.

Судом установлено и не оспаривается сторонами, что автомашина – грузовой тягач седельный марки VOLVO FN-TRACK 4х2 (автоцистерна), рег. знак ХХХ, принадлежит ФИО4 (л.д. 69).

Данная автомашина была передана ФИО4 в аренду ФИО1 на основании договора аренды (л.д. 67), в силу п. 5.1, 6.2 арендатор обязан поддерживать автомобиль в надлежащем состоянии путем осуществления технического обслуживания, текущего и капитального ремонта; арендатор обязан обеспечивать сохранность автомобиля, поддерживать его в исправном состоянии, эксплуатировать с соблюдением инструкций организации-изготовителя.

Водитель ФИО2 осуществлял грузовые перевозки на основании заключенного 19.01.2019 с ИП ФИО1 договора подряда на перевозку груза автомобильным транспортом (л.д. 65). Согласно п. 4.3. подрядчик несет полную ответственность перед заказчиком за порчу или уничтожение по его вине транспортного средства, узлов и агрегатов транспортного средства, перевозимого груза, за причинение вреда третьим лицам по вине подрядчика заказчик ответственности не несет. В соответствии с настоящим договором подрядчик обязуется осуществлять грузовые перевозки на транспорте, предоставленном заказчиком.

Поскольку водитель ФИО2 в силу вышеуказанных норм права не являлся владельцем источника повышенной опасности, не был привлечен к процессу загрузки смолы в цистерну, его вина в причиненном ущербе не установлена, а действия не способствовали причинению большего ущерба, суд полагает, что отсутствуют правовые основания для взыскания с него ущерба в порядке ст. 15, 1064, 1068 ГК РФ по заявленным в иске основаниям, в связи с чем отказывает в удовлетворении иска в полном объеме.

Суд отмечает, что размер материального ущерба определен и возмещен истцом, исходя из размера, указанного в претензии (л.д. 8, 62, 63, 64), а также товарно-транспортной накладной от 08.04.2019, и акта выполненных работ по утилизации смолы (л.д. 12, 13), однако в материалах дела отсутствуют и не представлены истцом доказательства проведения инвентаризации товароматериальных ценностей и определения их балансовой стоимости после произошедшего пролива смолы, а также определения количества смолы для утилизации.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае если иск удовлетворен частично, судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В связи с отказом в удовлетворении иска судебные расходы не подлежат взысканию с ответчика. 

Руководствуясь ст. ст. 194, 198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования индивидуального предпринимателя ФИО1 к ФИО2 о возмещении материального ущерба оставить без удовлетворения в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Смоленский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Вяземский районный суд.

Судья Р.Е. Воронков

21.02.2020 – вынесена резолютивная часть решения;

28.02.2020 – изготовлено мотивированное решение;

31.03.2020 – решение суда вступает в законную силу.