Дело № 2-1766/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

24 ноября 2017 года г. Тимашевск

Тимашевский районный суд Краснодарского края в составе: 

председательствующего Ломака Л.А., 

при секретаре Куцевол О.Ю.,

с участием истца ФИО1 и ее представителя по доверенности ФИО2,

ответчика ФИО3 и ее представителя по доверенности ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о признании договора дарения частично недействительным, применении последствий его недействительности и признании права собственности на недвижимое имущество,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3 о признании частично недействительным договора дарения земельного участка площадью 647 кв. м с кадастровым номером 

<

№> и жилого дома по 

<

адрес> в г. Тимашевске, заключенного 24 декабря 2009 года между ФИО5 и ФИО3, в части дарения 1/2 доли имущества, применении последствий его недействительности, признании за ней права собственности на 1/2 долю указанного имущества, указав, что она с мужем ФИО5 во время брака купили указанный земельный участок с жилым домом, оформили его на мужа, затем достроили к нему пристройки, а поэтому указанное имущество являлось совместно нажитым имуществом супругов, в котором ей принадлежала 1/2 доля. Их дочь ФИО3 всегда проживала вместе с ними и в 2009 году она с мужем решили оформить половину дома на дочь, а вторую половину на нее саму. Оформлением сделки она не занималась, отдала мужу только паспорт, все документы по сделке хранятся у дочери. При жизни к дочери приезжал 

<

ФИО>1, который является биологическим отцом ее внучки. Однако, в 2016 году после смерти мужа 

<

ФИО>1 стал чаще приезжать, оставаться у них на несколько дней, стал требовать от нее деньги на содержание дома и оплату коммунальных услуг, стал скандалить, оскорблять ее и угрожал ей расправой, требовать ее выселения. В августе 2017 года она обращалась по этому поводу в правоохранительные органы, которые ей не помогли. Ее дочь рассказала ей о том, что отец оформил весь дом с участком на нее, что подтвердилось после получения ею 30 августа 2017 года выписки из ЕГРН, а поэтому с этого дня она узнала о том, что не является собственником 1/2 доли дома и участка. Однако, согласие мужу на совершение сделки она не давала, а поэтому он мог распорядиться только своей 1/2 долей имущества. Указанной сделкой нарушены ее права, в связи с чем, она лишилась единственного жилья и вынуждена обратиться в суд.

В судебном заседании ФИО1 настаивала на удовлетворении иска и пояснила, что она с мужем помогли сыну построить дом, а поэтому свой дом решили подарить дочери ФИО3 Договор заключили в 2009 году, она действительно была у нотариуса и поставила подпись, а в каком документе не помнит. Дом было решено с мужем оставить дочери с условием о том, что она будет ухаживать за ними, но после смерти мужа все изменилось, дочь стала ее оскорблять, а затем выгнала ее из дома. В настоящее время она живет у соседки, а дочь собирается продать дом.

Представитель истца ФИО2 просила иск удовлетворить, мотивировав тем, что сделка дарения действительно совершена с согласия ФИО1, но она не помнит, что она подписывала при совершении сделки. Кроме того, договор заключали под условием о том, что ответчик будет досматривать родителей, содержать и ухаживать за ними, тогда как дочь решила устроить свою личную жизнь и выгнала мать. Фактически сделка со ФИО3 прикрывала договор пожизненного содержания с иждивением, а дочь брала на себя обязательство по уходу за матерью, которая другого жилья не имеет.

ФИО3 иск не признала, пояснив, что родители сами в 2009 году решили подарить ей свой дом, так как старшему сыну они помогли построить двухэтажный дом. Она всегда жила вместе с родителями, они вели совместное хозяйство, но после смерти отца все изменилось, мать стала оскорблять ее и внучку, на ее оскорбления биологический отец ее дочери 

<

ФИО>1 сделал ей замечание, но она стала обвинять их и 

<

ФИО>1 в краже бытовых вещей, вызвала полицию, которые не нашли состава в их действиях, тогда она и сказала, что хочет полдома. О том, что договор дарения заключен на весь дом и участок мать знала, сама у нотариуса подписала согласие на совершение отцом сделки дарения. Она никогда матери не дерзила, не оскорбляла ее, никто не против, чтобы она жила в этом доме и никто ее не выгонял, она сама ушла к соседке присматривать за ее больным мужем. У нее имеется отдельная комната, в которой она жила последние 15 лет.

Представитель ответчика ФИО4 просил в иске отказать, указав, что ФИО5 с согласия ФИО1, подарив дом дочери, распорядились своим имуществом. Договор оформлен и зарегистрирован в регистрационной службе, даритель знакомился и согласился с текстом договора. ФИО1 в суде сама подтвердила о том, что давала согласие на совершение сделки и знала о том, что весь дом с земельным участком подарили дочери, то есть выразила желание на его заключение, а поэтому распорядилась имуществом по своей воле, и нет никаких оснований для признания его недействительным. Кроме того, истец выразил свою волю еще в 2009 году, а поэтому просит применить срок исковой давности и отказать истцу в удовлетворении иска в том числе и поэтому основанию.

Представитель управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю ФИО6 в суд не явился, представил ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие, в котором возражений не представил.

Выслушав стороны и их представителей, свидетелей, исследовав материалы дела, суд считает исковые требования необоснованными и неподлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

На основании ч.2 ст.35 СК РФ при совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга. Сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки.

В соответствии с ч.3 ст.35 СК РФ (в редакции, действующей на момент совершения сделки) для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью и сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга. Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

По договору дарения от 24 декабря 2009 года ФИО5 подарил, а его дочь ФИО3 приняла в дар земельный участок площадью 647 кв. м с кадастровым номером 

<

№> и жилой дом со строениями по 

<

адрес> в г. Тимашевске.

Указанная сделка зарегистрирована управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю 14 января 2010 года, что подтверждается свидетельствами о государственной регистрации права 

<

№> от 14 января 2010 года.

Как видно из указанного договора ФИО5 являлся собственником указанного имущества на основании постановления главы администрации г. Тимашевска 

<

№> от 20 ноября 1998 года, акта приема-передачи от 13 мая 1976 года и свидетельств о государственной регистрации права от 5 ноября 2009 года и 6 ноября 2009 года.

Согласно свидетельству о браке от 28 июня 1968 года ФИО5 и ФИО1 состояли в зарегистрированном браке с 28 июня 1968 года.

Из изложенного следует, что спорное имущество было приобретено супругами С-ными во время брака, а поэтому в силу ст.34 СК РФ являлось общим совместным имуществом супругов.

Пунктом 8 указанного договора дарения предусмотрено, что на основании ст. 558 лица, зарегистрированные в доме, сохраняют право пользования и проживания этим жилым помещением после его приобретения одаряемой.

Согласно выписке из лицевого счета помещения от 8 декабря 2009 года в доме на момент сделки были зарегистрированы ФИО5, ФИО1 и ФИО3, а поэтому истец в соответствии со ст. 292 ГК РФ, как член семьи нового собственника – одаряемого, может остаться проживать в подаренном доме, а поэтому суд считает необоснованными ее доводы о том, что она может остаться без жилья.

ФИО1 в обоснование иска о признании договора недействительным ссылается на то, что сделка дарения совершена ее мужем ФИО5 без ее согласия.

Однако, в деле правоустанавливающих документов, представленным управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю, имеется ее согласие от 8 декабря 2009 года, удостоверенное нотариусом Тимашевского нотариального округа ФИО7, согласно которого ФИО1 в соответствии со ст. 163, 253, 256 ГК РФ и ст. 33-36 СК РФ дала согласие своему супругу ФИО5 на дарение ФИО3 земельного участка с расположенным на нем жилым домом, находящихся по адресу: Краснодарский край, Тимашевский район, г. Тимашевск, 

<

адрес>, на условиях по своему усмотрению.

При этом истцу разъяснены нотариусом содержание статей 177-179 ГК РФ, согласие дано ею добровольно, она понимала значение своих действий, руководила ими, не была признана ограниченно- или недееспособной, претензий имущественного характера к супругу не имела, текст согласия зачитан ей нотариусом вслух, ею прочитан и соответствовал ее волеизъявлению, о чем свидетельствует ее собственноручная подпись.

Указанное обстоятельство в суде подтвердила сама ФИО1, пояснив, суду, что действительно она дала согласие на дарение спорного имущества дочери ФИО3, поскольку она с мужем решили подарить ей имущество и в 2009 году оформили договор дарения на нее.

Из показаний свидетелей 

<

ФИО>2, 

<

ФИО>3, 

<

ФИО>4, 

<

ФИО>5, 

<

ФИО>6, 

<

ФИО>7, 

<

ФИО>8 и 

<

ФИО>9 также следует, что ФИО1 знала о заключенной мужем сделке, поскольку сама рассказывала о том, что она с мужем решили подарить дом дочери ФИО3, по этому поводу советовалась с соседями, а после сделки рассказывала им о том, что дом она с мужем оформили на дочь.

Статьями 162,165,168-179 ГК РФ предусмотрены основания для признания сделок недействительными, но любая сделка действительна, если содержание сделки не противоречит закону и иным правовым актам, сделка совершена дееспособным лицом, облечена в форму, предусмотренную для нее законом, и волеизъявление участника сделки соответствует его действительной воле.

Кроме того, в судебном заседании истец и ее представитель сослались на притворность сделки дарения от 24 декабря 2009 года, полагая, что давая согласие на заключение сделки, ФИО5 заключил с дочерью договор пожизненного содержания с иждивением родителей, рассчитывая на ее уход и содержание

В соответствии со ст.168 ГК РФ (в редакции, действующей на момент совершения сделки) сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии с ч.2 ст.170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Для притворной сделки характерно то, что совершаются иные действия, чем те, которые стороны на самом деле имели в виду. Притворная сделка также не направлена на возникновение вытекающих из нее правовых последствий, прикрывает иную волю участников сделки и в силу этого признается ГК ничтожной. Доказывать притворный характер сделки можно с использованием всех допускаемых гражданским процессом доказательств, в том числе свидетельскими показаниями, так как каких-либо исключений по этому вопросу гражданско-процессуальным законодательством не предусмотрено.

В силу прямого указания закона притворная сделка относится к ничтожным сделкам.

На основании ст. 601 ГК РФ по договору пожизненного содержания с иждивением получатель ренты - гражданин передает принадлежащие ему жилой дом, квартиру, земельный участок или иную недвижимость в собственность плательщика ренты, который обязуется осуществлять пожизненное содержание с иждивением гражданина и (или) указанного им третьего лица (лиц).

Доводы истца о том, что фактически она, давая согласие мужу ФИО5 на заключение сделки, считала, что он заключит с дочерью ФИО3 договор пожизненного содержания с иждивением, рассчитывая на ее уход и содержание, опровергаются самим нотариально заверенным согласием от 8 декабря 2009 года, а также договором дарения от 24 декабря 2009 года, который никаких дополнительных условий о надлежащем уходе со стороны ФИО8 и материальной поддержке ФИО1 не содержат.

Истцом и ее представителем не представлены суду доказательства о том, что при заключении договора дарения и даче ею своему супругу согласия на дарение имущества ответчику преследовалась иная цель, нежели дарение.

Таким образом, вышеизложенные обстоятельства свидетельствуют о воле истца, направленной на безвозмездную передачу в собственность ФИО3 земельного участка с домовладением, понимании истцом значения своих действий, правовой природы данного ею согласия мужу на совершение сделки дарения и последствий заключаемой ею действий, ФИО1 распорядилась имуществом по своей воле, которая была направлена на заключение именно договора дарения с дочерью, какое-либо заблуждение относительно того, что дом и земельный участок переходит в собственность ФИО3 по договору дарения, у сторон при совершении сделки отсутствовало.

Учитывая изложенное, суд считает, что истцом не доказаны обстоятельства, наличие которых является основанием для признания сделки недействительной.

В данном случае договор дарения от 24 декабря 2009 года не противоречит требованиям действующего законодательства, соответствуют всем требованиям, предъявляемым к ним гражданским и семейным законодательством РФ, договор прошел регистрацию в управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю, то есть в установленном законом порядке.

На основании ст.199 ГК РФ требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии с ч.1 ст.200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Суд считает необоснованным доводы представителя истца о том, что ФИО1 не пропустила срок исковой давности, так как узнала о сделке только 30 августа 2017 года после получения выписки из ЕГРН, поскольку как уже указано выше судом было установлено, что она знала о совершенной сделке, что сама истец и подтвердила суду.

Более того, ч.1 ст.181 ГК установлены специальные сроки исковой давности по недействительным ничтожным сделкам.

Так, в соответствии с ч.1 ст.181 ГК РФ (в редакции, действующей на момент заключения сделки) срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки.

Федеральным законом от 7 мая 2013 г. N 100-ФЗ пункт 1 статьи 181 ГК РФ изложен в новой редакции, вступающей в силу с 1 сентября 2013 г, в соответствии с которым срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Между тем данные положения ч.1 ст.181 ГК РФ в указанной редакции согласно пункту 9 статьи 3 Федерального закона от 7 мая 2013 года N 100-ФЗ применяются только к тем срокам, которые не истекли до 1 сентября 2013 года.

Указанное обстоятельство также подтверждается пунктом 69 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", в соответствии с которым положения ГК РФ об основаниях и последствиях недействительности сделок в редакции Закона N 100-ФЗ применяются к сделкам, совершенным после дня вступления его в силу, то есть после 1 сентября 2013 года (пункт 6 статьи 3 Закона N 100-ФЗ). При этом согласно пункту 9 статьи 3 Закона N 100-ФЗ сроки исковой давности и правила их исчисления, в том числе установленные статьей 181 ГК РФ, применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года.

Из ч.1 ст.181 ГК РФ (в редакции, действующей на момент заключения сделки) следует, что течение срока давности по названным требованиям определяется не субъективным фактором (осведомлённостью заинтересованного лица о нарушении прав), а объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения сделки. Такое правовое регулирование обусловлено характером соответствующих сделок как ничтожных, которые недействительны с момента совершения независимо от признания их таковыми судом (п. 1 ст. 166 ГК РФ), а значит, не имеют юридической силы, не создают каких-либо прав и обязанностей как для сторон по сделке, так и для третьих лиц.

Поскольку право на предъявление иска в данном случае связано с наступлением последствий исполнения ничтожной сделки и имеет своей целью их устранение, то именно момент начала исполнения такой сделки, когда возникает производный от неё тот или иной неправовой результат, в действующем гражданском законодательстве избран в качестве определяющего для исчисления срока давности.

Таким образом, срок исковой давности по искам о признании недействительной ничтожной сделки, в частности договора дарения недвижимого имущества, и применении последствий недействительности сделки, исчисляется со дня, когда данная сделка исполнена сторонами и зарегистрирована управлением федеральной регистрационной службы по Краснодарскому краю, то есть с 14 января 2010 года.

В данном случае срок исковой давности истек 14 января 2013 года, а исковое заявление подано истцом в суд 18 сентября 2017 года, то есть по истечении трех лет с момента как заключения, так и регистрации договора, а поскольку представитель ответчика заявил ходатайство о применении исковой давности, а истцом и ее представителем на основании ст.205 ГК РФ не заявлено ходатайство о восстановлении пропущенного срока исковой давности, то суд, применяя исковую давность, отказывает истцу в удовлетворении исковых требований, в том числе и поэтому основанию.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Отказать ФИО1 в удовлетворении иска к ФИО3 о признании частично недействительным договора дарения земельного участка площадью 647 кв. м с кадастровым номером 

<

№> и жилого дома по 

<

адрес> в г. Тимашевске, заключенного 24 декабря 2009 года между ФИО5 и ФИО3, применении последствий его недействительности и признании права собственности на недвижимое имущество.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Краснодарский краевой суд через Тимашевский районный суд в течение одного месяца со дня его составления в окончательной форме.

Полный текст решения изготовлен 28 ноября 2017 года.

Председательствующий Справка: решение не вступило в законную силу.