Судья Казарина Н.А. УИД 38RS0021-01-2025-000780-11

Судья-докладчик Коваленко В.В. № 33-311/2026 (№33-10340/2025)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

19 января 2026 года г. Иркутск

Судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда в составе:

судьи-председательствующего Коваленко В.В.,

судей Алферьевской С.А., Дяденко Н.А.,

при секретаре Журавлевой А.А.,

с участием прокурора Нарижняк О.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-790/2025 по иску ФИО7, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетних детей ФИО2, ФИО3, ФИО8, ФИО9 к обществу с ограниченной ответственностью «МЕРИДИАН» о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов

по апелляционной жалобе общества с ограниченной ответственностью «МЕРИДИАН»

на решение Слюдянского районного суда Иркутской области от 2 октября 2025 года,

УСТАНОВИЛА:

Истцы ФИО8, ФИО9, ФИО7, действующая в своих интересах и интересах своих несовершеннолетних детей ФИО3, ФИО2, обратились в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «МЕРИДИАН» (далее ООО «МЕРИДИАН»), в обоснование исковых требований указали, что 28 января 2025 г. ФИО10, управляя автомобилем «(данные изъяты)» государственный регистрационный знак Номер изъят регион, в составе с полуприцепом «Ортхаус VЗ VЗ» государственный регистрационный знак Номер изъят регион, двигаясь со стороны г. Чита в направление г. Иркутск и в районе 149 км+830 м. федеральной автодороги Р-258 «Байкал» Чита-Улан-Удэ-Иркутск допустил столкновение с автомобилем «Хонда Фриид» государственный регистрационный знак Номер изъят регион. В результате дорожно-транспортного происшествия водитель автомобиля «(данные изъяты)» ФИО20. от полученных повреждений скончался в медицинском учреждении, пассажир автомобиля «(данные изъяты)» ФИО3, Дата изъята года рождения с травмами различной степени тяжести была доставлена в медицинское учреждение г. Байкальска. По данному обстоятельству СО ОМВД России по Слюдянскому району 14 марта 2025 г. возбуждено уголовное дело по признакам преступления предусмотренного ч.3 ст. 264 УК РФ в отношении водителя ФИО10

Факт смерти ФИО5 подтверждается свидетельством о смерти серии Номер изъят выданным 3 февраля 2025 г., согласно которому составлена запись акта о смерти Номер изъят.

В ходе предварительного следствия установлено, что водитель, управлявший 28 января 2025 г. автомобилем «(данные изъяты)» государственный регистрационный знак Номер изъят регион, в составе с полуприцепом «(данные изъяты)» государственный регистрационный знак Номер изъят регион ФИО10, состоял в трудовых отношениях с ООО «МЕРИДИАН» с 20 декабря 2024 г. Транспортное средство, а также полуприцеп принадлежат на праве собственности ООО «МЕРИДИАН». Поскольку источник повышенной опасности принадлежит на праве собственности ООО «МЕРИДИАН», ответственность за причинение вреда возлагается на ООО «МЕРИДИАН», как на лицо, владеющее им на законных основаниях, в момент происшествия.

Со смертью близкого родственника истцы понесли большую утрату, связанную с гибелью родного для них человека.

Гибель близкого человека - отца, мужа, сына сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, подобная утрата, безусловно, является для истцов, тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания.

В связи с чем истцы просили суд взыскать с ООО «МЕРИДИАН» в пользу ФИО7 компенсацию морального вреда в размере 7 500 000 руб., расходы на погребение в размере 180 150 руб., расходы на поминальные обеды в сумме 95 924,64 руб., а также судебные расходы по представлению ее интересов и интересов ее несовершеннолетних детей в размере 111 000 руб.; взыскать в пользу несовершеннолетнего ФИО21 и ФИО22 компенсацию морального вреда в размере 7 500 000 руб. каждому; взыскать в пользу ФИО8 компенсацию морального вреда в размере 7 500 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 37 000 руб.; в пользу ФИО9 компенсацию морального вреда в размере 7 500 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 37 000 руб.

Решением Слюдянского районного суда Иркутской области от 2 октября 2025 г. исковые требования удовлетворены частично. С ООО «МЕРИДИАН» взыскано: в пользу ФИО3, в лице законного представителя ФИО7 взыскана компенсация морального вреда в размере 1 300 000 руб.; в пользу ФИО2, в лице законного представителя ФИО1, компенсация морального вреда в размере 1 000 000 руб.; в пользу ФИО7 компенсация морального вреда в размере 1 000 000 руб., расходы на погребение в размере 180 150 руб., расходы на поминальный обед в размере 89 600 руб., судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 25 000 руб.; в пользу ФИО8 компенсация морального вреда в размере 1 000 000 руб., судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 7 500 руб.; в пользу ФИО9 компенсация морального вреда в размере 1 000 000 руб., судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 7 500 руб. Исковые требования ФИО7 к ООО «МЕРИДИАН» о взыскании расходов на поминальный обед на 40 дней в размере 6 324,64 руб., взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя в размере 86 000 руб., оставлены без удовлетворения. Требования ФИО8 и ФИО9 о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя в размере 29 500 руб. в пользу каждого оставлены без удовлетворения. Кроме того, с ответчика взыскана государственная пошлина в размере 24 092,50 руб. в бюджет Слюдянского муниципального района Иркутской области.

В апелляционной жалобе представитель ООО «МЕРИДИАН» ФИО11 просит решение суда отменить.

В обоснование доводов жалобы указывает на то, что, безусловно, вина работника ООО «МЕРИДИАН» водителя ФИО10 в дорожно-транспортном происшествии установлена. Ответчик не отрицает своей ответственности, как владелец источника повышенной опасности и работодателя. Тем не менее, считает, что размер компенсации, присужденный судом первой инстанции никак не обоснован документально, не соотносится со сложившейся судебной практикой.

Считает не разумной и не справедливой компенсацию морального вреда, особенно в отношении родителей погибшего и настаивает, что разумным и справедливым размером компенсации морального вреда для ФИО3 в связи с гибелью отца – 500 000 руб., компенсацию морального вреда в связи с полученными ею нравственными и физическими страданиями в результате дорожно-транспортного происшествия в размере 100 000 руб., в пользу ФИО2 и ФИО7 компенсацию морального вреда – 500 000 руб. каждому, в пользу ФИО8 и ФИО9 компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб. каждому.

Полагает, что установление для родителей, братьев и сестер размера компенсации, соразмерного, но не тождественного компенсации для супруги и детей, является не дискриминацией, а взвешенным правовым подходом, учитывающим реальные последствия утраты для каждого. Это подтверждается анализом судебных решений, вынесенных в соответствии с данной логикой.

В письменных возражениях на доводы жалобы прокурор, участвующий в деле, Жёлтышева М.И., просит решение суда оставить без изменения, жалобу без удовлетворения.

На основании ч.3 ст.167 ГПК РФ, судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда рассмотрела дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле, признав их извещение о времени и месте рассмотрения дела надлежащим.

Заслушав доклад судьи Коваленко В.В., объяснения представителя ответчика ООО «МЕРИДИАН» ФИО11, представителя истцов ФИО13, заключение прокурора Нарижняк О.Н., проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

На основании ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно п. 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» судам надлежит иметь в виду, что в силу статьи 1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причинённый его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. При этом работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Как разъяснено в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина», ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, наступает за вред, причинённый его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта). На юридическое лицо или гражданина может быть возложена обязанность по возмещению вреда, причинённого лицами, выполнявшими работу на основании гражданско-правового договора, при условии, что эти лица действовали или должны были действовать по заданию данного юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (пункт 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В п.14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» указано, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Привлечение лица, причинившего вред здоровью потерпевшего, к уголовной или административной ответственности не является обязательным условием для удовлетворения иска. (п.15)

В п.20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 указано, что моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абзац первый пункта 1 статьи 1068 ГК РФ).

Осуждение или привлечение к административной ответственности работника как непосредственного причинителя вреда, прекращение в отношении его уголовного дела и (или) уголовного преследования, производства по делу об административном правонарушении не освобождают работодателя от обязанности компенсировать моральный вред, причиненный таким работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Обязанность компенсировать моральный вред, причиненный гражданином, выполняющим работу на основании гражданско-правового договора, может быть возложена на юридическое лицо или гражданина, которыми с причинителем вреда был заключен такой договор, при условии, что причинитель вреда действовал или должен был действовать по заданию данного юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (абзац второй пункта 1 статьи 1068 ГК РФ).

В силу статьи 1094 Гражданского кодекса Российской Федерации лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Статья 3 Федерального закона от 12 января 1996 г. № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» определяет погребение как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могиле, склепе), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

Вопрос о размере необходимых расходов на погребение должен решаться с учетом необходимости достойного отношения к телу умершего и его памяти (ст.5 Федерального закона от 12 января 1996 г. № 8-ФЗ).

Как установлено судом и следует из письменных материалов дела, 28 января 2025 г. около 12 часов 35 минут ФИО17, управляя автомобилем «Донгфенд» государственный регистрационный знак 

<

***> регион, в составе с полуприцепом «Ортхаус VЗ VЗ» государственный регистрационный знак ТВ5685 77 регион, двигаясь со стороны 

<

адрес изъят> в направление 

<

адрес изъят> в районе 149 км+830 м. федеральной автодороги Р-258 «Байкал» Чита-Улан-Удэ-Иркутск допустил столкновение с автомобилем «Хонда Фриид» государственный регистрационный знак 

<

***> регион. В результате совершенного дорожно-транспортного происшествия водитель автомобиля «Хонда Фриид» ФИО5 от полученных повреждений скончался в медицинском учреждении, пассажир автомобиля «Хонда Фриид» ФИО3, Дата изъята года рождения с травмами различной степени тяжести доставлена в медицинское учреждение 

<

адрес изъят>.

Законным владельцем транспортного средства автомобиля марки «ДонгФенг ДжиХ ДФХ4180» ( DONGFENG GX DFH4180) государственный регистрационный знак 

<

***> регион, в составе с полуприцепом модели «Ортхаус В3 В3» (Orthaus V3 V3) государственный регистрационный знак ТВ 5685 77 регион, является ООО «МЕРИДИАН» как собственник, несущий бремя содержания принадлежащего ему имущества.

Дата изъята по факту дорожно-транспортного происшествия произошедшего Дата изъята следователем СО ОМВД России по 

<

адрес изъят> возбуждено уголовное дело по признакам преступления предусмотренного по ч.3 ст.264 УК РФ, где указано, что Дата изъята около 12 час.35 мин. ФИО17, управляя автомобилем «Донгфенд» государственный регистрационный знак 

<

***> регион, в составе с полуприцепом «Ортхаус VЗ VЗ» государственный регистрационный знак ТВ5685 77 регион, двигаясь со стороны 

<

адрес изъят> в направление 

<

адрес изъят> и в районе 149 км+830 м. федеральной автодороги Р-258 «Байкал» Чита-Улан-Удэ-Иркутск допустил столкновение с автомобилем «Хонда Фриид» государственный регистрационный знак Р797НЕ 138регион. В результате совершенного дорожно-транспортного происшествия водитель автомобиля «Хонда Фриид» ФИО5 от полученных повреждений скончался в медицинском учреждении, пассажир автомобиля «Хонда Фриид» ФИО3, Дата изъята года рождения с травмами различной степени тяжести была доставлена в медицинское учреждение 

<

адрес изъят>.

Согласно заключению эксперта Номер изъят от Дата изъята , проведенного на основании постановления следователя СО ОМВД России по 

<

адрес изъят> от Дата изъята смерть ФИО5 наступила от тупой сочетанной травмы груди, живота, правой верхней конечности, нижних конечностей, что подтверждается выявленными морфологическими особенностями. При исследовании трупа обнаружены повреждения: тупая сочетанная травма груди, живота, правой верхней конечности, нижних конечностей. Тупая травма груди: разрыв аорты; разрывы пристеночной плевры по задней подмышечной линии справа (4), по передней подмышечной линии (1); ушибы корней легких; разрывы средней и нижней долей правого легкого; сгибательные переломы 2,3,4,5 ребер по средне-подмышечной линии справа; сгибательные переломы 2,3,4,5,6 ребер по околопозвоночной линии справа; разгибательные переломы 6,7 про задней подмышечной линии справа; двусторонний гемоторакс (300 мл крови в правой плевральной полости, 150 мл крови в левой плевральной полости). Тупая травма живота: веретенообразный разрыв диафрагмальной поверхности правой доли печени; гемоперитонеум (около 100 мл крови). Тупая травма правой верхней конечности: ссадина наружной боковой поверхности правого плеча (1), рвано-ушибленная рана тыльной поверхности правой кисти (1), перелом правой плечевой кости с кровоизлияниями в окружающие мягкие ткани. Тупая травма нижних конечностей: ссадины внутренней поверхности средней и нижней трети правого бедра (6), на наружной боковой поверхности правого бедра (8), на наружной боковой и передней поверхностях в проекции левого коленного сустава (2), на внутренней боковой поверхности левой голени (1); рвано-ушибленная рана передней внутренней боковой и задней поверхностях правой голени (1), фрагментарно-оскольчатый перелом правой бедренной кости с пропивающими кровоизлияниями в окружающих мягких тканях; фрагментарно-оскольчатый перелом правой большеберцовой кости пропивающими кровоизлияниями в окружающих мягких тканях; фрагментарно-оскольчатые переломы левой большеберцовой и малоберцовых костей пропивающими кровоизлияниями в окружающих мягких тканях. Ссадины левой щеки (5), в левой окологлазничной области (3). Гемотравматический шок: скудные синюшные трупные пятна; слабое кровенаполнение тканей, исследуемых органов; пятна ФИО15 под эндокардом; отек легких; отек головного мозга.

Все вышеуказанные повреждения входят в комплекс тупой сочетанной травмы: сформировавшиеся вследствие воздействия тупых твердых предметов, которыми могли быть детали салона автомобиля, незадолго до наступления смерти и относятся к причинившим тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Комплекс тупой сочетанной травмы груди, живота, правой верхней конечности, нижних конечностей состоит в прямой причинной связи с наступившей смертью.

Не исключается, что данные повреждения могли сформироваться у водителя автомобиля, при обстоятельствах и времени указанных в установочной части постановления.

Смерть гр. ФИО5 наступила 28 января 2025 г. в 13:45, что не противоречит обнаруженным трупным изменениям.

При судебно-химическом исследовании в крови от трупа гр. ФИО5 этиловый алкоголь не обнаружен.

Приговором Слюдянского районного суда Иркутской области от 9 июня 2025 г. по факту дорожно-транспортного происшествия ФИО10 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 1 год 6 месяцев, с отбыванием в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на 2 года.

В выписке из медицинской карты ФИО3, Дата изъята года рождения указано, что 28 января 2025 г. она была экстренно госпитализирована в хирургическое отделение ОГБУЗ «Слюдянская РБ» с диагнозом: (данные изъяты)

Согласно заключению эксперта № 18 от 17 февраля 2025 г., проведенного на основании постановления следователя СО ОМВД России по Слюдянскому району от 13 февраля 2025 г. у ФИО23 имелись повреждения в виде ушибов (данные изъяты), при обстоятельствах и времени указанных в установочной части постановления, а именно 28 января 2025 г., и относятся к не причинившим вреда здоровью.

Кроме того, из квитанции от 29 января 2025 г. и договора от 29 января 2025 г. № 3 по оказанию ритуальных услуг следует, что заказчик ФИО7, умерший ФИО5, произвела оплату исполнителю ИП ФИО12 в сумме 179 150 руб. В заказе № 3 от 29 января 2025 г. указаны ритуальные услуги: предоставление и доставка: полати – 1 000 руб.; саван – 5 000 руб.; гроб – 28 450 руб.; памятник – 52 000 руб.; оградка – 28 000 руб.; гравировка ФИО, ДАТА – 2 300 руб., гравировка портрета – 7 000 руб.; решетка для памятника – 3 000 руб.; копка могилы – 13 000 руб.; рабочие на захоронение – 13 000 руб.; погрузо-разгрузочные работы – 2 050 руб.; грузовик – 3 000 руб.; катафалк – 6 000 руб.; ритуальный зал – 1 500 руб.; установка памятника – 1500 руб; установка оградки – 1 000 руб.; гравировка букв, знаков – 4 850 руб.; венки – 6 500 руб., итого на 179 150 руб.

Согласно договору от 29 января 2025 г. об оказании ритуальных услуг ИП ФИО16, акту выполненных работ ИП ФИО16 от 29 января 2025 г. и товарному чеку от 29 января 2025 г. ФИО7 понесла расходы на общий комплекс услуг по подготовке тела к захоронению умершего ФИО5 в сумме 26 000 руб. Указанные расходы суд находит обоснованными, поскольку тело ФИО5 сильно пострадало в результате дорожно-транспортного происшествия и мероприятия по подготовке теля к захоронению были необходимы. Таким образом общая сумма затрат, связанных с ритуалом захоронения составила 205 150 руб.

Кроме того, суду представлена квитанция к приходному кассовому ордеру от 1 февраля 2025 г. ООО «Космос», подтверждающая оплату ФИО7 поминального обеда в день похорон ФИО5 в сумме 89 600 руб., которая подлежит взысканию с ответчика в пользу истца ФИО7

Разрешая спор по существу и частично удовлетворяя исковые требования, оценивая собранные по делу доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ, руководствуясь положениями статей 151, 1064, 1068, 1099, 1101 ГК РФ, суд обоснованно пришел к выводу о наличии правовых оснований для возложения на ответчика обязанности компенсировать истцам причиненный моральный вред в связи с утратой близкого человека.

Кроме того, с ООО «МЕРИДИАН» в пользу ФИО7 взысканы расходы на погребение в размере 180150 руб.

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ, исходя из объема и качества оказанной истцам юридической помощи, руководствуясь принципом разумности, судом первой инстанции взысканы подлежащие возмещению расходы на оплату юридических услуг в пользу ФИО7 судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 25 000 руб., в пользу ФИО8 судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 7 500 руб., в пользу ФИО9 судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 7 500 руб.

Решение суда в этой части лицами, участвующими в деле, не обжалуется, законность и обоснованность не обжалуемой части решения в силу положений частей 1, 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не является предметом проверки судебной коллегии.

Принимая во внимание конкретные обстоятельства по делу, учитывая степень нравственных страданий каждого истца, установив, что истцы понесли невосполнимую утрату в связи с гибелью близкого человека и несут нравственные страдания в связи с разрывом семейных связей, с учетом принципа разумности и справедливости, суд определил размер компенсации морального вреда в пользу каждого из истцов ФИО7, несовершеннолетнего ФИО2, ФИО8, ФИО9 по 1 000 000 рублей каждому. При этом, несовершеннолетней ФИО3 суд определил размер компенсации морального вреда в связи с гибелью отца в размере 1 000 000 рублей, в связи с полученными ею нравственными и физическими страданиями в результате дорожно-транспортного происшествия в размере 300 000 руб., итого в размере 1 300 000 руб.

Судебная коллегия полагает, что при разрешении спора судом первой инстанции были правильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, правоотношения сторон в рамках заявленных требований и закон, подлежащий применению. При этом, выводы суда соответствуют установленным по делу обстоятельствам, подтвержденным материалами дела и исследованными судом доказательствами, которым суд дал надлежащую оценку в соответствие с требованиями процессуальных норм.

Оснований для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы о необоснованно завышенном размере компенсации морального вреда судебная коллегия не усматривает, поскольку по существу они сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда, не опровергают правильности выводов суда первой инстанции, с которыми согласилась судебная коллегия, а лишь выражают несогласие с оценкой судом исследованных в соответствии со ст. 67 ГПК РФ по делу доказательств, основаны на неправильном толковании норм действующего законодательства, регулирующего спорные правоотношения, а потому не могут быть приняты во внимание судебной коллегией.

Согласно пункту 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

В пункте 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего. Моральный вред, причиненный лицу, не достигшему возраста восемнадцати лет, подлежит компенсации по тем же основаниям и на тех же условиях, что и вред, причиненный лицу, достигшему возраста восемнадцати лет.

Судом достоверно установлено, что ФИО10 состоял в трудовых отношениях с ООО «МЕРИДИАН» в должности водителя. Данные обстоятельства подтверждаются приказом о приеме ФИО10 на работу № 289 от 20 декабря 2024 г. на должность водителя автомобиля в ООО «МЕРИДИАН», трудовым договором № 290 от 20 декабря 2024 г., заключенным между ООО «МЕРИДИАН» и ФИО10

Согласно свидетельству о заключении брака I-СТ Номер изъят от Дата изъята установлено, что ФИО5 и ФИО14 заключили брак 16 декабря 2010 г. После регистрации брака жене присвоена фамилия Донник.

В свидетельствах о рождении II-СТ Номер изъят от Дата изъята ФИО2, Дата изъята года рождения, и III-СТ Номер изъят от Дата изъята ФИО3, Дата изъята года рождения, указано, что их родителями являются: отец ФИО5, мать ФИО1.

ФИО6 и ФИО4 являются родителями ФИО5, Дата изъята года рождения, что следует из свидетельства о рождении Номер изъят, выданного 7 февраля 1984 г. отделом ЗАГС Октябрьского района г. Улан-Удэ Бур. АССР.

ФИО5, Дата изъята года рождения, умер 28 января 2025 года, что следует из свидетельства о смерти Номер изъят от 3 февраля 2025 г.

Доводы жалобы ответчика о не разумной и не справедливой компенсации морального вреда родителям погибшего, которая не должна быть тождественная размеру компенсации для супруги и детей, основанием к изменению решения суда не является. При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу каждого истца, судом приняты во внимание нравственные страдания каждого из истцов, степень родства и взаимоотношения между друг другом, наличие тесной семейной и родственной взаимосвязи погибшего как с родителями так и с членами его семьи. Утрата близкого человека каждым из истцов - отца, мужа, сына является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, что также обоснованно учтено судом.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы не свидетельствуют о наличии правовых оснований для отмены обжалуемого решения суда, поскольку фактически повторяют правовую позицию, выраженную стороной ответчика, в том числе в суде первой инстанции, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда, не опровергают правильности выводов суда первой инстанции, с которыми согласилась судебная коллегия, а лишь выражают несогласие с оценкой судом исследованных по делу доказательств, основаны на неправильном толковании норм действующего законодательства, регулирующего спорные правоотношения, а потому не могут быть приняты во внимание судебной коллегией.

Нарушений судом первой инстанции норм процессуального права, которые, по смыслу ст.330 ГПК РФ, могли бы служить основанием для отмены обжалуемого решения, не установлено.

Апелляционная жалоба не содержит иных доводов, влекущих отмену судебного постановления, в связи с чем решение суда, проверенное в силу ч.1 ст.327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы, является законным, обоснованным и отмене не подлежит.

руководствуясь ст.ст. 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Слюдянского районного суда Иркутской области от 2 октября 2025 года по данному гражданскому делу оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Судья-председательствующий В.В. Коваленко

Судьи С.А. Алферьевская

Н.А. Дяденко

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 6 февраля 2026 г.