УИД 38RS0003-01-2019-003158-40

РЕШЕНИЕ

17 ноября 2020 года г.Братск

Судья Братского городского суда Иркутской области Полякова Анжелика Сергеевна (

<

...>),

рассмотрев жалобу ФИО1 на постановление временно замещающего должность начальника территориального управления министерства лесного комплекса Иркутской области по Братскому лесничеству ФИО2 от 26.11.2019 года *** о признании виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 8.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,

УСТАНОВИЛА:

Постановлением временно замещающего должность начальника территориального управления министерства лесного комплекса Иркутской области по Братскому лесничеству ФИО2 *** от 26.11.2019 года ФИО1 признан виновным в совершении правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 8.37 КоАП РФ, ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 1 000 рублей. 

Не согласившись с вынесенным постановлением, ФИО1 обратился в суд с жалобой, в которой с учетом дополнения просил постановление в отношении него отменить, производство по делу прекратить, применить положения ст.2.9 Кодекса РФ об административных правонарушениях, в обоснование жалобы ФИО1 указал, что не совершал инкриминируемое ему правонарушение. Должностным лицом, вынесшим постановление, неправильно применены нормы материального права, неверно дана оценка конкурирующим нормам права, имеющим одинаковую юридическую силу, нарушены принципы презумпции невиновности, его виновность материалами дела не установлена и не доказана. 

Указал, что 21.07.2019 года следовал на своем автомобиле на рыбалку в Усть-Илимском районе, в багажнике транспортного средства находилось принадлежащее ему и зарегистрированное в установленном порядке огнестрельное оружие системы ТОЗ-63 16 калибра в зачехленном и разобранном состоянии, боеприпасы к нему находились отдельно от оружия, что исключало его использование. На грунтовой дороге общего пользования «Тушамская магистраль» он был остановлен лицом, представившимся государственным инспектором К.Д., которому он предъявил разрешение на хранение и ношение, само оружие, охотничий билет, пояснял должностному лицу, что не осуществляет охоту, транспортирует оружие с целью самообороны.

Полагает, что в его действиях отсутствует состав административного правонарушения, ссылаясь на положения статей 2,18, 45 Конституции Российской Федерации, статьи 2,3, 6,24 ФЗ №150 «Об оружии», пункты 66, 77 Правил, утвержденных Постановлением Правительства РФ №814 от 21.07.1998. Обращает внимание на то, что законодатель не определил по смыслу применения положений части ст.57 Федерального закона №209 «Об охоте и сохранении охотничьих ресурсов», в каком состоянии должно быть оружие. При применении данной нормы исключаются правовые нормы и понятия как «транспортировка оружия», «презумпция невиновности», о чем свидетельствуют разъяснения органов прокуратуры, Министерства природных ресурсов. Транспортировка оружия через охотничьи угодья с соблюдением условий, исключающих осуществление охоты, неправомерно приравнивать к охоте. Запрет на нахождение граждан в охотничьих угодьях (п.53.1 Правил охоты) распространяется только на нахождение граждан в охотничьих угодьях с расчехленным или заряженным оружием. Положения статьи 57 Закона не определяют, в каком состоянии должно быть оружие для привлечения граждан к ответственности, что является существенным фактором, тогда как п.53.1 Правил охоты содержит четкий запрет на нахождение в охотугодьях в транспортном средств именно с расчехленным или заряженным оружием, а п.77 Постановления Правительства РФ №814 от 21.07.1998 прямо разрешает транспортировать гражданам оружие на территории РФ.

Статья 1 ФЗ №290 определяет понятие охоты, п.62 Постановления Правительства №814 разрешает использовать имеющиеся у них оружие в целях самообороны или крайней необходимости. 

Все нормы находятся в согласовании между собой, не противоречат друг другу, логичны и понятны. Однако ст.57 ФЗ №209 при искаженном толковании как нормы, запрещающей нахождение в охотугодьях с оружием в любом виде, входит в противоречие указанным нормам и фактически исключает правовые положения ст.24-25 ФЗ №150 «Об оружии» и положения ст.ст.1.5, 2.1 и 2.2 КоАП РФ, противоречит ст.1 ФЗ №209.

Правомерные действия по транспортировке оружия в любом месте РФ, как с целью использования для самообороны, так и с целью использования в спортивных мероприятиях, учебных стрельбах, передвижения к месту проведения охоты не могут образовывать состава инкриминируемого ему правонарушения, его действия были основаны исключительно на законе и оружие в данных обстоятельствах не могло быть использовано для охоты, т.к. находилось в разобранном виде в чехле в багажнике его автомашины.

Доводы должностного лица, вынесшего обжалуемое постановление о транспортировке им оружия исключительно в целях охоты, несостоятельны, не доказаны материалами дела, не основаны на законе, лишают его права на защиту от противоправных посягательств и участия в спортивных мероприятиях, тренировочных и учебных стрельбах, являются предположением, что недопустимо при установлении вины и противоречит принципу презумпции невиновности. 

Обжалуемое постановление содержит недостоверные сведения о том, что он транспортировал оружие с целью самообороны неправомерно, т.к. установлен запрет на ношение огнестрельного длинноствольного оружия, транспортировку оружия информация МВД от 19.11.2014 не регулирует, материалы дела не содержат информации о ношении им оружия. 

Обжалуемое постановление не содержит каких-либо сведений о его имущественном и материальном положении, а также иных данных, характеризующих его как личность, поэтому наказание в виде административного штрафа в размере 1 000 рублей материалами дела не мотивировано.

При рассмотрении его ходатайства о применении положений ст.2.9 КоАП РФ сделана ссылка на угрозу причинения вреда окружающей среде, степени общественной опасности, характере правонарушения без достаточных на то оснований, т.к. материалами дела эти обстоятельства не установлены. Напротив, инспектором, с учетом фактических обстоятельств, в нарушение ч.2 ст.27 ФЗ №150 не произвел изъятие его оружия, тем самым, не усмотрел в его действиях угрозы причинения вреда окружающей среде, позволил следовать далее с оружием с соблюдением правил его транспортировки. По указанным основаниям считает возможным применить положения ст.2.9 КоАП РФ

В дополнение указывает, что под угрозами его задержания и изъятия оружия, в нарушение ст.26.2, 26.3 и ст.26.6 КоАП РФ, не ознакомив его с положениями ст.51 Конституции РФ, ст.25.1 КоАП РФ, инспектором произведено фотографирование его документов, оружия, получено устное объяснение по обстоятельствам дела. Таким образом, осуществлен сбор материалов по делу об административном правонарушении. Ему не были разъяснены его права, чем нарушено право на защиту. О приобщении вещественных доказательств, запись в протоколе не произведена. Кроме того, протокол составлен в полном объеме без его участия, после чего он был приглашен для ознакомления с протоколом и дачи повторного объяснения по обстоятельствам дела. Его ходатайство о присутствии защитника проигнорировано, продолжив знакомить с протоколом, повторно истребовано письменное объяснение без участия его защитника, что зафиксировано на видеозаписи.

Обжалуемое постановление содержит недостоверные сведения о п.77 Постановления Правительства РФ от 21.07.1998 №814, указано, что не заявил о транспортировании оружия с целью тренировочных и учебных стрельб, из чего сделано ошибочное предположение, что имел оружие с целью охоты. Также содержит недостоверные сведения о том, что Правила охоты содержат запрет на нахождение в охотугодьях с оружием и без путевки, тогда как Правила обязывают при охоте иметь путевку, разрешение.

В материалах дела отсутствуют какие-либо сведения о применении технических средств, при помощи которых осуществлена фото, видео фиксация, их название, модели, ссылки на их применение, какой-либо информации об их использовании, размерах и названиях файлов либо иных идентифицирующих сведениях, позволяющих их признать относимыми и допустимыми доказательствами по делу. В нарушение ст.26.2, 26.6, 26.8 КоАП РФ, в протоколе информация о применении технических средств, условий их применения, их наименование, характеристиках и поверках, не отражены, что не позволяет признать данные доказательства допустимыми.

В протоколе об административном правонарушении указаны данные о месте его составления и месте правонарушения, с чем он не согласен. При проверке установлено, что географическими координатами *** является сплошной лесной массив, что не соответствует обстановке. Кроме того, не следует, каким образом, при помощи какого технического средства, в какой момент времени были установлены географические координаты нахождения на указанной территории. В связи с чем, возникают обоснованные сомнения в объективности и достоверности проведенных измерений и исключает использование их результатов при определении места совершения административного правонарушения. Данные обстоятельства не позволяют достоверно установить место совершения правонарушения и места составления протокола. Считает протокол недопустимым доказательством. 

В нарушение ч.2 ст.28.2 КоАП РФ, протокол об административном правонарушении, не содержит сведений о конкретной норме закона, нарушение которой вменено ему в вину, в частности не указано норма ФЗ» Об охоте и сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ» от 24.07.2009 №209-ФЗ, что нарушило его право на защиту. При вынесении обжалуемого постановления протокол не мог быть оценен должностным лицом как допустимое доказательство, т.к. это противоречит нормам права. Данное нарушение является существенным недостатком, которое на данной стадии невозможно устранить. Считает протокол необоснованным и немотивированным. 

Его действия квалифицированы по ч.1 ст.8.37 КоАП РФ, вменяется нарушение п.3.1, 3.2 п. «г» Правил охоты, утвержденных приказом Минприроды России, тогда как Правила охоты предусматривают обязанность лица, при осуществлении охоты соблюдать правила и в случае охоты иметь разрешение на добычу охотничьих ресурсов. Считает, что должностным лицом неправильно квалифицированы его действия. Они должны были квалифицироваться по ч. 1.2 ст.8.37 КоАП РФ, однако на данной стадии рассмотрения жалобы ухудшение его положения невозможно.

На рассмотрение жалобы, назначенное на 15.00 часов 17 ноября 2020 года не явился, извещался о времени и месте судебного заседание, судебное извещение вручено 12.10.2020 года, о чем в материалах дела имеется расписка, ходатайств об отложении рассмотрения жалобы от заявителя не поступало, о наличии уважительных причин неявки не сообщалось, в связи с чем, считаю возможным рассмотреть жалобу в отсутствие ФИО1

Ранее в ходе рассмотрения жалобы ФИО1 доводы жалобы поддержал, дал пояснения, аналогичные указанным в жалобе доводам, дополнительно указал, что протокол об административном правонарушении не содержит сведений о конкретной норме закона, нарушение которой ему вменено, в частности, нормы ФЗ от 24.07.2009 года №209-ФЗ, обращает внимание, что в рассматриваемом случае он не занимался охотой и охотником не являлся, поскольку нахождение его в двигающимся транспортном средстве, в багажнике которого находится в разобранном состоянии в чехле охотничье оружие, само по себе исключает возможность использования данного оружия в целях охоты, кроме того, ранее судья Братского городского суда при рассмотрении его жалоб на постановления о привлечении к административной ответственности по ст.8.37 КоАП РФ был согласен с его доводами об отсутствии состава правонарушения, в связи с чем, он полагал, что транспортировка охотничьего оружия 21.07.2019 года была законна.

В ходе рассмотрения дела в качестве свидетеля было допрошено должностное лицо, составлявшее протокол об административном правонарушении и оформлявшее иные материалы дела -К.Д., который показал, что на момент составления протокола об административном правонарушении и в настоящее время занимает должность главного государственного инспектора в области охраны окружающей среды по Сосновскому участковому лесничеству ТУ МЛК Иркутской области по Северному лесничеству. В охотничьих угодьях Усть –Илимского района в квартале 72 Кеульской дачи Невонского участкового лесничества Тушамской магистрали 21.07.2019 года им было установлено событие административного правонарушения, совершенного ФИО1, в автомобиле которого находилось охотничье гладкоствольное ружье, в разобранном состоянии, в чехле, а также патроны, им также были определены географические координаты места совершения административного правонарушения, произведена видео и фотофиксация правонарушения и процедура составления процессуальных документов при помощи имеющегося у него служебного портативного видеорегистратора Seelock Inspector-A1, документы в отношении которого были представлены в материалы дела ранее, показания видеорегистратора он отразил в протоколе, время, дата совершения и географические координаты местности в автоматическом режиме выводятся на экран видеорегистратора, возможно, что при фиксации координат имела места техническая ошибка, которая, однако, не влияет на отсутствие состава административного правонарушения и не свидетельствует о том, что место его совершения не установлено, он достоверно установил, что ФИО1 находился в охотничьих угодьях в 72 квартале Кеульской дачи Невонского участкового лесничества, указание им географических координат только дополнительно уточняло место совершения правонарушения, весь 72 квартал Кеульской дачи, в соответствии с соглашением, входит в состав охотничьих угодий, кроме того, он по образованию геолог-охотовед, изучал лесное дело, является специалистом в лесном хозяйстве и способен определить место совершения административного правонарушения, также пояснил, что приложение к протоколу им было оформлено в связи с тем, что типовой бланк протокола содержит мало места для указания события административного правонарушения и объяснений лица, привлекаемого к административной ответственности, данное приложение, действительно, было составлено им, объяснения ФИО1 даны в нем собственноручно, свою подпись он поставил на первом листе протокола, где также указал на наличие приложения к протоколу, полное наименование должности в протоколе также не было указано в полном объеме из-за отсутствия достаточного места в типовом бланке.

Проверив материалы дела об административном правонарушении в отношении ФИО1, выслушав свидетеля К.Д., проанализировав доводы жалобы,, проверив законность и обоснованность вынесенного по делу постановления, прихожу к следующим выводам.

Согласно ч.3 ст. 30.6 КоАП РФ суд не связан с доводами жалобы и проверяет дело в полном объеме.

В соответствии со ст.24.1 КоАП РФ задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом. 

Статья 26.1 КоАП РФ устанавливает, что по делу об административном правонарушении подлежат выяснению, в частности: наличие события административного правонарушения; лицо, совершившее противоправные действия (бездействие), за которые Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях или законом субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность, а также виновность лица в совершении административного правонарушения.

В соответствии с ч. 1 ст. 8.37 КоАП РФ нарушение правил охоты, за исключением случаев, предусмотренных частями 1.2, 1.3 настоящей статьи, влечет наложение административного штрафа на граждан в размере от пятисот до четырех тысяч рублей с конфискацией орудий охоты или без таковой или лишение права осуществлять охоту на срок до двух лет; на должностных лиц - от двадцати тысяч до тридцати пяти тысяч рублей с конфискацией орудий охоты или без таковой.

Федеральным законом от 24.07.2009 года № 209-ФЗ «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее по тексту Закон об охоте) регулируются отношения, возникающие в связи с осуществлением видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства. Данный Федеральный закон определяет участников отношений в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов, правила охоты и составляет правовую основу осуществления федерального государственного охотничьего надзора, задачами которого являются выявление, предупреждение и пресечение нарушений требований в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов.

Возможность привлечения к ответственности за нарушение законодательства в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов предусмотрена ч. 1 ст. 57 Закона об охоте. 

В соответствие с названной нормой лица, виновные в нарушении законодательства в области охраны и сохранения охотничьих ресурсов, несут ответственность в соответствии с законодательством РФ.

В силу ст. 23 Закона об охоте, основой осуществления охоты и сохранения охотничьих ресурсов являются Правила охоты утвержденные приказом Минприроды России от 16.11.2010 года № 512. В силу ч. 3 ст. 23 Закона об охоте Правила охоты обязательны для исполнения физическими лицами и юридическими лицами, осуществляющими виды деятельности в сфере охотничьего хозяйства.

Согласно оспариваемому постановлению о назначении административного наказания, ФИО1 21.07.2019 года в 16 час. 30 мин. находился в механическом транспортном средстве – автомобиле Рено Дастер, государственный регистрационный знак *** в охотничьих угодьях Усть-Илимского района Иркутской области на Тушамской магистрали, закрепленных за общественной организацией охотников и рыболовов «Усть-Илимского района» в квартале 72 Кеульской дачи Невонского участкового лесничества Илимского лесничества, в местности с географическими координатами *** с охотничьим огнестрельным гладкоствольным оружием, находящемся в разобранном состоянии, в чехле, модели ТОЗ-63, 

<

данные изъяты> с патронами 16 калибра, находящимися в патронташе, при наличии разрешительных документов на оружие – охотничий билет серии ***, выданный ДД.ММ.ГГГГ года, разрешение на хранение и ношение охотничьего огнестрельного оружия *** от 26.01.2019 года, не имея при себе разрешения на добычу охотничьих ресурсов, путевки, чем нарушил пункт 3.1, подпункт «г» пункта 3.2 Правил охоты, утвержденных Приказом Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации от 16.11.2010 года № 512 (далее по тексту Правила охоты).

Согласно пункту 5 статьи 1 Закона об охоте, охотой признается деятельность, связанная с поиском, выслеживанием, преследованием охотничьих ресурсов, их добычей, первичной переработкой и транспортировкой, к орудиям охоты относятся огнестрельное, пневматическое и холодное оружие, отнесенное к охотничьему оружию в соответствии с Федеральным законом от 13 декабря 1996 года N 150-ФЗ "Об оружии", а также боеприпасы, капканы и другие устройства, приборы, оборудование, используемые при осуществлении охоты (п. 6 ст.1);

В силу части 2 статьи 57 названного Федерального закона к охоте приравнивается нахождение в охотничьих угодьях физических лиц с орудиями охоты и (или) продукцией охоты, собаками охотничьих пород, ловчими птицами. 

Пунктом 3.1 Правил охоты установлено, что при осуществлении охоты охотник обязан соблюдать настоящие Правила.

В соответствии с п.п. «г» п. 3.2 Правил охоты, в случае осуществления охоты в закрепленных охотничьих угодьях необходимо разрешение на добычу охотничьих ресурсов, выданное в установленном порядке и путевку, в случаях, предусмотренных Законом об охоте.

В качестве доказательств виновности ФИО1 в совершении вмененного административного правонарушения в постановлении приведены: протокол об административном правонарушении от 21.07.2019 года, составленный главным государственным инспектором в области охраны окружающей среды по Сосновскому участковому лесничеству ТУ МЛК Иркутской области по Северному лесничеству, фото и видеофайлы на СD –диске, охотхозяйственное соглашение *** от 15 февраля 2019 года, выписки из реестров охотничьих билетов, определения, ответ на запрос. 

Согласно протоколу об административном правонарушении, 21.07.2019 года в 16 час. 30 мин. ФИО1 находился в механическом транспортном средстве а/м Рено Дастер, г/н *** RUS на Тушамской магистрали в охотничьих угодьях Усть-Илимского района Иркутской области, квартал 72 Кеульской дачи Невонского участкового лесничества Илимского лесничества, в местности с географическими координатами *** с охотничьим огнестрельным гладкоствольным оружием, находящемся в разобранном состоянии, в чехле, модели «ТОЗ-63», 

<

данные изъяты> с патронами 16 калибра, находящимися в патронташе, имея при себе охотничий билет серия ***, выданный 28.02.2013, разрешение на хранение и ношение огнестрельного оружия серия *** от 26.01.2019, не имея при себе разрешения на добычу охотничьих ресурсов, путевки, чем нарушил п.п.3.1 п.п. «г» п.3.2 Приказа МПР №512 от 16.11.2010 года «Правила охоты», 209 ФЗ «Об охоте». Из собственноручных объяснений ФИО1, отраженных в приложении к протоколу от 21.07.2019 года серии ***, следует, что он следовал на рыбалку, взял с собой оружие исключительно в целях самообороны от диких животных, медведя, охоту не осуществлял, оружие было убрано в чехол, находилось в багажнике автомобиля, ходатайствует о применении ст.2.9 КоАП РФ.

Поскольку ФИО1 21.07.2019 года находился на территории охотничьих угодий с охотничьим огнестрельным оружием, то в силу ч. 2 ст. 57 Федерального закона N 209-ФЗ эти действия приравниваются к охоте, при этом он не имел разрешения на добычу охотничьих ресурсов, довод ФИО1 об отсутствии в его действиях состава правонарушения и правомерности его действий, которые должны быть расценены как транспортировка охотничьего огнестрельного оружия, необоснован.

При этом, факт того, что оружие находилось в транспортном средстве в зачехленном и разобранном виде не исключает возможность привлечения к административной ответственности за вмененное правонарушение, поскольку обязательным признаком производства охоты является нахождение на территории охотничьих угодий с оружием, орудиями охоты либо добытой продукцией охоты. При этом, закон не связывает понятие охоты с какими-либо сопутствующими требованиями в отношении оружия, что указывает, что оно может быть в любом его виде - как зачехленном, так и не зачехленном, как в собранном, так и разобранном состоянии. 

В своих пояснениях ФИО1 указано на то, что оружие было взято им исключительно в целях самообороны.

В соответствии со статьей 2.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не является административным правонарушением причинение лицом вреда охраняемым законом интересам в состоянии крайней необходимости, то есть для устранения опасности, непосредственно угрожающей личности и правам данного лица или других лиц, а также охраняемым законом интересам общества или государства, если эта опасность не могла быть устранена иными средствами и если причиненный вред является менее значительным, чем предотвращенный вред.

Из приведенной нормы следует, что закон не только освобождает от административной ответственности лицо, совершившее административное правонарушение в состоянии крайней необходимости, но и не считает такие действия административным правонарушением при наличии двух условий: невозможности устранения возникшей угрозы иными средствами; причиненный вред должен быть менее значительным, чем предотвращенный. Кроме того, необходимо установить, что опасность, угрожающая личности и иным интересам, должна быть реальной, а не мнимой и не предполагаемой; действия, совершаемые в обстановке крайней необходимости, по времени должны совпадать с реально существующей угрозой причинения вреда; опасность не могла быть устранена иными средствами; действия, квалифицируемые как административное правонарушение, - единственное, что могло бы привести к устранению опасности.

Между тем, доказательств того, что нарушение правил охоты ФИО1 имело место в целях предотвращения опасности, непосредственно угрожающей ему или другим лицам, или же охраняемым законом интересам общества или государства, не имеется.

Довод ФИО1 относительно отсутствия в протоколе об административном правонарушении указания на нарушение Закона об охоте, не состоятелен, поскольку административная ответственность, предусмотренная ч. 1 ст. 8.37 КоАП РФ наступает в результате нарушения Правил охоты и как следует из протокола, ФИО1 вменяется нарушение пункта 3.1, подпункта «г» пункта 3.2 Правил охоты, что свидетельствует о верной квалификации его действий.

Оснований для признания протокола об административном правонарушении от 21.07.2019 года недопустимым доказательством по делу, вопреки доводам заявителя, не имеется, поскольку протокол составлен должностным лицом в пределах его компетенции, сведения, предусмотренные ч. 2 ст. 28.2 КоАП РФ, в нем отражены, событие административного правонарушения описано с достаточной полнотой, при составлении протокола об административном правонарушении ФИО1 замечаний не заявил, каких-либо существенных недостатков протокол не содержит.

Из пояснений К.Д., допрошенного в качестве свидетеля, следует, что приложение к протоколу им было оформлено в связи с тем, что типовой бланк содержит мало места для указания события административного правонарушения и объяснений лица, привлекаемого к административной ответственности, данное приложение было составлено им, объяснения ФИО1 даны в нем собственноручно, свою подпись он поставил на первом листе протокола, где также указал на наличие приложения к протоколу.

В протоколе об административном правонарушении должностным лицом указано также на приложение к нему в качестве доказательств фото, видеофайлов, которые записаны на DVD –диск, приложены к материалам дела и содержат фотоизображения разрешения на право хранения и ношения огнестрельного оружия, выданного на имя ФИО1, фотоизображение охотничьего билета, два фотоизображения серии и номера, нанесенного на огнестрельном оружии, фото багажного отделения транспортного средства, а также три видеофайла, на которых зафиксирован факт обнаружения должностным лицом административного правонарушения и ход оформления процессуальных документов в отношении ФИО1 

Оснований для признания фото, видеофайлов, приложенных к материалам дела об административном правонарушении, недопустимыми доказательствами, не имеется, поскольку, согласно ст. 26.1 и 26.2 КоАП РФ, обстоятельства, имеющие отношение к делу об административном правонарушении, устанавливаются путем исследования доказательств, к которым относятся любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которого находится дело, определяет наличие или отсутствие события административного правонарушения, а также виновность лица, привлекаемого к административной ответственности.

Согласно ч.2 ст. 26 КоАП РФ закреплено, что эти данные могут быть установлены не только протоколом об административном правонарушении, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, но и иными документами, к которым в силу ч. 2 ст. 26.7 КоАП РФ могут быть отнесены материалы фото- и киносъемки, звуко- и видеозаписи.

Таким образом, материалы фото и видеосъемки могут быть отнесены к документам, имеющим силу доказательств. При этом порядок проведения фото и видеосъемки процессуально КоАП РФ не закреплен. 

Судья не соглашается с доводами ФИО1 о том, что в постановлении о назначении административного наказания не определено место совершения административного правонарушения.

Так, согласно протоколу об административном правонарушении от 21.07.2019 года, исходя из пояснений свидетеля К.Д., оснований не доверять которым судьей не установлено, инкриминируемое ФИО1 правонарушение совершено в 72 квартале Кеульской дачи Невонского участкового лесничества на Тушамской магистрали, которая, вопреки доводам ФИО1, не относится к категории дорог общего пользования, что подтверждается ответом на запрос судьи председателя КУМИ администрации муниципального образования «Усть-Илимский район». Согласно охотхозяйственному соглашению *** от 15.02.2019 года, заключенному между Общественной организацией охотников и рыболовов Усть –Илимского района (охотопользователем) и Министерством лесного комплекса Иркутской области (администрацией) лесной квартал 72 Кеульской дачи Невонского участкового лесничества Усть-Илимского района входит в состав охотничьих угодий. Таким образом, исходя из имеющихся в деле доказательств, прихожу к выводу о том, что событие административного правонарушения, совершенное ФИО1 21.07.2019 года имело место на территории охотничьих угодий, расположенных в 72 квартале Кеульской дачи Невонского участкового лесничества Тушамской магистрали, что и было установлено оспариваемым постановлением.

Вместе с тем, видеозапись, зафиксировавшая событие правонарушения, обстоятельства оформления протокола об административном правонарушении, признанная судьей в ходе рассмотрения дела в качестве надлежащего доказательства виновности ФИО1, содержит следующие сведения о географических координатах места совершения правонарушения, которые выведены на экран видеорегистратора, применяемого для съемки и обладающего функциями GPS-навигации, что подтверждается руководством по эксплуатации (том 1 л.д.121): 

<

данные изъяты> восточной долготы, однако, в постановлении по делу об административном правонарушении географические координаты местности указаны как : 

<

данные изъяты>, из пояснений свидетеля К.Д. следует, что такое указание географических координат в протоколе могло иметь место вследствие технической ошибки, вместе с тем, географические координаты лишь дополняют сведения о месте, где произошло правонарушение. 

На основании изложенного, прихожу к выводу о том, что обжалуемое заявителем постановление подлежит изменению путем исключения из постановления указания на географические координаты местности - ***, в остальной части обжалуемое постановление изменению не подлежит, обстоятельства и вина ФИО1 в совершении правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.8.37 КоАП РФ, подтверждается исследованными в судебном заседании материалами дела, доказательства по делу соответствуют требованиям, предъявляемым ст. 26.2 КоАП РФ, и обоснованно положены в основу постановления о назначении административного наказания. Внесенные в постановление изменения не влияют на отсутствие в действиях ФИО1 инкриминируемого ему состава административного правонарушения по изложенным выше обстоятельствам.

С учетом всех обстоятельств дела, считаю, что совокупность доказательств является достаточной для вывода о виновности ФИО1 в совершении административного правонарушения. Квалификация его действий по ч. 1 ст. 8.37 КоАП РФ, является правильной. 

Каких-либо существенных нарушений процессуальных требований, предусмотренных Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях, при производстве по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1 допущено не было. 

Как следует из протокола об административном правонарушении, записям служебного видео-регистратора, права, предусмотренные ст.51 Конституции РФ, ст.25.1 КоАП РФ ФИО1 разъяснялись. Какого-либо нарушения права на защиту ФИО1 в судебном заседании не установлено. Защитник и представитель допускаются к участию в производстве по делу об административном правонарушении с момента возбуждения дела об административном правонарушении. В данном случае с момента составления протокола об административном правонарушении вправе был участвовать защитник ФИО1, однако для рассмотрения вопроса о привлечении его к административной ответственности, ни сам ФИО1, ни его защитник, которого последний не называл, не прибыли.

Наказание, назначенное ФИО1 соответствует санкции ч. 1 ст. 8.37 КоАП РФ, в связи с чем, доводы заявителя о не установлении его материального, имущественного, семейного положения, несостоятельны. 

При привлечении ФИО1 к административной ответственности должностным лицом не было установлено обстоятельств, свидетельствующих о необходимости применения положений ст.2.9 КоАП РФ, суд таких оснований также не усматривает. То обстоятельство, что при составлении протокола об административном правонарушении не было изъято огнестрельное оружие, об этом не свидетельствует. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 30.6, 30.7. Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,

РЕШИЛ:

Постановление временно замещающего должность начальника территориального управления министерства лесного комплекса Иркутской области по Братскому лесничеству ФИО2 от 26.11.2019 года ***, в отношении ФИО1, привлеченного к административной ответственности по части 1 статьи 8.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, изменить, исключив из постановления указание на географические координаты местности - ***, в остальной части постановление оставить без изменения, жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд в течение десяти суток со дня вручения или получения его копии.

Судья: А.С.Полякова