Дело № 2-9/2021

УИД 91RS0024-01-2018-002168-71

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Ялта 24 марта 2021 г.

Ялтинский городской суд Республики Крым в составе: председательствующего судьи Кулешовой О.И., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Самохваловой Н.В., с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по объединенным искам 

ФИО1 к ФИО3, нотариусу Ялтинского городского нотариального округа Республики Крым ФИО4 о признании завещания недействительным, третьи лица: ФИО5, ФИО6, ФИО1, нотариус Ялтинского городского нотариального округа Республики Крым ФИО7;

ФИО1 к ФИО6, ФИО5, ФИО3, ФИО1 о признании завещания недействительным, третьи лица: нотариус Ялтинского городского нотариального округа Республики Крым ФИО7, нотариус Ялтинского городского нотариального округа Республики Крым ФИО4, Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым;

ФИО1 к ФИО6, нотариусу Ялтинского городского нотариального округа Республики Крым ФИО8 о признании недействительными договора дарения и свидетельства о государственной регистрации права, включении квартиры в состав наследства, признании права собственности на наследственное имущество, третьи лица: нотариус Ялтинского городского нотариального округа Республики Крым ФИО7, Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым; Государственное унитарное предприятие Республики Крым "Крым БТИ" филиал в г. Ялта;

ФИО1 к ФИО6, ФИО3, нотариусу Ялтинского городского нотариального округа Республики Крым ФИО8 о признании недействительными договора дарения и свидетельства о государственной регистрации права, включении квартиры в состав наследства, признании права собственности на наследственное имущество, третьи лица: ФИО1, нотариус Ялтинского городского нотариального округа Республики Крым ФИО7, Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым; Государственное унитарное предприятие Республики Крым "Крым БТИ" филиал в г. Ялта;

ФИО1 к ФИО5, нотариусу Ялтинского городского нотариального округа Республики Крым ФИО8 о признании недействительными договора пожизненного содержания и свидетельства о государственной регистрации права, включении квартиры в состав наследства, признании права собственности на наследственное имущество, третьи лица: нотариус Ялтинского городского нотариального округа Республики Крым ФИО7, Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым; Государственное унитарное предприятие Республики Крым "Крым БТИ" филиал в г. Ялта, 

установил:

12 сентября 2018 г. ФИО1 (далее - ФИО1, истец) обратился в суд с иском, уточненным в порядке ст. 39 ГПК РФ, к ФИО3, нотариусу Ялтинского городского нотариального округа Республики Крым ФИО4 о признании недействительным завещания ФИО 5 от 

<

дата>, реестр №

<

номер> (т. 2 л.д. 2-26, т. 12, л.д. 115). 

14 ноября 2018 г. ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО6, нотариусу Ялтинского городского нотариального округа Республики Крым ФИО8 о признании недействительными договора дарения квартиры от 26 марта 2012 г., реестр №

<

номер>, применении последствий недействительности сделки, признании недействительным свидетельства о государственной регистрации права от 10 апреля 2018 г., включении квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, в состав наследства ФИО 5, умершей 15 ноября 2017 г., признании права собственности в порядке наследования на 1/8 доли указанной квартиры (т. 7 л.д. 3-11).

14 ноября 2018 г. ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО6, ФИО3, нотариусу Ялтинского городского нотариального округа Республики Крым ФИО8 о признании недействительными договора дарения квартиры от 26 марта 2012 г., реестр №

<

номер>, применении последствий недействительности сделки, признании недействительным свидетельства о государственной регистрации права от 10 апреля 2018 г., включении квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, в состав наследства ФИО 5, умершей 15 ноября 2017 г., признании права собственности в порядке наследования на 1/8 доли указанной квартиры (т. 8 л.д. 13-24).

15 ноября 2018 г. ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО5, нотариусу Ялтинского городского нотариального округа Республики Крым ФИО8 о признании недействительными договора пожизненного содержания от 26 марта 2012 г., реестр №

<

номер>, применении последствий недействительности сделки, признании недействительным свидетельства о государственной регистрации права от 16 мая 2016 г., включении квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, в состав наследства ФИО 5, умершей 15 ноября 2017 г., признании права собственности в порядке наследования на 1/8 доли указанной квартиры в состав наследства, признании права собственности в порядке наследования (т. 9 л.д. 1-17). 

20 ноября 2018 г. ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО6, ФИО5, ФИО3, ФИО1 Ю. о признании недействительным завещания ФИО 5 от 22 декабря 2009 г., реестр №

<

номер> (т. 6 л.д. 79-84).

В обоснование заявленных требований истцом указано, что 15 ноября 2017 г. умерла его мать ФИО 5 Наследниками первой очереди по закону являются ее дети: ФИО1, ФИО5, ФИО1 (истец), ФИО6. 23 марта 2018 г. истец обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства. От нотариуса ему стало известно о том, что 26 февраля 2015 г. ФИО 5 составила завещание, удостоверенное нотариусом Ялтинского городского нотариального округа Республики Крым ФИО4, в соответствии с которым все свое имущество завещала внучке ФИО3 После смерти матери ему также стало известно о наличии завещания, составленного ФИО 5 22 декабря 2009 г., реестр №

<

номер>, в пользу ФИО6, ФИО1 Ю., ФИО5, ФИО3 Кроме того, в состав наследства не вошли квартиры №№

<

номер> расположенные по адресу: 

<

адрес>, поскольку 26 марта 2012 г. нотариусом ФИО8 были удостоверены три сделки по отчуждению ФИО 5 указанных жилых помещений, а именно, два договора дарения, реестр №№

<

номер>, и один договор пожизненного содержания, реестр №

<

номер>. Истец считает, что на момент составления указанных завещаний в 2009 и в 2015 году, а также заключения сделок 26 марта 2012 г. наследодатель не могла осознавать значение своих действий и руководить ими в связи с психическим заболеванием, в силу своего возраста, тяжелого состояния здоровья. После перенесенных многочисленных инсультов, нарушения речи она не могла изъявлять свое волеизъявление, ни в устной, ни в письменной форме, завещания и договоры были подписаны не лично ФИО 5, под психологическим давлением и введением в заблуждение со стороны ФИО5, ФИО6 и ФИО1 Ю. Указывает также, что нотариус, не обладая специальными знаниями, без посторонней помощи специалиста, не мог выяснить волю ФИО 5, в связи с чем обязан был отказать в совершении нотариального действия. Считая нарушенными свои наследственные права, в том числе право на обязательную долю в наследстве (1/8 доли), истец обратился в суд с заявленными требованиями. 

Определениями Ялтинского городского суда Республики Крым гражданские дела по вышеуказанным искам ФИО1 Ю. объединены в одно производство.

Определением Ялтинского городского суда Республики Крым от 5 июля 2019 г. принят отказ ФИО1 Ю. от исковых требований к ФИО6, ФИО5, ФИО3 о признаний недействительными завещаний, сделок, свидетельств о государственной регистрации права собственности, включении имущества в состав наследства, признании права собственности на наследственное имущество. Производство по делу в указанной части прекращено (т. 13 л.д. 95). 

В судебном заседании истец ФИО1, его представитель ФИО2 заявленные исковые требования поддержали в полном объеме по основаниям, изложенным в исках. 

Ответчики по объединенным искам ФИО1 Ю., ФИО5, ФИО6, ФИО3 в судебное заседание не явились, будучи извещенными надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, почтовая корреспонденция возвращена в суд за истечением срока хранения. Согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского Кодекса Российской Федерации» сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, в связи с чем, она была возвращена по истечении срока хранения. Риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат. Ранее ответчиками ФИО5, ФИО6, ФИО3 были представлены письменные возражения, согласно которым против удовлетворения заявленных требований возражают, ссылаясь на их необоснованность и недоказанность. ФИО6 и ФИО3 просят также применить последствия пропуска срока исковой давности по требованиям об оспаривании сделок (т. 2 л.д. 195-196, 208-210, т. 4, л.д. 120-124, 186-189, т. 12 л.д. 194-204, т. 13 л.д. 78-88). 

Ответчики по объединенным искам нотариусы Ялтинского городского нотариального округа Республики Крым ФИО4 и ФИО8, будучи извещенными надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились. От нотариуса ФИО8 поступило сообщение о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Третьи лица нотариус Ялтинского городского нотариального округа Республики Крым ФИО7, ГУП РК «Крым БТИ» филиал в г. Ялте, Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым, будучи извещенными надлежащим образом, в судебное заседание не явились, явку представителей не обеспечили, направили в суд заявления о рассмотрении дела без их участия, при вынесении решения полагаются на усмотрение суда.

В соответствии с положениями ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определил возможным рассмотрение дела в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных.

Выслушав объяснения участников процесса, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Судом установлено и из материалов дела следует, что 22 декабря 2009 г. ФИО 5 составила завещание, по которому завещала ФИО5 - квартиру № 

<

адрес> ФИО6 - квартиру № 

<

адрес>; ФИО1 Ю. - квартиру № 

<

адрес>; ФИО3 - все остальное имущество, где бы оно не находилось и из чего бы не состояло, и все то, что будет ей принадлежать и на что она по закону будет иметь право, удостоверенное частным нотариусом Ялтинского городского нотариального округа АРК ФИО4, зарегистрированное в реестре №

<

номер> (т. 10 л.д. 220). 

26 марта 2012 г. государственным нотариусом Первой Ялтинской государственной нотариальной конторы ФИО8 удостоверены следующие сделки:

- договор дарения квартиры от 26 марта 2012 г., реестр №

<

номер>, в соответствии с которым ФИО 5 подарила ФИО6 и ФИО3 квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> (т. 10 л.д. 232-233);

- договор дарения квартиры от 26 марта 2012 г., реестр №

<

номер>, в соответствии с которым ФИО 5 подарила ФИО6 квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> (т. 10 л.д. 221-222);

- договор пожизненного содержания от 26 марта 2012 г., реестр №

<

номер>, в соответствии с которым ФИО 5 передала в собственность ФИО5 квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, а ФИО5 взял на себя обязательства по пожизненному содержанию и досмотру ФИО 5 (т. 11 л.д. 1-3). 

29 декабря 2014 г. ФИО 5 составила завещание, по которому завещала ФИО1 Ю. квартиры № №

<

номер> и №

<

номер> в доме № 

<

адрес>. Завещание удостоверено нотариусом Ялтинского городского нотариального округа Республики Крым ФИО4 и зарегистрировано в реестре №

<

номер> (т. 4 л.д. 92). 

26 февраля 2015 г. нотариусом Ялтинского городского нотариального округа Республики Крым ФИО4 по реестру №

<

номер> удостоверено завещание ФИО 5, по которому все свое имущество, которое ко дню смерти окажется ей принадлежащим, где бы таковое не находилось и в чем бы оно не заключалось, в том числе квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, она завещала ФИО3 (т. 13 л.д. 116). 

<

дата> ФИО 5 умерла, о чем Ялтинским городским отделом ЗАГС Департамента ЗАГС Министерства юстиции Республики Крым составлена запись акта №

<

номер> от 17 ноября 2017 г. и выдано свидетельство о смерти серии 1-АЯ №

<

номер> (т. 1 л.д. 185).

Согласно материалов наследственного дела №

<

номер>, которое находится в производстве нотариуса Ялтинского городского нотариального округа Республики Крым ФИО7, после смерти ФИО 5 к нотариусу с заявлением о принятии наследства по завещанию 30 ноября 2017 г. обратилась внучка наследодателя - ФИО3 (т. 1 л.д. 186). 23 марта 2018 г. нотариусу поступило заявление ФИО1 Ю. о принятии наследства по всем основаниям (т. 1 л.д. 187). 23 марта 2018 г. к нотариусу с заявлением о выдаче свидетельства о праве на наследство по закону на обязательную долю обратился ФИО1 Ю. (т. 1 л.д. 188). 14 мая 2018 г. от ФИО1 Ю., в дополнение к ранее поданному, поступило заявление о принятии наследства по всем основаниям (т. 1 л.д. 191-192). Кроме того, 20 апреля 2018 г. к нотариусу с заявлением о выдаче свидетельства о праве на наследство по закону на обязательную долю обратился ФИО5 (т. 1 л.д. 189). Материалы дела не содержат сведений о выдаче свидетельств о праве на наследство кому-либо из наследников. 

Поскольку на момент удостоверения оспариваемых завещания от 22 декабря 2009 г. и сделок от 26 марта 2012 г. на территории Республики Крым действовало законодательство Украины, судом при рассмотрении данного спора учитываются положения гражданского законодательства Украины. 

Согласно ст. 203 Гражданского кодекса Украины содержание сделки не может противоречить этому Кодексу, другим актам гражданского законодательства, а также интересам государства и общества, его моральным принципам. Лицо, совершающее сделку, должно иметь необходимый объем гражданской дееспособности. Волеизъявление участника сделки должно быть свободным и отвечать его внутренней воле. Сделка должна совершаться в форме, установленной законом. Сделка должна быть направлена на реальное наступление правовых последствий, обусловленных ею.

В силу ч. 1 ст. 215 Гражданского кодекса Украины основанием недействительности сделки является несоблюдение в момент совершения сделки стороной (сторонами) требований, установленных частями первой - третьей, пятой и шестой статьей 203Гражданского кодекса Украины.

В силу ст. 225 Гражданского кодекса Украины сделка, которую дееспособное физическое лицо совершило в момент, когда оно не осознавало значения своих действий и (или) не могло руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого лица, а в случае его смерти – по иску других лиц, чьи гражданские права или интересы были затронуты.

Согласно статье 229 Гражданского кодекса Украины, если лицо, совершившее сделку, заблуждалось относительно обстоятельств, имеющих существенное значение, такая сделка может быть признана судом недействительной. Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки, прав и обязанностей сторон, таких свойств и качеств вещи, которые значительно снижают ее ценность или возможность использования по целевому назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения, кроме случаев, установленных законом.

В соответствии со ст. 231 Гражданского кодекса Украины сделка, совершенная лицом против его действительной воли вследствие оказания на него физического или психического давления со стороны другой стороны или со стороны другого лица, признается судом недействительной.

В силу ч. 1 ст. 717 Гражданского кодекса Украины по договору дарения одна сторона (даритель) передает или обязуется передать в будущем другой стороне (одаряемому) безвозмездно имущество (дар) в собственность.

Статьей 744 Гражданского кодека Украины установлено, что по договору пожизненного содержания (ухода) одна сторона (отчуждатель) передает другой стороне (приобретателю) в собственность жилой дом, квартиру или их часть, другое недвижимое имущество или движимое имущество, имеющее значительную ценность, взамен чего приобретатель обязуется обеспечивать отчуждателя содержанием и (или) уходом пожизненно.

Согласно статье 1233 Гражданского кодекса Украины завещанием является личное распоряжение физического лица на случай своей смерти.

Согласно части 1 статьи 1235 Гражданского кодекса Украины завещатель может назначить своими наследниками одно или несколько физических лиц, независимо от наличия у него с этими лицами семейных, родственных отношений, а также других участников гражданских отношений.

Завещатель вправе охватить завещанием права и обязанности, которые ему принадлежат на момент составления завещания, а также те права и обязанности, которые могут ему принадлежать в будущем. Завещатель имеет право составить завещание относительно всего наследства или его части. Если завещатель распределил между наследниками в завещании только свои права, к наследникам, которых он назначил, переходит и часть его обязанностей, которая пропорциональна полученным ими правам. Действие завещания относительно состава наследства устанавливается на момент открытия наследства (статья 1236 Гражданского кодекса Украины).

В соответствии со статьей 1254 Гражданского кодекса Украины завещатель имеет право в любое время отменить завещание. Завещатель имеет право в любое время составить новое завещание. Завещание, которое было составлено позже, отменяет предыдущее завещание полностью или в той части, в которой оно ему противоречит. Каждое новое завещание отменяет предыдущий и не восстанавливает завещания, которое завещатель составил перед ним. Если новое завещание, составленное завещателем, было признано недействительным, действие предыдущего завещания не восстанавливается, кроме случаев, установленных статьями 225 и 231 Гражданского кодекса Украины. Завещатель имеет право в любое время внести в завещание изменения. Отмена завещания, внесение в него изменений осуществляются завещателем лично. Отмена завещания, внесение в него изменений осуществляются в порядке, установленном настоящим Кодексом для удостоверения завещания и подлежат государственной регистрации в Наследственном реестре в порядке, утвержденном Кабинетом Министров Украины.

Статьей 1257 Гражданского кодекса Украины предусмотрено, что завещание, составленное лицом, которое не имело на это права, а также завещание, составленное с нарушением требований относительно его формы и удостоверения, является ничтожным. По иску заинтересованного лица суд признает завещание недействительным, если будет установлено, что волеизъявление завещателя не было свободным и не отвечало его воле.

Аналогичным образом урегулированы спорные правоотношения и российским гражданским законодательством, действующим, в том числе, на момент удостоверения оспариваемого завещания от 26 февраля 2015 г.

В соответствии со ст. 1111 Гражданского кодекса Российской Федерации, наследование осуществляется по завещанию, по наследственному договору и по закону.

Согласно п. 1 ст. 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство.

В силу ст. 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации распорядиться имуществом на случай смерти можно путем совершения завещания или заключения наследственного договора. К наследственному договору применяются правила настоящего Кодекса о завещании, если иное не вытекает из существа наследственного договора (п. 1).

Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме (п. 2).

Согласно п. 5 названной статьи завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.

Применительно положений ст. 1119 Гражданского кодекса Российской Федерации завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, включить в завещание иные распоряжения. Завещатель вправе отменить или изменить совершенное завещание в соответствии с правилами статьи 1130 настоящего Кодекса.

Свобода завещания ограничивается правилами об обязательной доле в наследстве (статья 1149).

В соответствии с п. 1 ст. 1130 Гражданского кодекса Российской Федерации, завещатель вправе отменить или изменить составленное им завещание в любое время после его совершения, не указывая при этом причины его отмены или изменения. Для отмены или изменения завещания не требуется чье-либо согласие, в том числе лиц, назначенных наследниками в отменяемом или изменяемом завещании.

Согласно п. 2 названной статьи завещатель вправе посредством нового завещания отменить прежнее завещание в целом либо изменить его посредством отмены или изменения отдельных содержащихся в нем завещательных распоряжений. Последующее завещание, не содержащее прямых указаний об отмене прежнего завещания или отдельных содержащихся в нем завещательных распоряжений, отменяет это прежнее завещание полностью или в части, в которой оно противоречит последующему завещанию. Завещание, отмененное полностью или частично последующим завещанием, не восстанавливается, если последующее завещание отменено завещателем полностью или в соответствующей части.

В силу п. 3 ст. 1130 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае недействительности последующего завещания наследование осуществляется в соответствии с прежним завещанием.

В соответствии с п. 1 ст. 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).

Согласно п. 2 названной статьи завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием. Оспаривание завещания до открытия наследства не допускается.

В силу п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п. 2 названной статьи требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Пункт 3 данной статьи устанавливает, что требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

В силу п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Согласно п. 1 ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (п. 3 ст. 178 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Вышеуказанные завещания ФИО 5 от 22 декабря 2009 г. и от 26 февраля 2015 г., а также три сделки по отчуждению квартир от 26 марта 2012 г. оспариваются ФИО1, в том числе по тем основаниям, что на момент их оформления наследодатель страдала психическим заболеванием, в силу чего не отдавала отчет своим действиям и не могла руководить ими. 

Согласно сообщения ГБУЗ РК «Ялтинская городская больница № 2» психоневрологического отделения от 27.09.2018 №

<

номер> ФИО 5, 

<

дата> г.р., на диспансерном наблюдении у врача психиатра и на динамическом диспансерном наблюдении у врача психиатра-нарколога не состояла, за медицинской помощью не обращалась (т. 1 л.д. 224). 

Для проверки доводов истца о психическом состоянии ФИО 5 на момент составления оспариваемых завещаний и договоров, судом в ходе рассмотрения дела была назначена комплексная посмертная судебная психолого-психиатрическая экспертиза.

В соответствии с заключением комиссии экспертов ГБУЗ РК «Крымская республиканская клиническая психиатрическая больница № 1 им. Балабана Н.И.» от 30 апреля 2020 г. №

<

номер>, после изучения всех материалов гражданского дела, в том числе медицинской документации, свидетельских показаний, эксперт-психолог пришел к выводу, что показания свидетелей относительно присущих ФИО 5 индивидуально-психологических и личностных особенностей отрывочны, довольно противоречивы, из них нельзя составить целостную картину личности. В основном же в своих показаниях свидетели предъявляют претензии друг к другу, в какой-то степени описывают внешнее поведение ФИО 5, ее психическое состояние (при этом даваемые сведения также очень противоречивы). Вследствие чего по имеющимся данным материалов гражданского дела нельзя сделать вывод о присущих ФИО 5 индивидуально-психологических и личностных особенностях и, соответственно, о том, могли ли они повлиять на ее поведение при составлении интересующих суд сделок. 

Комиссия экспертов также пришла к выводам, что из представленных на экспертизу материалов известно, что подэкспертная страдала рядом тяжелых соматический расстройств, начиная, как минимум, с 1993 года, когда был установлен диагноз: 

<

данные изъяты> что позже было верифицировано как неспецифический язвенный колит (в 1996 году). В том же году, согласно осмотру невролога в деле МСЭ (из выписного эпикриза №

<

номер>) был установлен диагноз: 

<

данные изъяты> Впервые нарушения мозгового кровообращения зафиксированы в январе 2010 года в виде преходящего расстройства. В декабре 2011 года неврологом зафиксировано 

<

данные изъяты> В течение 2011-2012 гг. подэкспертная дважды госпитализировалась в связи с 

<

данные изъяты> В связи с перенесенными ОНМК подэкспертная обратилась в поликлинику по месту жительства, где ей 19.12.2012 неврологом был поставлен диагноз 

<

данные изъяты> Повторные ТИА, ишемические инсульты (2010, 2011). Атеросклероз церебральных артерий. Рефлекторный тетрапарез без нарушения функций конечностей, вестибуло-атактический синдром, дизартрия. Хроническая люмбалгия. Стойкий выраженный болевой синдром». Сходный диагноз был установлен при последующей госпитализации (выписной эпикриз №

<

номер>). При дальнейших наблюдениях неврологом и терапевтом по месту жительства выраженность дисциркуляторной энцефалопатии не менялось, а также не было указаний на когнитивное снижение. В 2013 году подэкспертная переносит повторный ишемический инсульт, который привел к развитию моторной афазии. При этом, в записи из амбулаторной карты от 25.10.2017 терапевт указывает, что подэкспертная ориентирована в обстоятельствах и времени, отвечает на вопросы. Кроме того, в материалах гражданского дела, и предоставленных материалах дел № 2-1491/2016, № 2-2624/2016 имеются дополнительные сведения, которые не согласуются с данными оригиналов медицинской документации. Так, к примеру, в записи амбулаторного приема от 24.07.2008 подэкспертной устанавливается диагноз: 

<

данные изъяты> В записи невролога от 13.08.2008 есть указания на 

<

данные изъяты> При консультации в КРУ «Университетская клиника» 21.05.2014 неврологом был установлен диагноз: 

<

данные изъяты> Аналогичный диагноз выставляется в справке №

<

номер> от 15.10.2014 г. При этом, согласно справке № №

<

номер> от 12.12.2014 

<

данные изъяты>. Однако, согласно выписке из амбулаторной карты больного №

<

номер> от 12.05.2016 осмотр неврологом не выявил выраженного когнитивного снижения, «контакт жестами и мимикой, речь понимает, инструкции выполняет. В сознании, адекватна, упорядочена». На период совершения последнего юридически значимого действия – 26.02.2015 подэкспертная находится на стационарном лечении в ЯГБ № 1 с диагнозом: 

<

данные изъяты> В оригинале медицинской карты №

<

номер> отсутствуют явные указания на неадекватное поведение подэкспертной, изменение уровня сознания. Состояние при поступлении было расценено как средне-тяжелое, на следующий день - 24.02.2015 согласно консультации кардиолога, состояние оценивается уже как тяжелое, однако в тот же день имеются указания на состояние средней тяжести (обоснование клинического диагноза из совместной записи лечащего врача с зав. отделением) с указанием на сохранность сознания, затруднение вербального контакта из-за явления афазии. Указания на неадекватное поведение и нарушения уровня сознания отсутствуют и в иных записях, включая запись на 26.02.2015. В ходе судебных заседаний часть свидетелей и участников процесса заявляют о приеме подэкспертной психотропных препаратов (фигурирует: циклодол, аминазин, труксал, галоперидол). Однако, согласно ответу ЯГБ № 2 психоневрологического отделения (т. 15 л.д. 175) и справкам, предоставленным подэкспертной вместе с возражением на исковое заявление в деле № 2-1491/2016, подэкспертная не состояла на учете и не обращалась за медицинской помощью к психиатру, психиатрам-наркологам. В материалах гражданского дела № 2-1491/2016 имеется характеристика Ялтинской городской общественной организации ветеранов и инвалидов войны, труда, военной службы и правоохранительных органов от 16.05.2016 в отношении ФИО 5 следующего содержания: «… в организации с 25.08.10 по настоящее время. За данное время проявила себя как активный член организации, посещает собрания, митинги, шествия, другие мероприятия. До болезни (инсульта) занималась общественной работой – оказывала помощь членам-инвалидам, принимала участие в патриотическом воспитании молодежи. В связи с перенесенным заболеванием общается посредством написания на бумаге или жестами. Контактна, общительна, осознает в полной мере происходящие вокруг события и самостоятельно принимает решения …». Имеющиеся в материалах гражданского дела свидетельские показания, данные в ходе ряда судебных заседаний, крайне противоречивы. В ходе судебного заседания от 16 мая 2016 г. (дело № 2-1491/2016) подэкспертная участвовала лично, не вступая в вербальный контакт в силу имеющихся явлений афазии, однако, основываясь на ее невербальных реакциях можно предположить, что она осознавала обращенные к ней вопросы, высказывала свою позицию по делу. 

Учитывая неоднозначность динамики описанных нарушений, противоречивость медицинской документации, а также разногласия в показаниях свидетелей, комиссия экспертов пришла к выводу, что выявить уровень когнитивного снижения и оценить психическое состояние в целом на интересующие суд периоды не представляется возможным. Таким образом, вынести экспертное решение по интересующим суд вопросам не представляется возможным (т. 17 л.д. 32-64). 

Суд не усматривает оснований не доверять выводам указанной экспертизы. Заключение комиссии экспертов в полном объеме отвечает требованиям статей 55, 59 - 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку содержит подробное описание исследования материалов дела и медицинских документов, сделанные в результате их исследования выводы. Заключение составлено и подписано врачами-экспертами, имеющими соответствующую квалификацию, образование, значительный стаж работы по специальности, которые были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, выводы экспертов подробно мотивированы в заключении и оснований сомневаться в достоверности данного доказательства не имеется.

Опираясь на заключение комиссии экспертов, суд приходит к выводу о том, что поскольку отсутствуют достаточные доказательства психического состояния ФИО 5, в результате которого она не могла понимать значение своих действий и руководить ими в юридически значимый период, то законно, обоснованно и мотивированно утверждать о недействительности оспариваемых завещаний и сделок по указанным основаниям нельзя.

Доводы истца со ссылкой на представленную рецензию от 30 июля 2020 г. №

<

номер> (т. 18, л.д. 44-79) на выполненное заключение судебной экспертизы от 30 апреля 2020 г. №

<

номер> не подтверждают наличие грубых нарушений, допущенных комиссией экспертов, не опровергают выводов судебной экспертизы, и фактически сводятся к несогласию с ее выводами.

Судом также принимается во внимание, что выводы заключения комиссии экспертов не противоречат иным имеющимся в деле доказательствам, свидетельствующим о совершении ФИО 5 в юридический значимый период ряда других сделок, которые никем не оспорены, в частности, 21 июля 2010 г. ФИО 5 оформила доверенность на имя истца ФИО1, которая была удостоверена нотариусом Ялтинского городского нотариального округа Республики Крым ФИО 4 (т. 10 л.д. 198); 4 июля 2012 г. нотариусом 

<

адрес> на имя ФИО 5 было выдано свидетельство о праве на наследство по завещанию (т. 12 л.д. 216); 5 сентября 2014 г. ФИО 5 оформила доверенность на имя ФИО1 Ю., которая была удостоверена нотариально (т. 12 л.д. 224-225); 9 декабря 2014 г. ФИО 5 оформила договор купли-продажи транспортного средства с ФИО1 Ю. (т. 13 л.д. 12); 29 декабря 2014 г. ФИО 5 составила завещание в пользу ФИО1 Ю. (т. 4 л.д. 92); 

<

дата> ФИО 5 заключила договор дарения квартиры с ФИО1 Ю., удостоверенный нотариусом Ялтинского городского нотариального округа Республики Крым ФИО 3 (т. 3 л.д. 54-55); 4 мая 2016 г. ФИО 5 оформила доверенность на имя ФИО 2, удостоверенную нотариусом Симферопольского городского нотариального округа Республики Крым ФИО 1 (т. 2 л.д. 234).

Оценивая показания допрошенных по делу свидетелей со стороны истца об особенностях поведения наследодателя, о совершаемых ею поступках, действиях и об отношении к ним, суд считает необходимым указать, что они не могут послужить основанием для признания оспариваемых сделок недействительными, поскольку свидетели не являлись очевидцами каких-либо событий, связанных непосредственно с составлением и подписанием оспариваемых завещаний и договоров. Кроме того, указанные свидетели не являются специалистами в области судебной психиатрии и психологии. Тогда как установление на основании имеющихся в деле данных факта наличия или отсутствия психического расстройства и его степени требует именно специальных познаний. 

Приведенные истом и его представителем данные об обстоятельствах, предшествующих составлению завещаний и заключению договоров, а также имевших место в период совершения оспариваемых сделок и влияющих на состояние ФИО 5 в этот момент, в том числе данные о состоянии ее здоровья, нахождения на лечении и продолжение лечения в последующем, не свидетельствуют о наличии основания для признания спорных сделок недействительными, поскольку неспособность гражданина понимать значение своих действий и руководить ими является юридическим критерием недействительности сделки, наличие психического расстройства (медицинский критерий) в качестве обязательного условия для признания сделки недействительной приведенной нормой закона не предусмотрено.

С учетом изложенных обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что каких-либо допустимых и относимых доказательств, которые бы подтверждали доводы истца о том, что ФИО 5 в действительности не понимала значения своих действий и не могла ими руководить, не было представлено. 

Тогда как в соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Также суд приходит к выводу, что истом не представлено бесспорных доказательств совершения ФИО 5 оспариваемых сделок под влиянием угрозы или насилия со стороны ответчиков.

Для признания сделки недействительной на основании статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации насилие и угроза должны быть непосредственной причиной совершения сделки, они также должны быть серьезными, осуществимыми и противозаконными. Кроме того, в отношении угрозы необходимы доказательства ее реальности. Необходимо доказать, что сделка совершена потерпевшим именно потому, что угроза данным действием (бездействием) заставила заключить данную сделку.

Аудиозаписи разговоров членов семьи Т-вых от 29 декабря 2015 г., 9 января 2016 г., 14 апреля 2016 г., 16 апреля 2017 г., 30 ноября 2017 г., стенограммы которых приобщены к материалам дела (т. 4 л.д. 60-71, 75-80, 85-86, 88, т. 17 л.д. 238-243), и на которые истец ссылается в обоснование заявленных требований, не подтверждают реальность угроз. 

При таких обстоятельствах, суд исходит из того, что истцом не представлено доказательств того, что в адрес ФИО 5 поступали угрозы ее жизни и здоровью, в результате чего она вынуждена была подписать оспариваемые завещания и заключить сделки по отчуждению ответчикам жилых помещений. Не доказано также, что воля ФИО 5 при заключении сделок была в значительной степени деформирована угрозой ее жизни и здоровья со стороны ответчиков. 

Кроме того, как следует из пояснений сторон и подтверждено материалами дела, ФИО 5, оспорив в 2016 году сделки за 2012 год в судебном порядке, впоследствии отказалась от своих исковых требований, проживая до своей смерти в одном доме с ответчиками.

Таким образом, суд приходит к выводу, что действия наследодателя были полностью свободны и соответствовали ее волеизъявлению, доказательств обратного не представлено, в связи с чем не имеется оснований для признания оспариваемых сделок недействительными по основаниям, предусмотренным ст. 179 ГК РФ.

Истец, указывая на заблуждение в действиях ФИО 5 при заключении оспариваемых сделок, ссылается на наличие таких обстоятельств, как тяжелое состояние здоровья, нахождение на лечение, преклонный возраст, взаимоотношения в семье, при этом не обосновал, как применительно к требованиям п. 1 ст. 178 ГК РФ, данные обстоятельства свидетельствуют о наличии у ФИО 5 заблуждения относительно существа заключаемой сделки.

Поскольку истцом не представлено доказательств, указывающих на совершение ФИО 5 сделок под влиянием заблуждения, а также доказательств того, что воля ФИО 5 в момент удостоверения завещаний и заключения договоров дарения и пожизненного содержания была направлена на совершение иных сделок, суд не находит оснований для квалификации оспариваемых сделок по пункту 1 статьи 178 ГК РФ,

Для проверки доводов истца о том, что ФИО 5 не подписывала оспариваемые завещания, договоры дарения квартир и договор пожизненного содержания, определением Ялтинского городского суда Республики Крым от 10 ноября 2020 г. по делу была назначена судебная почерковедческая экспертиза.

Согласно выводам заключения судебной почерковедческой экспертизы от 15 января 2021 г. №

<

номер>, выполненного ФБУ «Крымская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации», подпись от имени ФИО 5, изображение которой расположено в графе «ПІДПИС» в средней части лицевой стороны электрофотографической копии завещания от 22.12.2009, удостоверенного частным нотариусом Ялтинского городского нотариального округа АР Крым ФИО4 и зарегистрированного в реестре за №

<

номер> (т. 10 л.д. 220) (Подпись № 1); подпись от имени ФИО 5, расположенная под печатным текстом «житла видається» в правой части лицевой стороны второго листа договора дарения квартиры от 26.03.2012, удостоверенного государственным нотариусом Первой ялтинской государственной нотариальной конторы ФИО8 и зарегистрированного в реестре за №

<

номер> (т. 17 л.д. 85, 86) (Подпись № 2); подпись от имени ФИО 5, расположенная под печатным текстом «житла видається» в правой части лицевой стороны второго листа договора дарения квартиры от 26.03.2012, удостоверенного государственным нотариусом Первой ялтинской государственной нотариальной конторы ФИО8 и зарегистрированного в реестре за №

<

номер> (т. 17 л.д. 89, 90) (Подпись № 3); подпись от имени ФИО 5, расположенная под печатным текстом «майна видається» в правой верхней части обратной стороны второго листа договора пожизненного содержания от 26.03.2012, удостоверенного государственным нотариусом Первой ялтинской государственной нотариальной конторы ФИО8 и зарегистрированного в реестре за №

<

номер>, 3-805 (т. 13 л.д. 117-119) (Подпись № 4); подпись от имени ФИО 5, расположенная в графе «Подпись:» в левой средней части лицевой стороны завещания от 26.02.2015, удостоверенного нотариусом Ялтинского городского нотариального округа Республики Крым ФИО4 и зарегистрированного в реестре за №

<

номер> (т. 13 л.д. 116) (Подпись № 5), выполнены одним лицом – ФИО 5.

Рукописные записи «Завещание мною прочитано вслух и подписано собственноручно. ФИО 5», изображение которых расположено в средней части лицевой стороны электрофотографической копии завещания от 22.12.2009, удостоверенного частным нотариусом Ялтинского городского нотариального округа АР Крым ФИО4 и зарегистрированного в реестре за №

<

номер> (т. 10 л.д. 220) (Записи № 1); рукописные записи «ФИО 5», расположенные в графе «ПІДПИСИ:» в средней части лицевой стороны второго листа договора дарения квартиры от 26.03.2012, удостоверенного государственным нотариусом Первой ялтинской государственной нотариальной конторы ФИО8 и зарегистрированного в реестре за №

<

номер> (т. 17 л.д. 85, 86) (Записи № 2); рукописные записи «ФИО 5», расположенные в графе «ПІДПИСИ:» в средней части лицевой стороны второго листа договора дарения квартиры от 26.03.2012, удостоверенного государственным нотариусом Первой ялтинской государственной нотариальной конторы ФИО8 и зарегистрированного в реестре за №

<

номер> (т. 17 л.д. 89, 90) (Записи № 3); рукописные записи «ФИО 5», расположенные в графе «ПІДПИСИ:» в верхней части обратной стороны второго листа договора пожизненного содержания от 26.03.2012, удостоверенного государственным нотариусом Первой ялтинской государственной нотариальной конторы ФИО8 и зарегистрированного в реестре за №

<

номер>, 3-805 (т. 13 л.д. 117-119) (Записи № 4); рукописные записи «Завещание мною прочитано вслух и подписано собственноручно ФИО 5», расположенные в средней части лицевой стороны завещания от 26.02.2015, удостоверенного нотариусом Ялтинского городского нотариального округа Республики Крым ФИО4 и зарегистрированного в реестре за №

<

номер> (т. 13 л.д. 116) (Записи № 5), выполнены одним лицом - ФИО 5. 

На исполнителя подписи и рукописных записей от имени ФИО 5, расположенных в завещании от 26.02.2015, удостоверенного нотариусом Ялтинского городского нотариального округа Республики Крым ФИО4 и зарегистрированного в реестре за №

<

номер> (т. 13 л.д. 116), оказывали влияние естественные сбивающие факторы, обусловленные возрастными изменениями (пожилой возраст) и болезненным состоянием.

На исполнителя подписи и рукописных записей от имени ФИО 5, изображение которых расположено в электрофотографической копии завещания от 22.12.2009, удостоверенного частным нотариусом Ялтинского городского нотариального округа АР Крым ФИО4 и зарегистрированного в реестре за №

<

номер> (т. 10 л.д. 220); в договоре дарения квартиры от 26.03.2012, удостоверенного государственным нотариусом Первой ялтинской государственной нотариальной конторы ФИО8 и зарегистрированного в реестре за №

<

номер> (т. 17 л.д. 85, 86); в договоре дарения квартиры от 26.03.2012, удостоверенного государственным нотариусом Первой ялтинской государственной нотариальной конторы ФИО8 и зарегистрированного в реестре за №

<

номер> (т. 17 л.д. 89, 90); в договоре пожизненного содержания от 26.03.2012, удостоверенного государственным нотариусом Первой ялтинской государственной нотариальной конторы ФИО8 и зарегистрированного в реестре за №

<

номер>, №

<

номер> (т. 13 л.д. 117-119), оказывали влияние, вероятно, естественные сбивающие факторы, обусловленные возрастными изменениями (пожилой возраст) и болезненным состоянием (т. 18 л.д. 213-232). 

Суд считает, что заключение судебной почерковедческой экспертизы от 15 января 2021 г. №

<

номер> по своему содержанию полностью соответствует нормам и требованиям Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Федеральному закону Российской Федерации "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", экспертом проанализированы представленные ему материалы дела и медицинская документация.

Суд также учитывает, что заключение составлено и подписано экспертом, имеющим соответствующую квалификацию, образование, стаж экспертной работы, он был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, выводы эксперта подробно мотивированы в заключении и оснований сомневаться в достоверности данного доказательства не имеется.

Доводы ФИО1 о том, что экспертиза проведена в отсутствие оригинала завещания от 22 декабря 2009 г., что привело к неправильным выводам эксперта, несостоятельны, поскольку экспертом не было сообщено суду о невозможности дать заключение по копии документа. Доводы ФИО1 о том, что эксперту не ставились на разрешение вопросы, связанные с установлением того, кем выполнена подпись от имени ФИО 5 в книге регистрации нотариальных действий нотариуса ФИО4, также не принимаются судом во внимание, поскольку не имеют правого значения при разрешении спора. 

Кроме того, доказательств, отвечающих требованиям главы 6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, истцом суду представлено не было.

Фальсификации, подлога доказательств, представленных ответчиками, о чем заявлено истцом, не установлено и из материалов дела не усматривается.

Разрешая заявленные требования, суд также исходит из того, что оспариваемые завещания и сделки удостоверены нотариально, содержание действующих на тот момент нормзаконодательства нотариусом ФИО 5 разъяснено.

При этом несоблюдения установленных законом требований к составлению оспариваемых завещаний и сделок, нарушения порядка составления, подписания и удостоверения, искажающих или ставящих под сомнение волеизъявление ФИО 5, судом не установлено. 

Доводы истца и его представителя о том, что из-за нарушения речи после перенесенных инсультов ФИО 5 не могла изъявлять свое волеизъявление, ни в устной, ни в письменной форме, не принимаются судом во внимание, поскольку опровергаются совокупностью собранных по делу доказательств. 

Так, в материалах дела имеется собственноручно написанное заявление ФИО 5 от 30 июля 2015 г., отобранное у нее нотариусом Ялтинского городского нотариального округа Республики Крым ФИО 3 при удостоверении договора дарения квартиры, реестр №

<

номер>, в котором она указывает, что поскольку ей трудно разговаривать, то излагает свою волю в письменном виде (т. 3 л.д. 58). 

Судом также принимается во внимание заключение ГБУЗ РК «Крымская республиканская клиническая психиатрическая больница № 1 им. Балабана Н.И.» от 30 апреля 2020 г. №

<

номер>, согласно выводам которого комиссией экспертов сделано предположение, основанное на невербальных реакциях ФИО 5 при ее участии в судебных заседаниях (2016 год), что, не вступая в вербальный контакт в силу имеющихся явлений афазии, она осознавала обращенные к ней вопросы, могла высказывать свою позицию по делу. 

Кроме того, в материалах гражданского дела № 2-1491/2016, которое обозревалось судом при рассмотрении данного дела, имеется заявление ФИО1 Ю. от 12 мая 2016 г., в котором он указывает на то, что его мать ФИО 5 после перенесенного инсульта не может говорить, однако она общительная, понимает собеседников, может общаться с помощью жестов и правописания на бумаге, обслуживает себя на 90 % самостоятельно, стирает, моет пол, готовит еду (т. 19 л.д. 35). 

При таких обстоятельствах, требования истца о признании недействительными завещаний от 22 декабря 2009 г. и от 26 февраля 2015 г., договоров дарения квартир и договора пожизненного содержания от 26 марта 2012 г. не подлежат удовлетворению, как и вытекающие из них требования о признании недействительными свидетельств о государственной регистрации права, включении имущества в состав наследства. 

Что касается требований истца о признании за ним право собственности на наследственное имущество, то разрешая их, суд исходит из того, что право истца на обязательную долю в наследстве после смерти ФИО 5 не нарушено, ответчиками не оспорено, тогда как в силу положений части 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации именно нарушение либо угроза нарушения прав, свобод или законных интересов лица является обязательным условием реализации права на его судебную защиту. 

В силу п. 1 ст. 1119 Гражданского кодекса Российской Федерации свобода завещания ограничивается правилами об обязательной доле в наследстве (статья 1149).

Согласно положениям пункта 1 статьи 1149 несовершеннолетние или нетрудоспособные дети наследодателя, его нетрудоспособные супруг и родители, а также нетрудоспособные иждивенцы наследодателя, подлежащие призванию к наследованию на основании пунктов 1 и 2 статьи 1148 настоящего Кодекса, наследуют независимо от содержания завещания не менее половины доли, которая причиталась бы каждому из них при наследовании по закону (обязательная доля), если иное не предусмотрено настоящей статьей.

Право на обязательную долю в наследстве удовлетворяется из оставшейся незавещанной части наследственного имущества, даже если это приведет к уменьшению прав других наследников по закону на эту часть имущества, а при недостаточности незавещанной части имущества для осуществления права на обязательную долю - из той части имущества, которая завещана (п. 2 ст. 1149 ГК РФ).

Разрешая заявленные требования, суд исходит из того, что нотариусом не было отказано ФИО1, претендующему на обязательную долю в наследстве, в совершении нотариального действия - выдаче соответствующего свидетельства. В связи с чем суд приходит к выводу, что истец не лишен возможности оформить свои наследственные права у нотариуса, которым после выяснения состава наследственного имущества ФИО 5 должен быть произведен расчет обязательной доли. С учетом изложенного, требования ФИО1 о признании за ним права на 1/8 доли в праве общей долевой собственности на квартиры №№№

<

номер> в 

<

адрес>, в порядке наследования после смерти ФИО 5, не подлежат удовлетворению.

При таких обстоятельствах в удовлетворении исковых требований ФИО1 следует отказать в полном объеме. 

Разрешая заявление ФИО6 и ФИО3 о применении срока исковой давности по требованиям ФИО1 о признании недействительными сделок, со ссылкой на то, что истец узнал об их заключении в 2016 году при рассмотрении Ялтинским городским судом Республики Крым гражданских дел об их оспаривании, и отказывая в его удовлетворении, суд исходит из следующего. 

В силу ст. 1113 Гражданского кодекса Российской Федерации наследство открывается со смертью гражданина.

Согласно п. 5 ст. 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации завещание создает права и обязанности после открытия наследства. 

В силу положений п. 2 ст. 1131 ГК РФ оспаривание завещания до открытия наследства не допускается. 

Пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что годичный срок исковой давности по искам о признании недействительной оспоримой сделки следует исчислять со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Таким образом, срок исковой давности по требованиям о признании недействительной сделки, совершенной гражданином, не способным понимать значение своих действий и руководить ими, начинает течь со дня, когда заинтересованное лицо узнало или должно было узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания завещания недействительным. 

В силу вышеуказанных положений закона, суд приходит к выводу, что срок исковой давности по требованиям о признании сделок недействительными ФИО1 не пропущен.

Согласно положений ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации понесенные ФИО1 судебные расходы не подлежат возмещению при отказе в удовлетворении иска.

Тогда как с ФИО1 в пользу экспертного учреждения подлежат взысканию судебные расходы за проведение судебной почерковедческой экспертизы в размере 38276 рублей. 

Руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3, нотариусу Ялтинского городского нотариального округа Республики Крым ФИО4 о признании недействительным завещания от 26 февраля 2015 г., реестр №

<

номер>, - отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО6, ФИО5, ФИО3, ФИО1 о признании недействительным завещания от 22 декабря 2009 г., реестр №

<

номер>, - отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО6, нотариусу Ялтинского городского нотариального округа Республики Крым ФИО8 о признании недействительными договора дарения квартиры от 26 марта 2012 г., реестр №

<

номер>, свидетельства о государственной регистрации права, включении квартиры в состав наследства, признании права собственности на наследственное имущество, - отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО6, ФИО3, нотариусу Ялтинского городского нотариального округа Республики Крым ФИО8 о признании недействительными договора дарения квартиры от 26 марта 2012 г., реестр №

<

номер>, свидетельства о государственной регистрации права, включении квартиры в состав наследства, признании права собственности на наследственное имущество – отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО5, нотариусу Ялтинского городского нотариального округа Республики Крым ФИО8 о признании недействительными договора пожизненного содержания от 26 марта 2012 г., реестр №

<

номер>, свидетельства о государственной регистрации права, включении квартиры в состав наследства, признании права собственности на наследственное имущество - отказать.

Взыскать с ФИО1 в пользу Федерального бюджетного учреждения «Крымская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации» расходы за проведение судебной экспертизы в размере 38276 (тридцать восемь тысяч двести семьдесят шесть) рублей. 

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Крым через Ялтинский городской суд Республики Крым в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья О.И. Кулешова

Решение суда изготовлено 

в окончательной форме 31.03.2021