10-2/2019

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Наро-Фоминск 22 февраля 2019 г.

Наро-Фоминский городской суд Московской области в составе:

председательствующего Петрова А.В.,

при секретаре Гараниной И.В.,

с участием государственного обвинителя Филинкова А.Н.,

осужденного ФИО1,

и его защитника Матвеевой И.Р.;

рассмотрев в открытом судебном заседании, в апелляционном порядке судебного разбирательства уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО1 на приговор мирового судьи 140 судебного участка Наро-Фоминского судебного района Московской области от 18.12.2018, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., уроженец 

<

адрес>, гражданин России, не судимый;

осужден по ч. 1 ст. 158 УК РФ, к 160 часам обязательных работ;

а в пользу АО «

<

данные изъяты>», в счёт возмещения причинённого преступлением имущественного ущерба взысканы 40 500 рублей;

УСТАНОВИЛ

Согласно приговору мирового судьи ФИО1 осужден за кражу, то есть за тайное хищение чужого имущества.

Преступление совершено в период с 14 часов ДД.ММ.ГГГГ до 13 часов ДД.ММ.ГГГГ, в 

<

адрес> 

<

адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В суде ФИО1 вину по предъявленному обвинению не признал, уголовное дело рассмотрено в общем порядке судебного разбирательства.

Не согласившись с указанным приговором, осужденный ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, где указал, что полагает приговор незаконным и необоснованным, так как изложенные в нём выводы не соответствуют обстоятельствам дела. В суде не устранены противоречия, имеющиеся в показаниях свидетелей, а в его действиях отсутствуют признаки преступления. Мировой судья не установил, что он похитил чужое имущество, действуя тайно, а также его прямой умысел, на совершение преступления. Тайно похитить деньги из кассы магазина «Магнит» он не мог. По окончании рабочего времени, фактический остаток денег в кассе магазина и остаток по базе данных сошлись. Кассовые документы с его подписями, с приложением ордеров, квитанций и отчётов не исследованы судом. В суде исследованы не оригинальные, отдельные кассовые листы, приобщённые в качестве вещественных доказательств. Видеозаписи видеокамер наблюдения не изъяты и не исследованы, хотя по ним можно установить, где он находился в момент преступления. Время совершения преступления не установлено. Так как акт об излишках или недостаче к акту инвентаризации не приложен, этот акт – ничтожен, на что он обращал внимание судьи. Документы, приобщённые к делу в качестве вещественных доказательств, суд вообще не исследовал. Использованные судом в качестве доказательств свидетельские показания противоречивы, и имеющиеся в них противоречия не устранены. Так, ФИО2 утверждала, что уведомление банка о недостаче в инкассаторской сумке денег поступило по электронной почте 15.05.2018. Однако свидетель ФИО3 показал, что это уведомление поступило 11.05.2018. На предварительном следствии ФИО3 давал противоречивые показания, но эти противоречия не устранены судом, так как ФИО3 отсутствовал. В том числе, в показаниях ФИО3 от 18.07.2018 и от 21.09.2018 имеются противоречия относительно утраты материалов служебной проверки, а факт её проведения вообще не доказан. По словам ФИО3, приказ о проведении инвентаризации магазина не издавался, хотя любое подобное действие выполняется на основании внутреннего нормативного акта. Поскольку ФИО3 провёл инвентаризацию самовольно, его действия не имеют юридической силы, а акт инвентаризации от 06.05.2018 – недопустимое доказательство. Кроме того, акт составлен с нарушениями. Он сформирован не в компьютерной базе предприятия, а сопутствующие документы к нему не приложены. Присутствие ФИО3 06.05.2018 в магазине записями видеокамер наблюдения не подтверждено. Наличие 3 комплекта ключей и возможность передачи ФИО2 своих ключей иным лицам, не проверены. ФИО4 – близкая подруга ФИО2 Свидетели ФИО5 и ФИО2 состоят в любовных отношениях. Свидетельские показания ФИО4 и ФИО5 – голословны и преследуют цель помочь ФИО2 и оклеветать его. Показания свидетелей ФИО2, ФИО4 и ФИО5 основаны на слухах и не могут использоваться для доказывания. На должностной инструкции товароведа, признанной вещественным доказательством, стоит не его подпись. По изложенным причинам обжалованный приговор мирового судьи осужденный просил отменить, уголовное дело прекратить.

Возражения на апелляционную жалобу государственным обвинителем и представителем потерпевшего не поданы.

В судебном заседании осужденный ФИО1 и его защитник Матвеева И.Р. жалобу поддержали, обжалованный приговор мирового судьи просили отменить, уголовное дело прекратить. Осужденный дополнений не привёл, а защитник отметила, что суд первой инстанции не в полном объёме исследовал доказательства, что повлекло необоснованный обвинительный приговор.

Государственный обвинитель против удовлетворения жалобы возражал, считая приговор законным, обоснованным, назначенное осужденному наказание – справедливым, а доводы жалобы – несостоятельными. Дополнил, что в суде первой инстанции полностью исследованы все доказательства вины ФИО1, полностью изобличающие его в совершении преступления. Просил обжалованный приговор оставить без изменений, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Представитель потерпевшего ФИО2, будучи надлежаще уведомлена о времени и месте рассмотрения дела, в суд не явилась, о причинах неявки не сообщила, об отложении судебного разбирательства не просила, против рассмотрения дела в её отсутствие не возражала.

Выслушав участников судебного разбирательства, проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд полагает обжалованный приговор законным, обоснованным, справедливым, изменению и отмене не подлежащим, по следующим основаниям.

Выводы мирового судьи о виновности осужденного ФИО1 в преступлении, подтверждены достаточной совокупностью всесторонне исследованных в суде и оценённых по правилам ст.ст. 73 и 88 УПК РФ доказательств, получивших надлежащую оценку в приговоре, с учётом обстоятельств, которые могли существенно повлиять на исход дела. Мотивы, по которым суд признал достоверными одни доказательства и отверг другие, в приговоре приведены убедительно.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, выводы суда о доказанности вины осужденного соответствуют фактическим обстоятельствам дела и подтверждаются совокупностью исследованных и изложенных в приговоре доказательств.

Так, из показаний представителя потерпевшего ФИО2 – директора магазина «Магнит» следует, что 05.05.2018 товаровед ФИО1 был на рабочем месте, в магазине «Магнит». В 12 часов 30 минут он забрал деньги из касс магазина, отнёс их в главную кассу, составил препроводительную ведомость, где указал номер сумки, дату и общую сумму денег, подлежащих инкассации, 132 000 рублей. Именно эту сумму денег он должен был положить в инкассаторскую сумку, которую передать инкассаторам банка. Позже из банка поступило письмо, согласно которого в этой сумке не хватало 40 500 рублей. В тот день деньги инкассировал именно ФИО1 По результатам инвентаризации, расхождения в части наличия денег в кассе магазина, не выявлены.

Из показаний свидетеля ФИО4 – продавца магазина «Магнит», следует, что 05.05.2018 товаровед ФИО1 был на рабочем месте, а у ФИО2 был выходной день. Около 13 часов ФИО1 изъял деньги из кассы и отнёс в главную кассу. С 13 до 14 часов прибыли инкассаторы банка, получили от ФИО1, инкассаторскую сумку и покинули магазин.

Из показаний свидетелей ФИО6 и ФИО7 – инкассаторов, следует, что 05.05.2018 именно они забирали инкассаторскую сумку у товароведа ФИО1 В помещении магазина, где находится сейф, ФИО1 передал им сумку с деньгами и накладную, которую ФИО6 подписал. Сумка повреждена не была и позже передана ими в банк.

Из показаний свидетеля ФИО8 – старшего кассира банка, следует, что 06.05.2018, именно он на рабочем месте вскрывал инкассаторскую сумку из магазина «Магнит». Сумка поступила к нему не вскрытой, не повреждённой, без дефектов.

Из показаний свидетеля ФИО9 – старшего кассира банка, следует, что 06.05.2018, когда он работал в кассе банка, к нему поступил лоток с деньгами из магазина «Магнит». Деньги из лотка он загрузил в машину для пересчёта.

Из показаний свидетеля ФИО10 – старшего кассира банка, следует, что 06.05.2018, исполняя свои служебные обязанности, она выявила, что в инкассаторской сумке, поступившей из магазина «Магнит», не хватает 40 500 рублей.

Из показаний свидетеля ФИО3 – специалиста службы экономической безопасности АО «Тандер» следует, что для плановой инвентаризации магазина «Магнит» отдельный приказ не требуется. На основании письма, полученного 11.05.2018 из банка, о недостаче в инкассаторской сумке 40 500 рублей, он проводил служебную проверку. По результатам, обратится в полицию с заявлением о хищении 05.05.2018 указанных денежных средств. В результате проверки установил, что 05.05.2018 деньги на инкассацию сдавал товаровед ФИО1 Ключи от сейфа, где лежали деньги, предназначенные для инкассации, находились у ФИО1 Второй комплект ключей был у директора ФИО2, но 05.05.2018 был её выходной день. Других ключей от сейфа нет.

Из показаний свидетеля ФИО5 – продавца магазина следует, что инкассацию денег, находящихся в главной кассе магазина, осуществляет товаровед. Инкассацию денег 05.05.2018 проводил ФИО1, доступ к сейфу был только у него. После происшествия, он был в составе комиссии по инвентаризации денег, находящихся в главной кассе. В результате, несоответствия не выявлены. ФИО1 зачастую проигрывает деньги в азартные игры.

Из заключения бухгалтерской экспертизы от 02.08.2018 следует, что разница между денежными средствами, полученными сотрудниками АО «Альфа-Банк» при вскрытии инкассаторской сумки и денежными средствами переданными инкассаторам на основании препроводительной ведомости к сумке товароведом ФИО1 составила 40 500 рублей.

Виновность осужденного подтверждается и другими исследованными доказательствами, которые приведены в приговоре.

Допустимость и достоверность доказательств, исследованных в ходе судебного разбирательства, перечисленных в приговоре и положенных в его основу, сомнений не вызывает, поскольку получены они в процессе дознания, без нарушений уголовно-процессуального законодательства и согласуются между собой. По этой причине, перечисленные доказательства мировой судья обоснованно признал относимыми, допустимыми, достоверными, а в своей совокупности – достаточными, для признания ФИО1 виновным по предъявленному ему обвинению. Показания представителя потерпевшего и свидетелей обвинения, будучи последовательными, не противоречивыми, дополняющими друг друга, и подтверждённые другими доказательствами, обоснованных сомнений у мирового судьи резонно не вызвали. Причин, по которым свидетели могли бы дать ложные показания, а представитель потерпевшего – подсудимого оговорить, мировой судья не установил, а отрицание ФИО1 своей вины, правильно расценил, как его желание избежать ответственности.

Квалификацию действиям ФИО1 мировой судья дал правильную, приняв во внимание умышленный характер совершённых им действий, в связи с чем, последовал обоснованный вывод о наличии у него умысла на тайное хищение чужого имущества.

С квалификацией действий ФИО1 по ч. 1 ст. 158 УК РФ соглашается и суд апелляционной инстанции, отмечая, что все признаки состава данного преступления в результате судебного разбирательства нашли своё подтверждение.

Давать показания в суде первой инстанции ФИО1 отказался, по причине чего мировой судья тщательно проверил и оценил представленные суду доказательства обвинения.

Все приведённые в апелляционной жалобе доводы в пользу невиновности ФИО1 в совершенном преступлении, в том числе, об отсутствии в его действиях состава преступления, признаков тайного хищения чужого имущества, об отсутствии у него его прямого умысла на свершение преступления, и возможности похитить денежные средства, суд апелляционной инстанции отвергает. По мнению суда, эти доводы направлены на переоценку обстоятельств преступления, установленных мировым судьёй, по результатам рассмотрения дела по существу. Они являются способом защиты, преследующим цель избежать ответственности за содеянное.

Не имеют существенного значения доводы осужденного о том, что по завершении рабочего времени сумма денег, находящихся в кассе, и их сумма, числящаяся в базе данных, сошлись. Избранный осужденным способ хищения предполагал именно такое развитие событий, а недостача похищенных денег обнаружена не в кассе, а в инкассаторской сумке.

У суда первой инстанции не было необходимости исследовать кассовые документы и видеозаписи видеокамер наблюдения, на которые указано в жалобе, поскольку сторонами судебного разбирательства они не предъявлялись.

Вопреки доводам жалобы, время совершения ФИО1 преступления установлено с необходимой точностью и приведено в приговоре.

Осужденный не обращал внимание суда первой инстанции на недопустимость использования акта инвентаризации в качестве доказательства. Он отказался давать показания в суде, в связи с чем, его доводы в этой части, действительности не соответствуют.

Доводы жалобы ФИО1 содержат противоречия относительно исследования судом первой инстанции вещественных доказательств. Вещественные доказательства, как таковые, судом первой инстанции, действительно не исследованы и государственным обвинителем для исследования не предъявлялись, вместо чего исследован протокол осмотра предметов. Данное обстоятельство о незаконности приговора не свидетельствует и основанием для его отмены не является.

Какой либо, обоснованной необходимости в устранении противоречий в показаниях свидетелей у мирового судьи не было, поскольку существенных противоречий их показания не содержат. Противоречия, перечисленные в жалобе осужденного, суд апелляционной инстанции существенными не считает.

Факт проведения ФИО3 служебной проверки не является предметом доказывания по данному делу. Достоверность данного обстоятельства участниками судебного разбирательства не оспаривалась, по причине чего необходимости в его дополнительном доказывании у мирового судьи не было. Доводы осужденного о необходимости издания приказа об инвентаризации магазина голословны, на материалах дела не основаны и противоречат показаниям свидетеля ФИО3, признанным судом достоверными. Оснований для проверки присутствия ФИО3 в определённый день в магазине путём просмотра записей видеокамер наблюдения у суда первой инстанции не было, поскольку данное обстоятельство участниками судебного разбирательства сомнению не подвергалось, и подобные доводы суду не приводились. Аналогичной оценки заслуживают и доводы осужденного о возможном наличии третьего комплекта ключей от сейфа или возможной передачи ФИО2 своих ключей иным лицам.

Близкие отношения, сложившиеся между некоторыми, из перечисленных в жалобе свидетелей, вовсе не свидетельствуют о наличии у них неприязни к ФИО1, наличии у них оснований для его оговора, как и об их заинтересованности в исходе дела.

Доводы о фальсификации подписи осужденного в должностной инструкции на материалах дела не основаны. Соответствующее заключение экспертизы в ходе судебного разбирательства не исследовалось, а на очевидную необходимость фальсификации его подписей, в жалобе не указано.

Назначая ФИО1 наказание мировой судья резонно учёл отсутствие обстоятельств, его отягчающих, такое смягчающее наказание обстоятельство, как совершение впервые преступления небольшой тяжести, одновременно приняв во внимание влияние наказания на исправление осужденного, на условия жизни его семьи, а также мнение представителя потерпевшего, и данные о личности ФИО1, включая состояние его психики, проверенное в результате судебной экспертизы. Наказание ФИО1 назначено в пределах санкции, предусмотренной ч. 1 ст. 158 УК РФ, с соблюдением правил, предусмотренных ст. 49 УК РФ. Требования ст.ст. 6 и 60 УК РФ и правила, установленные постановлением Пленума Верховного суда России от 22.12.2015 № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», мировой судья не нарушил. В соответствии с п. 4 ст. 307 УПК РФ в приговоре приведены мотивы решения всех вопросов, связанных с назначением наказания.

Нарушений уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, по делу не установлено.

При изложенных обстоятельствах, предусмотренных законом оснований для удовлетворения жалобы осужденного и отмены приговора мирового судьи, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20 и 389.28 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ

Приговор мирового судьи 140 судебного участка Наро-Фоминского судебного района Московской области от 18 декабря 2018 г. в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного – без удовлетворения.

Настоящее постановление вступает в силу с момента провозглашения и может быть обжаловано в Московский областной суд в порядке, установленном главами 47.1 и 48.1 УПК РФ.

Председательствующий А.В. Петров