Дело № 2-3503/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

07 декабря 2017 года г.Смоленск

Промышленный районный суд города Смоленска в составе:

председательствующего судьи Шиловой И.С., 

при секретаре Потапенковой А.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о взыскании ущерба и компенсации морального вреда, причиненного преступлением, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3 о взыскании ущерба и компенсации морального вреда, причиненного преступлением. В обоснование заявленных требований указала, что 12.10.2014 года ответчик совершил преступление, предусмотренное ч.1 ст.109 УК РФ, в результате которого наступила смерть ФИО10 Уголовное дело в отношении ответчика прекращено в предварительном слушании 03.06.2015 года вследствие акта амнистии. Она (истец) по уголовному делу признана потерпевшей. Преступными действиями ответчика ей причинен имущественный вред, выразившийся в расходах на погребение ФИО10 в размере 

<

данные изъяты> руб., а также расходах по оплате услуг представителя. В результате гибели сына причинен моральный вред, объем компенсации которого, определяет в размере 

<

данные изъяты> руб.

На основании вышеизложенного просит суд взыскать с ответчика в счет возмещения расходов на погребение в размере 106 355 руб., на поминальный обед в размере 75 000 руб., в счет компенсации морального вреда 3 000 000 руб., а также в возмещение расходов на оплату услуг представителя в размере 60 000 руб. 

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель ФИО4 поддержали заявленные требования в полном объеме. Дополнительно представитель истца пояснил, что расходы на оплату услуг представителя истцом понесены в рамках уголовного дела. Ритуальные принадлежности приобретались ФИО7 на денежные средства принадлежащие истцу. Просили иск удовлетворить.

Ответчик ФИО2 исковые требования признал частично, пояснив дополнительно, что расходы на погребение в размере 34 000 руб., в размере 45 425 руб., расходы на ритуальные услуги в размере 16 930 руб. признает. Расходы в сумме 75 000 руб. на поминальный обед не признал, как и не признал сумму компенсации морального вреда, полагая ее завешенной. Также обращает внимание суда, что согласно квитанции 000003 стоимость товаров и услуг составляет 45 425 руб., однако согласно квитанциям к приходному кассовому ордеру №67 от 10.01.2015, №78 от 05.08.2015, №98 от 06.08.2015 года оплачена сумма в размере 55 425 руб., соответственно имеет место необоснованная переплата в размере 10 000 руб. Преступление совершено им по неосторожности, относится к категории небольшой тяжести. На предварительном следствии и в суде он (ответчик) признал свою вину в содеянном раскаялся, сожалеет о том, что произошло, в связи с чем, просит о снижении суммы компенсации морального вреда, принимая во внимание его семейное и имущественное положение. 

Выслушав объяснения сторон, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст.52 Конституции РФ права потерпевших от преступлений охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.

Пунктом 3 ст.42 УПК РФ закреплено право физического и юридического лица, признанного потерпевшим по уголовному делу, на возмещение имущественного вреда, причиненного непосредственно преступлением.

Статья 12 ГК РФ относит компенсацию морального вреда к способам защиты гражданских прав.

В соответствии со ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В соответствии со ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу ст.1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как следует из разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В соответствии с п.1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 года №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» суду необходимо выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Исходя из положений п.32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Из приведенных выше положений закона следует, что на потерпевшем лежит обязанность доказать факт причинения вреда, его размер, а также то обстоятельство, что причинителем вреда является именно то лицо, которое указывается в качестве ответчика (причинную связь между его действиями и нанесенным ущербом). В свою очередь, причинитель вреда несет обязанность по доказыванию отсутствия своей вины в таком причинении, если законом не предусмотрена ответственность без вины.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 приходится матерью ФИО10

ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ в период с 17 часов 00 минут по 18 часов 40 минут, управляя автомашиной «Ауди А-6» с рег.знаком 

<

данные изъяты>, двигался совместно с ФИО12 и ФИО8 по проезжей части возле дворовой территории около 

<

адрес>. В вышеуказанном месте по проезжей части навстречу автомашине под управлением ФИО3 проходили ранее незнакомые ФИО2 ФИО9 и ФИО10, которые создавали помеху в движении автомобилю «Ауди А-6» с рег.знаком № под управлением ФИО3, в связи с чем, ФИО3 был вынужден остановить автомобиль. ФИО9 и ФИО10 обошли вышеуказанную автомашину и продолжили движение по проезжей части в направлении домов 

<

адрес>. ФИО3, будучи недовольным вынужденной остановкой транспортного средства из-за движения пешеходов ФИО11 и ФИО10, вышел из автомашины «Ауди А-6» с рег.знаком № и, окликнув ранее незнакомых ему ФИО11 и ФИО10, направился к последним. Также из салона указанной автомашины вышел ФИО12 и направился следом за ФИО3 Затем ФИО3 в вышеуказанный период времени, беспричинно, из хулиганских побуждений, подошел к ФИО11 и ФИО10, которые остановились на участке местности, расположенном вблизи домов 

<

адрес>, и стал высказывать в адрес последних претензии о том, что ФИО9 и ФИО10 не предприняли мер к тому, чтобы уступить дорогу автомашине под его управлением. В ходе высказывания претензий, ФИО3 умышленно, беспричинно, из хулиганских побуждений нанес ФИО10 один удар кулаком в область лица. При этом ФИО2, по небрежности, не предвидел возможности в результате своих действий наступления смерти ФИО10, хотя при необходимой предусмотрительности должен был и мог это предвидеть. От полученного удара в лицо ФИО10 присел на асфальт, облокотившись на локоть, а затем потерял сознание и упал на асфальт лицом вниз. В это время ФИО3 и ФИО13 сели в салон автомашины «Ауди А-6» с рег.знаком № и скрылись с места происшествия. ФИО10 скончался в период с 17 часов 00 минут до 18 часов 40 минут ДД.ММ.ГГГГ на вышеуказанном участке местности.

Причиняя вышеуказанные телесные повреждения, действуя по небрежности, ФИО3 не предвидел возможности наступления общественно опасных последствий своих действий в виде причинения вышеуказанных телесных повреждений и смерти, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, чем совершил действия квалифицированные органами предварительного расследования по ч.1 ст.109 УК РФ, как причинение смерти по неосторожности.Постановлением Промышленного районного суда г.Смоленска от 03.06.2015 года, оставленного без изменения постановлением суда апелляционной инстанции Смоленского областного суда от 23.07.2015 года, уголовное дело в отношении ФИО3 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.109 УК РФ, прекращено по п. 3 ч. 1 ст. 27 УПК РФ (вследствие акта об амнистии).

В рамках уголовного дела истец признана потерпевшей.

Часть 4 ст.61 ГПК РФ определяет, что вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого вынесен приговор, лишь по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом.

В соответствии с разъяснениями, данными Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 19.12.2003 №23 «О судебном решении», в силу части 4 статьи 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого вынесен приговор, лишь по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом. Исходя из этого суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения (п.8).

Согласно правовой позиции, выраженной Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 24.04.2003 №7-П, прекращение уголовного дела вследствие применения акта амнистии не лишает лиц, потерпевших от преступлений, права требовать компенсации причиненного ущерба. Реализация акта об амнистии в отношении лиц, которые обвиняются в совершении преступлений или осуждены за деяния, подпадающие под действие амнистии, не должна быть связана с лишением тех, кто пострадал от преступлений, их конституционного права на судебную защиту и восстановление в нарушенных правах и интересах, ни объем, ни степень гарантированности потерпевшим указанных прав не могут зависеть от того, было ли государством реализовано его правомочие по осуществлению уголовного преследования или же оно отказалось от этого, издав акт об амнистии.

С учетом установленных обстоятельств, суд пришел к выводу о правомерности предъявления истцом, являющейся матерью погибшего ФИО10 требований о компенсации морального вреда к ответчику ФИО3, поскольку именно в результате действий ФИО3, ФИО10 были причинены телесные повреждения, травматическое воздействие в область лица, которые по неосторожности спровоцировали разрыв стенки патологически измененного сосуда и базальное субарахноидальное кровоизлияние головного мозга, что стало причиной смерти ФИО10 (сына истца), и как следствие причиной ее нравственных страданий.

Таким образом, факт причинения морального вреда в виде нравственных страданий истцу нашел свое объективное подтверждение, что с учетом установленной вины ответчика в его причинении, является безусловным основанием для компенсации морального вреда.

Анализируя вышеизложенное, суд находит требование истца (матери погибшего) о возмещении ей денежной компенсации морального вреда подлежащим частичному удовлетворению.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает требования ст.ст.151, 1101 ГК РФ о разумности и справедливости, степень нравственных и физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями потерпевшего, степень вины нарушителя.

По общему правилу, нравственные страдания характеризуют эмоции человека в виде отрицательных переживаний, возникающих под воздействием травмирующих его психику событий, глубоко затрагивающие его личностные структуры, настроение, самочувствие и здоровье. Степень и интенсивность испытываемых негативных переживаний, способны причинить психологический дискомфорт.

Причиной смерти ФИО10 (сына истца) явилась врожденная аномалия развития сосудистой системы головного мозга – артериовенозная рацемозная (ветвистая) аневризма (мальформация), осложнившаяся разрывом стенки патологически измененного сосуда и базальным субарахноидальным кровоизлиянием.

Ответчик, в свою очередь, будучи освобожденным от уголовного преследования вследствие акта амнистии, имеет при этом реальную возможность загладить причиненный вред посредством выплаты соответствующей материальной компенсации, размер которой определяется судом не только с учетом имеющегося у него на данный момент материального положения, но и наличия фактической возможности в силу возраста и состояния здоровья его улучшить.

В силу установленных по делу обстоятельств, с учетом степени вины ответчика, причины смерти ФИО10, характера причиненных истцу физических и нравственных страданий, материального положения ФИО3, суд полагает разумным и справедливым определить к взысканию компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб. в пользу ФИО1

Поскольку ответственность за причиненный моральный вред носит компенсационный характер, определенная к взысканию сумма денежной компенсации нанесенного вреда, по убеждению суда, позволяет максимально сгладить степень негативных переживаний истца, вызванных смертью близкого родственника, поскольку восстановить ее нарушенные права иным способом не представляется возможным. 

Кроме того, истцом заявлено требование о возмещении расходов на погребение погибшего и поминальный обед.

Размер подлежащих возмещению расходов на погребение подлежит определению с учетом положений Федерального закона от 12.01.1996 года № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле», содержащего понятие «погребение» и устанавливающего перечень расходов, связанных с ним, по смыслу которых во взаимосвязи с положениями абз.1 ст.1094 ГК РФ возмещению подлежат лишь понесенные на погребение необходимые расходы.

Исходя из содержания ст.56 ГПК РФ бремя доказывания необходимости понесенных расходов лежит на лице, требующем их возмещения.

Вопрос о размере таких расходов должен решаться с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего (ст.5 Федерального закона от 12.01.1996 года № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле», ст.1174 ГК РФ), и с учетом положений ст.9 Федерального закона «О погребении и похоронном деле», устанавливающей, что к гарантированному перечню услуг по погребению относятся оформление документов, необходимых для погребения, предоставление и доставка гроба и других предметов, необходимых для погребения, перевозка тела (останков) умершего на кладбище (в крематорий), погребение (кремация с последующей выдачей урны с прахом).

Таким образом, в силу ст.5 Федерального закона «О погребении и похоронном деле» вопрос о размере необходимых расходов на погребение должен решаться с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего и его памяти.

Из материалов дела усматривается, что расходы на погребение погибшего, заявленные истцом к взысканию и фактически им понесенные, составляют 96 355 руб. (34 000+45 425+16 930), что подтверждается соответствующими платежными документами. 

Из представленных документов следует, что истец понес расходы по установке памятника в размере 45 425 руб., вместо заявленных 55 425 руб., что в судебном заседании сторонами не оспаривалось.

Оценив представленные истцом доказательства понесенных затрат, связанных с погребением на общую сумму 96 355 руб., которые ответчик признает, суд считает их подлежащими возмещению в заявленной сумме, принимая во внимание, что вышеуказанные понесенные расходы являются необходимыми для достойных похорон и разумными, поскольку доказательств их чрезмерности не представлено.

Также суд пришел к выводу, что погребение по христианскому обычаю при захоронении тела в земле предусматривает поминальный обед, что соответствует сложившимся православным обычаям и традициям, в связи с чем, признает понесенные истцом расходы на поминальный обед в сумме 75 000 руб. необходимыми расходами на достойные похороны, что также подтверждается платежным документом.

Кроме того, истец просит взыскать с ответчика понесенные им расходы для представления своих интересов в рамках уголовного дела в сумме 60 000 руб.

Согласно ст.88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с ч.1 ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Исходя из смысла ст.98, 100 ГПК РФ возмещение судебных издержек (в том числе расходов на оплату услуг представителя) осуществляется только той стороне, в пользу которой вынесено решение суда, и в соответствии с тем судебным постановлением, которым спор разрешен по существу.

Между тем, заявленное требование не может быть удовлетворено, так как соглашение истцом с представителем было заключено в рамках процесса уголовного, что не оспаривалось стороной истца, в силу чего, возмещение понесенных расходов предусмотрено в ином, нежели гражданско-правовом, судебном порядке. 

На основании ч.1 ст.103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию госпошлина в доход местного бюджета, поскольку истец был освобожден от уплаты госпошлины при подаче искового заявления. 

Руководствуясь ст. ст. 194-198, 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать со ФИО3 в пользу ФИО1: 

171 355 руб. - в возмещение затрат на погребение и поминальный обед;

500 000 руб. – в счет компенсации морального вреда.

В остальной части иска отказать.

Взыскать со ФИО3 государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 4 927 руб. 10 коп. 

Решение может быть обжаловано в Смоленский областной суд через Промышленный районный суд г. Смоленска в течение одного месяца с момента изготовления его в мотивированной форме.

Судья И.С. Шилова