Дело №2-3460/2019 5 декабря 2019 года

78RS0017-01-2019-003678-36

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Петроградский районный суд Санкт- Петербурга в составе: председательствующего судьи Пешниной Ю.В., 

при помощнике ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску акционерного общества «СОГАЗ» к ФИО2 о возмещении ущерба в порядке суброгации, 

УСТАНОВИЛ:

Акционерное общество «СОГАЗ» (далее по тексту – АО «СОГАЗ») обратилось в Петроградский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ФИО2 о возмещении ущерба в порядке суброгации в размере 55 000 руб., расходов по уплате государственной пошлины в размере 1850 руб.

В обоснование заявленных требований истец сослался на положения ст. 965 Гражданского кодекса Российской Федерации и указал, что 28 июня 2016 года по вине водителя Г.А.И. произошло дорожно-транспортное происшествие в результате которого, автомобиль «Audi», застрахованный у истца по договору добровольного страхования от 15 октября 2015 года, получил механические повреждения, в связи с чем, АО «СОГАЗ», признав случай страховым, произвело выплату страхового возмещения на условиях полной гибели автомобиля в размере 455000 руб. Гражданская ответственность виновника Г.А.И. была застрахована в СПАО «РЕСО-Гарантия», указанная страховая компания выплатила истцу страховое возмещение в размере 400 000 руб. Таким образом, разница между выплаченным страховым возмещением и фактическим размером ущерба составляет 55 000 руб., которую истец просил взыскать с ответчика ФИО2. которая является наследником умершего Г.А.И.

В судебное заседание представитель истца не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, путем направления судебных повесток, в исковом заявлении просил рассматривать дело в свое отсутствие. 

В судебное заседание ответчик явилась, просила отказать истцу в удовлетворении заявленных требований в связи с пропуском срока исковой давности. 

Изучив материалы дела, выслушав объяснения ответчика, оценив представленные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ч. 1 ст. 965 Гражданского кодекса Российской Федерации, если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования.

В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу ст. 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Как следует из материалов дела, 28 июня 2016 года по вине водителя Г.А.И., управлявшего автомобилем «Great Wall» произошло дорожно-транспортное происшествие в результате которого, автомобиль «Audi», застрахованный у истца по договору добровольного страхования от 15 октября 2015 года, получил механические повреждения, в связи с чем, АО «СОГАЗ», признав случай страховым, произвело выплату страхового возмещения путем перечисления денежных средств на СТОА в размере 624 068,20 руб., что подтверждается платежным поручением № от 11 октября 2016 года. 

Гражданская ответственность виновника Г.А.И. была застрахована в СПАО «РЕСО-Гарантия», указанная страховая компания выплатила истцу страховое возмещение в размере 400 000 руб., что подтверждается платежным поручением № от 25 октября 2016 года. 

Согласно заключению специалиста ООО «Межрегиональный Экспертно-Технический Центр» № от 13 октября 2016 года стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Audi» с учетом износа составляет 455 000 руб. (л.д.45).

Таким образом, истец просит взыскать с ответчика в счет возмещения ущерба в порядке суброгации денежные средства в размере 55 000 руб. (455000-400000).

Г.А.И. умер 3 марта 2017 года.

С заявлением о принятии наследства по закону обратилась супруга умершего Г.А.И. – ФИО2, в связи с чем, нотариусом было заведено наследственное дело №. Других наследников не имеется. 

Как усматривается из материалов наследственного дела №, нотариусом 3 октября 2017 года ФИО2 были выданы свидетельства о праве на наследство по завещанию, свидетельства о праве на долю в общем совместном имуществе супругов, выдаваемые пережившему супругу, состоящее из: 

<

данные изъяты>

Согласно ст. 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

В соответствии со ст. 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно не находилось. Принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.

В соответствии со ст. 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации наследники, принявшие наследство, отвечают солидарно по долгам наследодателя в переделах стоимости перешедшего к ним имущества.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года «О судебной практике по делам о наследовании» в состав наследства входит принадлежавшее наследодателю на день открытия наследства имущество, в частности имущественные обязанности, в том числе долги в пределах стоимости перешедшего к наследникам наследственного имущества (пункт 1 статьи 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 58 Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года «О судебной практике по делам о наследовании» разъяснено, что под долгами наследодателя, по которым отвечают наследники, следует понимать все имевшиеся у наследодателя к моменту открытия наследства обязательства, не прекращающиеся смертью должника (статья 418 Гражданского кодекса Российской Федерации), независимо от наступления срока их исполнения, а равно от времени их выявления и осведомленности о них наследников при принятии наследства.

Материалами дела установлен объем наследственного имущества, принятого наследником ФИО2, стоимость наследственного имущества, стоимости наследственного имущества достаточно для покрытия суммы ущерба причиненного истцу.

Рассматривая заявление ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, установленного ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку страховой случай наступил 28 июня 2016 года, а с иском истец обратился только 2 июля 2019 года, суд приходит к следующим выводам. 

На обязательства из причинения вреда распространяется установленный статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий трехгодичный срок исковой давности.

Согласно статье 201 Гражданского кодекса Российской Федерации перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления.

В пункте 10 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации № 20 от 27 июня 2013 года «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан» разъяснено, что перемена лиц в обязательстве по требованиям, которые страховщик в порядке суброгации имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования, не влечет изменения общего (трехгодичного) срока исковой давности и порядка его исчисления. При этом срок исковой давности для страховщика, выплатившего страховое возмещение, должен исчисляться с момента наступления страхового случая.

В соответствии с п. 3 ст. 108 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации процессуальное действие, для совершения которого установлен процессуальный срок, может быть совершено до двадцати четырех часов последнего дня срока. В случае, если жалоба, документы или денежные суммы были сданы в организацию почтовой связи до двадцати четырех часов последнего дня срока, срок не считается пропущенным.

Как следует из материалов дела, страховой случай наступил 28 июня 2016 года, настоящее исковое заявление было направлено в суд посредством почтового отправления 21 июня 2019 года (л.д.60, конверт), т.е. в установленный законом трехлетний срок.

Таким образом, оснований для отказа истцу в удовлетворении исковых требований по пропуску срока исковой давности у суда не имеется, соответствующие доводы ответчика являются ошибочными. 

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст. 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации задачами гражданского судопроизводства являются правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов указанных в ней субъектов частного и публичного права.

В соответствии со ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Согласно ч. 1 ст. 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

Поскольку разрешение вопроса относительно стоимости восстановительного ремонта автомобиля требует специальных познаний, судом был поставлен вопрос о назначении по делу судебной автотовароведческой экспертизы, однако ответчик своим правом не воспользовалась, просила отказать в удовлетворении иска по пропуску срока исковой давности, который как уже выше было указано, истцом не пропущен. 

Таким образом, в ходе рассмотрения дела ответчиком не было представлено доказательств иного размера ущерба.

Учитывая изложенные обстоятельства, а также, что ответчик ФИО2 является наследником умершего Г.А.И., который являлся виновником дорожно-транспортного происшествия, стоимость принятого ответчиком наследства превышает стоимость причиненного истцу ущерба, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца в счет возмещения ущерба в порядке суброгации денежных средств в размере 55 000 руб. 

В соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика подлежат взысканию в пользу истца расходы по уплате государственной пошлины в размере 1850 руб.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования акционерного общества «СОГАЗ» к ФИО2 о возмещении ущерба в порядке суброгации – удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 в пользу акционерного общества «СОГАЗ» в счет возмещения ущерба в порядке суброгации денежные средства в размере 55 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 1850 руб.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня составления решения суда в окончательной форме посредством подачи апелляционной жалобы через Петроградский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья:

Мотивированное решение суда составлено 30 декабря 2019 года.