Дело № 2-1-569/2025

УИД 64RS0010-01-2024-000082-82

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 июня 2025 года г. Вольск

Вольский районный суд Саратовской области в составе председательствующего судьи Гладышевой С.Н., при секретаре Калашниковой М.В., с участием прокурора Гвоздкова Д.С., представителя истца ФИО1, представителя ответчика ГУЗ СО «Вольская РБ» ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3, ФИО4, ФИО5 к государственному учреждению здравоохранения Саратовской области «Вольская районная больница», государственному учреждению здравоохранения Саратовской области «Балаковская городская клиническая больница» о компенсации морального вреда,

установил:

ФИО3 обратилась в суд с иском к государственному учреждению здравоохранения Саратовской области «Вольская районная больница» (далее ГУЗ СО «Вольская РБ»), государственному учреждению здравоохранения Саратовской области «Балаковская городская клиническая больница» (далее ГУЗ «Балаковская ГКБ») о компенсации морального вреда, мотивируя свои требования тем, что является дочерью ФИО6, которому ответчиками была оказана медицинская помощь ненадлежащего качества, в результате которой ФИО6 умер. Указав, что 30 декабря 2023 года 00.00 часов её отец ФИО6 упал на пол, потеряв сознание. Истец и супруга ФИО6 – ФИО5, оказав ему первую помощь в виде искусственного дыхания, привели ФИО6 в сознание, после чего вызвали скорую медицинскую помощь. Бригада скорой помощи прибыла через 30-40 минут, после вызова, и машиной скорой помощи ФИО6 был доставлен в приемное отделение ГУЗ СО «Вольская РБ». Первичный прием ему оказал ФИО7, который сделал ЭКГ, взял кровь на анализы, диагностировав ему эпилептический приступ, после чего отпустил ФИО6 домой. Спустя 15-20 минут по приезду домой, ФИО6 вновь повторился приступ с потерей сознания. По вызову истца прибыла скорая помощь, которая вновь доставила ФИО6 в приемное отделение ГУЗ «Вольская РБ». В приемном отделении его принял врач ФИО8, который после того, как ФИО6 снова стал терять сознание, вызвал реаниматолога, и по его рекомендации ФИО6 был госпитализирован. ДД.ММ.ГГГГ в 07.00 час. по звонку истца, ей сообщили, что её отец по состоянию здоровья будет переведен в ГУЗ СО «Балаковская ГКБ». В 10.00 час. истец, её мать ФИО5 и брат ФИО4 навестили ФИО6, который на тот момент находился в отделении реанимации ГУЗ СО «Балаковская ГКБ». ДД.ММ.ГГГГ в связи с ухудшением состояния ФИО6 был подключен к ИВЛ. ДД.ММ.ГГГГ истцу позвонили из ГУЗ СО «Балаковская ГКБ» и сообщили, что ФИО6 умер. С учетом уточненных исковых требований, истец ФИО3 просит суд взыскать с ответчиков в солидарном порядке в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 4 000 000 руб.

В ходе рассмотрения дела, ФИО5 – супруга ФИО6 и ФИО4 – сын ФИО6 заявили самостоятельные требования о взыскании с ответчиков в солидарном порядке в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб. в пользу каждого.

В ходе рассмотрения дела истец ФИО3 уменьшила сумму исковых требований до 2 000 000 руб., отказ от части требований принят судом. Производство по делу в данной части требований прекращено.

Истец ФИО3 в судебное заседание не явилась, о времени и месте слушания дела извещена надлежащим способом, ходатайствовала о рассмотрении дела в свое отсутствие, её интересы в судебном заседании представлял ФИО1, действующий на основании доверенности, который исковые требования, с учетом их уточнения, поддержал, дал пояснения аналогичные вышеизложенным.

ФИО5 в судебное заседание не явилась, о времени и месте слушания дела извещена надлежащим способом, ходатайствовала о рассмотрении дела в свое отсутствие, участвуя ранее в судебном заседании пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 стало плохо, и ему вызвали «скорую». Пока ехала «скорая» они оказали ему помощь, привели в чувства. ФИО6 померили давление, сделали укол и направили в ГУЗ СО «Вольская РБ», она поехала с ним. В больнице им сказали, что госпитализировать ФИО6 не будут и отправили домой. По приезду домой ФИО6 вновь стало плохо и они повторно вызвали «скорую», и его снова повезли в ГУЗ СО «Вольская РБ», с ним поехала дочь (ФИО3), после чего, того госпитализировали, а затем перевезли в ГУЗ СО «Балаковская ГКБ».

ФИО4 в судебное заседание не явился, о времени и месте слушания дела извещен надлежащим способом, ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие, заявленные исковые требования поддерживает.

Третьи лица Министерство здравоохранения Саратовской области, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12 в судебное заседание не явились, о времени и месте слушания дела извещены надлежащим способом.

Представитель ответчика ГУЗ СО «Вольская РБ» ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал, указал, что в заявленном истцами размере исковые требования удовлетворению не подлежат, поскольку экспертным заключением было установлено отсутствие причинно-следственной связи между некачественно оказанной медицинской услуги и смертью пациента.

Ответчик ГУЗ «Балаковская ГКБ» в судебное заседание явку своего представителя не обеспечил, о времени и месте слушания дела извещен надлежащим способом, 

Изучив материалы дела, выслушав объяснения сторон, прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующему.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации".

В статье 4 ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в РФ" закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 названного закона). 

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в РФ"). 

В пункте 21 статьи 2 ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в РФ" определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата. 

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в РФ"). 

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в РФ" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти. 

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в РФ"). 

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов), так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. 

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства. 

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации). 

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. 

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. 

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. 

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. 

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. 

В абзаце первом пункта 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (в том числе переживания в связи с утратой родственников). 

Согласно абзацу первому пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. 

Из приведенных норм материального права и разъяснений Пленумов Верховного Суда Российской Федерации следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. 

К числу таких нематериальных благ относятся и сложившиеся родственные и семейные связи, характеризующиеся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи. Таким образом, смертью потерпевшего возможно причинение физических и нравственных страданий (морального вреда) лично членам его семьи и родственникам. 

Суду при определении размера компенсации морального вреда гражданину в связи с утратой родственника в результате причинения вреда его жизни источником повышенной опасности необходимо в совокупности оценить конкретные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных этому лицу физических или нравственных страданий, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, принять во внимание, в частности, характер родственных связей между потерпевшим и истцом, характер и степень умаления прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред, поведение самого потерпевшего при причинении вреда. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 48, пункте 49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33, разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья. 

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода. 

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда. 

Требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи. 

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов), так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Оценка качества медицинской помощи осуществляется на основании критериев, формируемым по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи. 

Как следует из материалов дела и установлено судом, ДД.ММ.ГГГГ в 01.00 ч. ФИО6 была оказана скорая медицинская помощь на дому фельдшером ФИО10, а затем машиной скорой помощи в 01.30 ч. его доставили в приёмное отделение ГУЗ СО «Вольская РБ», где он был осмотрен врачом ФИО8

ДД.ММ.ГГГГ в 03.25 ч. ФИО6 вновь была оказана скорая медицинская помощь на дому фельдшерами ФИО11 и ФИО12, и в 04.00 ч. его повторно доставили в приёмное отделение ГУЗ СО «Вольская РБ», где он был осмотрен врачом ФИО8 и реаниматологом ФИО9

ДД.ММ.ГГГГ в 09.10 ч. ФИО6 был переведен из ГУЗ «Вольская РБ» в отделение реанимации и интенсивной терапии ГУЗ СО «Балаковская ГКБ», где ДД.ММ.ГГГГ умер.

Согласно журналу учёта приёма пациентов и отказов в оказании медицинской помощи в стационарных условиях, в условиях дневного стационара, сопроводительного листа №, ФИО6 находился в приёмном отделении ДД.ММ.ГГГГ с 01.30 ч. по 02.35 ч. с диагнозом «Острый гастроэтороколит. Состояние после ортостатического коллапса», и в 04.00 ч. с диагнозом «Состояние после эпилептиформенного приступа неизвестной этиологии. ХИГМ. Эпилепсия под вопросом. ТиА.» (т. 1 л.д. 71-78).

Из журнала записи вызовов скорой медицинской помощи ГУЗ СО «Вольская РБ» также следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 00.50 ч. был вызов скорой медицинской помощи ФИО6 с диагнозом «Острый гастроэнтороколит. Состояние после обморока. Последствия ОНКМ.», доставлен в положении «Кларка» в приёмное отделение ГУЗ СО «Вольская РБ» в 00.52 ч. Затем повторный вызов в 03.13 ч. скорой медицинской помощи ФИО6 с диагнозом «Состояние после эпилептической формы припадка», доставлен в приёмное отделение ГУЗ СО «Вольская РБ» в 04.01 ч. (т. 1 л.д. 79-82).

Также имеются сведения об извещении СЭС о поступившем в приёмное отделение ГУЗ СО «Вольская РБ» ДД.ММ.ГГГГ в 00.50 ч. ФИО6 с диагнозом «Острый гастроэнтороколит» (т. 1 л.д. 83-84).

В картах вызова скорой медицинской помощи №№ и 25108 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что к ФИО6 дважды выезжала бригада скорой медицинской помощи в 00.50 ч. и в 03.13 ч., бригадой были установлены диагнозы «Острый гастроэнтороколит. Последствия ОНМК» и состояние после эпилептиформенного судорожного припадка неясной этиологии. Соп. Последствия ОНМК», соответственно. Затем ФИО6 в 09.08 ч. был доставлен в ГУЗ СО «Балаковская ГКБ» (т. 1 л.д. 85, 86, 87, 98-104).

Третье лицо ФИО8, участвуя в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, показал, что при поступлении в приёмное отделение ДД.ММ.ГГГГ в 01.30 ч. у ФИО6 признаков ОНМК не было. Он поступил с диагнозом «Острый гастроэнтороколит». Однако ФИО6 всё равно было предложено остаться в приёмном покое, с целью его дальнейшего наблюдения, но без госпитализации, но тот и сопровождающее его лицо, в категорической форме отказались оставаться в больнице, и на такси уехали домой, при этом письменный отказ от госпитализации от ФИО6 не отбирался. При повторном поступлении у ФИО6 проявились признаки ОНМК, и тот был госпитализирован (том 2 л.д.72-77). 

Третье лицо ФИО10, участвуя в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, показала суду, что является фельдшером выездной бригады станции скорой помощи ГУЗ СО «Вольская РБ» и ДД.ММ.ГГГГ выезжала по вызову к ФИО6 по приезду она почувствовала запах фекалий и следы уборки. ФИО6 сидел за столом на кухне. После опроса ей сообщили, что у ФИО6 расстройство «стула» несколько дней. Она предположила диагноз «Острый гастроэнтороколит». У ФИО6 в анамнезе был инсульт и сахарный диабет, она измерила ему давление, уровень сахара в крови, всё было в пределах нормы с незначительными отклонениями. После этого, они поехали на автомобиле «скорой» помощи в ГУЗ СО «Вольская РБ». Она предположила, что ФИО6 могут положить в инфекцию, на что супруга (ФИО5) стала категорически от этого отказываться. По приезду в приёмное отделение ФИО6 вскочил и побежал в туалет. Оставив ФИО6 в приёмном отделении они уехали (том 1 л.д.210-211).

Согласно представленным документам, ДД.ММ.ГГГГ по вопросу качества оказания медицинской помощи ФИО6, в целях внутреннего контроля качество проходило заседание врачебной комиссии ГУЗ СО «Вольская РБ», которой несоответствие обязательных требований при оказании ФИО6 медицинских услуг не выявлено (т. 1 л.д. 122-141).

Вместе с тем, согласно заключению специалиста в области судебной медицины следует, что ФИО6 в ГУЗ СО «Вольская РБ» была оказана медицинская помощь с нарушениями стандартов оказания такой помощи (т. 1 л.д. 163-193).

Указанные обстоятельства, также нашли своё подтверждение в заключении эксперта №-к от ДД.ММ.ГГГГ, подготовленного ГБУЗ «ОБСМЭ», и выявлены следующие дефекты оказания медицинской помощи ФИО6:

- при оказании скорой медицинской помощи ДД.ММ.ГГГГ по вызову в 00.50 ч. диагноз основного заболевания «Острый гастроэнтороколит» установлен предварительно не верно, диагноз сопутствующей патологии «Последствия перенесённого ОНКМ» установлен не в полном объёме, недооценка жалоб, тяжести состояния, факта потери сознания пациентом, не учтён высокий риск развития сосудистой катастрофы, не заподозрена острая неврологическая патология, состав общепрофильной фельдшерской бригады СМП не соответствует нормативным требованиям (Приказ Минздрава РФ от 20 июня 2013 г. № 461н), недостатки ведения документации. Тем не менее, дифференциальная диагностика имеющейся патологии была затруднена, медицинская эвакуация обоснована;

- при оказании медицинской помощи в условиях приёмного отделения ГУЗ СО «Вольская РБ» ДД.ММ.ГГГГ в 01.30 ч. диагноз основного заболевания не установлен, так как не заподозрена, острая неврологическая патология не исключена, диагноз «Состояние после коллапса (ортостатического)» не интерпретирован, консультация невролога не рекомендована, диагноз сопутствующей патологии установлен не в полном объёме (не указана патология сердечно-сосудистой системы), эпиданамнез не указан, консультация инфекциониста не рекомендована, диагноз «Острый гастроэнтороколит» не исключён, не оформлено информирование добровольное согласие на медицинское вмешательство либо информированный добровольный отказ от медицинского вмешательства, отсутствовала госпитализация в стационар;

- при оказании скорой медицинской помощи ДД.ММ.ГГГГ по вызову в 03.13 ч. диагноз основного заболевания «Состояние после эпилептиформного судорожного припадка неясной этиологии» установлен предварительно не верно, незаподозрена ОНМК, диагноз сопутствующей патологии «транзиторная ишемическая атака» (ТИА) установлен не в полном объёме, состав общепрофильной фельдшерской бригады СМП не соответствует нормативным требованиям (Приказ Минздрава РФ от 20 июня 2013 г. № 461н), недостатки ведения документации;

- при оказании медицинской помощи в условиях приёмного отделения ГУЗ СО «Вольская РБ» ДД.ММ.ГГГГ в 04.00 ч. отсутствие выполнения консультации невролога, не выполнена компьютерная или магнитно-резонансная томография головы с описанием и интерпретацией результата не позднее 40 мин. от момента поступления в стационар, не выполнена оценка степени нарушения сознания и комы по шкале Глазго и неврологического статуса по шкале инсульта NIH не позднее 3 часов от момента поступления в стационар, не выполнено определение патогенетического варианта ишемического инсульта по категориям TOAST, не выполнена профилактика повторных сосудистых нарушений лекарственными препаратами группы антиагреганты при некардиоэмболическом варианте транзиторной ишемической атаки и ишемического инсульта.

При этом, ОНМК возможно было заподозрить как фельдшером СМП, так и врачом приёмного отделения ГУЗ СО «Вольская РБ» при первом вызове в 00.50 ч. ДД.ММ.ГГГГ

Причиной смерти ФИО6, явился ишемический инфаркт в правой гемисфере головного мозга (острое нарушение мозгового кровообращения), осложнившееся отёком вещества головного мозга. 

Исходя из характера и тяжести заболевания у ФИО6, указанные дефекты оказания медицинской помощи, не находятся в причинно-следственную связь с наступлением у него смерти, а лишь способствовало прогрессированию заболеванию, не привело к неблагоприятному исходу заболевания.

При этом, дефектов оказания ФИО6 медицинской помощи в ГУЗ СО «Балаковская ГКБ», не установлено (т. 2 л.д. 25-58).

Суд считает, что экспертное заключение комплексной судебно–медицинской экспертизы отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств, основания сомневаться в его правильности отсутствуют. Каких-либо противоречий в выводах судебной экспертизы суд не усматривает. Заключение является ясным, полным, объективным, определенным, содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы отвечают на поставленные судом вопросы. Выводы экспертов основаны на методической литературе, результатах исследования материалов гражданского дела, медицинской документации. Основания для сомнения в его правильности и в беспристрастности, а также в объективности экспертов, не заинтересованных в исходе дела, имеющих соответствующее медицинское образование, необходимую для проведения судебной экспертизы квалификацию, а также значительный стаж осуществления профессиональной деятельности, предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, отсутствуют.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что при оказании медицинской помощи ФИО6 имели место дефекты оказания со стороны сотрудников ГУЗ СО «Вольская РБ». При этом вышеуказанные дефекты не находятся в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти.

Однако в данном случае юридическое значение имеет косвенная (опосредованная) причинная связь, поскольку дефекты (недостатки) оказания медицинским персоналом ГУЗ СО «Вольская РБ» медицинской помощи ФИО6, которые были установлены заключением специалиста в области судебной медицины, заключением судебной экспертизы, могли способствовать ухудшению состояния его здоровья, и привели к смерти. При этом ухудшение состояния здоровья человека вследствие некачественного оказания ему медицинской помощи, в том числе по причине дефектов ее оказания (постановка неправильного диагноза и, как следствие, неправильное лечение пациента, не проведение пациенту всех необходимых диагностических и лечебных мероприятий, ненадлежащий уход за пациентом и т.п.), причиняет страдания, то есть причиняет вред пациенту, что является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием ответчик должен доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда истцам в связи с некачественным оказанием медицинской помощи ФИО6

Таких доказательств ответчиком ГУЗ СО «Вольская РБ» не представлено, поэтому суд приходит к выводу о правомерности заявленных истцами требований о компенсации морального вреда. 

Как установлено в ходе рассмотрения дела, со стороны ответчика ГУЗ СО «Балаковская ГКБ» дефектов оказания медицинской помощи ФИО6 не установлено, таким образом у ответчика ГУЗ СО «Балаковская ГКБ» отсутствует ответственность по компенсации морального вреда истцам. Ввиду чего требования истцов к данному ответчику удовлетворению не подлежат.

В рассматриваемом случае утрата близкого человека – матери для ФИО3 и ФИО4, а также супруга для ФИО5, безусловно, принесла истцам физические и нравственные страдания, которые в соответствии со ст. 151 ГК РФ подлежат денежной компенсации.

При определении суммы компенсации морального вреда, суд учитывает обстоятельства дела, характер, объем и значимость выявленных дефектов при оказании медицинской помощи ФИО6 допущенных ответчиком ГУЗ СО «Вольская РБ», степень нравственных страданий, индивидуальные особенности каждого из истцов, связанных с утратой близкого человека, учитывая, что гибель близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников, принцип разумности и справедливости, принимая во внимание, что размер компенсации морального вреда не должен носить формальный характер, его целью является реальное восстановление нарушенного права, и полагает обоснованной подлежащей взысканию с ответчика ГУЗ СО «Вольская РБ» компенсации морального вреда в размере 600 000 руб. в пользу каждого истца.

Поскольку истцы при подаче искового заявления были освобождены от оплаты государственной пошлины, с ответчика ГУЗ СО «Вольская РБ» в соответствии с пп. 3 п. 1 ст. 333.19 НК РФ, ст. 103 ГПК РФ, в доход государства подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд,

решил:

исковые требования ФИО3, ФИО4, ФИО5 к государственному учреждению здравоохранения Саратовской области «Вольская районная больница» о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с государственного учреждения здравоохранения Саратовской области «Вольская районная больница», ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, в пользу ФИО3, паспорт серии № №, компенсацию морального вреда в размере 600 000 (шестьсот тысяч) рублей 00 копеек.

Взыскать с государственного учреждения здравоохранения Саратовской области «Вольская районная больница», ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, в пользу ФИО5, паспорт серии № №, компенсацию морального вреда в размере 600 000 (шестьсот тысяч) рублей 00 копеек.

Взыскать с государственного учреждения здравоохранения Саратовской области «Вольская районная больница», ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, в пользу ФИО4, паспорт серии № №, компенсацию морального вреда в размере 600 000 (шестьсот тысяч) рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальной части требований ФИО3, ФИО4, ФИО5 к государственному учреждению здравоохранения Саратовской области «Вольская районная больница» о компенсации морального вреда отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО3, ФИО4, ФИО5 к государственному учреждению здравоохранения Саратовской области «Балаковская городская клиническая больница» о компенсации морального вреда отказать полностью.

Взыскать с государственного учреждения здравоохранения Саратовской области «Вольская районная больница» государственную пошлину в доход государства в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Саратовский областной суд в течение одного месяца со дня изготовления мотивированного решения путем подачи апелляционной жалобы через Вольский районный суд.

Судья С.Н.Гладышева

Мотивированное решение изготовлено 25 июня 2025 года.