Дело №

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

23 мая 2019 года г. Екатеринбург

Свердловский областной суд в составе:

председательствующего Минеева А.Н., 

с участием государственного обвинителя Шавкуновой Т.А.,

подсудимого ФИО1,

защитника - адвоката Согоновой Н.Л., 

при секретарях Аксентьевой Е.А. и Климовой А.Г.,

а также потерпевших БАА и КМГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении: 

ФИО1, ..., судимого:

1) 24.07.2003 года Ленинским районным судом г. Нижний Тагил Свердловской области по ч.1 ст.105 УК РФ к 10 годам лишения свободы, освобожден условно-досрочно 19.12.2011 года на 1 год 3 месяца 17 дней на основании постановления Невьянского городского суда Свердловской области от 06.12.2011 года;

2) 21.11.2017 года мировым судьей судебного участка №2 г.Первоуральска Свердловской области по п."в" ч.2 ст.115 УК РФ к 9 месяцам лишения свободы, освобожден 20.08.2018 года по отбытии наказания.

задержанного в порядке ст.ст.91,92 УПК РФ 08.10.2018 года (т.3 л.д.1-16), содержащегося под стражей с 09.10.2018 года по настоящее время (т.3 л.д.195),

- обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п.п."а,к"ч.2ст.105 УК РФ,

у с т а н о в и л :

ФИО1 совершил убийство двух лиц – БАИ ( / / ), и НПО, ( / / ) года рождения, при этом последнею с целью скрыть другое преступление.

Преступление совершено в ... при следующих обстоятельствах. 

07.10.2018 года в период с 23.00 до 24.00 часов ФИО1, находясь в квартире по ..., распивал спиртные напитки с ранее ему знакомыми БАИ и НПО. В ходе распития спиртного между ФИО1 и БАИ на почве личных неприязненных отношений произошла ссора, в ходе которой у ФИО1 возник умысел на убийство БАИ.

После этого ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения, вооружился ножом и умышленно с целью причинения смерти БАИ, нанес им удар в область шеи потерпевшему, причинив ему колото-резаное ранение передней поверхности трети шеи справа по средней линии тела под дугой нижней челюсти с повреждением кожи, мышц передней группы шеи, мышц и сосудов языка и яремной вены, повлекших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека, что осложнилось массивной кровопотерей, привело к остановке сердечной и дыхательной деятельности с угнетением нервной системы и явилось непосредственной причиной смерти БАИ на месте происшествия.

После совершения убийства БАИ из комнаты в коридор квартиры вышла НПО и, увидев БАИ с телесными повреждения, стала кричать и звать на помощь. ФИО1, опасаясь, что крики НПО привлекут внимание соседей и те могут вызвать сотрудников правоохранительных органов, в результате чего он будет изобличен в убийстве БАИ, с целью скрыть ранее совершенное им преступление, решил совершить убийство НПО.

Реализуя задуманное, ФИО1, продолжая находиться в квартире по ..., умышленно с целью причинения смерти НПО нанес ей руками и ногами не менее 9 ударов в область верхних и нижних конечностей, не менее 2 ударов в затылочную и правую височную область головы, а также имеющимся при себе ножом не менее 2 ударов в область шеи, не менее 5 ударов в область передней поверхности грудной клетки и не менее 2 ударов в область верхних конечностей, причинив ей телесные повреждения в виде: резаного ранения средней трети шеи с повреждением левой доли щитовидной железы, резаного ранения нижней трети шеи с повреждением левых плечеголовного ствола и общей сонной артерии и трахеи, проникающего колото-резаного ранения межлопаточной области спины с повреждением верхней доли левого легкого, причинивших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека и осложнившихся левосторонним пневмотораксом, воздушной эмболией правых отделов сердца и кровопотерей в виде левостороннего гемоторакса, что привело к остановке сердечной и дыхательной деятельности и явилось непосредственной причиной смерти НПО на месте происшествия.

Кроме того, НПО в результате действий ФИО1 также причинены множественные резаные раны ладонной поверхности левой кисти, передней поверхности области правого плечевого сустава, поверхностные колото-резаные раны передней поверхности грудной клетки, а также множественные ссадины задней поверхности правого локтевого сустава, правого и левого голеностопного сустава, передней поверхности левого коленного сустава, множественные кровоподтеки передней поверхности правого бедра, кровоизлияния в кожный лоскут головы затылочной области и правой височной области, которые не находятся в причинной связи с наступлением смерти.

Допрошенный в судебном заседании подсудимый ФИО1 вину по предъявленному обвинению признал частично и показал, что с 06.10.2018 года находился в гостях у БАИ и НПО. В этот и на следующий день 07.10.2018 года они распивали спиртное. С ними также распивал спиртное и ТИВ. Затем он прилег и уснул, проснулся около 24.00 часов от того, что БАИ и НПО ругались между собой. Затем БАИ приревновал его к НПО, и когда он находился на кухне, туда вошел БАИ с ножом в руках, стал угрожать ему убийством и два раза махнул перед ним ножом. В дальнейшем помнит лишь то, как приехали и стучали в окно сотрудники полиции, а в квартире он увидел трупы БАИ и ( / / )16 Почему он убил БАИ и НПО пояснить не смог.

Между тем, в ходе предварительного следствия ФИО1 относительно вышеуказанных событий при допросе в качестве подозреваемого и обвиняемого давал более подробные показания, а потому эти показания оглашены судом по ходатайству прокурора в порядке ст.276 УПК РФ.

Так, будучи допрошенным с участием защитника в качестве подозреваемого 08.10.2018 года, то есть на следующий день после совершения преступления (т.3 л.д.23-28), ФИО1 показал, что утром 07.10.2018 года они с БАИ и НПО опохмелялись, а затем вместе с НПО он ездил на кладбище. По приезде с кладбища БАИ его приревновал и когда находился на кухне туда с ножом в руке пришел БАИ и на его вопрос сказал, что зарежет его, но при этом сел на табурет. Он назвал БАИ сопляком, забрал у него из руки нож и ударил этим ножом БАИ в область шеи, после чего продолжил пить водку. В это время из комнаты в коридор вышла НПО, увидела кровь и стала кричать, после чего он этим же ножом ударил НПО два раза в шею, а затем ушел на кухню ожидать полицию. Помнит, как в квартиру заходила соседка. 

При допросе в качестве обвиняемого 09.10.2018 года (т.3 л.д.33-39) ФИО1 вину в убийстве двух лиц признал полностью и, подтвердив свои показания в качестве подозреваемого, показал, что помнит, как забрал нож из рук БАИ, а затем этим ножом нанес удары БАИ в область шеи и НПО также в область шеи, попадая при этом по рукам и в область спины. Удары НПО ножом нанес из-за того, что та кричала и не прекращала это делать, несмотря на его требования.

Свои показания в качестве обвиняемого ФИО1 подтвердил 10.10.2018 года при их проверке на месте, где в присутствии защитника и других участников следственного действия подробно описал и показал обстоятельства убийства потерпевших. ФИО1 пояснил, что после того, как БАИ зашел на кухню с ножом, он выбил его из рук БАИ, нож упал на пол, он поднял нож и нанес им удар БАИ в шею. Затем из комнаты выбежала НПО, стала кричать, звать на помощь. После чего побежала в сторону двери, а он в этот момент нанес ей удар ножом со спины, а затем два удара в область шеи.

При дополнительном допросе в качестве обвиняемого 21.02.2019 года (т.3л.д.73-76) ФИО1 изложил несколько иные обстоятельства и мотивы причинения смерти БАИ, пояснив при этом, что БАИ приревновал его к НПО, вошел в кухню с ножом, угрожал ему убийством и размахивал перед ним ножом, спровоцировал его, после чего он выхватил нож и ударил им БАИ в шею. НПО ударил ножом, поскольку та кричала, при этом скрывать убийство БАИ путем лишения жизни НПО не намеревался.

При предъявлении нового обвинения по п.п."а,к" ч.2 ст.105 УК РФ от 22.02.2019 года (т.3 л.д.97-103) ФИО1 при допросе показал, что не может пояснить, почему убил НПО.

После оглашения показаний, данных на предварительном следствии, подсудимый ФИО1 сообщил о том, что вспомнил обстоятельства происшедшего и подтвердил показания, данные им в ходе допроса 21.02.2019 года. 

Несмотря на частичное признание ФИО1 своей вины и наличие непоследовательности в его показаниях в ходе предварительного и судебного следствия относительно обстоятельств причинения смерти БАИ и НПО, его виновность в совершении указанного выше преступления суд считает установленной, что подтверждается изложенными ниже показаниями потерпевших и свидетелей, иными доказательствами и объективными данными, установленными в ходе судебного следствия.

Так, потерпевшая КМГ суду показала, что НПО приходится ей дочерью и проживала вместе с сожителем БАИ по ..., в .... Утром 08.10.2018 года пришли подруги дочери и сообщили ей о том, что НПО и БАИ убил ФИО1, после чего она позвонила матери подсудимого и сообщила об этом.

Потерпевший БАА – сын БАИ суду показал, что о гибели своего отца и его сожительницы узнал утром 08.10.2018 года от родственников НПО. О скандалах отца с НПО ему неизвестно, в состоянии опьянения его отец был спокоен, не имел привычки в споре хвататься за нож, но при этом мог постоять за себя.

Допрошенная судом свидетель ТМА показала, что вечером 07.10.2018 года находилась дома, а ее муж ТИВ ремонтировал компьютер в ... этажом ниже, где проживали НПО и БАИ. За мужем она сходила в 22.10 часов и видела, что в квартире помимо потерпевших также находился подсудимый, о котором муж высказался с подозрением. В 23.20 часов она услышала из ... крики НПО, что ее убивают, последняя звала на помощь. Она спустилась в квартиру потерпевших, вновь услышала, как НПО просила ее не убивать, говорила о маленьком ребенке. Она постучала в дверь квартиры и после этого крики затихли, а НПО из квартиры на ее вопрос ответила, что у нее все хорошо. Только она поднялась к своей квартире, как крики НПО возобновились, последняя звала на помощь, кому-то говорила, что он порезал ей руки, кричала, что ее убивают. Она вновь спустилась к квартире потерпевших, дверь была приоткрыта и, войдя в квартиру, она увидела лежащей на полу НПО, над которой стоял ФИО1. Последний захлопнул перед ней дверь, после чего она сразу позвонила в полицию и сообщила о просьбах о помощи НПО. Приехавшие сотрудники полиции сначала выяснили все обстоятельства у нее, а затем через окно на кухне извлекли ФИО1 из квартиры на улицу. БАИ и НПО охарактеризовала спокойными и неконфликтными людьми.

Свидетель ТИВ также показал суду, что вечером 07.10.2018 года находился в квартире БАИ и НПО, ремонтировал им персональный компьютер. В квартире также находился подсудимый, представившийся как "Пономарь". БАИ, НПО и подсудимый распивали водку, а он пил пиво, при этом каких-либо конфликтов при нем не было. В начале 23 часа за ним пришла жена – ТМА, после чего он ушел домой и лег спать. Утром жена ему рассказала, что ночью ФИО1 убил НПО и БАИ, а она сама после услышанных криков из квартиры потерпевших спускалась к ним и видела в коридоре НПО с ФИО1, который затем захлопнул дверь в квартиру. НПО и БАИ были спокойными людьми, каких-либо конфликтов между ними никогда не было.

Оба свидетеля, как ТМА, так и ТИВ опознали ФИО1 на предварительном следствии как лицо, находившееся в квартире потерпевших вечером 07.10.2018 года (т.3 л.д.82-86, т.3 л.д.87-91).

О том, что именно подсудимый находился в квартире НПО и БАИ вечером 07.10.2018 года, супруги ТИВ настаивали и в судебном заседании. 

Из показаний в судебном заседании свидетеля АРШ, являющегося сотрудником полиции, следует, что 07.10.2018 года вместе с полицейскими ( / / )17 и ( / / )18 он находился на службе по охране общественного порядка в ... и около 00.00 часов от дежурного поступило сообщение от ТМА, что женщина из ....16 по ... просит о помощи. Прибыв на место, и получив от ТМА объяснения о просьбах НПО о помощи, они обошли дом и увидели, что в кухне ... сидит подсудимый, а около холодильника в положении полулежа сидит мужчина весь в крови и издает хрипящие звуки. Они через окно проникли в квартиру и задержали подсудимого, после чего через окно извлекли его на улицу. Мужчина скончался еще до приезда скорой помощи, а в коридоре на полу они также обнаружили труп НПО с множественными колото-резаными ранениями. Сам ФИО1 находился в сильной степени алкогольного опьянения и не смог дать каких-либо объяснений. Впоследствии подсудимый был доставлен ими на медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Таким образом, показания вышеуказанных потерпевших и свидетелей в своей совокупности подтверждают с достоверностью то, что 07.10.2018 года ФИО1 вместе с НПО и БАИ в вечернее время по ..., распивали спиртное, и в период с 23.00 до 24.00 часов в ходе конфликта с БАИ ФИО1 последовательно совершил убийство сначала БАИ, а затем убийство НПО.

Показания подсудимого на предварительном следствии, данные им в качестве подозреваемого, обвиняемого, в том числе и при их проверке на месте, об установленных судом обстоятельствах совершения преступления, последовательности совершенных им действий, причинах побудивших его на совершение убийства БАИ, а затем и на убийство НПО, о характере и локализации телесных повреждений в жизненно важных органах потерпевших, механизме их причинения согласуются и с объективными данными, полученными в ходе судебно-медицинского исследования трупов БАИ и НПО, а также при осмотре места происшествия и в ходе проведенных судебных экспертиз.

Так, согласно заключению судебно-медицинского эксперта №1107 от 30.10.2018 года (т.1 л.д.139-154) у БАИ обнаружено повреждение в виде колото-резаного ранения передней поверхности верхней трети шеи справа по средней линии тела под дугой нижней челюсти с повреждением кожи, мышц передней группы шеи, мышц и сосудов языка и яремной вены, которое образовалось не менее чем от однократного удара острием клинка острого колюще-режущего предмета (возможно ножа), по механизму раздвигания-разрезания тканей повреждаемой области, при возвратно-поступательном движении в них острием, длиной клинка не менее 7 см, на ширине лезвия не более 8 см. Раневой канал имеет направление спереди назад, несколько снизу вверх, несколько справа налево. 

Данное повреждение причинило тяжкий вред здоровью, как опасный для жизни человека, осложнилось массивной кровопотерей, привело к остановке сердечной и дыхательной деятельности с угнетением нервной системы, и находится в прямой причинной связи с наступлением смерти. 

Давность наступления смерти БАИ может соответствовать временному промежутку 1-3 часа до момента регистрации трупных явлений в ходе осмотра места происшествия 08.10.2018 года в 02.55 часов. 

В соответствии с заключением судебно-медицинского эксперта №1109 от 07.11.2018 года (т.1 л.д.161-178) при исследовании трупа НПО обнаружены повреждения в виде резаного ранения средней трети шеи с повреждением левой доли щитовидной железы, резаного ранения нижней трети шеи с повреждением левых плечеголовного ствола и общей сонной артерии и трахеи, проникающего колото-резаного ранения межлопаточной области спины с повреждением верхней доли левого легкого, причинивших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека и осложнившихся левосторонним пневмотораксом, воздушной эмболией правых отделов сердца и кровопотерей в виде левостороннего гемоторакса, что привело к остановке сердечной и дыхательной деятельности, и состоят в прямой причинной связи с наступлением смерти.

Кроме того, на теле НПО обнаружены множественные резаные раны ладонной поверхности левой кисти, передней поверхности области правого плечевого сустава, поверхностные колото-резаные раны передней поверхности грудной клетки, а также множественные ссадины задней поверхности правого локтевого сустава, правого и левого голеностопного сустава, передней поверхности левого коленного сустава, множественные кровоподтеки передней поверхности правого бедра, кровоизлияния в кожный лоскут головы затылочной области и правой височной области, которые не состоят в причинной связи с наступлением смерти.

Давность наступления смерти НПО соответствует временному промежутку 1-3 часа до момента регистрации трупных явлений в ходе осмотра трупа на месте его обнаружения 08.10.2018 года в 02.45 часов.

Выводы судебно-медицинских экспертов по потерпевшим в части локализации телесных повреждений у БАТ и НПО, времени наступления смерти, а также об орудии преступления согласуются с показаниями подсудимого ФИО1, как в суде, так и на предварительном следствии. 

Именно таким орудием является нож хозяйственно - бытового назначения, изъятый в ходе осмотра места происшествия от 08.10.2018 года в квартире по ...2, (т.1 л.д.16-38). Данный нож обнаружен рядом с помещением кухни, куда, как показал ФИО1, он отбросил его после совершения преступления.

О том, что имеющиеся на теле потерпевших БАИ и ( / / )19 и повлекшие причинение смерти повреждения причинены изъятым в ходе осмотра места происшествия 08.10.2018 года ножом, следует из заключений экспертов №311 м/к от 14.12.2018 года (т.1 л.д.194-201) и №312 м/к от 14.12.2018 года (т.1 л.д.209-215). 

О причинении повлекших смерть телесных повреждений БАИ и НПО указанным ножом следует из заключения эксперта №1569 мг от 16.11.2018 года (т.2 л.д.7-18), согласно которому на клинке указанного ножа обнаружена кровь и смесь ДНК НПО и БАИ с вероятностью не менее 99,99999%, а на рукоятке ножа обнаружена кровь и ДНК БАИ с вероятностью не менее 99,999999%.

О совершении убийства БАИ и НПО именно ФИО1 следует из заключения эксперта №1568био от 12.11.2018 года (т.2 л.д.27-29), согласно которому на брюках с ремнем, на кофте и на носках ФИО1, изъятых у последнего при задержании 08.10.2018 года (т.3 л.д.1-16), обнаружена кровь человека, которая могла произойти от ( / / )20

Изложенные ФИО1 на предварительном следствии обстоятельства пребывания и распития спиртного с БАИ, НПО и свидетелем ТИВ в квартире по ... а также месте лишения жизни потерпевших объективно следуют из протокола осмотра места происшествия – ... по ... от 08.10.2018 года (т.1л.д.16-38), согласно которому труп потерпевшего БАИ обнаружен в помещении кухни квартиры, а труп НПО в коридоре квартиры, то есть в тех местах квартиры, о которых показал впоследствии ФИО1. При осмотре установлено, что в помещении кухни имелись следы употребления спиртного, пищи, там же обнаружен и нож, которым причинены телесные повреждения обоим потерпевшим. 

На изъятых в ходе осмотра места происшествия предметах – пачке сигарет, бутылке водки и бутылке пива согласно заключению эксперта №503 от 30.10.2018 года (т.1 л.д.223-228) обнаружены следы пальцев рук самого ФИО1, а также БАИ, НПО и ТИВ.

Совокупность приведенных доказательств согласуется в подробностях с изложенными выше и признанными судом правдивыми показаниями ФИО1 на предварительном следствии в качестве подозреваемого и обвиняемого, и свидетельствует о том, что именно ФИО1 совершил убийство БАИ и НПО.

В судебном заседании проверялась выдвинутая подсудимым версия о причинении им смерти БАИ в состоянии необходимой обороны, когда с его слов он вынужден был действовать на упреждение, опасаясь того, что размахивающий перед ним ножом БАИ может лишить его жизни, а затем совместно со своим сыном вывезти из квартиры.

По смыслу закона не является преступлением причинение вреда посягающему лицу при защите личности и прав обороняющегося от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, а защита от посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, является правомерной, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны, то есть умышленных действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства.

Суд считает установленным, что в состоянии необходимой обороны ФИО1 не находился ввиду отсутствия со стороны потерпевшего БАИ какого-либо посягательства на его жизнь и здоровье.

Действительно, как следует из заключения эксперта №1569 мг от 16.11.2018 года (т.2 л.д.7-18) на рукоятке ножа обнаружены следы потожировых выделений и ДНК БАИ с вероятностью не менее 99,999999%. 

Вместе с тем, из оглашенных судом показаний ФИО1 на предварительном следствии в качестве подозреваемого от 08.10.2018 года (т.3 л.д.23-28), обвиняемого от 09.10.2018 года (т.3 л.д.33-39) при проверке показаний на месте происшествия от 10.10.2018 года (т.3 л.д.43-59) и при допросе в качестве обвиняемого от 25.01.2019 года (т.3 л.д.66-71), где он подтвердил ранее данные показания, подсудимый последовательно и подробно пояснял, что БАИ зашел в кухню с ножом, но никаких активных действий в отношении него не осуществлял, а просто сел с ножом на стул, после чего ФИО1 сам подошел к БАИ, забрал у него нож и нанес им удар у область шеи потерпевшему.

Именно эти показания ФИО1 суд считает достоверными, поскольку они подробны и даны им сразу после задержания и предъявления обвинения в совершении убийства двух лиц, а при проведении данных следственных действий присутствовал защитник, что исключает применение каких-либо недозволенных методов ведения следствия со стороны следователя.

Изменение ФИО1 показаний в ходе допросов 21.02.2019 и 22.02.2019 года, где он утверждал о том, что БАИ размахивал перед ним ножом и угрожал убийством, то есть относительно мотива своих действий на месте происшествия, произошло после ознакомления с результатами молекулярно-генетической экспертизы 25.01.2019 года (т.2 л.д.31), в ходе которой установлено наличие потожировых следов БАИ на рукоятке ножа. Доводы, выдвинутые ФИО1 в ходе судебного следствия о намерении применить к нему БАИ опасное для жизни и здоровья насилие является попыткой подстроить версию своего поведения на месте происшествия под объективно установленные в ходе следствия обстоятельства, избежать таким образом уголовной ответственности за совершенное преступление и представить поведение потерпевшего как общественно-опасное и посягающее на его жизнь и здоровье.

При таких обстоятельствах выдвинутую ФИО1 в ходе судебного следствия версию суд считает несостоятельной, а наиболее правдивыми считает оглашенные судом показания, данные на предварительном следствии в качестве подозреваемого и обвиняемого (т.3 л.д.23-28, т.3 л.д.33-39, т.3 л.д.43-59 и т.3 л.д.66-71), учитывая при этом и показания потерпевших БАА и КМГ, а также свидетелей ТМА и ТИВ о том, что БАИ никогда не проявлял агрессии, а в состоянии алкогольного опьянения был даже спокойнее.

Таким образом, судом установлено достоверно, что никакого общественно-опасного посягательства, угрожающего здоровью и тем более жизни П.С.ЮБ. со стороны БАИ, и тем более НПО не было, как не установлено судом и угроз применения какого-либо насилия, то есть какого-либо противоправного поведения со стороны потерпевших в отношении подсудимого.

Судом установлено, что умысел на лишение жизни БАИ возник у ФИО1 в ходе словесного конфликта между ними в связи с тем, что БАИ приревновал его к НПО. О наличии у ФИО1 умысла на лишение жизни двух человек – сначала БАИ, а затем и НПО свидетельствует характер его действий на месте преступления. Подсудимый целенаправленно и последовательно наносил ножом с длиной клинка около 18 см (т.1 л.д.91-102) удары сначала БАИ, а затем и вышедшей из комнаты НПО до тех пор, пока каждый из потерпевших не был лишен возможности к какому-либо сопротивлению. 

Характер нанесенных ФИО1 ранений БАИ и НПО, их количество и локализация в жизненно важных областях тела – в области шеи у БАИ с повреждением крупных кровеносных сосудов, в области шеи и грудной клетки у НПО, и последовавшей в каждом случае обильной кровопотерей свидетельствует о том, что подсудимый не только осознавал общественную опасность своих действий и предвидел неизбежность наступления общественно-опасных последствий в виде смерти указанных лиц, но и добивался ее наступления, то есть действовал с умыслом, направленным на причинение смерти.

Кроме того, у суда нет оснований считать, что убийство потерпевших совершено ФИО1 в состоянии аффекта, поскольку не установлено каких-либо обстоятельств, связанных с применением в отношении подсудимого насилия, издевательств, тяжкого оскорбления или иных действий, которые могли бы вызвать у него внезапно возникшее сильное душевное волнение, а с потерпевшими у него не было ранее конфликтов. 

Согласно заключению комиссии экспертов-психиатров №1-1723-18 от 31.10.2018 года (т.2 л.д.50-53) ФИО1 находился в состоянии острой неосложненной интоксикации алкоголем, которое, как показала в судебном заседании эксперт-психиатр ПЮК, снизило самоконтроль за своим поведением, убрав запреты на противоправное поведение.

Таким образом, суд считает изложенные в обвинении обстоятельства установленными, вину ФИО1 доказанной, а добытые доказательства достаточными и достоверными, и квалифицирует его действия по п.п."а,к"ч.2ст.105 УК РФ - как убийство, то есть умышленное причинение смерти двум лицам, с целью скрыть другое преступление.

Наличие всех квалифицирующих признаков данного преступления нашло свое подтверждение.

Поскольку ФИО1 умышленно и одновременно причинил смерть БАИ и НПО, то в его действиях усматривается квалифицирующий признак убийства двух лиц.

Установленным суд считает и то, что убийство НПО ФИО1 совершено с целью скрыть совершенное им убийство БАИ.

Как следует из признанных достоверными показаний ФИО1, после убийства БАИ из комнаты вышла НПО, стала кричать, звать на помощь, то есть последняя обнаружила БАИ с несовместимыми для жизни телесными повреждениями. При этом никаких конфликтных ситуаций у него с ( / / )21 до этого не возникало.

О том, что НПО громко кричала и звала на помощь, показала в суде и свидетель ТМА, что и вынудило последнюю спуститься в квартире потерпевших, а затем вызвать сотрудников полиции.

Из этого следует, что ФИО1 сознавал, что совершенное им убийство БАИ станет очевидным, а потому в целях сокрытия совершенного им убийства БАИ он убил и НПО.

О совершении убийства НПО исключительно по этому мотиву свидетельствует и то обстоятельство, что ФИО1, желая усмирить НПО, помимо повлекших смерть колото-резаных ранений, нанес потерпевшей одномоментно множество резаных ран, ссадин и кровоподтеков, которые в причинной связи со смертью не находятся. 

Предметом исследования в судебном заседании было и психическое состояние здоровья подсудимого ФИО1,.

На учете у психиатра и нарколога ФИО1 не состоит (т.3л.д.149,150).

... 

Оснований сомневаться в правильности выводов экспертов у суда не имеется. Оно составлено лицами, имеющими длительный стаж экспертной работы, исследованию экспертов подверглись все стороны жизни П.С.ЮВ., особенности его личности, его характер и поведенческие наклонности.

Поведение ФИО1 в ходе предварительного и судебного следствия также не вызывает у суда сомнений с точки зрения его психического состояния, подтвержденного экспертами-психиатрами, а потому суд признает ФИО1 вменяемым.

Разрешая вопрос о наказании, суд в соответствии со ст.ст.6,7 и 60 УК РФ принимает во внимание принципы гуманизма и справедливости, характер и общественную опасность совершенного подсудимым преступления, личность виновного, смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, и приходит к следующему.

Определяя наказание подсудимому ФИО1, суд принимает во внимание, что последний после доставления его 08.10.2018 года в отдел полиции самостоятельно обратился с явкой с повинной (т.1 л.д.50), в которой сообщил, что именно он ножом в ходе распития спиртного убил БАИ и НПО, а также его активное способствование раскрытию и расследованию преступления, и признает это в соответствии с п."и" ч.1 ст.61 УК РФ смягчающим наказание обстоятельством.

Согласно п."г" ч.1 ст.61 УК РФ в качестве смягчающего наказание обстоятельства учитывает суд и наличие у ФИО1 малолетнего ребенка ДД.ММ.ГГГГ года рождения (т.2 л.д.214).

...

Учитывает суд и имеющиеся в материалах дела посредственные характеристики на ФИО1 с места отбывания предыдущего наказания (т.3 л.д.177,180,183), а также с места прежней работы (т.3 л.д.190).

В то же время в качестве отягчающего наказание обстоятельства в соответствии с п."а" ч.1 ст.63 УК РФ суд признает наличие в действиях ФИО1 рецидива преступлений, который согласно п."б" ч.3 ст.18 УК РФ является особо опасным, поскольку ФИО1 осуждается за совершение особо тяжкого преступления и ранее осуждался за особо тяжкое преступление к реальному лишению свободы. 

При определении рецидива преступлений суд учитывает только судимость ФИО1 по приговору от 24.07.2003 года. 

Кроме того, в качестве отягчающего наказание обстоятельства суд в соответствии с ч.1.1 ст.63 УК РФ признает совершение ФИО1 преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя. Данное обстоятельство достоверно установлено судом и подтверждается не только показаниями свидетелей ТИВ и АРШ, но и актом медицинского освидетельствования на состояние опьянения от 08.10.2019 года (т.1 л.д.49), самим подсудимым, по утверждению которого именно это состояние способствовало тому, что он совершил данное преступление, а также допрошенной в судебном заседании экспертом-психиатром ПЮК, пояснившей, что именно состояние опьянения, вызванное употреблением алкоголя, послужило обстоятельством, снявшим запреты на девеантное поведение подсудимого на месте происшествия.

Каких-либо предусмотренных ст.64 УК РФ исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенного подсудимым преступления, его поведением во время или после совершения преступления, либо совокупности смягчающих наказание обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного П.С.ЮГ. преступления, судом не установлено.

Одновременно с этим суд не находит возможным изменить категорию совершенного подсудимым преступления на менее тяжкую в соответствии с ч.6ст.15 УК РФ, либо применить ст.73 УК РФ, поскольку предусмотренные для этого законом основания отсутствуют.

Несмотря на то, что судом в качестве смягчающего наказание обстоятельства признана явка с повинной, активное способствование раскрытию и расследования преступления, к ФИО1 не могут быть применены положения ч.1 ст.62 УК РФ, поскольку судом установлено наличие отягчающих наказание обстоятельств, а за совершенное им преступление кроме того предусмотрено пожизненное лишение свободы.

При назначении наказания суд не может не принять во внимание отягчающие наказание обстоятельства, а также то, что ФИО1 совершено особо тяжкое преступление в период непогашенной судимости за умышленное особо тяжкое преступление, само преступление характеризуется особой дерзостью, совершено подсудимым в отношении двух лиц с применением в качестве орудия ножа, нанесением большого количества колото-резаных ран, в состоянии алкогольного опьянения.

Принимая во внимание совокупность указанных выше обстоятельств, а также обстоятельства совершения убийства БАИ и НПО, суд не усматривает оснований для назначения подсудимому за данное преступление наказания в виде пожизненного лишения свободы, но с учетом его опасности для общества его исправление с учетом положений ст.68 УК РФ возможно только в условиях реального и длительного лишения свободы с назначением ему дополнительного наказания в виде ограничения свободы,

Так как в действиях ФИО1 усматривается особо опасный рецидив преступлений, то в соответствии с п."г" ч.1 ст.58 УК РФ наказание в виде лишения свободы ему следует отбывать в исправительной колонии особого режима.

Срок отбывания наказания в виде лишения свободы ФИО1 следует исчислять со дня провозглашения приговора – с 23 мая 2019 года, при этом в силу п.9 ч.1 ст.308 УПК РФ, п."а" ч.3.1 ст.72 УК РФ в срок наказания из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии особого режима, подлежит зачету время его содержания под стражей с 08 октября 2018 года по 22 мая 2019 года включительно. 

Поскольку ФИО1 назначается наказание в виде лишения свободы и в настоящее время он продолжает оставаться под стражей, суд также считает невозможным до вступления приговора в законную силу изменить ФИО1 меру пресечения на иную, не связанную с заключением под стражей, полагая, что при иной более мягкой мере пресечения ФИО1 с учетом назначенного ему наказания может скрыться и таким образом воспрепятствовать исполнению приговора.

При решении вопроса о вещественных доказательствах суд принимает во внимание положения п.п.1,3 ч.3 ст.81 УПК РФ. 

В ходе предварительного и судебного следствия потерпевшей ( / / )22 заявлен гражданский иск о взыскании с подсудимого компенсации морального вреда в размере по 500 000 рублей за убийство ее дочери НПО, а также взыскании причиненного ей ущерба, понесенного на организацию похорон и обустройство места захоронения в размере 44918рублей.

Потерпевшим БАА заявлен гражданский иск о взыскании с подсудимого компенсации морального вреда в размере по 1 000 000 рублей за убийство его отца БАИ, а также взыскании причиненного ему ущерба, понесенного на организацию похорон и обустройство места захоронения в размере 51 375рублей.

Судом установлена вина ФИО1 в убийстве БАИ и НПО, а потому БАА как сын убитого БАИ, и КМГ как мать убитой НПО претерпели в связи со смертью своих близких родственников нравственные переживания, поскольку их утрата является для них невосполнимой, а потому в соответствии со ст.151, 1099 и 1101ГК РФ каждый из них имеют право на компенсацию причиненного им морального вреда в денежном выражении.

Учитывая обстоятельства дела, исходя из принципа разумности и справедливости, материального положения ФИО1 который является трудоспособным, суд считает возможным удовлетворить заявленные в этой части потерпевшими исковые требования и взыскать с ФИО1 в счет компенсации причиненного морального вреда в пользу КМГ 500000рублей, а в пользу БАА 1.000000 рублей.

Что касается требований о возмещении понесенных КМГ и БАА расходов на погребение и обустройство места захоронения, то в соответствии со ст.1094 ГК РФ ФИО1, как ответственный за вред, вызванный смертью потерпевших, обязан возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Согласно представленным в суд документам, подлинность которых сомнений не вызывает, КМГ понесены расходы на организацию похорон и обустройство захоронения в размере 44 918 рублей, а БАА в размере 51 375 рублей, которые суд признает обоснованными и подлежащими возмещению потерпевшим в полном объеме за счет ФИО1.

По делу имеются процессуальные издержки, связанные с оплатой труда адвоката по назначению за оказание в период предварительного следствия подсудимому юридической помощи, которые в силу ч.2 ст.132 УПК РФ подлежат взысканию с осужденного ФИО1 в размере 16 788 рублей (т.3 л.д.199-201, 217). При этом суд не усматривает предусмотренных законом оснований для освобождения подсудимого полностью или частично от уплаты указанных процессуальных издержек.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.307, 308 и 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п.п."а,к" ч.2 ст.105 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 19 (девятнадцать) лет с отбыванием в исправительной колонии ОСОБОГО режима, с ограничением свободы на срок 1 (один) год 6 (шесть) месяцев.

На основании ст.53 УК РФ при отбывании дополнительного наказания в виде ограничения свободы возложить на ФИО1 обязанности - являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, два раза в месяц для регистрации, и установить ограничения - без согласия этого органа не изменять места жительства и места работы, а также не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы, не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в период с 22.00 до 06.00 часов.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения в виде заключения под стражу.

Срок отбытия наказания исчислять с 23 мая 2019 года, засчитав в срок наказания время содержания его под стражей из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии особого режима, ( / / ) включительно.

Исковые требования КМГ и БАА к ФИО1 о компенсации морального вреда удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 в счет компенсации морального вреда в пользу КМГ 500 000 (пятьсот тысяч) рублей, в пользу БАА 1 000 000 (один миллион) рублей. 

Исковые требования КМГ и БАА к ФИО1 о возмещении расходов на погребение и обустройство места захоронения удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 в счет возмещении расходов на погребение и обустройство места захоронения в пользу КМГ 44 918 (сорок четыре тысячи девятьсот восемнадцать) рублей, в пользу БАА 51 375 (пятьдесят одну тысячу триста семьдесят пять) рублей.

Процессуальные издержки в сумме 16 788 (шестнадцать тысяч семьсот восемьдесят восемь) рублей взыскать с ФИО1 в доход государства.

Вещественные доказательства: 

1) нож, следы ногтевых фаланг пальцев рук, отрезки дактилоскопической пленки и липкой ленты - уничтожить; 

2) одежду с трупа БАИ: футболку, спортивные брюки, трусы; одежду с трупа НПО: футболку, бюстгальтер, трусы, как не представляющие ценности – уничтожить;

3) кофту, брюки и носки передать ФИО1 либо указанному им лицу, а при неистребовании в течение трех месяцев со дня вступления приговора в законную силу – уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в течение 10 суток со дня постановления приговора, а осужденным в этот же срок со дня вручения ему копии приговора путем подачи апелляционной жалобы или представления через Свердловский областной суд. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, а в случае подачи апелляционного представления или апелляционной жалобы потерпевшими ходатайство об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции может быть заявлено осужденным в течение 10 суток со дня получения их копий. Осужденный также вправе ходатайствовать об участии в суде апелляционной инстанции защитника.

Председательствующий А.Н. Минеев