22RS0008-01-2020-001674-84 № 1-23/2021

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г.Заринск 11 июня 2021 года

Заринский городской суд Алтайского края в составе:

председательствующего Казаниной А.С.,

при секретарях Хазиевой О.А., Шульгиной А.О., Селивановой Т.П., Паздериной Е.П.,

с участием государственных обвинителей – помощника прокурора г.Заринска Прудниковой А.М., заместителя прокурора г.Заринска Полянского Н.А.,

потерпевших ВАВ, ГРВ,

подсудимой ФИО1,

защитника – адвоката Гусева И.Н., 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, родившейся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>а 

<

адрес>, гражданки РФ, не военнообязанной, со средним общим образованием, вдовы, не имеющей детей и иных иждивенцев, зарегистрированной и проживающей по 

<

адрес> края, пенсионерки, не судимой,

- обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.318 Уголовного кодекса Российской Федерации, под стражей, домашним арестом по настоящему делу не содержавшейся, в отношении которой запрет, предусмотренный п.1 ч.6 ст.105.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, не применялся,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершила умышленное преступление при следующих обстоятельствах.

Приказами врио начальника Межмуниципального отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации «Заринский»: № 94 л/с от 26 июля 2019 года ВАВ с 23 июля 2019 года назначен на должность полицейского взвода отдельной роты патрульно-постовой службы полиции МО МВД России «Заринский»; № 163 л/с от 27 декабря 2019 года ГРВ с 28 декабря 2019 года назначен на должность полицейского взвода отдельной роты патрульно-постовой службы полиции МО МВД России «Заринский». В соответствии с должностными регламентами (должностными инструкциями), утвержденными врио начальника МО МВД России «Заринский» относительно ВАВ 13 августа 2019 года, относительно ГРВ 22 января 2020 года, и в силу ст.13 Федерального закона от 07 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции» в должностные обязанности полицейских ВАВ и ГРВ входит: предупреждать, предотвращать и пресекать преступления и административные правонарушения, выявлять обстоятельства, способствующие их совершению, принимать в пределах своих прав меры к устранению данных обстоятельств; своевременно пресекать различные преступные проявления, устанавливать и задерживать лиц, подготавливающих, совершающих и совершивших преступления, оказывать необходимую помощь сотрудникам оперативных служб органов внутренних дел; при пресечении преступлений и нарушений общественного порядка на маршруте патрулирования организовать охрану места происшествия, преследование подозреваемых в совершении преступления по «горячим следам» до тех пор, пока те не будут задержаны и обезврежены; принимать меры к оказанию помощи потерпевшим, обеспечению сохранности обстановки и вещественных доказательств; оказывать помощь гражданам, пострадавшим от преступных посягательств, административных правонарушений и несчастных случаев, а также находящимся в беспомощном либо ином состоянии, опасном для здоровья и жизни; ряд иных.

Таким образом, в соответствии с вышеуказанными нормативными правовыми актами, положениями своих должностных регламентов (должностных инструкций) в силу возложенных на полицейских ВАВ и ГРВ должностных обязанностей последние являются представителями власти, то есть должностными лицами правоохранительного органа, наделенными в установленном законом порядке распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от них в служебной зависимости.

Согласно постовой ведомости расстановки нарядов по обеспечению правопорядка в общественных местах на 17 октября 2020 года, утвержденной начальником МО МВД России «Заринский», полицейские ВАВ, ГРВ, ПМВ, ПАА несли службу по охране общественного порядка 17 октября 2020 года, при этом находились в форменном обмундировании сотрудников полиции. 

Около 20 часов 32 минут 17 октября 2020 года полицейским ВАВ, ГРВ, ПМВ, ПАА поступило указание от оперативного дежурного МО МВД России «Заринский» о проверке сообщения по факту избиения мужчиной матери несовершеннолетнего по адресу: 

<

...>. Осуществляя проверку по указанному сообщению, в период с 20 часов 32 минут до 22 часов 20 минут 17 октября 2020 года полицейские ВАВ, ГРВ, ПМВ, ПАА прибыли к усадьбе дома ФИО1 по вышеназванному адресу. ВАВ, ГРВ, ПМВ вошли в указанную квартиру, сообщили находившимся в квартире ФИО1 и МЕИ цель проведения проверки. Однако МЕИ, возмутившись указанной проверкой, отказался от дачи пояснений, стал требовать от сотрудников полиции ВАВ, ГРВ, ПМВ выйти из квартиры, а затем вместе с ФИО1 также вышел из квартиры в ограду дома по указанному адресу, а затем и за ограду дома.

После чего, в обозначенный выше период времени, у ФИО1, находившейся в состоянии алкогольного опьянения на участке местности у дома по вышеуказанному адресу, в целях воспрепятствования законным действиям сотрудников полиции по осуществлению проверки поступившего сообщения о происшествии, возник преступный умысел, направленный на угрозу применения насилия в отношении представителей власти – полицейских ВАВ и ГРВ, в связи с исполнением последними своих должностных обязанностей. Реализуя свои преступные намерения, ФИО1 в тот же период в том же месте в состоянии алкогольного опьянения с целью воспрепятствования законной деятельности полицейских ВАВ, ГРВ, достоверно зная, что они являются представителями власти, исполняют свои должностные обязанности, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде нарушения установленного нормативно-правовыми актами порядка осуществления представителями власти возложенных на них обязанностей и желая их наступления, зашла в квартиру своего дома по ул.Водопроводная д.15, кв.1 в г.Заринске Алтайского края, где взяла топор, затем подошла к полицейским ВАВ, ГРВ, проводившим проверку сообщения о происшествии, и высказала угрозу применения насилия, замахнувшись при этом на них топором.

Совершая вышеуказанные действия, ФИО1 осознавала общественную опасность своих действий, предвидела неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде дезорганизации нормальной деятельности органа государственной власти в лице представителей власти – полицейских ВАВ, ГРВ - и желала их наступления.

В судебном заседании ФИО1 вину в содеянном не признала, в соответствии со ст.51 Конституции РФ от дачи показаний отказалась. 

Из оглашенных в судебном заседании в порядке ст.276 УПК РФ показаний, данных ФИО1 в качестве подозреваемой и обвиняемой установлено, что 17 октября 2020 года у нее в гостях был сын МЕИ, со своей девушкой САП и малолетним сыном последней ВАВ. После обеда она и ее знакомый вдвоем выпили 0,5 л самогона, после чего она уснула. Проснулась от шума на веранде дома, был уже вечер. Выйдя на неосвещенную веранду, увидела силуэты нескольких мужчин, которые кричали, что именно, она не разобрала. Мужчины стали выходить на улицу, по голосу она поняла, что среди них ее сын – МЕИ. Когда они пошли в сторону выхода из ограды дома, она вышла за ними следом. Как у нее в руках оказался топор, она не помнит, точно знает, что топор был в доме, наверное, она зашла в дом, взяла топор и лишь после этого пошла за ограду дома. Выйдя из ограды дома, она увидела несколько человек, между ними снова происходил конфликт, они толкали друг друга. Она не видела, что среди них находятся сотрудники полиции, они были в стороне, к ним она не подходила. Увидела автомобиль с надписью «Полиция», поняла, что к ним приехали сотрудники полиции, что это они сейчас находятся у ограды ее дома. К ней подошел человек, попросил отдать топор, она отдала. Был ли это сотрудник полиции, она не видела. После этого ее посадили в служебный автомобиль, повезли в отдел полиции. О том, что в отделе полиции ее опрашивали, доставляли в наркологический диспансер, она не помнит, поскольку находилась в состоянии алкогольного опьянения, у нее плохая память. Слова угроз применения насилия в адрес сотрудников полиции не высказывала, топор держала в опущенной вниз руке, предположительно в левой, топором не замахивалась, над головой не поднимала, кричать она не должна была. Не видела, что приехавшие к ней люди являются сотрудниками полиции, что они находились в форменном обмундировании. Вину не признает, виновата только в том, что почему-то взяла в руки топор и вышла с ним за ограду дома (л.д.65-69, 79-80).

В ходе очных ставок, проведенных между обвиняемой ФИО1 и потерпевшими ВАВ, ГРВ, свидетелем ПАА, ФИО1 настаивала на своих показаниях относительно того, что она не замахивалась на сотрудников полиции топором, держала его опущенным вниз, не высказывала угроз (л.д.105-107, 108-110, 111-114).

После оглашения показаний ФИО1 подтвердила их, дополнив, что вспомнила, как, проснувшись от жажды, пошла за водой и в этот момент видела в доме сотрудника полиции, после чего снова легла спать. Проснувшись второй раз, она услышала шум на веранде, не думала, что сотрудники полиции все еще находятся у нее в доме, решила, что с ее сыном МЕИ вновь конфликтуют ранее приезжавшие с этой целью судимые лица.

Несмотря на занятую ФИО1 процессуальную позицию, ее вина в совершении преступления подтверждается показаниями потерпевших ВАВ, ГРВ, свидетелей ПАА, ПМВ, МЕИ, САП, письменными доказательствами.

В судебном заседании потерпевший ВАВ показал, что 17 октября 2020 года он заступил на службу в составе патруля № 808 по г.Заринску вместе с ГРВ, ПМВ, ПАА В 20 часов 30 минут от оперативного дежурного поступил вызов по анонимному сообщению о том, что неизвестный избивает мать несовершеннолетнего по ул.Водопроводной, д.15, кв.1. Их наряд выехал по обозначенному адресу, все они были в форменном обмундировании, с нагрудными значками, на служебном автомобиле. Прежде, чем войти в квартиру, он (ВАВ) постучал в дверь. Из-за двери ему ответила ФИО1, что можно войти. Он зашел в коридор квартиры, где стояла ФИО1, представился, спросил о том, что случилось, кто вызывал полицию. ФИО1 обратилась к сидевшему в кухне сыну МЕИ со словами: «Ты вызвал полицию, выходи и разбирайся с ними». Он (ВАВ) вошел в кухню, но МЕИ агрессивно отреагировал, в грубой форме с использованием нецензурной брани стал выгонять его (ВАВ) из квартиры. Отойдя к порогу квартиры, где стояли его напарники ПМВ и ГРВ, он (ВАВ) спросил у находившихся в квартире людей, что случилось, почему они вызывали полицию. МЕИ предложил выйти на улицу. Они вышли на улицу, ФИО1 также вышла с ними. Они вышли за ограду дома, ФИО1 вернулась во двор, а МЕИ предлагал им драться. Он (ВАВ) начал отходить от двора в сторону дороги, МЕИ стал снимать с себя одежду: кофту, футболку, - стал кидаться на него драться. Он (ВАВ) выставил вперед руку, чтобы МЕИ не смог нанести ему телесных повреждений. В это время ФИО1 вышла из ограды с топором, приблизилась к нему (ВАВ), замахнулась топором, нецензурно выразилась о том, что пробьет ему (ВАВ) голову. Он (ВАВ) продолжал пятиться, МЕИ наступал на него, ГРВ шел с ними рядом, а ПМВ остался с ФИО1. ГРВ просил МЕИ успокоиться. Последний переключился на ГРВ, схватил его за форменное обмундирование, завязалась потасовка. ПАА вышел из служебного автомобиля, подошел сзади к ФИО1, выбил у нее из рук топор. С использованием специальных средств была ограничена подвижность МЕИ. Угрозу со стороны ФИО1 он воспринял реально.

Из оглашенных в судебном заседании в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ показаний потерпевшего ВАВ, данных им на предварительном следствии, установлено, что он состоит в должности полицейского мобильного взвода ОР ППСП МО МВД России «Заринский». Он находился на смене с 17 часов 17 октября 2020 года до 03 часов 18 октября 2020 года. В 20 часов 32 минуты от оперативного дежурного МО МВД России «Заринский» поступило указание о необходимости выезда по анонимному сообщению по факту того, что по ул.Водопроводная, д.15, кв.1 в г.Заринске мужчина избивает мать несовершеннолетнего. Для проведения разбирательства по указанному сообщению он выехал на служебном автомобиле УАЗ «Патриот» совместно с полицейскими ОР ППСП МО МВД России «Заринский» ГРВ, ПМВ и водителем ПАА Прибыв на место происшествия по указанному адресу, он вместе с ГРВ, ПМВ вошел в квартиру. В квартире находились мужчина, взрослая женщина, девушка и малолетний мальчик. Все взрослые были в состоянии алкогольного опьянения. Зайдя в квартиру, сотрудники полиции громко и четко представились, каждый из них был в форменном обмундировании, стали спрашивать, что произошло, какая необходима помощь. Он (ВАВ) зашел в кухню, где сидел МЕИ На его (ВАВ) вопрос о случившемся МЕИ поднялся из-за стола, подошел к нему вплотную, стал толкать его руками в грудь, выталкивать из кухни. ФИО1 тоже стала толкать его в грудь с криками: «Зачем сюда приехали?! Уходите отсюда!». Он (ВАВ) потихоньку пятился назад, так они вышли в коридор, где находились остальные сотрудники полиции. Было понятно, что МЕИ и ФИО1 что-то скрывают, поэтому он повторил свой вопрос, так как знал, что в сообщении о происшествии было указано, что мужчина избивает мать несовершеннолетнего, а в доме действительно находились ребенок и молодая девушка. Ему было ясно, что указанные в сообщении события имели место. МЕИ предложил всем выйти на улицу и поговорить. Не желая создавать конфликтную ситуацию, они согласились, вышли из квартиры в ограду дома, рядом со входом на крыльцо. Девушка и ребенок стояли в стороне, молчали, никаких действий не предпринимали. На улице МЕИ и ФИО1 продолжали ругаться, выражались нецензурно. При этом Бырлякова находилась непосредственно рядом с ними, уверен, что она их хорошо видела. Далее все переместились за ограду, МЕИ снял с себя кофту, стал предлагать подраться с ним один на один, вел себя вызывающе, агрессивно, направился на него (ВАВ). Тут он (ВАВ) увидел, что из ограды дома вышла ФИО1, а в ее поднятой над головой правой руке в замахе находился топор, лезвием направленный вперед, она кричала, что сейчас зарубит их. ПМВ, увидев ФИО1 с топором в руке, потребовал опустить топор вниз, отойти в сторону, успокоиться. Но Бырлякова на его слова не реагировала, продолжала двигаться в их с ГРВ сторону с поднятым вверх топором. ПАА выбежал из машины, вдоль забора подбежал к ФИО1 сбоку, выхватил из ее рук топор. МЕИ в это время переключился на ГРВ, схватил его руками за форменное обмундирование в области груди. Только после этого по отношению к МЕИ была применена физическая сила и специальные средства. ПАА унес топор ФИО1 в служебный автомобиль. Они сообщили о произошедшем в дежурную часть, стали дожидаться приезда следственно-оперативной группы. ФИО1, после того как у нее отобрали топор, зашла обратно в ограду дома, откуда больше не выходила. После приезда следственно-оперативной группы ФИО1 попросили выйти из дома, проследовать в наркологический диспансер для освидетельствования на предмет алкогольного опьянения, затем она была доставлена в отдел полиции и передана следователю для разбирательства и опроса (л.д.39-43).

В судебном заседании потерпевший ГРВ показал, что подсудимую не знал, с потерпевшим ВАВ являются коллегами. Он служит полицейским взвода ОР ППСП МО МВД России «Заринский». 17 октября 2020 года, в 20 часов 30 минут, поступило сообщение от оперативного дежурного о том, что муж избивает жену по ул.Водопроводной, д.15, кв.1 в г.Заринске. Он, ВАВ, ПМВ, водитель ПАА приехали по адресу, позвали хозяев возле ограды, но никто не вышел из дома. Тогда они зашли в ограду, постучали в дверь дома, откуда им крикнули: «Заходите!», - и они зашли, все представились. При этом они все были в форменном обмундировании, с шевронами и отличительными знаками сотрудников полиции, приехали на служебном автомобиле с опознавательными знаками полиции. Он (ГРВ) и ПМВ стояли в коридоре, ВАВ прошел в квартиру, их встретила ФИО1 Они спросили о том, что случилось. В доме также находились МЕИ, ребенок и девушка (или жена) МЕИ, ребенок плакал. МЕИ из кухни позвал их. ФИО1 сказала, что МЕИ вызывал полицию, чтобы проходили к нему. ВАВ прошел в кухню, они с ПМВ остались в коридоре. МЕИ и ФИО1, находившиеся в состоянии алкогольного опьянения, стали выгонять ВАВ из кухни, при этом МЕИ и ФИО1 толкали его в грудь, ВАВ вышел в коридор, пятясь спиной к выходу. МЕИ и ФИО1 при этом выражались нецензурной бранью в адрес всех сотрудников полиции, выгоняли их. Они вышли из дома, но МЕИ продолжал выгонять их из ограды. Они вышли за ограду, МЕИ вышел вместе с ними, ФИО1 тоже вышла, в руках у нее был топор. За оградой МЕИ снял с себя кофту, стал кричать, призывать к драке. ФИО1 вышла из ограды с топором, направленным лезвием на него (ГРВ) и ВАВ, кричала нецензурной бранью, говорила, что пробьет им голову, зарубит. ПМВ стоял в стороне, пытался успокоить ФИО1, просил положить топор. Из машины вышел ПАА, проследовал вдоль забора и отнял топор у ФИО1. После этого МЕИ накинулся на него (ГРВ), схватил за воротник, поскольку он держал МЕИ за плечи, чтобы сохранить дистанцию. После того, как они увидели, что топор у ФИО1 забрали, они применили физическую силу и специальные средства к МЕИ, ограничили его действия, одев на него наручники. Доложили в дежурную часть и ждали оперативно-следственную группу. ФИО1 зашла в дом и больше не выходила до приезда следственно-оперативной группы.

В порядке ч.1 ст.281 УПК РФ исследованы показания свидетелей ПАА, ПМВ, МЕИ, данные на предварительном следствии.

Из показаний свидетеля ПАА установлено, что 17 октября 2020 года он заступил на службу с 17 часов 00 минут до 03 часов 00 минут 18 октября 2020 года. В 20 часов 32 минуты от оперативного дежурного МО МВД России «Заринский» поступило указание о выезде по сообщению о происшествии по адресу: 

<

...>. Для разбирательства на автомобиле под его управлением выехали полицейские ОР ППСП МО МВД России «Заринский» ВАВ, ПМВ, ГРВ Прибыв к указанному дому, все сотрудники зашли в дом, он остался их дожидаться в салоне служебного автомобиля. Недалеко от этого дома имеется уличное освещение, поэтому ему было хорошо видно обстановку. Спустя несколько минут все сотрудники полиции вышли из ограды дома, вместе с ними вышел мужчина, который вел себя вызывающе, агрессивно, кричал, размахивал руками, пытался схватить сотрудников полиции за форменное обмундирование, снял с себя кофту, всем своим видом показывая свое желание начать с кем-либо из сотрудников полиции драку. Сотрудники полиции стояли спокойно, физическую силу к нему не применяли, но он был агрессивен. Увидев происходившее, он в целях оказания при необходимости помощи вышел из салона автомобиля, не спеша, молча шел к ним. Увидел, что из ограды дома вышла женщина (как позже стало известно - ФИО1) с топором в руке, держа его в замахе над головой, она стала кричать в адрес стоявших ближе к ней ВАВ и ГРВ слова угрозы физической расправы, что она их зарубит сейчас. Стоявший в стороне ПМВ стал ее успокаивать, все стали немного отходить от нее. Он (ПАА) побежал вдоль забора, пытаясь сделать это незаметно, чтобы ФИО1 не увидела его, подбежал к ней сбоку и выхватил из ее рук топор, остановил ФИО1, преградил ей путь к сотрудникам полиции, к которым она с поднятым вверх топором до этого шла. После этого ФИО1 зашла в ограду своего дома. В отношении мужчины (как ему стало известно – МЕИ) сотрудники полиции применили физическую силу: провели загиб руки с последующим одеванием наручников, так как МЕИ провоцировал конфликтную ситуацию с сотрудниками полиции. Топор ФИО1 он унес в служебный автомобиль, откуда он был изъят прибывшей следственно-оперативной группой. Он очень хорошо помнит произошедшие события и с точностью может сказать, что топор ФИО1 держала, именно подняв его вверх в замахе, направляясь в сторону сотрудников полиции ВАВ и ГРВ, произнося при этом слова угрозы физической расправой в их адрес. Сотрудники полиции вели себя корректно, физическую силу к МЕИ применили лишь после того, как он первым стал хватать их за форменное обмундирование. В отношении ФИО1 физической силы не применялось (л.д.85-87).

В ходе проверок показаний на месте, протоколы которых также исследованы судом, потерпевший ВАВ и свидетель ПАА указали на участок у ограды квартиры № 1 дома по ул.Водопроводная, д.15 в г.Заринске Алтайского края, где ФИО1 угрожала применением насилия в отношении полицейских ВАВ и ГРВ, замахнувшись на них топором, а также о том, как ПАА выхватил топор из руки ФИО1 (л.д.46-50, 88-93).

Из показаний свидетеля ПМВ следует, что он состоит в должности полицейского мобильного взвода ОР ППСП МО МВД России «Заринский». 17 октября 2020 года он находился на службе, когда в 20 часов 32 минуты от оперативного дежурного МО поступило указание о необходимости выезда на место происшествия по адресу: 

<

...>. Дежурный сообщил, что позвонил ребенок, сообщил, что мужчина избивает мать несовершеннолетнего. Прибыв на место происшествия, он совместно с полицейскими ОР ППСП МО МВД России «Заринский» ВАВ, ГРВ подошел к веранде дома. Они постучали, из квартиры крикнули, что открыто, можно войти. В квартиру первым зашел ВАВ, они шли следом. В квартире находились ФИО1, девушка, как он понял, сожительница МЕИ, а также мальчик. Зайдя в квартиру, они громко представились, указав, что являются сотрудниками полиции, сообщили, что приехали по вызову, все были в форменном обмундировании. На их вопрос ФИО1 сказала, что полицию они не вызывали, в помощи не нуждаются, крикнула своему сыну МЕИ, чтобы тот вышел и разобрался. МЕИ из кухни крикнул, чтобы они зашли к нему. ВАВ подошел к межкомнатному проему в кухню, а МЕИ в грубой форме спросил у него, почему он (ВАВ) смотрит на него. После этого МЕИ вышел в коридор из кухни, стал выражаться нецензурной бранью, начал толкать ВАВ в грудь рукой и кричать, чтобы они уходили из квартиры. Находившаяся рядом ФИО1 тоже стала на них кричать, выгонять из квартиры. Они (сотрудники полиции) не хотели уходить, не разобравшись в ситуации, так как вся обстановка в квартире говорила о том, что взрослые находятся в состоянии опьянения, при этом в квартире присутствовали ребенок и девушка. Это давало основания считать сведения, указанные в сообщении о происшествии, правдивыми. Не желая наступления конфликта, они все-таки вышли из квартиры в ограду дома, следом вышли МЕИ и ФИО1. В ограде дома МЕИ продолжил вести себя грубо, нецензурно выражался, они пытались разобраться, что произошло, но из-за поведения МЕИ ничего выяснить не удавалось. ФИО1 вернулась в дом. Остальные постепенно вышли за пределы ограды. МЕИ не успокаивался, снял с себя кофту, стал предлагать каждому из полицейских подраться с ним один на один. Его успокаивали, физическую силу не применяли. В этот момент из ограды дома вышла ФИО1, в ее правой руке поднятым вверх и направленным вперед лезвием находился топор, шла она в сторону ГРВ и ВАВ, крича, что сейчас их зарубит. Он (ПМВ) стоял немного в стороне, увидев у ФИО1 в руке топор, потребовал остановиться, успокоиться, опустить вниз топор, немного сместился в ее сторону для возможного отражения удара топором со стороны ФИО1. Но на его требования ФИО1 не отреагировала. В это время со стороны служебного автомобиля, вдоль забора, незаметно к ФИО1 подбежал полицейский-водитель ПАА и выхватил у нее топор. ФИО1 вернулась в ограду дома и вышла только после приезда следственно-оперативной группы. Когда у ФИО1 забрали топор, ВАВ и ГРВ в отношении МЕИ применили специальные средства с целью пресечения его противоправных действий, посадили его в служебный автомобиль. В дальнейшем ФИО1 и МЕИ были доставлены в отдел полиции. События произошли около 21 часа. Во время проведения всей проверки они (сотрудники полиции) вели себя корректно, вежливо, в том числе в отношении МЕИ и ФИО1 (л.д.94-97).

В ходе очных ставок, проведенных между обвиняемой ФИО1 и потерпевшими ВАВ, ГРВ, свидетелем ПАА, потерпевшие и свидетель настаивали на своих показаниях, идентичных данным ими при допросах (л.д.105-107, 108-110, 111-114).

Из показаний свидетеля МЕИ установлено, что 17 октября 2020 года он с сожительницей САП и ее сыном ВАВ 6-ти лет были в гостях у его матери ФИО1 по ул.Водопроводная, д.15, кв.1 в г.Заринске. Вечером употребляли спиртное. ФИО1 уже была в состоянии алкогольного опьянения, выпивала до их приезда. Вечером в квартиру зашли три сотрудника полиции, все они были в форменном обмундировании, спросили, что случилось. Перед тем, как войти, полицейские постучали в дверь, на стук он вышел из кухни в коридор. Увидев их, он удивился, спросил, зачем они приехали. Сотрудники ответили, что звонил ребенок, сообщил, что бьют маму. На что он (МЕИ) сказал, что ничего такого не было, но сотрудники полиции настаивали, что надо разбираться в ситуации. Он же, в свою очередь, говорил, чтобы они уходили из квартиры, повторил несколько раз. После этого он и полицейские вышли из квартиры в ограду. ФИО1 оставалась в зале. Они вышли за ограду, куда его вытянул за руку один из сотрудников. За оградой сотрудники полиции стали заламывать ему руки, один из них стал наносить ему удары резиновой палкой по рукам. В это время из ограды дома вышла ФИО1 с топором в руке, закричала, зачем они бьют его. Увидев у нее топор, он сказал, чтобы она убрала его, так как это сотрудники полиции. Один из сотрудников полиции подошел к ФИО1, забрал топор. Он (МЕИ) сказал матери, чтобы та шла домой. На него были одеты наручники, его посадили в служебный автомобиль, их вместе с матерью доставили в наркологический диспансер, потом в полицию. Он не слышал, чтобы ФИО1 говорила, что зарубит полицейских (л.д.98-101).

В судебном заседании свидетель САП показала, что сожительствует с сыном подсудимой, отношения с ФИО1 нормальные, с потерпевшими не знакома. 17 октября 2020 года она со своим малолетним сыном и сожителем МЕИ приехали в гости к ФИО1. Вечером пили пиво вдвоем с МЕИ. ФИО1 уже была в состоянии опьянения. Ее (САП) сын баловался телефоном, вызвал полицию. Приехали сотрудники полиции, были в полицейской форме, поговорили с МЕИ на повышенных тонах, вышли вместе с последним из дома. Она (САП) зашла в комнату к сыну. Слышала, как ФИО1 выходила, через некоторое время забежала в слезах, сказала, что МЕИ убивают. Она (САП) вышла на улицу, МЕИ уже сидел в машине. О том, что у ФИО1 в руках был топор, она (САП) узнала от следователя.

Из оглашенных в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ показаний свидетеля САП, данных на досудебной стадии, установлено, что ДД.ММ.ГГГГ, ближе к вечеру, она с своим сыном и своим сожителем МЕИ приехала в г.Заринск, в гости к матери МЕИ - ФИО1 Последняя была в состоянии алкогольного опьянения, с ними времени проводила мало. Поздно вечером в квартиру зашли три сотрудника полиции в форменном обмундировании, сказали, что позвонил ребенок и сообщил, что его маму бьют. МЕИ стал выгонять их из квартиры, сказал, что у них все в порядке, они стали ругаться. Из комнаты вышла ФИО1 тоже начала ругаться, выгонять сотрудников из дома. Все, кроме нее (САП), вышли из квартиры. Спустя несколько минут в квартиру зашла плакавшая ФИО1. Что произошло на улице, она (САП) не видела. О том, что ФИО1 вышла к сотрудникам полиции с топором, ей (САП) стало известно от самой ФИО1, которая пояснила, что вышла из ограды дома с топором, но у нее его отобрали (л.д.102-104).

В судебном заседании свидетель ПИА показал, что он был дежурным следователем Заринского МСО СУ СК России по Алтайскому краю в тот момент, когда позвонил оперативный дежурный отдела полиции МО МВД России «Заринский» и сообщил о том, что на сотрудников полиции, выехавших для проверки сообщения о происшествии, женщина замахивалась топором, хотела ударить. Он (Перевалов) совместно с экспертом выехал на место происшествия по ул.Водопроводная в г.Заринске, произвел осмотр, изъял топор, провел опрос, занимался сбором материалов предварительной проверки до возбуждения уголовного дела, осматривал прилегающую территорию, присутствовавшие сотрудники полиции указывали место, где происходили события и как они развивались, все это нашло отражение в протоколе. После сбора материалов проверки в действиях ФИО1 усматривались признаки преступления, предусмотренного ч.1 ст.318 УК РФ, он возбудил уголовное дело. ФИО1 была допрошена в качестве подозреваемой, ей был предоставлен защитник в порядке ст.50 УПК РФ, в дальнейшем было предъявлено обвинение. Допрос производился в форме «вопрос-ответ», им ставились вопросы, полученные ответы вносил в протокол дословно, никакого воздействия в ходе следствия не оказывалось, во время проведения следственных действий присутствовал защитник. По окончании допроса и составления протокола он был оглашен, предъявлен для ознакомления, подписан участниками, никаких замечаний, возражений, дополнений, уточнений не поступило. Это же касается и показаний свидетеля САП: ее показания дословно вносились в протокол допроса, который был ей оглашен, предъявлен для ознакомления, она с ним ознакомилась, поставила свои подписи, от нее никаких возражений, уточнений, дополнений, замечаний не поступило, никакого давления на нее не оказывалось, во времени ни при даче показаний, ни при ознакомлении с протоколом он ее не ограничивал. Какой-либо заинтересованности в исходе дела у него не было. 

Кроме того, вина ФИО1 подтверждается письменными доказательствами по делу:

- протоколом осмотра места происшествия, проведенного в период с 22 часов 20 минут до 22 часов 50 минут 17 октября 2020 года, а именно участка местности возле усадьбы квартиры № 1 дома по ул.Водопроводная, д.15 в г.Заринске Алтайского края, с участием ВАВ, ГРВ, в ходе чего зафиксирована обстановка; сотрудники полиции указали, где именно ФИО1 замахивалась на них топором; изъят сам топор (л.д.6-12);

- рапортом полицейского взвода ОР ППСП МО МВД России «Заринский» ВАВ от 17 октября 2020 года, в котором он отразил факт угрозы применения насилия со стороны ФИО1 в отношении него и полицейского ГРВ при исполнении ими своих должностных обязанностей, имевший место 17 октября 2020 года на участке местности у ограды квартиры № 1 по ул.Водопроводная, д.15 в г.Заринске Алтайского края (л.д.30);

- актами медицинского освидетельствования на состояние опьянения от № 878 и № 877, согласно которым 18 октября 2020 года у МЕИ в 00 часов 47 минут, а у ФИО1 в 00 часов 35 минут установлено состояние алкогольного опьянения (л.д.35, 36);

- протоколом осмотра предметов от 02 ноября 2020 года – изъятого при ОМП 17 октября 2020 года топора (л.д.123-126);

- выпиской из приказа от 26 июля 2019 года № 94 л/с о назначении ВАВ на должность полицейского взвода ОР ППСП МО МВД России «Заринский» (л.д.130);

- должностным регламентом (должностной инструкцией) полицейского взвода ОР ППСП МО МВД России «Заринский» ВАВ (л.д.131-134);

- выпиской из приказа от 27 декабря 2019 года № 163 л/с о назначении ГРВ на должность полицейского взвода ОР ППСП МО МВД России «Заринский» (л.д.138);

- должностным регламентом (должностной инструкцией) полицейского взвода ОР ППСП МО МВД России «Заринский» ГРВ (л.д.139-142);

- выпиской из постовой ведомости, утвержденной начальником МО МВД России «Заринский» (л.д.144).

Анализируя и оценивая представленные в судебном заседании доказательства в соответствии с требованиями ст.ст.86-88 УПК РФ, суд приходит к выводу о том, что вина подсудимой в совершении преступления при фактических обстоятельствах, изложенных судом при описании преступного деяния, нашла свое полное подтверждение совокупностью вышеприведенных в приговоре доказательств. 

Кроме того, суд полагает, что теми же доказательствами безусловно опровергнута выдвинутая ФИО1 версия, в рамках которой подсудимая фактически признала лишь факт нахождения у нее в опущенных руках топора, обстоятельств и цели появления которого она не помнит. Тем самым, она оспорила не только объективную сторону совершенного ею преступления, но и наличие у нее какого-либо умысла на угрозу применения насилия с использованием топора, тем более, в отношении сотрудников полиции как представителей власти, которых она, по ее версии, не идентифицировала в этом качестве в силу состояния опьянения, недавнего пробуждения ото сна, существа и скорости происходивших событий. То есть подсудимая выразила несогласие и с иными обстоятельствами, включая предшествующие ее поведению события, характер поведения других участников.

Данную версию, равно как и изложенные в ее обоснование показания подсудимой, суд расценивает как избранную ФИО1 защитную позицию по отношению к предъявленному обвинению, вызванную стремлением избежать уголовной ответственности за содеянное, и относится к ней критически. 

Суд считает достоверными изобличающие подсудимую показания потерпевших ВАВ, ГРВ, непосредственных участников событий ПМВ, ПАА, поскольку они являются последовательными, логичными, подробными, согласуются в деталях, подтверждаются положенными в основу приговора письменными доказательствами. При этом суд считает, наиболее полными и достоверным показания, изложенные ВАВ на стадии предварительного следствия, поскольку он сам указал, что давал показания добровольно, самостоятельно и лучше помнил события на тот момент. В части, не противоречащей показаниям на предварительном следствии, суд кладет в основу приговора и его показания в судебном заседании.

Оснований для оговора ФИО1 вышеназванными лицами не установлено, не назвала таковых и сама подсудимая. При этом из их показаний следует, что, вопреки позиции подсудимой, между их прибытием сотрудников полиции в дом ФИО1, где она их встретила, сообщив сыну о прибытии именно полицейских, и ее преступным поведением не имелось каких-либо значимых разрывов во времени, позволивших бы ей, в том числе, в силу ее состояния, неверно оценить обстановку и субъектов своих преступных действий.

Показания свидетеля МЕИ суд считает возможным счесть достоверными и положить в основу приговора лишь в части, не противоречащей показаниям сотрудников полиции, поскольку на их содержание бесспорно влияет факт близкого родства с подсудимой и стремление помочь ей избежать ответственности за содеянное, а также возможные правовые последствия для самого свидетеля как участника конфликта.

При оценке показаний свидетеля САП суд безусловно отдает предпочтение ее показаниям на досудебной стадии как более полным, согласующимся с иными положенными в основу приговора доказательствами, а, следовательно, как более достоверным. Изменение же показаний свидетелем в судебном заседании, по мнению суда, с очевидностью обусловлено желанием облегчить участь матери своего сожителя МЕИ При этом судом проверено утверждение САП об обстоятельствах производства ее допроса следователем, что, по мнению свидетеля, и объясняет несоответствие изложенных в соответствующем протоколе ее показаний действительно происходившим событиям. Эти доводы опровергнуты показаниями следователя ПИА, который категорически отрицал применение незаконных методов ведения оперативно-следственной работы и фальсификацию уголовного дела в отношении подсудимой, как лично им, так и третьими лицами. В отношении процедуры всех следственных и процессуальных действий утверждал, что действовал в строгом соответствии с требованиями действующего законодательства, верно отражал ход и результаты действий в составляемых документах, при проведении допросов все лица находились в адекватном состоянии, самостоятельно давали показания, которые он без искажений заносил в протоколы. Отдельно подтвердил правильность отражения в составленном им протоколе допроса с участием свидетеля САП реально имевших место событий, а также факт беспрепятственного ознакомления свидетеля с данным документом при отсутствии каких-либо замечаний к содержанию текста и процедуре.

Из совокупности положенных в основу приговора доказательств бесспорно установлено, что ВАВ и ГРВ и их коллеги, действуя в строгом соответствии с положениями Федерального закона от 07 февраля 2011 года N 3-ФЗ «О полиции», находясь при исполнении должностных обязанностей, будучи одеты в форменное обмундирование, прибыли на служебном автомобиле с соответствующей символикой по сообщению оперативного дежурного к месту происшествия, где начали осуществлять проверку сообщения о предполагаемом правонарушении. Выполняя свои должностные обязанности, сотрудники полиции представились находившимся на месте лицам, включая ФИО1, после чего пояснили причину прибытия, поинтересовались произошедшем, спросили, необходима ли кому-то помощь. При этом вели себя корректно и вежливо, желая разобраться в произошедшем. Однако сначала МЕИ, а затем и его мать ФИО1, неадекватно отреагировав на визит сотрудников правоохранительных органов, стали вести себя агрессивно, прогонять полицейских из жилища, применяя при этом силу и используя нецензурную лексику. Сотрудники же полиции, в свою очередь, напротив, чтобы не обострять конфликт, согласились с требованием жильцов и покинули даже ограду дома, не оказав какого-либо сопротивления. Но на улице МЕИ не успокоился, а продолжил свои провокационные действия, призывая полицейских вступить с ним в драку.

Именно в этот момент из ограды дома вышла ФИО1 с поднятым топором и, замахнувшись им на сотрудников полиции, угрожала им применением насилия с помощью названного предмета. При этом подсудимая с очевидностью понимала, что перед ней находятся представители власти при исполнении ими своих должностных обязанностей. Об этом безусловно свидетельствовали их слова по прибытии, внешний вид в форменном обмундировании, непосредственная близость служебного автомобиля с соответствующей цветографической символикой, предшествующее поведение участников событий.

При этом установленное в судебном заседании поведение полицейских в сложившейся ситуации, в том числе по отношению к сыну ФИО1, по мнению суда, не давало ей оснований воспринимать их как угрожающих ее жизни и здоровью или иных лиц и требующих в этой связи какой-либо оборонительной реакции. Напротив, судом установлено, что в ответ на законные действия сотрудников ППСП у ФИО1 сформировался преступный умысел, направленный на угрозу применением насилия в отношении представителей власти в связи с исполнением ими своих должностных обязанностей. Данный умысел подсудимая незамедлительно привела в исполнение, замахиваясь топором на находившихся в непосредственной близости от нее ВАВ и ГРВ, продолжая двигаться в их сторону, при этом высказывала словесные угрозы причинением вреда здоровью, которые потерпевшие восприняли реально.

Согласно заключению первичной амбулаторной комиссионной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы № 05-01 3892/1 от 27 октября 2020 года, ФИО1 хроническим психическим расстройством и слабоумием не страдала и не страдает. 

<

данные изъяты>

С учетом заключения группы компетентных в своих областях деятельности экспертов и поведения подсудимой в судебно-следственной ситуации суд признает ее вменяемой по отношению к совершенному преступлению.

Таким образом, вина подсудимой полностью установлена. Действия ФИО1 суд квалифицирует по ч.1 ст.318 Уголовного кодекса Российской Федерации как угрозу применением насилия в отношении представителей власти в связи с исполнением ими своих должностных обязанностей.

При назначении наказания суд в соответствии с требованиями ст.ст.6, 43, 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности преступления, конкретные обстоятельства его совершения, данные о личности виновной, обстоятельства, смягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление подсудимой и на условия жизни ее семьи.

Изучив данные о личности подсудимой, суд установил, что ФИО1 не судима, проживает одна, является вдовой, пенсионером по возрасту, иждивенцев не имеет. Подсудимая на учете у врачей нарколога, психиатра, иных специалистов не состоит (л.д.152, 153), однако утверждала в судебном заседании о наличии ряда хронических заболеваний, по поводу которых к врачам не обращалась. 

Согласно справке-характеристике УУП МО МВД России «Заринский», подсудимая характеризуется как лицо, в отношении которого жалоб от соседей по месту жительства не поступало, не привлекавшееся к административной и уголовной ответственности (л.д.151), что подтверждается справкой на физическое лицо ИСОД СООП (л.д.149), сведениями ИЦ ГУ МВД по Алтайскому краю (л.д.150).

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд признает и учитывает в отношении подсудимой: факт привлечения к уголовной ответственности впервые, возраст и состояние здоровья подсудимой.

Оснований для признания иных обстоятельств в качестве смягчающих наказание ФИО1 суд не усматривает. 

Отягчающих наказание подсудимой обстоятельств не имеется.

Оценив в совокупности установленные в судебном заседании обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что в целях восстановления социальной справедливости, исправления виновной и предупреждения совершения новых преступлений наказание подсудимой необходимо назначить в виде лишения свободы в рамках санкции ч.1 ст.318 УК РФ. При этом суд считает возможным назначить данное наказание с применением ст.73 УК РФ, поскольку исправление подсудимой может быть достигнуто без реального отбытия ею наказания. Длительность испытательного срока и характер обязанностей, подлежащих возложению на ФИО1, суд определяет, исходя из всех установленных данных.

В силу ч.3 ст.73 УК РФ испытательный срок исчисляется с момента вступления приговора в законную силу, при этом в него засчитывается время, прошедшее со дня провозглашения приговора.

Ввиду назначения подсудимой условного лишения свободы, суд не обсуждает вопрос о возможности применении положений ст.53.1 УК РФ.

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности суд не усматривает оснований для изменения в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ категории совершенного подсудимой преступления, на менее тяжкую.

Мера пресечения, избранная ФИО1, в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, подлежит отмене по вступлении приговора в законную силу.

Вопрос о вещественном доказательстве по уголовному делу суд разрешает в соответствии с положениями ст.81 УПК РФ: топор, хранящийся в комнате хранения вещественных доказательств Заринского МСО СУ СК России по Алтайскому краю, как орудие преступления подлежит уничтожению.

Гражданские иски по делу не заявлены.

Решая вопрос о процессуальных издержках по уголовному делу, руководствуясь положениями ст.ст.131, 132 УПК РФ, суд относит к таковым по настоящему уголовному делу расходы в виде вознаграждения адвокату Гусеву И.Н., осуществлявшему защиту интересов ФИО1 в ходе предварительного следствия (11820 рублей) и в судебном заседании (17750 рублей 25 коп.), в общей сумме 29570 рублей 25 коп.

Суд не находит оснований для освобождения от уплаты процессуальных издержек ФИО1, которая от защитника не отказывалась, имеет стабильный доход в виде пенсии при отсутствии иждивенцев. При решении данного вопроса суд также принимает во внимание возраст, семейное положение, состояние здоровья подсудимой, и считает необходимым взыскать указанные процессуальные издержки с ФИО1 в доход федерального бюджета.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.297, 299, 300-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

признать ФИО1 виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.318 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ей наказание в виде лишения свободы сроком 6 (шесть) месяцев.

На основании ст.73 УК РФ считать назначенное ФИО1 наказание условным, установить испытательный срок 6 (шесть) месяцев, в течение которого она своим поведением должна доказать свое исправление; обязать ФИО1 в период испытательного срока: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденной; 1 (один) раз в месяц являться на регистрацию в указанный орган в установленные этим органом дни.

В силу ч.3 ст.73 УК РФ испытательный срок ФИО1 исчислять с момента вступления приговора в законную силу, с зачетом в него времени, прошедшего со дня провозглашения приговора.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО1 по вступлении приговора в законную силу отменить.

По вступлении приговора в законную силу вещественное доказательство - топор, хранящийся в комнате хранения вещественных доказательств Заринского МСО СУ СК России по Алтайскому краю, уничтожить.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в сумме 29570 (двадцать девять тысяч пятьсот семьдесят) рублей 25 коп.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в течение 10 суток с момента его постановления в Алтайский краевой суд через Заринский городской суд Алтайского края.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденная вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем она должна указать в апелляционной жалобе, также она вправе пригласить защитника для участия в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника, в том числе бесплатно в случаях, предусмотренных УПК РФ.

Судья А.С. Казанина