Решение

 в окончательной форме вынесено 28.06.2019г. Дело № 2–10/19

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.Углич 14.06.2019г.

Угличский районный суд Ярославской области в составе

председательствующего судьи Долгощиновой О.В.,

при секретаре Воловой О.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО4, Федеральной службе судебных приставов РФ, Управлению Федеральной службы судебных приставов по Ярославской области, Угличскому отделу судебных приставов УФССП России по Ярославской области, судебному приставу-исполнителю Угличского РОСП УФССП РФ по Ярославской области ФИО5 о возмещении материального ущерба, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с первоначальным иском к ФИО4 о возмещении ущерба в размере 

<

данные изъяты> руб. Требования мотивировала тем, что ей на праве собственности принадлежит земельный участок с кадастровым номером № и жилой дом, расположенные в д.

<

адрес>. 

В производстве Угличского райсуда имелось гражданское дело №2-56/2016г. по иску ФИО4 к ФИО1 о взыскании денежной компенсации за неотделимые улучшения жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, взыскании денежной компенсации за возведенный жилой дом с хозяйственными постройками и ограждение земельного участка, расположенные по адресу: д.

<

адрес>, возложении на ФИО1 обязанности передать ФИО4 имущество из тридцати наименований, встречному иску ФИО1 к ФИО4 об устранении препятствий в пользовании не завершенным строительством жилым домом в д.

<

адрес>, путем передачи ей ключей от дома и гаража.

Решением Угличского райсуда от 28.09.2016г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ярославского облсуда от 22.12.2016г., исковые требования ФИО4 удовлетворены частично, в его пользу с ФИО1 взысканы денежные средства, полученные ФИО1 в качестве неосновательного обогащения в виде стоимости строительных материалов в сумме 

<

данные изъяты> руб. и стоимости выполненных строительных работ в сумме 

<

данные изъяты> руб. при строительстве жилого дома в д.

<

адрес>. Всего 

<

данные изъяты> руб. Также за ФИО4 признано право собственности на имущество, состоящее из 12 наименований, на ФИО1 возложена обязанность передать данное имущество ФИО4

Встречные исковые требования ФИО1, которые были признаны ответчиком ФИО4, были удовлетворены, на ФИО4 возложена обязанность не препятствовать ФИО1 в пользовании жилым домом в д.

<

адрес> и передать ей ключи от дома и гаража.

В ходе рассмотрения данного спора, истцом ФИО4 заявлено ходатайство об обеспечительных мерах в виде наложения ареста на спорное имущество.

Определением Угличского райсуда от 18.11.2015г. ходатайство ФИО4 удовлетворено, в качестве обеспечительных мер наложен арест на имущество, принадлежащее ФИО1, находящееся по адресу: 

<

адрес>, состоящее из 30 наименований движимого имущества, а также на земельный участок с кадастровым номером № с находящимся на нем жилым домом № в д.

<

адрес>.

Постановлением судебного пристава-исполнителя Угличского РОСП от 12.01.2016г. на основании исполнительного листа, выданного Угличским райсудом 19.11.2015г., возбуждено исполнительное производство №, а также наложен арест на имущество, поименованное в судебном определении о принятии обеспечительных мер.

В соответствии с Актом о наложении ареста ( описи имущества), оформленном судебным приставом-исполнителем Угличского РОСП УФССП России по Ярославской области ФИО5 от 21.01.2016г., произведен арест имущества должника ФИО1, находящегося в д.

<

адрес>. При оформлении данного Акта, помимо понятых и судебного пристава-исполнителя, присутствовали должник ФИО1 и взыскатель- ФИО4 

В Акте имеется описание движимого имущества, с указанием его количества и стоимости. Под п.20 поименован земельный участок с указанием кадастрового номера и площади и жилой дом с указанием площади. Арест включал запрет распоряжаться имуществом, режим хранения избран- «с правом пользования арестованным имуществом». Указанное в Акте описи имущество передано на ответственное хранение взыскателю- ФИО4, который письменно предупрежден об ответственности за передачу переданного имущества другим лицам без письменного разрешения судебного пристава-исполнителя, растрату, отчуждение, сокрытие, незаконную передачу вверенного на хранение имущества, о чем имеется соответствующая подпись лица, избранного в качестве ответственного хранителя- ФИО4

В день оформления данного Акта, т.е. 21.01.2016г. дверь в жилой дом в д.

<

адрес> открывал ФИО4, ключи от замка он ФИО1 не передал. До этого, 18.01.2016г. ФИО1 совместно с судебными приставами – исполнителями не смогли попасть в дом, так как замки на входной двери оказались сменены, о чем имеется объяснение ФИО1 

Поскольку ФИО1 не имела доступ в принадлежащий ей жилой дом, она 28.03.2016г. обратилась с встречным иском к ФИО4 об устранении препятствий в пользовании домом путем передачи ей ключей. Её исковое заявление сначала было оставлено без движения определением Угличского райсуда от 01.04.2016г., затем, после устранения недостатков, принято 04.05.2016г. к производству суда и объединено в одно производство с иском ФИО4 к ней.

После вступления решения Угличского райсуда в законную силу ( 22.12.2016г.), в ходе его исполнения, Угличским РОСП было возбуждено исполнительное производство №-ИП от 23.01.2017г., на основании исполнительного листа, выданного Угличским райсудом 13.01.2017г., в отношении должника ФИО4, предмет исполнения- обязать ФИО4 не препятствовать ФИО1 в пользовании жилым домом, расположенным в д.

<

адрес> и передать ей ключи от дома и гаража.

В рамках данного исполнительного производства, 17.02.2017г. ФИО4 передал ФИО1 ключи от дома и гаража, о чем судебный пристав-исполнитель составил Акт приема-передачи взыскателю имущества. 

Получив доступ в дом 17.02.2017г., ФИО1 обнаружила в этот день повреждение принадлежащего ей имущества и отсутствие его части. А именно: система отопления, посредством которой осуществлялся обогрев дома, была в нерабочем состоянии (замерзла вода в трубах, радиаторах, котлах, водонагревателях, имелись течи внутри котла, бака, лопнуло несколько секций металлических радиаторов и т.д.), в электрическом щите в помещении котельной были оборваны провода, отключено электричество, в связи с чем внутри дома было холодно, темно. В санузле ( помещение 9) отсутствовало крепление унитаза, которое ранее имелось, в подсобном помещении ( помещение 8) отсутствовал вентилятор вытяжной, в помещении котельной ( помещение 2) отсутствовал на водопроводной системе циркулярный насос «Грюндфос», без которого данная система не могла работать, в помещении парной ( помещение 5) сломана электрическая печь «Харвия», в помещении 13 на втором этаже отсутствовал унитаз и была срезана подводка воды.

На улице около дома имеется водопроводный колодец, в котором был установлен водопроводный насос подачи воды в дом. При осмотре колодца ФИО1 обнаружила отсутствие данного насоса, а также пропал фекальный насос, установленный в септике «Юнилос».

ФИО1, обнаружив повреждение и пропажу имущества, сразу попыталась по телефону связаться с приставами-исполнителями, это ей не удалось. Тогда она вызвала оценщика ФИО 1 которая ранее производила оценку её имущества в рамках спора по делу по иску ФИО4 Оценщик, приехав в д.

<

адрес>, не смогла надлежащим образом произвести осмотр и зафиксировать повреждения и отсутствие имущества, так как в доме система отопления была отключена ( заморожена). 

<

данные изъяты> пояснила ФИО1, что произвести осмотр и оценку повреждений необходимо после того, как температурный режим на улице и внутри дома будет иметь плюсовые температуры, вода, замерзшая внутри системы отопления, оттает. После этого, ФИО1 обратилась с заявлением в полицию. На следующий день, т.е. 18.02.2017г. сотрудниками полиции был произведен осмотр помещения жилого дома, оформлен протокол осмотра, получены пояснения ФИО1 и ФИО4 По результатам проверки вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по признакам совершения преступлений, предусмотренных ст.158 и 167 УК РФ.

Согласно отчету об оценке № от 30.06.2017г. об определении рыночной стоимости ремонтных работ, замены отопительного и сантехнического оборудования в жилом доме, выполненному оценщиком ФИО 1 по обращению ФИО1, общая стоимость восстановительного ремонта составила 

<

данные изъяты> руб. Указанную сумму истец ФИО1 просила взыскать с ответчика ФИО4, как лица, ответственного за хранение имущества, ненадлежащим образом исполнившего свои обязанности по ответственному хранению, допустившему порчу и утрату принадлежащего ей имущества именно в период данного хранения- с 21.01.2016г. по 17.02.2017г.

В ходе рассмотрения дела исковые требования истцом неоднократно уточнялись. Окончательно исковые требования ФИО1 заявлены солидарно к ответчикам ФИО4, Федеральной службе судебных приставов РФ, Управлению Федеральной службы судебных приставов по Ярославской области, Угличскому районному отделу судебных приставов УФССП России по Ярославской области, судебному приставу-исполнителю ФИО5, размер исковых требований увеличен.

Истец указала, что согласно отчета ФИО 1. стоимость ремонтных работ составила 

<

данные изъяты> руб. Вместе с тем, ФИО1 вынуждена была приобрести более дорогостоящий погружной насос стоимостью не 

<

данные изъяты> руб., а 

<

данные изъяты> руб., детали для его установки- 

<

данные изъяты> руб. ( всего на 

<

данные изъяты> руб.), котел отопительный не за 

<

данные изъяты> руб., а 

<

данные изъяты> руб. Кроме того, из помещения спальни ( помещение 15 на 2 этаже) ФИО4 был снят и поврежден видеорегистратор, ремонт которого составил 

<

данные изъяты> руб., работы по диагностике погружного насоса из колодца стоили 

<

данные изъяты> руб., ступени на лестнице, ведущей на 2-й этаж отсутствовали, стоимость материала по их восстановлению составила 

<

данные изъяты> руб. 

Т.о. ущерб, причиненный повреждением и утратой имущества, переданного судебным приставом-исполнителем на ответственное хранение ФИО4 в период с 21.01.2016г. по 17.02.2017г. составил 

<

данные изъяты> руб.

Также истец просит взыскать с ответчиков 

<

данные изъяты> руб.- произведенные ею расходы по оплате за поставленную в жилой дом электроэнергию за период с 21.01.2016г. по 17.02.2017г. (в первоначальном иске- 

<

данные изъяты> руб., но просит по уточненному- 

<

данные изъяты> руб.). Данные требования мотивированы тем, что в указанный период ФИО1 не имела доступа в дом, соответственно не могла пользоваться электроэнергией. Напротив, ФИО4 в указанный период имел доступ в дом, проживал в нем, осуществлял работы по деревообработке на станках, размещенных в гараже, т.е. пользовался поставляемой электроэнергией.

Истцом заявлены требования к ответчикам о взыскании 162000 руб. 

Данные требования мотивированы тем, что 11.10.2010г. ФИО1 приобрела на основании договора купли-продажи, заключенного с ФИО 2., земельный участок с кадастровым номером № площадью 581 кв.м. в д.

<

адрес>. ФИО4 является двоюродным братом ФИО 2. Смежные земельные участки с кадастровыми номерами № и № принадлежат ФИО 3., являющейся тётей ФИО4 До приобретения ФИО1 земельного участка у ФИО 2 все три участка использовались семьей ФИО2, ФИО3, между участками на момент заключения сделки заборов не было, поэтому в каком месте находилась граница между ними, ФИО1 не знала. 

После приобретения участка, З-ны начали осуществлять его благоустройство и строительство жилого дома. При этом, ФИО1, не обладающая специальными познаниями в области строительства и землеустройства ( по профессии- повар), полностью полагалась в данных вопросах на ФИО4, который имеет специальное образование в области строительства и значительный стаж и опыт работы по различным строительным специальностям. ФИО1 передала ФИО4 градостроительный план своего земельного участка, он должен был знать границы земельных участков своих родственников- ФИО 2, ФИО 3.. Однако, как специалист, взявшийся за выполнение работ, ФИО4, достоверно зная о границах земельных участков ФИО2, ФИО3 и ФИО6, самовольно, без согласования с ФИО1, произвел размещение таких объектов, как автономная канализация ( септик «Юнилос»), хозяйственный сарай и забор, ограждающий земельный участок ФИО1, с нарушениями, а именно так, что указанные объекты оказались частично расположенными за границами её земельного участка, на территории двух земельных участков ФИО 3. Об этом ФИО1 стало известно в результате проверки, проведенной Управлением Росреестра в 2017г.

В 2018г. ФИО 3 обратилась в суд с иском к ФИО1 об устранении препятствий в пользовании земельными участками, освободив их от вышеуказанных объектов (септика, сарая и забора). В ходе рассмотрения данного дела, ФИО1 вынуждена была осуществить перенос септика «Юнилос» и разместить его в границах своего земельного участка, после чего ФИО 3 в указанной части от исковых требований отказалась. При этом, в первоначальном иске, ФИО1 заявлялись требования о взыскании в её пользу 

<

данные изъяты> руб., необходимых для переноса септика, отраженных в справке оценщика ФИО 1. Фактически, затраты по переносу автономной канализации составили 

<

данные изъяты> руб., что подтверждено договором подряда №. от 24.11.2018г., заключенного с ООО «Юникс», дополнительным соглашением к договору, Актами выполненных работ. Понесенный ущерб в сумме 

<

данные изъяты> руб. истец просит взыскать с ответчиков солидарно.

Поскольку Угличским райсудом спор по иску ФИО 3 разрешен по существу, решением от 05.04.2019г. ( не вступившим в законную силу) на ФИО1 возложена обязанность перенести оставшиеся два объекта- хозяйственный сарай с навесом и забор в границы своего участка, то ФИО1 будет вынуждена понести и эти расходы. Согласно справкам оценщика ФИО 1 20.09.2018г., стоимость переноса металлического забора составит 

<

данные изъяты> руб., деревянного сарая- 

<

данные изъяты> руб.

Т.о., в счет возмещения материального ущерба, истец просит взыскать с ответчиков солидарно 

<

данные изъяты> руб. ( ущерб, причиненный повреждением и утратой имущества, переданного судебным приставом-исполнителем на ответственное хранение ФИО4 в период с 21.01.2016г. по 17.02.2017г. в сумме 

<

данные изъяты> руб.- произведенные истцом расходы по оплате за поставленную в жилой дом электроэнергию за период с 21.01.2016г. по 17.02.2017г. + 

<

данные изъяты> руб. фактические затраты по переносу септика + 

<

данные изъяты> руб. затраты, необходимые на перенос забора + 

<

данные изъяты> руб. затраты на перенос сарая).

Истцом также заявлены требования ко всем ответчикам солидарно о взыскании в счет возмещения убытков 768481, 52 руб. 

В указанной части требования мотивированы тем, что после приобретения ФИО1 в 2010г. земельного участка в д.

<

адрес>, бригадой строителей под руководством и при непосредственном участии ФИО4 осуществлено строительство жилого 

<

адрес> ( в настоящее время нумерация дома изменена на №). Несмотря на то, что между ФИО1 и ФИО4 не заключался в простой письменной форме договор подряда, именно на условиях подряда ФИО4 выполнял работы по строительству жилого дома, принадлежащего ФИО1, который она ввела в эксплуатацию в 2017г. 

Как оказалось, работы по строительству жилого дома были выполнены с нарушениями строительных норм и правил. Об этом ФИО1 стало известно из экспертного заключения ООО «Ярстройэксперт» №, выполненного по обращению ФИО1 в мае 2019г. Экспертом установлено, что работы по устройству монолитной железобетонной плиты ( фундамента), возведению наружных и внутренних ограждений конструкций, устройство перекрытий, конструкции крыши выполнены с нарушениями строительных норм и правил, требований технических регламентов, в связи с чем состояние фундаментной плиты и ограждающих конструкций является ограниченно- работоспособным. Так, толщина монолитной железобетонной плиты составляет 28-30 см при допустимых значениях в 50-200 см, обделка оконных откосов не выполнена, ограждающие конструкции наружные и внутренние выполнены из газобетонных блоков, швы имеют пустоты, что приводит к образованию мостиков холода, местами наблюдается разрушение блоков в местах опирания перемычек над проемами и в углах стен гаража, утепление наружных стен выполнено без расчетов, облицовка наружных стен металлосайдингом выполнена не в полном объеме-стыки в углах дома не имеют герметичности, наличие мостиков холода в ограждающих конструкциях приводит к образованию конденсата и дальнейшему разрушению конструкций, в местах опирания деревянных и металлических конструкций на газобетонные блоки отсутствует гидроизоляция, конструкция балкона выполнена из металлического швеллера и опирается без гидроизоляционного слоя на газобетонные блоки, что приводит к их разрушению из-за конденсата, по наружным стенам внутри помещений по штукатурному слою наблюдаются трещины.

Для приведения конструкций жилого дома в состояние, отвечающее требованиям строительных норм и правил, необходимо выполнить комплекс работ: провести инженерно-геологические изыскания, выполнить расчет монолитной плиты, выполнить усиление монолитной железобетонной плиты на основании произведенных расчетов, наружные ограждающие конструкции необходимо усилить и дополнительно утеплить. Ориентировочная стоимость приведения жилого дома в работоспособное состояние составляет 

<

данные изъяты> руб. 

Кроме того, в соответствии с Коммерческим предложением на выполнение инженерно-геологических изысканий ООО инженерной фирмы «Интергео» от 03.06.2019г. на обращение эксперта ФИО 7 выполнявшей вышеуказанное экспертное заключение, следует, что цена работ по выполнение инженерно-геологических изысканий на объекте 2-х этажный жилой дом в г.Угличе составляет 

<

данные изъяты> руб.

С учетом изложенного, истец ФИО1 полагает, что помимо расходов по приведению жилого дома в работоспособное состояние в размере 

<

данные изъяты> руб., ей дополнительно потребуется для проведения инженерно-изыскательных работ и оплаты расчета монолитной плиты порядка 

<

данные изъяты> руб. Поэтому она просит взыскать в свою пользу с ответчиков в солидарном порядке в счет возмещения убытков 768481, 52 руб.

Также истцом заявлены требования о взыскании с ответчиков в солидарном порядке в счет возмещения понесенных ею судебных расходов 67100 руб., из них:

Расходы на оплату услуг представителя- 20000 руб., на оплату услуг оценщика- 5100 руб., на оплату услуг эксперта- 41200 руб., госпошлина- 800 руб.

В суде истец ФИО1, её представитель- адвокат Онищенко Ю.Е. исковые требования, с учетом их уточнения, поддержали в полном объеме по изложенным в исках основаниям. Дополнительно пояснили следующее.

Возникшие между ФИО1 и ФИО4 правоотношения по строительству жилого дома в д.

<

адрес> следует квалифицировать как смешанные отношения подряда и хозяйственного строительства, отсутствие письменного договора не имеет юридического значения. Истцом представлены надлежащие и достаточные доказательства допущенных ответчиком при строительстве дома нарушений строительных норм и правил, технических регламентов, а также необходимости их устранения. Поскольку в настоящее время эксперту не удалось разграничить период возникновения отраженных в экспертном заключении дефектов ( какие именно - в ходе строительства, какие - в период нахождения жилого дома на ответственном хранении у ФИО4), то исковые требования заявлены истцом солидарно ко всем ответчикам. 

Вину судебных приставов-исполнителей истец усматривает в передаче её имущества на ответственное хранение ФИО4, в нарушение требований ст. ст.80, 86 ФЗ РФ от 02.10. 2007 г. N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве", а также нарушении ведомственных актов, регулирующих действия должностных лиц при наложении ареста на имущество должника. Так, в Акте ареста ( описи имущества) от 21.01.2016г. пристав указал предварительную стоимость движимого имущества, передаваемого на хранение, однако не указал стоимость недвижимого имущества - жилого дома и земельного участка, не описал их индивидуальные признаки, в т.ч. имеющиеся коммуникационные системы. Техническое состояние коммуникаций жилого дома, которые являются его неотъемлемой частью, при передаче на хранение не проверялось вообще, способ хранения не указан. При выборе взыскателя ФИО4 в качестве ответственного лица, и невозможности собственнику имущества ФИО1 пользоваться домом, при отсутствии у неё ключей и соответственно - доступа в дом, судебным приставом-исполнителем не проверялась возможность ответственного за хранение лица – ФИО4 по исполнению данной обязанности в зимний период, в т.ч. не был учтен его характер работы ( разъездной, командировки), возможность постоянного проживания в доме и поддержания систем отопления, водоснабжения, канализации, температурного режима в работоспособном состоянии. За весь период хранения приставы ни разу не осуществляли проверку переданного на хранение имущества, т.е. не контролировали действия хранителя. Совместными действиями ответчиков истцу причинен материальный ущерб.

В суде ответчик ФИО4 в лице своего представителя- адвоката Губиной Н.А. исковые требования не признал в полном объеме по следующим основаниям. 

ФИО4 обратился в суд в 2015 г. с иском к ФИО1 о признании права собственности на определенное имущество. Позже были им уточнены исковые требования, заявлены также требования о взыскании денежных средств. В период рассмотрения данного гражданского дела №2-56/2016, из строящегося дома в д.

<

адрес> стало пропадать имущество, на которое претендовал ФИО6, например телевизор. Т.е. доступ у ФИО1 в дом имелся, замки ФИО4 никогда не менял. По ходатайству ФИО4 судом были приняты обеспечительные меры по его иску, определением от 18.11.2015г. наложен арест на определенное движимое имущество, а также земельный участок и расположенный на нем жилой дом в д.

<

адрес>. 

Судебным приставом-исполнителем был составлен Акт о наложении ареста от 21.01.2016г. и ответственным хранителем данного имущества назначен ФИО4, хотя ст.86 ФЗ «Об исполнительном производстве» содержит прямой запрет на передачу недвижимого имущества на хранение взыскателю.

Представитель полагает, что в рассматриваемом случае ответственность ФИО4 как хранителя имущества заключалась в том, чтобы никем не производилось отчуждение ( реализация) арестованного имущества. 

Кроме того, на тот период времени сам ФИО4 в д. 

<

адрес> в спорном доме не проживал, 

<

данные изъяты>

Акт о наложении ареста не запрещал, в том числе ФИО1, с разрешения судебного пристава – исполнителя пользоваться домом и соответственно - самостоятельно следить за сохранностью собственного имущества, в т.ч.- поддерживать надлежащий температурный режим в доме, следить за системой отопления, -водо и энергоснабжения, канализацией. 

В марте 2016г. ФИО1 подала исковое заявление в суд о передаче ей ключей от дома в д. 

<

адрес> и об устранении препятствий в его пользовании, которое было принято судом в мае 2016г. к совместному рассмотрению с иском ФИО6. При этом, ФИО4 встречные исковые требования ФИО1 изначально не признавал. Пояснял, что он не чинит препятствия ФИО1 в пользовании домом, а назначен ответственным хранителем судебными приставами-исполнителями. Также ФИО4 устно обращался к приставу и просил произвести замену ответственного хранителя, в чем ему приставом было отказано. Ответственное хранение предполагало, что ФИО4 не вправе без разрешения судебного пристава-исполнителя передавать кому-либо, в т.ч.- ФИО1 ключи от дома, поскольку между ними имелся спор по имуществу, часть которого, находящаяся в доме, в ходе рассмотрения спора судом, стала пропадать.

Доводы ФИО1 о том, что вина ФИО4 в повреждении и утрате имущества в период ответственного хранения доказана, представитель ответчика полагала несостоятельными, поскольку представленный истцом в материалы дела Отчет ИП ФИО 1. об оценке восстановительного ремонта поврежденного имущества № составлен 30.06.2017 г., дата осмотра дома и имущества в нем- 26.06.2017 г., в приложении к отчету имеются фотоснимки, на которых стоит дата выполнения- 27.06.2017г., никаких видимых повреждений имущества на данных фотоснимках не зафиксировано. Т.о., осмотр дома и имущества в нем производился оценщиком именно в июне 2017г., т.е. спустя несколько месяцев после того, как ФИО1 были переданы ключи от дома, а не в феврале 2017г. Никаких других доказательств того, что имущество в доме было повреждено именно в период ответственного хранения и по вине ФИО6, истцом не представлено. Оценщик ФИО 1 не устанавливала причины повреждения имущества, а производила лишь оценку восстановительного ремонта. Перед передачей имущества на хранение ФИО4 судебными приставами жилой дом, расположенные в нем коммуникации, а также объекты, расположенные на земельном участке ( септик, колодец и установленное в них оборудование- насосы и т.д.) не осматривались и их наличие и техническое состояние не устанавливалось. Доступ к объектам, расположенным на земельном участке у ФИО1 имелся. Поэтому никаких доказательств того, что какое-либо имущество было утрачено и повреждено, что его стоимость понизилась в результате действий ФИО4 как ответственного хранителя, не имеется.

ФИО1 утверждает, что как только получила ключи от дома, то сразу обнаружила повреждения находившего в нем имущества. Однако, в Акте от 17.02.2017г. при передаче ключей и обеспечению доступа в дом, ФИО1 поставила свою подпись, расписавшись о том, что претензий не имеет. За все время, пока ФИО6 являлся ответственным хранителем, ФИО1 ни разу не предъявляла ему претензий за ненадлежащее состояние дома и имущества в нем. ФИО1, как собственник имущества, обязана была самостоятельно в зимний период принимать меры по отоплению дома, однако к судебным приставам – исполнителям с заявлениями о предоставлении доступа в дом не обращалась.

В части требований о возмещении ФИО4 ущерба, причиненного некачественным выполнением работ по строительству жилого дома, представитель пояснил следующее. Решением Угличского райсуда от 28.09.2016г. с ФИО1 в пользу ФИО4 взысканы денежные средства в сумме 

<

данные изъяты> руб., из них 

<

данные изъяты> руб.- стоимость строительных материалов, приобретенных ФИО4 на свои денежные средства и 

<

данные изъяты> руб.- оплата лично ФИО4 из собственных денежных средств стоимости выполненных работ третьим лицам. 

Основанием взыскания указанных денежных средств явилось неосновательное обогащение со стороны ФИО1

Т.о., вступившим в законную силу судебным решением уже установлено, что между ФИО1 и ФИО4 отсутствовали правоотношения, основанные на каком-либо договоре, в т.ч.- договоре подряда. Именно поэтому основанием взыскания послужили положения гл.60 ГК РФ, ст.ст.1102-1105 ГК РФ. 

Судом было установлено, что строительство спорного жилого дома осуществлялось сторонами, с их непосредственным участием, хозспособом, с привлечением третьих лиц ( бригад рабочих, состав которых постоянно менялся), с целью проживания в нем в т.ч. и самого ФИО4 Собственником жилого дома и земельного участка являлась и является ФИО1, которая в силу действующего законодательства и должна самостоятельно нести все риски, связанные со строительством дома. На момент вынесения решения суда в 2016г. строительство дома не было завершено, с 2015г. ФИО4 участия в его строительстве не принимал. Дом введен в эксплуатацию ФИО1 25.05.2017г. Т.о., кем, при каких условиях достраивался дом, неизвестно, как неустановленно и то, в какой период времени и по каким причинам могли возникнуть те недостатки, которые отражены в экспертном заключении, выполненном ООО «Ярстройэксперт». Доказательств вины ФИО4 в возникновении таких недостатков не имеется, правовые основания для возложения на него ответственности по возмещению стоимости их устранения, не имеется.

Аналогичная позиция ответчика ФИО4 изложена его представителем в части требований истца о взыскании стоимости переноса в границы её земельного участка трех объектов: сарая, забора и септика, установленных на земельном участке в д.

<

адрес>. В ходе рассмотрения Угличским райсудом исковых требований ФИО 3 к ФИО6 об устранении препятствий в пользовании земельным участком, судом было установлено, и не оспаривается участниками настоящего судебного разбирательства, что данные три объекта были частично расположены в границах участка ФИО 3. В ходе рассмотрения спора, септик был перенесен ФИО6 в границы её земельного участка. Решением суда от 05.04.2019г., не вступившим в законную силу, на ФИО1 возложена обязанность по переносу оставшихся двух объектов. При этом, суд исходил из того, что данная обязанность возлагается на ФИО6, как собственника данных объектов, обязанного соблюдать земельное законодательство. ФИО4 не имеет никакого отношения к данным объектам. Они устанавливались на земельном участке, принадлежащем ФИО1, в ходе строительства жилого дома и благоустройства земельного участка, при непосредственном участии самой ФИО1 При рассмотрении дела по спору между З-ными в 2016г., сама ФИО1 не отрицала, что забор устанавливала вместе с ФИО4 Отношений по договору подряда между З-ными не имелось. Именно ФИО1, как собственник земельного участка, обязана была принять меры по определению его фактических и кадастровых границ, убедиться в отсутствии наложения на границы смежных земельных участков. Доводы истца о том, что она не обладает специальными познаниями в области строительства и землепользования, не освобождают её от ответственности за соблюдение указанных требований. Разрешение на строительство, ГПЗУ выданы на имя ФИО1, осуществлять от своего имени какие-либо действия, в т.ч. по уточнению границ земельного участка, она ФИО4 в установленном законом порядке не поручала, какие-либо доверенности на его имя не оформляла. Место расположение спорных объектов определялось самой ФИО1, как собственником земельного участка, поэтому и расходы по их переносу должна нести сама ФИО1 

От ответчиков ФССП России, Управления ФССП России по Ярославской области представители в суд не явились, ходатайствовали о рассмотрении дела в их отсутствие. В отзыве на иск ФИО1 полагали заявленные ею требования необоснованными, не подлежащими удовлетворению в полном объеме. Указали, что при совершении судебным приставом-исполнителем действий по аресту (описи) имущества должника ФИО1 и передаче его на ответственное хранение взыскателю ФИО4, а также при исполнении судебного решения в части передаче ей ключей от жилого дома, нарушений требований действующего законодательства не допущено, в т.ч. ст.80, ст.86 ФЗ «Об исполнительном производстве». 

Истцом не представлено доказательств причинно-следственной связи между действиями пристава и возникновением убытков, в связи с повреждением, утратой (уменьшением стоимости) переданного на хранение имущества.

Доводы о солидарной ответственности судебных приставов-исполнителей наряду с ответчиком ФИО4 за ущерб, причиненный истцу дефектами при строительстве жилого дома и размещении объектов на земельном участке, полагали несостоятельными, не имеющими отношения к действиям судебного пристава-исполнителя. 

Представитель Угличского РОСП УФССП России по Ярославской области, действующая на основании доверенности, ФИО7, а также судебный пристав-исполнитель ФИО5 в суде исковые требования не признали в полном объеме, пояснив следующее.

В производстве Угличского отдела УФССП России по Ярославской области имелось несколько исполнительных производств, в связи с рассмотрением Угличским райсудом исков З-ных. Одно из исполнительных производств № от 12.01.2016 г. было возбуждено на основании определения суда от 18.11.2015г. о наложении ареста на имущество должника ФИО6 в пользу взыскателя ФИО6. В исполнительном листе содержалось 31 наименование имущества, в том числе- жилой дом и земельный участок и движимое имущество. Описания данного имущества в определении суда не содержалось (год выпуска, рабочее состояние или нет, марка, модель и т.д.). Также, суд не обязывал судебных приставов проверить техническое состояние этого имущества. 

18.01.2016г. ФИО6 дала пояснения судебному приставу – исполнителю, что у нее отсутствуют ключи от дома. 21.01.2016 г. был совершен выезд на место с участием должника, взыскателя, понятых. ФИО4 был назначен хранителем, принял имущество на ответственное хранение, с предупреждением об ответственности по ст. 312 УК РФ, о чем расписался в Акте. 

Замечаний в ходе данных исполнительных действий от участников не поступало, в том числе по кандидатуре лица, выбранного в качестве хранителя- ФИО4 Он лично не возражал быть хранителем имущества, не заявлял о невозможности либо затруднениях выполнения обязанности по хранению, в т.ч. не сообщал о разъездном характере своей работы, командировках. Техническое состояние описанного имущества, в т.ч. жилого дома, не проверялось, так как судебный пристав – исполнитель не может выходить за рамки исполнительного документа. Поскольку суд не указал на необходимость проверки технического состояния жилого дома, в т.ч. каких-либо коммуникаций, расположенных в нем, показаний электрического счетчика, то пристав и не должен был этого делать. 

Кроме того перечня имущества, которое было указано в определении суда, пристав не должен был накладывать арест, а соответственно - проверять наличие и техническое состояние иного имущества, имеющегося в доме. ФИО1 также никаких заявлений о замене кандидатуры хранителя и замечаний по передаче имущества на хранение не поступало, как в ходе наложения ареста, так и в период хранения, т.е. с 21.01.2016г. по 17.02.2017г. За разъяснениями исполнительного документа также никто из сторон исполнительного производства в суд не обращался. Осуществлять проверку переданного на хранение имущества судебный пристав-исполнитель не должен, поскольку ответственность за сохранность имущества несет непосредственно ответственный хранитель.

После состоявшегося судебного решения от 28.09.2016г., которым спор между сторонами был разрешен по существу, 20.01.2017г. судебным приставом – исполнителем было возбуждено еще одно исполнительное производство № о возложении обязанности на ФИО6 передать ФИО6 12 наименований имущества, расположенного в доме в д. 

<

адрес>. 23.01.2017 г. возбуждено исполнительное производство № о возложении обязанности на ФИО6 передать ключи от жилого дома и гаража ФИО6. 

17.02.2017г. ФИО6 в присутствии судебного пристава – исполнителя передал ключи ФИО6, а ФИО6 - соответственно передала Забелину то имущество, которое было указано в решении суда. Вновь никаких замечаний по ходу совершения исполнительных действий этот день от сторон исполнительного производства не поступало.

В этот день судебным приставом – исполнителем также не проверялось техническое состояние какого-либо имущества, в т.ч. отопительного оборудования, системы отопления и т.д. в доме, поскольку целью исполнительных действий это не являлось. Судебным приставом – исполнителем Угличского РОСП УФССП по ЯО был составлен Акт от 17.02.2017г., после чего пристав уехал. Обеспечительные меры в виде ареста имущества до настоящего времени не отменены. Целью ареста являлся запрет на реализацию, отчуждение, утрату имущества должником ФИО1 

В случае, если бы ФИО1 обратилась к судебному приставу-исполнителю с заявлением о том, что ей необходим доступ в дом, в т.ч. с целью проверки системы отопления, снятия показаний электрического счетчика и т.д., либо сообщила, что хранитель не исполняет свои обязанности, то приставом были бы предприняты соответствующие меры, но такого рода обращений не поступало.

Кроме того, судебный пристав – исполнитель Угличского РОСП УФССП по ЯО ФИО5 пояснила в суде, что затруднений по идентификации дома у неё 21.01.2016г. не возникло, поскольку в исполнительном листе, выданном судом, был указан его адрес, кадастровый номер, площадь, т.е. все было понятно, за разъяснением положений исполнительного документа она не обращалась. На момент передачи дома на хранение взыскателю нумерация дома была 3, а не 17. Договор хранения с ФИО6 не требовалось заключать, поскольку он был взыскателем по делу. В ходе описи имущества 21.01.2016г. пристав проверяла наличие только того движимого имущества, которое было поименовано в определении суда о наложении ареста, наличие иного имущества в доме и его техническое состояние она не проверяла и не должна была проверять, так как действовала в пределах, установленных исполнительным документом. 

Допрошенная в суд эксперт ООО «Ярстройэкспертиза» 

<

данные изъяты> пояснила, что ею по обращению заказчика ФИО1 выполнен осмотр объекта- жилого дома, расположенного в д.

<

адрес> и выполнено заключение на предмет определения состояния конструкций данного дома, соответствия выполненных строительных работ строительным нормам и правилам, требованиям технических регламентов. Выводы, изложенные в заключении, эксперт подтвердила в полном объеме.

Заслушав истца ФИО1, её представителя адвоката Онищенко Ю.Е., представителей ответчиков ФИО4- адвоката Губину Н.А., Угличского отдела РОСП УФССП России по ЯО ФИО7, судебного пристава-исполнителя ФИО5, свидетеля ФИО 6 изучив материалы настоящего гражданского дела, гражданского дела №2-56/2016, материалы исполнительных производств, материал проверки № от 18.02.2017г., суд приходит к следующему. В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб). В силу п. 1 ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Согласно п. 2 ст. 1064 ГК РФ лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. 

В силу ст.1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. В части взыскания солидарно с ответчиков в пользу истца убытков, связанных с необходимостью устранения выявленных недостатков жилого дома, расположенного в д.

<

адрес>, суд полагает заявленные требования необоснованными и не подлежащими удовлетворению в полном объеме.

Заявляя данные требования, истец ссылается на экспертное заключение, выполненное ООО «Ярстройэксперт» №., а также на то, что в ходе обследования жилого дома эксперт не смог разграничить какие недостатки возникли при строительстве, а какие - могли возникнуть в период, когда жилой дом был передан судебным приставом-исполнителем на ответственное хранение ФИО4, поэтому данные требования заявлены ко всем ответчикам солидарно.

Суд соглашается с доводами ответчиков о том, что каких-либо доказательств вины Федеральной службы судебных приставов РФ, Управления Федеральной службы судебных приставов по Ярославской области, Угличского отдела судебных приставов УФССП России по Ярославской области, судебного пристава-исполнителя Угличского РОСП УФССП РФ по Ярославской области ФИО5 в причинении убытков истцу в указанной части в материалы дела не представлено. Какого-либо отношения к строительству спорного индивидуального жилого дома данные ответчики не имеют. Доказательств того, что отраженные в экспертном заключении определенные недостатки жилого дома ( трещины по штукатурному слою стен внутри помещений) могли возникнуть либо возникли именно в период с января 2016г. по февраль 2017г. ( период ответственного хранения), по причине заморозки системы отопления, также не имеется. Из экспертного заключения следует, что перед экспертом не ставился вопрос о возможных причинах возникновения недостатков в ходе эксплуатации дома, а напротив, на его разрешение ставился вопрос о соответствии выполненных именно при строительстве жилого дома работ строительным нормам и правилам. В ответах эксперта содержатся суждения о выявленных нарушениях ( несоблюдении технологии производства определенных видов работ, использование некачественных материалов), допущенных именно при строительстве жилого дома.

Также суд полагает необоснованными требования истца к вышеуказанным ответчикам- Федеральной службе судебных приставов РФ, Управлению Федеральной службы судебных приставов по Ярославской области, Угличскому отделу судебных приставов УФССП России по Ярославской области, судебному приставу-исполнителю Угличского РОСП УФССП РФ по Ярославской области ФИО5 в части возмещения убытков, связанных с переносом ею трех объектов ( сарая, забора и септика), установленных с нарушениями границ смежных землепользователей, поскольку к установке спорных объектов данные ответчики никакого отношения не имеют, доказательств их вины в причинении убытков истцу отсутствует.

В части аналогичных требований, направленных к ответчику ФИО4, суд учитывает следующее.

Истец обосновывает свои требования к ФИО4 в указанной части ( недостатки при строительстве жилого дома и неправильном размещении трех спорных объектов) наличием с данным ответчиком отношений по договору подряда. Суд полагает данные доводы несостоятельными, основанными на неверном толковании истцом норм права. В силу положений статьи 309 Гражданского кодекса РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются (п. 1 ст. 310 Гражданского кодекса РФ). Согласно пункту 1 статьи 702 Гражданского кодекса РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его. На основании пункта 1 статьи 740 Гражданского кодекса РФ по договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену. В случаях, когда по договору строительного подряда выполняются работы для удовлетворения бытовых или других личных потребностей гражданина (заказчика), к такому договору соответственно применяются правила параграфа 2 настоящей главы о правах заказчика по договору бытового подряда. В силу пункта 1 статьи 730 Гражданского кодекса РФ, по договору бытового подряда подрядчик, осуществляющий соответствующую предпринимательскую деятельность, обязуется выполнить по заданию гражданина (заказчика) определенную работу, предназначенную удовлетворять бытовые или другие личные потребности заказчика, а заказчик обязуется принять и оплатить работу. Пунктом 3 статьи 730 Гражданского кодекса РФ закреплено, что к отношениям по договору бытового подряда, не урегулированным настоящим Кодексом, применяются законы о защите прав потребителей и иные правовые акты, принятые в соответствии с ними. В соответствии с пунктом 1 статьи 737 Гражданского кодекса РФ, в случае обнаружения недостатков во время приемки результата работы или после его приемки в течение гарантийного срока, а если он не установлен, - разумного срока, но не позднее двух лет (для недвижимого имущества - пяти лет) со дня приемки результата работы, заказчик вправе по своему выбору осуществить одно из предусмотренных в статье 723 настоящего Кодекса прав либо потребовать безвозмездного повторного выполнения работы или возмещения понесенных им расходов на исправление недостатков своими средствами или третьими лицами. Согласно части 1 статьи 434 Гражданского кодекса РФ, договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма. В соответствии с пунктом 1 статьи 161 Гражданского кодекса РФ договор бытового подряда должен быть совершен в простой письменной форме. Несоблюдение простой письменной формы лишает стороны соглашения права ссылаться в подтверждение соглашения и его условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства (п. 1 ст. 162 ГК РФ).

В силу ст.61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Установлено, что по спору между ФИО4 и ФИО1, решением Угличского райсуда от 28.09.2016г., вступившим в законную силу, с ФИО1 в пользу ФИО4 взысканы денежные средства в сумме 

<

данные изъяты> руб., из них 

<

данные изъяты> руб.- стоимость строительных материалов на строительство жилого дома, приобретенных лично ФИО4 на свои денежные средства и 

<

данные изъяты> руб.- оплата лично ФИО4 из собственных денежных средств стоимости выполненных работ третьими лицами. Основанием взыскания указанных денежных средств явилось неосновательное обогащение со стороны ФИО1

При этом, судом было установлено, что между ФИО1 и ФИО4 отсутствовали правоотношения, основанные на каком-либо договоре, 

<

данные изъяты>, акты выполненных работ не подписывались и не составлялись, к работам привлекались третьи лица (бригады рабочих, состав которых постоянно менялся). Расчет с рабочими осуществлял лично ФИО4 своими денежными средствами, который также оплачивал доставку материалов и транспортные расходы. ФИО4 строил дом совместно с ФИО1, с намерением лично пользоваться этим жилым домом ( л.д.12-13 решения от 28.09.2016г.). Основанием взыскания денежных средств с ФИО6 в пользу ФИО6 послужили положения гл.60 ГК РФ, ст.ст.1102-1105 ГК РФ, а не гл.37 ГК РФ о подряде. 

То обстоятельство, что ФИО4 принимал непосредственное участие своим трудом в выполнении конкретных строительных работ, не может являться основанием для установления его ответственности перед ФИО1 за надлежащее качество этих работ по договору подряда. ФИО1, как собственником земельного участка в 2010г. было принято решение о строительстве индивидуального жилого дома, получено разрешение на строительство, ГПЗУ. При этом, ею был избран способ ведения строительства- без разработки индивидуального проекта, проведения геодезических изысканий, хозспособом, с привлечением третьих лиц. 

Договор на организацию строительства с какими-либо подрядчиками она не заключала. ФИО4 не являлся индивидуальным предпринимателем, занимающимся выполнением строительных работ и услуг, в строительстве дома принимал участие по собственной инициативе, в собственных же интересах. 

С учетом данных обстоятельств, суд пришел к выводу о том, что ФИО1 как лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество за счет другого лица, обязана возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), а именно денежные средства, потраченные лично ФИО4 на приобретение строительных материалов при строительстве жилого дома, их доставку, транспортные расходы и на расчет с рабочими за выполненные работ. 

Доказательств того, что недостатки жилого дома, отраженные в экспертном заключении, явились следствием виновных действий ответчика ФИО4, состоящих из несоблюдения технологии производства работ при строительстве дома, использовании некачественных материалов, истцом не представлено. Как уже отмечалось выше, решение о строительстве дома принималось собственником земельного участка- ФИО1, ею выбран хозяйственный способ застройки ( в т.ч.- в целях экономии денежных средств, как поясняла сама истец), она принимала непосредственное участие в выполнении определенных работ, в т.ч.- в установке забора, который в настоящее время обязана перенести в границы своего участка. Как собственник и застройщик вновь создаваемого объекта, ФИО1 обязана была осуществлять контроль за этапами его строительства. Доводы ФИО1 о том, что она полностью доверила вопросы, связанные со строительством жилого дома, в т.ч. приобретение строительных материалов, контроль за выполнение работ третьими лицами, ФИО4, который обладал определенным опытом в строительстве объектов, суд полагает несостоятельными. Ни законом, ни каким-либо договором (подряда, поручительства, инвестирования и т.д.) такие обязанности на ФИО4 при строительстве дома не были возложены. Проект дома не разрабатывался, этапы и сроки выполнения работ и их завершения не оговаривались, смета не составлялась. Установлено, что все работы по заливке фундамента, возведению ограждающих конструкций ( кладке стен и т.д.), установке каркаса крыши были выполнены до ноября 2011г. ( л.д.8 решения от 28.09.2016г.). При этом, со стороны застройщика ФИО1 никаких претензий не возникало ни к ФИО4, ни к иным лицам, выполнявшим различные виды работ, по их качеству. Т.е. качество выполненных работ по строительству её устраивало. Суд принимает во внимание, что осмотр жилого дома производился экспертом ООО «Ярстройэксперт» по прошествии 8 лет ( в 2019г.) после выполнения основных работ по строительству дома, хотя никаких препятствий у ФИО1 к своевременному обнаружению недостатков не имелось, возможность обращения в специализированные организации существовала всегда. ФИО4 не принимал участие в строительстве с 2015г., т.е. с того времени, как объект оставался незавершенным строительством. Его ввод в эксплуатацию осуществлен ФИО1 только в 2017г. При каких условиях происходило завершение строительства жилого дома и его дальнейшая эксплуатация, неизвестно. С учетом данных обстоятельств, суд полагает не подлежащими удовлетворению требования истца к ответчику ФИО4 в указанной части исковых требований.

В части требований о взыскании убытков, связанных с переносом трех объектов ( сарая, забора и септика), направленных к ответчику ФИО4, суд также полагает исковые требования не подлежащими удовлетворению, а доводы истца о возложении ответственности за их неправильную установку на ответчика ФИО4- несостоятельными. Факт частичного расположения спорных объектов на чужом земельном участке- смежного землепользователя ФИО 3. стороны в ходе рассмотрения настоящего спора не оспаривали. Вместе с тем, суд учитывает, что ФИО1 с 2010г. является собственником земельного участка с кадастровым номером № в д.

<

адрес>, а также собственником расположенного на нем жилого дома и хозяйственных построек, в т.ч.- спорных объектов. Эти объекты устанавливались в ходе строительства жилого дома и благоустройства земельного участка, при непосредственном участии самой ФИО1, что отражено в решении суда от 28.09.2016г.

При рассмотрении дела по спору между З-ными в 2016г., сама ФИО1 не отрицала, что забор устанавливала совместно с ФИО4 Отношений по договору подряда либо иному договору между З-ными не имелось. Именно ФИО1, как собственник земельного участка, в силу ст.263 ГК РФ вправе возводить на нем здания и сооружения, осуществлять их перестройку и снос, разрешать строительство на своем участке другим лицам. Эти права осуществляются при условии соблюдения градостроительных и строительных норм и правил, а также требований о целевом назначении земельного участка. В соответствии со ст.42-43 Земельного кодекса РФ граждане осуществляют принадлежащие им права на земельные участки по своему усмотрению. Собственники земельных участков обязаны соблюдать при использовании земельных участков требования градостроительных регламентов, строительных и иных правил, нормативов, осуществлять на земельных участках строительство, реконструкцию зданий, сооружений в соответствии с требованиями законодательства о градостроительной деятельности. С учетом данных требований, ФИО1 обязана была, до размещения спорных объектов, принять меры по определению фактических и кадастровых границ принадлежащего ей земельного участка, убедиться в отсутствии наложения на границы смежных земельных участков при размещении каких-либо объектов. Доводы истца о том, что она не обладает специальными познаниями в области строительства и землепользования, не освобождают её от ответственности за соблюдение указанных требований. Разрешение на строительство, ГПЗУ выданы на имя ФИО1 Осуществлять от своего имени какие-либо действия, в т.ч. по уточнению границ земельного участка, она ФИО4 в установленном законом порядке не поручала, какие-либо доверенности на его имя не оформляла. С учетом изложенного, оснований для взыскания с ответчика ФИО4 расходов по переносу спорных объектов не имеется.

В части требований истца о взыскании с ответчиков ущерба, причиненного повреждением и утратой принадлежащего ей имущества в период его ответственного хранения, суд учитывает следующее. В силу пункта 1 статьи 886 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности. Подпунктом 1 пункта 1 статьи 161 и пунктом 1 статьи 887 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что договор хранения между юридическим лицом и гражданином должен быть заключен в письменной форме. В соответствии с пунктом 2 статьи 887 Гражданского кодекса Российской Федерации простая письменная форма договора хранения считается соблюденной, если принятие вещи на хранение удостоверено хранителем выдачей поклажедателю сохранной расписки, квитанции, свидетельства или иного документа. В соответствии со статьей 906 Гражданского кодекса Российской Федерации правила главы 47 указанного кодекса применяются к обязательствам хранения, возникающим в силу закона, если законом не установлены иные правила.

Согласно ч. 1 статьи 86 Федерального закона от 2 октября 2007 г. N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" недвижимое имущество должника, на которое наложен арест, передается под охрану под роспись в акте о наложении ареста должнику или членам его семьи, назначенным судебным приставом-исполнителем, либо лицу, с которым Федеральной службой судебных приставов или ее территориальным органом заключен договор. Движимое имущество должника, на которое наложен арест, передается на хранение под роспись в акте о наложении ареста должнику или членам его семьи, взыскателю либо лицу, с которым Федеральной службой судебных приставов или ее территориальным органом заключен договор. Хранение документов, подтверждающих наличие и объем имущественных прав должника, а также движимого имущества может осуществляться в подразделении судебных приставов при условии обеспечения их сохранности ( ч.2 ст.86).

Лицо, которому судебным приставом-исполнителем передано под охрану или на хранение арестованное имущество, не может пользоваться этим имуществом без данного в письменной форме согласия судебного пристава-исполнителя. Судебный пристав-исполнитель не вправе давать такое согласие в отношении ценных бумаг, переданных на хранение депозитарию, а также в случае, когда пользование имуществом в силу его свойств приведет к уничтожению или уменьшению ценности данного имущества. Согласие судебного пристава-исполнителя не требуется, если пользование указанным имуществом необходимо для обеспечения его сохранности. Лицо, которому судебным приставом-исполнителем передано под охрану или на хранение арестованное имущество, если таковым не является взыскатель, должник или член его семьи, получает вознаграждение и возмещение понесенных расходов по охране или хранению указанного имущества за вычетом фактически полученной выгоды от его использования. ( ч.3-4 ст.86). При необходимости смены хранителя судебный пристав-исполнитель выносит постановление. Передача имущества новому хранителю осуществляется по акту приема-передачи имущества ( ч.5 ст.86). Анализ приведенных выше норм позволяет сделать вывод о том, что правила главы 47 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются к обязательствам лица, которому судебными приставами-исполнителями передано на хранение арестованное имущество должника. Подтверждением возникновения такого обязательства является Акт о наложении ареста на имущество с подписью лица, получившего это имущество на хранение. Установлено, что в ходе рассмотрения Угличским райсудом гражданского дела №2-56/2016 по иску ФИО4 к ФИО1, истцом ФИО4 было заявлено ходатайство об обеспечительных мерах в виде наложения ареста на спорное имущество. Определением Угличского райсуда от 18.11.2015г. ходатайство ФИО4 удовлетворено, в качестве обеспечительных мер наложен арест на имущество, принадлежащее ФИО1, находящееся по адресу: 

<

адрес>, состоящее из 30 наименований движимого имущества, а также на земельный участок с кадастровым номером № с находящимся на нем жилым домом № в д.

<

адрес>.

Постановлением судебного пристава-исполнителя Угличского РОСП от 12.01.2016г. на основании исполнительного листа, выданного Угличским райсудом 19.11.2015г., возбуждено исполнительное производство №-ИП, а также наложен арест на имущество, поименованное в судебном определении о принятии обеспечительных мер.

Часть движимого имущества, перечисленного в судебном определении, находилась в жилом доме в д.

<

адрес>. В соответствии с Актом о наложении ареста ( описи имущества), оформленном судебным приставом-исполнителем Угличского РОСП УФССП России по Ярославской области ФИО5 от 21.01.2016г., произведен арест имущества должника ФИО1, находящегося в д.

<

адрес>. При оформлении данного Акта, помимо понятых и судебного пристава-исполнителя, присутствовали должник ФИО1 и взыскатель- ФИО4 В Акте имеется описание движимого имущества, с указанием его количества и стоимости, всего 19 наименований. 

Под п.20 поименован земельный участок с указанием кадастрового номера и площади и жилой дом с указанием площади. Арест включал запрет распоряжаться имуществом, режим хранения избран- «с правом пользования арестованным имуществом». Указанное в Акте описи имущество передано на ответственное хранение взыскателю- ФИО4, который письменно предупрежден об ответственности за передачу переданного имущества другим лицам без письменного разрешения судебного пристава-исполнителя, растрату, отчуждение, сокрытие, незаконную передачу вверенного на хранение имущества, о чем имеется соответствующая подпись лица, избранного в качестве ответственного хранителя- ФИО4

Суд учитывает, что при передаче недвижимого имущества- земельного участка и расположенного на нем жилого дома на ответственное хранение взыскателю ФИО4, судебным приставом-исполнителем нарушены вышеуказанные требования закона, а именно ч.1 ст.86 о запрете передавать недвижимое имущество на хранение взыскателю. Такая передача возможна только должнику, либо членам его семьи, либо лицу, с которым заключен договор. Вместе с тем, поскольку ФИО4 не обжаловал действия судебного пристава-исполнителя, согласился с назначением его ответственным хранителем, принял имущество на хранение, расписался в Акте о наложении ареста (описи имущества) от 21.01.2016г., то на него распространялись обязанности хранителя, предусмотренные положениями статей 891 и 900 Гражданского кодекса Российской Федерации, и он как хранитель отвечал за утрату, недостачу или повреждение вещей, принятых на хранение, по основаниям, предусмотренным статьей 401 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 1 статьи 901 указанного кодекса). Согласно пунктам 1 и 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство. Размер ответственности хранителя определяется в соответствии с положениями статьи 902 Гражданского кодекса Российской Федерации. Требования истца ФИО1 о взыскании с ответчиков солидарно ущерба, причиненного в период ответственного хранения имущества, складываются из стоимости движимого имущества, которое, по мнению истца, пропало (похищено ФИО4 либо утрачено им иным способом) и было повреждено данным ответчиком, т.е. до начала хранения данное имущество имелось в доме и не имело повреждений, а после окончания хранения либо пропало, либо было испорчено, а именно : повреждены радиаторы отопления ( лопнули, деформированы секции в количестве 6 шт.), унитаз в санузле на первом этаже дома- пропало крепление к полу, т.е. был закреплен до передачи дома на хранение, после хранения- крепление пропало), пропал унитаз, установленный на втором этаже, отрезана подводка воды, в подсобном помещении кладовки отсутствовал вентилятор вытяжной, в котельной на первом этаже отсутствовал циркулярный насос «Грюндфос», в электрощите на первом этаже были оборваны провода ( в связи с чем в доме отсутствовало электричество), печь газогенераторная «Бренеран» в котельной на первом этаже имела повреждения ( сломан шаровый кран, разрушена нижняя разводка, имелась течь внутри котла), электроотопительный котел Вармос в котельной на первом этаже не работал, был разморожен, также и водонагреватель «Электролюкс» был разморожен, имелась течь внутри бака, у расширительного мембранного бака Рефикс в котельной на первом этаже- был сломан пульт управления, электрическая печь Харвия в парной была сломана, отсутствовали детали, погружной насос подачи воды в дом «Джилекс», ранее установленный в водопроводном колодце на улице у дома, был обнаружен истцом в сарае с отрезанной вилкой, т.е. находился в нерабочем состоянии, фекальный насос «Джилекс», установленный в септике на улице, отсутствовал, в самом септике «Юнилос» был поврежден блок управления. Кроме того, в спальне на втором этаже ранее был установлен видеорегистратор, который оказался спрятан в диван и был сломан, с лестницы, ведущей на второй этаж дома были сняты деревянные ступени, которые пришлось восстанавливать. Стоимость восстановительного ремонта в соответствии с отчетом об оценке №, выполненном оценщиком ФИО 1 составила 

<

данные изъяты> руб. Разница с суммой, указанной в отчете и фактическими затратами, понесенными истцом, составила 

<

данные изъяты> руб.(в отчете указана стоимость погружного насоса «Джилекс» 

<

данные изъяты> руб., ФИО1 приобрела новый насос за 

<

данные изъяты> руб., стоимость деталей для его установки - 

<

данные изъяты> руб., всего- 

<

данные изъяты> руб.), стоимость котла Вармос по отчету составила 

<

данные изъяты> руб., истец приобрела котел стоимостью 

<

данные изъяты> руб. Всего- 

<

данные изъяты> руб.

С учетом стоимости ремонта видеорегистратора- 

<

данные изъяты> руб., стоимости работ по диагностике погружного насоса из колодца- 

<

данные изъяты> руб. восстановления лестницы- 

<

данные изъяты> руб., общий размер ущерба, причиненный повреждением и утратой имущества, переданного судебным приставом-исполнителем на ответственное хранение ФИО4 в период с 21.01.2016г. по 17.02.2017г., составил 281798,00 руб. Разрешая требования истца в указанной части, суд полагает, что они подлежат частичному удовлетворению, с учетом того, что в ходе рассмотрения дела не представлено доказательств вины ответчиков в утрате либо повреждении части заявленного истцом имущества, а именно того имущества, которое не связано с повреждением системы отопления в доме: отсутствие крепления унитаза в санузле на первом этаже дома, отсутствие унитаза, установленного на втором этаже, срезание подводки воды, отсутствие вентилятора вытяжного, повреждение электрической печи Харвия в парной, отсутствие погружного насоса подачи воды в дом «Джилекс», установленного в водопроводном колодце на улице у дома, повреждение фекального насоса «Джилекс», установленного в септике на улице, повреждение блока управления в самом септике «Юнилос», повреждение видеорегистратора, электропроводки, отсутствие на лестнице, ведущей на второй этаж дома, деревянных ступеней. Обосновывая свои требования по данному имуществу, истец ссылается на те обстоятельства, что его повреждение либо утрата могли произойти исключительно в период ответственного хранения и вследствие действий ответчиков по его ненадлежащему хранению, т.е. с января 2016г. по февраль 2017г., когда у неё самой отсутствовал доступ в дом. При этом истец исходит из того, что поскольку в Акте описи (ареста имущества) от 21.01.2016г. судебный пристав-исполнитель не отразил какие-либо повреждения либо отсутствие части имущества, находящегося в доме и объектах, расположенных на земельном участке (колодце и септике), то значит никаких повреждений данного имущества не имелось и все оно было в наличии на момент передачи дома на хранение ФИО4 После того, как ключи от дома были переданы ФИО1, т.е. в феврале 2017г., вышеуказанное имущество оказалось поврежденным либо вообще пропало, что подтверждено материалом проверки по обращению ФИО1 в полицию и отчетом оценщика. С указанными доводами истца суд не соглашается. При оформлении Акта о наложении ареста (описи имущества) от 21.01.2016г. судебным приставом-исполнителем осматривалось только то движимое имущество, которое было поименовано в определении Угличского райсуда об обеспечительных мерах. Иное движимое имущество предметом ареста не являлось, поэтому его наличие либо отсутствие, а также техническое состояние судебным приставом-исполнителем не проверялось. По состоянию на январь 2016г. дом в д.

<

адрес> был незавершен строительством, это видно из имеющихся в материалах настоящего гражданского дела и гражданского дела №2-56/16 отчетах об оценке имущества, в т.ч. имеющихся в них фотоснимках, в т.ч. лестница не была закончена. Доказательств того, что вышеперечисленная часть имущества была повреждена либо утрачена в результате действий всех ответчиков либо кого-то одного из них, и именно в период ответственного хранения, не имеется. Установлено, что доступ в дом у истца до января 2016г. имелся. Часть имущества ( погружной насос, фекальный насос, септик) располагалась не в доме, а на объектах, расположенных на улице, к которым доступ у истца имелся без каких-либо ограничений. Оценщик ФИО 1 в феврале 2017г. не осматривала объекты, расположенные на земельном участке, в т.ч.- колодец, в котором был установлен погружной насос, септик. Осмотр дома проводился ею в июне 2017г., т.е. спустя продолжительное время после передачи ключей от дома ФИО4 ФИО1, в связи с чем отчет об оценке не может являться доказательством утраты конкретного имущества в результате действий ответчиков в период хранения. Довод истца о повреждении электропроводки не соответствует действительности. Ею заявлены требования к ответчикам о возмещении расходов по оплате электроэнергии, которая поставлялась в жилой дом именно в период хранения. Т.е., в данный период энергоснабжение дома не приостанавливалось и не прекращалось. Представитель ответчика ФИО4 адвокат Губина Н.А. в суде пояснила, что на фотоснимке, приобщенном к отчету об оценке ФИО 1л.18) отображен электрощит, в котором имеется электропроводка, в т.ч. посредством которой планировалось энергоснабжение второго этажа дома. Однако, она не была закончена, электроэнергия на второй этаж не была подключена на момент передачи дома на ответственное хранение. Никаких повреждений проводов в щите не имелось. Данные доводы ничем не опровергнуты, доказательств обратного истцом не представлено. С учетом изложенного, период возникновения повреждений данного имущества, его утраты и их причины, не установлены. Доводы ответчиков об их непричастности к таким повреждениям и утрате, ничем не опровергнуты, в связи с чем в удовлетворении требований о взыскании с ответчиков стоимости данной части имущества ( не связанной с повреждением системы отопления), суд отказывает. Вместе с тем, суд полагает обоснованными требования истца относительно взыскания с ответчиков ущерба, причиненного повреждением имущества, входящего в состав системы отопления в жилом доме, по следующим основаниям. По мнению суда, данная система является неотъемлемой частью жилого дома. При наложении ареста на имущество должника, в т.ч.- жилой дом в д.

<

адрес>, который производился судебным приставом-исполнителем в зимний период времени- 21.01.2016г., и принятии решения о передаче жилого дома на ответственное хранение взыскателю ( в нарушение требований ст.86 ФЗ «Об исполнительном производстве»), данная система не осматривалась, вопрос о способе её сохранности силами ответственного за хранение лицом ( в т.ч.- его реальной возможности поддерживать данную систему в технически исправном состоянии), не решался. Установлено, и не оспаривалось ответчиками в суде, что работа ФИО4 в период хранения имела разъездной характер, в т.ч. он направлялся в длительные командировки ( около 14 дней) и отсутствовал в г.Угличе. Из его объяснений от 18.02.2017г. и от 19.04.2017г., данных в рамках проверки правоохранительными органами по обращению ФИО1 от 17.02.2017г. (материал проверки КУСП №,1830/325 от 18.02.2017г. ) следует, что система отопления в доме была заполнена, он периодически приезжал и включал её, т.е. пользовался, топил дровяной котел. В январе 2017г. ФИО4 уехал в командировку на 14 дней. В этот период в дом никто не приходил, так как ключ был только у него, были сильные морозы и вода замерзла в трубах, был поврежден котел ( коллектор), разморозилась система отопления. Указанные объяснения суд полагает допустимыми доказательствами, полученными в ходе проверки правоохранительными органами по обращению ФИО1 При этом ФИО4 разъяснялись положения ст.51 Конституции РФ, ст.17.9 КоАП РФ. При оценке данных доказательств суд исходит из того, что после обнаружения факта заморозки системы отопления, ФИО4, как лицо, ответственное за хранение имущества должника, не предпринял мер к сохранению данного имущества, не сообщил о случившемся судебному приставу-исполнителю. Скрыв данное обстоятельство, он 17.02.2017г. фактически передал вверенное ему на хранение имущество в поврежденном состоянии. С доводами ответчика ФИО4 в лице его представителя адвоката Губиной Н.А. о том, что в ходе рассмотрения дела истцом не представлено доказательств того, что система отопления была повреждена именно в период ответственного хранения имущества ФИО4 и в результате её разморозки в данный период, суд не соглашается. Как уже отмечалось выше, сам факт разморозки системы отопления в период января 2017г. ФИО4 не оспаривал. Из пояснений оценщика ФИО 1., допрошенной в суде в качестве свидетеля, следует, что 17.02.2017г. она приезжала в жилой дом, принадлежащий ФИО1 и расположенный в д.

<

адрес>, по её просьбе. В доме находилась в нерабочем состоянии система отопления в результате заморозки в ней воды. Поэтому оценщик в данный день не смогла произвести детальный осмотр имущества с целью выявления объема повреждения и определения стоимости его восстановительного ремонта. Для этого требовалось наступление положительного температурного режима в помещении, в связи с чем осмотр был отложен до летнего периода. В июне 2017г. такой осмотр был оценщиком проведен и по его итогам составлен отчет об оценке. Данные обстоятельства также подтверждены заявлениями и объяснениями ФИО1 в полицию в феврале 2017г. Т.о. период возникновения повреждений системы отопления суд полагает установленным достоверно - январь 2017г., т.е. период ответственного хранения имущества. Доводы представителя ответчика ФИО4 адвоката Губиной Н.А. о том, что доказательств объема и причин возникновения данных повреждений не имеется, суд полагает несостоятельными. Объем повреждений зафиксирован в отчете об оценке № оценщика ФИО 1 и не опровергнут ответчиками. Судом в качестве свидетеля допрошен ФИО 6, являющийся индивидуальным предпринимателем и осуществляющий деятельность по производству санитарно- техническим работам, монтажу инженерного оборудования, производству электромонтажных и строительных работ, в т.ч.- по прокладке трубопроводов. Данный свидетель, исходя из опыта своей работы, пояснил, что причинами повреждения радиаторов отопления, циркулярного насоса подачи воды «Грюндфос», печи газогенераторной «Бренеран», электроотопительного котла Вармос, водонагревателя «Электролюкс» и расширительного мембранного бака Рефикс ( повреждения реле давления, которое ошибочно в отчете оценщика поименовано как «разрушение пульта управления») могла являться заморозка системы отопления, поскольку указанное оборудование связано с системой отопления, было заполнено водой. Также данный свидетель пояснил, что хотя на фотоснимках, имеющихся в отчете об оценке № ФИО 1 не зафиксированы видимые повреждения перечисленных объектов ( например - радиаторов, помимо их коррозии, выдавливания прокладок), но повреждения данных объектов в результате заморозки системы отопления могли быть скрытыми ( течь внутри котла, водонагревателя и т.д.) и не обнаруживаться при внешнем осмотре. Суд также учитывает, что ответчиками не представлено доказательств того, что указанные повреждения имелись в меньшем объеме, имели иные причины возникновения, а также могли быть устранены истцом непосредственно после их обнаружения, т.е. в зимний период времени. При определении размера ущерба, причиненного истцу в указанной части, суд берет за основу вышеуказанный отчет об оценке № и локальный сметный расчет на ремонтные работы, выполненные ИП ФИО 1 в соответствии с которыми стоимость оборудования, подлежащего ремонту и покупке составила 

<

данные изъяты> руб. ( радиаторы отопления 6 секций- 

<

данные изъяты> руб., печь «Бренеран»- 

<

данные изъяты> руб., электрокотел Вармос- 

<

данные изъяты> руб., электрический водонагреватель «Электролюкс»- 

<

данные изъяты> руб., расширительный мембранный бак Рефикс- 

<

данные изъяты> руб., циркулярный насос подачи воды Грюндфос- 

<

данные изъяты> руб.). Доказательств того, что у истца отсутствовала возможность фактически приобрести данное имущество по стоимости, указанной оценщиком, истцом в материалы дела не представлено. Стоимость работ по установке, монтажу данного оборудования, в соответствии с локальным сметным расчетом, составила 

<

данные изъяты> руб. Т.о. всего размер ущерба равен 147344, 68 руб. Суд полагает, что оснований для возложения солидарной ответственности на ответчиков в рассматриваемом случае не имеется. С учетом того, что в ходе рассмотрения дела установлена вина как судебного пристава-исполнителя ( передача имущества должника на хранение ненадлежащему лицу, не принятие мер по контролю за сохранностью переданного имущества и действиями ответственного хранителя), так и самого хранителя ФИО4 ( действия которого по ненадлежащему хранению описаны выше), суд полагает возможным определить обязанность по возмещению причиненного ущерба истцу ответчиками в равных долях - по 1/2 доле каждым. С учетом того, что в качестве представителя ответчика по основному обязательству о возмещении вреда с Российской Федерации за счет казны Российской Федерации выступает ФССП России, то суд взыскивает с ответчика ФИО4 и РФ в лице ФССП РФ за счет казны РФ по 73672, 34 руб. с каждого.

Истцом также заявлены требования о взыскании с ответчиков солидарно 7066,44 руб.- произведенные ею расходы по оплате за поставленную в жилой дом электроэнергию за период с 21.01.2016г. по 17.02.2017г. (в первоначальном иске- 12000 руб., но просит по уточненному- 7077,44 руб.). 

Данные требования мотивированы тем, что в указанный период ФИО1 не имела доступа в дом, соответственно не могла пользоваться электроэнергией. ФИО4 в указанный период имел доступ в дом, проживал в нем, осуществлял работы по деревообработке на станках, размещенных в гараже, т.е. пользовался поставляемой электроэнергией. В указанной части заявленные требования суд полагает необоснованными, не подлежащими удовлетворению. Правоотношения, возникающие на основании договоров энергоснабжения, регулируются гл.30 пар. 6 ст.ст.539-548 ГК РФ, нормами жилищного законодательства, которыми установлено в т.ч., что оплата поставленной электроэнергии производится за фактически принятое абонентом количество электроэнергии, порядок расчетов определяется договором. Истцом не оспаривалось, что абонентом по договору энергоснабжения является именно она, как собственник жилого дома в д.

<

адрес>. То обстоятельство, что в определенный период дом передавался на ответственное хранение иному лицу- ФИО4, не дает основание для взыскания с данного лица стоимости поставленной в жилой дом электроэнергии в силу положений ФЗ «Об исполнительном производстве», указанные расходы подлежат взысканию с собственника имущества. Доказательств того, в указанный период лицо, ответственное за хранение, ФИО4 в собственных интересах потреблял поставляемую в жилой дом электроэнергию, в т.ч.- осуществлял какие-либо виды работ по деревообработке на станках, размещенных в гараже, в материалы дела не представлено. 

Истцом заявлены требования о возмещении ответчиками судебных расходов в сумме 67100 руб., состоящих из: расходов на оплату услуг представителя- 20000 руб., на оплату услуг оценщика- 5100 руб., на оплату услуг эксперта- 41200 руб., госпошлины- 800 руб. Суд полагает, что из указанных расходов подлежат исключению расходы на оплату услуг эксперта ООО «Ярстройэксперт» в сумме 41200 руб., поскольку в удовлетворении требований истца о возмещении ущерба, причиненного некачественным строительством дома, доказательством которого и являлось данное экспертное заключение, суд отказывает.

Остальные расходы являлись для истца необходимыми, понесены им реально, отчет об оценке принят судом в качестве доказательства по делу, расходы по оплате услуг представителя в сумме 20000 руб. соразмерны объему оказанных представителем услуг, его участию в деле, с учетом категории его сложности, состоявшихся судебных заседаний. С учетом того, что исковые требования заявлены на сумму 1219345 руб., удовлетворены частично на сумму 147344, 68 руб., в соответствии со ст. 98 ГПК РФ, размер подлежащих возмещению истцу судебных расходов составляет 3129, 73 руб., т.е. каждым из ответчиков по 1564, 86 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 удовлетворить частично, взыскать в её пользу с РФ в лице Федеральной службы судебных приставов РФ за счет казны РФ 73672, 34 руб. в счет возмещения материального ущерба, в счет возмещения судебных расходов- 1564,86 руб.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО1 73672, 34 руб. в счет возмещения материального ущерба, в счет возмещения судебных расходов-1564,86 руб.

В остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Ярославский областной суд через Угличский районный суд путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца со дня вынесения в окончательной форме.

Судья: О.В. Долгощинова