Дело №2-23/2019 (42OS0000-01-2019-000094-04)

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Новокузнецк Кемеровской области 18 июня 2019 года

Кемеровский областной суд в составе председательствующего судьи Коршунова Б.В., 

с участием государственного обвинителя - прокурора отдела государственных обвинителей уголовно-судебного управления прокуратуры Кемеровской области ФИО1,

потерпевших А., Б.,

подсудимого ФИО2, 

защитника – адвоката Шиловой О.А.,

при секретаре судебного заседания Комаровой Е.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

ФИО2, 

<

данные изъяты>, несудимого,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30 и п.«а» ч.2 ст.105, п.«к» ч.2 ст.105 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

19 ноября 2018г., в период с 0 часов 01 минуты до 08 часов 45 минут, ФИО2, находясь в квартире по 

<

адрес> в состоянии алкогольного опьянения, из личных неприязненных отношений к А., с целью ее убийства, то есть умышленного причинения ей смерти, клинком имевшегося при себе ножа нанес А. не менее шести ударов в туловище, а также порезал кисть ее правой руки, причинив А.: раны на ладонной поверхности правой кисти в проекции основной фаланги третьего пальца, ближе к наружной поверхности, на внутренней поверхности основной фаланги четвертого пальца правой кисти, на наружной поверхности правой кисти в первом межпальцевом промежутке, не причинившие вреда здоровью; проникающие ранения: передней поверхности грудной клетки слева; передней поверхности грудной клетки справа; задне-боковой поверхности грудной клетки справа; передне-боковой поверхности грудной клетки справа, с ранением правого и левого легких, диафрагмы и правой доли печени; передней поверхности живота в области эпигастрия; передней поверхности живота в области мезогастрия слева, с ранением печени, желудка, корня брыжейки тонкой кишки, которые в совокупности квалифицируются как тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека.

Однако, ФИО2 не смог довести до конца преступление в отношении А., поскольку смерть А. не наступила по независящим от него обстоятельствам – по причине того, что А. после нанесения ей вышеуказанных ударов притворилась мертвой и ФИО2, посчитав реализованным свой преступный умысел на убийство А., прекратил наносить ей удары ножом, а также по причине того, что впоследствии А. была оказана медицинская помощь. 

Кроме того, ФИО2 в том же месте и в тот же период времени, полагая, что им совершено убийство А., и опасаясь, что находившийся на месте происшествия В. сообщит об этом в правоохранительные органы, с целью скрыть данное преступление путем совершения убийства В., действуя с умыслом на причинение смерти двум лицам – А. и В., клинком ножа нанес В. не менее девяти ударов по туловищу и левой руке, причинив ему: колото-резаное ранение надключичной области справа с касательным повреждением правой ключицы, колото-резаную рану в правом подреберье между средней подмышечной и передней подмышечной линиями, которые в причинной связи с наступлением смерти не состоят, расцениваются как легкий вред здоровью по признаку кратковременного его расстройства; 

колото-резаное ранение наружной поверхности левого плеча в средней трети с переломом левой плечевой кости, которое в причинной связи с наступлением смерти не состоит, расценивается как тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть; 

колото-резаные ранения: передней поверхности грудной клетки слева на уровне второго ребра, проникающее в полость сердечной сумки с повреждением второго ребра; передней поверхности грудной клетки по срединной линии тела на уровне третьего ребра, проникающее в полость сердечной сорочки; передней поверхности грудной клетки слева в проекции третьего межреберья, проникающее в плевральную полость слева и в полость сердечной сорочки с ранением левого легкого и сердца; правой боковой поверхности грудной клетки в проекции седьмого межреберья, проникающее в плевральную и брюшную полости справа с ранением правой доли печени; правой боковой поверхности грудной клетки в проекции седьмого ребра, проникающее в плевральную и брюшную полости справа с ранением правой доли печени; передне-боковой поверхности живота в левом подреберье, проникающее в брюшную полость с ранением тонкой кишки, которые сопровождались развитием острой кровопотери, расцениваются как в совокупности, так и раздельно, как тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, и повлекли смерть В. на месте происшествия, то есть ФИО2 убил В. 

Виновность подсудимого подтверждается доказательствами, исследованными в судебном заседании: показаниями подсудимого, потерпевших и свидетелей, заключениями экспертов, вещественными доказательствами, протоколами следственных действий, иными документами.

Подсудимый ФИО2 в судебном заседании вину признал полностью, от дачи показаний отказался, полностью подтвердив показания, данные им на предварительном следствии.

В показаниях на предварительном следствии в качестве подозреваемого от 19.11.2018 (т.2 л.д.100-103) и 20.11.2018 (т.2 л.д.104-109), а также в качестве обвиняемого от 31.01.2019 (т.2 л.д.141-145), исследованных в судебном заседании в порядке п.3 ч.1 ст.276 УПК РФ, ФИО2 пояснял, что, в ночь на 19.11.2018, находясь в состоянии опьянения, он пришел в дом А. по 

<

адрес> в поисках жителя поселка по имени Г., с которым у него накануне вечером произошел словесный конфликт. А. стала его выгонять из своего дома, при этом махала топором, но ударов ему не наносила, так как он сразу вышел. Выйдя из ее дома, он постоял на улице, решил убить А. за то, что она замахивалась на него топором и нецензурно обругала его, выгоняя из своего дома. Зашел в дом и имевшимся у него при себе ножом нанес А. в область туловища не менее пяти ударов. От его ударов А. перестала подавать признаки жизни, не двигалась, ничего не говорила, он посчитал, что убил ее, поскольку нанес ей большое количество ударов ножом. Здесь же на кровати лежал незнакомый ему мужчина (В.). В момент нанесения ударов А. В. проснулся, стал что-то говорить. Поняв, что В. его увидел, и посчитав, что он может рассказать другим лицам о совершении им (ФИО3) убийства А., тем же ножом нанес лежащему на кровати В. не менее пяти ударов в область грудной клетки спереди. От его действий В. затих, он понял, что убил В. А. наносил удары ножом, так как разозлился на нее за то, что она кидалась на него с топором, а В. решил убить, чтобы тот никому не сообщил о совершении убийства А.. Других лиц в доме А. в этот момент не было. После этого ушел из дома А., пройдя через покрытый снегом огород, выкинув нож где-то по дороге. Утром его задержали сотрудники полиции, которым он сразу признался в совершении преступления. В содеянном раскаивается, свое поведение может объяснить лишь состоянием сильного опьянения. 

В соответствии с протоколом проверки показаний на месте от 20.11.2018, ФИО2 указал место совершения преступления – дом по 

<

адрес>, кровать в зале, на которой в ночь на 19 ноября 2018г. находились А. и В., когда он наносил им удары ножом, указал место на приусадебном участке, где он по цельному снежному покрову покинул место преступления, а также - участок местности, где он выкинул нож, которым наносил удары потерпевшим (т.2 л.д.111-118).

Потерпевшая А. показала в судебном заседании, что в ночь с 18 на 19 ноября 2018 года находилась у себя дома. В доме находился также ее знакомый В., который спал. Зашедший в ее дом подсудимый нанес ей ножом несколько ударов в грудь, живот. Она притворилась мертвой, не шевелилась, ничего не говорила. Также подсудимый нанес не менее 5-6 ударов лежавшему на кровати В. После этого подсудимый 

<

данные изъяты>, она продолжала притворяться мертвой, чтобы подсудимый ее не добил. Подсудимый ушел, она осталась лежать на кровати, не могла встать от полученных ранений и потери крови. Утром ее обнаружил сосед, который вызвал медицинского работника. В связи с полученными повреждениями она около месяца находилась в реанимации 

<

данные изъяты> больницы.

Кроме того, потерпевшая А. в своих показаниях на предварительном следствии от 21.11.2018 (т.1 л.д.183-188) поясняла, что около 3 часов 19.11.2018 в ее дом по 

<

адрес> пришел незнакомый парень, находившийся в состоянии опьянения. Парень представился участковым полиции и сказал, что разыскивает Д. Она поняла, что парень ее обманывает, сотрудником полиции не является и решила его прогнать. Взяв топор, она стала прогонять парня, ударов топором парню не наносила, хотела напугать его. Парень выхватил у нее из рук топор и вышел из дома. Через несколько минут парень вернулся в дом, в руках у него был нож с деревянной коричневой ручкой. Подбежав к ней, парень нанес ей 3-4 или более ударов ножом в живот. Она упала на пол. Парень подошел к спавшему на кровати В., и нанес тому не менее пяти ударов ножом в туловище. После этого парень ударил ее еще один раз ножом в живот. Она притворилась мертвой, закрыла глаза, не шевелилась, чтобы парень не наносил ей больше ударов ножом. 

<

данные изъяты> Пришедший утром сосед Е. вызвал ей «Скорую помощь», она была доставлена в больницу. 

А. в судебном заседании полностью подтвердила верность своих оглашенных показаний, пояснив, что на момент допроса лучше помнила события, о которых давала показания. 

В соответствии с протоколом предъявления лица для опознания от 12.12.2018, А. опознала ФИО2 как лицо, нанесшее ночью 19.11.2018 в ее квартире удары ножом ей и В. (т.1 л.д.189-192).

Потерпевшая Б. показала, что ее отец В., приезжая в 

<

адрес>, часто заходил в гости к своей знакомой А.. В последний раз она общалась с отцом днем 18.11.2018 по телефону. Утром 19.11.2018 ей позвонили родственники и сообщили о смерти отца. Обстоятельства преступления ей стали известны от сотрудников следственных органов. 

Допрошенная в ходе предварительного следствия свидетель Ж., чьи показания были исследованы в судебном заседании в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ, показала, что работает участковой медицинской сестрой в 

<

адрес>. 19.11.2018 в 8час. 45мин. житель поселка Е. сообщил ей, что, придя утром в дом А. по 

<

адрес>, обнаружил, что А. нанесены ножевые ранения. Взяв необходимые медицинские средства, свидетель сразу прибыла в дом А.. Та лежала на кровати под одеялом. Рядом с ней лежал В., который не подавал признаков жизни, его тело было холодным, дыхание и пульс отсутствовали. А. была одета в куртку и рубаху, 

<

данные изъяты> У нее были обнаружены множественные колото-резаные раны в области живота, груди, лопатки, спины, на правой ладони руки. На одежде А. имелись колото-резаные повреждения, соответствующие повреждениям на теле. А. была в сознании, рассказала, что 19.11.2018 около 4 часов ночи к ней в квартиру пришел неизвестный мужчина, который стал наносить А. удары ножом, а после того, как она упала на пол, мужчина нанес удары ножом и лежавшему на кровати В. А. описала внешность мужчины. После оказания А. медицинской помощи, она была доставлена в 

<

данные изъяты> больницу, где ее стали готовить к экстренной операции. После возвращения из больницы в 

<

адрес> свидетель узнала, что по подозрению в совершении преступления задержали жителя их поселка ФИО3. При этом ФИО3 внешностью подходил под описанного А. мужчину, нанесшего ей и В. удары ножом (т.1 л.д.215-219).

Из оглашенных в судебном заседании в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ показаний свидетеля Е. следует, что он проживает по соседству с А.. 19.11.2018 около 9 час. пришел в дом А., двери были не заперты, в доме холодно. В зале на кровати лежали А. и В. А. хрипела, на одеяле была кровь. А. сказала, что ночью к ней в дом пришел неизвестный парень, который спрашивал у нее, где Д., а затем стал наносить ей удары ножом в туловище, а также наносил удары В., сказала, что В. уже мертв. Свидетель сразу побежал в поселковый медпункт за фельдшером, затем А. увезли на машине «Скорой помощи» в 

<

адрес> (т.1 л.д.221-226). 

Свидетель З., чьи показания были исследованы в судебном заседании в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ, при допросе на предварительном следствии (т.1 л.д.232-236) показал, что вечером 18.11.2018 он видел ФИО3 у дома последнего по 

<

адрес>, между ними произошла небольшая ссора, после чего свидетель ушел. Утром 19.11.2018 свидетель пришел в дом А., там уже находились Е. и И. В зале на кровати лежал В., который был мертв. Лежавшая на кровати А. сказала, что ночью к ней в дом пришел неизвестный ей парень, который зарезал В. и нанес ей удары ножом. Вызвав поселкового фельдшера, они помогли госпитализировать А. в медпункт.

Из показаний на предварительном следствии свидетеля К. следует, что 18.11.2018 он приезжал в 

<

адрес> на рыбалку, в вечернее время распивал спиртное с ФИО3 у него дома. В ходе распития ФИО3 выходил из дома, вернувшись рассказал, что приходил житель поселка по имени Г. (З.). Через некоторое время, после дальнейшего распития спиртного, ФИО3 предложил найти Г., чтобы с ним поговорить, уладить какой-то конфликт. Выходя из дома, ФИО3 положил в карман самодельный нож с деревянной рукояткой коричневого цвета, которым они до этого резали продукты. Некоторое время они искали Г. по поселку, ходили к тому домой, но мать Г. сказал, что его нет дома, и они ушли. Вернувшись около 24 час. домой к ФИО3, еще некоторое время распивали спиртное, после чего свидетель уснул. Что делал после этого ФИО3, уходил ли он из дома – свидетелю не известно. Утром к ним домой пришли сотрудники полиции и задержали ФИО3 (т.1 л.д.237-241).

Свидетель Л. в своих показаниях на предварительном следствии пояснила, что 18.11.2018 около 22час.30мин. к ней домой приходили двое мужчин, находившиеся в состоянии опьянения, лиц которых она не разглядела, спрашивали ее сына Г., но того дома не было. Один из мужчин был невысокого роста, по телосложению похож на ФИО3 (т.2 л.д.12-15).

Согласно исследованным в судебном заседании показаниям свидетеля И. (т.2 л.д.30-35), вечером 18.11.2018 он заходил к А., где находились также В., Д., М., которые распивали спиртное. Никаких ссор и конфликтов, телесных повреждений ни у А., ни у В. не было. Придя на следующее утро с Е. в дом А., видел, как медицинский работник Ж., осмотрев В., констатировала его смерть, слышал пояснения А. о том, что около 4 часов ночи к ней домой пришел неизвестный ей парень, который стал наносить ей удары ножом, а после убил ножом В. В комнате был беспорядок, ковер на полу смят, на смятом постельном белье были пятна крови. 

Согласно показаниям в ходе предварительного следствия свидетеля Н. (дочери потерпевшей А.), утром 19.11.2018 кто-то из жителей 

<

адрес> по телефону сообщил ей, что ночью ее матери были причинены ножевые ранения. Прибыв в санпропускник больницы 

<

адрес>, свидетель от матери узнала, что ночью 19.11.2018 к ней домой пришел неизвестный парень, который стал наносить ей удары ножом, она от полученных ранений упала и притворилась мертвой. Также парень убил ножом знакомого матери В., находившегося у нее в гостях. Видела на туловище матери множественные ножевые ранения, повреждения на ее кофте (т.2 л.д.42-45). 

Виновность подсудимого подтверждается также другими исследованными доказательствами – протоколами следственных действий, заключениями экспертов, вещественными доказательствами, иными документами: 

- протоколом осмотра места происшествия от 19.11.2018 (с фототаблицей), в соответствии с которым осмотрена квартира по 

<

адрес>, описано расположение и обстановка дома и квартиры, зафиксировано наличие в зале на полу жидкости красно-бурого цвета, похожей на кровь, пятен красно-бурого цвета на матраце кровати, простыне; простыня и вырез матраца изъяты. Также осмотрен труп В. на кровати в зале, зафиксировано положение и поза трупа, находящаяся на нем одежда, раны на передней и боковой поверхностях грудной клетки, в подключичной области, правом подреберье, на животе. Кроме того, при осмотре приусадебной территории обнаружены единичные следы человека на цельном снежном покрове до ограды дома (т.1 л.д.7-26);

- протоколом осмотра от 19.11.2018 (с фототаблицей) дома по 

<

адрес>, в ходе которого была изъята одежда ФИО2, находившаяся на нем в период 18-19 ноября 2018г. (т.1 л.д.27-38);

- актом экстренного вызова Амбулатории 

<

адрес> и медицинскими справками ГБУЗ «

<

данные изъяты>», в соответствии с которыми, по принятому в 08час. 45мин. 19.11.2018 вызову с 

<

адрес>, в больницу была доставлена А. с ножевыми ранениями (т.1 л.д.64, 65, 66);

- протоколом выемки следов биологического происхождения у А. (т.2 л.д.6-8);

Предметы, изъятые в ходе вышеуказанных следственных действий (осмотров места происшествия, выемки), осмотрены (т.3 л.д.89-96), приобщены к делу в качестве вещественных доказательств.

В соответствии с заключением эксперта №231 от 20.11.2018, при исследовании трупа В. обнаружены повреждения:

- колото-резаное ранение передней поверхности грудной клетки слева на уровне 2-го ребра, проникающее в полость сердечной сумки с повреждением 2-го ребра, причиненное одним ударом предмета, обладающего колюще-режущими свойствами; 

- колото-резаное ранение передней поверхности грудной клетки по срединной линии тела на уровне 3-го ребра, проникающее в полость сердечной сорочки, причиненное одним ударом предмета, обладающего колюще-режущими свойствами; 

- колото-резаное ранение передней поверхности грудной клетки слева в проекции 3-го межреберья, проникающее в плевральную полость слева и в полость сердечной сорочки с ранением левого легкого и сердца, причиненное одним ударом предмета, обладающего колюще-режущими свойствами;

- колото-резаное ранение правой боковой поверхности грудной клетки в проекции 7-го межреберья, проникающее в плевральную и брюшную полости справа с ранением правой доли печени, причиненное одним ударом предмета, обладающего колюще-режущими свойствами;

- колото-резаное ранение правой боковой поверхности грудной клетки в проекции 7-го ребра, проникающее в плевральную и брюшную полости справа с ранением правой доли печени, причиненное одним ударом предмета, обладающего колюще-режущими свойствами; 

- колото-резаное ранение передне-боковой поверхности живота в левом подреберье, проникающее в брюшную полость с ранением тонкой кишки, причиненное одним ударом предмета, обладающего колюще-режущими свойствами. 

Все повреждения состоят в причинной связи с наступлением смерти и квалифицируются как в совокупности, так и раздельно, как тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека.

От острой кровопотери, развившейся в результате данных колото-резаных ранений, наступила смерть В. около 8-12 часов до момента осмотра трупа 19.11.2018 в 12.50час. 

Кроме того, обнаружены повреждения, не состоящие в причинной связи с наступлением смерти:

- колото-резаное ранение наружной поверхности левого плеча в средней трети с переломом левой плечевой кости, причиненное одним ударом предмета, обладающего колюще-режущими свойствами, квалифицирующееся у живых лиц как тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее, чем на одну треть;

- колото-резаное ранение надключичной области справа с касательным повреждением правой ключицы, причиненное одним ударом предмета, обладающего колюще-режущими свойствами, квалифицирующееся у живых лиц как легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья продолжительностью до трех недель;

- колото-резаная рана в правом подреберье между средней подмышечной и передней подмышечной линиями, причиненная одним ударом предмета, обладающего колюще-режущими свойствами, квалифицирующаяся у живых лиц как легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья продолжительностью до трех недель.

Все повреждения были причинены в короткий промежуток времени, исчисляемый несколькими минутами до наступления смерти. Травмирующим предметом мог быть клинок ножа, имеющий обух и лезвие, шириной клинка около 1-2 см и длиной около 15 см. Расположение повреждений на одежде соответствует локализации и количеству повреждений на трупе (т.2 л.д.193-201). 

Согласно заключению эксперта №502 от 12.12.2018, А. были причинены проникающие ранения: передней поверхности грудной клетки слева (1); передней поверхности грудной клетки справа (1); задне-боковой поверхности грудной клетки справа (1); передне-боковой поверхности грудной клетки справа (1), с ранением правого и левого легких, диафрагмы и правой доли печени; передней поверхности живота в области эпигастрия (1); передней поверхности живота в области мезогастрия слева (1), с ранением печени, желудка, корня брыжейки тонкой кишки. Данные ранения квалифицируются в совокупности как тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека и с учетом описания ран как колото-резаных, характера повреждений внутренних органов, могли быть причинены шестью ударами твердого предмета (предметов), обладающего колюще-режущими свойствами. 

Также в медицинской карте стационарного больного указано наличие ран пальцев правой кисти, которым могут соответствовать: полосовидная рана на ладонной поверхности правой кисти в проекции основной фаланги 3-го пальца, ближе к наружной поверхности, формирующиеся рубцы на внутренней поверхности основной фаланги 4-го пальца правой кисти (1) на наружной поверхности правой кисти в 1-м межпальцевом промежутке. Раны могли быть причинены воздействиями (скольжение-давление) предмета (предметов), обладающего режущими свойствами, не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности и расцениваются как повреждения, не причинившие вреда здоровью человека. Не исключается причинение всех повреждений 19.11.2018 в период времени с 0 часов до 9 часов (т.2 л.д.214-218).

Согласно заключению эксперта №293 от 09.01.2019, раны на кожных лоскутах трупа В. являются колото-резаными, причинены плоским клинком колюще-режущего предмета (предметов), имеющего «П»-образный в поперечном сечении обух с выраженными ребрами и острое лезвие с максимальной шириной погрузившейся части клинка 8-16 мм. Все раны, а также колото-резаные повреждения на одежде В. могли быть причинены воздействиями одного колюще-режущего предмета (т.3 л.д.41-51).

В соответствии с заключением эксперта №292 от 10.01.2019, при исследовании одежды ФИО2 выявлены множественные следы вещества, похожего на кровь, в виде: брызг на внутренней поверхности ворота куртки слева; помарок и пятен на изнаночной поверхности, брызг на изнаночной и внутренней поверхности правой полы куртки; пятен на задней поверхности левого рукава куртки; пятен на передней поверхности левого рукава и задней поверхности правого рукава спортивной куртки; пятен, капель и брызг на передней поверхности левой и правой штанин, брызг на поясе штанов; помарок, пятен, капель и брызг на задней поверхности штанин и пояса штанов; капель на верхней поверхности носка правого кроссовка. Часть из указанных следов образовалась в результате размахивания «окровавленным» предметом, часть – при падении с поверхности «окровавленного» предмета (т.3 л.д.25-35).

Согласно выводам заключения эксперта №375 от 06.12.2018, на вырезе ткани с матраца, в пятнах на простыне, изъятых с места происшествия, а также в одном пятне на куртке (олимпийке) и на правом кроссовке ФИО3 обнаружена кровь человека, групповая принадлежность которой не исключает ее происхождение от В. и А., присутствие крови ФИО3 не установлено. В двух пятнах на куртке ФИО3 обнаружена кровь человека, которая, в соответствии с групповой принадлежностью, в случае происхождения от одного лица, могла произойти от ФИО3, кроме того, не исключается возможность смешения крови В., А. и ФИО3 (т.2 л.д.238-247). 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

Исследовав в судебном заседании представленные доказательства и оценив их в совокупности, суд считает, что доказательства, подтверждающие инкриминируемые ФИО2 деяния, являются относимыми, допустимыми, достоверными, согласуются между собой и взаимно дополняют друг друга. В совокупности исследованные доказательства являются достаточными для выводов о виновности и квалификации действий подсудимого.

Показания потерпевших и свидетелей получены с соблюдением требований закона, являются последовательными и непротиворечивыми, подробными, взаимно согласуются и дополняют друг друга, подтверждаются другими исследованными судом доказательствами, в том числе - протоколами следственных действий, иными документами, заключениями экспертов. Мотивов для оговора потерпевшими и свидетелями подсудимого не имеется. Свидетель К. знаком с подсудимым, потерпевшие Б., А., свидетели Ж., Е., З., Л., И., Н. ранее с подсудимым были не знакомы, или малознакомы (зная его лишь как одного из жителей поселка, не поддерживая с ним общения), личных неприязненных отношений к подсудимому не имели, основания для его оговора у данных лиц отсутствуют. Каких-либо оснований не доверять показаниям свидетелей и потерпевших по делу не имеется. 

Письменные доказательства (протоколы следственных действий, иные документы), вещественные доказательства собраны в порядке, установленном уголовно-процессуальным законодательством, и также расцениваются как относимые, допустимые и достоверные. Заключения экспертов являются мотивированными, обоснованы результатами соответствующих экспертных исследований, составлены в соответствии с требованиями УПК РФ экспертами, имеющими необходимые специальные познания и достаточный экспертный опыт, оснований сомневаться в выводах экспертов у суда не имеется, в связи с чем суд признает их относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами. Оснований для признания какого-либо из представленных доказательств недопустимым не имеется. 

Также суд признает в качестве достоверных показания подсудимого ФИО2, так как они являются подробными, содержат сведения, которые не были известны на момент его первого допроса органам предварительного следствия, согласуются по всем существенным обстоятельствам с совокупностью иных доказательств. В частности, указанные показания подсудимого о количестве и способе нанесения ударов потерпевшим, об орудии преступления подтверждаются результатами осмотра места происшествия, заключениями судебно-медицинских и медико-криминалистических экспертиз.

Таким образом, совершение ФИО2 вышеизложенных деяний, признаваемое подсудимым, подтверждается совокупностью согласующихся достоверных доказательств, в том числе: показаниями потерпевшей А. о нанесении подсудимым ударов ножом ей и В., а также о том, что нанесение ей ударов ножом подсудимый прекратил после того, как она притворилась мертвой; показаниями свидетелей Ж., Е., З., И., обнаруживших потерпевшую А. у нее дома с ножевыми ранениями и которым А. пояснила об обстоятельствах причинения ранений ей и В.; протоколом опознания А. ФИО2 как лица, нанесшего ей и В. удары ножом; обнаружением крови потерпевших на одежде подсудимого, а также иных следов биологического происхождения у ФИО2 и потерпевшей А., подтверждающих нахождение подсудимого на месте преступления; показаниями свидетеля К. о том, что подсудимый, после употребления спиртного, уходя из дома, взял с собой нож; иными доказательствами. 

С учетом вышеизложенного, совокупность представленных доказательств суд считает достаточной для вывода о доказанности виновности подсудимого в совершении преступлений при обстоятельствах, изложенных при описании преступных деяний в приговоре.

При разрешении вопроса о квалификации деяний подсудимого, суд приходит к выводу, что действия подсудимого по причинению смерти В. и направленные на причинение смерти А., на основании всей совокупности установленных обстоятельств подлежат квалификации по ч.3 ст.30, п. «а» ч.2 ст.105 УК РФ, как покушение на убийство, то есть на умышленное причинение смерти другому человеку, двух лиц и по п.«к» ч.2 ст.105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, с целью скрыть другое преступление. 

При этом суд исходит из того, что ФИО2 нанес ножом: А. – не менее шести ударов в туловище, а также порезал ей кисть правой руки, В. – не менее девяти ударов по туловищу и левой руке. В результате действий подсудимого А. и В. были причинены повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, от которых наступила смерть В. на месте происшествия; смерть А. не наступила по обстоятельствам, не зависящим от ФИО2, ввиду того, что А. притворилась мертвой и ФИО2 прекратил наносить ей удары ножом, посчитав, что убил ее, а также по причине того, что впоследствии А. была оказана необходимая медицинская помощь. 

Наступление смерти В. и причинение тяжкого вреда здоровью А. именно от действий подсудимого подтверждается как заключениями судебно-медицинских экспертов о характере, степени, количестве причиненных потерпевшим телесных повреждений и механизме их образования, а также о времени их причинения и наступления смерти В., так и показаниями подсудимого и потерпевшей А. о том, что иных лиц, помимо подсудимого и потерпевших на месте преступления не было, никем иным, помимо подсудимого, удары потерпевшим не наносились. Вышеуказанные обстоятельства исключают наступление смерти В. и получение А. телесных повреждений в результате действий каких-либо других (помимо подсудимого) лиц, а также в результате иных, не вызванных действиями подсудимого причин. 

Установлено, что подсудимый действовал с прямым умыслом, направленным на причинение обоим потерпевшим смерти, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий в виде смерти потерпевших и желая их наступления. 

О прямом умысле на убийство потерпевших свидетельствуют не только характер и локализация телесных повреждений у потерпевших в местах расположения жизненно важных органов, но и их количество, обстоятельства и способ причинения – путем нанесения ударов клинком ножа, которым объективно возможно причинение опасных для жизни повреждений, что подтверждается характером причиненных повреждений, установленных заключениями судебно-медицинских экспертов. 

Кроме того, субъективную сторону действий подсудимого в этой части подтверждают и его фактические действия, предшествующие преступлениям – после того, как потерпевшая его выгнала из своего дома, он через непродолжительное время, решив убить ее, вернулся с ножом в дом потерпевшей и сразу начал наносить удары ей, а затем и второму потерпевшему. 

При этом, желание подсудимого причинить смерть не только В., но и А., а также то, что убийство А. не было доведено до конца только по не зависящим от подсудимого обстоятельствам, подтверждается совокупностью установленных при рассмотрении дела обстоятельств, относящихся как к конкретным действиям подсудимого в отношении А., так и к причинам, воспрепятствовавшим наступлению желаемого для подсудимого результата, в частности: нанесением подсудимым А. неоднократных ударов ножом в область расположения жизненно-важных органов – грудной клетки и живота; не наступлением желаемых подсудимым последствий только в результате того, что потерпевшая притворилась мертвой и подсудимый, будучи уверенным в наступлении ее смерти, прекратил нанесение ей ударов ножом, а также в результате последующего оказания А. необходимой медицинской помощи. С учетом указанных обстоятельств, суд приходит к выводу, что желаемая подсудимым смерть А. не наступила по объективным, не зависящим от подсудимого обстоятельствам, а не в результате добровольного и окончательного отказа подсудимого от доведения преступления до конца. 

Мотивом действий подсудимого в отношении А. явились неприязненные отношения к ней, возникшие в связи с тем, что А. выгнала его из своего дома. Установленным мотивом убийства В. явилось желание подсудимого скрыть совершенное им перед этим преступление в отношении А., путем совершения убийства потерпевшего, который, по мнению подсудимого проснулся в момент совершения преступления в отношении А. и мог бы впоследствии уличить его в совершении данного преступления. В связи с этим, действия подсудимого по убийству В. подлежат квалификации как совершенные с целью скрыть другое преступление.

Наличие квалифицирующего признака покушения на убийство двух лиц подтверждается тем, что в результате действий ФИО4 наступила смерть В., и не наступила по не зависящим от подсудимого обстоятельствам смерть А.

Оснований для квалификации действий подсудимого по менее тяжким составам преступлений не имеется, исходя из всей совокупности исследованных при рассмотрении дела доказательств и установленных обстоятельств. Пояснения подсудимого о том, что А., выгоняя его из дома, махала в его сторону топором, выражалась нецензурной бранью – не дают никаких оснований для оценки действий ФИО2 как совершенных в состоянии необходимой обороны или при превышении ее пределов, поскольку, как следует из установленных обстоятельств дела, А. демонстрацией топора лишь подкрепляла свои правомерные требования к подсудимому, проникшему в ее жилище в состоянии опьянения в ночное время, покинуть ее дом; ударов топором подсудимому не наносила и не пыталась нанести; ФИО2, забрав у нее топор, вышел из дома и только через некоторое время вернулся в жилище потерпевшей с целью ее убийства. 

Согласно выводам заключения судебной комплексной комиссионной экспертизы № 22/19 от 15.01.2019, ФИО2 хроническим психическим расстройством не страдает и не страдал в период, относящийся к совершению инкриминируемых ему деяний. 

<

данные изъяты> В период, относящийся к инкриминируемым правонарушениям, он также не обнаруживал и не обнаруживает каких-либо признаков временного болезненного психического расстройства, а находился в состоянии простого (непатологического) алкогольного опьянения. В период, относящийся к инкриминируемым деяниям и в настоящее время, ФИО2 мог и может в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, а также мог и может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания. В принудительных мерах медицинского характера по психическому состоянию не нуждается. Кроме того, экспертом-психологом сделан вывод об отсутствии аффектогенного фактора, который мог бы спровоцировать аффект (т.3 л.д.59-62). 

Данное заключение экспертов соответствует требованиям законодательства, является полным, ясным, его выводы обоснованы соответствующей исследовательской частью, мотивированы, составлены комиссией незаинтересованных в исходе дела экспертов, обладающих необходимыми специальными познаниями и опытом работы в областях исследований, в распоряжение экспертов при проведении экспертизы были представлены значимые для исследования материалы дела. Не доверять данному заключению у суда оснований нет, в связи с чем суд признает его относимым, допустимым и достоверным доказательством. 

Учитывая вышеизложенное, а также материалы дела, касающиеся личности подсудимого и обстоятельств совершения им преступлений, его поведение в судебном заседании, суд признает ФИО2 вменяемым в отношении совершенных им деяний.

Кроме того, не имеется оснований и для признания действий подсудимого совершенными в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта), т.к. в ходе рассмотрения дела не установлено доказательств наличия у подсудимого в момент совершения преступлений такого состояния. 

При назначении наказания подсудимому суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, личность подсудимого, смягчающие и отягчающее наказание обстоятельства, влияние наказания на исправление ФИО2 и на условия жизни его семьи, а также учитывает обстоятельства, в силу которых не было доведено до конца преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30 и п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

ФИО2 находится в 

<

данные изъяты> возрасте, 

<

данные изъяты> не судим, по месту проживания в 

<

адрес> и по месту регистрации и предыдущего проживания в 

<

адрес> характеризуется удовлетворительно (т.2 л.д.83,90,92), 

<

данные изъяты> (т.2 л.д.93). 

Исходя из характера и степени общественной опасности совершенных подсудимым преступлений, обстоятельств их совершения и личности подсудимого, суд признает отягчающим наказание обстоятельством, предусмотренным ч.1.1. ст.63 УК РФ, совершение подсудимым преступлений в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. Наличие указанного отягчающего обстоятельства подтверждается как установленным при рассмотрении дела употреблением подсудимым значительного количества спиртного непосредственно перед совершением преступлений, так и показаниями самого подсудимого о том, что мотивация его действий и его поведение в ходе совершения преступлений непосредственно связано с пребыванием в состоянии опьянения. 

Иных отягчающих наказание обстоятельств по делу не усматривается. 

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО2, как при назначении наказания отдельно за каждое преступление, так и при назначении наказания по совокупности преступлений, суд учитывает полное признание им вины, его раскаяние, принесение извинения потерпевшим, его 

<

данные изъяты> возраст, состояние здоровья (

<

данные изъяты>), удовлетворительные характеристики, отсутствие судимости. В качестве смягчающих обстоятельств, предусмотренных п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ, суд также учитывает явку с повинной ФИО2 (т.1 л.д.62) и активное способствование раскрытию и расследованию совершенных им преступлений, в части установления их обстоятельств, выражающееся в даче им подробных показаний о происшедшем, участии в их проверке на месте. Вместе с тем, оснований для применения при назначении наказания положений ч.1 ст.62 УК РФ не имеется ввиду наличия отягчающего обстоятельства, а по п.«к» ч.2 ст.105 УК РФ – также и в силу положений ч.3 ст.62 УК РФ.

Оснований для вывода о наличии смягчающего обстоятельства: противоправного или аморального поведения потерпевших, явившегося поводом для совершения преступления, не имеется, поскольку указанное обстоятельство по результатам рассмотрения дела не установлено. Поведение А., выгнавшей из своего дома незнакомого ей подсудимого, который в ночное время в состоянии опьянения пришел в ее жилище, нельзя признать противоправным или аморальным. Также отсутствуют данные о каком-либо противоправном или аморальном поведении В. в отношении подсудимого. 

Учитывая в совокупности все вышеуказанные обстоятельства, суд приходит к выводу, что в отношении ФИО2 цели наказания, предусмотренные ч.2 ст.43 УК РФ, не могут быть достигнуты без реальной изоляции его от общества и ему должно быть назначено наказание в виде реального лишения свободы. При этом судом не усматривается оснований для назначения подсудимому наказания в виде пожизненного лишения свободы. При определении размера наказания по ч.3 ст.30, п.«а» ч.2 ст.105 УК РФ, суд применяет положения ч.3,4 ст.66 УК РФ.

Исключительных обстоятельств, дающих основание для применения положений ст.64 УК РФ при назначении подсудимому наказания – не имеется, в связи с чем не имеется и оснований для решения вопросов об изменении категории преступлений и возможности считать назначенное наказание условным, исходя из положений ч. 6 ст. 15 УК РФ и ч. 1 ст. 73 УК РФ.

С учетом совокупности обстоятельств, учитываемых при назначении наказания, личности подсудимого, ему должно быть назначено дополнительное наказание в виде ограничения свободы, предусмотренное санкцией ч.2 ст.105 УК РФ. При этом, суд считает необходимым в соответствии со ст.53 УК РФ установить ФИО2 следующие ограничения: не изменять место жительства и пребывания и не выезжать за пределы территории муниципального образования, в котором он будет проживать после отбывания основного наказания, без согласия уголовно-исполнительной инспекции, возложить обязанность являться в уголовно-исполнительную инспекцию два раза в месяц для регистрации. 

В соответствии с п.«в» ч.1 ст.58 УК РФ наказание в виде лишения свободы подсудимому надлежит отбывать в исправительной колонии строгого режима, поскольку он осуждается за совершение особо тяжких преступлений. 

На основании п.«а» ч.3.1 ст.72 УК РФ, в срок лишения свободы подлежит зачету время содержания подсудимого под стражей с 19.11.2018 до вступления приговора в законную силу из расчета один день за один день.

В связи с характером назначаемого наказания и с учетом обстоятельств, характеризующих личность подсудимого, в целях обеспечения исполнения приговора, в соответствии с положениями ст.97, 99, 108 УПК РФ мерой пресечения в отношении подсудимого до вступления приговора в законную силу должно являться заключение под стражу. 

Вопрос о вещественных доказательствах суд разрешает в соответствии с ч.3 ст.81 УПК РФ, с учетом мнений сторон. 

Процессуальные издержки по настоящему уголовному делу, предусмотренные п.5 ч.2 ст.131 УПК РФ, состоят из сумм, выплаченных за защиту ФИО2 по назначению: на предварительном следствии - адвокату Абрамкиной Л.И. в размере 21 450 руб. (т.3 л.д.165-166), в суде - адвокату Шиловой О.А. в размере – 24 180 руб., а всего – 45 630 руб. В соответствии с ч.1, 2 ст.132 УПК РФ, указанные процессуальные издержки подлежат взысканию с подсудимого. Оснований для применения положений ч.6 ст.132 УПК РФ – не усматривается, т.к. ФИО2 не заявлял об отказе от защитника, доказательств его имущественной несостоятельности не представлено, он находится в 

<

данные изъяты> трудоспособном возрасте, 

<

данные изъяты>, отбывание наказания в виде лишения свободы не препятствует наличию дохода. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО2 виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30 и п.«а» ч.2 ст.105, п.«к» ч.2 ст.105 УК РФ и назначить ему наказание:

- по ч.3 ст.30 и п.«а» ч.2 ст.105 УК РФ – в виде 11 лет лишения свободы с ограничением свободы на срок 1 год; 

- по п.«к» ч.2 ст.105 УК РФ – в виде 13 лет лишения свободы с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев.

В соответствии с ч.3,4 ст.69 УК РФ, по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначить к отбытию наказание в виде 16 (шестнадцати) лет лишения свободы с ограничением свободы на срок 2 (два) года, с установлением в соответствии со ст.53 УК РФ в период отбывания ограничения свободы следующих ограничений: не изменять место жительства и пребывания и не выезжать за пределы территории муниципального образования, в котором осужденный будет проживать после отбывания основного наказания, без согласия уголовно-исполнительной инспекции, возложить обязанность являться в уголовно-исполнительную инспекцию два раза в месяц для регистрации.

Назначенное наказание в виде лишения свободы отбывать в исправительной колонии строгого режима. 

Срок отбывания лишения свободы исчислять с 18 июня 2019г. Зачесть в срок лишения свободы ФИО2 время его содержания под стражей в период с 19.11.2018 до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы.

Меру пресечения в отношении ФИО2 до вступления приговора в законную силу оставить прежней – в виде заключения под стражу, с содержанием под стражей в ФКУ СИЗО№ г.

<

адрес>.

Вещественные доказательства по делу, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств следственного отдела по 

<

адрес> СУ СК РФ по 

<

адрес> (т.3 л.д.97-99), после вступления приговора в законную силу: вырез с матраца, простыню, смывы и срезы ногтевых пластин с рук ФИО2, 

<

данные изъяты>., срезы ногтевых пластин В., 

<

данные изъяты>. – уничтожить; одежду ФИО2 (куртку, куртку спортивную, штаны, трусы, бейсболку, кроссовки) – возвратить ФИО2 или избранному им представителю, при отказе в получении – уничтожить; куртку, два жилета, кофту, тельняшку, футболку с трупа В. – передать потерпевшей Б., при отказе в получении – уничтожить. 

Процессуальные издержки в размере 45 630 (сорок пять тысяч шестьсот тридцать) рублей - взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда РФ в течение 10 суток со дня постановления, а осужденным, содержащимся под стражей - в тот же срок со дня вручения копии приговора. 

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем необходимо указать в апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы (представления), принесенные другими участниками процесса, вправе подать свои возражения в письменном виде и иметь возможность довести до суда апелляционной инстанции свою позицию непосредственно либо с использованием систем видеоконференцсвязи, а также поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику, вправе отказаться от защитника, ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Председательствующий Б.В.Коршунов