РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

дело №

г. Великий Новгород

26 мая 2020 года

Новгородский районный суд Новгородской области в составе председательствующего судьи Ионова И.А.,

при участии в судебном заседании в качестве:

секретаря судебного заседания – Столяровой Ю.В.,

истца – Ан О.В.,

представителя истца Ан О.В. – адвоката Орлова А.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Ан О.В. к ГОКУ «Центр по организации социального обслуживания и предоставления социальных выплат», специалисту ГОКУ «Центр по организации социального обслуживания и предоставления социальных выплат» ФИО1 об оспаривании решения об отказе в предоставлении меры социальной поддержки, взыскании суммы за дополнительный оплачиваемый отпуск,

у с т а н о в и л :

В Новгородский районный суд Новгородской области (далее также – суд) обратилась Ан О.В. с исковым заявлением к государственному областному казенному учреждению «Центр по организации социального обслуживания и предоставления социальных выплат» о восстановлении социальных льгот и гарантий.

В обоснование иска указано, что в соответствии с Законом Российской Федерации «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы Чернобыльской АЭС» Ан О.В., как переселенцу из зоны отселения, по месту работы был предоставлен дополнительный оплачиваемый отпуск. Право на льготы подтверждено удостоверением №, выданным истцу 19 апреля 2006 года. Руководствуясь данными нормами, 3 июля 2019 для получения денежной компенсации дополнительного отпуска, истцом в Государственное областное казенное учреждение «Центр по организации социального обслуживания и предоставления социальных выплат» были представлены подготовленные работодателем необходимые документы, в т.ч. расчет компенсации. По результатам рассмотрения документов ГОКУ «Центр по организации социального обслуживания и предоставления социальных выплат» письмом от 10 июля 2019 года № 2927 отказал Ан О.В. в выплате компенсации дополнительного оплачиваемого отпуска на том основаниям, что категория «добровольно выехавшие из зоны отселения» не имеют право на данную льготу. 19 июля 2019 года истец обратилась в прокуратуру Новгородской области с просьбой провести проверку на предмет законности действий ГОКУ «Центр по организации социального обслуживания и предоставления социальных выплат». Ее обращение было направлено в министерство труда и социальной защиты Новгородской области. Министерство посчитало отказ ГОКУ «Центр по организации социального обслуживания и предоставления социальных выплат» законным. 

Истец просила суд признать незаконным отказ ГОКУ «Центр по организации социального обслуживания и предоставления социальных выплат» от 22 августа 2019 года № 387 в предоставлении Ан О.В. льготы, установленной пунктом 5 статьи 14 части 1 Закона Российской Федерации «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС»; обязать ГОКУ «Центр по организации социального обслуживания и предоставления социальных выплат» выплатить Ан О.В. компенсацию дополнительного оплачиваемого отпуска в размере 9 624,58 руб., взыскать с ответчика в пользу Ан О.В. расходы по уплате госпошлины в размере 400 руб. 

В последующем истец уточнила исковые требования, просила суд:

признать незаконным решение ГОКУ «Центр по организации социального обслуживания и предоставления социальных выплат» от 10 июля 2019 года № 145 об отказе в назначении выплаты;

признать право Ан О.В. на использование и оплату дополнительного оплачиваемого отпуска, предусмотренного пунктом 5 части первой статьи 14 Закона Российской Федерации от 15 мая 1991 года № 1244-1 «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС»;

обязать ГОКУ «Центр по организации социального обслуживания и предоставления социальных выплат» выплатить Ан О.В. сумму за дополнительный оплачиваемый отпуск за 2019 год в размере 9 624,58 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 400 руб.

Судом к участию в деле привлечены в качестве ответчика специалист ГОКУ «Центр по организации социального обслуживания и предоставления социальных выплат» ФИО1 (как лицо, подписавшее оспариваемое решение), в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, – ООО «ПФК Ново-Пласт» (место работы истца, по которому предоставлен отпуск), ФИО2, ФИО3 (родители истца, переселенные из зоны отселение), министерство труда и социальной защиты населения Новгородской области.

В судебном заседании истец и ее представитель поддержали иск по изложенным в нем основаниям. Иные участники процесса в судебное заседание не явились, извещались о месте и времени его проведения надлежащим образом. Ответчик – ГОКУ «Центр по организации социального обслуживания и предоставления социальных выплат» и третье лицо – министерство труда и социальной защиты населения Новгородской области в своих письменных возражениях просили суд отказать в удовлетворении иска, полагая оспариваемое решение законным и обоснованным. 

Заслушав объяснения истца и его представителя, исследовав представленные по делу доказательства, суд приходит к следующему.

Истец Ан О.В. родилась ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>.

С 17 марта 1981 года по 12 марта 1990 года Ан О.В. проживала вместе с родителями – ФИО2, ФИО3 в 

<

адрес>.

28 июня 1991 года исполнительным комитетом Новозыбковского городского Совета народных депутатов выданы справки о том, что ФИО2, ФИО3 проживали в 

<

адрес>, относящемся в результате аварии на Чернобыльской АЭС к зоне отселения.

17 мая 1993 года комитетом по социальным вопросам Новгородской области выдано удостоверение ФИО3 как переселенной из зоны отселения.

19 апреля 2006 года комитетом труда и социальной защиты населения Новгородской области выдано удостоверение Ан О.В. как выехавшей добровольно из зоны отселения.

В 2019 году по месту работы Ан О.В. – ООО «ПФК Ново-Пласт» ей предоставлен дополнительный отпуск как пострадавшей в аварии на Чернобыльской АЭС продолжительностью 14 календарных дней (с 10 по 23 июля 2019 года).

3 июля 2019 года для получения денежной компенсации за указанный отпуск в размере 9 624,58 руб. Ан О.В. обратилась в ГОКУ «Центр по организации социального обслуживания и предоставления социальных выплат». Решением от 10 июля 2019 года № 145, подписанным специалистом ГОКУ «Центр по организации социального обслуживания и предоставления социальных выплат» ФИО1, отказано в назначении выплаты Ан О.В. в связи с отсутствием у заявителя права на получение государственной услуги. 

В адрес Ан О.В. направлено письмо ГОКУ «Центр по организации социального обслуживания и предоставления социальных выплат» от 10 июля 2019 года № 2927 об отказе в оплате дополнительного оплачиваемого отпуска, в котором разъяснено, что согласно удостоверению Ан О.В. она относится к категории граждан, выехавших добровольно из зоны отселения; в соответствии же со статьей 17 Закона Российской Федерации «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС» право на оплату дополнительного оплачиваемого отпуска, предусмотренного пунктом 5 части первой статьи 14 данного Закона, имеют граждане, указанные в пункте 6 части первой статьи 13 данного Закона, из числа эвакуированных из зоны отчуждения и из числа переселенных (переселяемых) из зоны отселения.

Конституция Российской Федерации, провозглашая человека, его права и свободы высшей ценностью, предоставляет каждому право на благоприятную окружающую среду, достоверную информацию о ее состоянии и на возмещение ущерба, причиненного его здоровью или имуществу экологическим правонарушением (статьи 2 и 42). Возложение на государство обязанностей по признанию, соблюдению и защите прав и свобод человека, равно как и созданию условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, предполагает организацию охраны окружающей среды, предупреждение и ликвидацию последствий техногенных аварий и катастроф, в том числе радиационных (часть 1 статьи 7 и статья 18 Конституции Российской Федерации).

Обязанность Российской Федерации по возмещению вреда, причиненного техногенными авариями и катастрофами, предопределена также правом нынешнего и будущих поколений на защищенность от радиационного излучения, связанного с использованием ядерной энергетики, в том числе посредством обеспечения экологического и санитарно-эпидемиологического благополучия, а также охраны здоровья граждан, оказавшихся в зоне радиационного риска, включая женщин и детей, которым в Российской Федерации как социальном государстве гарантируется государственная поддержка (преамбула, часть 2 статьи 7, части 1 и 2 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

В рамках реализации этой обязанности на законодательном уровне разработана система мер социальной защиты лиц, подвергшихся воздействию радиации вследствие чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, в том числе пострадавших в результате катастрофы на Чернобыльской АЭС – экстраординарной по своим последствиям техногенной аварии XX века, приведшей к неисчислимым экологическим и гуманитарным потерям.

Оценивая в постановлениях от 1 декабря 1997 года № 18-П и от 19 июня 2002 года № 11-П конституционность законодательства, регулирующего вопросы возмещения вреда, причиненного вследствие аварии на Чернобыльской АЭС, Конституционный Суд Российской Федерации пришел к выводу, что государство, с деятельностью которого в сфере освоения и использования ядерной энергии связано причинение этого вреда, при избрании способов его компенсации обязано руководствоваться вытекающими из статей 2, 19, 42 и 53 Конституции Российской Федерации требованиями, в основе которых лежит признание в качестве конституционной ценности жизни и здоровья, имеющих равное, одинаковое значение для всех граждан, пострадавших в результате чернобыльской катастрофы.

Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях неоднократно указывал, что соблюдение конституционного принципа равенства, гарантирующего защиту от всех форм дискриминации при осуществлении прав и свобод, означает, помимо прочего, запрет вводить такие ограничения в правах лиц, принадлежащих к одной категории, которые не имеют объективного и разумного оправдания (запрет различного обращения с лицами, находящимися в одинаковых или сходных ситуациях); различия в объеме прав граждан допустимы только в том случае, если они объективно оправданны, обоснованы и преследуют конституционно значимые цели, а используемые для достижения этих целей правовые средства соразмерны им (постановления от 24 мая 2001 года № 8-П, от 3 июня 2004 года № 11-П, от 15 июня 2006 года № 6-П, от 5 апреля 2007 года № 5-П, от 10 ноября 2009 года № 17-П и от 24 октября 2012 года № 23-П; определения от 4 декабря 2003 года № 415-О, от 27 июня 2005 года № 231-О и от 1 декабря 2005 года № 428-О).

Закон Российской Федерации «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС» устанавливает для граждан Российской Федерации, оказавшихся в зоне влияния неблагоприятных факторов, возникших вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС 26 апреля 1986 года, либо принимавших участие в ликвидации последствий этой катастрофы, гарантии возмещения вреда, причиненного их здоровью и имуществу вследствие данной катастрофы, возмещения вреда за риск вследствие проживания и работы на территории, подвергшейся радиоактивному загрязнению, превышающему допустимые уровни в результате чернобыльской катастрофы, а также предоставления им мер социальной поддержки, в том числе при выезде с указанной территории на другое место жительства (статьи 1, 3 и 13).

Основным показателем, обусловливающим необходимость возмещения вреда и предоставления мер социальной поддержки гражданам, которые проживают на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, либо выезжают с таких территорий, является уровень дозы облучения населения, вызванного радиоактивностью в результате катастрофы на Чернобыльской АЭС. Указанные территории в зависимости от радиационной обстановки и с учетом других факторов подразделяются на следующие зоны: зона отчуждения, зона отселения, зона проживания с правом на отселение и зона проживания с льготным социально-экономическим статусом (пункт 1 статьи 6 и часть вторая статьи 7 названного Закона).

К зоне отчуждения (именовавшейся в 1986 - 1987 годах 30-километровой зоной, а с 1988 года до 15 мая 1991 года – зоной отселения) наряду с территорией вокруг Чернобыльской АЭС отнесена часть территории Российской Федерации, загрязненная радиоактивными веществами вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС, из которой в соответствии с Нормами радиационной безопасности в 1986 и 1987 годах население было эвакуировано. В зоне отчуждения на территории Российской Федерации запрещается постоянное проживание населения, ограничивается хозяйственная деятельность и природопользование (статья 8 Закона Российской Федерации «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС»).

Зона отселения характеризуется различными показателями радиоактивного загрязнения, с учетом которых оценивается возможность проживания на соответствующей территории. 

В соответствии с действовавшим до 2015 года постановлением Правительства Российской Федерации от 18 декабря 1997 года № 1582 «Об утверждении Перечня населенных пунктов, находящихся в границах зон радиоактивного загрязнения вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС» г. Новозыбков Брянской области относился к зоне отселения.

В соответствии с пунктом 6 части первой статьи 13 Закона Российской Федерации от 15 мая 1991 года № 1244-1 «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС» к гражданам, подвергшимся воздействию радиации вследствие чернобыльской катастрофы, на которых распространяется действие данного Закона, относятся в том числе граждане, эвакуированные (в том числе выехавшие добровольно) в 1986 году из зоны отчуждения или переселенные (переселяемые), в том числе выехавшие добровольно, из зоны отселения в 1986 году и в последующие годы, включая детей, в том числе детей, которые в момент эвакуации находились (находятся) в состоянии внутриутробного развития.

Согласно части первой статьи 17 названного Закона гражданам, указанным в пункте 6 части первой статьи 13 данного Закона, предоставляются меры социальной поддержки: эвакуированным из зоны отчуждения – предусмотренные пунктами 3 – 12 части первой статьи 14 и пунктами 2 и 3 части первой статьи 15 данного Закона; переселенным (переселяемым) из зоны отселения – предусмотренные пунктами 4, 5, 7, 9, 11 и 12 части первой статьи 14, пунктом 2 части первой и пунктом 2 части третьей статьи 15 данного Закона.

При этом право на получение дополнительного оплачиваемого отпуска продолжительностью 14 календарных дней предусмотрено пунктом 5 части первой статьи 14 указанного Закона.

Различия в степени радиационного риска в зонах отчуждения и отселения обусловливают применение различного порядка проведения эвакуации и переселения. По смыслу приведенных положений, эвакуация представляет собой экстренный организованный выезд граждан за пределы территории, степень радиоактивного загрязнения которой создает угрозу для жизни и здоровья населения. Переселение из населенных пунктов, расположенных на территории с менее высоким уровнем радиоактивного загрязнения, носит планомерный характер и проводится по мере создания условий, необходимых для приема и обустройства граждан на новом месте жительства.

Однако, как обращает внимание Конституционный Суд Российской Федерации в пункте 2.3 мотивировочной части постановления от 13 декабря 2017 года № 40-П, выезд из населенных пунктов, относящихся как к зоне отчуждения, так и к зоне отселения, мог быть осуществлен и в добровольном порядке исходя из предоставленной гражданам объективной информации о радиационной обстановке, дозах облучения и возможных их последствиях для здоровья (пункт 5 статьи 6 и пункт 6 части первой статьи 13 Закона Российской Федерации «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС»), что не лишает граждан, таким образом покинувших указанные территории, возможности присвоения им статуса пострадавших от чернобыльской катастрофы и, соответственно, права на возмещение вреда и меры социальной поддержки, основанием возникновения которого, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, является воздействие радиации, а не какие-либо иные обстоятельства (определения от 14 июня 2006 года № 273-О и от 1 марта 2007 года № 26-О).

Следовательно, независимо от того, в каком порядке граждане покинули территории зоны отчуждения и зоны отселения – в порядке эвакуации, переселения или добровольно, они относятся к лицам, подвергшимся воздействию радиации, на которых в связи с этим распространяется действие названного Закона.

Таким образом, когда речь идет о зоне отселения (в отличие от зоны с правом на отселение), закон не различает меры социальной поддержки лиц, переселенных из данной зоны, и лиц, выехавших из нее добровольно.

Не случайно в форме удостоверения, утвержденной согласно приложению № 1 Порядку и условиям оформления и выдачи специальных удостоверений единого образца гражданам, подвергшимся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС (утвержден совместным приказом МЧС России, Минздравсоцразвития России, Минфина России от 11 апреля 2006 года № 228/271/63н), предусмотрен исчерпывающий перечень вариантов записи о статусе гражданина, которому выдается удостоверение: проживающий(вший), работающий(вший) в зоне отселения, эвакуированный из зоны отчуждения, переселенный(яемый) из зоны отселения, выехавший добровольно из зоны проживания с правом на отселение.

Указание в удостоверении на такой статус гражданина, как «выехавший добровольно из зоны отселения» приведенным постановлением не предусмотрено, поскольку те граждане, которые действительно выехали из зоны отселения добровольно, приравниваются по мерам социальной поддержке, правовым и социальным гарантиям к гражданам, переселенным из зоны отселения.

Истец Ан О.В. покинула 

<

адрес> в марте 1990 года в 9-летнем возрасте не самостоятельно, а вместе со своими родителями, которые признаны государством не выехавшими добровольно, а переселенными из зоны отселения.

Наделение членов одной и той же семьи, выехавшей вместе и одновременно на одних и тех же условиях из зоны отселения, различными статусами с различными мерами социальной поддержки, нарушает конституционный принцип справедливости, выражающийся главным образом в принципе равенства.

При этом ошибка в записи удостоверения Ан О.В. о ее выезде из зоны отселения добровольно не может служить для ГОКУ «Центр по организации социального обслуживания и предоставления социальных выплат» основанием для отказа в предоставлении соответствующей меры социальной поддержки, поскольку в ее удостоверении указано, что она выехала из зоны отселения, что (в том числе с учетом ее возраста и статуса родителей как переселенных из зоны отселения) уже достаточно для предоставления ей меры социальной поддержки, предусмотренной пунктом 5 части первой статьи 14 Закона Российской Федерации «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС».

Условия получения оплаты дополнительного оплачиваемого отпуска, предусмотренные постановлением Правительства Российской Федерации от 3 марта 2007 года № 136 «О порядке предоставления мер социальной поддержки гражданам, подвергшимся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС и ядерных испытаний на Семипалатинском полигоне, в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также выплаты пособия на погребение граждан, погибших (умерших) в связи с чернобыльской катастрофой», истцом соблюдены.

Расчет суммы за дополнительный оплачиваемый отпуск за 2019 год в размере 9 624,58 руб. подтвержден представленными истцом документами и не оспаривался ответчиком.

Срок обращения в суд за защитой своего нарушенного права истцом не нарушен.

Таким образом, исковые требования Ан О.В. подлежат удовлетворению. Подлежит признанию право Ан О.В. на оплату дополнительного оплачиваемого отпуска, предусмотренного пунктом 5 части первой статьи 14 Закона Российской Федерации от 15 мая 1991 года № 1244-1 «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС», а оспариваемое решение от 10 июля 2019 года № 145 – признанию незаконным. С ответчика в пользу истца надлежит взыскать сумму за дополнительный оплачиваемый отпуск за 2019 год в размере 9 624,58 руб.

Согласно статье 98 ГПК Российской Федерации с ответчика в пользу истца надлежит взыскать расходы по уплате государственной пошлины в размере 400 руб.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194 – 198, 209, 321 ГПК Российской Федерации, Новгородский районный суд Новгородской области

р е ш и л :

Исковое заявление Ан О.В. удовлетворить.

Признать незаконным решение государственного областного казенного учреждения «Центр по организации социального обслуживания и предоставления социальных выплат» от 10 июля 2019 года № 145 об отказе в назначении выплаты.

Признать право Ан О.В. на оплату дополнительного оплачиваемого отпуска, предусмотренного пунктом 5 части первой статьи 14 Закона Российской Федерации от 15 мая 1991 года № 1244-1 «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС».

Взыскать с государственного областного казенного учреждения «Центр по организации социального обслуживания и предоставления социальных выплат» в пользу Ан О.В. сумму за дополнительный оплачиваемый отпуск за 2019 год в размере 9 624,58 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 400 руб.

Настоящее решение может быть обжаловано лицами, участвующими в деле, путем подачи апелляционной жалобы в Новгородский областной суд через Новгородский районный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья Новгородского районного суда Новгородской области

И.А. Ионов

Решение принято в окончательной форме 28 мая 2020 года.