11RS0002-01-2020-003921-47

Именем

Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

г. Воркута Республика Коми 16 марта 2021г.

Воркутинский городской суд Республики Коми в составе председательствующего судьи Гюлумян А.Г.,

при секретаре судебного заседания Луниной М.В.,

с участием представителя истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-295/2021 по иску ФИО3 к государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Воркуте Республики Коми об обязании назначить досрочную страховую пенсию, выплатить неполученную пенсию,

установил:

ФИО3 обратилась с иском к государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Воркуте Республики Коми (далее по тексту УПФР в г.Воркуте, пенсионный орган), уточнив основание иска, просила обязать назначить досрочную страховую пенсию по старости по основаниям, предусмотренным положениями ст.32 части 1 пункт 2 Федерального закона «О страховых пенсиях» с момента определения права на её установление; обязать выплатить неполученную пенсию.

Иск мотивирован тем, что 22 мая 2020г. по достижению возраста 55 лет обратилась в пенсионный орган за назначением досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с Федеральным законом «О страховых пенсиях», представив личное заявление и необходимые документы. 4 июня 2020г. решением ответчика отказано в назначении пенсии по пункту 6 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях», в связи с отсутствием требуемого страхового стажа. Из документов о стаже, представленных ответчиком, усматривается, что при подсчете страхового стажа периоды ухода за ребенком с 2 декабря 1984 г. по 12 февраля 1986г. и с 10 июня 1988 по 16 октября 1989г. учтены календарно, а период работы с 1 января 2020г. в ООО «Гелиос» в качестве мойщицы посуды при подсчете стажа не учтен вовсе. С указанным решением не согласна. Считает, что периоды ухода за ребенком должны быть учтены в льготном порядке – 1 год за 1 год и 6 мес. как работа в районах Крайнего Севера, и с учетом стажа работы в ООО «Гелиос» приобрела право на назначение досрочной пенсии по пункту 2 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях».

В письменных возражениях ответчик иск не признал, указав, что спорные периоды по уходу за ребенком учтены ответчиком в общий стаж обоснованно в календарном исчислении, а период работы истца в ООО «Гелиос» с 1 января 2020г. не запрашивался, поскольку указанный период не влиял на определение права на пенсию на дату подачи заявления, то есть на 22 мая 2020г.

Истец, извещенный о времени и месте судебного заседания в судебное заседание не явился, интересы представил через представителя.

Представитель истца ФИО1 в судебном заседании требования с учетом уточнений поддержала в полном объеме, указав, что право на назначение досрочной страховой пенсии по п. 2 ч. 1 ст. 32 ФЗ "О страховых пенсиях" у истца возникло 11 августа 2020г., но из-за неверного расчета ответчика ФИО3 была лишена возможности на своевременное обращение с заявлением.

Представитель ответчика ФИО2 исковые требования не признала, поддержав доводы письменных возражений.

В соответствии с положениями ст.167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие истца.

Выслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, материалы пенсионного дела истца, суд приходит к следующему.

Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии установлены Федеральным законом от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" (далее - Федеральный закон "О страховых пенсиях"), вступившим в силу с 1 января 2015 года.

Согласно части 1 статьи 4 названного Закона право на страховую пенсию имеют граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 года N 167-ФЗ "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации", при соблюдении ими условий, предусмотренных этим Федеральным законом.

По общему правилу право на страховую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 60 лет, и женщины, достигшие возраста 55 лет (часть 1 статьи 8 Федеральный закон "О страховых пенсиях").

В силу п. 2 ч. 1 ст. 32 Федерального закона "О страховых пенсиях"женщинам, родившим двух и более детей, достигшим возраста 50 лет, если они имеют страховой стаж не менее 20 лет и проработали не менее 12 календарных лет в районах Крайнего Севера либо не менее 17 календарных лет в приравненных к ним местностях.

Судом установлено, что ФИО3, 

<

дата> года рождения, 30 мая 2018г. обращалась в пенсионный орган с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости, представив трудовую книжку и свидетельства о рождении детей.

Решением пенсионного органа от 31 июля 2018г. ФИО3 отказано в установлении досрочной страховой пенсии по пункту 6 части 1 статьи 32 Федерального закона "О страховых пенсиях" в связи с отсутствием требуемого стажа на соответствующих видах работ.

Истец 22 мая 2020г. повторно обратился в пенсионный орган с заявлением о назначении страховой пенсии по старости.

Решением пенсионного органа от 4 июня 2020г. №150796/20/98/15 истцу отказано в установлении досрочной страховой пенсии по пункту 6 части 1 статьи 32 Федерального закона "О страховых пенсиях"в связи с отсутствием требуемого стажа на соответствующих видах работ.

В результате рассмотрения заявления истца, ответчиком при оценке пенсионных прав определен страховой стаж (календарно) 13 лет 08 мес. 19дн., стаж в льготном исчислении (1 год за 1,5) -18 лет 01 мес., 12 лет, стаж работы в районах Крайнего Севера - 13 лет 05 мес. 05 дн., величина ИПК 28,629. 

Из таблицы трудовой деятельности следует, что периоды с 2 декабря 1984 г. по 12 февраля 1986г. и с 10 июня 1988 по 16 октября 1989г. – отпуска по уходу за ребенком, учтены ответчиком в страховой стаж в календарном исчислении, а период работы истца в ООО «Гелиос» с 1 января 2020г. не был учтен вовсе при принятии решения.

Из трудовой книжки истца и документов, имеющихся в пенсионном деле, следует, что истец с 28 мая 1984 г. по 17 мая 1986г. работала буфетчицей в Столовой №48 Объединения общепита УРС» Воркутауголь», со 2 декабря 1984 г. по 12 февраля 1986г. находилась в отпуске по уходу за ребенком, а с 22 сентября 1987г. по 10 августа 1992 г. работала воспитателем в детском саду №92 Комсомольского РОНО, 10 июня 1988 по 16 октября 1989г. находилась в отпуске по уходу за ребенком. Указанные организации находились на территории г. Воркуты, который согласно Постановлению Совета Министра СССР от 10 ноября 1967г. №1029 относится к районам Крайнего Севера.

Разрешая требования истца, суд соглашается с доводом истца о том, что спорные периоды отпусков по уходу за ребенком подлежат исчислению в общий стаж в льготном исчислении как 1 год за 1 год и 6 мес., по следующим основаниям.

Действовавшим до 01.01.2015 года Федеральным законом от 17.12.2001 №173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» и вступившим в силу с 01.01.2015 Федеральным законом "О страховых пенсиях" установлено, что размер пенсии по старости определяется от продолжительности трудового стажа и заработка, учтенных до 01.01.2002, и суммы страховых взносов, начисленных за время работы после 01.01.2002.

Согласно п. 3 ст. 36 Федерального закона "О страховых пенсиях" Федеральный закон от 17.12.2001 № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» не применяется, за исключением норм, регулирующих исчисление размера трудовых пенсий и подлежащих применению в целях определения размеров страховых пенсий в соответствии с настоящим Федеральным законом в части, не противоречащей настоящему Федеральному закону.

Таким образом, нормы ст. 30 Федеральный закон от 17.12.2001 № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» подлежат применению при определении расчётного размера пенсии.

В силу п. 2 ст. 30 Федерального закона № 173-ФЗ, в редакции, действующей с 1 января 2010 года, расчетный размер трудовой пенсии при оценке пенсионных прав застрахованного лица может определяться по выбору застрахованного лица либо в порядке, установленном пунктом 3 настоящей статьи, либо в порядке, установленном пунктом 4 настоящей статьи, либо в порядке, установленном пунктом 6 настоящей статьи.

Пунктом 4 статьи 30 указанного закона установлено, при исчислении продолжительности периодов трудовой и иной общественно полезной деятельности до 1 января 2002 года, включаемых в общий трудовой стаж в соответствии с настоящим пунктом, периоды работы в районах Крайнего Севера и местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, включаются в общий трудовой стаж в полуторном размере.

Согласно ст. 92 Закона РФ от 20 ноября 1991 года № 340-1 «О государственных пенсиях в Российской Федерации» в общий трудовой стаж наравне с работой включались периоды ухода неработающей матери за каждым ребенком в возрасте до трех лет и 70 дней до его рождения, но не более 9 лет в общей сложности. 

В соответствии со ст. 94 Закона РФ от 20 ноября 1991 года № 340-1 периоды работы в районах Крайнего Севера и местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, засчитывались в общий трудовой стаж в полуторном размере.

В соответствии с п. 2 Постановления Совета Министров СССР и ВЦСПС от 22 августа 1989 года № 677 «Об увеличении продолжительности отпусков женщинам, имеющим малолетних детей» с 1 декабря 1989 года повсеместно продолжительность дополнительного отпуска без сохранения заработной платы по уходу за ребенком была увеличена до достижения им возраста трех лет. Указанный дополнительный отпуск подлежал зачету в общий и непрерывный стаж, а также в стаж работы по специальности.

Пунктом 7 разъяснения «О порядке предоставления женщинам частично оплачиваемого отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет и дополнительного отпуска без сохранения заработной платы по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет», утвержденного Постановлением Госкомтруда СССР и Секретариата ВЦСПС от 29 ноября 1989 года № 23/24-11, предусмотрено, что время дополнительного отпуска без сохранения заработной платы по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет засчитывается как в общий, так и в непрерывный стаж работы и в стаж работы по специальности, в том числе при назначении государственных пенсий; предоставлении льгот лицам, работающим в районах крайнего севера и в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, а также в Карельской АССР, Коми ССР, Архангельской области; в других случаях, когда от стажа зависит получение каких либо льгот. Время отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет засчитывается также в стаж, дающий право на пенсию на льготных условиях и в льготных размерах. Во всех случаях исчисления общего, непрерывного стажа работы и стажа работы по специальности время частично оплачиваемого отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет и дополнительного отпуска без сохранения заработной платы по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет учитывается в том же порядке, как работа или соответственно учеба, в период которой предоставлены указанные отпуска.

В соответствии со статьей 167 КЗоТ РСФСР (в ред. Указа Президиума Верховного Совета РСФСР от 19 ноября 1982 года) период нахождения женщины в отпуске по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет подлежал зачету в общий и непрерывный стаж, а также в специальный стаж работы по специальности.

С 6 октября 1992 года (времени вступления в силу Закона Российской Федерации от 25 сентября 1992 года № 3543-I «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде Российской Федерации»), период отпуска по уходу за ребенком перестал включаться в специальный стаж работы в случае назначения пенсии на льготных условиях.

В п. 15 Постановления Пленума дано разъяснение о праве женщин на включение в стаж работы по специальности периода нахождения в отпуске по уходу за ребенком при досрочном назначении пенсии по старости на основании ст. ст. 27 и 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации».

Судам предложено исходить из того, что если указанный период имел место до вступления в силу Закона РФ от 25 сентября 1992 г. № 3543-1 «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде Российской Федерации» (6 октября 1992 г.), с принятием которого названный период перестал включаться в специальный стаж работы в случае назначения пенсии на льготных условиях, то он подлежит включению в стаж работы по специальности независимо от времени обращения женщины за назначением пенсии и времени возникновения права на досрочное назначение пенсии по старости.

До вступления в силу Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» виды трудовой деятельности и иной общественно полезной деятельности, включаемые в общий трудовой стаж, определялись Законом Российской Федерации «О государственных пенсиях в Российской Федерации» (статьи 89 - 92, 95). Его статья 94 предусматривала льготное (кратное) исчисление некоторых засчитываемых в этот стаж периодов (в отношении лиц, работающих и проживающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, аналогичную норму предусматривала и статья 28 Закона Российской Федерации «О государственных гарантиях и компенсациях для лиц, работающих и проживающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях»).

С учетом позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда РФ от 29.01.2004 № 2-П, применяя ранее действовавшее пенсионное законодательство, стаж работы в районах Крайнего Севера подлежит расчёту в льготном порядке (полуторном размере) до 01.01.2002.

Поскольку периоды отпусков по уходу за ребенком истца начались до 6 октября 1992 года, а именно с 2 декабря 1984г. и с 10 июня 1988г., и до начала отпусков истец был трудоустроен на предприятиях, расположенных на территории Крайнего Севера, то оба периода ухода за ребенком подлежат включению в общий стаж работы в льготном исчислении – 1 год за 1 год и 6 месяцев.

Период работы истца в должности мойщика посуды в ООО «Гелиос» (г. Воркута) с 1 июня 2013г., в том числе с 1 января 2020г. по 10 декабря 2020г. (на дату предъявления иска) подтверждается трудовой книжкой истца и справкой работодателя от 16 февраля 2021г., который подлежит включению в общий и в стаж работы на Крайнем Севере, поскольку ООО «Гелиос» расположено на территории г. Воркуты.

С учетом периодов по уходу за ребенком с 2 декабря 1984 г. по 12 февраля 1986г. и с 10 июня 1988 по 16 октября 1989г., исчисленных как 1 год за 1 год и 6 мес., и периода работы истца в ООО «Гелиос» с 1 января 2020г. следует, что страховой стаж истца в льготном исчислении на 11 августа 2020г. составит требуемые 20 лет, а необходимый стаж работы в районах Крайнего Севера (12 лет) у истца уже имелся и на 22 мая 2020г., что свидетельствует о том, что требования истца подлежат удовлетворению. При этом суд учитывает, что на момент принятия ответчиком решения истец не имел права на досрочное назначение страховой пенсии по требуемому основанию, однако с учетом неверного расчета страхового стажа истца, ФИО3 была лишена возможности обратиться повторно за назначением пенсии с момента возникновения этого права.

Довод ответчика о том, что в связи с вступлением в силу Федерального закона от 3 октября 2018г. №350- ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам назначения и выплаты пенсии» право на пенсию наступает для истца в 56 лет 6 месяцев, не состоятелен, поскольку указанным законом изменения по возрастному показателю при определении права на пенсию по п.2 ч.1 ст. 32 Федерального закона №400- ФЗ «О страховых пенсиях» не внесены.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд 

решил:

исковые требования ФИО3 удовлетворить.

Обязать государственное учреждение – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Воркуте Республики Коми назначить ФИО3 досрочную страховую пенсию по старости по пункту 2 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях» с момента определения права на её установление и выплатить неполученную пенсию с даты определения права.

Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Верховный Суд Республики Коми через Воркутинский городской суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме (23 марта 2021г.).

Председательствующий: А.Г. Гюлумян